Председательствующий

по делу Гомбоева А.В. дело № 22-2145/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г.Чита 18 сентября 2023 г.

Судебная коллегия по уголовным делам Забайкальского краевого суда в составе: председательствующего судьи Белослюдцева А.А.,

судей Забайкальского краевого суда Базаржапова А.Б. и Федоровой Н.А.,

при секретаре Будажапове А.Б.,

с участием:

прокурора отдела прокуратуры Забайкальского края Фоминой О.Г.,

осужденного Кособудского С.Л.,

адвоката Власовой И.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные жалобы адвоката Власовой И.В., осужденного Кособудского С.Л., апелляционное представление заместителя прокурора Карымского района Забайкальского края Копылова В.В. на приговор Карымского районного суда Забайкальского края от 8 июня 2023 года, которым

Кособудский Сергей Леонович, <данные изъяты> ранее судимый,

- 11 февраля 2014 года Забайкальским краевым судом по ст. 105 ч.2 п. «з», ст. 222 ч.2, ст. 327 ч.3 УК РФ, на основании ч.3 ст. 69, ч.1 ст. 71 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний окончательно к 18 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима, с ограничением свободы на срок 2 года,

- 28 января 2015 года Центральным районным судом г. Читы, с учетом изменений, внесённых апелляционным определением Судебной коллегии по уголовным делам Забайкальского краевого суда от 26 ноября 2015 года, по ст. 162 ч.4 п. «б» УК РФ к 11 годам 10 месяцам лишения свободы, на основании ч.5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения с наказанием по приговору от 11 февраля 2014 года окончательно к 21 году 10 месяцам лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима, с ограничением свободы на срок 2 года,

осужденный:

- 14 ноября 2022 года Карымским районным судом Забайкальского края по ч.3 ст. 30, ст. 228.1 ч.4 п. «г» УК РФ, с применением ст. 64 УК РФ, к 8 годам 6 месяцам лишения свободы, на основании ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров путем присоединения к назначенному наказанию неотбытой части наказания по приговору Центрального районного суда г. Читы от 28 января 2015 года окончательно к 17 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима, с ограничением свободы на срок 2 года, с установлением ограничений,

осужден по ст. 282.2 ч.1 УК РФ к 7 годам лишения свободы, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с организацией и участием в общественных объединениях или организациях на срок 5 лет и с ограничением свободы на срок 1 год 6 месяцев.

На основании ч.5 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения назначенного наказания и наказания по приговору Карымского районного суда Забайкальского края от 14 ноября 2022 года окончательно Кособудскому С.Л. назначено 20 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с организацией и участием в общественных объединениях или организациях на срок 5 лет и с ограничением свободы на срок 2 года 6 месяцев.

В приговоре разрешены вопросы о мере пресечения осужденного и о вещественных доказательствах по делу.

Заслушав доклад судьи Белослюдцева А.А., мнения осужденного Кособудского С.Л. и адвоката Власовой И.В., поддержавших доводы апелляционных жалоб, заключение прокурора Фоминой О.Г. об изменении приговора по доводам апелляционного представления, оставлении жалоб без удовлетворения, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Кособудский С.Л. организовал деятельность ячейки организации - «Арестантское уголовное единство», в отношении которой судом принято вступившее в законную силу решение о запрете деятельности в связи с осуществлением экстремистской деятельности.

Суд первой инстанции нашел установленным, что преступление совершено осужденным в ФКУ <данные изъяты> УФСИН России по Забайкальскому краю в период с <Дата> по <Дата> при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании Кособудский С.Л. вину не признал, о том, что такое «АУЕ» не знал.

В апелляционной жалобе и дополнении к ней адвокат Власова И.В. считает приговор незаконным и подлежащим отмене в связи с существенными нарушениями уголовно-процессуального законодательства и неправильным применением уголовного закона.

Большинство доказательств, положенных в основу доказательственной базы и обвинительного приговора, не способны считаться допустимыми по причине незаконности их юридического происхождения. Сторона защиты предлагала подробный анализ, как незаконного происхождения доказательств - показаний свидетелей обвинения, в том числе, оперативных сотрудников ФКУ <данные изъяты> УФСИН России по Забайкальскому краю Х, Х1, так и неоднозначного содержания доказательств.

Из приговора следует, что Кособудский С.Л., будучи представителем группового преступного образования, якобы, в период с <Дата> до <Дата>, занимался некой противоправной деятельностью. Автор жалобы, ссылаясь на ст.73, 307 УПК РФ, считает, что в приговоре временные рамки преступного поведения Кособудского С.Л. определены не моментами совершения им каких - либо противоправных действий, а юридическими событиями, которые сами по себе обстоятельствами совершения преступления не являются, к объективной стороне состава преступления не относятся и не подлежат доказыванию.

Так, <Дата>, обозначенное, как начало преступного поведения Кособудского С.Л., якобы установленное и доказанное, состоялось официальное опубликование сведений о том, что ВС РФ признал движение АУЕ экстремистской организацией, в связи с чем ее деятельность на территории Российской Федерации стала запрещенной. Окончанием, якобы, преступной деятельности осужденного обозначена дата вынесения следователем постановления о возбуждении уголовного дела в отношении Кособудского С.Л. по ст. 282.2 УК РФ.

С учетом изложенного, период осуществления преступной деятельности, якобы, осуществлявшейся осужденными, указанный в приговоре, является не временем совершения преступления, а лишь периодом пребывания Кособудского С.Л. в расположении ФКУ <данные изъяты> УФСИН России по Забайкальскому краю с момента официального опубликования решения ВС РФ и до момента вынесения следователем постановления о возбуждении уголовного дела, что защитой и не оспаривалось.

При этом, указанная в формулировке обвинения исправительная колония особого режима, как таковая, является только местом пребывания Кособудского С.Л., в том числе, с <Дата> по <Дата>, а не местом совершения преступления, в его юридическом смысле, подлежащим установлению, доказыванию определяющим объективную сторону преступного состава в соотношении с конкретным деянием, с учетом того, что исправительное учреждение состоит из открытых участков местности, зданий и помещений различного предназначения, и уже по этой причине, ссылка в приговоре на <данные изъяты>, как на место совершения преступления - элемента объективной стороны деяния, не допустима из-за ее неконкретизированности.

Кроме того, из оспариваемого приговора усматривается, что Кособудский С.Л. обвиняется в совершении продолжаемого преступления.

Автор жалобы, ссылаясь на определение Конституционного Суда РФ от 28 февраля 2023 года № 435-О, ст. 299 УПК РФ, п. 21 постановления Пленума ВС РФ от 29.11.2016 года № 55 «О судебном приговоре», считает, что в установочной части составляющей описательно-мотивировочной части приговора не содержится описания обязательных признаков объективной стороны каждого из действий продолжаемого преступления с указанием даты и времени каждого из них; места на территории исправительной колонии, где совершалось каждое из действий; способов осуществления каждого из действий.

Суд указал перечень абстрактных, не определенных с точки зрения уголовного права действий, якобы, обладающих общественно-опасную направленностью, но не содержащих обязательных признаков объективной стороны, имеющих юридическое значение.

Суд указал, что осужденный – «осуществлял контроль по соблюдению криминальных традиций осужденными». При этом, обстоятельства осуществления такого контроля не установлены судом, эти действия носят обобщенный характер и не является описанием деяния, содержащего все признаки преступного состава, образующего, в числе прочих, продолжаемое преступление.

Далее из приговора: «проводил беседы с осужденными в целях пропаганды «воровской» идеологии, непосредственно участвовал в проводимых мероприятиях, где доводил различные объявления по поводу дальнейшей жизни в условиях исправительного учреждения и изоляции от общества». И в этой части судом допущена абстрактная формулировка без указания обстоятельств совершения действий: даты и времени, места на территории исправительной колонии, где состоялись беседы и мероприятия, их частота и количество, содержание бесед и сущность мероприятий (собрания, митинги, шествия, распространение материалов), также круг осужденных - участников бесед и мероприятий.

Автор жалобы, ссылаясь на п. 20 постановления Пленума ВС РФ от 28.06.2011 года № 11 «О судебной практике по уголовным делам о преступлениях экстремистской направленности», указывает, что ссылка в приговоре на данные события не является описанием деяний, составивших продолжаемое преступление.

То же самое касается и следующего довода из приговора о том, будто осужденный «вел учет денежных средств, так называемого «общака», производил операции по их сбору, расходованию». Обстоятельств ведения учета, способов сбора и расходования денежных средств, подлежащих установлению и доказываю, согласно уголовному и уголовно- процессуальному закону, в описании деяния не содержится.

Далее из приговора: «организовывал сбор и передачу посредством посылок, так называемого «общака», в виде продуктов питания, табачных изделий, одежды и иных предметов на основе выстроенной жесткой иерархической структуры неформальных категорий для осужденных ФКУ <данные изъяты> УФСИН России по Забайкальскому краю».

Очевидно, что в этой части приговора не имеется законоположенного описания деяния, в том числе, составившего продолжаемое преступление экстремистской направленности, так как, кроме отсутствия конкретизированных обстоятельств, не определена суть общественной опасности такого поведения и не указаны его конкретные последствия.

Следующий довод в приговоре о том, что Кособудский С.Л. «выполнял иные противоправные действия по продолжению, поддержанию и укреплению противоправной преступной деятельности экстремистской организации «Арестантской уголовное единство» завершает обобщенный перечень неких событий, состоявшихся где-либо на территории исправительной колонии в неустановленное время при неопределенных обстоятельствах.

Автор жалобы, ссылаясь на Решения ВС РФ от 17.08.2020 года по делу № АКПИ20-514с, указывает, что в приговоре отсутствуют диспозитивные признаки необходимые для квалификации деяния по ст. 282.2 УК РФ.

В настоящем приговоре отсутствует определение субъективной стороны, соответствующее требованиям Общей части УК РФ, как доказательственный признак, и Особенной части УК РФ, как диспозитивный признак.

При описании судом разных этапов поведения Кособудского С.Л. не указывается на осознание им общественной опасности своих действий в качестве отправного элемента умышленной формы вины. Единственная ссылка в тексте приговора на то, что он, якобы, действовал умышленно, не раскрывает формы вины, которая, выражаясь в конкретизированном осознании общественно-опасного характера действий, предвидении их общественно-опасных последствий, определенного отношения к их наступлению, должна состоять в непосредственной связи с выбранным объектом посягательства и соответствовать ему.

Ссылки в приговоре на то, что Кособудский С.Л. действовал, «будучи осведомленным» о вступлении в законную силу решения ВС РФ о признании движения «АУЕ» экстремистским, «желая» продолжения деятельности указанной экстремистской организации, «придерживаясь» криминальной идеологии, «желая» нарушать права и свободы, продвигать идеи, подменять законы Российской Федерации «воровскими понятиями», подрывая тем самым основы конституционного строя и безопасности государства, не являются законоположенными элементами прямого или косвенного умысла, установленными Общей частью УК РФ применительно к объекту посягательства, несмотря на противоправное значение этих словосочетаний.

Кроме того, в описании судом действий Кособудского С.Л., якобы имевших место, отсутствует указание на установленный законодателем мотив этих действий, в качестве побуждения к экстремистской деятельности. Формулировка «из мотивов создания и поддержания «воровской» власти» не предусмотрена уголовным законом как побуждение к экстремисткой деятельности.

Неконкретизированность и противоречивость доводов суда о формах и видах соучастия указывает на неправильное применение уголовного закона о соучастии. Из приговора следует, что осужденный совершал, якобы, противоправные действия, являясь представителем некого преступного образования. Между тем, в описательно - мотивировочной части приговора не содержится формулировок, определяющих форму соучастия для группового образования, к которому будто бы имел отношение Кособудский С.Л. Верховный Суд РФ в своем решении от 17.08.2020 года по делу № АКПИ20-514с о признании движения «АУЕ» экстремистской организацией, установил, что экстремистское образование характеризуется четко выраженной иерархией и внутригрупповой дисциплиной, распределением ролей. Неконкретизированность иерархической структуры в оспариваемом приговоре допускает суждение, будто все лица, отбывающие наказание с момента официального опубликования указанного решения суда до вынесения следователем постановления о возбуждении уголовного дела, принадлежали к экстремистской организации «АУЕ» согласно кастам.

Примечательно, что в тексте приговора при описании группового преступления, якобы, совершенного Кособудским С.Л., абсолютно отсутствуют сведения о том, что он действовал в соучастии с кем-либо; не указывается существуют ли вообще лица, в отношении которых он осуществлял функции организатора.

Указывая о существенных нарушениях уголовно-процессуального закона, ссылаясь на ст.5, 73, 171, 220, 252, 299, 303, 307 УПК РФ, считает, что инкриминированное осужденному деяние не вмещает доказательственные и диспозитивные признаки, обязательных для какого-либо преступного состава, тем более для преступления экстремистской направленности, что повлекло вынесение незаконного приговора.

В прениях сторон Кособудский пояснил, что он не понимает, в чем именно обвиняется и на основании каких сведений является обвиняемым. Защита считает, что неконкретизированая и противоречивая структура обвинения прямо связана с нарушением права на защиту, так как дезориентирует преследуемое лицо в собственном выборе понятных ему способов защиты и не позволяет пользоваться совокупностью прав.

При рассмотрении уголовного дела в отношении Кособудского С.Л. суд нарушил процедуру судопроизводства, не предоставив в начале судебного следствия подсудимому права высказаться, понятно ли ему обвинение, признает ли он себя виновным и желает ли он выразить свое отношение к предъявленному обвинению.

Защита полагает, что несоблюдением процедуры судопроизводства могло повлиять на вынесение справедливого приговора.

Из материалов уголовного дела усматривается, что в ходе выполнения требований ст. 217 УПК РФ, в течении полутора часов обвиняемый ознакомился с содержанием трех томов: включающих 247 листов, 241 лист и 186 листов соответственно. То есть с каждым листом из уголовного дела обвиняемый знакомился по 8 секунд.

06.06.2023 года, когда судебное следствие подошло к завершению, подсудимый обратился к суду с ходатайством о предоставлении ему возможности ознакомиться с материалами уголовного дела в полном объеме, чтобы реализовать другое свое право -участвовать в прениях сторон.

Суд ходатайство подсудимого удовлетворил, предоставив ему возможность ознакомиться с тремя томами уголовного дела за три часа, отводя таким образом в среднем по 16 секунд для изучения одного листа уголовного дела.

Кособудский С.Л. был вынужден отказаться от ознакомления с делом, поскольку прочесть, изучить содержание, сделать выписки из одного листа дела за 16 секунд не возможно, о чем он заявил суду 07.06.2023 года, поясняя причину отказа в ознакомлении с делом при ограниченных условиях, и связанную с этим свою неподготовленность к участию в прениях, при желании в них участвовать. Суд посчитал возможным безотлагательно провести прения сторон, а на следующий день огласить приговор.

На титульном листе обвинительного заключения указано, что обвинительное заключение утверждено по ч. 1 ст. 264 УК РФ. Получив копию обвинительного заключения с указанной формулировкой, обвиняемый был дезориентирован обвинительными органами относительно того, от какой именно квалификации деяния ему предстоит защищаться в суде.

Согласно обвинительному заключению, в список лиц, подлежащих вызову в судебное заседание в качестве свидетелей обвинения по настоящему делу были включены осужденные, отбывавшие наказание в ФКУ <данные изъяты> УФСИН России по Забайкальскому краю С17, С18, С19, С20, С21, С22 и С23

Между тем, в ходе судебного заседания выяснилось, что ни один из данных свидетелей, на оглашении показаний которых настаивал гособвинитель, допрошен быть не может, поскольку они убыли из расположения ФКУ <данные изъяты> УФСИН России по Забайкальскому краю еще задолго до составления следователем обвинительного заключения.

Защита убеждена, что об объективном препятствии к допросу указанных свидетелей было заранее известно представителям обвинительных органов. Вопреки мнению защиты, в нарушении ст.281 УПК РФ, суд позволил гособвинителю огласить показания данных свидетелей и положил их в основу оспариваемого приговора.

Просит приговор отменить, прекратить в отношении Кособудского С.Л. уголовное дело на основании п. 1 ч.1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием события преступления.

В апелляционном представлении заместитель прокурора Карымского района Копылов В.В., не оспаривая доказанности вины осужденного, обстоятельств, совершенного им преступления, считает, что приговор незаконный и необоснованный в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона - выводы суда имеют существенные противоречия, которые могли повлиять на правильность применения уголовного закона, и неправильным применением уголовного закона, нарушением требований Общей части УК РФ.

Вопреки обвинению суд квалифицировал действия Кособудского С.Л. как организация деятельности организации, в отношении которой судом принято вступившее в законную силу решение о ликвидации в связи с осуществлением экстремистской деятельности, за исключением организаций, которые в соответствии с законодательством Российской Федерации признаны террористическими, тем самым допустив противоречие в описательно-мотивировочной части приговора.

При назначении дополнительного наказания в виде ограничения свободы не учтены требования ч.1 ст. 69 УК РФ о том, что при совокупности преступлений наказание назначается отдельно за каждое преступление.

Так, при назначении по ст. 282.2 ч.1 УК РФ дополнительного наказания в виде ограничения свободы на срок 1 год 6 месяцев судом не установлены предусмотренные ст. 53 УК РФ ограничения, то есть дополнительное наказание фактически не назначено.

Кроме того, дополнительное наказание в виде ограничения свободы на основании ч.5 ст. 69 УК РФ назначено без учета ч.2 ст. 53 и ч.4 ст. 69 УК РФ, в соответствии с которыми срок дополнительного наказания в виде ограничения свободы по совокупности преступлений не может превышать максимального срока - двух лет, предусмотренного Общей частью настоящего кодекса.

Просит приговор изменить, в описательно-мотивировочной части приговора квалифицировать действия Кособудского С.Л. как организация деятельности экстремистской организации, то есть организация деятельности иной организации, в отношении которой судом принято вступившее в законную силу решение о запрете деятельности в связи с осуществлением экстремистской деятельности, за исключением организаций, которые в соответствии с законодательством Российской Федерации признаны террористическими.

Назначить Кособудскому С.Л. по ст. 282.2 ч.1 УК РФ наказание в виде лишения свободы на срок 7 лет с лишением права заниматься деятельностью, связанной с организацией и участием в общественных объединениях или организациях на срок 5 лет и с ограничением свободы на срок 1 год 6 месяцев.

В соответствие со ст. 53 УК РФ установить следующие ограничения: не уходить из места постоянного проживания с 22 часов до 6 часов, не посещать общественные места, не изменять место жительства, не выезжать за пределы территории муниципального образования «город Чита» без согласия специализированного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, с возложением обязанности два раза в месяц являться для регистрации в указанный специализированный государственный орган.

На основании ч.5 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения назначенного наказания и наказания по приговору Карымского районного суда Забайкальского края от 14 ноября 2022 года Кособудскому С.Л. окончательно назначить наказание в виде лишения свободы на срок 20 лет с отбыванием в исправительной колонии особого режима, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с организацией и участием в общественных объединениях или организациях на срок 5 лет и с ограничением свободы на срок 2 года.

В апелляционной жалобе осужденный Кособудский С.Л., не согласившись с приговором, считает, что органами предварительного следствия и судом допущены существенные нарушения уголовно-процессуального законодательства и неправильно применен уголовный закон.

В ходе предварительного расследования ему было предъявлено незаконное обвинение, неконкретизированное по своему юридическому смыслу, не отвечающее требованиям ст. 171 и 73 УПК РФ. Привлекая к уголовной ответственности за совершение действий, будто бы содержащих признаки экстремизма, представители следствия изначально лишили права знать и понимать, в чем именно он обвиняется вопреки требованиям ст. 47 УПК РФ. В тексте обвинения отсутствуют признаки преступления, предусмотренного ст. 282.2 УК РФ, были инкриминированы некие деяния, будто бы совершенные им в неустановленное время и в неустановленных местах, которые преступлениями экстремистского характера не являются.

Исходя из неконкретизированной сущности обвинения, суд признал его виновным, как следует из приговора, за некое неправильное поведение в период отбытия наказания в ФКУ <данные изъяты> УФСИН России по Забайкальскому краю, состоящее из действий неопределенного характера, время, место и способ совершения которых остались не установленными.

Оперативные сотрудники <данные изъяты> Х и Х1 считают его приверженцем экстремизма, потому что еще раньше они стали относить его к осужденным отрицательной направленности. По их мнению, признаки экстремизма ничем не отличаются от нарушений режима отбывания наказания.

Будучи обвиняемым в совершении тяжкого преступления, не был ознакомлен с материалами дела.

19 января 2023 года следователь ознакомил с материалами дела за полтора часа, так как у него на следующий день заканчивался срок следствия, он согласился, что пролистает дело взамен на копии протоколов допросов свидетелей. В итоге, при объеме дела в три тома ознакомился с его содержанием на условиях изучения одного листа за 8 секунд.

6 июня 2023 года заявил ходатайство суду о предоставлении возможности ознакомления со всеми материалами дела, чтобы мог подготовиться к прениям сторон и последнему слову, потому что к концу судебного следствия возникло множество вопросов. Суд установил срок ознакомления с тремя томами дела в три часа, определив, таким образом, условия изучения одного листа за 16 секунд.

Не имея возможности подготовиться к прениям сторон, вынужден был отказаться от участия в прениях, которые состоялись 7 июня 2023 года в первой половине рабочего дня, после чего судья удалилась в совещательную комнату, объявив, что провозглашение приговора состоится уже на следующий день.

Пришел к убеждению, что судья заранее решила его участь, потому что вынести приговор, соблюдая требования ст. 299, 303, 307–309 УПК РФ, за четыре часа рабочего времени невозможно, если он не составлен до ухода судьи в совещательную комнату. Тем более что позиция его защитника, которая сводилась к детальной критике сущности обвинения и доказательственной базы, полностью противопоставленная позиции обвинительных органов, требовала внимания и разрешения.

С учетом того, что доводы защитника, изложенные в ходе двухчасового выступления в прениях сторон, поддержанные им, не опровергнуты в приговоре, пришел к выводу о предубеждении судьи, составлении приговора до ухода в совещательную комнату.

К тому же, исходя из того, что судья не выясняла у него отношение к предъявленному обвинению в порядке ч.2 ст. 273 УПК РФ, после изложения обвинения гособвинителем, мог считать, что позиция представителей со стороны защиты не имела значения для суда изначально. Просит приговор отменить.

Проверив материалы дела, выслушав мнения участников судебного разбирательства, обсудив доводы апелляционных жалоб, апелляционного представления судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Фактические обстоятельства преступления судом установлены на основании полного и объективного исследования доказательств. Тщательно изучив и проанализировав доказательства, суд пришел к обоснованному выводу о доказанности вины подсудимого в совершенном им преступлении, и дал его действиям верную юридическую оценку.

Всесторонне, полно и объективно исследовав обстоятельства дела, проверив доказательства, сопоставив их друг с другом, оценив собранные доказательства в их совокупности, суд пришел к обоснованному выводу об их достаточности для разрешения дела, признав Кособудского С.Л. виновным в совершении преступления.

Судебная коллегия изучив материалы уголовного дела, считает, что на основании исследованных в судебном заседании доказательств, судом первой инстанции обоснованно установлено, что на территории ФКУ <данные изъяты> УФСИН России по Забайкальскому краю по адресу: <адрес> действовала ячейка экстремисткой организации «Арестантское уголовное единство», целью которой было создание «воровской» власти в качестве антипода действующей государственной власти, а также применения «воровских» законов – «понятий». В период с <Дата> и до <Дата> Кособудский С.Л., отбывая наказание, являясь злостным нарушителем порядка отбывания наказания, занимая положение «смотрящего за дорогой», «смотрящего за общим», придерживаясь криминальной идеологии, выражающейся в отрицании общепринятых моральных принципов и главенствующей роли права, принимал активное участие в деятельности функционирующей на территории ФКУ <данные изъяты> УФСИН России по Забайкальскому краю экстремисткой организации «АУЕ», то есть осуществлял функции организатора ячейки движения.

Кособудский С.Л. поддерживал структурную иерархию из каст осужденных: «черные (блатные)», «красные», «мужики» и «обиженные». Обладая лидерскими качествами Кособудский С.Л. осуществлял контроль за соблюдением воровских традиций, разрешением споров, пропаганду «воровской идеологии» посредством телефонных переговоров, запрещенных записок «маляв», междукамерной связи с другими осужденными, являющимися активными участниками группировок отрицательной направленности. Являясь приверженцем «АУЕ» Кособудский С.Л. поддерживал и отмечал неформальные праздники «День памяти воров» 15 и 30 числа каждого месяца.

В <Дата> посредством телефонной связи для осужденных «Ариадна» и сотовой связи познакомившись с Х3, Кособудский С.Л. просил его передавать продукты питания, табачные изделия и иные предметы в <данные изъяты> для пополнения «общака» с целью дальнейшего распределения между осужденными колонии, поддерживающих криминальные традиции.

Кособудский С.Л., осуществляя сбор денежных средств в «общак», которые предназначались для обеспечения деятельности «АУЕ» на нужды последователей криминального образа жизни, попросил Х3 открыть банковский счет. Последний, выполняя его просьбу, через своих знакомых открыл два банковских счета. В период с <Дата> по <Дата> на подконтрольные Кособудскому С.Л. банковские счета в ПАО «Сбербанк» поступили денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей (на банковский счет С24 – <данные изъяты> рублей, на банковский счет С25 – <данные изъяты> рублей).

Кособудский С.Л., ведя учет денежных средств, принимая решения по их расходованию, с помощью Х3 организовал сбор и передачу, так называемого «общака», посредством посылок продуктов питания, табачных изделий, одежды и иных предметов в исправительное учреждение.

С целью получения большего количества продуктовых посылок, через сторонников «АУЕ», а также посредством запрещенных записок «маляв», обращался к осужденным, которые не получали передачи, чтобы на них оформить доставку посылок. В дальнейшем посредством телефонной связи, используя мессенджеры <данные изъяты> сообщал установочные данные этих осужденных Х3, который за период с <Дата> по <Дата> осуществил 34 передачи в ИК-2 с продуктами питания, табачными изделиями и иными предметами, которые впоследствии Кособудским С.Л. по своему усмотрению распределялись между осужденными отрицательной направленности.

Доводы осужденного Кособудского С.Л. о своей невиновности судом опровергнуты с достаточностью в судебном заседании, представленными стороной обвинения доказательствами.

Вывод суда о виновности осужденного Кособудского С.Л. в содеянном подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, подробно приведенных в приговоре:

- оглашенными судом показаниями Кособудского С.Л., данными им в ходе предварительного расследования, о том, что с <Дата> содержится в ФКУ <данные изъяты> УФСИН России по Забайкальскому краю. Он неоднократно судим, придерживается «тюремных понятий», «тюремных традиций», то есть является приверженцем и сторонником международного общественного движения «Арестантское уголовное единство». Для него неприемлем ряд правил внутреннего распорядка, установленные администрацией исправительной колонии, в частности, выполнение работ по благоустройству территории исправительного учреждения, любых физических работ, заправка спального места по установленному образцу. В связи с нарушениями установленных правил администрацией ФКУ <данные изъяты> УФСИН России по Забайкальскому краю он признан злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания, из-за чего содержится в отряде строгих условий отбывания наказания. Он организовал сбор и передачу на территории колонии продуктов питания, табачных изделий, средств личной гигиены, предметов первой необходимости для осужденных, занимался сбором и формированием «общака», «котла». Он обращался за помощью к своему знакомому Х3, который занимался для него сбором передач (посылок). Х3 приобретал необходимые продукты, предметы личной гигиены, одежду, список которых он сообщал, формировал посылки и доставлял их ему через пункт приема-передачи колонии. Х3 приобретал указанные предметы на денежные средства, которые переводил ему лично он, либо его родственники, также он оплачивал Х3 проезд до исправительной колонии. Для перевода денежных средств он использовал банковскую карту ПАО «Сбербанк», которой фактически распоряжался он лично, так как к банковской карте была подключена услуга «Мобильный банк». Общение с Х3 он поддерживал посредством телефонной связи, переписки в различных мессенджерах, так как у него в пользовании находился абонентский номер оператора сотовой связи «Мегафон». С целью получения большего количества передач обращался к иным осужденным, содержащимся в отряде обычных условий отбывания наказания, а именно к Х2 и С26, чтобы те нашли осужденных, которые не получают передачи. В дальнейшем на анкетные данные этих осужденных оформлялась доставка передач в колонию. Связь с Х2 и С26 он поддерживал посредством междукамерной связи, так называемых «маляв» (записок). После получения передач он уже сам определял, кому из осужденных необходимо уделить из полученных передач, то есть занимался формированием «общака». Дальнейшую доставку передач он осуществлял через нелегальную связь – «коня», который представляет собой веревку с кисетом. Через окно он занимался организацией доставки полученных предметов в различные камеры для осужденных (том 1 л.д. 224-229);

- протоколом явки с повинной Кособудского С.Л. о том, что он принимает участие в общественном движении «АУЕ», придерживается криминальной идеологии, занимается формированием «общака» колонии № (том 1 л.д. 222-223);

- показаниями свидетеля Х о том, что он службу проходил в ФКУ <данные изъяты> УФСИН России по Забайкальскому краю в должности старшего оперуполномоченного в период времени с <Дата> года. Отрабатывалась оперативная информация в отношении Х3 и установлено, что он имеет связь с Кособудским. В ходе проведенных оперативно-розыскных мероприятий установлено, что Х3 приезжал по просьбе Кособудского, привозил посылки и передачи. Кособудский С.Л. является активным участником группировки отрицательной направленности. Кособудский С.Л. организовывал доставку посылок, распределял «общак», смотрел за «трассой». Кособудский содержался с иными осужденными, контактировал с Х2, С6, они выполняли его поручения. Нелегальный контакт осужденных осуществляется посредством записок – «маляв», они могут также перекрикиваться;

- показаниями свидетеля Х1 о том, что проходит службу в ФКУ <данные изъяты> УФСИН России по Забайкальскому краю в должности оперуполномоченного с <Дата> года. Кособудский содержится в строгих условиях, поскольку состоит в группировке осужденных отрицательной направленности. В камере Кособудского были изъяты запрещенные предметы, веревка для осуществления межкамерной связи. По оперативной информации Кособудский входит в круг «братвы». Была получена информация, что данный осужденный занимается доставкой «общего» на территорию колонии, то есть организовал канал доставки;

- показаниями свидетеля Х3 о том, что он общался с Кособудским посредством «Ариадны» и сотовой связи. Передачи доставлял за счет денежных средств его родственников и друзей. Передачи он осуществлял на имя Кособудского, и других лиц, фамилии которых ему сообщал последний посредством <данные изъяты> Банковские карты, на которые поступали денежные средства от родственников и знакомых Кособудского, принадлежали С25 и С24;

- заключением специалиста о том, что в представленных материалах уголовного дела имеются признаки деятельности международного общественного движения «АУЕ». Имеются сведения, подтверждающие принадлежность Кособудского С.Л. к деятельности экстремистской организации «АУЕ», совершении действий организационного характера, направленных на продолжение деятельности организации «АУЕ». Имеются признаки наличия иерархии, структурированности, внутригрупповой дисциплины и распределения ролей между участниками организации, исполнении Кособудским С.Л. функций организатора деятельности «АУЕ» (том 2 л.д. 203-214).

Обстоятельства осуществления Кособудским С.Л. контроля по соблюдению криминальных традиций, проведение бесед с осужденными в целях пропаганды «воровской» идеологии подтверждаются оглашенными судом показаниями свидетеля С23, из которых следует, что Кособудский С.Л. по прозвищу <данные изъяты> относится к осужденным отрицательной направленности. Он является «смотрящим за дорогой», «смотрящим за общим», то есть занимается организацией доставки на территорию исправительного учреждения запрещенных предметов, наркотиков и посылок с продуктами. <данные изъяты> ежемесячно 15 и 30 числа занимается празднованием «Дня рождения воров» и «Дня памяти воров». На чаепитии решают вопросы о привлечении молодых осужденных к движению «АУЕ». В случае совершения какого-либо проступка, противоречащего «воровским понятиям» <данные изъяты> может применить в отношении провинившегося физическую силу, психологическое давление, пользуясь своим авторитетом (том 2 л.д. 152-154).

Из показаний свидетеля С1 следует, что <данные изъяты> входит в круг «братвы», занимается сбором денег с осужденных. Ему не могут отказать в предоставлении денежных средств, так как он может решить вопросы, когда закончились сигареты или нужно решить проблему на свободе. <данные изъяты> за счет авторитета решает вопросы среди осужденных, разрешает споры. С целью продвижения идей «АУЕ» 15 и 30 числа в <данные изъяты> отмечается неформальные праздники «День памяти воров». Поддержанием этих праздников занимается <данные изъяты> (том 1 л.д. 242-244).

Обстоятельства организации сбора и передачи посредством посылок, так называемого «общака», в виде продуктов питания, табачных изделий, одежды и иных предметов подтверждаются рядом письменных материалов.

Из карточек учета свиданий, выдачи посылок, передач следует, что в период с <Дата> от Х3 поступили 34 посылки осужденным ФКУ <данные изъяты> (том 3 л.д.106-173).

Объективно получение многочисленных продуктовых посылок осужденными от Х3, подтверждается показаниями свидетелей С8, С9, С10, С11, С2, С3, С4, С5, С6, С7, С12, С13, С20, С21, С14 которые, отбывая наказание в исправительном учреждении, получали продуктовые посылки на свое имя. Посылки оставляли в комнате приема пищи, в последующем их передавали Кособудскому.

Обстоятельства передачи посылок от осужденных к Кособудскому С.Л. подтверждаются оглашенными показаниями свидетеля С21 о том, что в исправительной колонии исполняет обязанности кухонного работника, раздатчика пищи. В <данные изъяты> Х3 на его имя были совершены передачи. Сообщить данные его просил через «маляву» осужденный по прозвищу <данные изъяты> Неоднократно для <данные изъяты> в отряд строгих условий доставлял посылки полученные от других осужденных, которые забирал в комнате приема пищи (том 2 л.д.37-39, 146-148).

Ведение учета денежных средств, так называемого «общака» подтверждается не только оглашенными показаниями Кособудского С.Л., данными их в ходе предварительного расследования, но и показаниями свидетеля Х3 о том, что деньги для осуществления передач поступали на банковские карты. Он попросил знакомых С25 и С24 дать ему в пользование банковские карты.

Свидетели С25 и С24 показали суду, что к ним обращался Х3 с просьбой сделать банковскую карту и дать ему в пользование. Они оформили банковские карты и отдали в пользование Х3

Из истории операций по дебетовой карте С24 следует, что за период с <Дата> по <Дата> пополнение составило <данные изъяты> рублей (том 1 л.д.63-65). По дебетовой карте С25 за период с <Дата> по <Дата> пополнение составило <данные изъяты> рубля (том 1 л.д. 68).

Использование Кособудским С.Л. междукамерной связи подтверждается актами изъятия от <Дата> в ходе обыска спального места и личных вещей осужденного веревки кустарного производства, веревки с кисетом, зеркало для наблюдения за передвижением сотрудников учреждения (том 1 л.д.157, 163).

Доводы осужденного о том, что он не знал, что такое «АУЕ», как видно из материалов судебного следствия, являлись предметом исследования в стадии судебного разбирательства, и обоснованно были признаны судом несостоятельными по основаниям, полно изложенным в приговоре.

В соответствии с положениями ст.88 ч.1 УПК РФ суд оценил каждое доказательство с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а собранные доказательства в совокупности – достаточности для постановления оспариваемого приговора, в том числе оглашенные показания Кособудского С.Л., явку с повинной.

Анализ положенных в основу приговора доказательств, а равно их оценка, подробно изложены судом в приговоре, при этом суд не ограничился только указанием на доказательства, но и дал им надлежащую оценку, мотивировав свои выводы о предпочтении одних доказательств перед другими.

Обвинительный приговор соответствует требованиям ст.299,307-309 УПК РФ. В нем указаны обстоятельства, установленные судом, конкретные действия осужденного, проанализированы доказательства, обосновывающие вывод суда о виновности осужденного, каждое приведенное в приговоре доказательство, его содержание раскрыто судом, мотивированы выводы относительно правовой квалификации преступления, назначенного наказания. Описание преступного соответствует требованиям ст.307 ч.1 УПК РФ, судом указано место, время и способ совершения преступления, форма вины, мотив, а также действия осужденного, необходимые для квалификации. Каких-либо противоречий, сомнений и несоответствий фактическим обстоятельствам дела в нем не содержится.

Описание деяния по ст.282.2 ч.1 УК РФ, признанного судом доказанным, содержит все необходимые сведения о месте, времени, способе его совершения, формы вины, целях и об иных данных, позволяющих судить о событии преступления, причастности к нему осужденного и его виновности, а также об обстоятельствах, достаточных для правильной оценки содеянного. С учетом изложенного, утверждения защитника об обратном несостоятельны.

Расследование уголовного дела проведено в рамках установленной законом процедуры, с соблюдением прав всех участников уголовного судопроизводства. Оснований полагать, что были нарушены права осужденного при выполнении с ним требований ст.217 УПК РФ не имеется. Из протокола ознакомления обвиняемого с материалами дела следует, что он совместно с адвокатом ознакомился с делом в полном объеме, собственноручно указав, что знакомился без ограничения во времени (том 3 л.д. 187-194).

Судом первой инстанции удовлетворено ходатайство осужденного о дополнительном ознакомлении с материалами дела для подготовки к прениям сторон. Между тем Кособудский С.Л. от дополнительного ознакомления с делом отказался по надуманным основаниям, то есть отказался от реализации своих прав (том 4 л.д. 217, том 5 л.д. 30).

Всем участникам судебного разбирательства судом были созданы условия для исполнения и осуществления представленных им процессуальных прав. Все ходатайства стороны защиты судом первой инстанции рассмотрены и разрешены в установленном порядке, полнота и объективность принятых решений сомнений не вызывает, и оснований считать проведенное судебное следствие неполным, судебная коллегия не усматривает.

Суд обоснованно удовлетворил ходатайство государственного обвинителя, при возражении стороны защиты, об оглашении показаний свидетелей С17, С18, С15, С13, С12, С16, С19, С20, С21, С22 и С23, поскольку согласно сведениям из <данные изъяты> указанные лица убыли из колонии в распоряжение <адрес> <адрес>. Принятыми мерами установить их точное местонахождение не представилось возможным, в связи с тем, что эти сведения составляют государственную тайну (том 4 л.д. 114, 117, 132, 133).

Показания указанных свидетелей содержались в материалах дела, с ними обвиняемый и защитник знакомились. Соответственно на досудебной стадии производства по уголовному делу стороне защите предоставлялась возможность изучить и оспорить их показания предусмотренными законом способами, в том числе, например, заявлением ходатайств о проведении очных ставок, на которой сторона защиты могла задать свидетелям интересующие вопросы, однако, подобные ходатайства стороной защиты не заявлялись. Таким образом, на досудебной стадии производства по делу, сторона защиты не воспользовалась своим правом на оспаривание показаний этих лиц предусмотренным законом способом. Следовательно, оглашение в судебном заседании показаний вышеуказанных свидетелей, не противоречило требованиям ст.281 ч.2.1 УПК РФ.

Что касается доводов о том, что председательствующий не предоставил в начале судебного следствия подсудимому права высказаться, понятно ли ему обвинение, признает ли он себя виновным и желает ли он выразить свое отношение к предъявленному обвинению, ошибочное указание следователем на титульном листе обвинительного заключения о том, что Кособудский С.Л. обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ст.264 ч.1 УК РФ, судебная коллегия отмечает, что указанные нарушения уголовно-процессуального закона не являются существенными, которые могли бы повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

При определении вида и размера наказания подсудимому суд учел характер и степень общественной опасности содеянного, явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, состояние здоровья, рецидив преступлений.

Судебная коллегия находит назначенное Кособудскому С.Л. основное наказание за совершенное преступление справедливым, соразмерным содеянному, отвечающим целям исправления осужденного, предупреждения совершения им новых преступлений и оснований для его смягчения не усматривает.

Между тем приговор подлежит изменению по доводам апелляционного представления.

Органами предварительного расследования Кособудскому С.Л. инкриминировалась организация деятельности иной организации, в отношении которой принято вступившее в законную силу решение о запрете деятельности в связи с осуществлением экстремисткой деятельности. Давая правовую квалификацию содеянного Кособудским С.Л., суд, в описательно-мотивировочной части приговора указал на решение о ликвидации такой организации. Судебная коллегия расценивает это как техническую ошибку, которая может быть исправлена путем внесения изменений в приговор.

По смыслу разъяснений, содержащихся в п.22 постановления Пленума ВС РФ от 22 декабря 2015 года № 58 «О практике назначения судами РФ уголовного наказания», соответствующие ограничения и обязанность суд может назначить после назначения окончательного наказания, если ограничение свободы назначено за каждое или некоторые из преступлений, образующих совокупность.

Между тем, по обжалуемому приговору наказание в виде ограничения свободы было назначено лишь за одно из преступлений, входящих в совокупность, что требовало установления ограничений и обязанности при назначении наказания за данное преступление.

Как следует из приговора, суд назначил Кособудскому С.Л. дополнительное наказание в виде ограничения свободы сроком 1 год 6 месяцев. Однако, вопреки требованиям ст.53 УК РФ, суд не установил конкретных ограничений и не возложил на осужденного обязанность, не указав, в чем именно они должны быть выражены.

Таким образом, суд фактически не назначил осужденному дополнительное наказание за преступление, предусмотренное ст.282.2 ч.1 УК РФ. При этом, суд возложил на осужденного обязанности и установил конкретные ограничения лишь при назначении наказания по совокупности преступлений по правилам ст.69 ч.5 УК РФ.

Кроме того, при назначении осужденному дополнительного наказания по совокупности преступлений по правилам ст.69 ч.5 УК РФ суд не учел, что в соответствии с требованиями ст.53 ч.2 УК РФ ограничение свободы в качестве дополнительного наказания может быть назначено на срок не свыше 2 лет. Такое нарушение является основанием для изменения приговора и снижения срока назначенного осужденному на основании ст.69 ч.5 УК РФ дополнительного наказания.

При назначении Кособудскому С.Л. ограничения свободы по составу преступления и совокупности преступлений, в соответствии со ст.53 ч.1 УК РФ, судом первой инстанции установлен запрет на выезд за пределы конкретного муниципального образования – город Чита.

Согласно п.18 абз.3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 58 от 22 декабря 2015 года «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», в случае назначения ограничения свободы в качестве дополнительного наказания к лишению свободы при установлении ограничений на выезд за пределы территории соответствующего муниципального образования и на посещение определенных мест, расположенных в пределах соответствующего муниципального образования, указание конкретного муниципального образования в приговоре не требуется. В таком случае суд, установив соответствующие ограничения, указывает в приговоре, что они действуют в пределах того муниципального образования, где осужденный будет проживать после отбывания лишения свободы.

В силу ст.47.1 ч.3 УИК РФ наименование муниципального образования определяется той уголовно-исполнительной инспекцией, в которой осужденный должен встать на учет в соответствии с предписанием, полученным при освобождении из учреждения, в котором он отбывал лишение свободы.

Указав в резолютивной части приговора при назначении дополнительного наказания в виде ограничения свободы по составу преступления и совокупности преступлений конкретное муниципальное образование, откуда не должен выезжать осужденный, тем самым суд первой инстанции допустил неправильное применение уголовного закона.

Поэтому судебная коллегия исключает из резолютивной части приговора при назначении дополнительного наказания в виде ограничения свободы указание на муниципальное образование город Чита, указав, что ограничение на выезд действует в пределах того муниципального образования, где осужденный будет проживать после отбывания наказания в виде лишения свободы.

При изучении дела не выявлено существенных нарушений уголовно-процессуального закона, которые могли бы явиться основанием к отмене приговора.

На основании изложенного, руководствуясь ст.389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Карымского районного суда Забайкальского края от 8 июня 2023 года в отношении Кособудского Сергея Леоновича изменить.

В описательно-мотивировочной части приговора указать, что вина ФИО1 доказана в организации деятельности организации, в отношении которой судом принято вступившее в законную силу решение о запрете деятельности в связи с осуществлением экстремистской деятельности, за исключением организаций, которые в соответствии с законодательством Российской Федерации признаны террористическими, и квалифицировать его действия по ст.282.2 ч.1 УК РФ.

В соответствии со ст.53 ч.1 УК РФ установить осужденному ФИО1 по ст.282.2 ч.1 УК РФ, после отбывания основного наказания, следующие ограничения: не уходить из места постоянного проживания с 22 часов до 6 часов, не посещать общественные места, не изменять место жительства, не выезжать за пределы территории муниципального образования, где после освобождения будет проживать ФИО1, без согласия специализированного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, с возложением обязанности два раза в месяц являться для регистрации в указанный специализированный государственный орган.

На основании ст.69 ч.5 УК РФ путем частичного сложения назначенного наказания и наказания по приговору Карымского районного суда Забайкальского края от 14 ноября 2022 года ФИО1 назначить наказание в виде лишения свободы на срок 20 (двадцать) лет с отбыванием в исправительной колонии особого режима, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с организацией и участием в общественных объединениях или организациях на срок 5 (пять) лет и с ограничением свободы на срок 2 (два) года.

В соответствии со ст.53 ч.1 УК РФ установить ФИО1 на период отбывания дополнительного наказания в виде ограничения свободы следующие ограничения: не уходить из места постоянного проживания с 22 часов до 6 часов, не посещать общественные места, не изменять место жительства, не выезжать за пределы территории муниципального образования, где после освобождения будет проживать ФИО1, без согласия специализированного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, с возложением обязанности два раза в месяц являться для регистрации в указанный специализированный государственный орган.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционное представление удовлетворить, жалобы оставить без удовлетворения.

Апелляционное определение в течение шести месяцев со дня его вынесения, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему его копии может быть обжаловано в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы (представления) через суд, постановивший приговор.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий ________________

(подпись)

Судьи: _________________

(подпись)

_________________

(подпись)