РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
10 ноября 2022 года Савеловский районный суд адрес
в составе председательствующего судьи Королевой О.М.
при помощнике (секретаре) фио
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-6725/2022
по иску ФИО1 к ООО ХКФ БАНК о признании договора недействительным,
установил:
истец ФИО1 обратился в суд с иском к ответчику ООО ХКФ БАНК, в котором просил признать кредитный договор <***> от 23 ноября 2021 года, заключенный с ответчиком, недействительным, мотивируя свои требования тем, что 23 ноября 2021 года в отношении истца были совершены мошеннические действия, в результате которых был заключен кредитный договор. Так, как указывает истец, 23 ноября 2021 года он производил процедуру регистрации корпоративного телефонного номера на интернет портале «Государственные услуги», в ходе регистрации происходили сбои, после чего на его телефон стали поступать телефонные звонки от лиц, представившихся операторами интернет портала «Государственные услуги», и коды подтверждения, которые истец сообщал данным лицам по их просьбе. В конечном итоге истец получил сообщение о заключении с ООО ХКФ Банком кредитного договора на сумму сумма и перечислении денежных средств неизвестным истцу людям. По мнению истца, кредитный договор заключен в результате умышленного введения его в заблуждение и обмана, а поэтому является недействительным. На основании заявления истца следователем следственного отдела ОМВД России по адрес было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ.
В судебном заседании истец ФИО1 заявленные исковые требования поддержал.
Представитель ответчика ООО ХКФ БАНК в судебное заседание не явился, о дне, времени и месте судебного заседания был извещен надлежащим образом, ранее представил в материалы дела письменные возражения на иск, в которых просил рассмотреть дело в свое отсутствие.
Выслушав объяснения истца, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.
Как следует из материалов дела и документов, представленных представителем ответчика, 23 ноября 2021 года от имени фио с ООО ХКБ Банк заключен кредитный договор <***>, а также в тот же день заключен договор о ведении банковского счета № 7327822000. Для расчетов по кредитному договору был использован банковский счет № 42301810440081049109, открытый на имя истца ранее для расчетов по заключенному между сторонами кредитному договору <***> от 14 июня 2019 года. Для расчетов по договору о ведении банковского счета истцу был открыт текущий счет № 40817810490012843111.
При заключении кредитного договора 14 июня 2019 года истец сообщил банку свой номер телефона <***> как контактный, используемый, в том числе, для идентификации Клиента в Банке. Данный номер, как установлено судом, не изменялся и указан истцом в исковом заявлении в качестве контактного.
При заключении договора от 14 июня 2019 года между сторонами было заключено соглашение о дистанционном банковском обслуживании.
Согласно условиям соглашения клиент согласен на осуществление банком для обеспечения исполнения соглашения аудиозаписи телефонных переговоров, записи электронной переписке, производство фото и видеосъемки, а также протоколирование действий клиента любыми способами не противоречащими действующему законодательству РФ, в том числе путем протоколирования действий клиента совершаемых им в информационном сервисе и при использовании технических устройств банка, а также на использование указанных материалов в качестве доказательств в спорных ситуациях.
Дистанционное заключение договора, а также направление заявлений/распоряжений по счету в информационных сервисах осуществляется путем подписания клиентом электронного документа простой электронной подписью при наличии с ним соглашения об использовании конкретного/соответствующего информационного сервиса, являющегося с момента его заключения неотъемлемой частью соглашения.
Подтверждение личности и полномочий клиента на доступ к информационному сервису, дистанционное заключение договора, а также направление заявлений/распоряжений по счету посредством данного при подписании электронного документа в информационном сервисе является СМС-код, представляющий из себя уникальную последовательность цифр, которую банк направляет клиенту посредством СМС-сообщения на номер его мобильного телефона. В случае идентичности СМС-кода, направленного банком, и СМС-кода проставленного в электронном документе, такая электронная подпись считается подлинной и проставленной клиентом. Клиент и банк обязаны соблюдать конфиденциальность в отношении СМС-кода.
Электронные документы, оформленные через информационные сервисы путем подписания простой электронной подписью и документы на бумажных носителях, подписанные собственноручными подписями сторон, имеют одинаковую юридическую силу.
Стороны признают, что заключение соглашения приравнивается к подаче клиентом письменного заявления на последующее оказание ему соответствующих дополнительных услуг (далее ДУ), а прохождение клиентом процедуры активации ДУ предусмотренными в ее описании способами дополнительно подтверждает его волеизъявление на получение ДУ, а также согласие клиента с порядком ее оказания и ценой.
Соглашение заключено на неопределенный срок и может быть расторгнуто клиентом в любое время путем подачи в банк письменного заявления. Расторжение соглашения означает освобождение сторон от обязательств по ранее активированным ДУ/ранее заключенным договорам.
Судом установлено, что данное соглашение расторгнуто истцом не было.
Кредитный договор от 23 ноября 2021 года заключен путем использования дистанционных сервисов Банка в порядке, определенном согласно ст. 428 ГК РФ.
Из материалов дела также видно, что индивидуальные условия кредитного договора 23 ноября 2021 года, заявление о предоставлении кредита и об открытии счета, График погашения по кредиту были подписаны от имени истца простой электронной подписью, направленной на номер мобильного телефона истца <***> в виде четырехзначного смс-кода.
Как следует из содержания искового заявления и объяснений истца, он получал направленные ответчиком на его номер телефона смс-сообщения с цифровыми кодами и сообщал их своим неизвестным абонентам, которые представились сотрудниками интернет портала «Государственные услуги».
При этом сообщения, которыми доставлялись коды, содержали предупреждения о запрете называть их кому-либо, и в случае необходимости звонить в банк с указанием телефона.
Согласно разделу V «Другие существенные условия договора и дистанционное банковское обслуживание» Общих условий договора, являющихся неотъемлемой часть кредитного договора, заключение договора осуществляется посредством Информационного сервиса (п.1).
Банк осуществляет дистанционное банковское обслуживание клиента путем использования электронных и иных технических средств, позволяющих зафиксировать содержание электронных документов, под которыми понимается сформированная и подписанная простой электронной подписью (далее – ПЭП) документированная информация, представленная в электронной форме, содержащая условия заключаемых договоров, заявлений, согласий (п.2).
Волеизъявление клиента на дистанционное совершение какого-либо действия и подписания электронного документа ПЭП совершается, в том числе, вводом смс-кода, направленного Банком. При этом в случае идентичности смс-кода, направленного Банком, и смс-кода, проставленного в электронном документе, такая электронная подпись считается подлинной и проставленной Клиентом. Клиент и Банк обязаны соблюдать конфиденциальность относительно смс-кода (п.5).
Согласно п. 2 ст. 5 Федерального закона от 06.04.2011 г. N 63-ФЗ "Об электронной подписи" простой электронной подписью является электронная подпись, которая посредством использования кодов, паролей или иных средств подтверждает факт формирования электронной подписи определенным лицом.
Положениями п. 1 ст. 160 ГК РФ предусмотрено, что сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами.
Письменная форма сделки считается соблюденной также в случае совершения лицом сделки с помощью электронных либо иных технических средств, позволяющих воспроизвести на материальном носителе в неизменном виде содержание сделки, при этом требование о наличии подписи считается выполненным, если использован любой способ, позволяющий достоверно определить лицо, выразившее волю. Законом, иными правовыми актами и соглашением сторон может быть предусмотрен специальный способ достоверного определения лица, выразившего волю.
Двусторонние (многосторонние) сделки могут совершаться способами, установленными пунктами 2 и 3 статьи 434 настоящего Кодекса.
Согласно п.п.2, 3 ст. 434 ГК РФ договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа (в том числе электронного), подписанного сторонами, или обмена письмами, телеграммами, электронными документами либо иными данными в соответствии с правилами абзаца второго пункта 1 статьи 160 настоящего Кодекса (п.2).
Письменная форма договора считается соблюденной, если письменное предложение заключить договор принято в порядке, предусмотренном пунктом 3 статьи 438 настоящего Кодекса (п.3).
В силу п. 1 ст. 425 ГК РФ договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения.
Положениями п. 1 ст. 819 ГК РФ предусмотрено, что по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты за пользование ею, а также предусмотренные кредитным договором иные платежи, в том числе связанные с предоставлением кредита.
В соответствии со ст. 820 ГК РФ кредитный договор должен быть заключен в письменной форме.
Таким образом, установленные по делу обстоятельства с очевидностью свидетельствуют о том, что требуемая законом письменная форма кредитного договора от 23 ноября 2021 года при его заключении была соблюдена, требований закона при заключении кредитного договора нарушено не было.
После заключения кредитного договора дистанционный способом с использованием ПЭП заемщика, как видно из материалов дела, Банк 23 ноября 2021 года перечислил предусмотренную индивидуальными условиями договора денежную сумму в размере сумма на указанный Клиентом банковский счет, и в тот же день перечислил по указанным заемщиком в п. 1.2 распоряжения реквизитам банковского счета.
В соответствии со ст. 845 ГК РФ по договору банковского счета банк обязуется принимать и зачислять поступающие на счет, открытый клиенту (владельцу счета), денежные средства, выполнять распоряжения клиента о перечислении и выдаче соответствующих сумм со счета и проведении других операций по счету (п.1).
Банк может использовать имеющиеся на счете денежные средства, гарантируя право клиента беспрепятственно распоряжаться этими средствами (п.2).
Банк не вправе определять и контролировать направления использования денежных средств клиента и устанавливать другие не предусмотренные законом или договором банковского счета ограничения права клиента распоряжаться денежными средствами по своему усмотрению (п.3).
Положениями п. 1 ст. 854 ГК РФ предусмотрено, что списание денежных средств со счета осуществляется банком на основании распоряжения клиента.
В силу п. 3 ст. 847 ГК РФ договором может быть предусмотрено удостоверение прав распоряжения денежными суммами, находящимися на счете, электронными средствами платежа и иными способами с использованием в них аналогов собственноручной подписи (пункт 2 статьи 160), кодов, паролей и других средств, подтверждающих, что распоряжение дано уполномоченным на это лицом.
Уведомление ответчиком истца о совершаемых действиях было произведено надлежащим образом в соответствии с условиями договора посредством направления на номер мобильного телефона истца соответствующих паролей.
С учетом установленных обстоятельств суд приходит к выводу о том, что действия ответчика по исполнению кредитного договора также соответствовали в полном объеме требованиям закона.
Согласно п. 1 ст. 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.
Как разъяснено в п. 73 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, по общему правилу является оспоримой (пункт 1 статьи 168 ГК РФ).
Согласно п. 1 ст. 178 ГК РФ, на которую ссылается истец в поданном исковом заявлении, сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.
В силу п. 2 ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.
Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.
В соответствии со ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (п.1).
Установленные судом фактические обстоятельства дела и совокупность собранных по делу доказательств свидетельствует об отсутствии оснований, предусмотренных ст.ст.168, 178, 179 ГК РФ, для признания кредитного договора от 23 ноября 2021 года недействительной сделкой, поскольку кредитный договор был заключен и исполнен ответчиком в соответствии с требованиями закона и волеизъявлением истца. При этом доказательств того, что заключению договора и совершению расходных операций предшествовало уведомление банка посредством телефонной связи о совершении мошеннических действий в отношении истца, представлено не было.
Более того, никаких достоверных доказательств, свидетельствующих о том, что в действительности документы дистанционным способом на заключение кредитного договора и распоряжение о списании денежных средств исходили не от истца, в материалы дела истцом представлено не было, в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ.
Сам по себе факт обращения истца в правоохранительные органы, возбуждение уголовного дела по заявлению истца, единственным основанием для признания доводов истца убедительными явиться не может.
Вступивший в законную силу приговор суда, подтверждающий факт совершения в отношении истца противоправных действий, связанных с хищением у него денежных средств, на момент разрешения спора отсутствует.
С учетом этого, заявленные исковые требования удовлетворению не подлежат в полном объеме.
На основании изложенного, руководствуясь положениями ст. 194-198 ГПК РФ, суд
решил:
в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ООО ХКФ БАНК о признании договора недействительным отказать.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский городской суд через Савеловский районный суд адрес в течение одного месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.
Судья
Решение суда в окончательной форме принято 10 декабря 2022 года.