Производство № 2-521/2025 (2-7180/2024;)

УИД 28RS0004-01-2024-014255-06

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

20 ноября 2025 года г. Благовещенск

Благовещенский городской суд Амурской области в составе:

Председательствующего судьи Приходько А.В.,

При помощнике судьи Исаченко Е.С.,

С участием представителей ФИО1 – ФИО2 и ФИО3, представителя ФИО4 – ФИО5, представителя ФИО6, ФИО7 - ФИО8,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО4, ФИО6 о признании недобросовестным приобретателем, признании недействительными договоров купли-продажи квартиры, применении последствий недействительности сделки, встречному исковому заявлению ФИО6 к ФИО1 о признании добросовестным приобретателем,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО4, ФИО6 о признании недобросовестным приобретателем, признании недействительными договоров купли-продажи квартиры, применении последствий недействительности сделки. В обоснование иска указано, что 4 июля 2024 года она с ФИО4 заключила договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: ***, кадастровый номер ***, собственником которой она являлась. Квартира была продана за 3 200 000 рублей, которые покупатель передал ей в полном объеме. Вместе с тем, в период продажи квартиры она не понимала природу сделку, находилась под влиянием заблуждения относительно природы сделки и ее последствий, ввиду следующих обстоятельств. Учитывая преклонный возраст, в отношении нее были совершены мошеннические действия третьими лицами (по данному факту возбуждено уголовное дело № 12401400004002725 по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ). 25.06.2024 года в мессенджере Телеграмм ей прислали голосовое сообщение под видом/от имени ее руководителя с информацией о том, что в отношении нее возбуждено 2 уголовных дела, с ней свяжется сотрудник ФСБ ФИО9 и ей необходимо выполнять все то, что он скажет. Голос был идентичен голосу работодателя, потому каких-либо подозрений о том, что это другой человек, у нее не возникло. Вскоре с ней связался некий ФИО9, представился сотрудником ФСБ с начал давать указания, которые ей необходимо было выполнить, чтобы прекратить уголовные дела. Так, он попросил ее выехать из Абхазии в г. Сочи, где связь с ней поддерживала уже девушка, которая попросила оформить кредиты. 26 июня 2024 года она заключила договора с «Почта Банк» на сумму 465 000 рублей, 27 июня 2024 года оформила кредитный договор с ПАО Сбербанк на сумму 365 000 рублей. Указанные средства она передала курьеру. После указанных событий ей предложили оформить фиктивную сделку купли-продажи квартиры, чтобы «спрятать» имущество, пояснили, что позже эта сделка будет отменена Росреестром и признана недействительной. 30 июня 2024 года она вернулась в г. Благовещенск, 3 июля 2024 года еще один человек, который поддерживал с ней общение, дал номер телефона ФИО4 и сказал с ним связаться для оформления купли-продажи квартиры. С НЕ она встретилась в своей квартире, квартиру осмотрел и в этот же день приехал к ней второй раза для подписания предварительного договора купли-продажи и передаче задатка в размере 100 000 рублей. Из договора следует, что стоимость квартиры была определена как 3 200 000 рублей, что значительно ниже рыночной стоимости подобной квартиры. 4 июля 2024 года ФИО4 позвонил ей и сообщил о необходимости явиться в МФЦ для совершения сделки, после сдачи документов в МФЦ, он передал ей оставшуюся часть средств в размере 3 100 000 рублей. В дальнейшем, девушкой, с которой она ранее общалась, было дано указание о перечислении указанных средств на счет через банкомат. 5 июля 2024 года она оформила кредитный договор с ПАО «Совкомбанк» на сумму 300 000 рублей и сняла денежные средства в размере 150 000 рублей с ранее выданной ей кредитной карты в ПАО Сбербанк, помимо этого, по указаниям мошенников осуществила денежные займы у знакомых на сумму 210 000 рублей, при этом, все средства переводились на указанные мошенниками счета. Также ей предложили «подрабатывать» на ФСБ, выполняя различного вида задания, не понимая сути такой просьбы, она согласилась, после чего, 7 июля 2024 года по их указаниям отправилась в г. Екатеринбург, затем в г. Москва, г. Смоленск, г. Санкт-Петербург. В одной их квартир г. Санкт-Петербурга, в которой ее ждала другая потерпевшая, находились сотрудники МВД, от которых она узнал, что стада жертвой мошенников, после чего обратилась в отделении полиции с заявлением о факт мошенничества в отношении нее. О ее заблуждении при совершении сделки купли-продажи, в том числе, свидетельствуют: договор, согласно которому квартира была продана по заниженной стоимости, отчуждение единственного жилья, наличие кредитных займов, взятых в период совершения сделки. Полагает, что совершению сделки сопутствовали обстоятельства, которые должны были вызвать у приобретателя ФИО4 сомнения в отношении права продавца ФИО1 на отчуждение спорного имущества, в том числе заниженная стоимость, тем самым, приобретатель имущества не является добросовестным приобретателем. С момента подписания предварительного договора прошли только одни сутки, ФИО4 не запросил у нее свежую выписку из ЕГРН, справки об отсутствии задолженности, справку о наличии зарегистрированных лицах, справку из психоневрологического и наркологического диспансеров, не проявив должной осмотрительности, осторожности и не принял разумных мер по дополнительной проверке юридической судьбы имущества. После приобретения квартиры, квартира была вновь выставлена на сайте «ДомКлик» на 5 650 000 рублей.

На основании изложенного, с учетом положений ст. 166, 168, 178, 302 ГК РФ, принятых уточненных требований, просит суд признать ФИО4 недобросовестным приобретателем, признать недействительным договор купли-продажи квартиры от 04.07.2024 года, заключенный между ФИО1 и ФИО4 Признать недействительным договор купли-продажи квартиры от 04.09.2024 года, заключенный между ФИО4 и ФИО6 Применить последствия недействительности сделки путем прекращения права собственности за ФИО4 и ФИО6 на спорную квартиру, признать право собственности за ней, внести соответствующие сведения в ЕГРН.

ФИО6 обратилась в суд со встречным иском о признании ее добросовестным приобретателем, в обосновании указав, что решение о приобретении спорной квартиры принималось на семейном совете, квартиру приобретали для ее матери, которая должна была переехать из другого населенного пункта. После проведения определенных процедур на предмет отсутствия обременений, правопритязаний третьих лиц, обхода соседей и жильцов дома, осмотра квартиры, снятия с регистрации ФИО1, они подписали договор с ФИО4, которым было предоставлено согласие его супруги на продажу квартиры. На дату оформления сделки никаких претензий со стороны третьих лиц и ФИО1 не было. Договор прошел государственную регистрацию, переход права собственности булл зарегистрирован в установленном порядке. При заключении сделки она проявила разумную степень осмотрительности и заботливости, которая требовалась от нее при совершении подобных сделок и, тем самым, имеет все признаки добросовестного приобретателя, с момент приобретения квартиры и до настоящего времени она пользуется данным имуществом, оплачивает коммунальные услуги. Кроме того, на момент совершения сделки, она не знала, не могла и не должна была знать, что ФИО4 по сделке неправомочен на отчуждение имущества, таких документов не имелось, запреты в отношении квартиры отсутствовали, на сайтах судов в отношении ФИО4 каких-либо тяжб относительно данного имущества не имелось, в период снятия с регистрационного учета ФИО1 она не высказывалась о незаконном приобретении у нее квартиры. Согласно представленным документам, имеющимся в материалах дела, ФИО1 добровольно передала спорную квартиру в пользование третьим лицам, не проявляла достаточной заботы о сохранности своего имущества, коммунальные расходы в спорный период не оплачивала, судьбой квартиры не интересовалась. Все эти обстоятельства, по ее мнению, свидетельствуют о том, что и ФИО4 и ФИО6 являются добросовестными приобретателями спорного имущества.

На основании указанных обстоятельств, приведенных норм законодательства, истец просит суд признать ее добросовестным приобретателем квартиры с кадастровым номером ***, расположенной по адресу: ***. В удовлетворении исковых требований ФИО1 просит отказать.

В судебное заседание не явились ФИО1, ФИО4, ФИО6, обеспечив явку своих представителей. Также в суд не явились извещенные надлежащим образом третьи лица: Управление Росреестра по Амурской области, УМВД России по Калининскому району г. Санкт-Петербург, ДС, ФИО7, финансовый управляющий ЕН

С учетом мнений участников процесса, не возражавших против рассмотрения дела в отсутствие не явившихся лиц, в силу ст.ст. 154, 167 ГПК РФ, суд определил рассмотреть дело при данной явке.

Представители ФИО1 – ФИО2, ФИО3 в судебном заседании просили удовлетворить ее исковые требования, в удовлетворении встречных требований ФИО6 отказать, в обосновании указали, что ФИО1 при совершении сделки не понимала ее природу, находилась под влиянием заблуждения, вызванного обманом третьих лиц, ФИО1 полагала, что участвует в фиктивной сделке, так как действовала по указанию правоохранительных органов, у нее возникло чувство страха при получении сведений о наличии двух возбужденных в отношении нее уголовных дел. Она бы не заключала договор купли-продажи, если бы понимала и знала про последствия сделки, тем самым, полагают о наличии оснований для признания сделки недействительной на основании ст. 178 ГК РФ, волеизъявление ФИО1 не соответствовало ее действительной воле, она на имела намерения отчуждать свое имущество, которое являлось для нее единственным пригодным для проживания жильем. Помимо этого, считают, что представленной экспертное заключение судебной экспертизы содержит достаточные основания для признания договора купли-продажи, заключенного ФИО1 недействительным на основании ст. 178 ГК РФ, как сделки совершенной под влиянием заблуждение, сохранение договора купли-продажи в силе приведет к нарушению конституционного права на жилище и поставит ФИО1 в крайне тяжелое положение.

Представитель истца ФИО2 также представила суду письменное пояснения по своим доводам, где кроме основания для признания сделки недействительной, указала на наличие признаков недобросовестности в действиях ФИО4

Представитель ответчика ФИО4 – ФИО5 в судебном заседании возражала против заявленных требований, указала на отсутствие доказательств того, что ФИО1 действовала под влиянием третьих лиц, а также доказательств передачи третьим лицам денежных средств от продажи квартиры. ФИО4 является добросовестным покупателем, поскольку пояснял суду о том, что занимается покупкой и дальнейшей продажей квартир, то есть ему было выгодно приобрести жилье по наиболее минимальной стоимости, при совершении данной сделки проверил все необходимые обстоятельства, а именно, проверял наличие ограничений по квартире, задолженности по оплате коммунальных услуг, убедился, что ФИО1 работает учителем в школе, потому ее дееспособность не вызвала у него подозрений. В заключении судебной экспертизы эксперт характеризует ФИО1 как самоуверенную, категорически реагирующую на замечания. Считает, что исковые требования не обоснованы, просит отказать, встречные требования просит удовлетворить.

Представитель ответчика ФИО6 – ФИО8 в судебном заседании возражал против заявленных ФИО1 требований, в обосновании указав, что эксперт в заключении не указал на отсутствие воли ФИО1 на отчуждение квартиры, а именно это необходимо установить при рассмотрении подобных споров, иных доказательств отсутствия воли также не представлено. ФИО1 совершила ряд действий, необходимых при сделках купли-продажи недвижимости, а обращаясь в суд, она действует недобросовестно. В деле отсутствуют доказательства существования телефонных переговоров ФИО1 с третьим лицами, о которых истец указывает в своем заявлении, признание ее потерпевшим по уголовному делу не носит преюдициального характера, поскольку приговор в настоящее время отсутствует. Также указал, что добросовестность доказывать нет необходимости, ФИО1 должна доказывать недобросовестность.

Истец ФИО1 в ходе судебного разбирательства поясняла, что летом 2024 года она поехала отдыхать в Абхазию на 2 месяца, по истечении первой недели ей посредством использования мессенджера «Телеграмм» позвонил директор и сообщил о наличии возбужденных в отношении нее двух уголовных дел, после чего, таким же образом с ней связались лица, представившиеся сотрудниками ФСБ, указали на необходимость оформления кредитов, для чего она отправилась в г. Сочи, где и заключила кредитные договоры, денежные средства от которых перевела на номера счетов, переданные незнакомой ей девушкой. В дальнейшем ей указали на необходимость продажи квартиры, для чего она отправилась в Благовещенск, однако, квартиру она не собиралась продавать, наоборот, было желание сделать ремонт, купила обои, но сделать ничего не успела. Все её действия контролировали мошенники, они же и предложили продать квартиру за 3 000 000 рублей. При заключении договора она предложила покупателю свою цену – 3 500 000 рублей, из которых 500 000 рублей планировала оставить себе, но с ФИО4 договорились на цену в 3 200 000 рублей. Относительно снятия с регистрации пояснила, что поскольку ФИО4 не отдавал ей документы, решила выполнить это действие. О том, что действует под влиянием третьих лиц никому из знакомых, друзей не сообщала, так как ей указали этого не делать. Просила суд удовлетворить ее требования.

Ответчик ФИО4 в ходе судебного разбирательства возражал против заявленных требований, пояснял суду, что работает риелтором около 8 лет, с ним связалась ФИО1, предложившая купить у нее квартиру, он приехал к ней, долго общались, изучал документы, запросил выписку из ЕГРН, квитанцию по коммунальным платежам. Относительно стоимости квартиры пояснила, что ей срочно необходимы денежные средства для приобретения объекта недвижимости в Абхазии. В связи с такими обстоятельствами, убедившись, что с квартирой проблем нет, а личность ФИО1 не вызывала у него подозрений, он на следующий день занял деньги у родственников и поехал оформлять сделку с ФИО1 Просил отказать в удовлетворении исковых требований

Ответчик ФИО6 в ходе судебного разбирательства поясняла, что узнала о квартире на АВИТО, сначала цена квартиры составляла выше 5 млн. рублей, затем цена была снижена до 3,2 млн. рублей. ФИО4 представил ей все документы на квартиру. Также пояснила, что квартиру поставили на учет, оплачивает коммунальные услуги, хотели заселить туда ее мать, но, после возникшей ситуации, решили пока этого не делать. Квартира, кроме того, требует ремонта. Документами по квартире занимался ее муж, почему цена была снижена, ей неизвестно.

ФИО7, привлеченный к участию в деле в качестве третьего лица, суду пояснял, что квартиру приобретали для матери его супруги, проживающей в другом районе Амурской области. Сначала свое согласие на покупку не давали, так как квартира с плохим ремонтом, Владимир пояснил, что ему надо вернуть деньги, потому цену снизил, взяли у него документы по квартире, в том числе, выписку из ЕГРН, договор купли-продажи, показали их знакомому юристу, он проверил, пояснил, что все по квартире «чисто», после чего решили заключить сделку купли-продажи.

Выслушав доводы лиц, участвующих в деле, показания свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Согласно ст. 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (ст. 18 Конституции Российской Федерации).

В соответствии со статьей 3 ГПК РФ заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

В соответствии с частью 1 статьи 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции РФ и статьи 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Доказательственными фактами называются такие обстоятельства, которые, будучи установленными в суде, позволяют прийти к выводу о наличии или отсутствии юридически значимых фактов.

Согласно статье 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии со статьей 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Согласно п. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В соответствии с п. 1 ст. 223 ГК РФ право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором. В случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом. Недвижимое имущество признается принадлежащим добросовестному приобретателю (пункт 1 статьи 302) на праве собственности с момента такой регистрации.

Согласно статье 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 50 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по смыслу статьи 153 ГК РФ при решении вопроса о правовой квалификации действий участника (участников) гражданского оборота в качестве сделки для целей применения правил о недействительности сделок следует учитывать, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

В соответствии с п. 1 ст. 549 ГК РФ по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130).

Исходя из содержания положений статей 421, 432, 454 ГК РФ сделка купли-продажи является обоюдным волеизъявлением продавца на отчуждение, а покупателя на приобретение имущества и считается заключенной при достижении между сторонами в требуемой форме соглашения по всем ее существенным условиям.

Основной целью заключения договора купли-продажи является переход права собственности на товар от продавца к покупателю и получение последним денежных средств.

Судом установлено, что ФИО1 являлась собственником объекта недвижимого имущества с кадастровым номером ***, находящегося по адресу: ***, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права от 17.05.2013 года (дата регистрации права – 17.05.2013 года, документ-основание: договор на безвозмездную передачу квартиры (дома) в собственность граждан от 19.04.2013 года, а также выпиской из ЕГРН в отношении указанного объекта недвижимости и не оспаривалось сторонами.

3 июля 2024 года между ФИО1 и ФИО4 заключен предварительный договор (опцион) купли-продажи недвижимости, согласно условиям которого стороны договорились о подготовке и заключении в последующем договора купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: ***, общей площадью 45,2 кв.м., состоящей из двух комнат. Стоимость вышеуказанного жилого помещения определяется по соглашению сторон и составляет 3 200 000 рублей, которые покупатель оплачивает в следующем порядке: сумма в размере 100 000 рублей передается в момент подписания данного договора, указанная сумма является задатком. Сумма в размере 3 100 000 рублей оплачивается в день подписания договора купли-продажи объекта (п. 2.1 Договора). Указанная цена, установленная соглашением сторон по настоящему договору, является окончательной и изменению не подлежит (п. 2.3 Договора). К моменту подписания основного договора ФИО1 обязуется, в том числе, представить справки об отсутствии зарегистрированных лиц в квартире, об отсутствии задолженности по квартплате, коммунальным услугам, не имеется зарегистрированных, а также технический и кадастровый паспорта (п. 3.1.3 Договора). ФИО4 обязуется произвести оплату в соответствии с разделом 2 и п. 4.2 настоящего договора (п. 3.2.1 Договора).

4 июля 2024 года между ФИО1 (Продавец) и ФИО4 (Покупатель) заключен договор купли-продажи квартиры, по условиям которого Продавец продал, а Покупатель купил квартиру в собственность: жилое помещение, 5 этаж, с кадастровым номером ***, площадью 45,2 кв.м., по адресу: ***, принадлежащую Продавцу на праве собственности (п.1 Договора). Указанная квартира продана за 3 200 000 рублей, расчет полный до подписания договора купли-продажи (п. 2 Договора). В квартире зарегистрирована ФИО1, *** года рождения, которая обязуется сняться с регистрационного учета в течение 10 дней после регистрации права (п. 3 Договора). Квартира Покупателем осмотрена, претензий к техническому состоянию нет.

После заключения сделки, 4 июля 2024 года ФИО4 через ГАУ АО «Многофункциональный центр предоставления государственных и муниципальных услуг в Амурской области» обратился в Управление Росреестра по Амурской области с заявлением о государственной регистрации права на указанный объект недвижимости, представив необходимые документы, сделка прошла государственную регистрацию.

31 августа 2024 года между ФИО4 (Продавец) и ФИО6 (Покупатель) заключен договор купли-продажи квартиры, по условиям которого Продавец продал, а Покупатель купил квартиру в собственность квартиру, назначение: жилое помещение, площадь 45,2 кв.м., этаж ***, расположенную по адресу: ***, с кадастровым номером ***, принадлежащую Продавцу на праве собственности (п. 1, 2 Договора). Цена недвижимости составляет 3 200 000 рублей. Стоимость является окончательной и изменению не подлежит. Оплата производится за счет собственных средств Покупателя до подписания настоящего договора (п. 3 Договора). При заключении указанной сделки ФИО4 было представлено нотариальное согласие его супруги ДС от 27.08.2024 года на продажу указанного объекта недвижимости.

Из выписки ЕГРН от 23.09.2024 года в отношении объекта с кадастровым номером *** следует, что данный объект (***) находился в собственности Муниципального образования город Благовещенск до 17.05.2013 года, с 17.05.2013 года по 05.07.2024 года в собственности ФИО1, с 05.07.2024 года по 04.09.2024 года в собственности ФИО4, 04.09.2024 года и по настоящее время объект находится в собственности ФИО6 на основании договора купли-продажи от 04.09.2024 года.

Согласно Уведомлению от 23.09.2024 года ФИО1, по состоянию на 23.09.2024 года, правообладателем какого-либо объекта недвижимости не является.

В судебном заседании стороны ФИО4 и ФИО1 не оспаривали факт получения денежных средств за проданную квартиру в размере, указанном в договорах купли-продажи от 04.07.2024 года и от 31.08.2024 года.

Из паспорта ФИО1 следует, что она с 17.08.1982 года по 27.08.2024 года имела регистрацию по месту жительства: ***.

ФИО1, обращаясь в суд с настоящим иском, а также ее представители в своих доводах, указывают, что ФИО1 при заключении договора купли-продажи от 04.07.2024 года не понимала природу сделки, находилась под влиянием заблуждения относительно природы сделки и ее последствий, вызванного обманом третьих лиц, которые представились ей сотрудниками ФСБ, у нее отсутствовала воля на отчуждение единственной принадлежащей квартиры, будучи введенной в заблуждение полагала, что сделка будет фиктивной и квартира позже вернется в ее собственность. Кроме того, указанные третьи лица вынудили ее оформить нескольку кредитных договоров и перечислить денежные средства на «безопасные счета». Вследствие совершенных в отношении нее мошеннических действий она была признана потерпевшей по уголовному делу № 12401400004002725 от 26.07.2024 года, возбужденному по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ.

Из ответа УМВД России по Калининскому району г. Санкт-Петербург от 17.12.2024 года, представленного по запросу суда, следует, что уголовное дело № 12401400004002725 возбуждено СУ УМВД России по Калининскому району Санкт-Петербурга 26 июля 2024 года по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ в отношении неустановленного лица. В ходе предварительного следствия было установлено, что в период времени с 25.06.2024 года по 08.07.2024 года неустановленные лица, находясь в неустановленном месте, имея корыстный умысел, направленный на хищение чужого имущества, путем обмана, действуя умышленно, убедили ФИО1 оформить на свое имя кредиты в кредитных учреждениях, после чего, в том числе, при помощи информационно-телекоммуникационные технологии, тайно похитили денежные средства, принадлежащие ФИО1, в сумме 4 511 000 рублей, которые последняя перевела на неустановленные счета, причинив, тем самым, последней материальный ущерб в особо крупном размере на вышеуказанную сумму. 04.07.2024 года потерпевшая ФИО1, находясь под влиянием обмана по указанию неизвестных перевела денежные средства, а также продала принадлежащую ей квартиру, площадью 45,2 кв.м., расположенную по адресу: ***, кадастровый номер *** ранее неизвестному ей ФИО4 за 3 200 000 рублей, после чего, полученные в результате продажи квартиры денежные средства, используя программу «Мир пэй», перевела через банкомат не неустановленные счета. 26 сентября 2024 года предварительное следствие по уголовному делу приостановлено на основании п. 1 ст. 1 ст. 208 УПК РФ, 11 ноября 2024 года предварительное следствие возобновлено сроком на 1 месяц, а всего по 11.12.2024 года. В настоящее время истребован ответ на поручение по факту допроса ФИО1 в качестве потерпевшей, ФИО4 по поручению не допрошен, направлены запросы в ПАО Сбербанк и ООО «Йота» (ответы до настоящего времени не поступили).

Из постановления о возбуждении уголовного дела и принятия его в производство от 26.07.2024 года следует, что поводом для возбуждения уголовного дела является протокол принятия устного заявления от ФИО1 от 24.07.2024 года, поступивший с материалом проверки КУСП-10924 от 24.07.2024 года по 17 отделу полиции УМВД России по Калининскому района г. Санкт-Петербурга.

Постановлением от 25.07.2025 года ФИО1 признана потерпевшей по уголовному делу № 12401400004002725, поскольку ей был причинен материальный ущерб в особо крупном размере 4 511 000 рублей.

Из показаний свидетеля Свидетель №1, допрошенной в судебном заседании, следует, что она является коллегой ФИО1, работают совместно около 30 лет. Относительно обстоятельств дела пояснила, что ФИО1 ранее проживала по ***, в гостях у нее она не бывала, но знает квартира была в собственности ФИО1 15 июля 2024 года ей позвонил участковый с просьбой дать телефон ФИО1 и рассказал о сделке по продаже ее квартиры, она засомневалась в совершении такой сделки, не поверила, что ФИО1 продала квартиру. 16 июля 2024 года ФИО1 уехала в отпуск в Абхазию, вернуться ранее не могла, дозвониться ей тоже не смогла. В августе, вернувшись на работу, истец рассказала, что продала свою квартиру по ошибке и вследствие мошеннических действий, а переезд никогда не планировала. В Абхазию истец ездила не впервые, выезжала с подругами или коллегами. Считает, что в данном случае речь идет именно о мошенничестве и введение истца в заблуждение. Характеризует ФИО1 как уравновешенного и порядочного человека, хорошего преподавателя; жалоб на нее никогда не было. Таких качеств как необдуманность своих действий и решений за ФИО1 она не наблюдала.

Свидетель №2, допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля показал суду, что является двоюродным братом ФИО1, общаются они между собой часто. Считает, что при возникновении проблем истец обязательно обратилась бы к нему. Сестра, накапливая денежные средства, периодически выезжает из Благовещенска для проведения отпуска. Во время последней её поездки в Абхазию за сестру переживал по причине того, что она не выходила на связь, после чего подал заявление в полицию. Вскоре, после дачи письменных пояснений следователю, сестра нашлась. Вернувшись домой, сестра рассказала о том, что стала жертвой мошеннических действий и потеряла свою квартиру. Также пояснил о том, что сестра не могла бы пойти на такие необдуманные действия и принять настолько необдуманное решение, он не думал, что такое вообще могло с ней произойти.

Свидетель Свидетель №3 поясняла суду, что знает только ФИО4, производила уборку в его квартире, оказывая клининговые услуги, иных отношений с ним не имеется. Позвонил ей в июле с просьбой сделать уборку в квартире по 50 лет Октября, д, 4, договорились о времени и средствах. При осмотре квартиры и оценивании объема работы она задала ему вопрос относительно находящихся в квартире вещей, это коробки и одежда в шкафу, ФИО4 поясни, что предыдущий собственник приедет и заберет эти вещи. В данной квартире давно не было ремонта, квартиру, по ее мнению, находилась в плохом состоянии, отмывать ее было трудно. Также, по ее мнению, квартира и находящиеся в ней вещи в собранном виде давали понять о том, что предыдущий собственник собирается съезжать, все было подготовлено к этому. При проведении уборки соседи или иные лица в квартиру не приходили.

Из показаний свидетеля Свидетель №4 следует, что он является другом ФИО4, а ФИО1 видел только один раз, при передаче ей денежных средств за квартиру, расположенную по ***. Сделку оформляли в МФЦ, но туда он с ним не ходил. Знает, что ФИО4 является риелтором, периодически приобретает квартиры. Также ему известно, что истец должна была выписаться из квартиры и купить билеты для поездки в другой регион, но с регистрации не снялась. Был в спорной квартире, видел там некоторые вещи, такие как ковер, одежда и некоторая техника. Вещи были собранными, указанное свидетельствует о том, что предыдущий собственник съезжает из данного помещения. Ему известно, что истец уезжала на отдых в другой регион и должна была купить там домик. По его мнению, состояние и поведение ФИО1 было нормальными, и не вызывающими вопросов. Присутствовал при вскрытии квартиры участковым, ФИО4 пытался связаться с ФИО1, но участковый пояснил, что она улетела. Когда ФИО1 вернулась в Благовещенск, они с ФИО4 перевезли к ней ее личные вещи.

Согласно показаниям свидетеля Свидетель №5, она работает вместе с истцом в школе, часто с ней общается. Когда увидела объявление о продаже квартира, то посчитала, что ФИО1 сама этого не делала, поскольку она никогда не вела речь о намерении продать жилье и, более того, оставить класс и уехать в другой регион она с подругой. Решила позвонить по объявлению о продаже квартиры под видом покупателя, на звонок ей ответила женщина риелтор и сказала, что квартира продается по цене в 5 650 000 рублей. Под видом покупателя приходила в квартиру в конце августа 2024 года и видела там ФИО4 с женщиной риелтором, которые осматривали квартиру, в квартире не увидела ничего из вещей ФИО1, только цветы и кухонный гарнитур. В тот день она связалась с ФИО1, которая пояснила, что все в порядке, квартира продается.

Как следует из п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с п. 1 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Пунктом 2 указанной статьи определено, что при наличии условий, предусмотренных пунктом 1 данной статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п. (пп. 1); сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные (пп. 2); сторона заблуждается в отношении природы сделки (пп. 3); сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой (пп. 4); сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку (пп. 5).

По смыслу приведенных положений пункта 1 статьи 178 ГК РФ, сделка считается недействительной, если выраженная в ней воля стороны неправильно сложилась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду. Под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих для него существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался. Заблуждение предполагает, что при совершении сделки лицо исходило из неправильных, не соответствующих действительности представлений о каких-то обстоятельствах, относящихся к данной сделке.

Согласно разъяснениям, данным Конституционным Судом РФ, ст. 178 ГК РФ устанавливает ориентиры, которым должны следовать суды при определении того, являлось ли заблуждение, под влиянием которого была совершена сделка, настолько существенным, чтобы его рассматривать в качестве основания для признания сделки недействительной, а также последствия признания такой сделки недействительной, обеспечивает защиту прав лиц, чья действительная воля при совершении сделки была искажена (определения от 22 апреля 2014 года N 751-О, 28 марта 2017 года N 606-О, 28 февраля 2019 года N 338-О, 31 мая 2022 года N 1313-О и др.).

По смыслу приведенных выше положений недействительной может быть признана сделка, совершенная стороной, находящейся под влиянием заблуждения, существенного на столько, что, если бы она знала о действительном положении дел, то не совершила бы ее, разумно и объективно оценивая ситуацию, в частности о существенности заблуждения может свидетельствовать заблуждение в отношении природы сделки (пп. 3 п. 2 ст. 178 ГК РФ) и обстоятельства, которое сторона упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку (пп. 5 п. 2 ст. 178 ГК РФ).

В случае заблуждения относительно обстоятельств, из которых сторона исходит при заключении сделки, воля стороны, направленная на совершение сделки, формируется на основании неправильных представлений о тех или иных обстоятельствах, а заблуждение может выражаться в незнании каких-либо обстоятельств или обладании недостоверной информацией о таких обстоятельствах.

Под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих для него существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался.

С учетом изложенного, для признания сделки недействительной на основании подп. 5 п. 2 ст. 178 ГК РФ следует установить: упоминает ли сторона сделки в принятой форме волеизъявления существенное обстоятельство, в отношении которого, как выяснилось позже, она заблуждалась; было ли очевидно в момент заключения сделки другой стороне, что ее контрагент заблуждается в отношении указанного обстоятельства. По условиям данного правила сторона не просто заблуждается в отношении каких-либо обстоятельств, но и упоминает об этих обстоятельствах в своем волеизъявлении, из наличия которых она с очевидностью для всех участников сделки исходит.

Таким образом, заблуждение в любом раскрытом или очевидном другой стороне обстоятельстве, повлиявшем на согласие стороны вступить в сделку, может быть признано существенным.

При этом в силу п. 3 ст. 178 ГК РФ заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.

Однако в случае, когда имеет место раскрытие стороной мотива сделки либо мотив был очевиден другой стороне в момент ее совершения, распознаваемый мотив приобретает правовое значение вопреки закрепленному в п. 3 ст. 178 ГК РФ общему запрету на учет заблуждения в мотиве сделки. Другими словами, когда существенность мотива совершения сделки прямо обозначена или была очевидна контрагенту, ситуация выходит из-под сферы запрета, указанного в п. 3, и переходит в сферу дозволения, закрепленного в пп. 5 п. 2 ст. 178 ГК РФ.

При этом следует учесть, что перечень случаев, имеющих существенное значение для признания сделки недействительной ввиду заблуждения, приведенный в статье 178 Гражданского кодекса Российской Федерации, является исчерпывающим, а потому неправильное представление о любых других обстоятельствах, помимо перечисленных в законе, не может быть признано существенным заблуждением и не может служить основанием для признания сделки недействительной.

Таким образом, сделка может быть признана недействительной, как совершенная под влиянием заблуждения, если лицо, совершающее сделку, заблуждалось относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению именно в том смысле, как это предусмотрено статьей 178 Гражданского кодекса Российской Федерации, а именно относительно совокупности свойств сделки, характеризующих ее сущность либо воля лица сформировалась под влиянием факторов, нарушающих нормальный процесс такого формирования.

Суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон (п. 5 ст. 178 ГК РФ).

Из вышеуказанных норм следует, что бремя доказывания факта заблуждения относительно природы совершаемой сделки, обмана при ее совершении лежит на истце

Между тем, приведенных выше обстоятельств, судом при рассмотрении дела не установлено.

Так, как следует из пояснений истца, при заключении оспариваемой сделки она не сообщала покупателю об обстоятельствах, связанных с влиянием на ее действия со стороны третьих лиц, на отсутствие ее воли на отчуждение квартиры, напротив, при совершении сделки она торговалась с ФИО4 относительно стоимости квартиры, то есть вела себя как обычный продавец, и, тем самым, не понимать правовую природу данной сделки, что совершает именно сделку купли-продажи принадлежащей ей квартиры, следствием которой является получение ею денежных средств за проданное имущество, которые она стремилась получить, учитывая ее действия по установлению стоимости отчуждаемого имущества. При совершении сделки, в качестве мотивов ее совершения истец, как следует из пояснений ФИО4, ссылалась на нуждаемость в денежных средствах для приобретения объекта недвижимости в Абхазии, проверять указанные обстоятельства, обязанностью покупателя не являлось, оснований не доверять таким пояснениям ФИО1 у него также оснований не было.

Из доводов иска, пояснений ФИО1 следует, что она заблуждалась относительно мотивов заключения сделки, как указано ФИО1, мошенники убедили ее в том, что квартиру необходимо «спрятать» на период, пока уголовные дела в отношении нее не будут прекращены, с целью чего необходимо совершить «фиктивную» сделку по продаже квартиры.

Доказательств того, что ФИО4, а в дальнейшем и ФИО6, как покупатели, знали и должны были знать о заключении ФИО1 сделки под влиянием заблуждения со стороны третьих лиц, что заблуждение возникло вследствие обстоятельств, за которые отвечает покупатель, суду не представлено. Также истцом по первоначальным требованиям не представлено доказательств того, что ФИО4 каким-либо образом был знаком или связан с лицами, которые, как указывает ФИО1, звонили ей и указывали какие действия необходимо совершить для прекращения уголовных дел.

Установлено, что договор купли-продажи квартиры заключен после проверки ФИО4 всех существенных обстоятельств, а именно после проверки документов, подтверждающих право собственности продавца на спорное имущество, отсутствия притязаний на него третьих лиц, отсутствия задолженности по уплате коммунальных услуг, при этом, условия относительно снятия ФИО1 с регистрационного учета по данному адресу, были включены в договор купли-продажи. При совершении сделки ФИО4, с учетом предложенной ФИО1 стоимости квартиры, выяснял ее действительную волю на отчуждение указанного имущества, которая не вызвала у него сомнения, ввиду пояснений ФИО1 о желании приобрести недвижимое имуществе в другом регионе. Также, из доводов представителя ФИО4 следует, что он, проверил действительность осуществления трудовой деятельности ФИО1 в образовательном учреждении в качестве учителя (на сайте образовательного учреждения), а потому сомневаться в адекватности, дееспособности ФИО1 у него оснований не имелось. Сделка совершена по цене, хотя и ниже среднерыночной, но о которой стороны договорились в результате переговоров между собой.

Также судом установлено, что сделка купли-продажи, заключенная между ФИО1 и ФИО4 в полном объеме исполнена сторонами, т.е. цель сделки была достигнута. ФИО4 передал ФИО1 денежные средства за приобретенный им объект недвижимости, в установленном законом порядке зарегистрировал переход права собственности на объект недвижимости, ФИО1 выехала из спорной квартиры, после возвращения из отпуска, проведенного в Абхазии, снялась с регистрационного учета по адресу нахождения спорной квартиры.

Сделка купли-продажи, заключенная в дальнейшем между ФИО4 и ФИО6 также в полном объеме исполнена сторонами, цель сделки достигнута. ФИО6, после проверки документов, представленных ФИО4, передала последнему денежные средства за приобретенный объект недвижимости; в установленном законом порядке зарегистрировала переход права собственности на объект недвижимости; для совершения действий по государственной регистрации перехода права, ФИО4 было передано нотариальное согласие его супруги на совершение сделки купли-продажи спорной квартиры. Доказательств того, что ФИО6 было или должно было известно о влиянии третьих лиц на действия ФИО1 при продаже спорной квартиры ФИО4, в материалы дела не представлено.

Из ответа, представленного ГАУЗ АО АОНД по запросу суда, следует, что НА, *** года рождения, на диспансерном наблюдении у врача психиатра-нарколога не состоит, за медицинской помощью не обращалась, на освидетельствование не доставлялась.

С учетом обстоятельств, на которые ссылались стороны при рассмотрении дела, для правильного разрешения спора по существу, ввиду невозможности выяснить психологические особенности личности ФИО1, как в момент совершений сделки, так и перед ее совершением, судом по делу была назначена комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза, в отношении ФИО1, проведение которой поручено ГБУЗ АО «Амурская областная психиатрическая больница».

Из поступившего в адрес суда заключения комиссии экспертов № 538 следует, что ФИО1 в момент заключения сделки купли-продажи 04.07.2024 года психическими и/или неврологическими заболеваниями, которые лишали бы ее способности в полной мере осознавать характер своих действий и руководить ими, не страдала. Психическое состояние ФИО1 не оказало влияния на способность к осознанию сущности сделки от 04.07.2024 года, ее юридических особенностей, регуляции своего поведения, способности принимать взвешенные решения. Произошедшее в отношении ФИО1 мошенничество не вызвало появления каких-либо психических расстройств. При настоящем обследовании у ФИО1 не обнаруживается повышенной внушаемости, подчиняемости, как свойственных ей индивидуально-психологических особенностей. Присущие ФИО1 интеллектуальные и личностные особенности не препятствовали ее способности понимать характер и значение совершаемых в отношении нее действий. Однако, в исследуемый период, под воздействием «официальных лиц», безусловного доверия к ним у ФИО1 сформировалось «ошибочное восприятие» ситуации и оценки конченого результата, произошло искажение процессов целеполагания и целедостижения, оформила сделку и совершила ряд финансовых операций в результате доверия заверениям указанных «официальных лиц».

В соответствии со ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Суд полагает, что заключение экспертов является ясным, полным, объективным, определенным, не имеющим противоречий, содержащим подробное описание проведенного исследования и сделанные в его результате выводы предельно ясны, а потому данное экспертное заключение принимается судом как допустимое доказательство. Основания для сомнения в его правильности и в беспристрастности и объективности экспертов отсутствуют. Между тем, указанное заключение комиссии экспертов, в совокупности с иным представленным доказательствами, в том числе, в отсутствии допустимых доказательств совершения в отношении ФИО1 мошеннических действий, не может являться основанием для признания оспариваемых сделок недействительным по основаниям ст. 178 ГК РФ, на которую указывает в своих доводах сторона истца ФИО1, поскольку, как указано экспертами, присущие ФИО1 интеллектуальные и личностные особенности не препятствовали ее способности понимать характер и значение совершаемых в отношении нее действий, ее психическое состояние не оказало влияния на способность к осознанию сущности сделки от 04.07.2024 года, ее юридических особенностей.

Оценив все установленные обстоятельства и доказательства, суд приходит к выводу о том, что действительная воля сторон была направлена на заключение оспариваемых сделок от 04.07.2024 года и 31.08.2024 года, доказательств отсутствия воли сторон на совершение сделок суду не представлено. При должной степени разумности и осмотрительности, с учетом своего психического состояния в период совершения оспариваемой сделки (отсутствие каких-либо психических расстройств, повышенной внушаемости, подчиняемости), а также своих интеллектуальных и личностных особенностей, требовавшихся при таких обстоятельствах, ФИО1 не была лишена была возможности знать о действительном положении дел относительно обстоятельств, связанных с лишением ее прав на принадлежащую ей квартиру, а также возможности сообщить каким-либо образом покупателю, родственникам, коллегам об обстоятельствах, предшествующих совершению оспариваемой сделки купли-продажи. Однако, до поездки в г. Санкт-Петербург, в регистрирующий орган, органы внутренних дел, либо органы ФСБ относительно выяснения действительного положения дел, она не обращалась, полученную информацию не проверяла, в то же время, в силу статьи 178 ГК РФ, заблуждение относительно мотивов сделки (как следует из доводов ФИО1, она полагала, что содействует сотрудникам правоохранительных органов) не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.

По мнению суда, при совершении оспариваемой сделки купли-продажи спорной квартиры ФИО1 совершила последовательный и необходимый при совершении таких сделок комплекс действий (заключила предварительный договор купли-продажи; заключила основной договор купли-продажи; в результате переговоров с покупателем относительно стоимости квартиры, получила денежные средства, при этом, в большем размере, чем, как следует из ее доводов, требовали от нее третьи лица; после возвращения из отпуска снялась с регистрации по адресу нахождения спорной квартиры) в соответствии с ее волеизъявлением. Факт последующего перечисления полученных ФИО1 от продажи квартиры денежных средств третьим лицам под влиянием обмана (в случае наличия такового, что в настоящее время в рамках возбужденного уголовного дела не установлено, поскольку решение по нему не принято) не свидетельствует об отсутствии у ФИО1 волеизъявления на заключение оспариваемой сделки и получение в результате ее совершения денежных средств.

Представитель истца, действительно, заявляя требование о признании сделок от 04.07.2024 года, от 31.08.2024 года недействительными, помимо заблуждения указывала на то, что БУ заключила сделку под влиянием заблуждения, вызванного обманом со стороны третьих лиц.

В соответствии с пунктом 2 статьи 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя одной стороны, а также сделка, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельства на крайне невыгодных для себя условиях, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

В пункте 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (пункт 2 статьи 179 ГК РФ). Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (пункт 2 статьи 179 ГК РФ). Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

В соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Поскольку ФИО1, в нарушении положений ст. 56 ГПК РФ, не представлено доказательств, подтверждающих наличие обмана со стороны ФИО4, либо того, что ФИО4 и ФИО6 знали или должны были знать об обмане ФИО1 со стороны третьих лиц, равно как и того, что лица, звонившие ФИО1 действовали в интересах кого-либо из ответчиков, оспариваемые сделки не могут быть признаны недействительным, по основаниям их совершения под влиянием обмана.

ФИО1, ознакомившись с договором купли-продажи перед его заключением и подписав его, исходя из выводов комиссии экспертов, не могла заблуждаться относительно природы сделки и ее правовых последствий. Действия ФИО1 были естественными, логичными и последовательными, в связи с чем, у ФИО4 отсутствовали основания для сомнения в реальности намерений ФИО1 продать свою квартиру, и не было возможности каким-либо образом определить, что продавец в период совершения сделки находилась под чьим-то влиянием или обманом.

Обстоятельства заключения оспариваемой сделки (наличие в оспариваемом договоре купли-продажи всех существенных условий, его подписание собственноручно истцом и исполнение сторонами, регистрация перехода права собственности), свидетельствуют о том, что воля сторон была направлена на заключение именно договора купли-продажи.

Помимо прочего, ФИО1 в материалы дела не представлено допустимых доказательств совершения в отношении нее мошеннических действий, связанных с совершением оспариваемых сделок, в частности, не указан номер банковского счета, на который, как она указывает в своих доводах, перевела денежные средства, полученные от продажи имущества; не указаны номера телефонов, с которых ей поступали звонки, в том числе, через мессенджер «Телеграмм», либо иные сведения о том, что такие звонки действительно поступали, а наличие возбужденного уголовного дела в отношении неустановленных лиц, в рамках которого ФИО1 признана потерпевшим, само по себе таким доказательством не является (из представленных суду документов следует, что виновные лица не установлены, итоговый судебный акт по уголовному делу не выносился, денежные средства переводились на неустановленные счета).

При изложенных обстоятельствах, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1 о признании сделок купли-продажи от 04.07.2024, от 31.08.2024 года недействительными (в уточненном исковом заявлении дату договора, заключенного между ФИО4 и ФИО6, указанную как 04.09.2024 года, суд принимает как описку, стороной истца указана дата государственной регистрации перехода права по данному договору).

Рассматривая требования ФИО1 о признании ФИО4 недобросовестным приобретателем, и встречные требования ФИО6 о признании ее добросовестным приобретателем, суд руководствуется, в том числе, положением ст. 302 ГК РФ, согласно которому, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

В соответствии с п. 38 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", приобретатель не может быть признан добросовестным, если на момент совершения сделки по приобретению имущества право собственности в ЕГРН было зарегистрировано не за отчуждателем или в ЕГРН имелась отметка о судебном споре в отношении этого имущества. В то же время запись в ЕГРН о праве собственности отчуждателя не является бесспорным доказательством добросовестности приобретателя. Ответчик может быть признан добросовестным приобретателем имущества при условии, если сделка, по которой он приобрел владение спорным имуществом, отвечает признакам действительной сделки во всем, за исключением того, что она совершена неправомочным отчуждателем. Собственник вправе опровергнуть возражение приобретателя о его добросовестности, доказав, что при совершении сделки приобретатель должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества.

На основании положения п. 13 указанного Постановления, в соответствии с абзацем вторым пункта 2 статьи 223 ГК РФ недвижимое имущество признается принадлежащим добросовестному приобретателю на праве собственности с момента государственной регистрации его права в ЕГРП, за исключением предусмотренных статьей 302 ГК РФ случаев, когда собственник вправе истребовать такое имущество от добросовестного приобретателя. По смыслу пункта 2 статьи 223 ГК РФ право собственности возникает у добросовестного приобретателя не только в том случае, когда вступило в законную силу решение суда об отказе в удовлетворении иска об истребовании имущества из чужого незаконного владения, но и тогда, когда прежний собственник в суд не обращался и основания для удовлетворения такого иска отсутствуют. Поскольку добросовестный приобретатель становится собственником недвижимого имущества с момента государственной регистрации права в ЕГРН, первоначальный собственник не вправе истребовать имущество и в том случае, если оно перешло к последующему приобретателю по безвозмездной сделке.

Из Обзора судебной практики по делам, связанным с истребованием жилых помещений от добросовестных приобретателей, по искам государственных органов и органов местного самоуправления" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 01.10.2014), приобретатель не может быть признан добросовестным, если к моменту совершения возмездной сделки в отношении спорного имущества имелись притязания третьих лиц, о которых ему было известно, и если такие притязания впоследствии признаны в установленном порядке правомерными. Разрешая вопрос о добросовестности (недобросовестности) приобретателя жилого помещения, необходимо учитывать осведомленность приобретателя жилого помещения о наличии записи в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним о праве собственности отчуждателя имущества, а также принятие им разумных мер для выяснения правомочий продавца на отчуждение жилого помещения.

Судом установлено, что спорная квартира на момент совершения сделки между ФИО4 и ФИО1, принадлежала на праве собственности последней, иных собственников не имелось, при совершении сделки между ФИО6 и ФИО4 квартира принадлежала на праве собственности ФИО4, что следует из представленных в материалы дела выписок ЕГРН, тем самым, ФИО1, а в дальнейшем и ФИО4, в силу положений ст. 209 ГК РФ, были вправе распоряжаться своим имуществом, в том числе, посредством отчуждения его третьим лицам. Из доводов представителя ФИО4 следует, что последний перед совершением сделки с ФИО1 проверил информацию об отсутствии запретов, ограничений в отношении приобретаемой квартиры, ознакомился с квитанцией по оплате коммунальных услуг, в которой отсутствовали сведения о наличии задолженности, осмотрел квартиру на предмет проживания в ней иных лиц, убедился в дееспособности ФИО1, путем получения сведений о её трудоустройстве в качестве учителя, поинтересовался причиной указанного ФИО1 размера стоимости отчуждаемого объекта (ему пояснила, что желает приобрести недвижимости в другом регионе, потому решили быстрее продать квартиру), при этом доказательств наличия, на момент совершения оспариваемой сделки, запретов, ограничений, задолженности по оплате коммунальных услуг в отношении указанной квартиры ФИО1 в материалы дела не представлено, кроме того наличие таких запретов или ограничений не позволило бы ФИО4, а в дальнейшем и ФИО6 зарегистрировать переход права собственности на указанный объект недвижимости. Истребование покупателем у продавца справок из психоневрологических, наркологических диспансеров ничем не предусмотрено и возможно лишь в случае возникновения у продавца сомнений относительно действий покупателя, однако, в настоящем случае, поведение ФИО1 и ее последовательные действия не вызвали у покупателя каких-либо сомнений. При таких обстоятельствах, не доверять доводам представителя ФИО4 у суда оснований не имеется.

Доводы представителя ФИО1 о том, что спорная квартира являлась единственных жильем для ФИО1, что должно было вызвать сомнения у ФИО4, как у профессионального риелтора, суд считает несостоятельными, поскольку наличие у лица в собственности только одного объекта недвижимости, в силу положений ст. 209 ГК РФ, не является для него ни запретом, ни ограничением для распоряжения этим имуществом, в том числе, путем его отчуждения.

При таких обстоятельствах, требования ФИО1 о признании ФИО4 недобросовестным приобретателем удовлетворению не подлежат, в отношении ФИО6 такие требования ФИО1 не заявлялись.

Вместе с тем, с учетом встречных требований ФИО6 и наличия требований к ней о признании договора купли-продажи от 31.08.2024 года, суд полагает необходимым разрешить встречное требование, удовлетворив его в полном объеме по следующим основаниям.

Согласно положениям статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно, никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения

Сделка, заключенная между ФИО4 и ФИО6 являлась реальным волеизъявлением обеих сторон, исходя из содержания договора и действий сторон, каких либо пороков составления договор не содержит, действия продавца были направлены на отчуждение имущества, являющегося его собственностью, и на получение денежных средств, действия покупателя направлены на приобретение имущества за цену, определенную сторонами в договоре купли-продажи, и дальнейшей на регистрацию перехода права на указанный объект. Все действия сторонами были совершены, денежные средства переданы, переход права собственности зарегистрирован, также ФИО4 была представлена справка об отсутствии зарегистрированных лиц по адресу нахождения отчуждаемой квартиры, нотариальное согласие его супруги на совершение сделки купли-продажи. Перед приобретением супруг ФИО6 истребовал у ФИО4 документы в отношении приобретаемой квартиры, и только после изучения которых, принято решение о заключении сделки купли-продажи. О том, что ФИО1 при совершении сделки с ФИО4 действовала под влиянием третьих лиц, ФИО6 не знала и не могла знать, сама ФИО1 ей об этих обстоятельствах не сообщала.

Таким образом, суд полагает необходимым удовлетворить встречные исковые требования ФИО6 о признании ее добросовестным приобретателем спорной квартиры.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО4, ФИО6 о признании недобросовестным приобретателем, признании недействительными договоров купли-продажи квартиры от 04.07.2024 года, от 31.08.2024 года, применении последствий недействительности сделки – отказать.

Встречные исковые требования ФИО6 – удовлетворить.

Признать ФИО6 добросовестным приобретателем квартиры, с кадастровым номером ***, расположенной по адресу: ***.

Решение может быть обжаловано в Амурский областной суд через Благовещенский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий судья Приходько А.В.

Решение в окончательной форме составлено 5 декабря 2025 года