Мотивированное решение будет изготовлено 14 октября 2022 года.
Дело № 2-1151/2022
УИД: 66RS0028-01-2022-001378-08
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
12 октября 2022 года город Ирбит
Ирбитский районный суд Свердловской области в составе:
председательствующего судьи Недокушевой О.А.,
при секретаре судебного заседания Деринг Ю.В.,
с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2,
ответчиков ФИО3, ФИО4, ФИО5,
представителя ответчика ФИО3 - ФИО6,
третьих лиц на стороне ответчика, не заявляющих самостоятельные требования ФИО7, ФИО8,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3, ФИО4, ФИО5 о признании недействительным договора купли-продажи, применении последствий недействительной сделки, признании права собственности,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратился в Ирбитский районный суд с вышеназванным иском, обосновав исковые требования следующим.
В ДД.ММ.ГГГГ году он приобрел у ФИО4 недвижимое имущество дом и земельный участок, по адресу <адрес>, принадлежащее бабушке ФИО4 – ФИО9, умершей ДД.ММ.ГГГГ года, за <данные изъяты> рублей, о чем между ними была составлена расписка. Документы надлежащим образом не оформили. В сентябре 2019 года он обратился к ФИО4 с просьбой переписать на него (ФИО1) дом и земельный участок, помочь в оформлении документов вызвалась ответчик ФИО3, с которой он поехал в г.Ирбит, встретились с ФИО5, с которым была знакома ФИО3, которому передали документы. В конце ноября 2021 ему случайно стало известно, что ФИО3 является собственником его земельного участка и жилого дома на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, хотя она никакого отношения к недвижимому имуществу не имеет, у ФИО4 не покупала. Считает, что ответчики его обманули, когда он обращался к ФИО4, с просьбой оформить жилой дом и земельный участок на его имя, был уверен, что так и будет. Ответчик ФИО3 намеренно не показывала ему документы, так как заранее решила оформить имущество на своё имя.
С учётом уточненных требований истец ФИО1 указал, что оспариваемая сделка совершена ответчиками под влиянием обмана, просит на основании ст.179 ГК РФ признать недействительной сделку купли-продажи, заключённую ДД.ММ.ГГГГ между ФИО5, действующим по доверенности ФИО4, и ФИО3; прекратить право собственности ФИО3 в отношении недвижимого имущества жилого дома и земельного участка по адресу <адрес>; признать право собственности ФИО1 на жилой дом и земельный участок по адресу <адрес>л.д.167-168).
В судебном заседании истец ФИО1 подержал уточненные исковые требования по изложенным в нём основаниям, дополнительно пояснил, что до ДД.ММ.ГГГГ года жил в Грузии, приезжал в Россию на заработки, потом переехать жить в Россию, в <адрес>, где познакомился с будущей супругой, стали жить вместе, привез детей из Грузии в Россию. В ДД.ММ.ГГГГ году он приобрел у ФИО4 спорный жилой дом и земельный участок, заплатил деньги за дом и землю, составили расписку, он, его супруга и дети вселились в доме, родилась дочь, все прописаны в доме. Они прожили в жилом доме № № около 30 лет. Позже умерла бабушка его супруги ФИО7 (<данные изъяты>), проживающая в доме № №, в 2015 году переехали в дом №№, так как дом № № требовал ремонта, площадь дома была маленькая. Залили новый фундамент дома, с двух сторон возвели жилые пристрои, построили второй мансардный этаж, под новую крышу, установили пластиковые окна, входную дверь, межкомнатные двери, положили новые полы, вокруг дома поставили новый забор, построили надворные постройки. В 2018 году сын познакомился и зарегистрировал брак с ФИО3, они переехали жить в дом № №. Истец доверял ФИО3, в 2019 году попросил ФИО3 помочь ему оформить документы на дом, зарегистрировать право собственности на него (ФИО1), отдал ей копию паспорта для оформления документов. ФИО3 должна была оформлять документы через риэлтора. Он несколько раз уезжал из России в Грузию, через три–четыре месяца возвращался, интересовался оформлением документов, ФИО3 говорила, что оформляет, он ждал. О том, что ФИО3 оформила дом и землю на свое имя, не знал. В ноябре 2021 получив копию иска о выселении из дома № №, узнал, что Джабиева оформила право собственности на дом и землю на своё имя, обманув его. ФИО3 не принимала участие в строительстве жилого дома № №, не приобретала ни дом, ни землю, не имеет отношения к имуществу. Полагает, что ФИО3 имеет только право на возмещение понесенных расходов по приобретению обоев, натяжного потолка в дом. Мебель, которую ФИО3 приобретала в дом, вывезла в 2020 после расторжения брака, его сын В. купил в дом новую мебель. Он (ФИО1) нёс расходы по содержанию данного дома до ноября 2021, оплачивал коммунальные услуги за дом (электроэнергию, ТКО). Между ним и его супругой фактически прекращены брачные отношения около 8 лет, дом № № принадлежит супруге по договору дарения, он не имеет прав на этот дом. Дом № № является его единственным жилым помещением.
Представитель истца ФИО2 поддержал уточненные исковые требования, дополнив, что истец доверял своей снохе ФИО3, поэтому они договорились, что она поможет ему оформить документы на дом и землю на имя истца. Истец передал ответчице копии личных документов. ФИО11 передал документы на землю, принадлежащую его бабушке. Риэлтор ФИО5, являясь знакомым ФИО10 и Джабиева обманули истца, оформили документы на дом и землю на имя ФИО10. Истца периодически в России не было, уезжал в Грузию, были ковидные ограничения, в силу возраста, доверия, истец своевременно не поинтересовался. Истец узнал о нарушении прав в конце 2021 - начале 2022, когда получил иск ФИО3 о выселении и признании утратившими право пользования домом № №, поэтому срок давности им не пропущен.
Ответчик ФИО3 исковые требования не признала, пояснила, что с 2017 года проживала с сыном истца-Джабиевым Виталием, в 2018 году заключили брак, жили в её квартире. ФИО8 предложил продать её квартиру и на деньги от продажи квартиры достроить дом № №, переехать жить в дом, который отец ему отдал. В конце 2019 она продала принадлежащую ей квартиру, денежные средства от продажи которой были потрачены на возведение мансардного второго этажа в доме, приобретение строительного материала, обоев, натяжных потолков, проведено отопление, приобретена мебель в дом. Дом отремонтировали и в конце 2019 года заехали в дом. Супруг ей сказал оформлять дом на неё, так как у него долги по алиментам. В администрации ей сказали, что земля принадлежит ФИО11, дали визитку риэлтора. Ю-вы передали ей свидетельство на землю. Она обратилась к риэлтору ФИО5, передала ему документы. ФИО11 выдал нотариальную доверенность ФИО5 на оформление наследства и договора купли-продажи. ФИО11 говорил ФИО5, что документы на дом оформлять на неё (ФИО3В). ФИО5 оформил земельный участок на ФИО11, получив свидетельство о праве на наследство после смерти бабушки ФИО11. ДД.ММ.ГГГГ она заключила договор купли-продажи земельного участка, отдала ФИО11 за земельный участок 30 000 рублей, расписки нет. Она зарегистрировала право собственности на землю своё имя, получила технический план и в упрощенном порядке зарегистрировала право собственности на дом в Росреестре, прописалась в доме с детьми. Данный дом является совместно нажитым имуществом с ФИО8, поскольку в дом были вложены денежные средства от продажи принадлежащей ей квартиры. В 2020 они с супругом поругались, расторгли брак, истец ФИО1 выгнал её из дома, позже помирилась с В., вернулась в дом, в 2021 году родилась дочь. В 2021 году они вновь поругались с ФИО8, супруг ушёл из дома, она решила продать дом и уехать жить в пос.<данные изъяты> к родителям, чему препятствовала регистрация Д-вых, поэтому обратилась в суд о признании их утратившими права пользования жильём. Она никого не обманывала, умысла на присвоение жилья не имела, её действия были открытыми. О том, что она является собственником дома, знали соседи, супруг.
Представитель ответчика ФИО3 – ФИО6 исковые требования не признала, представила письменные возражения, указав, что доказательств того, что нотариусом нарушены положения закона при оформлении нотариальной доверенности от ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 на ФИО5 не имеется, доверенность надлежащим образом оформлена, отвечает требованиям относимости и допустимости. В момент составления нотариальной доверенности ФИО11 были разъяснены все последствия совершения данного действия, ему зачитывался текст доверенности, в которой был указан пункт «после чего продать унаследованный мной земельный участок под номером № по <адрес> за цену и на условиях по своему усмотрению», согласно которой ФИО5 в интересах ФИО11 оформил в порядке наследования земельный участок. Продать жилой дом ФИО9 не мог, так как документов подтверждающий право собственности ФИО9 не имелось. Незаключенный договор не может быть признан недействительным по ст. 179 ГК РФ. Ответчик ФИО3, действовавшая открыто и добросовестно на момент составления доверенности ФИО11 на ФИО5, передала ФИО11 денежные средства в размере 30 000 рублей. Никто и ничто не препятствовало ФИО4 указать в доверенности, что он в последующем хочет продать дом ФИО1, но он этого не сделал, тем самым введя в заблуждение ФИО3 от которой получил деньги и право которой оспаривает. ФИО3 поставив в известность супруга ФИО8 о предстоящей сделке по оформлению земельного участка, заключила находясь в браке договор купли-продажи земельного участка, согласно которого семья Д-вых приобрела в период брака у ФИО11 земельный участок за 30 000 рублей. Договор купли-продажи прошел государственную регистрацию, информация находиться в открытом доступе. ФИО8 знал, что земельный участок оформлен на ФИО3, так как она ставила мужа в известность, об этом знал и истец, общаясь с сыном. ФИО3 сделку по оформлению земельного участка проводила открыто, деньги передала ФИО11, обмана с ее стороны не было, все знали об этом, все происходило с согласия членов семьи. В марте 2021 ФИО3 оформила право собственности на вновь построенный жилой дом площадью 124,9 кв.м. Ответчик вкладывалась в строительство вновь возведенного жилого дома, который является совместной собственностью супругов Д-вых. Доводы истца об его обмане ФИО3 ничем не подтверждены. Для признания недействительной сделки, заключенной под влиянием обмана, нужно доказать, что он был совершён с прямым умыслом. Истец, который заявляет, что сделка заключена в результате обмана, обязан подтвердить, что проявил «должную осмотрительность» при её заключении. Истцу ничего не мешало узнать о ходе оформления прав на земельный участок и жилой дом, начиная с сентября 2019 года, сведения о праве собственности можно было запросить в ЕГРН, в администрации, у нотариуса. Поскольку истец этого не сделал, условия признания договора недействительным отсутствуют. Отсутствует необходимый признак обмана – прямой умысел ФИО3, не доказан. Истец имел возможность на протяжении двух лет, начиная с сентября 2019 года, проявить внимательность, осмотрительность, изучить документы, которые он якобы просил сделать ФИО10 на жилой дом, ничего ему в этом не препятствовало, доказательств обратного не представлено, истец может читать, писать, понимает значение своих действий в полном объёме. Договор купли-продажи земельного участка от 05.11.2019 является законным, содержит все признаки сделки, договор прошёл регистрацию, нет оснований для признания его недействительным. Срок исковой давности по требованиям о признании оспоримой сделки составляет 1 год. Срок признания договора купли-продажи земельного участка от 05.11.2019 недействительным истек 05.11.2020, истец обратился с иском, пропустив срок исковой давности. Просит в иске отказать. Дополнив возражения следующим, что какого-либо договора поручения между ФИО3 и истцом на оформление документов на жилой дом и земельный участок не заключалось, что лишает стороны в последующем говорить о невыполнении данного договора и что одна из сторон действовала недобросовестно. Факт добросовестности ответчика во владении и пользовании жилым домом как собственником подтверждается товарными и кассовыми челками на приобретение строительных материалов, мебели, бытовой техники с указанием адреса доставки <адрес>
Ответчик ФИО4 исковые требования признал, полагал иск ФИО1 подлежащим удовлетворению, пояснив, что спорный дом № № принадлежал его бабушке ФИО9, умершей в ДД.ММ.ГГГГ году, после смерти которой нужны были деньги на установление памятника, решил продать дом и земельный участок. Иных наследников не было. В ДД.ММ.ГГГГ он продал дом и земельный участок истцу, продажу оформили распиской, он прописал в доме истца и его семью, он оплачивал налоги за земельный участок, деньги отдавал ему истец. В 2019 году к нему приехал истец ФИО1, попросил съездить с ФИО3, чтобы оформить документы на дом, землю на ФИО1 Он с риэлтором ФИО5 ездил к нотариусу, доверенность не читал, подписал. Знал, что по доверенности ФИО5 оформит наследство, договор купли-продажи с ФИО1 Об оформлении сделки на истца говорил ФИО5. Деньги от ФИО3 не получал. Собственником дома является истец. В конце 2021 от истца узнал об оформлении дома и земли на ФИО3, что истца выписывают из дома, обращался в полицию, разъяснили право обращаться в суд.
Ответчик ФИО5 исковые требования не признал, пояснил, что ему позвонила ФИО3, попросила оформить право собственности на дом, в котором она проживает с супругом. ФИО3 передала ему документы, разъяснил, что нужно сначала оформить наследство после ФИО11. ФИО11 сказал, что заниматься оформлением документов, у него нет времени. Он (ФИО5) предложил ему оформить доверенность на его имя. ФИО11 согласился, передал свидетельство на землю ФИО11. Нотариус оформила доверенность с правом продажи, которую ФИО11 подписал. ФИО11 говорил ему оформлять на ФИО3, подтвердил, что они рассчитались между собой. Он оформил у нотариуса документы на землю, зарегистрировал право собственности земельного участка на ФИО11, заключил договор купли-продажи с ФИО3 в отношении земельного участка. Деньги по договору ему не передавали, расписки не было. Далее оформлением права собственности на дом занимались кадастровые инженеры. ФИО3 зарегистрировала право собственности на дом в упрощенном порядке. Сделка между ФИО10 и ФИО11 не вызвала подозрений.
Третье лицо ФИО8 (сын истца) полагал исковые требования подлежащими удовлетворению, пояснил, что спорный дом был приобретён его отцом в ДД.ММ.ГГГГ году у ФИО11. В доме жили до 2014 года, дом требовал ремонта, переехали в дом№ №, унаследованный ФИО7 Строительство дома № № с отцом начали в 2015 году: построили два новых пристроя к дому, залили новый фундамент, построили второй этаж (мансарда) под новую кровлю, стены заштукатурили гипсом, постелили полы, построили надворные постройки : конюшню, баню. Строительный материал закупал его отец. Строительство дома окончили в 2017 году, площадь дома увеличилась. В 2017 он познакомился с ФИО10, стали жить. В 2019 году ФИО3 продала квартиру, на деньги купила обои, которые он оклеил в доме, и натяжные потолки, которые он установил, купила мебель, которую увезла в 2020 после расторжения брака. В дом он купил новую мебель. Он занимается строительством домов, с отцом держат домашний скот на продажу, его доход ежемесячный около 100 000 рублей, супруга не работала. В 2019 отец решил узаконить дом, помочь с оформлением решила его бывшая супруга. Его отец интересовался оформлением документов, ФИО3 говорила, что оформляет. В 2020 году они расторгли брак, снова сошлись, в 2021 году родилась дочь, в конце 2021 узнали, что ФИО3 обманом оформила дом и землю на своё имя, получив иск о выселении.
Третье лицо ФИО7 полагала исковые требования истца подлежащими удовлетворению, пояснила, что познакомилась с ФИО1, в 1995 году спорный дом приобрели у ФИО11, заехали в дом, в 1999 году ФИО10 привез из Грузии троих сыновей, у них родилась совместная дочь, жили в доме № № по <адрес>. Соседний дом № № принадлежал ее бабушке, унаследован ею, который они отремонтировали и переехали туда жить, дом № № требовал ремонта. Истец с сыном Виталием стали заниматься строительством дома № 13, сделали пристрои, новый фундамент, возвели второй этаж, кровлю, поставили новые окна и двери, забор поставили, построили надворные постройки. Строительный материал покупали истец и В.. Дом был полностью выстроен. Позже В. познакомился с А. стали вместе жить в её квартире, зарегистрировали брак, в 2019 переехали жить в дом № №, наклеили в доме обои, постелили линолеум, мебель купили. Истец решил зарегистрировать право собственности на землю и дом, ему решила помочь ФИО3 Все знали, что ФИО3 должна была зарегистрировать дом и земельный участок на истца. Вскоре истец уехал в Грузию. Она хотела съездить к риелтору ФИО5, но он ей отказал во встрече. В 2021 узнали в территориальной администрации, что она прописала детей, подала иск о выселении. ФИО3 не имеет никакого отношения к дому ФИО1, обманом оформила дом на своё имя, прописалась в дом.
Свидетель ФИО40 (мать ФИО3) пояснила, что ее дочь А стала проживать с ФИО8, жили в квартире дочери. Знает со слов дочери, что В. предложил продать квартиру, достроить дом и переехать жить в дом. На денежные средства от продажи квартиры в доме были постелены полы, построена котельная, ванная комната, отопление. Знает, что истец не был против того, что А. с В. переедут жить в дом. ФИО8 был не согласен оформлять документы на дом на своё имя. Поскольку В и А. были в браке, дом был оформлен на ее дочь. Считает, что истец не имеет отношения к дому, так как не живет в доме, не имеет документов на дом.
Свидетели ФИО49. и ФИО50 пояснили, что в 2015-2017 строительством дома № № занимался истец и его сын В.. Они помогали им по строительству, были возведены два пристроя к дому, построен второй этаж, новая крыша, поставлен новый котел отопления, проведено отопление, подключено не было. Стройматериал приобретали ФИО8 и Д.В. в период строительства дома не жил с А.
Свидетели ФИО56 и ФИО57 пояснили, что дом №№ по ул. <адрес> приобрел истец у ФИО11, в доме жили Д-вы, видел, что в период 2016-2017 года истец с сыном В занимались строительством дома № №, видел, что придомовую территорию обрабатывал истец, засаживал огород. В период строительства дома № № ФИО3 проживала с предыдущим супругом ФИО59.
Свидетель ФИО60 пояснил, что знает, что Д-вы Д и В в период 2015-2016 занимались строительством дома №№ по ул. <адрес>, приобретали у него для строительства дома кирпич, слышал, что Д-вы приобрела строительный материал у односельчан, к деревянному дому пристроили два пристроя, возвели второй этаж, кровлю.
Свидетель ФИО63. пояснил, что в период 2019-2020 общался с семьей Д-вых В и А. В доме № № по <адрес> жил истец с семьей, потом переехали в дом № №. Дом № № стал ремонтировать ФИО10 В, ему помогал отец. ФИО10 В стал жить с А. Знает со слов В что ФИО78 предложить ей предать квартиру, переехать в дом, который отдал ему отец. А продала квартиру, на эти деньги за две недели отремонтировали в доме ванную комнату, поставили ванну, сделали натяжные потолки, обои в комнатах, провели отопление, купили мебель. Со слов ФИО3 знал, что она оформила на себя дом и землю.
Свидетели ФИО80 и ФИО81 пояснили, что им известно, что истец в 1995 купил у ФИО11 жилой дом № № по <адрес>, унаследованным им от бабушки ФИО82 ФИО10 рассчитался с ФИО11 за этот дом. ФИО10 с супругой и детьми заехал в данный дом, в 2015 ФИО10 с сыном начали ремонт данного дома, ремонтировали около 2 лет. Дом принадлежит истцу. В 2019 в дом заехала ФИО3 с супругом В.. Считают, что деньги от продажи квартиры А. потратила на себя. В 2022 году они заверили подписями расписку от 1995 года.
В соответствии с положениями ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации данное дело рассмотрено в отсутствии третьего лица администрации Ирбитского муниципального образования, обратившихся с ходатайством о рассмотрении дела в их отсутствие, Ирбитского отдела Росреестра, извещённых надлежащим образом о времени и месте рассмотрения данного дела.
Выслушав объяснения сторон, представителей, третьих лиц, свидетелей, исследовав письменные доказательства, гражданские дела № 2-311/2022, 2-608/2022, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь представленных доказательств в их совокупности, суд приходит к следующему.
Согласно ч.3 ст.17 Конституции Российской Федерации осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.
В силу п.3 ст.1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.
Согласно п.1 ст.10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотреблением правом).
В соответствии с ч.1, ч.2 ст.209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.
Граждане (физические лица) приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора. Гражданские права могут быть ограничены на основании федерального закона и только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.
В силу ч.1 ст. 420 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признаётся соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.
Согласно п.1 ст. 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).
По договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (п.1 ст. 549 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В соответствии с п. 2 ст. 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.
В соответствии с п.2, п.3 ст. 433 Гражданского кодекса Российской Федерации если в соответствии с законом для заключения договора необходима также передача имущества, договор считается заключенным с момента передачи соответствующего имущества (ст.224). Договор, подлежащий государственной регистрации, считается заключённым с момента его регистрации, если иное не установлено законом.
Договор продажи жилого дома, квартиры, части жилого дома подлежит государственной регистрации и считается заключенным с момента такой регистрации (п.2 ст. 558 ГК РФ). Правило о государственной регистрации сделок с недвижимым имуществом, содержащееся в ст. 558 Гражданского кодекса РФ, не подлежит применению к договорам, заключаемым после 1 марта 2013 (Федеральный закон от 30.12.2012 № 302-ФЗ).
Судом по делу установлено следующее.
Согласно сведений похозяйственной книги <данные изъяты> 1991-1995 адрес хозяйства <адрес> значилась ФИО86., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умерла ДД.ММ.ГГГГ, имеет в собственности жилой дом площадью 36 кв.м., земельный участок площадью 1500 кв.м. (л.д.107-108,189 том 1).
Согласно копии наследственного дела, ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 обратился к нотариусу с заявлением о принятии наследства как наследник по праву представления после смерти бабушки ФИО88., умершей ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 186), следовательно, является наследником принявшим наследство в установленный срок.
ДД.ММ.ГГГГ года между ФИО4 и ФИО1 был заключён договор купли-продажи, оформленный в виде расписки, согласно которого ФИО4 продал ФИО1, унаследованный им от бабушки ФИО89. жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу <адрес> 13 (л.д.135 том 1).
В похозяйственных книгах <данные изъяты> 1997-2001, 2002-2006, 2008-2012, 2013-2017, 2018-2021 адрес хозяйства <адрес> значатся ФИО10 (ранее ФИО12) О.С., ФИО1, ФИО13, ФИО8, ФИО14 (л.д.97-118), имеют регистрацию в доме с 2000 по настоящее время, что подтверждается сведениями председателя территориальной администрации, похозяйственными книгами (л.д.11, 97-118).
В судебном заседании ФИО4 подлинность расписки от ДД.ММ.ГГГГ о продаже недвижимости ФИО1 не оспаривал, подтвердив факт передачи права собственности истцу ФИО1, не предъявлял с 1995 года и не предъявляет по настоящее время претензий по выселению истца и членов его семьи из занимаемого жилого помещения, что расценивается как признание права собственности за истцом.
Судом установлено, что с ДД.ММ.ГГГГ года истец пользуется спорным жилым помещением как своим собственным, он и члены его семьи имеют регистрацию в жилом помещении (л.д.11), являлся пользователем коммунальных услуг (твердые коммунальные отходы, водоснабжение, электроэнергия), нёс расходы по содержанию жилья с 1995 года по ноябрь 2021 года (л.д. 86,87 гражданское дело № 2-311/2022, л.д.10 том 2 дела №2-1151-2022).
Согласно объяснений сторон, которые никем не оспорены, выезд истца с членами семьи из дома № № в 2015 году обусловлен необходимостью строительных и ремонтных работ жилого дома, которые истцом были проведены и окончены в 2017 году, в результате чего увеличилась площадь жилого дома до 124,9 кв.м., возведен второй этаж, что подтверждается техническим планом кадастрового инженера (л.д.147-157).
Представленная суду расписка от ДД.ММ.ГГГГ по своему содержанию является договором купли-продажи недвижимости и может быть признана таковым в силу ст. ст. 549, 550, 551 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку из её содержания возможно установить существенные условия – стороны, предмет, цену, расположение недвижимости. Стороной ответчика ФИО4 подлинность и законность расписки не оспаривается.
Из смысла и содержания расписки следует, что действительная воля сторон была направлена на заключение и исполнение договора купли-продажи жилого дома и земельного участка, расположенные по вышеназванному адресу. Об этом свидетельствует уплата денежных средств за спорное недвижимое имущество, их принятие продавцом в качестве расчёта за продажу недвижимого имущества, представление жилого дома в фактическое владение и пользование истцу и членам его семьи. Договор исполнен сторонами с момента заключения, что подтверждено сторонами в судебном заседании.
Как видно, данный договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ зарегистрирован в установленном порядке не был (л.д.95).
Судом также установлено, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 выдал доверенность, удостоверенную нотариусом на представителя ФИО5, которого уполномочил на принятие наследства, ведение наследственного дела с правом получения свидетельства о праве на наследство к имуществу, оставшемуся после смерти ДД.ММ.ГГГГ его бабушки ФИО90., в чем бы оно не заключалось и где бы оно ни находилось, с правом подачи заявления о принятии наследства, получать дубликаты правоустанавливающих документов, зарегистрировать все необходимые права и документы в органах по регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним, после чего продать унаследованный им земельный участок под № № находящийся на улице <адрес> за цену и на условиях по своему усмотрению, заключить и подписать договор купли-продажи, получить следуемые ему деньги, регистрировать в уполномоченных органах переход права собственности на указанное имущество, подавать соответствующие заявления, расписываться за него (л.д.134 том 1).
ДД.ММ.ГГГГ ФИО5, действуя от имени ФИО4, по данной доверенности, обратился к нотариусу с заявлением о выдаче свидетельства о праве на наследство, которое ему было выдано №, согласно которого ФИО9 унаследовал после смерти ФИО76., наследственное имущество: земельный участок площадью 1500 кв.м., кадастровый номер № по адресу <адрес> (л.д.191 том1).
ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 зарегистрировал право собственности ФИО4 на вышеуказанный земельный участок, получив выписку из ЕГРН (л.д.193-194 том 1).
ДД.ММ.ГГГГ ФИО5, действуя от имени ФИО4, по вышеназванной доверенности, со стороны продавца, заключил договор купли-продажи с ФИО3, действующей со стороны покупателя, согласно которого ФИО3 приобрела в собственность земельный участок площадью 1500 кв.м., кадастровый номер №, расположенный по адресу <адрес>, уплатив за него 30 000 рублей (л.д.83 том 1). Переход права зарегистрирован в ЕГРН - ДД.ММ.ГГГГ (л.д.48-50).
ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 зарегистрировала право собственности на жилой дом площадью 124,9 кв.м., расположенный по адресу <адрес> предоставив технический план и декларацию об объекте (л.д.45-47, 142-159 том 1).
ФИО3 зарегистрирована по адресу <адрес> - ДД.ММ.ГГГГ года (л.д.9 гражданское дело № 2-311/2022).
Рассматривая требования истца ФИО1 о признании недействительным договора купли-продажи земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ по основанию, предусмотренном ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд руководствуется следующим.
Статьей 11 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплена судебная защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов. Защита гражданских прав осуществляется перечисленными в ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации способами.
Согласно ст.12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита гражданских прав осуществляется, в том числе путём восстановления положения, существовавшего до нарушения права и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.
В соответствии с правовой позицией, изложенной в п.п. 52,53 постановления Пленумов Верховного Суда и Высшего Арбитражного суда Российской Федерации № 10/22, зарегистрированное право на недвижимое имущество может быть оспорено путем предъявления исков, решения по которым являются основанием для внесения записи в ЕГРП, а именно, решения, в резолютивной части которых решен вопрос о наличии или отсутствии права либо обременения недвижимого имущества, о возврате имущества во владение его собственника, о применении последствий недействительности сделки в виде возврата недвижимого имущества одной из сторон сделки. При этом к таким решениям не относится решение суда о признании сделки недействительной, которым не применены последствия ее недействительности. В случаях, когда запись в ЕГРП нарушает право истца, которое не может быть защищено путём признания права или истребования имущества из чужого незаконного владения (право собственности на один и тот же объект недвижимости зарегистрировано за разными лицами, право собственности на движимое имущество зарегистрировано как на недвижимое имущество, ипотека или иное обременение прекратились), оспаривание зарегистрированного права или обременения может быть осуществлено путём предъявления иска о признании права или обременения отсутствующими. Ответчиком по иску, направленному на оспаривание зарегистрированного права или обременения, является лицо, за которым зарегистрировано спорное право или обременение. Ответчиками по иску, направленному на оспаривание прав или обременений, вытекающих из зарегистрированной сделки, являются ее стороны.
Согласно пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (абзац второй пункта 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В соответствии с пунктом 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершённая под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане (абзац третий данного пункта).
Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», сделка под влиянием обмана, совершённого как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (п.2 ст.179 Гражданского кодекса Российской Федерации). Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (п.2 ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причиненной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.
Из Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 29.05.2014 № 1324-О следует, что содержащееся в действующей редакции абзаца 3 пункта 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации правовое регулирование, устанавливающее условия, при наличии которых сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего, направлено на защиту права граждан на свободное волеизъявление при совершении сделок и одновременно - на обеспечение баланса прав и законных интересов обеих сторон сделки.
Согласно пункту 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.
В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 39 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», по смыслу п.1 ст. 302 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе истребовать своё имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли.
Недействительность сделки, во исполнение которой передано имущество, не свидетельствует сама по себе о его выбытии из владения передавшего это имущество лица помимо его воли. Судам необходимо устанавливать, была ли воля собственника на передачу владения иному лицу.
Сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Исходя из смысла п. 3 ст. 154 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательным условием совершения двусторонней (многосторонней) сделки, влекущей правовые последствия для ее сторон, является наличие согласованной воли таких сторон.
Так, согласно п.1 ст. 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).
По договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (п.1 ст. 549 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации в своих определениях, в силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности процесса (ч.3 ст. 123 Конституции Российской Федерации), стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений (ч.1 ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), и принять на себя все последствия совершения или несовершения процессуальных действий.
В судебном заседании судом установлено, что сделка купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ жилого дома и земельного участка по адресу <адрес> была исполнена сторонами ФИО1 (покупатель) и ФИО4 (продавец) в полном объёме, имущество передано в собственность ФИО1, продавцом получены денежные средства по договору, покупатель с членами своей семьи вселился в жилой дом, имеет регистрацию, несёт бремя содержания расходов данного имущества. Смена собственника в платёжных документах и лицевом счёте для оплаты коммунальных услуг произведена в ноябре 2021.
ФИО1 и ФИО4 подтвердили в судебном заседании, что намерений по отчуждению жилого дома и земельного участка иному лицу ФИО3 они не имели, она не приобретала данное имущество, намерением сторон в 2019 года явилось лишь оформление надлежащим образом сделки от ДД.ММ.ГГГГ, зарегистрировать переход права собственности на ФИО1, а содействовать в оформлении документов обратилась ФИО3
В силу ст. 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.
Так, денежные расчеты по договору купли-продажи подлежат подтверждению письменными доказательствами.
Ответчиком ФИО3 не предоставлено доказательств факта передачи продавцу ФИО4 денежных средств по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ
В судебном заседании ответчик ФИО4 отрицал факт получения от ФИО3 денежных средств по договору купли-продажи, подтвердил, что земельный участок в собственность ФИО3 не передавал, выстроенный жилой дом на спорном земельном участке не принадлежит ФИО3
Ответчик ФИО5, представитель продавца, также отрицал факт получения денежных средств.
Суд также учитывает, что стоимость земельного участка по оспариваемому договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ была занижена в пять раз, чем кадастровая стоимость на ноябрь 2019 года (л.д.190оборот), что несомненно было известно представителю продавца ФИО5, ФИО3 в связи с получением выписки из ЕГРН.
Согласованием воли сторон ФИО4 и ФИО3 на реализацию земельного участка в собственность ФИО3 свидетельствовало бы указание в доверенности, выданной ФИО11 на имя риэлтора ФИО5, поручение последнему продать земельный участок ФИО3, заключить и подписать с ней договор купли-продажи. Не указание данных обстоятельств, по мнению суда, свидетельствует об умолчании компетентного лица по вопросам отчуждения имущества ФИО5 об обстоятельствах, о которых должен был сообщить ФИО4 при той добросовестности, какая от него требовалась.
ФИО4 не обращался в регистрирующий орган в целях регистрации перехода права собственности на земельный участок к ФИО3, все документы в интересах покупателя ФИО3 были подписаны представителем продавца ФИО5
В судебном заседании ответчик ФИО3 подтвердила, что было получено согласие ФИО1 только на вселение её в жилой дом в качестве члена семьи ФИО8 Какого-либо письменного договора, соглашения между ними об оформлении права собственности спорного имущества в собственность ФИО3, не имелось.
Характер проживания ФИО3 в спорном жилом доме в качестве члена семьи ФИО8 подтвердила в судебном заседании сама ответчик ФИО3, указав, что когда между ней и супругом в 2020 году произошла ссора, истец ФИО1 выгнал её из дома, что свидетельствует о притязании истца на жилой дом и исключает информативность истца о праве собственности ФИО3 земельный участок на тот момент.
Нет ни устных, ни письменных доказательств того, что ответчик ФИО3 заручилась перед совершением сделки согласия истца на передачу ей владения в отношении спорного недвижимого имущества, в связи с чем доводы ответчика о добросовестности являются несостоятельными и судом отклонены.
Об обмане ФИО3 в приобретении объекта недвижимого имущества и содействии в этом ей ФИО5 свидетельствует и тот факт, что ФИО5, обращаясь в регистрирующий орган для регистрации перехода права собственности к ФИО3 в заявлении указал об отсутствии на земельном участке объектов недвижимого имущества (строений, сооружений) (л.д.96 гражданское дело № 2-608/2022), что является не соответствующим действительности, и достоверно было известно как самой ФИО3, так и риелтору ФИО5, подтвердившему в судебном заседании, что приезжал к дому ФИО3
Несомненно, предоставляя в регистрирующий орган недостоверные сведения, оформление данного заявления риелтором ФИО5 было совершено с умыслом и в обход закона, поскольку достоверно было известно, что отчуждение земельного участка без находящихся на нём здания, строения, сооружения не допускается (абзац 3 пункта 4 статьи 35 Земельного кодекса Российской Федерации).
Ответчик ФИО3, являясь собственником земельного участка, получив технический план и оформив декларацию на жилой дом, в упрощенном порядке поставила на кадастровый учёт и зарегистрировала 09.03.2021 право собственности на спорный жилой дом.
С учётом представленных сторонами доказательств, с учётом разъяснений, содержащихся в пункте 99 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», установив, что ФИО4 при совершении оспариваемой сделки не выражал волю на отчуждение земельного участка по договору купли-продажи и регистрацию перехода права собственности к ФИО3 на спорный объект, полагал, что подписание доверенности влечёт надлежащее оформление прав и переход права собственности на ФИО1, действий по регистрации перехода права собственности не совершал, сделка 05.11.2019 совершена под влиянием обмана со стороны третьего лица ФИО5 (риелтора), содействовавшего ФИО3 как покупателю, в приобретении объекта недвижимого имущества, недобросовестного поведения ФИО3, суд приходит к выводу, что со стороны ответчиков ФИО5 и ФИО3 имел место обман истца, так и ФИО4 с целью умысла по отчуждению земельного участка и жилого дома в собственность ФИО3, по этим основаниям, исковые требования ФИО1 подлежат удовлетворению.
Обстоятельства выдачи доверенности ФИО4 не влияют на выводы суда, поскольку как установлено доверенность ФИО4 была выдана по настоянию ФИО5 и ФИО3
В соответствии с подпунктом 5 пункта 1 статьи 1 Земельного кодекса Российской Федерации одним из принципов земельного законодательства является принцип единства судьбы земельный участков и прочно связанных с ними объектов, согласно которому все прочно связанные с земельными участками объекты следуют судьбе земельных участков, за исключением случаев, установленных федеральными законами.
Исходя из принципа единства судьбы земельного участка и объекта недвижимости, расположенного на нём, признавая недействительным договор купли-продажи земельного от 05.11.2019, недействительно и право собственности ответчика ФИО3 на жилой дом, расположенный по вышеуказанному адресу.
Что касается доводов стороны ответчика о пропуске истцом срока исковой давности, то они не могут быть приняты, поскольку не основаны на фактических обстоятельствах.
Согласно п.2 ст.181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий её недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (п.1 ст. 179 ГК РФ), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.
Разрешая данный вопрос, суд, исходит из того, что ни истец, ни ответчик ФИО4 при регистрации перехода права собственности участие не принимали, о нарушенном праве истцу стало известно не ранее ноября 2021 года, когда произошла смена собственника в платёжных документах для оплаты коммунальных услуг (л.д. 86,87 гражданское дело№ 2-311/2022), в связи с получением копии иска ФИО3 о выселении и признании их утратившими право пользования жилым помещением (л.д.213-214), соответственно, с учётом положений названной нормы, именно с этого периода надлежит исчислять срок исковой давности, тогда как с иском истец обратился 09.06.2022 года, то есть в пределах этого срока. Вопреки требованиям ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации достоверных доказательств тому, что ранее ноября 2021 истцу было известно об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной, ответчиками суду не предоставлено.
Доводы ответчика ФИО3 об участии в возведении второго мансардного этажа, проведении отопления, установке эл.котла, приобретении обоев и натяжных потолков, что по её мнению образует совместную собственность в отношении спорного жилого дома судом отклонены как несостоятельные. Доказательств того, что ФИО8 приобрёл во время брака с ФИО3 (с 27.04.2018 по 20.10.2020) спорный жилой дом материалы дела не содержат и доказательств, стороной заявившей данные обстоятельства в порядке ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не предоставлено. Равно как и нет доказательств того, что дом был приобретён ФИО8 до заключения брака с ФИО3, а ремонтные работы, проведенные в спорном доме, до вступления сторон в брак с ФИО8, спора о разделе не создают.
Потраченные денежные средства на внутреннюю отделку спорного жилого дома (л.д.217-221,224-225,226-234) не образуют режим общей собственности, а встречных исковых требований о взыскании денежной компенсации при рассмотрении данного иска заявлено ответчиком не было, несмотря на разъяснение такого права.
В данной части не последовательны объяснения самой ФИО3, так, состоя в браке с ФИО8, она не озаботилась получением согласия на приобретение имущества от супруга ФИО8, от которого требовалось согласие в силу правил ст. ст. 34, 35 Семейного кодекса Российской Федерации на отчуждение/приобретение имущества.
Согласно разъяснениям, изложенным в п.35 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», если имущество приобретено у лица, которое не имело право его отчуждать, собственник вправе обратиться с иском об истребовании имущества из незаконного владения приобретателя (статья 301, 302 ГК РФ). Когда в такой ситуации предъявлен иск о признании недействительными сделок по отчуждению имущества, суду при рассмотрении дела следует иметь в виду правила, установленные статьями 301,302 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Истцом избранный способ защиты права путём признания права собственности (виндикационный иск) соответствует правовый позиции в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации № 6-П от 21.04.2003 по делу о проверке конституционности положений пунктов 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Поскольку требования истца направлены на возникновение у него права собственности на недвижимое имущество по основаниям заключения договора от 15.09.1995 года, который исполнен, является действительным, никем не оспорен, не признан судом не действительным, с учётом того, что жилой дом был поставлен на кадастровый учёт с новыми техническими характеристиками площадью 124,9 кв.м., техническое состояние возведённого здания не оспаривалось органом местного самоуправления, возведение объекта в соответствии с целевым назначением земельного участка и видом разрешенного использования, соответствия возведенного объекта правилам землепользования и застройки, отсутствие возражений со стороны органа местного самоуправления по данному вопросу, суд приходит к выводу о наличии законных оснований для удовлетворения заявленного иска.
При рассмотрении настоящего иска судом не установлено злоупотребление истцом прав, а так же действий, осуществляемых исключительно с намерением причинить вред другим лицам (ст.10 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Руководствуясь ст. ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ
исковые требования ФИО1 – удовлетворить.
Признать недействительным договор купли-продажи земельного участка, площадью 1500 кв.м., расположенного по адресу <адрес> заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО4, в лице представителя ФИО5 и ФИО3
Прекратить право собственности ФИО3 на земельный участок и жилой дом, расположенные по адресу <адрес>
Погасить запись о государственной регистрации права собственности ФИО3 на земельный участок и жилой дом, расположенные по адресу <адрес>
Признать право собственности за ФИО1 на земельный участок и жилой дом, расположенные по адресу <адрес>.
Решение является основанием для внесения соответствующих сведений в ЕГРН.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда, в течение одного месяца со дня изготовления решения в окончательном виде, путём подачи апелляционной жалобы через Ирбитский районный суд Свердловской области.
Председательствующий <данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>