КОПИЯ

Дело № 2-367/2025

УИД 41RS0002-01-2024-004095-03

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

город Елизово Камчатского края

1 декабря 2025 года

Елизовский районный суд Камчатского края в составе председательствующего судьи Комлевой О.А.,

при секретаре судебного заседания Гевеленко М.В.,

с участием:

помощника Елизовского городского прокурора Панчук О.В.,

представителя истца ФИО4 – ФИО5, действующего на основании доверенности,

представителя истца ФИО6 – ФИО7, действующего на основании доверенности,

представителя ответчика ФИО8, действующей на основании ордера,

представителя третьего лица ФИО9 – ФИО10, действующего на основании доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО4, ФИО6 к акционерному обществу «Озерновский РКЗ № 55» о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, расходов (убытков), компенсации морального вреда, судебных расходов,

установил:

ФИО4, ФИО6 обратились в суд с иском к АО «Озерновский РКЗ № 55» о взыскании в пользу ФИО4 материального ущерба в размере 2 205 400 руб., компенсации морального вреда в размере 300 000 руб., судебных расходов по оплате услуг оценщика в размере 20 000 руб., оплате услуг специалиста по проведению фото-автотехнического исследования обстоятельств дорожно-транспортного происшествия (далее по тексту – ДТП) в размере 70 000 руб., государственной пошлины в размере 37 054 руб., расходов на оплату услуг представителя в размере 50 000 руб., расходов по изготовлению доверенности в размере 3 000 руб.; о взыскании в пользу ФИО6 компенсации морального вреда в размере 600 000 руб., расходов по оплате услуг представителя в размере 60 000 руб. и 50 000 руб., расходов на изготовление доверенности в размере 3 000 руб.

В обоснование заявленных требований указали, что 24 августа 2023 года около 17 час. на 13 км + 938 метров автодороги «с/х Начикинский – п. Усть-Большерецк – п. Октябрьский» с подъездом к пристани Косоево и к/з Октябрьской революции Елизовского района Камчатского края ФИО9, управляя транспортным средств «<данные изъяты>», г/н №, принадлежащем АО «Озерновский РКЗ № 55», в нарушение требований п. 9.1, 9.10 Правил дорожного движения РФ не выбрал безопасный боковой интервал, в результате чего произошло столкновение со встречным автомобилем «<данные изъяты>», г/н №, под управлением собственника ФИО4 Постановлением судьи Камчатского краевого суда от 9 октября 2024 года ФИО9 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ, производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ в отношении ФИО9, прекращено на основании п. 3 ч. 1 ст. 30.7 КоАП РФ. В результате ДТП автомобилю «<данные изъяты>» причинены значительные механические повреждения. Пассажиру, находившемуся в указанном автомобиле, – ФИО6, причинены телесные повреждения, квалифицированные как вред здоровью средней тяжести: выявлено повреждение в виде закрытого оскольчатого внутрисуставного перелома основания проксимальной фаланги второго пальца правой стопы. Водителю данного транспортного средства причинены телесные повреждения, квалифицированные как не причинившие вред здоровью. ФИО4 обратился в страховую компанию причинителя вреда – ПАО СК «Росгосстрах», которой по результатам рассмотрения заявления о страховой выплате была перечислена страховая выплата в размере 400 000 руб. В соответствии с заключением эксперта № 115/24 от 8 октября 2024 года, подготовленным ООО «Стандарт Оценка», рыночная стоимость транспортного средства на момент ДТП составила 3 546 000 руб., стоимость годных остатков – 940 600 руб. В связи с чем убытки ФИО4 составляют - 2 205 400 руб.

В ходе рассмотрения дела представитель ФИО4 – ФИО5, действующий на основании доверенности, ссылаясь на то, что 400 000 руб. были возмещены страховой компанией, уменьшил исковые требования в части суммы ущерба до 1 805 400 руб.

В ходе рассмотрения дела представитель ФИО6 – Ратушный Д.А. увеличил исковые требования и просил взыскать в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 600 002 руб.

Истец ФИО4 в судебном заседании участия не принимал, извещен, в ходе рассмотрения дела исковые требования поддержал, пояснил, что 24 августа 2023 года он, управляя автомобилем «<данные изъяты>», г/н №, двигался из пос. Октябрьский в сторону г. Петропавловска-Камчатского, на переднем пассажирском сидении находился ФИО6 В условиях ограниченной видимости из-за пыли, поднятой впереди ехавшим грузовым автомобилем, он двигался со скоростью 40-50 км/ч по своей полосе движения, когда увидел, что ему навстречу движется автомобиль. С целью избежать столкновения он, не применяя торможение, выкрутил руль вправо и почувствовал удар в заднюю часть своего автомобиля. От удара транспортное средство развернуло, затем автомобиль перевернулся и остановился на краю дороги, на левом боку, удалившись от места столкновения на 5-8 метров.

Представитель ФИО4 – ФИО5 в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме, не согласился с выводами судебной экспертизы в части определения экспертом ширины проезжей части дороги, указал, что таковая (ширина) противоречит замерам, произведенным должностным лицом ГИБДД при составлении схемы ДТП.

Истец ФИО6 о дате и времени рассмотрения дела извещен, в суд не явился, ходатайствовал о рассмотрении дела в свое отсутствие с участием представителя.

Представитель ФИО6 – Ратушный Д.А. исковые требования поддержал, просил их удовлетворить. Пояснил, что после ДТП ФИО6 за медицинской помощью не обращался, полагая, что у него ушиб. Однако впоследствии, испытывая сильные болевые ощущения, он обратился в медицинское учреждение, где ему был диагностирован перелом пальца стопы, в связи с которым он проходил лечение в поликлинике по месту жительства.

Представитель ответчика АО «Озерновский РКЗ № 55» ФИО8 в судебном заседании исковые требования не признала, согласилась с результатами судебной экспертизы, указав, что выводы эксперта согласуются с пояснениями водителя ФИО9, а также заключением специалиста, определившего, на основании данных навигационного оборудования, что ФИО6 в момент ДТП двигался по своей полосе движения.

Третье лицо ФИО9 о дате и времени рассмотрения дела извещен, в суд не явился, в ходе рассмотрения дела требования полагал необоснованными, указав, что его вины в ДТП не имеется. Пояснил, что в день рассматриваемых событий он, управляя автомобилем «<данные изъяты>», г/н №, двигался из г. Петропавловска-Камчатского в сторону п. Октябрьский. Съехав с асфальтированной дороги на грунтовую, продолжил движение со скоростью 40 – 50 км/ч. Поскольку во встречном по отношении к нему направлении двигался грузовой автомобиль с прицепом, который поднимал густое облако пыли, он снизил скорость и продолжил движение, прижимаясь к правой обочине. Увидев на своей полосе двигавшийся ему на встречу автомобиль «<данные изъяты>», г/н №, он выкрутил руль направо, и почувствовал удар в левую переднюю часть бампера, в переднее левое колесо, от чего автомобиль опрокинулся на левый бок.

Представитель третьего лица ФИО9 – ФИО10 в судебном заседании просил в удовлетворении исковых требований отказать.

Третье лицо ПАО СК «Росгоссрах», филиал ПАО СК «Росгоссрах» в Камчатском крае, о дате и времени рассмотрения дела извещались в установленном п. 2.1 ст. 113 ГПК РФ порядке, в суд представителя не направили.

С учетом мнения лиц участвующих в деле, совещаясь на месте, руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, суд счел возможным рассмотреть гражданское дело в отсутствие неявившихся участников процесса.

Выслушав лиц участвующих в деле, допросив свидетелей, экспертов, заслушав заключение помощника Елизовского городского прокурора, полагавшей требования не подлежащими удовлетворению, исследовав материалы данного гражданского дела, материалы дела об административном правонарушении № 5-143/2024, суд приходит к следующему.

В силу ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Частью 1 ст. 1064 ГК РФ установлено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно пункту 2 статьи 1064 ГК РФ лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В силу ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

По общему правилу, лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2 ст. 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

В соответствии с п. 1 ст. 401 ГК РФ лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

Таким образом, в соответствии с положениями ст. ст. 15, 401, 1064, 1079 ГК РФ при решении вопроса об ответственности за вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности в результате дорожно-транспортного происшествия, необходимо установить по чьей вине возникло дорожно-транспортное происшествие, действия кого из водителей состоят в прямой причинно-следственной связи с причинением вреда, вину причинителя вреда, размер ущерба.

В силу ч. 4 ст. 931 ГК РФ в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

В соответствии со ст. 1072 ГК РФ юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Статьей 12 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее - Закон об ОСАГО) также предусмотрено, что с лица, причинившего вред, может быть взыскана сумма в размере части требования, оставшейся неудовлетворенной в соответствии с данным федеральным законом (абзац второй пункта 23).

Как разъяснено в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда надлежащее страховое возмещение является недостаточным для полного возмещения причиненного вреда (статья 15, пункт 1 статьи 1064, статья 1072, пункт 1 статьи 1079, статья 1083 ГК РФ). К правоотношениям, возникающим между причинителем вреда, застраховавшим свою гражданскую ответственность в соответствии с Законом об ОСАГО, и потерпевшим в связи с причинением вреда жизни, здоровью или имуществу последнего в результате дорожно-транспортного происшествия, положения Закона об ОСАГО, а также Единой методики не применяются.

Согласно пункту 65 этого же постановления, если стоимость восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства превышает стоимость данного транспортного средства без учета повреждений на момент разрешения спора, с причинителя вреда может быть взыскана разница между стоимостью такого транспортного средства и надлежащим размером страхового возмещения с учетом стоимости годных остатков.

Из материалов дела следует, что истец ФИО4 на момент ДТП являлся собственником автомобиля «<данные изъяты>», г/н № (т. 1 л.д. 159). Собственником автомобиля «<данные изъяты>», г/н №, являлось АО «Озерновский РКЗ № 55» (т. 1 л.д. 158).

Как установлено в судебном заседании, 24 августа 2023 года около 17 час. на 13 км + 938 метров автодороги «с/х Начикинский – п. Усть-Большерецк – п. Октябрьский» с подъездом к пристани Косоево и к/з Октябрьской революции Елизовского района Камчатского края произошло ДТП с участием транспортных средств: «<данные изъяты>», г/н №, под управлением ФИО9, и «<данные изъяты>», г/н №, под управлением ФИО4

В результате ДТП автомобилям «<данные изъяты>», г/н № и «<данные изъяты>», г/н №, причинены механические повреждения, пассажиру автомобиля «<данные изъяты>», г/н № – ФИО6 телесные повреждения в виде закрытого оскольчатого внутрисуставного перелома основания проксимальной фаланги второго пальца правой стопы, который квалифицируется как вред здоровью средней тяжести. Водителю автомобиля «<данные изъяты>», г/н № ФИО4 причинены телесные повреждения в виде ушиба мягких тканей левой верхней конечности, мягких тканей головы, не квалифицированные как вред здоровью.

Из объяснений ФИО4, отобранных должностным лицом ДПС в ходе административного расследования следует, что 24 августа 2023 года около 17 час. он управлял автомобилем «<данные изъяты>», г/н №, двигался по автодороге с/х Начикинский – п. Усть-Большерецк – п. Октябрьский в направлении г. Петропавловска-Камчатского, на переднем пассажирском сидении находился ФИО6 Впереди двигался грузовой автомобиль с прицепом, от которого поднималось облако пыли, в связи с чем он выдерживал расстояние от такового около 300 м. На 13 км автодороги ему навстречу проехал грузовой автомобиль, подняв дополнительно облако пыли. Он отпустил педаль газа и, не меняя траектории, продолжил движение, когда увидел впереди на своей полосе фары транспортного средства, расстояние до которых было около 10-15 м, и чтобы избежать столкновения, выкрутил руль вправо, после чего почувствовал удар в заднюю левую часть кузова, от которого автомобиль развернуло и впоследствии опрокинуло. Выйдя из автомобиля, он увидел, что произошло столкновение с автомобилем «<данные изъяты>», г/н №, который двигался со стороны г. Петропавловска-Камчатского и который после столкновения съехал в правую обочину и опрокинулся на бок (дело об административном правонарушении № 5-143/2024 т. 1 л.д. 20).

Из объяснений ФИО9, отобранных должностным лицом ДПС в ходе административного расследования следует, что 24 августа 2023 года около 17 час. он управлял автомобилем «<данные изъяты>», г/н №, двигался по автодороге с/х Начикинский – п. Усть-Большерецк – п. Октябрьский в направлении п. Усть-Большерецк. На 13 км указанной дороги он увидел, что ему навстречу движется грузовой автомобиль с прицепом, от которого поднималось густое облако пыли. Он снизил скорость, прижался к правой обочине и продолжил движение. После того как данный грузовик проехал, он увидел, что на его стороне дороги навстречу движется автомобиль «<данные изъяты>», г/н №, который начинает заносить. Он съезжает в правую обочину, но «<данные изъяты>», г/н №, ставит боком и задней частью указанное транспортное средство совершает столкновение с его автомобилем, от чего «<данные изъяты>», г/н №, съехал в правый кювет и перевернулся (дело об административном правонарушении № 5-143/2024 т. 1 л.д. 22).

На схеме ДТП должностным лицом, его составившим, отражены места столкновения транспортных средств, со слов водителей ФИО4 и ФИО9

Протокол осмотра места совершения административного правонарушения от 31 августа 2023 года сведений о месте столкновения транспортных средств, следах шин и торможения, наличия обломанных и утерянных частей ТС, следов соприкосновения транспорта на окружающих предметах, не содержит.

Эксперт Экспертно-криминалистического центра УМВД России по Камчатскому краю по результатам назначенной в ходе административного расследования по делу об административном правонарушении автотехнической экспертизы указал о невозможности ответить на поставленные на разрешение экспертизы вопросы: о наличии в действиях водителей ФИО4 и ФИО6 несоответствий требованиям Правил дорожного движения РФ, причине ДТП, определения места столкновения транспортных средств, ввиду отсутствия зафиксированных в вещной обстановке на месте ДТП в протоколе осмотра места происшествия и схеме ДТП признаков места столкновения.

По результатам комплексной фото-автотехнической экспертизы, проведенной в ходе административного расследования по делу об административном правонарушении, эксперт Экспертно-криминалистического центра УМВД России по Камчатскому краю на вопросы о соответствии места столкновения на проезжей части точке, указанной водителями ФИО4 и ФИО6, указал о невозможности ответить на поставленные вопросы ввиду отсутствия признаков места столкновения в обстановке, зафиксированной в определении о назначении экспертизы, в протоколе осмотра места происшествия и схеме ДТП.

В отношении ФИО9 вынесен протокол по делу об административном правонарушении от 6 марта 2024 года, согласно которому 24 августа 2023 года около 17 час. на 13 км + 938 метров автодороги «с/х Начикинский – п. Усть-Большерецк – п. Октябрьский» с подъездом к пристани Косоево и к/з Октябрьской революции Елизовского района Камчатского края ФИО9, управляя транспортным средств «<данные изъяты>», г/н №, в нарушение требований п. 9.1, 9.10 Правил дорожного движения РФ не выбрал безопасный боковой интервал, в результате чего произошло столкновение со встречным автомобилем «<данные изъяты>», г/н №, под управлением собственника ФИО4 В результате ДТП пассажир автомобиля «<данные изъяты>», г/н № ФИО6 получил телесные повреждения, которые квалифицируются как вред здоровью средней тяжести. Действия ФИО9 квалифицированы по ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ.

Постановлением судьи Елизовского районного суда Камчатского края от 19 августа 2024 года производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ в отношении ФИО9 прекращено по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ – за отсутствием в его действиях состава административного правонарушения.

Решением судьи Камчатского краевого суда от 9 октября 2024 года постановление судьи Елизовского районного суда Камчатского края от 19 августа 2024 года отменено, производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ в отношении ФИО9 прекращено на основании п. 3 ч. 1 ст. 30.7 КоАП РФ.

Оценив исследованные в судебном заседании доказательства в их совокупности в соответствии со ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу, что действия ФИО4 находятся в непосредственной причинно-следственной связи с рассматриваемым ДТП, поскольку противоречат требованиями пунктов 1.4, 1.5, 9.1 Правил дорожного движения РФ, в соответствии с которыми на дорогах установлено правостороннее движение транспортных средств (п. 1.4 ПДД); количество полос движения для безрельсовых транспортных средств определяется разметкой и (или) знаками 5.15.1, 5.15.2, 5.15.7, 5.15.8, а если их нет, то самими водителями с учетом ширины проезжей части, габаритов транспортных средств и необходимых интервалов между ними. При этом стороной, предназначенной для встречного движения на дорогах с двусторонним движением без разделительной полосы, считается половина ширины проезжей части, расположенная слева, не считая местных уширений проезжей части (переходно-скоростные полосы, дополнительные полосы на подъем, заездные карманы мест остановок маршрутных транспортных средств) (п. 9.1). Участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда (п. 1.5).

При этом суд исходит из выводов эксперта судебной фото-видео автотехнической экспертизы, изложенных в заключении ООО «Приморский экспертно-правовой центр» от 30 сентября 2025 года № 68/70 (т. 3 л.д. 219-250).

Так, в рамках анализа представленных для проведения исследования материалов экспертом установлено, что в момент первоначально контактного взаимодействия автомобиль «<данные изъяты>», г/н №, передней левой угловой частью взаимодействовал с задней левой боковой частью автомобиля «<данные изъяты>», г/н №, при этом угол между их продольными осями (угол столкновения), в рассматриваемом случае составлял величину (с учетом ошибки позиционирования, округленно) - 151?±5?.

С учетом информации о следах, месте конечного положения ТС, содержащихся в фото и видеоматериалах с места ДТП, применительно к исследуемой дорожно-транспортной ситуации, эксперт пришел к выводу, что место столкновения автомобилей «<данные изъяты>», г/н № и «<данные изъяты>», г/н № располагается на половине проезжей части дороги, предназначенной для движения в направлении п. Усть-Большерецк (Елизовский район, Камчатский край), то есть на половине проезжей части дороги, по которой осуществлял движение автомобиль «<данные изъяты>», г/н №, и являющейся встречной для водителя автомобиля «<данные изъяты>», г/н №.

Исходя из установленного места столкновения автомобилей, конечного расположения автомобилей на месте ДТП, их положения относительно друг друга в момент столкновения с учетом объяснений, данных водителями, моделирования исследуемой дорожно-транспортной ситуации, направленной на реконструкцию положения автомобилей в момент удара относительно элементов дорожной инфраструктуры, которое привело к зафиксированному на фото и видеоматериале с места ДТП конечному положению автомобиля «<данные изъяты>», г/н №, эксперт пришел к выводу, что на момент контактного взаимодействия автомобиль «<данные изъяты>», г/н №, находился в процессе возвращения с левой половины проезжей части на правую. Контактное взаимодействие произошло до завершения маневра, когда автомобиль «<данные изъяты>», г/н №, все еще частично располагался на половине проезжей части встречного направления движения, что и привело к столкновению с автомобилем «<данные изъяты>», г/н №, водитель которого осуществлял движение во встречном направлении.

Анализ результатов проведенного исследования с учетом информации, содержащейся в материалах дела, позволяет описать механизм дорожно-транспортного происшествия следующим образом: первоначально автомобили «<данные изъяты>», г/н №, и «<данные изъяты>», г/н №, осуществляют движение во встречных направлениях: автомобиль «<данные изъяты>», г/н № в границах левой, а автомобиль «<данные изъяты>», г/н № с частичным (или полным) выездом за границы правой половины проезжей части дороги. В процессе движения автомобиль «<данные изъяты>», г/н № смещается вправо, полностью выезжая передними колесами в границы правой половины проезжей части дороги. После чего происходит столкновение, в процессе которого автомобиль «<данные изъяты>», г/н № передней левой угловой частью взаимодействует с задней левой боковой частью автомобиля «<данные изъяты>», г/н №. Угол между продольными осями ТС (угол столкновения) в указанный момент составляет 151?±5?. В результате первоначального приложения ударной нагрузки к задней левой боковой части автомобиля «<данные изъяты>», г/н № в районе расположения заднего левого колеса происходит срыв элементов задней левой ходовой части и их общее смещение в направлении слева направо и частично назад. На проезжей части дороги, наружной частью протектора шины заднего левого колеса автомобиля «<данные изъяты>», г/н № при ее взаимодействии с покрытием дороги образуются следы первоначального бокового смещения. По мере нарастания формирующей нагрузки со стороны автомобиля «<данные изъяты>», г/н №, диск заднего левого колеса автомобиля «<данные изъяты>», г/н № разрушается, вследствие чего элементы ходовой части, расположенные сзади слева, вступают в непосредственный контакт с дорожным покрытием, образовав выбоину. При этом происходит резкое вращение задней части автомобиля «<данные изъяты>», г/н № вправо с разворотом вокруг своего центра тяжести. В процессе смещения вперед с разворотом автомобиль «<данные изъяты>», г/н № задними колесами выезжает за пределы проезжей части дороги. В процессе разворота задней части автомобиля «<данные изъяты>», г/н № под действием инерционных сил, возникших при боковом смещении, шины его колес постепенно переходят в положение, перпендикулярное направлению результирующей траектории движения. Это приводит к резкому увеличению боковой нагрузки на правые колеса, вследствие чего автомобиль опрокидывается на правый бок, после чего останавливается в конечном положении. В то же время после первоначального ударного воздействия передняя часть автомобиля «<данные изъяты>», г/н № отбрасывается вправо. В результате возникает отклонение траектории движения автомобиля «<данные изъяты>», г/н № в правую сторону относительно первоначального направления. Под действием инерции и потери устойчивости автомобиль выезжает за пределы проезжей части дороги и опрокидывается на левый бок в конечном положении.

С технической точки зрения в сложившейся 24 августа 2023 года дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля «<данные изъяты>», г/н № должен был действовать в соответствии с требованиями п. 10.1 ч.2 ПДД РФ. Решить вопрос о технической возможности у водителя автомобиля «<данные изъяты>», г/н № предотвратить ДТП, о соответствии действий водителя автомобиля «<данные изъяты>», г/н № требованиям п. 10.1 ч. 2 ПДД РФ причинно-следственной связи действий данного водителя с событием происшествия от 24 августа 2023 года в категоричной форме не представляется возможным.

При условии, что расстояние между автомобилями «<данные изъяты>», г/н № и «<данные изъяты>», г/н № в момент возникновения опасной (аварийной) обстановки составляло 10±15 м, водитель автомобиля «<данные изъяты>», г/н № не имел технической возможности предотвратить столкновение с автомобилем «<данные изъяты>», г/н №. При условии, что расстояние между автомобилями «<данные изъяты>», г/н № и «<данные изъяты>», г/н № в момент возникновения опасной (аварийной) обстановки составляло 10±15 м, каких-либо несоответствий требованиям п. 10.1 ч. 2 ПДД РФ в действиях водителя автомобиля «<данные изъяты>», г/н № не усматривается.

Эксперт пришел к выводу, что с технической точки зрения в сложившейся 24 августа 2023 года дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля «<данные изъяты>», г/н № должен был действовать в соответствии с требованиями п. 1.4, 1.5, 9.1 ПДД РФ. С технической точки зрения в сложившейся 24 августа 2023 года дорожно-транспортной ситуации действия водителя автомобиля «<данные изъяты>», г/н № не соответствовали требованиям п. 1.4, 1.5, 9.1 ПДД РФ. С технической точки зрения, в исследуемой дорожно-транспортной ситуации, водитель автомобиля «<данные изъяты>», г/н № изначально имел техническую возможность не создавать опасной (аварийной) обстановки (ситуации) путем надлежащего выполнения им требования п. 1.4, 1.5, 9.1 ПДД РФ. Установленное несоответствие действий водителя автомобиля «<данные изъяты>», г/н № требованиям п. 1.4, 1.5, 9.1 ПДД РФ изначально находится в причинно-следственной связи с ДТП от 24 августа 2023 года, как условие, создавшее опасную ситуацию.

Заключение экспертизы является одним из доказательств по делу, перечень которых приведен в ст. 55 ГПК РФ.

Заключение экспертизы в силу ч. 3 ст. 86 ГПК РФ как доказательство, для суда является необязательным. В случае, если у сторон имеются основания сомневаться в объективности заключения экспертизы, либо заключение и выводы проведенной экспертизы противоречат известным обстоятельствам дела, стороны могут оспорить заключение.

Оценив заключение ООО «Приморский экспертно-правовой центр» от 30 сентября 2025 года № 68/70 в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ, суд принимает во внимание, что экспертиза проводилась оценщиком с большим опытом экспертной работы, обладающим специальными познаниями и высоким уровнем профессиональной подготовки в данном вопросе.

Эксперт предупреждался об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ. При производстве экспертизы использовал законодательные акты, нормативно-техническую документацию, в том числе и специальную литературу. Какая-либо заинтересованность эксперта в исходе данного дела, судом не установлена и сторонами не заявлялась, в связи с чем экспертное заключение в силу ст.ст. 59, 60 ГПК РФ признается относимым и допустимым доказательством по делу. Выводы эксперта мотивированы, основаны на всестороннем изучении материалов гражданского дела, дела об административном правонарушении, характера и локализации повреждений транспортных средств. В заключении подробно и обстоятельно излагается ход исследования.

Свои выводы, изложенные в заключении, эксперт ФИО11 подтвердил в судебном заседании.

Представленная стороной истцов рецензия ООО КНКЦ «Экспертное мнение» не опровергает выводов судебной экспертизы, не является самостоятельным исследованием и сводится к критическому, частному мнению специалиста (рецензента) относительно заключения судебной экспертизы, однако в силу положений статьи 5, части 1 статьи 67, части 1 ст. 196 Гражданского процессуального кодекса РФ только суду принадлежит право оценки доказательств при разрешении гражданских дел.

При таких обстоятельствах не согласиться с выводами эксперта, которые в ходе судебного разбирательства по делу не были опровергнуты относимыми и допустимыми доказательствами, у суда оснований не имеется.

Кроме того, выводы эксперта согласуются с иными доказательствами по делу.

Так, из пояснений, данных в судебном заседании ФИО9, следует, что двигаясь по грунтовой дороге, по своей полосе движения, ввиду приближающегося во встречном по отношении к нему направлении грузового автомобиля с прицепом, который поднимал густое облако пыли, он снизил скорость и продолжил движение, прижимаясь к правой обочине. Увидев на своей полосе двигавшийся ему навстречу автомобиль «<данные изъяты>», г/н №, выкрутил руль направо и почувствовал удар в левую переднюю часть бампера, в переднее левое колесо, от чего его автомобиль опрокинулся на левый бок.

Актом от 18 сентября 2023 года служебного расследования факта дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 24 августа 2023 года при участии автомобиля «<данные изъяты>», г/н №, установлено, что 24 августа 2023 года в 13 часов 28 минут ФИО9, управляя автомобилем «<данные изъяты>», г/н №, выехал из г. Петропавловска-Камчатского в пос. Озерновский. В кабине с водителем находилась ФИО1, сопровождающая груз. Автомобиль оборудован техническими приборами контроля и подключен к системе мониторинга транспорта GPS Flech Glonass, что позволяет отследить передвижение транспортного средства, включая скорость движения, геолокацию, остановки, стоянки и координаты траектории движения. В 15 час. 54 мин. «<данные изъяты>», г/н № выехал из пос. Сокоч и двигался в сторону с. Усть-Большерецк. ДТП по данным системы мониторинга транспорта произошло в 16 час. 17 мин. в 30 км. от пос. Сокоч в сторону с. Усть-Большерецк (с/х Начикинский). Приблизительно на 30 км от пос. Сокоч в сторону Усть-Большерецка автомобиль под управлением ФИО9, с его слов, разминулся с большегрузным автомобилем. Практически сразу за ним в облаке пыли водитель увидел фары автомобиля, движущегося с большой скоростью навстречу по его полосе движения. Пытаясь увернуться от столкновения, ФИО9 повернул еще ближе к обочине, что подтверждается показаниями системы Глонасс и, пытаясь уйти от столкновения, начал съезжать в кювет, и в результате удара, пришедшегося в левую переднюю часть кабины, перевернулся на левый бок. Комиссия, обследовав данные системы мониторинга транспорта GPS Flech Glonass, сверив координаты навигационного отчета по карте, ознакомившись с комплексным отчетом по движению автомобиля, пришла к выводу, что водитель ФИО9 двигался по правой полосе движения, на встречную полосу не выезжал, обгон и опережение других транспортных средств по встречной полосе не производил (материал дела об административном правонарушении № 5-143/2024 л.д. 34-35).

Из заключения ИП ФИО12 от 30 ноября 2023 года № 30-11/23 следует, что эксперт, произведя исследования, замеры и проанализировав данные навигационного оборудования «Omnicomm ACH № 202810003531», установленного на автомобиле «<данные изъяты>», г/н №, по состоянию на момент ДТП – 24 августа 2023 года пришел к выводам о том, что автомобиль «<данные изъяты>», г/н № непосредственно перед ДТП и в момент ДТП двигался исключительно по правой полосе автодороги в направлении движения в п. Октябрьский со скоростью, на момент ДТП, менее 60 км/ч (дело об административном правонарушении № 5-143/2024 т. 1 л.д. 103-104).

К показаниям допрошенного по ходатайству стороны истцов свидетеля ФИО2 в части оценки дорожной обстановки, сложившейся непосредственно до столкновения автомобилей, суд относится критически, поскольку они опровергаются представленными в материалы дела доказательствами, в частности данными в рамках дела об административном правонарушении письменными объяснениями ФИО4, позволяющими сделать вывод, что в условиях видимости на расстоянии не более 10-15 метров, у свидетеля отсутствовала объективная возможность увидеть автомобиль «<данные изъяты>», находившийся от него (свидетеля) на удалении 200-250 метров, и заметить движение транспортного средства по встречной полосе.

Письменные объяснения ФИО4, данные им инспектору ДПС после происшествия, а также в ходе судебного разбирательства по делу, в той части, что непосредственно перед столкновением он двигался по своей полосе движения, находятся в полном противоречии с исследованным в судебном заседании автотехническим экспертным заключением, выполненным по определению суда специалистом ООО «Приморский экспертно-правовой центр» от 4 апреля 2014 года.

Приходя к выводу, о том что ДТП произошло на полосе движения водителя ФИО9, эксперт исходил из того, что на правой половине проезжей части дороги имеются дугообразные парные следы, образованные в результате проскальзывания шин колес автомобиля, осуществляющего движение с заносом и разворотом в направлении против хода стрелок часов. Данные следы начинаются в районе условной середины проезжей части дороги и заканчиваются в месте расположения задней части находящегося в конечном положении автомобиля «<данные изъяты>», г/н №. Исходя из локализации, конфигурации и характера указанных следов, места конечного положения данного автомобиля после столкновения следует, что указанные следы оставлены шинами задних колес автомобиля «<данные изъяты>», г/н №, осуществлявшего движение с разворотом в направлении против хода стрелок часов в фазе нестабилизированного бокового скольжения (заноса). В месте начала образования указанных дугообразных следов находится повреждение покрытия проезжей части дороги, представляющее собой выбоину. Морфология дефекта покрытия проезжей части дороги указывает на его образование в результате динамического контакта с твердым предметом. В конфигурации выбоины четко отобразилось резкое изменение направления движения следообразующего объекта, который первоначально двигался в направлении движения автомобиля «<данные изъяты>», г/н №, а затем в месте перегиба изменил направление своего движения на противоположное. Левее выбоины на некотором удалении от нее в направлении движения ТС «<данные изъяты>», г/н № под некоторым углом к осевой линии дороги на проезжей части идентифицированы следы протектора шины колеса автомобиля, находящегося в фазе частичного бокового смещения. Данный след характеризуется сочетанием четкого отображения рисунка протектора с признаками начавшегося бокового сдвига, что указывает на переходный режим от качения к скольжению. Конфигурация данного следа соответствует конфигурации протектора шин колес автомобиля «<данные изъяты>», г/н №. Применительно к исследуемой дорожно-транспортной ситуации, принимая во внимание установленное положение автомобилей «<данные изъяты>», г/н № и «<данные изъяты>», г/н № в момент контактного взаимодействия, в процессе которого произошло разрушение диска заднего левого колеса автомобиля «<данные изъяты>», г/н №, механизм следообразования экспертом интерпретирован следующим образом: в результате первоначального приложения ударной нагрузки к задней левой боковой части автомобиля «<данные изъяты>», г/н № в районе расположения заднего левого колеса происходит срыв элементов задней левой ходовой части и их общее смещение в направлении слева направо и частично назад. На проезжей части дороги, наружной частью протектора шины заднего левого колеса автомобиля «<данные изъяты>», г/н № при ее взаимодействии с покрытием дороги образуются следы первоначального бокового смещения. По мере нарастания деформирующей нагрузки со стороны автомобиля «<данные изъяты>», г/н №, диск заднего левого колеса автомобиля «<данные изъяты>», г/н № разрушается, вследствие чего элементы ходовой части, распложенные сзади слева, вступают в непосредственный контакт с дорожным покрытием, образовав выбоину. При этом происходит резкое вращение задней части автомобиля «<данные изъяты>», г/н № вправо с разворотом вокруг центра тяжести ТС. Исходя из изложенного, эксперт приходит к выводу, что место столкновения автомобилей располагается в месте начала образования следов бокового смещения шины заднего левого колеса автомобиля «<данные изъяты>», г/н №, которое располагается на половине проезжей части дороги, по которой осуществлял движение автомобиль «<данные изъяты>», г/н №, являющейся встречной для водителя автомобиля «<данные изъяты>», г/н №.

С учетом изложенного, довод представителей ФИО4 о том, что спорное ДТП произошло по вине ФИО13, двигавшегося по встречной полосе движения, отклоняется судом, поскольку этот довод не соответствует фактическим обстоятельствам дела.

Довод стороны истцов о том, что при составлении схемы ДТП инспектором ГИБДД установлена ширина проезжей части 8,5 м, тогда как экспертом при расчете места столкновения взята за основу ширина дороги, составляющая 9,43 м, основанием для признания заключения эксперта недопустимым доказательством не является.

Так, исходя из исследовательской части экспертного заключения следует, что экспертом в программном комплексе РС-CRASH с использованием растрового редактора изображений построена фотографическая сетка, масштабирование которой выполнено на основе известных геометрических параметров автомобилей – реперов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>», которые располагаются в кадре одновременно с установленным местом столкновения и местом расположения выбоины на предметной плоскости в области построений. Произведенное перспективное построение позволило перевести качественные признаки (расположение следов, выбоины) в метрические данные, устанавливая координаты и расстояния между точками на исследуемой плоскости построения в единой системе координат. Анализируя результаты построений, эксперт указывает, что при общей установленной ширине проезжей части дороги в месте ДТП – 9,43 м, расстояние от правой границы проезжей части дороги до места столкновения составляет 5,13 м. Принимая во внимание, что середина проезжей части дороги в принятой системе координат изображения удалена от краев проезжей части дороги на расстояние 4,715 м (9,43/2), эксперт делает вывод о том, что место столкновения автомобилей располагается на половине проезжей части дороги, предназначенной для движения в п. Усть-Большерецк.

При этом экспертом обращено внимание на то, что фотограмметрическое построение координатной плоскости демонстрирует инвариантность установленной локации места столкновения относительно изменения абсолютного значения ширины проезжей части. Ключевым фактором является сохранение пропорционального соотношения, где расстояние от правой границы проезжей части дороги до точки контакта (5,13 м) составляет фиксированную долю от общей ширины (9,43). Таким образом, при возможной корректировке ширины проезжей части пропорциональное соотношение останется неизменным, что гарантирует достоверность вывода о расположении места столкновения автомобилей на половине проезжей части дороги, по которой осуществлял движение автомобиль под управлением ФИО9 независимо от абсолютных значений.

В силу ст.ст. 12, 56-57 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле и каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Каких-либо доказательств, опровергающих вину водителя ФИО4 в совершении ДТП, суду не представлено.

Таким образом, анализ исследованных судом доказательств по делу позволяют суду сделать вывод о том, что действия ФИО4 находятся в непосредственной причинно-следственной связи с возникшим материальным ущербом, поскольку противоречили требованиями пунктов 1.4, 1.5, 9.1 Правил дорожного движения РФ.

Тогда как ФИО9 с учетом того, что расстояние между автомобилями «<данные изъяты>», г/н № и «<данные изъяты>», г/н № в момент возникновения опасной (аварийной) обстановки составляло 10-15 м (о чем указано в письменных объяснениях водителем ФИО4), не имел технической возможности предотвратить столкновение с автомобилем «<данные изъяты>», г/н №, в связи с чем суд приходит к выводу об отсутствии в действиях ФИО9 несоответствий требованиям ПДД РФ и как следствие причинно-следственной связи с возникшим материальным ущербом.

Принимая во внимание, что в рассматриваемом случае судом не установлено одно из составляющих деликтной ответственности - причинно-следственная связь между действиями водителя ФИО9 и наступившими последствиями для водителя ФИО4 в виде повреждения принадлежащего ему транспортного средства, оснований для удовлетворения исковых требований истца о взыскании с АО «Озерновский РКЗ № 55» материального ущерба в размере 1 805 400 руб., не имеется.

Разрешая требование ФИО4 о компенсации ему морального вреда вследствие причинения в рассматриваемом ДТП телесных повреждений, суд приходит к следующему.

При причинении вреда жизни или здоровью владельцев источников повышенной опасности в результате их взаимодействия вред возмещается на общих основаниях (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации), то есть, по принципу ответственности за вину. При этом необходимо иметь в виду следующее: а) вред, причиненный одному из владельцев по вине другого, возмещается виновным; б) при наличии вины лишь владельца, которому причинен вред, он ему не возмещается; в) при наличии вины обоих владельцев размер возмещения определяется соразмерно степени вины каждого; г) при отсутствии вины владельцев во взаимном причинении вреда (независимо от его размера) ни один из них не имеет права на возмещение вреда друг от друга.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего.

Пунктом 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 установлено, что по общему правилу, ответственность за причинение морального вреда возлагается на лицо, причинившее вред (пункт 1 статьи 1064 Гражданский кодекс Российской Федерации).

На основании абзаца 3 пункта 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 владелец источника повышенной опасности, виновный во взаимодействии источников повышенной опасности, а также члены его семьи, в том числе в случае его смерти, не вправе требовать компенсации морального вреда от других владельцев источников повышенной опасности, участвовавших во взаимодействии (статьи 1064, 1079 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из анализа приведенных норм материального права, постановлений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, следует, что в случае причинения вреда здоровью водителя транспортного средства при взаимодействии двух источников повышенной опасности, юридически значимыми обстоятельствами для взыскания компенсации морального вреда являются установление вины владельцев источников повышенной опасности, наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) владельца источника повышенной опасности и причинением вреда здоровью.

С учетом того, что в ходе судебного разбирательства установлена виновность ФИО4, допустившего нарушение Правил дорожного движения, приведших к столкновению автомобилей, которым заявлено требование о компенсации морального вреда другим владельцем источника повышенной опасности, вина которого в совершении ДТП не установлена, исходя из вышеприведенных разъяснений постановления Пленума Верховного Суда РФ, а также положений ст. 1064 ГК РФ, требования истца ФИО4 о компенсации морального вреда удовлетворению не подлежат.

В связи с отсутствием оснований для удовлетворения исковых требований ФИО4 также не могут быть возмещены за счет ответчика понесенные им судебные расходы на оплату услуг по оценке, оказанию юридических услуг, нотариальных услуг и расходов по уплате государственной пошлины.

Разрешая исковые требования ФИО6 о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации, жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Моральный вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности (столкновения транспортных средств и т.п.) третьему лицу, например пассажиру, пешеходу, в силу п. 3 ст. 1079 ГК РФ компенсируется солидарно владельцами источников повышенной опасности по основаниям, предусмотренным п. 1 ст. 1079 ГК РФ.

В соответствии со статьей 323 Гражданского кодекса Российской Федерации при солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, притом как полностью, так и в части долга.

В силу разъяснений, изложенных в абзаце 2 пункта 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» при причинении вреда третьим лицам владельцы источников повышенной опасности, совместно причинившие вред, в соответствии с пунктом 3 статьи 1079 ГК РФ несут перед потерпевшими солидарную ответственность по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 1079 ГК РФ. Солидарный должник, возместивший совместно причиненный вред, вправе требовать с каждого из других причинителей вреда долю выплаченного потерпевшему возмещения. Поскольку должник, исполнивший солидарное обязательство, становится кредитором по регрессному обязательству к остальным должникам, распределение ответственности солидарных должников друг перед другом (определение долей) по регрессному обязательству производится с учетом требований абзаца второго пункта 3 статьи 1079 ГК РФ по правилам пункта 2 статьи 1081 ГК РФ, то есть в размере, соответствующем степени вины каждого из должников. Если определить степень вины не представляется возможным, доли признаются равными.

Согласно разъяснениям, данным в абзаце 2 пункта 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» моральный вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности (столкновения транспортных средств и т.п.) третьему лицу, например пассажиру, пешеходу, в силу пункта 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсируется солидарно владельцами источников повышенной опасности по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации. Отсутствие вины владельца источника повышенной опасности, участвовавшего во взаимодействии источников повышенной опасности, повлекшем причинение вреда третьему лицу, не является основанием освобождения его от обязанности компенсировать моральный вред.

В пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Согласно статьям 1068 и 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности.

Как установлено в судебном заседании, в момент ДТП 24 августа 2023 года ФИО9 управлял автомобилем «<данные изъяты>», г/н №, находясь в трудовых отношениях с АО «Озерновский РКЗ № 55», что подтверждается приказом о приеме на работу, трудовым договором, копией трудовой книжки (т. 1 л.д. 131-153).

Из заключения эксперта № 645 от 31 октября 2023 года следует, что у пассажира автомобиля «<данные изъяты>», г/н № ФИО6 выявлено повреждение в виде закрытого оскольчатого внутрисуставного перелома основания проксимальной фаланги второго пальца правой кисти. Выявленный у ФИО6 перелом образовался в результате соударения с твердым тупым предметом с не отобразившейся травмирующей поверхностью. Механизм возникновения перелома не исключает его образование в срок и при обстоятельствах, указанных в постановлении, то есть в результате травмы внутри салона автомобиля. Перелом основания проксимальной фаланги второго пальца правой кисти квалифицируется как вред здоровью средней степени тяжести по его длительному свыше трех недель расстройству (п.п. 7.1 медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека) (т. 1 дело об административном правонарушении № 3364 л.д. 67-68).

Вместе с тем из медицинской документации ФИО6, а также из очной части экспертизы следует, что в результате ДТП ФИО6 получил повреждения пальца правой стопы.

Допрошенный с целью устранения выявленных разногласий в судебном заседании эксперт КБУЗ КК БСМЭ ФИО3 пояснил, что при исследовании медицинских документов им у ФИО6 был выявлен оскольчатый внутрисуставной перелом основания проксимальной фаланги второго пальца правой стопы, полученный в результате травмы внутри салона автомобиля, при очном обследовании также была выявлена припухлость мягких тканей на тыльной поверхности правой стопы. Вместе с тем при изготовлении заключения в пунктах 1 и 4 выводов им была допущена описка, указано «правой кисти», вместо «правой стопы».

Исследовав медицинскую документацию, заключение эксперта, заслушав его пояснения, суд приходит к выводу, что в заключении КБУЗ КК БСМЭ экспертом ФИО3 допущена техническая ошибка, не повлиявшая на правильность выводов эксперта о степени тяжести вреда, причиненного здоровью ФИО6

В обоснование требования о компенсации морального вреда истец ФИО6 указывает на то, что в момент получения травмы он испытал сильный болевой синдром, долгое время испытывал физические страдания (сильные боли, бессонницу, слабость).

Разрешая заявленное требование о компенсации морального вреда, суд исходит из того, что источниками повышенной опасности - автомобилями «<данные изъяты>», г/н № и «<данные изъяты>», г/н №, ФИО6 причинен вред здоровью средней тяжести, в результате чего истец испытал физические страдания. В связи с чем, имеются основания для удовлетворения исковых требований ФИО6 о компенсации морального вреда.

С учетом установленных обстоятельств получения ФИО6 травмы, ее характера, степени вреда здоровью, продолжительности лечения, учитывая требования разумности и справедливости, суд считает необходимым определить размер компенсации морального вреда в размере 150 000 руб.

Указанная сумма подлежит взысканию с владельца источника повышенной опасности АО «Озерновский РКЗ № 55», с которым водитель «<данные изъяты>», г/н № ФИО9 состоит в трудовых отношениях.

При этом суд полагает необходимым отметить, что из вышеприведенных правовых норм следует, что потерпевший вправе требовать от каждого из лиц, совместно причинивших ему вред, возмещения этого вреда, как в полном объеме, так и в части, поскольку ответственность совместных причинителей вреда перед потерпевшим носит солидарный характер, а сторона, исполнившая обязательство, вправе требовать с каждого из других причинителей вреда долю выплаченного потерпевшему возмещения на общих основаниях.

Положениями статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Таким образом, в случае отсутствия вины владелец источника повышенной опасности не освобождается от ответственности за вред, причиненный третьим лицам в результате взаимодействия источников повышенной опасности, в том числе, если установлена вина в совершении дорожно-транспортного происшествия владельца другого транспортного средства.

При указанных обстоятельствах отсутствие в действиях водителя ФИО9 вины, когда вред причинен третьему лицу при взаимодействии двух транспортных средств, не может являться основанием для освобождения АО «Озерновский РКЗ № 55» от возмещения морального вреда.

При этом владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности, если докажет, что вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла самого потерпевшего (пункт 1 статьи 1079 ГК РФ). Под непреодолимой силой понимаются чрезвычайные и непредотвратимые при данных условиях обстоятельства.

Наличие данных обстоятельств материалами дела не подтверждается.

Рассматривая заявление ФИО6 о взыскании с АО «Озерновский РКЗ № 55» расходов (убытков) в общем размере 60 000 руб., понесенных им в рамках заключенных с ФИО5 договоров на оказание юридических услуг от 7 марта 2024 года и 5 сентября 2024 года на представление интересов в ходе административного расследования на стадии досудебного производства, а также в суде первой и апелляционной инстанции, составление жалобы на постановление судьи Елизовского районного суда Камчатского края от 19 августа 2024 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ в отношении ФИО9, суд приходит к следующему.

Согласно части 1 статьи 24.7 КоАП РФ понесенные потерпевшим расходы на оплату услуг представителя не отнесены к издержкам по делу об административном правонарушении, в связи с чем указанные расходы являются убытками и подлежат взысканию с лица, виновного в их причинении.

Принимая во внимание то обстоятельство, что ФИО6 понес убытки при административном расследовании и рассмотрении дела о привлечении ФИО9 к административной ответственности, оснований для взыскания таковых с АО «Озерновский РКЗ № 55» суд не усматривает.

Также необходимо отметить, что лицом ответственным за причинение вреда здоровью ФИО6, судом признан ФИО4, действия же ФИО9 не состоят в причинно-следственной связи с наступившими для истца последствиями в виде вреда здоровью.

Согласно статье 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

В соответствии с частью 1 статьи 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии с частью 1 статьи 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В подтверждение несения расходов на оплату услуг представителя в материалы дела представлен договор на оказание юридических услуг от 1 декабря 2024 года, заключенный между ФИО6 и ФИО5 (т. 1 л.д. 76-77), а также копия кассового чека (т. 1 л.д. 78) на сумму 50 000 руб. за оказанные юридические услуги по составлению и направлению в суд искового заявления о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате ДТП 24 августа 2023 года, а также представлении его интересов по указанному спору в суде первой инстанции.

Оценивая разумность понесенных истцом судебных расходов на оплату услуг представителя, с учетом сложности дела, характера спора, фактических обстоятельств дела, объема предоставленной представителем помощи, принимая во внимание сложившуюся в регионе стоимость юридических услуг, суд находит подлежащей взысканию сумму расходов на оплату услуг представителя в испрашиваемом истцом размере - 50 000 руб.

Обстоятельств, свидетельствующих о необходимости взыскания расходов в ином размере, судом не установлено.

В то же время суд не находит правовых оснований для взыскания с ответчика в пользу ФИО6 расходов за совершение нотариальных действий по оформлению нотариальной доверенности на представителей ФИО7, ФИО5, и удостоверению ее копии в общем размере 3 000 руб., поскольку доверенность является общей, выданной не на ведение конкретного дела в суде, что не исключает возможность использования доверенности с целью представления интересов истца в иных учреждениях и организациях, несение же расходов по удостоверению копии доверенности, необходимыми для истца не являлись.

В силу ч. 1 ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае государственная пошлина зачисляются в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Поскольку при обращении в суд с иском ФИО6 был освобожден от уплаты государственной пошлины, она подлежит взысканию с ответчика в соответствующий бюджет, исходя из той суммы, которую должен был он уплатить, если бы не был освобожден от уплаты государственной пошлины, а именно в размере 3 000 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО6 удовлетворить.

Взыскать с акционерного общества «Озерновский РКЗ №55» (ИНН <***>) в пользу ФИО6 (<данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 150 000 руб., расходы по оплате юридических услуг в размере 50 000 руб., а всего взыскать 200 000 руб.

В удовлетворении заявления ФИО6 о взыскании с акционерного общества «Озерновский РКЗ №55» расходов (убытков) на оплату услуг представителя по делу об административном правонарушении в размере 60 000 руб., нотариальных расходов в размере 3 000 руб., отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО4 к акционерному обществу «Озерновский РКЗ №55» о взыскании материального ущерба причиненного в результате ДТП в размере 1 805 400 руб., компенсации морального вреда, судебных расходов, отказать.

Взыскать с акционерного общества «Озерновский РКЗ №55» (ИНН <***>) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3 000 руб.

Решение может быть обжаловано в Камчатский краевой суд через Елизовский районный суд Камчатского края в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено 3 декабря 2025 года.

Судья подпись О.В. Комлева

ВЕРНО:

Судья О.В. Комлева

Подлинник решения находится в материалах гражданского дела № 2-367/2025, находящегося в производстве Елизовского районного суда Камчатского края 41RS0002-01-2024-004095-03