РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

22 июля 2025 года г. Ангарск

Ангарский городской суд Иркутской области в составе председательствующего судьи Ковалёвой А.В., при секретаре судебного заседания Подольской М.А., с участием представителя истца ФИО1, действующей на основании ордера, рассмотрев, в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-403/2025 (УИД 38RS0001-01-2024-006422-37) по иску ФИО2 к ФИО5 о признании недействительным договора купли-продажи, исключении имущества из состава наследства, восстановлении записи о праве собственности,

установил:

первоначально истец ФИО4 обратилась в Ангарский городской суд Иркутской области с иском к ФИО17 в лице законного представителя ФИО7 о признании недействительным договора купли-продажи, исключении имущества из состава наследства, восстановлении записи о праве собственности, в обоснование заявленных требований указав, что она являлась собственником квартиры, расположенной по адресу: .... Указанная квартира в ** была получена ее ныне покойным мужем ФИО8 по месту работы. После смерти мужа нанимателем квартиры была ФИО2, вместе с ней в квартире были зарегистрирована ее дочь ФИО9, ** года рождения, которая умерла ** и внук ФИО10, ** года рождения, который погиб **. Незадолго до своей смерти ФИО9 начала приватизацию спорной квартиры, но завершить ее не успела. На момент приватизации ФИО2 уже не была зарегистрирована в указанной квартире. Наследников, кроме ФИО2 у ФИО9 не было, в спорной квартире остался проживать ФИО3 (сожитель ФИО9). ФИО2 тяжело перенесла гибель внука и смерть дочери, находилась в крайне тяжелом психологическом и психическом состоянии, так как потеряла двух родных людей за 4 месяца, в связи с чем находилась в глубокой депрессии.

Вскоре, после похорон, ФИО3 сказал, что ФИО2 единственный наследник и должна завершить приватизацию квартиры. Доверившись ФИО3 ФИО2 начала оформление документов, полагая что приватизирует жилое помещение, однако точно сказать о события тех дней затрудняется, в связи с чем полагает, что ФИО3 ее обманул, воспользовавшись ее тяжелым психическим состоянием. ФИО2 <данные изъяты>, она страдает <данные изъяты>, пять лет назад ей делали <данные изъяты>, <данные изъяты>, передвигается с трудом, только на небольшие расстояния с тростью. После того, как в ** она практически сразу потеряла внука и дочь, ее здоровье резко ухудшилось. Она страдает провалами в памяти, теряет ориентацию, забывает, где находится.

В ** ФИО2 обнаружила, что у ее нет никаких документов на квартиру, нет ключей от нее, нет даже свидетельств о смерти внука и дочери. Из выписки из ЕГРП от ** ей стало известно о том, что она не является собственником спорной квартиры. ФИО2 предположила, что завладеть квартирой мог только ФИО3, воспользовавшись ее тяжелым психологическим и психическим состоянием после смерти внука и дочери, в связи с этим ФИО2 обратилась с заявлением в Отдел полиции № УМВД России по Ангарскому городскому округу. В ** к ФИО2 приезжал ФИО3 и сказал, что переоформил квартиру на себя, но он не запрещает ей пользоваться квартирой, показал ей копию договора купли-продажи квартиры, который она видела впервые, сказал, что в полицию отдал такой же договор. Она попросила ФИО3 вернуть ей квартиру, но он не согласился. ** ФИО3 добровольно ушел из жизни.

В связи с изложенным истец просит суд признать недействительным договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: ..., заключенный **м между ФИО3 и ФИО2; исключить указанную квартиру из состава наследства, оставшегося после ФИО3, умершего **; восстановить в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним запись о праве собственности ФИО2 на спорную квартиру.

Определением суда от ** произведена замена ненадлежащего ответчика ФИО17 в лице законного представителя ФИО7 на надлежащего ответчика ФИО5

Истец ФИО2 в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом, представила заявление о рассмотрении дела в ее отсутствие с участием представителя ФИО1

Представитель истца ФИО1, действующая на основании ордера исковые требования поддержала, по доводам, изложенным в иске, просила их удовлетворить в полном объеме.

Ответчик ФИО5 в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, своевременно. В удовлетворении ходатайства ответчика об отложении судебного разбирательства, представленного в адрес суда посредством электронного оправления, отказано. Отказывая в удовлетворении ходатайства ответчика об отложении судебного разбирательства, суд исходит из положений статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в соответствии с которыми отложение судебного разбирательства по ходатайству лица, участвующего в деле, в связи с неявкой в судебное заседание является правом, а не обязанностью суда. Неявка ответчика не свидетельствует о невозможности проведения судебного заседания в его отсутствие; уважительных причин для отложения судебного разбирательства ходатайство не содержит, документальных сведений о наличии обстоятельств, препятствующих явке в суд не представлено. Своего намерения представить какие-либо доказательства, способные повлиять на результат рассмотрения дела, ответчик не выразил, кроме того, ответчик имел возможность представить дополнительные доказательства и письменные пояснения в суд до судебного заседания посредством направления почтой, электронной почтой или подачей через приемную суда, тогда как суд признает имеющиеся в деле доказательства достаточными для всестороннего, полного и объективного рассмотрения данного дела и установления всех обстоятельств, входящих в предмет доказывания по данному делу, суд не находит оснований для удовлетворения ходатайства ФИО5 и отложения рассмотрения дела. Более того, ходатайство, поданное от имени ФИО5 направлено с электронной почты <данные изъяты>, что исключает возможность рассматривать поступившее ходатайство как документ, исходящий от конкретного лица, а именно от ответчика ФИО5

Ранее в судебном заседании ответчик ФИО5 исковые требования не признал, суду пояснил, что ФИО9 и ФИО3 прожили вместе <данные изъяты>, брак не регистрировали, у них был совместный ребенок, полноценная семья. Когда ФИО9 заболела, ФИО3 на протяжении 4 месяцев ухаживал за ней. После смерти ФИО9 остался проживать в спорной квартире, он договорился с ФИО2, что квартира будет переоформлена на него, в последующем он сделает дарственную или завещание на того, кого пожелает ФИО20. По договору купли-продажи от ** деньги не передавались. В течение года ФИО4 не могла определить, на кого оформлять документы, далее заявила, что ФИО3 должен переписать квартиру на нее, однако он отказался, так как боялся потерять жилье. ФИО3 заслужил данную квартиру, считает, что иск заявлен не правомерно.

Иные лица участвующие в деле в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом. своевременно.

В силу части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не представлены сведения о причинах неявки или суд признает причины их неявки неуважительными.

Поскольку участие в судебном заседании является правом, а не обязанностью лица, участвующего в деле, но каждому гарантируется право на рассмотрение дела в разумные сроки, суд, руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пришел к выводу о возможности рассмотрения дела при данной явке, поскольку неявка не является препятствием к разбирательству дела.

Суд, выслушав представителя стороны, допросив свидетелей со стороны истца ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, изучив письменные материалы дела, в том числе отказной материал КУСП № от **, оценив представленные по делу доказательства в их совокупности и взаимосвязи с учётом положений статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, приходит к следующим выводам.

Судом установлено, что ФИО10, ** года рождения, родителями которого являлись ФИО3, ** года рождения и ФИО9, ** года рождения, приходящийся истцу внуком, умер ** (л.д.77, 83-84, том 1).

Брак между ФИО3 и ФИО9 зарегистрирован не был.

ФИО9, ** года рождения, приходившаяся истцу дочерью, умерла ** (л.д.11-12, том 1).

После смерти ФИО9 нотариусом Ангарского нотариального округа ФИО15 открыто наследственное дело №, согласно которому ** ФИО2 обратилась с заявлением о принятии наследства по закону (л.д. 87-105, 90, том 1).

** ФИО2 выданы свидетельства о праве на наследство по закону, наследство состояло из прав на денежные средства, находящиеся на счета <данные изъяты> с причитающимися процентами и компенсациями (л.д. 101-102, том 1).

Решением Ангарского городского суда Иркутской области от ** удовлетворены исковые требования ФИО2 к администрации Ангарского городского округа о включении квартиры в состав наследства, признании права собственности. Указанным решением включена в состав наследства, открывшегося после смерти ФИО9, умершей ** квартира, по адресу: ..., за ФИО2 признано право собственности в порядке наследования по закону на указанную выше квартиру (л.д. 193-195, том 1). Право собственности ФИО2 было зарегистрировано **, номер государственной регистрации права № (л.д. 52-53, том 1).

Из иска и пояснений представителя ФИО4 в судебном заседании следует, что после смерти ФИО9 в спорной квартире остался проживать ее сожитель – ФИО3, она не возражала, в квартире хранились ее вещи обихода, мебель, ФИО3 периодически пускал ее в квартиру постирать вещи, помыться, через некоторое время ФИО3 перестал ее привозить в квартиру. ФИО2 тяжело перенесла гибель внука и смерть дочери, находилась в крайне тяжелом психологическом и психическом состоянии, находилась в глубокой депрессии. Вскоре, после похорон, ФИО3 сказал, что ФИО2 единственный наследник и должна завершить приватизацию квартиры. Доверившись ФИО3 ФИО2 начала оформление документов, полагая что приватизирует жилое помещение, однако точно сказать о события тех дней затрудняется, в связи с чем полагает, что ФИО3 ее обманул, воспользовавшись ее тяжелым психическим состоянием оформил договор купли-продажи.

** между ФИО2 и ФИО3 был заключен договор купли-продажи спорной квартиры, стороны оценили квартиру в 1 000 000 руб. (л.д. 30-32, том 1).

Представитель истца в судебном заседании поясняла, что ФИО2 находится в преклонном возрасте, страдает <данные изъяты>, плохо видит, передвигается с трудом, после смерти внука и дочери ее здоровье резко ухудшилось. Она страдает провалами в памяти, теряет ориентацию, забывает, где находится. В ** ФИО2 обнаружила, что у ее нет никаких документов на квартиру, нет ключей от нее, из выписки ЕГРП ей стало известно о том, что она не является больше собственником спорной квартиры, однако намерений отчуждать квартиру у нее не было, денежные средства от продажи квартиры она не получала.

В силу разъяснений, изложенных в пункте 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 августа 2008года № 11 «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству», во всех случаях, когда по обстоятельствам дела необходимо выяснить психическое состояние лица в момент совершения им определенного действия, должна быть назначена судебно-психиатрическая экспертиза, например, при рассмотрении дел о признании недействительными сделок по мотиву совершения их гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими (статья 177 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В обоснование своих доводов по ходатайству стороны истца были истребованы медицинские карты, в ходе судебного разбирательства по делу была назначена комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза, производство которой поручено экспертам <данные изъяты> (л.д. 222-228, том 1).

По результатам проведенной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы представлено заключение экспертов от ** № №, в котором члены комиссии психиатры пришли к выводу о том, что в момент заключения сделки – договора купли-продажи (**) и в настоящее время у ФИО2 выявляются <данные изъяты> ФИО2 в момент подписания договора купли-продажи квартиры (**) не могла понимать значение своих действий и руководить ими. В дальнейшем, с течением времени, выраженность ситуационно обусловленной депрессивной реакции уменьшилась, однако по прежнему сохранялись <данные изъяты>, у подэкспертной выявлены <данные изъяты>.

Член комиссии врач психолог пришел к выводу, что основные индивидуально-психологические особенности ФИО2 характеризуются <данные изъяты>. Учитывая, то, что у ФИО2 страдает <данные изъяты>. Наблюдаются явления <данные изъяты> можно сделать вывод, что ФИО2 не имела адекватного (правильного) представления о существе совершаемых действий по совершению сделки по переоформлению квартиры (л.д. 235-250, том 1).

В соответствии с положениями статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации экспертное заключение является одним из видов доказательств по делу, оно отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования. Экспертные заключения оцениваются судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.

В пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении» разъяснено, что судам следует иметь в виду, что заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Оценка судом заключения должна быть полно отражена в решении. При этом суду следует указывать, на чем основаны выводы эксперта, приняты ли им во внимание все материалы, представленные на экспертизу, и сделан ли им соответствующий анализ.

Кроме того, по ходатайству стороны истца в судебном заседании были допрошены в качестве свидетелей ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14

Свидетель ФИО11, являющаяся подругой умершей ФИО9, суду показала, что с ФИО2 познакомилась в **, так как учились с её дочерью в училище. Свидетель часто бывала в гостях у ФИО2 вместе с ФИО9 ФИО3 видела один раз, когда приходила к нему на юбилей. ФИО21 живет в доме своих родителей в .... После смерти ФИО22 она встречалась с ФИО2, последняя постоянно плакала, говорила, что болеет. В ** она приезжала навестить ФИО23, она вышла, чтобы придержать собаку, когда вошли в дом, она не сразу узнала ее, переспрашивала у мужа кто пришел. Состояние у ФИО2 было плохое, она постоянно плакала. Со слов ФИО24 знает, что у нее проблемы с давлением, шумы в голове, она выписывала БАДы, принимает много лекарств. Так же пояснила, что ФИО2 можно было переубедить, но она не могла продать квартиру ФИО3 ФИО4 говорила, что ФИО3 перестал пускать её в квартиру, говорил ей, что квартира будет его. ФИО3 при жизни был хитрым человеком.

Свидетель ФИО12, являющаяся дальней родственницей истца, суду показала, что познакомилась с ФИО25 давно, последняя изначально проживала с ФИО26 в квартире в ..., на данный момент проживает в ... в доме родителей. После смерти внука и дочери состояние ФИО27 ухудшилось, она многого не понимает, смотрит стеклянными глазами. Считает, что она не могла продать квартиру, так как у нее на тот момент было плохое психическое состояние из-за смерти близких людей. После смерти ФИО28, ФИО4 постоянно плакала, у нее проблемы со зрением и слухом, имеется слуховой аппарат, плохо ходит, болеет <данные изъяты>. С ФИО3 была знакома, ей не известно о его договоренности с ФИО30 о переоформлении квартиры.

Свидетель ФИО14 являющаяся подругой умершей ФИО9, суду показала, что после смерти внука и дочери ФИО4 изменилась, стала забывать события, после похорон она плохо ходила, заговаривалась. Когда прошло 4 месяца после смерти ФИО31, она пришла к ФИО32 в гости, последняя очень плохо слышала, громко разговаривала, стала вставать со своего места, начала качаться и упала. Когда прошло полгода с момента смерти ФИО33, она приехала к ФИО34, последней стало еще хуже, она ушла в себя, была отрешённая, никого не слышала. С ФИО3 знакома, после смерти ФИО35 он предлагал вместе с ним жить в спорной квартире, сказал, что купил квартиру у ФИО36, но деньги ей не отдал, говорил, что оформит на свидетеля наследство, если она буду ухаживать за ним. Считает, что ФИО4 не могла подписать добровольно договор купли-продажи. До смерти близких она была волевая, после стала ко всему относиться безразлично.

Свидетель ФИО13, являющаяся внучкой истца, суду показала, что квартиру в ... получила бабушка с дедушкой, когда родилась ФИО37. Потом бабушка уехала ухаживать за своей мамой в .... ФИО38 жила в спорной квартире с сыном ФИО39 и сожителем ФИО3 Когда умер отец свидетеля (сын истца) в **, бабушка плохо ела, у нее было высокое давление, начались провалы в памяти, она могла поговорить, отвернуться и забыть, о чем говорили. ФИО40 был любимым внуком, когда он погиб, у бабушки началась депрессия, она постоянно плакала, после смерти дочери у нее была кратковременная память, постоянно высокое давление, очень часто вызывали скорую помощь, она потеряла смысл в жизни. У бабушки началось ухудшаться зрение, окулист сказал, что зрение невозможно восстановить, также бабушке купили слуховой аппарат, но она и в нём не слышит. До истечения полгода со дня смерти ФИО41, была ситуация, когда бабушка выходила за ограду дома, забывала, с какой целью вышла. Когда прошло полгода с момента смерти ФИО42, у бабушки было состояние отрешенности, она постоянно плакала, переживала из-за смерти дочери. В ** бабушка ФИО4 плохо ходила, плохо слышала, плохо видела, никуда не выходила одна. Когда бабушка узнала, что не является больше собственником квартиры очень сильно удивилась, не понимала, почему так произошло, говорила, что квартиру она не продавала.

Суд, исследовав представленные сторонами доказательства, приходит к выводу о том, что исковые требования истца подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе.

В то время как в силу положений части 1 статьи 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации именно нарушение либо угроза нарушения прав, свобод или законных интересов лица является обязательным условием реализации права на его судебную защиту.

В силу пункта 1 статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

Согласно подпункта 1 пункта 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают, в том числе, из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

В соответствии со статьей 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Статьей 209 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

На основании пункта 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Согласно пункта 1 статьи 223 Гражданского кодекса Российской Федерации, моментом возникновения права собственности у приобретателя вещи по договору является момент ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором.

В случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, правособственность у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом (пункт 2 статьи 223 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Государственной регистрации в силу пункта 1 статьи 131 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежат право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение.

В соответствии с пунктом 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В соответствии со статьей 456 Гражданского кодекса Российской Федерации продавец обязан передать покупателю товар, предусмотренный договором купли-продажи. Если иное не предусмотрено договором купли-продажи, продавец обязан одновременно с передачей вещи передать покупателю ее принадлежности, а также относящиеся к ней документы (технический паспорт, сертификат качества, инструкцию по эксплуатации и т.п.), предусмотренные законом, иными правовыми актами или договором.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

В соответствии со статьей 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Пунктом 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Основание недействительности сделки, предусмотренное в указанной норме, связано с пороком воли, то есть таким формированием воли стороны сделки, которое происходит под влиянием обстоятельств, порождающих несоответствие истинной воли такой стороны ее волеизъявлению, вследствие чего сделка, совершенная гражданином, находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, не может рассматриваться в качестве сделки, совершенной по его воле.

С учетом изложенного, неспособность ФИО2 в момент заключения договора купли-продажи квартиры понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания данной сделки недействительной, поскольку соответствующее волеизъявление по распоряжению имуществом отсутствует.

** между ФИО2 и ФИО3 был заключен договор купли-продажи спорной квартиры, стороны оценили квартиру в <данные изъяты> руб. (л.д. 30-32, том 1).

Право собственности на жилое помещение, по адресу: ..., ФИО3 зарегистрировал в установленном порядке **, номер государственной регистрации права № (л.д. 54-57, том 1).

Из материалов дела следует, что ФИО2 на диспансерном наблюдении у врача психиатра <данные изъяты> не находилась, медицинская документация отсутствует (л.д. 136, том 1).

В соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств; никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы; суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Суд, оценив представленные сторонами доказательства, с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, приходит к выводу о том, что ФИО2 по своему психическому состоянию на момент совершения сделки ** не понимала значение своих действий и не могла руководить ими.

Данные обстоятельства нашли подтверждение в судебном заседании объяснениями сторон, письменными материалами дела, медицинскими документами, а также заключением судебной экспертизы от ** №, из которой следует, что в спорный момент (**) ФИО2 не могла понимать значение своих действий и руководить ими.

Также у суда нет оснований не доверять заключению комиссии судебно-психиатрических экспертов <данные изъяты> от ** №, поскольку, суд находит данное заключение допустимым доказательством, оно составлено в результате проведения независимой судебной экспертизы, назначенной при отсутствии возражений у лиц, участвующих в деле, относительно поставленных на разрешение эксперта вопросов и экспертного учреждения. Оснований не доверять выводам экспертов у суда не имеется, заключение судебной экспертизы отвечает требованиям полноты, ясности, эксперты обладает необходимой квалификацией, опытом работы, были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Суд, оценив экспертное заключение, противоречий в нем не усматривает, поскольку каждый из экспертов дал заключение в рамках своей компетенции, по существу поставленных перед ними вопросов.

В соответствии с частью 1 статьи 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в случаях недостаточной ясности или неполноты заключения эксперта суд может назначить дополнительную экспертизу, поручив ее проведение тому же или другому эксперту.

Стороны в судебном заседании о назначении повторной либо дополнительной экспертизы ходатайств не заявляли.

Кроме того, указанные выше обстоятельства подтверждаются показаниями допрошенных в судебном заседании свидетелей ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, которые подтвердили, что в спорный период (**) ФИО2 находилась в состоянии депрессия, постоянно плакала, потеряла смысл в жизни, заговаривалась, не узнавала знакомых, плохо ходила, слышала и видела, могла выйди из дома и забыть куда шла, находилась в состоянии отрешенности.

Показаниям данных свидетелей не доверять оснований у суда не имеется, поскольку свидетели предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний.

Кроме того, ** ФИО2 обратилась в ОП № УМВД России по Ангарскому городскому округу с заявлением о привлечении ФИО3 к уголовной ответственности по статье 159 Уголовного кодекса Российской Федерации.

** при даче пояснений указывала, что в спорный период времени ей было плохо, она не понимал значение происходящих событий. ФИО3 привез ее в ИФНС, она долго сидела на лавочке, ФИО3 ушел, когда вернулся сказал, что купил ее квартиру, на тот момент она не придала этому значения, ей было все равно. Однако намерений отчуждать квартиру у нее не было, денежные средства по сделке она не получала, документы не подписывала, считает, что ФИО3 воспользовался ее тяжелым эмоциональным положением.

Постановлением оперуполномоченного <данные изъяты> УМВД России по Ангарскому городскому округу от ** отказано в возбуждении уголовного дела по заявлению ФИО2 о совершении преступления, предусмотренного статьей 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, по основаниям пункта 1 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с отсутствием события преступления.

В соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оценка доказательств судом производится по внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что в момент совершения сделки по заключению договора купли-продажи от ** ФИО2 была не способна понимать значение своих действий и руководила ими, более того, факт регистрации перехода права собственности на спорное имущество не свидетельствует об исполнении сторонами договора при том, что сделка сторонами не исполнялась, покупателем продавцу не передавались денежные средства и, соответственно, продавцом покупателю не передавалось продаваемое имущество, а следовательно, имеются основания для удовлетворения исковых требований о признании недействительным договора купли-продажи квартиры.

Данное решение является основанием для исключения записи из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним в отношении ФИО3 о праве собственности на квартиру, расположенную по адресу: ..., и восстановлении записи о праве собственности ФИО2 на данную квартиру.

Судом установлено, что ФИО3 умер **, о чем в материалах дела имеются сведения (л.д. 108, том 1.).

Нотариусом Ангарского нотариального округа ФИО18 заведено наследственное дело № к имуществу умершего ФИО3 ** к нотариусу с заявлением о принятии наследства по закону обратился ФИО5 (л.д. 109-110, том 1,).

В соответствии с частью 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

В соответствии со статьей 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Поскольку суд пришел к выводу о недействительности договора купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: ... от **, подлежат применению последствия недействительности ничтожных сделок, а именно: исключение из наследственной массы ФИО3 спорного жилого помещения.

Согласно статье 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, а потому с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины в размере 15 000 руб., уплата которой подтверждается чеком-ордером от **.

Исходя из изложенного, оценивая достаточность и взаимную связь представленных сторонами доказательств в их совокупности, разрешая дело по представленным доказательствам, в пределах заявленных истцом требований и по указанным им основаниям, руководствуясь статьями 194 - 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд,

решил:

исковые требования ФИО2 к ФИО5 о признании недействительным договора купли-продажи, исключении имущества из состава наследства, восстановлении записи о праве собственности, удовлетворить.

Признать договор купли-продажи квартиры по адресу: ..., заключенный ** между ФИО2, ** года рождения, уроженки ... и ФИО3, ** года рождения, уроженца ... – недействительным.

Решение суда является основанием для изменения записи в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним путем исключения записи о регистрации права собственности ФИО3 на квартиру, по адресу: ..., кадастровый №, и восстановления записи о регистрации права собственности ФИО2 на квартиру, по адресу: ..., кадастровый №.

Исключить из наследственной массы, оставшейся после смерти ФИО3, умершего **, жилое помещение - квартиру, по адресу: ..., кадастровый №.

Взыскать с ФИО5, ** года рождения, уроженца ..., паспорт № в пользу ФИО2, ** года рождения, уроженки ..., паспорт № расходы по оплате государственной пошлины в размере 15 000 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Ангарский городской суд в течение месяца с даты составления мотивированного решения суда.

Судья А.В. Ковалёва