УИД 38RS0003-01-2024-005493-02

Дело № 2-453/2025 (2-4111/2024)

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Братск 17 сентября 2025 года

Братский городской суд Иркутской области в составе

председательствующего судьи Никулиной Е.Л.,

при секретаре Куценко Е.А.,

с участием истца (ответчика по встречному иску) ФИО1,

ответчика (истца по встречному иску) ФИО2,

помощника прокурора г.Братска Чагочкина Е.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-453/2025 по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о прекращении права пользования жилым помещением, снятии с регистрационного учета, выселении без предоставления другого жилого помещения;

по встречному иску ФИО2 к ФИО1 о квалификации договора купли-продажи от 24.07.2012, договора дарения от 24.08.2012, договора дарения от 01.12.2012, как единый договор купли-продажи жилого помещения; о признании недействительными как притворные договор дарения от 24.08.2012, договор дарения от 01.12.2012; о переводе прав и обязанностей покупателя по договору купли-продажи от 24.07.2012 на ФИО1,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2, с учетом уточнения, ссылаясь на следующие обстоятельства, истец, на основании договора дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ, является титульным собственником, квартиры расположенной по адресу: <адрес>. В указанной квартире, помимо истца, с ДД.ММ.ГГГГ состоит на регистрационном учете ответчик, который проживает в спорной квартире по настоящее время. Ответчик ФИО2, не является членом семьи, собственника жилого помещения, истца по настоящему делу, поскольку брак, между сторонами спора, был прекращен ДД.ММ.ГГГГ на основании решения мирового судьи. После расторжения брака, стороны не ведут общего хозяйства, не создают общий бюджет, ответчик не несет бремя содержания жилого помещения. Ответчик, по смыслу положений ст. 31 ЖК РФ, не является членом семьи ФИО1, поскольку не связан с истцом какими-либо личными неимущественными, имущественными правами и обязанностями, общими интересами и ведением общего хозяйства. Более того, между истцом и ответчиком не заключался какой-либо договор, который, даёт право пользования ФИО2, спорной квартирой. Стороны совместного хозяйства не ведут. Договор найма или аренды жилого помещения между сторонами не заключался. Просит суд прекратить право пользования ФИО2 жилым помещением – квартирой, расположенной по адресу: <адрес>, ж.<адрес>; выселить ФИО2 из жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>, ж.<адрес>, без предоставления другого жилого помещения; решение суда о выселении ФИО2 из жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>, ж.<адрес>, без предоставления другого жилого помещения, является основанием для снятия его с регистрационного учета по указанному адресу.

ФИО2 обратился со встречными исковыми требованиями к ФИО1: о квалификации договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО4 и ФИО3 договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО3 и ФИО5, договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО5 и ФИО1, как единый договор купли-продажи жилого помещения; о признании недействительным как притворный договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО3 и ФИО5; о признании недействительным как притворный договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО5 и ФИО1; о переводе прав и обязанностей покупателя по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ на ФИО1

Свои требования ФИО2 мотивировал тем, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО4 и ФИО3 был заключен договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <адрес> (далее - Квартира). После чего квартира была подарена ФИО3 своей тете - ФИО5, которая, в свою очередь, подарила квартиру своей дочери - ФИО1 Указанные действия были совершены с целью ухода от налогов, так как ФИО3 не является близким родственником истца (ответчика по встречному иску). При этом, учитывая нотариальные показания свидетелей, а также показания самого истца (ответчика по встречному иску), данные ей в отделении полиции при даче объяснений, денежные средства на покупку квартиры были вложены супругами совместно, с целью приобретения в совместную собственность супругов жилого помещения. При указанных обстоятельствах договор дарения, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО5 и ФИО1, договор дарения, заключенный между ФИО3 и ФИО5, а также договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО4 и ФИО3, следует квалифицировать как единый договор купли-продажи жилого помещения, при этом признав недействительными сделки дарения и произвести замену покупателя, по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, с ФИО3 на ФИО1

Отмечает, что сделка купли-продажи жилого помещения, совершенная ФИО3 и ФИО4, прикрывает сделку по возникновению права общей совместной собственности супругов на жилое помещение, которое по итогам совершения притворной сделки выбыло из совместной собственности истца и ответчика. Указанный довод согласуется с разъяснениями пункта 88 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» о распространении правил о притворности на цепочку взаимосвязанных сделок.

ФИО2 полагает, что все вышеизложенное позволяет сделать вывод о том, что сделки являются недействительными на основании статьи 170 ГК РФ (притворные сделки, осуществленные с целью вывода недвижимого имущества из общей массы совместно нажитого имущества супругами и прикрывающие реальную сделку).

В судебном заседании истец (ответчик по встречному иску) ФИО1 свои требования поддержала по доводам, изложенным в уточненном исковом заявлении.

По поводу встречных требований ФИО2 пояснила, что в обосновании встречного иска, ФИО11 указывает, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО5 (мать ответчика по встречному иску) и ФИО21 O.O. заключен договор дарения, по условиям которого, в собственность ответчику по встречному иску, на безвозмездной основе перешла квартира, расположений адресу: <адрес> (далее - спорная квартира). Далее истец по встречному иску указывает, что ранее спорная квартир основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, была приобретена в собственность ФИО3 (племянник ответчика по встречному иску), который в дальнейшем подарил объект недвижимости ФИО5, а она в свою очередь непосредственно ФИО1 При этом, во встречном исковом заявлении отражено, что денежные средства, вложенные в приобретение спорной квартиры ФИО3 по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ и в последующий ремонт, были взяты у ФИО2, поскольку ФИО1 произвести указанные действия не могла, в связи с отсутствием финансовой возможности.

В обоснование поименованных доводов ФИО2 ссылается на то, что ФИО3 не обладал финансовой возможностью произвести столь дорогостоящую покупку, денежных средства на приобретение спорной квартиры, ему были переданы ФИО1, а последней в свою очередь ФИО2 В связи с умышленными действиями ФИО1, направленными на приобретение квартиры в единоличную собственность, путем проведения ряда сделок, ФИО2 считает, что оспариваемая сделка является притворной и осуществлена с целью прикрыть именно сделку купли-продажи квартиры. Доказательств того, что ФИО5 имелось намерение по отчуждению спорной квартиры и совершении возмездной сделки, истцом по встречному иску вопреки требованиям ст. 56 ГПК РФ, не представлено, как не представлены доказательства возмездности данного договора либо наличие встречного исполнения. То обстоятельство, что договор дарения заключен между близкими родственниками не имеет правового значения, поскольку законом предусмотрена возможность заключения договора дарения между близкими родственниками, содержание и условия оспариваемого договора дарения не содержит встречных обязательств со стороны одаряемого ФИО1 Стороны ФИО5 и ФИО1 были свободны в заключении договора, условия договора определены ими по своему усмотрению, доказательств обратного в суд не представлено, а потому ответчик по встречному иску находит, что исковые требования ФИО2 о признании недействительным договора дарения, признании сделки дарения сделкой купли-продажи, удовлетворению не подлежат.

Более того, истцом по встречному иску - ФИО2, пропущен срок исковой давности о признании сделки притворной. При разрешении вопроса о применении срока исковой давности по требованиям о признании недействительными оспариваемых сделок, следует исходить из того, что ФИО11 не являлся стороной оспариваемой сделки, в силу чего момент начала течения срока исковой давности определяется временем, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.

Согласно представленной в материалы гражданского дела адресной справке, следует, что истец по встречному иску был зарегистрирован в спорном жилом помещении 15.08.2012. При этом постановка на регистрационный учет ФИО2 осуществлялась прежним собственником ФИО3, который предоставил для совершения регистрационных действий договор купли-продажи от 24.07.2012 года спорного жилого помещения, свидетельствует о том, что истец по встречному иску знал, о состоявшейся сделке.

В дальнейшем, после заключения оспариваемого договора дарения, ФИО2 продолжал проживать в спорном жилом помещении вместе с ФИО1, и вести с ней общее совместное хозяйство, в том числе оплачивать текущие коммунальные платежи, где в квитанциях об оплате отражались сведения о новом собственнике, ответчике по встречному иску.

Из указанных обстоятельств следует, что у ФИО2 была реальная возможность ознакомиться с содержанием оспариваемого договора, следовательно, при должной осмотрительности и добросовестности, истец по встречному иску должен был узнать о нарушении своего права в декабре 2012 года. В суд с иском о признании сделки недействительной истец по встречному иску обратился 15.03.2025 года, то есть с пропуском сроков исковой давности, предусмотренными ст. 181 ГК РФ и п. 1 ст. 200 ГК РФ, что является самостоятельным основанием к отказу в иске на основании п. 2 ст. 199 ГК РФ. При этом, следует особо отметить, что срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала ее исполнения, на основании изложенного просила суд отказать ФИО2 в удовлетворении заявленных требований.

Также в судебном заседании ФИО1 пояснила, что у ФИО2 3 года назад была квартира в Железногорске-Илимском, он ее продал и положил денежные средства на вклад, еще он каждое лето ездит в п. Шестаково, там от его матери остался дом, но принадлежит ли он ему не известно. Ответчик за квартиру не платит, алименты на ребенка не платит. Указала, что на основании решения мирового судьи судебного участка № 43 Центрального района г.Братска от 10.09.2024 брак между ней и ФИО2 был расторгнут. Брачные отношения между ними прекращены 5 лет назад. Документы по квартире всегда хранились дома, лежали на полке. ФИО2 знал, что квартиру покупал ФИО3 Они втроем с приходили в УФМС г.Братска для постановки на регистрационный учет по спорному адресу, и с нами был ФИО3, как собственник жилого помещения. До настоящего времени ФИО2 проживает и состоит на регистрационном учете в ее квартире, не оплачивая коммунальные расходы, злоупотребляя алкоголем, настраивает сына против нее. Он занял в спорной квартире 1 комнату, а в другой комнате проживает истец с сыном.

В судебном заседании ответчик (истец по встречному иску) ФИО2 свои требования поддержал по доводам, изложенным в уточненном исковом заявлении. С иском ФИО1 не согласен, по поводу заявленного срока исковой давности пояснил, что учитывая позицию ответчика по встречному иску о притворном характере оспариваемых сделок, ему стало известно о нарушении его прав лишь в день получения первоначального искового заявления и ознакомления с материалами дела, в связи с этим можно сделать обоснованный вывод, что о нарушении своего права истцу стало известно не ранее 08 ноября 2024. Следует учитывать, что законодательством Российской Федерации добросовестное поведение предполагается. Таким образом, проживая совместно, в браке, ФИО2 и не мог предполагать, что его супруга - ФИО1 могла произвести какие-либо юридические махинации с их совместной собственностью. Получать документацию на имущество или выяснять обстоятельства приобретения этого имущества ФИО2 не был обязан до момента такой необходимости, так как вопрос о выселении или расторжении брака не стоял. Они проживали совместно, ведя общее хозяйство. Их отношения были основаны на доверии. При указанных обстоятельствах, ФИО2 и не мог предполагать, что с их совместной собственность были произведены подобные махинации, пока не получил исковое заявление о выселении. При всем при этом, характер нарушения прав ФИО2 со стороны ФИО1, который выражался в нарушении закона, этических и моральных принципов, выходит за пределы осуществления гражданских права и в совокупности является злоупотреблением правом, что является нарушением ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации. Фактически, ФИО1, путем нескольких сделок, лишила ФИО2 права на долю в совместном имуществе супругов. В соответствии с п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Злоупотребление правом имеет место в случае, когда субъект поступает вопреки норме, предоставляющей ему соответствующее право, не соотносит поведение с интересами общества и государства, не исполняет корреспондирующую данному праву юридическую обязанность (определение Верховного Суда Российской Федерации от 03.02.2015 N 32-КГ14-17). Правовым последствием злоупотребления правом является отказ в судебной защите права (статья 10 Гражданского кодекса). Срок исковой давности не применяется по правилам пунктов 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса, которая запрещает пользоваться правами исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действуя в обход закона с противоправной целью, а также злоупотребления правом. Учитывая тот факт, что после установления обстоятельств отсутствия режима совместной собственности на спорное жилое помещение, стало невозможным обратиться в суд с исковым заявлением о разделе совместного имущества супругов, поведение истца необходимо признать недобросовестным и отказать в защите нарушенного права, в виде применения сроков исковой давности.

Представитель ФИО2 – ФИО6 в судебном заседании пояснил, что ФИО2 после расторжения брака хотел разделить совместно нажитое имущество, однако получив копию иска о выселении понял, что спорная квартира принадлежит на основании договора дарения ФИО1 и не является совместной собственностью. Указанные сделки по договорам дарения были совершены с целью ухода от уплаты налога.

В судебном заседании третье лицо ФИО3 суду пояснил, что с исковыми требованиями ФИО1 согласен, со встречными требованиями ФИО2 к ФИО1 не согласен. Указал, что он являлся сиротой, его мама умерла, а отец устранился от его воспитания, поэтому его вырастила ФИО1 и бабушка с дедушкой. Он проживал с ними с 1 месяца. Сначала опекуном была бабушка ФИО5, потом ФИО1 Раньше они все проживали в <адрес>. Сначала бабушка с дедушкой уехали в <адрес>, а потом и ФИО1 ФИО2 не хотел переезжать в <адрес>. По приезду в <адрес> все проживали у бабушки ФИО5 по <адрес>7.В 2011 году ему, как сироте, выделили квартиру в <адрес>—Илимском. На то время все запланировали переезжать в <адрес> и он выставил свою квартиру на продажу. Квартиру купила Администрация <адрес> за 795 000 руб. Продажей квартиры занималась ФИО1, действуя от его имени по доверенности. Денежные средства от продажи квартиры были переведены покупателем на счет ФИО1, потом она сняла деньги и передала их ему наличными. В период с 2009 по 2012 года он время учился в Иркутском железнодорожном институте, получал стипендию и подрабатывал помощником машиниста. Также он получал пенсию по потере кормильца. Летом он не отдыхал, а работал помощником машиниста. Зарплата была 50 000 руб.- 70 000 руб., ее переводили на карту в Сбербанке. Поэтому у него имелись накопления на счете. ФИО1 выбирала ему квартиру в <адрес>, так как он в это время учился и проживал в <адрес>. Он видел, какую квартиру выбрала ФИО1, так как он постоянно приезжал в <адрес>, и в том числе приезжал посмотреть спорную квартиру. Он купил данную квартиру за 1 000 000 руб. Она была в плохом состоянии, в ванной была плесень, требовался ремонт. После покупки он не мог там проживать, жил у бабушки по <адрес>. В данной квартире он является собственником 2/3 доли, остальная часть у бабушки, дедушка умер, и доля отказавшихся наследников перешла ему. Договор дарения квартиры по <адрес>197, в <адрес> он заключал лично ДД.ММ.ГГГГ. На регистрации сделки присутствовал он сам и бабушка ФИО5

В ремонт квартиры по <адрес>197 в <адрес> денежные средства в основном вкладывала ФИО1, которые у нее были после продажи ее квартиры в <адрес>, но он тоже давал деньги. Он с ФИО1 – одна семья, тетя для него очень близкий человек, который заменила ему мать. Также они всегда помогают друг другу и бабушке. ФИО2 не давал денег на ремонт квартиры по <адрес>.

В судебном заседании помощник прокурора <адрес> ФИО12, дал заключение из которого следует, что в судебном заседании установлены следующие юридически значимые обстоятельства. Спорное жилое помещение – <адрес> в <адрес> является собственностью ФИО1, приобретенной ею в дар в период брака с ФИО2, что в силу положений ч. 1 ст. 36 Семейного кодекса РФ относится к личной собственности супруга, в данном случае ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ брак между истцом и ответчиком расторгнут. Ответчик в отсутствие каких-либо заключенных соглашений между сторонами продолжает проживать в вышеуказанном жилом помещении, бремя содержания расходов несет частично. Совместное проживание истца с ответчиком не возможно. Учитывая, что ответчик не является собственником жилого помещения, является бывшим членом семьи собственника, каких-либо соглашений о порядке пользования квартирой не заключал, следовательно, правовых оснований для проживания в занимаемом жилом помещении у ответчика не имеется. Ответчик без разрешения собственника жилого помещения проживает в жилом помещении, создавая препятствия в реализации прав истца как собственника жилого помещения. Ответчик не представил суду доказательств, подтверждающих наличие законных оснований пользования спорным жилым помещением в настоящее время. Удовлетворение первоначальных требований по иску влечет отказ в удовлетворении заявленных встречных требований. Вместе с тем, по требованиям стороны ответчика считаю необходимым остановиться на следующем. Не повторяя доводы правовой позиции представителя ответчика по первоначальному иску о восстановлении пропущенного срока для оспаривания сделок, полагаю, что он может быть восстановлен судом по доводам, изложенным в дополнительных пояснениях стороны ответчика. При этом, следует отметить, что ответчиком по первоначальному иску не заявлены требования о признании договора купли-продажи, заключенного между ФИО4 и ФИО22, недействительным. Более того, в материалах дела имеются сведения об источнике (происхождении) денежных средств, на которые было приобретено ФИО22 жилое помещение. В судебном заседании стороной ответчика не представлено надлежащих доказательств, отвечающих требованиям ст.ст. 59-60 ГПК РФ, ст.ст. 161-162 ГК РФ, и подтверждающих факт того, что в оплату стоимости сделки вносились денежные средства, переданные ФИО2, равно как и факт того, что ФИО22 брал деньги у ФИО21 для осуществления сделки. Истцом по встречному иску не доказан факт возмездности совершения сделок по дарению недвижимого имущества либо заключения данных сделок на иных условиях, отличных от указанных в договорах. Факт совершения истцом в отношении ответчика мошеннических действий при приобретении жилья не нашел своего подтверждения, уголовные дела в отношении ФИО1 не возбуждались. Соответственно, оснований для признания сделок единым договором купли-продажи и притворными не усматривается. Что касается свидетельских показаний, то не исключается, что ФИО2 рассказывал свидетелям о намерениях приобрести жилье и дальнейшем его приобретении, но заблуждался относительно кем именно и каким способом приобретено жилое помещение. При указанных обстоятельствах, руководствуясь ст. 45 ГПК РФ, с учетом положений ст. 209, 304 ГК РФ, ст. 36 СК РФ, ст. 31, 35 ЖК РФ, полагаю, что исковые требования ФИО1 к ФИО2 о признании прекращенным право пользования жилым помещением и о выселении из занимаемого жилого помещения подлежат удовлетворению. Требование о снятии с регистрационного учета не является материальным требованием и не может быть удовлетворено судом, поскольку относится к прерогативе органа регистрационного учета. Так, в силу положений ст. 7 Закона РФ от ДД.ММ.ГГГГ *** «О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации» вступившее в законную силу решение суда о выселении из занимаемого жилого помещения или признание утратившим право пользования жилым помещением будет являться основанием для снятия гражданина РФ с регистрационного учета по месту жительства. Встречные исковые, требования ФИО2 к ФИО1 удовлетворению не подлежат.

В судебное заседание не явились: ответчики по встречному иску ФИО5 и ФИО3, третьи лица ОУФМС России по Иркутской области в г. Братске и Братском р-не, Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Иркутской области, извещены надлежащим образом. От представителя Росреестра поступили возражения на встречный иск.

Выслушав пояснение сторон, заключение прокурора, изучив письменные материалы дела, предмет и основание заявленного иска, заслушав показание свидетелей, исследовав и оценив все представленные по делу доказательства, определив обстоятельства, имеющие юридическое значение для разрешения спора по существу, суд приходит к следующему.

В соответствии с п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Ничтожными являются сделки, которые недействительны по основаниям, установленным законом, независимо от признания недействительности судом (п. 1 ст. 166 ГК РФ). Этим они отличаются от оспоримых сделок, которые могут быть признаны недействительными только по решению суда.

Признаки ничтожной сделки: сделка является таковой в силу прямого указания закона, например: мнимая сделка (п. 1 ст. 170 ГК РФ); притворная сделка (п. 2 ст. 170 ГК РФ); сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка и нравственности (ст. 169 ГК РФ); сделка, совершенная без обязательного нотариального удостоверения (п. 3 ст. 163 ГК РФ).

Согласно п. 3 ст. 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Согласно п. 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ). Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Например, при установлении того факта, что стороны с целью прикрыть сделку на крупную сумму совершили сделку на меньшую сумму, суд признает заключенную между сторонами сделку как совершенную на крупную сумму, то есть применяет относящиеся к прикрываемой сделке правила. Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами.

Пункт 88 этого же постановления Пленума разъясняет, что, применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Из содержания указанной нормы и разъяснений Пленума следует, что для признания прикрывающей сделки недействительной в связи с ее притворностью суду необходимо установить, что действительная воля всех сторон сделки была направлена на заключение иной (прикрываемой) сделки.

В соответствии с п. 1 ст. 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В соответствии с п. 1 ст. 551 ГК РФ переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации.

В соответствии с п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В соответствии с ч. 3 ст. 574 ГК РФ договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

В соответствии с п. 1 ч. 2 ст. 223 ГК РФ в случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать с в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Таким образом, оспаривая сделки, заключенные между сторонами ввиду их притворности, бремя доказывания обстоятельств подтверждающих притворность сделки, возложено на истца.

Пояснения сторон являются доказательствами по делу и подлежат проверке наряду с другими доказательствами.

Обращаясь в суд с иском, ФИО2 просил суд о квалификации договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО4 и ФИО3 договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО3 и ФИО5, договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО5 и ФИО1, как единый договор купли-продажи жилого помещения; о признании недействительным как притворный договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО3 и ФИО5; о признании недействительным как притворный договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО5 и ФИО1; о переводе прав и обязанностей покупателя по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ на ФИО1

Таким образом, по данным требованиям юридически значимым обстоятельством является выяснение судом вопроса о том, была ли воля всех участников сделок направлена на достижение одних правовых последствий.

Из материалов гражданского дела ***, запрошенных у мирового судьи судебного участка № <адрес> установлено, что ФИО1 и ФИО2 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ состояли в зарегистрированном браке. Как следует из обоснования иска, брачные отношения между супругами были прекращены с июня 2023 года. ДД.ММ.ГГГГ требования ФИО1 удовлетворены, брак между супругами расторгнут.

Согласно свидетельству о расторжении брака от ДД.ММ.ГГГГ, брак между ФИО1 и ФИО2 прекращен ДД.ММ.ГГГГ на основании решения мирового судьи судебного участка № <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ.

В период брака ФИО1 была подарена квартира, расположенная по адресу: <адрес>, согласно договору дарения от ДД.ММ.ГГГГ. Из данного договора следует, что ФИО5 безвозмездно передает в собственность ФИО1 квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, квартира принадлежит дарителю на праве собственности, зарегистрированному Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по <адрес>, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним ДД.ММ.ГГГГ сделана запись регистрации права собственности ***. Право собственности па Квартиру зарегистрировано на основании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного с ФИО3, дата регистрации ДД.ММ.ГГГГ. ***. Стоимость Квартиры по соглашению сторон, составляет 970 000 рублей.

Передача квартиры осуществляется путем подписания акта приема-передачи квартиры, который является неотъемлемым приложением к настоящему договору. Настоящий договор считается заключенным с момента государственной регистрации в ином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним (т.1 л.д. 81-84,).

В указанной квартире по адресу: <адрес>, помимо ФИО1, с ДД.ММ.ГГГГ состоятт на регистрационном учете ФИО2 и ФИО13, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, что следует из адресной справки отдела по вопросам миграции МУ МВД России «Братское» от 08.11.2024

Как следует из пояснения ФИО1 данных в ходе рассмотрения дела ФИО5 приходиться ей матерью, ФИО3 – племянником (сын умершей сестры). ФИО3 купил квартиру, затем подарил её матери ФИО5, а её мать подарила истцу. У ФИО1 была квартира в Железногорске-Илимском, которую она продала, ответчик ФИО2 в покупке и продаже данной квартиры участие не принимал.

Судом установлено, что ранее спорная квартира на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, была приобретена в собственность ФИО3 у ФИО4 за за 1 000 000 руб., покупатель выплатил продавцу 970 000 руб. до подписания договора, 30 000 руб. обязался выплатить продавцу до ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д. 79-80).

В дальнейшем ФИО3 подарил данный объект недвижимости ФИО5, на основании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, из которого следует, что ФИО3 безвозмездно передает в собственность ФИО5 квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, квартира принадлежит дарителю на праве собственности, зарегистрированному Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по <адрес>, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним ДД.ММ.ГГГГ сделана запись регистрации права собственности ***. Право собственности на квартиру зарегистрировано на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного с ФИО4, дата регистрации ДД.ММ.ГГГГ ***. Стоимость квартиры по соглашению сторон, составляет 970 000 рублей. Передача квартиры осуществляется путем - подписания акта приема-передачи квартиры, который является неотъемлемым приложением к настоящему договору. Настоящий договор считается заключенным с момента государственной регистрации в ином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним.

При этом, во встречном исковом заявлении отражено, что денежные средства, вложенные в приобретение спорной квартиры ФИО3 по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ и в последующий ремонт, были взяты у ФИО2, поскольку ФИО1 произвести указанные действия не могла, в связи с отсутствием финансовой возможности. В обоснование поименованных доводов истец по встречному иску ссылаться на то, что ФИО3 не обладал финансовой возможностью произвести столь дорогостоящую покупку, денежных средства на приобретение спорной квартиры, ему были переданы ФИО1, а последней в свою очередь ФИО2 В связи с умышленными действиями ФИО1, направленными на приобретение квартиру в единоличную собственность, путем проведения ряда сделок, ФИО2 считает, что оспариваемая сделка является притворной и осуществлена прикрыть именно сделку купли-продажи спорной квартиры.

На доводы истца по встречному иску о том, что ФИО3 не обладал финансовой возможностью произвести столь дорогостоящую покупку, ФИО1 представлены в материалы сведения о его платежеспособности. Так, в материалы гражданского дела, стороной ответчика по встречному иску, представлен муниципальный контракт 01-71 купли-продажи жилого помещения для дальнейшего предоставления по договору социального найма гражданам от ДД.ММ.ГГГГ, по условиям которого ФИО3 в лице поверенной ФИО1 действующей на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, с правом получения денежных средств следуемых по сделке, на возмездной основе передал в собственность администрации МО «Железногорск-Илимского» городского поселения квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, квартал 10, <адрес>. Денежные средства, в размере 796 500 рублей, в счет продажи поименованного объекта недвижимости (т.1 л.д. 164-169), были перечислены на расчетный счет ФИО1, в соответствии с полномочиями по доверенности, что подтверждается выпиской по вкладу ФИО1 (т.2 л.д. 125). Указанная выписка, в том числе, отражает в себе сведения о снятии денежных средств ДД.ММ.ГГГГ (дата заключения договора купли-продажи) для передачи ФИО3

ФИО1 в опровержение доводов истца по встречному иску о том, что денежные средства, вложенные в приобретение спорной квартиры ФИО3 по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ и в последующий ремонт, были взяты у ФИО2, поскольку ФИО1 произвести указанные действия не могла, в связи с отсутствием финансовой возможности, представлены в материалы дела сведения о её платежеспособности, а именно о наличии у неё денежных средств в указанном размере на сумму ремонта спорного объекта недвижимости, которые не являются совместной собственностью супругов.

Так, в материалы гражданского дела представлен договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, по условиям которого ФИО1 на возмездной основе передала в собственность ОАО «Российские железные дороги», квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, квартал 6, <адрес>. Денежные средства, в размере 1 100 000 рублей, в счет продажи поименованного объекта недвижимости, были перечислены на расчетный счет ФИО1, что подтверждается выпиской по вкладу, приобщенной к материалам дела (т.2 л.д.123-125). Указанная квартира, принадлежала ФИО1 на праве собственности на основании договора купли-продажи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ, то есть приобретена ответчиком до заключения брака с истцом по встречному иску, из чего следует, что денежные средства от продажи поименованной квартиры, которые были потрачены на ремонт спорной квартиры, не являются совместной собственностью супругов ФИО2 и ФИО1

На запросы суда представлены: ответы в отношении ФИО2 различных банков, из которых, по состоянию на спорный период, не отслеживается снятие ФИО2 крупной денежной суммы, равно, как и не отслеживается перечисление ФИО2 на счет ФИО1 денежных средств (т. 1 л.д. 62-66,120, 123,126-130,132-135).

В подтверждение своих доводов, ФИО2 представил в материалы дела письменные пояснения ФИО15 от ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенные нотариусом (т.1 л.д. 106-107), письменные пояснения ФИО16 от ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенные нотариусом (т.2 л.д. 126), протокол допроса свидетеля ФИО14 удостоверенные нотариусом (т.2 л.д. 127-128).

В силу ст. 12 Гражданского процессуального кодекса РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В соответствии со ст. 55 Гражданского процессуального кодекса РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов. Доказательства, полученные с нарушением закона, не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу решения суда.

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (ст. 67 ГПК РФ), в том числе на предмет их относимости и допустимости.

В частности, обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами (ст. 60 ГПК РФ).

Согласно ст. 103 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате (утв. ВС РФ 11.02.1993 N 4462-1) в порядке обеспечения доказательств нотариус допрашивает свидетелей, производит осмотр письменных и вещественных доказательств, назначает экспертизу.

Нотариус извещает о времени и месте обеспечения доказательств стороны и заинтересованных лиц, однако неявка их не является препятствием для выполнения действий по обеспечению доказательств.

Обеспечение доказательств без извещения одной из сторон и заинтересованных лиц производится лишь в случаях, не терпящих отлагательства, или когда нельзя определить, кто впоследствии будет участвовать в деле.

Нотариус предупреждает свидетеля и эксперта об ответственности за дачу заведомо ложного показания или заключения и за отказ или уклонение от дачи показания или заключения.

В соответствии с п. 6.2 «Методических рекомендаций по обеспечению доказательств нотариусами» (утв. решением Правления ФНП, протокол от 26.06.2023 N 10/23) в порядке обеспечения доказательств нотариус допрашивает свидетеля, если есть основания полагать, что впоследствии вызов свидетеля в суд будет невозможен или затруднителен. Заявленные основания указываются нотариусом в протоколе допроса свидетеля.

Нотариус не оценивает самостоятельно уважительность причин невозможности или затруднительности явки свидетеля в суд, поскольку согласно статье 67 ГПК РФ и статье 71 АПК РФ оценка относимости, допустимости, достоверности доказательств отнесена к компетенции суда, исходя из всей совокупности доказательств по делу.

При подготовке к допросу свидетеля, нотариус разъясняет заявителю риск непринятия судом доказательств, если причины обеспечения доказательств будут признаны судом неуважительными.

Однако в нарушение вышеуказанных требований при отобрании пояснения у ФИО15, ФИО16, об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний нотариусом не предупреждались, обстоятельств, дающих основания полагать, что впоследствии вызов ФИО15, ФИО16, ФИО14 в суд будет невозможен или затруднителен, представленные заявления не содержат и нотариусом при удостоверении заявлений не выяснялся.

Вместе с тем, свидетель ФИО14 была надлежащим образом предупреждена нотариусом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. Из протокола допроса следует, что она зарегистрирована в <адрес>.

Фактически, в нарушение положений ст. ст. 69, 70 Гражданского процессуального кодекса РФ сторона истца по встречному иску подменила процедуру судебного допроса свидетеля по обстоятельствам дела, имеющим существенное значение, предоставив его нотариально заверенные письменные пояснения, чем лишило противоположную сторону воспользоваться предоставленными им процессуальными правами, в том числе задать вопросы свидетелю, повлекло для суда невозможность непосредственного исследования доказательств по делу в виде свидетельских показаний.

Принимая во внимание, что представленные пояснения даны в отсутствие объективных доказательств, свидетельствующих о невозможности обеспечения их явки в судебное заседание для допроса, ФИО15 ФИО16 об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний не предупреждались, мотивы, по которым даны такие пояснения нотариусом не выяснялись, учитывая нарушение принципа состязательности сторон при осуществлении правосудия по гражданским делам, в связи с не обеспечением стороной истца по встречному иску возможности защищающейся стороне задать вопросы по доводам исковых требований, суд признает письменные показания свидетелей ФИО15, ФИО16, не допустимым доказательством.

Оценивая показания свидетеля ФИО14, суд в качестве допустимых доказательств, поскольку в силу ст. 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами. К данного свидетеля суд относится критически, поскольку полагает, что данное лицо прямо или косвенно заинтересовано в исходе дела ввиду наличия дружеских отношений с истцом по встречному иску.

Кроме того, в судебном заседании по ходатайству ФИО1 был допрошен свидетель ФИО17, которая суду показала, что истец (ответчик по встречному иску) ей знакома около 12 лет. Со слов известно, что с ФИО2 отношения плохие, угрожает ей, бьет, постоянно на него жалуется. Была у нее в квартире, его дома в этот период не было. Дома постоянно батарея бутылок, ФИО2 пьет. Проживать она с ним не может, у нее инвалидность, больные ноги после инсульта. Денег ответчик ей не дает, толкает, угрожает. Видела на ней следы побоев, он ей разбил кости рук, видела на фото. В моем присутствии не бил, его видела 2 раза, видела их вместе, они между собой не общались, как будто разные люди. Он участие в приобретении квартиры не принимал, квартиру подарила ее мать, от продажи своей квартиры в Железногорске-Илимском, ФИО1 сделала ремонт в спорной квартире. У ФИО2 есть дом в <адрес>, он каждое лето туда уезжает. В спорной квартире у ответчика сейчас своя комната, общего быта с истцом нет, все раздельно.

Согласно сведениям ОСФР по <адрес> (т.1 л.д.30,31,67, 68) ФИО2 является получателем страховой пенсии по старости в размере 34 592,42 руб.

Из уведомления Роскадастра от ДД.ММ.ГГГГ следует, что в ЕГРН отсутствуют сведения о правах ФИО2 на имевшиеся у него объекты недвижимости.

Из договора на передачу жилого помещения в личную собственность граждан *** от ДД.ММ.ГГГГ, договора купли-продажи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО2 являлся собственником ? долю в праве общей собственности квартиры, расположенной по адресу <адрес>, 6-й кв-л д. 15 (стоимость квартиры при продаже составила 2 360 000 руб.).

Согласно сведениям ОСФР по <адрес>, ОГБУ «УСЗСОН по <адрес>» в отношении ФИО3 отсутствуют сведения о каких-либо выплатах.

Одним из доводов встречного иска заявлен факт совершения ФИО1 в отношении ФИО2 мошеннических действий при приобретении жилья, в связи с чем судом исследован материал об отказе в возбуждении уголовного дела КУСП *** от ДД.ММ.ГГГГ. Из протокола опроса от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 следует, что он проживает и зарегистрирован по адресу: <адрес>197 в двухкомнатной квартире, совместно с бывшей женой ФИО1 Проживает с ней в одной квартире, однако разведены с сентября 2024 года, без раздела имущества по инициативе его бывшей жены. Квартиру они приобрели в 2012 совместно с ФИО8, бюджет был общий. В сентябре 2024 года он узнал от ФИО1 о том, что их развели официально. Сам он на развод не подавал, узнал об этом после вынесения решения суда о разводе. Какие были причины принятия решения о разводе со стороны ФИО8, он не знает, свидетельства о расторжении брака у него нет. После развода они продолжали совместно проживать в квартире вместе с ФИО8 и общим сыном. ДД.ММ.ГГГГ вечером он узнал от ФИО8, что ДД.ММ.ГГГГ в БГС состоится суд по вопросу выселения его из квартиры. Он на заседание не явился так как после того как узнал о нем, ему стало плохо. ДД.ММ.ГГГГ в 10 часов 00 минут он обратился в скорую медицинскую помощь, так как у него было высокое давление. Далее ДД.ММ.ГГГГ в 14 часов 00 минут он проехал в Братский городской суд и пояснил почему он не смог явиться на заседание. Далее ДД.ММ.ГГГГ в 15часов 00 минут он обратился в юридическую компанию «Сворог» за помощью к юристу. После разговора с юристом, он хотел подать встречное исковое заявление о разделе совместно нажитого имущества. Но когда юрист обратилась в суд для ознакомления с материалами, то обнаружила, что имеется договор дарения на ФИО1 от декабря 2012 года, где не указанно от кого именно. Уточнил, что летом 2012 года когда он совместно с ФИО8 переехали с <адрес> и покупали квартиру в городе Братске на общие деньги, то есть его средства на покупку квартиры на тот момент составили 900000 рублей, стоимость квартиры была около 175000 рублей, точную сумму он не помнит. Остальные денежные средства предоставила ФИО8. У него отсутствуют документы на квартиру, также нет договора купли-продажи. При покупке квартиры всем оформлением документации занималась ФИО1, он только передал ей в руки наличные денежные средства. Никаких подтверждений передачи денежных средств у него нет. Но имеется нотариально заверенное пояснение от его дочери ФИО15 от первого брака, где она подтверждает наличие у него денежных средств.

При рассмотрении данного материала была опрошена ФИО1, которая пояснила, что проживает по адресу <адрес>197 с ФИО2 с которым состояла в официальном браке с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ год. Однако в отношениях с ним состояли с 2001 года, а совместно начали проживать с 2003 года в её квартире, расположенной в <адрес>. В 2012 году она решила со своим ребенком переехать в <адрес> без супруга, он был на это согласен, так как отношения на тот момент между нами были уже напряженными, однако в последний момент супруг поехал со мной в <адрес>. Тогда она решила выставить свою квартиру, расположенную в <адрес> на продажу и поехала в <адрес> искать интересующие её варианты квартир. Однако из-за разницы в стоимости квартир у нее не получилось подобрать подходящий вариант. Тогда её племянник ФИО3 предложил пожить в его на тот момент квартире, расположенной по адресу: <адрес>197, в дальнейшем он предложил, что подарит квартиру, расположенную по адресу: <адрес>197, в счет того, что она откажется от возможного наследства по квартире, принадлежащей её родной матери ФИО5 и покойному отцу ФИО18 Данный вариант её устроил, так как на тот момент с продажи квартиры в <адрес> ей не хватило денежных средств на приобретение даже однокомнатной квартиры в <адрес>. Но так как ФИО9 сам на тот момент только купил квартиру, он должен был произвести уплату налога, а так как она не прямой родственник он не мог ей подарить в связи, с чем он произвел дарение квартиры сначала её матери, а в дальнейшем мама подарила квартиру ей. При этом никакие денежные средства она за квартиру, расположенную по адресу: <адрес>197, она не платила. Её бывший супруг ФИО2 также никакие денежные средства на данную квартиру не предоставлял. Также пояснила, что денежные средства, которые она выручила с продажи квартиры, расположенной в <адрес>, она потратила на частичный ремонт квартиры по адресу: <адрес>197, при этом суммы на полный ремонт квартиры ей не хватило, супруг в ремонте не участвовал. Также пояснила, что её бывший супруг изначально знал, что квартира ей дарится, и они ее не приобретают. О том, что у супруга имелись в 2012 какие-то денежные средства, она не знала, и он об этом ей не говорил и предполагает, что это выдуманная информация. Пояснила, что каких либо противоправных действий она не совершала. Квартиру, расположенную по адресу: <адрес> 197, получила в дар законно.

При рассмотрении данного материала был опрошен ФИО3, который пояснил, что он проживает по адресу: <адрес>63. Ранее до 2011 года проживал в <адрес>. По причине того, что он являлся сиротой по причине смерти матери и лишения родительских прав отца, ему в 2011 году Муниципальное образование «<адрес>» выдало квартиру. Данную квартиру он продал и купил в <адрес> по адресу: <адрес>197, которую в дальнейшем решил подарить своей тете, так как в данной квартире не нуждался, а его тетя ФИО1 переезжала в <адрес> и у нее была трудная финансовая ситуация. Квартиру, расположенную по адресу: <адрес>197, он не продавал, она была им подарена тете. Никаких денежных средств от ФИО1 и ФИО2 он не получал.

Постановлением от 18.04.2025 отказано в возбуждении уголовного дела по сообщению о совершении преступления предусмотренного ст. 159 УК РФ по основаниям п. 2 ч.1 ст.24 УПК РФ за отсутствием состава преступления в деянии гр. ФИО1, отказано в возбуждении уголовного дела по сообщению о совершении преступления предусмотренного ст. 306 УК РФ, по основаниям п. 2 ч.1 ст.24 УПК РФ за отсутствием состава преступления в деянии ФИО2, указав в данном случае усматриваются гражданско-правовые отношения, решаемые в судебном порядке

К доводам ФИО2 о том, что денежные средства, вложенные в приобретение спорной квартиры ФИО3 по договору купли-продажи от 24.07.2012 и в последующий ремонт, были взяты у ФИО2, суд относится критически, поскольку истцом, в нарушение ст. 56 ГПК РФ не представлено доказательств своих доводов.

Доказательств того, что ФИО5 имелось намерение по отчуждению спорной квартиры и совершении возмездной сделки, истцом по встречному иску вопреки требованиям ст. 56 ГПК РФ, не представлено, как не представлены доказательства возмездности данного договора либо наличие встречного исполнения. То обстоятельство, что договор дарения заключен между близкими родственниками не имеет правового значения, поскольку законом предусмотрена возможность заключения договора дарения между близкими родственниками, содержание и условия оспариваемого договора дарения не содержит встречных обязательств со стороны одаряемого ФИО1 Стороны ФИО5 и ФИО1 были свободны в заключении договора, условия договора определены ими по своему усмотрению, доказательств обратного в суд не представлено.

Притворные сделки, как правило, относят к сделкам с пороком воли. Основным условием для признания их недействительными является установление отличия истинной воли сторон от выраженной формально в сделке (Определения Верховного Суда РФ от 13.07.2018 N 308-ЭС18-2197, от 01.12.2015 N 22-КГ15-9, п. 87 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25).

В сложившейся ситуации, у суда отсутствуют основания для оценки оспариваемых договоров дарения как недействительными в силу притворности, поскольку суду не представлено, а входе судебного разбирательства судом также и не добыто доказательств, свидетельствующих о пороке воли обеих сторон при заключении договоров дарения спорной недвижимости.

Следует отметить, что дарение - один из распространенных способов передачи недвижимого имущества между родственниками.

Анализируя спорные сделки дарения по настоящему делу судом установлено, что не имеют места: доля в праве на отчуждаемое имущество, что доказывает выписка ЕГРН; посторонние лица - участники сделки (близкие родственники); уклонение от налогов, так как в соответствии с абз. 2 п. 18.1 ст. 217 НК РФ, доходы, полученные в порядке дарения, освобождаются от налогообложения в случае, если даритель и одаряемый являются членами семьи и (или) близкими родственниками в соответствии со ст. 14 Семейного кодекса РФ (супругами, родителями и детьми, в том числе усыновителями и усыновленными, дедушкой, бабушкой и внуками, полнородными и неполнородными (имеющими общих отца или мать) братьями и сестрами); факт передачи денежных средств сторонами сделки дарения.

Таким образом, судом установлено, что факт того, что в оплату стоимости сделки вносились денежные средства, переданные ФИО2, равно как и факт того, что ФИО22 брал деньги у ФИО1 для осуществления сделки не нашел своего подтверждения.

Истцом по встречному иску не доказан факт возмездности совершения сделок по дарению недвижимого имущества либо заключения данных сделок на иных условиях, отличных от указанных в договорах.

Факт совершения истцом в отношении ответчика мошеннических действий при приобретении жилья не нашел своего подтверждения, уголовные дела в отношении ФИО1 не возбуждались.

Соответственно, оснований для признания сделок единым договором купли-продажи и притворными не усматривается.

Иные доводы ФИО2, его представителя, исходя из вышеназванных правовых норм, выводов суда и установленных по делу обстоятельств, в рамках рассматриваемого спора не имеют правового значения, поскольку не направлены на установление юридически значимых обстоятельств.

Суд приходит к выводу, что признаки притворной сделки отсутствуют, факт того, что для прикрытия сделки сторонами были совершены оспариваемые сделки, при которых воля сторон была направлена на заключение договора купли-продажи спорного недвижимого имущества ФИО2 не доказан.

Рассматривая ходатайство истца (ответчика по встречному иску) ФИО1 о пропуске исковой давности, суд приходит к следующему.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, в силу п. 2 ст. 199 ГК РФ является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

По общему правилу срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной составляет 3 года (п. 1 ст. 181 ГК РФ).

Исчисление этого срока зависит от того, кто подал иск:

если сторона сделки, срок начинает течь со дня, когда началось ее исполнение (п. 1 ст. 181 ГК РФ). Это день, когда одна сторона приступила к фактическому исполнению, а другая - к его принятию (п. 101 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25). Общие положения о начале течения срока исковой давности в данном случае не применяются, поскольку п. 1 ст. 181 ГК РФ является специальной нормой по отношению к ст. 200 ГК РФ (Определение Верховного Суда РФ от 05.07.2016 N 18-КГ16-63); если иное лицо, срок начинает течь со дня, когда оно узнало или должно было узнать о начале исполнения сделки. При этом данный срок не может превышать 10 лет со дня начала исполнения сделки (п. 1 ст. 181 ГК РФ). Такой десятилетний срок начинает течь не ранее 1 сентября 2013 г. и применяться не ранее 1 сентября 2023 г. (п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43).

Вместе с тем, обращаясь в суд со встречным иском о признании сделок недействительными по мотиву их притворности, ФИО2 ссылался на то, что срок для обращения в суд с данными требованиями им не пропущен, поскольку ему стало известно о нарушении его прав лишь в день получения первоначального искового заявления и ознакомления с материалами дела, в связи с этим можно сделать обоснованный вывод, что о нарушении своего права истцу по встречному иску стало известно не ранее 08.11.2024. Следует учитывать, что законодательством Российской Федерации добросовестное поведение предполагается. Таким образом, проживая совместно, в браке, ФИО2 и не предполагал, что его супруга - ФИО1 могла произвести какие-либо юридические махинации с их совместной собственностью. Получать документацию на имущество или выяснять обстоятельства приобретения этого имущества ФИО2 не был обязан до момента такой необходимости, так как вопрос о выселении или расторжении брака не стоял. Они проживали совместно, ведя общее хозяйство. Их отношения были основаны на доверии. При указанных обстоятельствах ФИО2 и не мог предполагать, что с их совместной собственностью были произведены подобные махинации, пока не получил исковое заявление о выселении. При всем при этом, характер нарушения прав ФИО2 со стороны ФИО1, который выражался в нарушении закона, этических и моральных принципов, выходит за пределы осуществления гражданских права и в совокупности является злоупотреблением правом, что является нарушением ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Оценивая имеющиеся в деле доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ в их совокупности, суд приходит к следующему.

О совершенной сделке - договор дарения спорного имущества, ФИО2 при той степени заботливости и должной осмотрительности должен был узнать не позднее ДД.ММ.ГГГГ, поскольку на момент оформления регистрации по месту жительства по адресу: <адрес>, ж.<адрес>, собственником спорного имущества являлся ФИО3, который непосредственно прибыл для регистрации в отдел УФМС МВД <адрес> для постановки ФИО2, ФИО1 и ФИО13 на регистрационный учет. Кроме того, на момент заключения сделки по купле-продажи спорной квартиры и в последующем договоров дарения по данной квартире и по сентябрь 2024 ФИО2 состоял с ФИО1 в зарегистрированном браке, проживали совместно по одному адресу, вели общее хозяйство. Доказательств иного суду не представлено. Соответственно, действуя разумно и добросовестно, ФИО2 предполагая, что спорный объект недвижимого имущества является совместной собственностью, должен был интересоваться о его состоянии, нести расходы по его содержанию, поэтому при осуществлении прав собственника имущества, каким себя считал ФИО2 и при должной осмотрительности, он должен был узнать, что не является спорный объект недвижимости не является совместной собственностью в августе 2012 года. Довод ФИО2 о том, что он на регистрации по спорному адресу в УФМС <адрес> не присутствовал, сидел дома с ребенком, а ФИО1 передал свой паспорт, и она сама поставила его на регистрационный учет по спорному адресу, суд не принимает во внимание.

Кроме того, течение срока исковой давности по искам, направленным на оспаривание зарегистрированного права, начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о соответствующей записи в ЕГРН. Право собственности ФИО1 было зарегистрировано в реестре 12.12.2012. Сведения о зарегистрированных правах на объекты недвижимости являются общедоступными (часть 5 статьи 7 Федерального закона от 13.07.2015 N 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости»).

Как следует из возражений ФИО1, согласно представленной в материалы гражданского дела, адресной справки, следует, что истец по встречному иску был зарегистрирован в спорном жилом помещении с 15.08.2012. При этом, постановка на регистрационный учет ФИО2 осуществлялась прежним собственником ФИО3, который предоставил для совершения регистрационных действий договор купли-продажи от 24.07.2012 года спорного жилого помещения, свидетельствует о том, что истец по встречному иску знал, о том, кому принадлежала спорная квартира изначально.

Также, суд учитывает, что договор дарения от 01.12.2012 находился по месту совместного жительства ФИО2 и ФИО1, в доступном для ФИО2 месте, среди других документов, то есть ФИО1 не скрывала данный документ, хранив его дома, как указала сама истец по первоначальному иску в судебном заседании.

Как следует из совокупности изложенных выше доказательств, истцом по встречному иску в материалы дела не представлены допустимые, достоверные и достаточные доказательства подтверждающих, что он не знал о совершенной ее супругом сделки по объективным, не зависящим от него обстоятельствам, в связи, с чем суд приходит к выводу о том, что ФИО2 знал и должен был знать о совершенной сделки не позднее декабря 2012 года и имел возможность обратиться за защитой своего нарушенного права в пределах трехгодичного срока исковой давности. Доводы истца по встречному иску о том, что о нарушении своего права ему стало известно не ранее 08 ноября 2024, доказательствами не подтверждены.

В судебном заседании помощник прокурора г. Братска по ходатайству о пропуске исковой давности пояснил, что, не повторяя доводы правовой позиции представителя ответчика по первоначальному иску о восстановлении пропущенного срока для оспаривания сделок, полагает, что он может быть восстановлен судом по доводам, изложенным в дополнительных пояснениях стороны ответчика.

Ходатайство о восстановлении пропущенного процессуального срока ФИО2 не было заявлено.

Суд приходит к выводу, что оснований, предусмотренных ст. 170 ГК РФ, указывающих на притворность сделок, т.е. обстоятельств, указывающих на совершение спорных сделок с целью прикрыть иную сделку, не установлено, в связи с чем оснований об удовлетворении требований о квалификации договора купли-продажи от 24.07.2012, заключенного между ФИО4 и ФИО3 договора дарения от 24.08.2012, заключенного между ФИО3 и ФИО5, договора дарения от 01.12.2012, заключенного между ФИО5 и ФИО1, как единый договор купли-продажи жилого помещения и переводе прав и обязанностей покупателя по договору купли-продажи от 24.07.2012 на ФИО1 не имеется. Также суд пришел к выводу, что истец по встречному иску обратился в суд с иском об оспаривании договоров дарения со значительным пропуском срока исковой давности.

Резюмируя вышеизложенное, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных встречных требований по заявленным истцом доводам в полном объеме.

Рассматривая исковые требования ФИО1, суд исходит из следующего.

В соответствии со ст. 40 Конституции Российской Федерации, каждый имеет право на жилище. Никто не может быть произвольно лишен жилища.

В силу ч. 2 ст. 1 Жилищного кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ЖК РФ), граждане по своему усмотрению и в своих интересах осуществляют принадлежащие им жилищные права, в том числе распоряжаются ими. Граждане свободны в установлении и реализации своих жилищных прав в силу договора и (или) иных предусмотренных жилищным законодательством оснований. Граждане, осуществляя жилищные права и исполняя вытекающие из жилищных отношений обязанности, не должны нарушать права, свободы и законные интересы других граждан.

В соответствии со ст. ст. 10, 11 ЖК РФ, жилищные права и обязанности возникают, в том числе: из договоров и иных сделок, предусмотренных федеральным законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных федеральным законом, но не противоречащих ему; из судебных решений, установивших жилищные права и обязанности.

Защита жилищных прав осуществляется, в числе прочего, путем признания жилищного права.

В соответствии с ч. 1 ст. 30 Жилищного кодекса РФ собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования, которые установлены настоящим Кодексом.

В силу п. 2 ст. 30 Жилищного кодекса РФ собственник жилого помещения вправе предоставить во владение и (или) в пользование принадлежащее ему на праве собственности жилое помещение гражданину на основании договора найма, договора безвозмездного пользования или на ином законном основании, а также юридическому лицу на основании договора аренды или на ином законном основании с учетом требований, установленных гражданским законодательством, настоящим Кодексом.

В соответствии со статьей 31 ЖК РФ к членам семьи собственника жилого помещения относятся проживающие совместно с данным собственником в принадлежащем ему жилом помещении его супруг, а также дети и родители данного собственника. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы и в исключительных случаях иные граждане могут быть признаны членами семьи собственника, если они вселены собственником в качестве членов своей семьи.

Члены семьи собственника жилого помещения имеют право пользования данным жилым помещением наравне с его собственником, если иное не установлено соглашением между собственником и членами его семьи. Члены семьи собственника жилого помещения обязаны использовать данное жилое помещение по назначению, обеспечивать его сохранность.

В случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, если иное не установлено соглашением между собственником и бывшим членом его семьи.

К членам семьи собственника жилого помещения относятся проживающие совместно с данным собственником в принадлежащем ему жилом помещении его супруг, а также дети и родители данного собственника.

Жилищный кодекс Российской Федерации не дает понятия, кого следует понимать под бывшим членом семьи собственника. Согласно правовой позиции, выраженной в абзаце 2 пункта 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 г. № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации», по смыслу частей 1 и 4 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации, к бывшим членам семьи собственника жилого помещения относятся лица, с которыми у собственника прекращены семейные отношения. Под прекращением семейных отношений между супругами следует понимать расторжение брака в органах записи актов гражданского состояния, в суде, признание брака недействительным. Отказ от ведения общего хозяйства иных лиц с собственником жилого помещения, отсутствие у них с собственником общего бюджета, общих предметов быта, неоказание взаимной поддержки друг другу и т.п., а также выезд в другое место жительства могут свидетельствовать о прекращении семейных отношений с собственником жилого помещения, но должны оцениваться в совокупности с другими доказательствами, представленными сторонами.

Вопрос о признании лица бывшим членом семьи собственника жилого помещения при возникновении спора решается судом с учетом конкретных обстоятельств каждого дела.

Согласно ст. 304 ГК РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

В соответствии с ч. 1 ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

В соответствии с ч. 2 ст. 209 ГК РФ собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Согласно ст. 12 ГК РФ защита гражданских прав может осуществляться путем пресечения действий, нарушающих право.

В соответствии со статьей 31 ЖК РФ в случае прекращения у гражданина права пользования жилым помещением по основаниям, предусмотренным настоящим Кодексом, другими федеральными законами, договором, или на основании решения суда данный гражданин обязан освободить соответствующее жилое помещение (прекратить пользоваться им). Если данный гражданин в срок, установленный собственником соответствующего жилого помещения, не освобождает указанное жилое помещение, он подлежит выселению по требованию собственника на основании решения суда.

В силу положений ч. 4 ст. 31 ЖК РФ, в случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, если иное не установлено соглашением между собственником и бывшим членом его семьи. Если у бывшего члена семьи собственника жилого помещения отсутствуют основания приобретения или осуществления права пользования иным жилым помещением, а также если имущественное положение бывшего члена семьи собственника жилого помещения и другие заслуживающие внимания обстоятельства не позволяют ему обеспечить себя иным жилым помещением, право пользования жилым помещением, принадлежащим указанному собственнику, может быть сохранено за бывшим членом его семьи на определенный срок на основании решения суда. При этом суд вправе обязать собственника жилого помещения обеспечить иным жилым помещением бывшего супруга и других членов его семьи, в пользу которых собственник исполняет алиментные обязательства, по их требованию.

Пункт 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 02.07.2009 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса РФ» разъясняет, что при рассмотрении иска собственника жилого помещения к бывшему члену семьи о прекращении права пользования жилым помещением и выселении суду в случае возражения ответчика против удовлетворения иска в целях обеспечения баланса интересов сторон спорного правоотношения надлежит исходя из положений части 4 статьи 31 ЖК РФ решить вопрос о возможности сохранения за бывшим членом семьи собственника права пользования жилым помещением на определенный срок независимо от предъявления им встречного иска об этом. Принятие судом решения о сохранении права пользования жилым помещением за бывшим членом семьи на определенный срок допускается частью 4 статьи 31 ЖК РФ при установлении следующих обстоятельств: а/ отсутствие у бывшего члена семьи собственника жилого помещения оснований приобретения или осуществления права пользования иным жилым помещением /то есть у бывшего члена семьи собственника не имеется другого жилого помещения в собственности, отсутствует право пользования другим жилым помещением по договору найма; бывший член семьи собственника не является участником договора долевого участия в строительстве жилого дома, квартиры или иного гражданского правового договора на приобретение жилья и др./; б/ отсутствие у бывшего члена семьи собственника возможности обеспечить себя иным жилым помещением /купить квартиру, заключить договор найма жилого помещения и др. по причине имущественного положения /отсутствует заработок, недостаточно средств/ и других заслуживающих внимания обстоятельств /состояние здоровья, нетрудоспособность по возрасту или состоянию здоровья, наличие нетрудоспособных иждивенцев, потеря работы, учета и т.п.

Согласно представленной в материалы гражданского дела, адресной справки, следует, что ФИО2 зарегистрирован с ДД.ММ.ГГГГ по адресу <адрес>.

Судом установлено, что жилое помещение – <адрес> в <адрес> является собственностью ФИО1, приобретенной ею в дар в период брака с ФИО2, что в силу положений ч. 1 ст. 36 Семейного кодекса РФ относится к личной собственности супруга, в данном случае ФИО1

ДД.ММ.ГГГГ брак между ФИО1 и ФИО2 расторгнут.

ФИО1 производит оплату по коммунальным услугам по спорной квартире, что подтверждается платежами в ПАО Сбербанк (т.1 л.д. 170-250, 2т. л.д. 1-96)

Как следует из обоснования иска, ФИО2 в отсутствие каких-либо заключенных соглашений между сторонами продолжает проживать в вышеуказанном жилом помещении, бремя содержания расходов несет частично. Совместное проживание истца с ответчиком не возможно.

ФИО2 не представил суду доказательств, подтверждающих наличие законных оснований пользования спорным жилым помещением в настоящее время.

В ходе рассмотрения настоящего дела стороны не отрицали прекращение между ними семейных отношений и наличием конфликта между бывшими супругами.

Учитывая, что ответчик не является собственником жилого помещения, является бывшим членом семьи собственника (брак расторгнут в 2024), каких-либо соглашений о порядке пользования квартирой не заключал, правовых оснований для проживания в занимаемом жилом помещении у ответчика не имеется; ответчик без разрешения собственника жилого помещения проживает в жилом помещении, создавая препятствия в реализации прав истца как собственника жилого помещения.

Кроме того, в судебном заседании обсуждался вопрос, в соответствии с. 4 ст.31 ЖК РФ, об обеспеченности ФИО2 иным жилым помещением, наличием материальной возможности обеспечить себя жилым помещением. В связи с чем было установлено, что у ФИО2 отсутствует в собственности жилое помещение (том 1, л.д.73). Ранее ФИО2 являлся собственником ? доли в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: <адрес>, 6-й кв-л, <адрес>, которая продана на основании договора купли-продажи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ (том 1, л.д.101-104). Денежные средства от продажи квартиры, как указывал ФИО2 в судебном заседании и подтверждается выпиской по счету, находятся в отделении банка АТБ в размере 850 000 руб. (том 1, л.д.120). Кроме того, ФИО2 является пенсионером, получателем страховой пенсии в размере 34 592,42 руб. (том 1, л.д. 67).

Таким образом, суд пришел к убеждению, что у ФИО2, как у бывшего члена семьи собственника, имеется возможность обеспечить себя иным жилым помещением (купить квартиру, заключить договор найма жилого помещения и др.)

На основании вышеизложенного, суд приходит к выводу, что право пользования спорным жилым помещением ФИО2 прекратилось, в связи с чем имеются предусмотренные законом основания для его выселения из указанной квартиры без предоставления ему за счет истца другого жилого помещения.

В соответствии со ст. 7 Закона Российской Федерации «О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания жительства в пределах Российской Федерации» от 25.06.1993 года N 5242-1 снятие гражданина Российской Федерации с регистрационного учета по месту жительства производится органом регистрационного учета в случае выселения из занимаемого жилого помещения или признания утратившим право пользования жилым помещением - на основании вступившего в законную силу решения суда.

В соответствии с п. п. «е» п. 31 постановления Правительства РФ от 17.07.1995 № 713 «Об утверждении Правил регистрации и снятия граждан Российской Федерации с регистрационного учета по месту пребывания и по месту жительства в пределах Российской Федерации и перечня лиц, ответственных за прием и передачу в органы регистрационного учета документов для регистрации и снятия с регистрационного учета граждан Российской Федерации по месту пребывания и по месту жительства в пределах Российской Федерации», снятие гражданина с регистрационного учета по месту жительства производится органами регистрационного учета в случае признания утратившим право пользованиям жилым помещением - на основании вступившего в законную силу решения суда.

Признание гражданина прекратившим право пользования жилым помещением, решение о выселении, являются основанием для решения вопроса о снятии с регистрации (Правила регистрации и снятия граждан РФ с регистрационного учета с изменениями от 21.05.2012 г).

Суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований ФИО1

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить.

Прекратить право пользования ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт ***, выдан Нижнеилимским РОВД <адрес> ДД.ММ.ГГГГ, жилым помещением – квартирой, расположенной по адресу: <адрес>, ж.<адрес>.

Выселить ФИО2 из жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>, ж.<адрес>, без предоставления другого жилого помещения.

Решение суда о выселении ФИО2 из жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>, ж.<адрес>, без предоставления другого жилого помещения, является основанием для снятия его с регистрационного учета по указанному адресу.

Исковые требования ФИО2 о квалификации договора купли-продажи от 24.07.2012 г., заключенного между ФИО4 и ФИО3, договора дарения от 24.08.2012, заключенного между ФИО3 и ФИО5, договора дарения от 01.12.2012, заключенного между ФИО5 и ФИО1, как единый договор купли-продажи жилого помещения;

о признании недействительным как притворный договор дарения от 24.08.2012, заключенный между ФИО3 и ФИО5;

о признании недействительным как притворный договор дарения от 01.12.2012, заключенный между ФИО5 и ФИО1;

о переводе прав и обязанностей покупателя по договору купли-продажи от 24.07.2012 на ФИО1 – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано сторонами, прокурором может быть внесено апелляционное представление в Иркутский областной суд через Братский городской суд Иркутской области в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Судья Е.Л. Никулина

Мотивированное решение изготовлено 01.10.2025.