Судья Ярошенко А.В.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

уголовное дело № 22-1521/2023

г. Астрахань 5 сентября 2023 г.

Суд апелляционной инстанции Астраханского областного суда в составе:

председательствующего судьи Жогина А.С.,

судей Фролова Ю.Ф., Сухатовской И.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Котяевой А.А.,

с участием помощника прокурора Кировского района г. Астрахани Оняновой Т.Д.,

осужденной ФИО3,

защитников в лице адвокатов Анохина А.А., Бутаковой Н.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе осужденного ФИО4 на постановление Кировского районного суда г. Астрахани от ДД.ММ.ГГГГ об установлении срока для ознакомления с материалами дела, апелляционным жалобам осужденных ФИО4 и ФИО3, адвокатов Бутаковой Н.В., Браиловской Ю.С. и Уразалиева Р.Р. в интересах осужденной ФИО3, адвокатов Наумовой Н.Р. и Кузьмина А.А. в интересах осужденного ФИО4 на приговор Кировского районного суда г. Астрахани от ДД.ММ.ГГГГ, которым

ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>,

осужден по:

ч. 1 ст. 303 УК РФ (в редакции Федерального закона № 420-ФЗ от 7.12.2011) к штрафу в размере 100000 рублей и ч. 1 ст. 327 УК РФ (в редакции Федерального закона № 420-ФЗ от 7.12.2011) к 1 году ограничения свободы, с установлением ограничений, указанных в ст. 53 УК РФ; на основании п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ, от отбывания наказания за совершение этих преступлений ФИО4 освобожден, в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности;

ч. 1 ст. 210 УК РФ (в редакции Федерального закона № 420-ФЗ от 7.12.2011) к 12 годам лишения свободы с ограничением свободы на срок 1 год;

ч. 4 ст. 159 УК РФ к 4 годам лишения свободы;

ч. 4 ст. 159.5 УК РФ к 3 годам лишения свободы.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ, путем частичного сложения наказаний, ФИО4 назначено окончательное наказание в виде 13 лет лишения свободы с его отбыванием в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы на срок 1 год, с установлением ограничений, указанных в ст. 53 УК РФ.

ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженка <адрес>,

осуждена по:

ч. 2 ст. 210 УК РФ (в редакции Федерального закона № 377-ФЗ от 27.12.2009) к 5 годам лишения свободы с ограничением свободы на срок 6 месяцев;

ч. 4 ст. 159 УК РФ к 4 годам лишения свободы;

ч. 4 ст. 159.5 УК РФ к 3 годам лишения свободы.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ, путем частичного сложения наказаний, назначено окончательное наказание в виде 7 лет лишения свободы с его отбыванием в исправительной колонии общего режима, с ограничением свободы на срок 6 месяцев, с установлением ограничений, указанных в ст. 53 УК РФ.

Гражданский иск ПАО СК «Росгосстрах» к ФИО4 и ФИО3 оставлен без удовлетворения.

Этим же приговором разрешен вопрос о зачете сроков содержания ФИО4 и ФИО3 под стражей и домашним арестом в срок лишения свободы.

Заслушав доклад судьи Жогина А.С. по обстоятельствам дела, содержанию приговора и доводам апелляционных жалоб, выслушав осужденную ФИО3 и защитников Анохина А.А., Бутакову Н.В., поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Оняновой Т.Д., полагавшей приговор и постановление законными и обоснованными, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Приговором суда ФИО4 и ФИО3 признаны виновными в мошенничестве в сфере страхования, то есть хищении имущества страховых компаний на общую сумму 512854,20 рублей, путем обмана, относительно наступления страхового случая, в составе организованной группы; ФИО4 также, в руководстве входящим в преступное сообщество (преступную организацию) структурным подразделением, в мошенничестве, то есть хищении, путем обмана денежных средств страховых компаний в общей сумме 52727,46 рублей, в составе организованной группы, в фальсификации доказательств по гражданскому делу и подделке иного официального документа, предоставляющего права, в целях его использования; ФИО3 - в участии в преступном сообществе (преступной организации), в мошенничестве, то есть хищении денежных средств страховых компаний в особо крупном размере на сумму 4396958,42 руб., путем обмана, в составе организованной группы.

Преступления совершены в период с февраля по декабрь 2016 г. в г. Астрахани при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО4 и ФИО3 вину не признали.

В апелляционной жалобе осужденная ФИО3 утверждает, что судом не приняты во внимание показания свидетелей о ее неосведомленности о совершении ими преступных действий, а ее собственные показания об обстоятельствах произошедшего судом искажены.

Полагает, что суд был обязан рассмотреть вопрос о применении к ней положений ст. 82 УК РФ и отсрочить наказание, в связи с наличием на ее иждивении малолетней дочери.

Просит приговор отменить и оправдать ее.

В апелляционной жалобе адвокат Уразалиев Р.Р., в интересах ФИО3, считает приговор подлежащим отмене ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции и несправедливости приговора.

В обоснование жалобы подробно приводит показания осужденной, отрицавшей причастность к совершенным преступлениям и утверждавшей о своей неосведомленности о противоправности действий ООО «<данные изъяты>», при этом указывает, что материалы дела, а также показания свидетелей и представителей потерпевшей стороны не содержат сведений о том, что ФИО3 было известно о совершавшихся хищениях средств страховых компаний.

Утверждает, что ФИО3 не знала и не могла знать о том, что состоит в преступном сообществе. Приняв предложение ФИО20 о трудоустройстве, она полагала, что будет выполнять трудовые функции, сотрудничая с ООО «<данные изъяты>», ее могли использовать, не посвящая в криминальную сторону деятельности Общества. Противоправная суть деятельности Общества ФИО3 не интересовала, не была известна, никакой материальной выгоды она не имела, деньги, извлеченные в результате противоправной деятельности, не получала, о возможном криминальном происхождении своей зарплаты не знала. К деятельности ООО «<данные изъяты>», расположенном в Волжском, ФИО3 непричастна, поскольку взаимодействовала только с Астраханским ООО «<данные изъяты>», оказывая услуги индивидуального предпринимателя.

Допускает, что в действиях ФИО3 содержится состав ст. 327 УК РФ, срок давности привлечения к уголовной ответственности по которому истек.

Отмечает, что на иждивении осужденной находится малолетний ребенок, что позволяло суду отсрочить исполнение приговора до достижения ребенком четырнадцатилетнего возраста, а также назначить наказание с применением ст. 73 УК РФ.

Просит приговор изменить, по ч. 2 ст. 210, ч. 4 ст. 159, ч. 4 ст. 159.5 УК РФ ФИО3 оправдать, квалифицировать ее действия по ч. 1 ст. 327 УК РФ и прекратить уголовное дело за истечением срока давности.

В апелляционной жалобе адвокат Браиловская Ю.С., в защиту осужденной ФИО3, считает приговор незаконным и необоснованным ввиду чрезмерной суровости наказания, а также несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела.

Обращает внимание, что судом не установлено отягчающих наказание обстоятельств, при этом имеются смягчающие, а именно: ФИО3 ранее не привлекалась к уголовной и административной ответственности, на спецучетах не состоит, исключительно положительно характеризуется по месту жительства и работы, на ее иждивении находится малолетний ребенок, который на момент вынесения приговора, находился на грудном вскармливании, имеет благодарственные письма. При такой совокупности смягчающих наказание обстоятельств, данных о личности осужденной и, по сути, номинальном участии в совершении преступления, у суда имелись основания для назначения наказания с применением ст. 73 УК РФ.

Также отмечает, что судом не была рассмотрена возможность применения положений ч. 6 ст. 15 и ст. 64 УК РФ, что привело к назначению чрезмерно сурового наказания и лишило возможности сторону защиты ходатайствовать о применении в отношении ФИО3 положений ст. 82 УК РФ.

Утверждает, что допущенные нарушения уголовного закона при назначении наказания, повлекли за собой нарушение прав не только осужденной, но и реализацию прав несовершеннолетнего ребенка, закрепленных в Конституции Российской Федерации, Конвенции о правах ребенка и ст. 54 СК РФ.

Просит приговор изменить и назначить ФИО3 наказание с применением ст. 73 УК РФ, либо ст. 82 УК РФ.

В апелляционной жалобе и дополнении к ней адвокат Бутакова Н.В., в защиту интересов осужденной ФИО3, считает, что приговор является незаконным и необоснованным, поскольку выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и не подтверждаются доказательствами, исследованными в судебном заседании.

В обоснование жалобы указывает, что судом в приговоре не отражено, по каким основаниям одним доказательствам дана оценка, а другим не дана оценка с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, также судом не проверены и не опровергнуты все доводы в защиту ФИО3, не устранены все сомнения в ее виновности, не установлен умысел осужденной на совершение инкриминируемых преступлений, не доказана форма вины и мотивы преступлений.

Подробно анализируя показания ФИО3 и приводя свой собственный анализ показаний свидетелей ФИО37, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО38, ФИО42, ФИО29, протокола осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, выписки денежных средств по расчетному счету ИП ФИО3, протокола осмотра сведений о движении денежных средств, материалов арбитражных дел по искам ООО «<данные изъяты>» к страховым компаниям, утверждает, что виновность ФИО3 в совершении преступлений, не доказана, а указанные в приговоре доказательства, в частности показания свидетелей и материалы дела, не уличают ФИО3 в совершении инкриминируемых ей деяний. Не содержит сведений о причастности ФИО3 к совершению преступлений и приговор Кировского райсуда от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО14, поскольку в показаниях свидетелей отсутствуют данные об осведомленности ФИО3 о фиктивности оформляемых ДТП и незаконной деятельности структурных подразделений по хищению денежных средств страховых компаний. Не содержится в указанном приговоре и сведений о том, что ФИО3 была знакома с организаторами и руководителями преступного сообщества, подчинялась как их указаниям, так и указаниям руководителя его структурного подразделения ФИО4 Признаки преступного сообщества, подтвержденные доказательствами, в приговоре также отсутствуют. Более того, приговором Кировского районного суда г. Астрахани от ДД.ММ.ГГГГ, вступившим в законную силу, ФИО14 по ч. 2 ст. 210 УК РФ оправдан.

Отмечает, что предъявленное ФИО3 обвинение опровергается в том числе и показаниями ФИО4, отрицавшего сам факт своей осведомленности о фиктивности оформляемых комиссарами ДТП и как следствие – представление в Арбитражный суд фальсифицированных доказательств.

Утверждает, что отсутствуют достаточные основания и доказательства для вывода о совершении ФИО3 хищения чужого имущества путем обмана, совершенного организованной группой, в особо крупном размере и хищении чужого имущества путем обмана относительно страхового случая, совершенного организованной группой. По мнению защиты, ФИО3 как индивидуальный предприниматель, оказывала услуги ООО «<данные изъяты>», расположенному в Астрахани и там же выполняла свои трудовые функции, не имея отношения к деятельности филиала Общества в Волжском. Возможность оформления экспертных заключений ФИО3 имела лишь непродолжительный период работы - с конца марта по июнь 2016 года. Вместе с тем, в основу приговора судом положены сведения о 401 договоре на проведение экспертиз, большая часть из которых оформлена в Волжском иными лицами.

Просит приговор отменить и оправдать ФИО3

В апелляционной жалобе и дополнении к ней осужденный ФИО4 ставит вопрос об отмене приговора, как незаконного и необоснованного. Считает выводы суда, изложенные в приговоре, несоответствующими фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным в ходе судебного следствия.

Утверждает, что суд нарушил правила оценки доказательств, посчитав их совокупность достаточной для постановления обвинительного приговора, при этом не учел, что приведенные в приговоре доказательства имеют существенные противоречия и неустранимые сомнения, которые должны быть истолкованы в пользу обвиняемого.

Полагает, что события обвинения искажены, а приговор содержит противоречия в части наличия тесных связей между ним и тремя руководителями преступного сообщества, с которыми он не знаком и никогда не встречался, в том числе стороной обвинения не представлено доказательств регулярных встреч и устойчивой коммуникации. Очные ставки с данными лицами в ходе следствия не проведены, в стадии судебного разбирательства они не допрошены, хотя их показания могли существенно повлиять на выводы суда.

Считает, что результаты оперативно-розыскного мероприятия «прослушивание телефонных переговоров» в отношении ФИО61, положенные судом в основу приговора, не могут толковаться как свидетельство его контактов с ФИО61, в частности то, что ФИО61 сообщал по телефону ФИО64 вовсе не является подтверждением реальности событий, он мог ошибаться, лгать, иметь ввиду нечто иное. Утверждает, что не имел прямых коммуникаций с ФИО61, то обстоятельство, что ФИО66 знал о его (ФИО4) существовании, не означает, что они были знакомы и имели тесную, устойчивую взаимосвязь. При этом утверждения суда, что коммуникацию с организаторами преступного сообщества он и ФИО3 держали через иных лиц, не подтверждены какими-либо доказательствами и противоречат описанию преступного деяния.

Ссылку суда в приговоре на материалы арбитражных дел, считает необоснованной, так как в материалах уголовного дела, содержатся только описи арбитражных дел с большим количеством ошибок дат событий и договоров, фамилий клиентов, названий юридических лиц и территориальности арбитражных судов, принимавших решения по искам.

Полагает, что приговор в отношении ФИО21 необоснованно положен в основу обвинительного приговора, поскольку не имеет преюдиционного значения в связи с особым порядком судопроизводства. Факт его осведомленности о фиктивности договоров, данный приговор не подтверждает, сами ФИО67 в суде не допрошены, но, по его мнению, их позиция понятна, т.к. со стороны следователя на них оказано давление.

Считает, что сведения, полученные из ПАО «<данные изъяты>» об управлении счетами ИП ФИО68, ФИО21 и ФИО3 с одного компьютера, который согласно приговору в отношении ФИО21, находился только в ее распоряжении, также не подтверждают факт его осведомленности о характере и размерах поступлений денежных средств на указанные счета и их обналичивании ФИО21. Выводы суда о том, что изготовление квитанций к приходным кассовым ордерам, кассовых чеков и платежных поручений за оказание услуг по проведению экспертиз ИП ФИО21, ФИО3 и ФИО73 было организовано им, считает необоснованными, поскольку согласно приговору в отношении ФИО21, всей бухгалтерией занималась непосредственно она.

Полагает, что судом необоснованно в основу доказательственной базы положены показания свидетелей ФИО58 и ФИО75, данные ими в ходе судебного разбирательства по их уголовным делам, и безосновательно отвергнуты показания ФИО75 в ходе судебного разбирательства настоящего дела. Других доказательств его осведомленности о фиктивности оформляемых ДТП, приговор не содержит. Напротив, анализ доказательств по эпизодам оформления фиктивных ДТП от 4, 8, 9, 10, 13, 15, 18, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ свидетельствует о том, что какого-либо участия в оформлении этих происшествий он не принимал и не был осведомлен об их фиктивности.

Считает, что в основу приговора положены показания свидетелей ФИО15, ФИО16, ФИО40, ФИО12, ФИО38, ФИО13, ФИО41, ФИО77 ФИО78 и ФИО79, не содержащие информации о его причастности к инкриминируемым преступлениям.

Просит приговор отменить и его оправдать.

Наряду с вышеизложенным, осужденным ФИО4 поставлен вопрос об отмене постановления об установлении судом срока для его ознакомления с материалами уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ. Утверждает, что ознакомление с материалами дела он не затягивал, знакомился с 4 томами в день.

При этом, судебное заседание по рассмотрению вопроса об установлении срока ознакомления проведено в его отсутствие, чем нарушено его право на защиту.

Просит постановление отменить.

В апелляционных жалобах и дополнениях адвокаты Наумова Н.П. и Кузьмин А.А., действующие в интересах ФИО4, приводят аналогичные доводы о незаконности и необоснованности приговора суда, а также недоказанности причастности ФИО4 к совершенным преступлениям.

Адвокат Наумова Н.П. в том числе считает, что осуждение ФИО4 за фальсификацию доказательств по гражданскому делу является необоснованным, поскольку подделка документов была осуществлена лицами, их представившими в ООО «<данные изъяты>» и контролировать процесс их изготовления, он не имел возможности. Сведений об осведомленности ФИО4 о подложности этих документов, исследованные судом доказательства, также не содержат. ФИО4 в рамках деятельности Общества фактически осуществлялось лишь формирование пакета документов и их предоставление в суд, и соответственно состав ст. 303 УК РФ в его действиях отсутствует.

Адвокат Кузьмин А.А. также отмечает, что при описании преступных деяний, суд в приговоре признал доказанным факт совершения ряда преступлений ФИО4 и ФИО3 в соучастии с иными лицами, которые не имели статуса подсудимых в рамках настоящего судебного разбирательства, в частности ФИО19, ФИО20, ФИО21 и другими, тем самым нарушил требованиям ч. 1 ст. 252 УПК РФ, поскольку указанные выше лица до настоящего времени не осуждены и использование в приговоре формулировок свидетельствующих об их виновности по ст. 210 УК РФ является недопустимым и делает приговор незаконным.

Кроме того, полагает решение о выделении в отдельное производство уголовного дела в отношении ФИО4 и ФИО3 из уголовного дела в отношении трех установленных лиц, незаконным и не соответствующим требованиям ст. 154 УПК РФ.

Просят приговор отменить, ФИО4 оправдать.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Приговор соответствует требованиям ст. 307 УПК РФ и содержит не только перечень доказательств, на которых основаны выводы суда в отношении осужденных, но и результаты их оценки, в том числе мотивы, по которым суд признал достоверными одни доказательства и отверг другие. Данные обстоятельства свидетельствуют о необоснованности доводов стороны защиты о том, что описательно-мотивировочная часть приговора исполнена путем копирования обвинительного заключения.

Вопреки доводам, изложенным в апелляционных жалобах, выводы суда о виновности ФИО4 и ФИО3 в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159, ч. 4 ст. 159.5 УК РФ, а также ФИО4 в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 303, ч. 1 ст. 327 УК РФ (в редакции Федерального закона от 7.12.2011 № 420-ФЗ) основаны на достаточной совокупности исследованных и проверенных в судебном заседании доказательств.

Свидетели ФИО20, ФИО21 и ФИО19 (в приговорах Кировского районного суда г. Астрахани от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО14 и Волжского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО29, вступивших в законную силу) показали об обстоятельствах, свидетельствующих о существовании организованной группы под руководством троих, известных им лиц, участники которой занимались хищением денежных средств страховых компаний по фиктивным ДТП, а также фиктивным договорам с ИП ФИО22, ФИО21, ФИО3 и другими на оказание экспертных и юридических услуг; об участии в этой группе ФИО3, осуществлявшей, согласно отведенной ей роли в преступной схеме, одну из функций – оказание ООО «<данные изъяты>» в Астрахани, под видом законной предпринимательской деятельности, фиктивных услуг по проведению экспертиз с целью дальнейшего получения организованной группой прибыли за якобы понесенные на них расходы; роли ФИО4 в этой организованной группе, как руководителя подразделения ООО «<данные изъяты>» в Астрахани, который по разработанной руководителями организованной группы схеме, организовал изготовление вовлеченными им в деятельность преступной группы аварийными комиссарами, фиктивных извещений о ДТП, заключал фиктивные договоры с ИП ФИО21 и ФИО2 на оказание экспертных услуг и юридических услуг с ИП ФИО22, которые вместе с не соответствующими действительности платежными документами о перечислении денежных средств на счета названных предпринимателей за якобы оказанные услуги, предоставлял в страховые компании и Арбитражный суд с целью получения организованной группой незаконной прибыли; наличии между участниками организованной группы выстроенных связей с распределением между ними функций и обязанностей; подчиняемости руководящему составу и распределении средств, полученных от преступной деятельности (т. <данные изъяты>).

Согласно протоколу осмотра и прослушивания аудиофайлов с результатами оперативно-розыскного мероприятия «прослушивание телефонных переговоров» ФИО26 (согласно обвинению – руководителя центрального структурного подразделения организованной группы), между последним и другими участниками организованной группы обсуждаются вопросы открытия новых филиалов в Воронеже, Саратове и Астрахани (т<данные изъяты>); в завуалированной форме ведутся разговоры о применяемой схеме хищения, оформлении отчетности, распределении прибыли с упоминанием фамилий ФИО23, ФИО24 и ФИО25 (согласно обвинению - руководителей организованной группы) (т. <данные изъяты>); обсуждаются вопросы привлечения новых индивидуальных предпринимателей и аварийных комиссаров для осуществления фиктивной деятельности (т<данные изъяты>). В разговоре со ФИО24, ФИО26 сообщает, что у него была планерка с астраханцами (т. <данные изъяты>); в разговоре с ФИО20 ведет разговор о человеке из Астрахани, который должен уехать, но к нему остались вопросы о том, по какому критерию отбирались аварийные комиссары и выставлялись машины. Упоминается, что аварийные комиссары в Астрахани практически все были обучены с нуля (т. <данные изъяты>). Из этих же переговоров следует, что участники организованной группы высказывают опасения по поводу проверок, проводимых банками и правоохранительными органами в ООО «<данные изъяты>», и в этой связи обсуждаются вопросы сокрытия документов и прекращения деятельности (т. <данные изъяты>).

Свидетель ФИО27 (в приговоре от ДД.ММ.ГГГГ) показал, что в период его работы аварийным комиссаром в ООО «<данные изъяты>» в Астрахани, за денежное вознаграждение, он занимался оформлением фиктивных дорожно-транспортных происшествий; подыскивал владельцев транспортных средств, согласных на оформление таких ДТП и привлек для осуществления этой деятельности в качестве аварийных комиссаров ФИО29 и ФИО28 На момент его трудоустройства, ООО «<данные изъяты>» уже занималось оформлением фиктивных ДТП.

Свидетель ФИО29 показал, что весной 2016 года познакомился с ФИО80, которому оказывал услуги водителя такси на автомобиле «Форд Фьюжн», принадлежащем его матери. Автомобиль имел повреждения, в связи с чем, ФИО81 предложил за денежное вознаграждение оформить фиктивное ДТП для последующего получения страховой выплаты. Он согласился, после чего, по указанию ФИО82, передал ФИО3 документы на автомобиль, а ФИО3 провела фотографирование автомобиля. Он подписал составленный «европротокол» о данном фиктивном ДТП, не читая его. Аналогично не читая, он подписал договор цессии. Все это происходило в офисе ООО «<данные изъяты>» в Астрахани. За осуществление названных действий в последующем он получил денежное вознаграждение. После этого, по предложению ФИО83, он оказывал ООО «<данные изъяты>» услуги «аварийного комиссара» до конца июля того же года. Этот же свидетель (в приговоре от ДД.ММ.ГГГГ) показал, что именно ФИО3 и ФИО4, принимая его на работу аварийным комиссаром, обучали его заполнению бланков извещений о дорожно-транспортных происшествиях, а также схем этих происшествий. Впоследствии ФИО27 представлял ему документы на автомобили, на основании которых он готовил фиктивные извещения о ДТП, в их числе с участием ФИО30, о фиктивности которого ФИО3 было достоверно известно. Сам ФИО29, как это следует из его показаний в судебном заседании в качестве свидетеля, изначально получил выплату от ООО «<данные изъяты>» за фиктивную аварию с участием автомобиля его матери ФИО75. Фотографирование повреждений, осуществлялось ФИО3

Свидетели ФИО31, ФИО32 и ФИО33 в суде не отрицали, что по предложению ФИО27 и ФИО85, за денежное вознаграждение, в 2016 году оформляли фиктивные ДТП с участием своих автомобилей.

Так, свидетель ФИО31 показал, что в его собственности находился в 2016 году автомобиль «Хендай Соната». Гражданская ответственность свидетеля как владельца транспортного средства была застрахована в страховой компании «Росгосстрах». На предложение ФИО86 оформить фиктивное ДТП с названным автомобилем за денежное вознаграждение он согласился, в связи с чем, подписывал документы, представленные ему ФИО87.

Свидетель ФИО32 показал, что около 6-7 лет назад в его собственности находился автомобиль «Ниссан Альмера». Знакомый ФИО88, работающий «аварийным комиссаром», предложил оформить фиктивное ДТП с участием названного автомобиля, на что он согласился, получив за это денежное вознаграждение.

Показания ФИО32 о фиктивности ДТП по эпизоду от ДД.ММ.ГГГГ подтвердил в суде и свидетель ФИО34

Свидетель ФИО34 показал, что ФИО89 ему не знаком, в ДТП с участием названного лица он никогда не попадал. Договоренности на оформление фиктивного ДТП ни с кем у него не было, ФИО5 ему лично не знаком.

Аналогичные сведения сообщили свидетели ФИО35 и ФИО36 по эпизодам от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ.

Свидетель ФИО35 показал, что в ДТП с участием его автомобиля ВАЗ-2115 никогда не попадал, однако, несколько лет назад получал судебные извещения о том, что является виновником ДТП. В представленных ему на стадии предварительного следствия документах, связанных с данным ДТП, подписи, выполненные от его имени, а также внесенная от его имени информация выполнены не им.

Свидетель ФИО33 показал, что в 2016 году в его собственности имелся автомобиль «Тойота Марк 2». По предложению ФИО90 с участием данного автомобиля было оформлено фиктивное ДТП.

Свидетель ФИО36 показал, что в ДТП с участием водителя ФИО91 он никогда не попадал. В представленных ему на стадии предварительного следствия документах, связанных с данным ДТП, подписи, выполненные от его имени, а также внесенная от его имени информация выполнены не им.

Свидетель ФИО37, замещавшая должность главного бухгалтера ООО «<данные изъяты>» (далее – Общество) показала, что Общество занималось приобретением прав требования у лиц – участников ДТП к страховым компаниям и после обращалось в Арбитражный суд <адрес> с исковыми заявлениями о взыскании ущерба в результате ДТП. Руководителем Общества являлся ФИО92. Финансирование организации осуществлялось за счет внесения денежных средств по договорам займа ФИО93, ФИО94 и ФИО95. ООО «<данные изъяты>» заключались договоры с индивидуальными предпринимателями на оказание юридических и экспертных услуг. Одним из таких предпринимателей была ФИО20, которая якобы оказывала Обществу экспертные услуги. Денежные средства, перечисляемые ФИО21 в качестве оплаты по договорам оказания услуг, последняя снимала за вычетом обязательных платежей в бюджет и возвращала ФИО98, который затем вносил их в кассу Общества. За осуществление такой деятельности ФИО99 отдельно получала денежное вознаграждение от ФИО100. В октябре 2015 года она предположила, что такая форма взаимоотношений с индивидуальными предпринимателями носит противозаконный характер, поскольку оказанные ФИО21 услуги Общество не оплачивало. В этой связи в феврале 2016 года она была уволена по собственной инициативе. До этого в ноябре 2015 года ФИО102 и ФИО103 было создано новое ООО «<данные изъяты>», осуществлявшее аналогичную деятельность.

Бухгалтер-кассир ООО «<данные изъяты>» в Волжском ФИО38 показала, что с апреля 2016 года Обществом был заключен договор с ИП ФИО58 на оказание услуг по проведению экспертиз, однако фактически экспертные заключения готовил эксперт ФИО104, а фотографии автомобилей для экспертного исследования изготавливала девушка по имени ФИО105, которая в штате ООО «<данные изъяты>» не значилась. Также договоры на оказание экспертных и юридических услуг были заключены ООО «<данные изъяты>» с ИП ФИО21 и ИП ФИО107.

Свидетели ФИО39 и ФИО40, работавшие юристами ИП ФИО108, показали, что занимались ведением претензионной и исковой работы по взысканию денежных средств со страховых компаний. Их рабочее место находилось в офисе ООО «<данные изъяты>» в Волжском, подчинялись они только ФИО20. К исковым заявлениям, направляемым в Арбитражный суд, прилагали сведения об оказании ИП ФИО21 ООО «<данные изъяты>» экспертных услуг, а также ИП ФИО111 юридических услуг. Экспертные заключения были изготовлены от имени эксперта ФИО112, расписывалась в них за него помощник эксперта ФИО113, трудоустроенная к ИП ФИО21. Самого ФИО115 свидетели никогда не видели. В мае-июне 2016 года согласно получаемым документам, экспертные услуги ООО «<данные изъяты>» стала оказывать ИП ФИО58, исходя из содержания экспертных заключений, а после опять ИП ФИО20. Периодически при подготовке исковых заявлений встречались фамилии одних и тех же собственников транспортных средств и виновников ДТП.

Работавшая в 2016 году юристом ИП ФИО117 свидетель ФИО41 показала, что ее рабочее место располагалось в офисе ООО «<данные изъяты>» в Астрахани. В ее обязанности входило составление договоров уступки прав требования, по которым у участников ДТП ООО «<данные изъяты>» приобретало права требования страхового возмещения со страховых компаний, ведение претензионной работы со страховыми компаниями и составление и подача исковых заявлений в Арбитражный суд <адрес>. С ФИО4 она взаимодействовала в части подписания последним как руководителем подразделения ООО «<данные изъяты>» в Астрахани документов в страховые компании и в суд. Кроме того, ФИО4 подписывал договоры с ИП ФИО118 на оказание последней юридических услуг для ООО «<данные изъяты>».

Свидетель ФИО42 показал, что по договоренности с ФИО20 проводил экспертизы автомобилей, пострадавших в результате ДТП, для определения стоимости их восстановительного ремонта. Договор на оказание услуг был заключен между ним и ИП ФИО21. Экспертные исследования проводились для ООО «<данные изъяты>». Со слов ФИО121, ему было известно, что в ООО «<данные изъяты>» имеется свой эксперт ФИО122, которая изготавливала фотоматериал транспортных средств, а также необходимые документы, после чего, посредством электронной почты присылала ему. На основании этих документов он готовил расчеты, которые в электронном виде направлял ФИО21. Изредка у него возникали сомнения в подлинности повреждений, зафиксированных на автомобилях, однако его убеждали в их подлинности.

Делопроизводитель ООО «<данные изъяты>» (далее – Общество) в Волжском ФИО12 показала, что Общество занималось заключением договоров цессии с участниками ДТП, которые либо самостоятельно обращались в организацию, либо к ФИО124, либо к иным лицам, выполняющим функции «аварийных комиссаров». Экспертные заключения для Общества составлялись индивидуальными предпринимателями ФИО21 и ФИО58, при этом в качестве эксперта ей была известна только ФИО126, которая работала с ней в одном офисе.

Из показаний представителей ПАО СК «Росгосстрах» ФИО44, АО «Согаз» ФИО45, САО «ВСК» ФИО43 и других установлено, что в страховые компании от ООО «<данные изъяты>» поступали документы за подписью ФИО4 на выплату страхового возмещения в связи с дорожно-транспортными происшествиями по договорам цессии (в том числе с ФИО127, ФИО75, ФИО129 и др.), включая расходы на производство экспертиз. В претензионном порядке страховые случаи были оплачены.

Представитель потерпевшего ПАО СК «Росгосстрах» ФИО44 показал, что в июне 2016 года в Астраханский филиал «Росгосстраха» поступило заявление ФИО130 о страховой выплате по ОСАГО в связи с ДТП, произошедшем в Астрахани. Заявление поступило из ООО «<данные изъяты>». В связи с тем, что ФИО130 не предоставил автомобиль для осмотра специалистам страховой компании, ему было отказано в страховой выплате. После этого из ООО «<данные изъяты>» в страховую компанию поступила претензия о выплате страхового возмещения в связи с указанным ДТП. Сумма данного возмещения включала в себя расходы за проведение независимой экспертизы в размере 12 000 рублей. Требования данной претензии страховая компания удовлетворила частично, при этом на счет ООО «<данные изъяты>» были перечислены денежные средства за проведение экспертизы в сумме 1 400 рублей. В тот же период от ФИО75 поступило заявление о страховой выплате по ОСАГО в связи с ДТП, произошедшем в Астрахани. В связи с тем, что ФИО75 не предоставила автомобиль для осмотра специалистам страховой компании, ей было отказано в страховой выплате. После этого из ООО «<данные изъяты>» в страховую компанию поступила претензия о выплате страхового возмещения в связи с указанным ДТП, к которой прилагался договор цессии между данным Обществом и ФИО75. Сумма данного возмещения включала в себя расходы за проведение независимой экспертизы в размере 12 000 рублей. В последующем на счет ООО «<данные изъяты>» были перечислены денежные средства за проведение экспертизы. Помимо этого, в астраханский филиал страховой компании поступали претензии из ООО «<данные изъяты>» о выплате страхового возмещения по иным страховым случаям в связи с ДТП. Данная информация была предоставлена правоохранительным органам. Документы от имени ООО «<данные изъяты>» были подписаны ФИО4, а заключения экспертизы, судя из прилагаемых документов, были изготовлены и подписаны ИП ФИО58 и ФИО21. На территории <адрес> сотрудниками ООО «<данные изъяты>» (<адрес>) также были похищены денежные средства данной страховой компании путем предоставления фиктивных документов, обосновывающих расходы на проведение экспертизы и оказание юридических услуг, путем предоставления в числе прочих документов экспертных заключений, изготовленных подсудимой ФИО58. Также в июне 2016 года в Астраханский филиал «Росгосстрах» поступило заявление ФИО6 о страховой выплате в связи с ДТП, произошедшем с участием его автомобиля «Хундай Соната». К заявлению в числе прочих документов прилагался договор цессии с ООО «<данные изъяты>». По данному обращению, в том числе, и после поступившей от ООО «<данные изъяты>» претензии были выплачены на счет ООО «<данные изъяты>» денежные средства в сумме около 50 000 рублей. Аналогичным образом в июне 2016 года были произведены страховые выплаты по обращению ФИО130, ФИО75, ФИО138, ФИО139, ФИО140, ФИО141.

Представитель потерпевшего АО «Согаз» ФИО45 показал, что в июне 2016 года поступило заявление о страховой выплате по ОСАГО в связи с ДТП, произошедшем с участием ФИО142. В связи с тем, что автомобиль для осмотра специалистам страховой компании не был представлен, в страховой выплате ФИО143 было отказано. После этого из ООО «<данные изъяты>» в страховую компанию поступила претензия о выплате страхового возмещения в связи с указанным ДТП. Сумма данного возмещения включала в себя расходы за проведение независимой экспертизы в размере 12 000 рублей. Требования данной претензии страховая компания удовлетворила, перечислив на счет ООО «<данные изъяты>» денежные средства за проведение экспертизы в сумме 12 000 рублей. Аналогичное обращение в июне 2016 года имелось от ФИО144 в связи с ДТП с участием автомобиля «Шевролет Ланос». На счет ООО «<данные изъяты>» страховой компанией были перечислены денежные средства за проведение экспертизы в сумме 12 000 рублей. Помимо этого, в страховую компанию поступали претензии из ООО «<данные изъяты>» о выплате страхового возмещения по иным страховым случаям в связи с ДТП. Аналогичным образом в августе 2016 года была произведена страховая выплата также на счет ООО «<данные изъяты>» по обращению ФИО145 в связи с ДТП с участием его автомобиля «Тойота Марк 2». Данная информация была предоставлена правоохранительным органам.

Представитель потерпевшего САО «ВСК» ФИО43 показал, что в Астраханский филиал страховой компании в 2016 году поступали заявления о страховых выплатах по ОСАГО в связи с ДТП, которые были подписаны участником ДТП, однако, прилагаемые к ним документы были заверены ООО «<данные изъяты>». В связи с не предоставлением транспортных средств для осмотра сотрудникам страховой компании, принимались решения об отказе в удовлетворении таковых заявлений. В последующем от ООО «<данные изъяты>» за подписью ФИО4 поступали претензии, к которым прилагались договоры цессии. Данные претензии удовлетворялись в части, в связи с чем, ООО «<данные изъяты>» обращалось в Арбитражный суд <адрес>.

Представитель потерпевшего СПАО «Ингосстрах» ФИО46 показал, что в Астраханский филиал данной страховой компании в мае 2016 года поступило заявление о страховой выплате в связи с ДТП, произошедшим ДД.ММ.ГГГГ с участием автомобиля «Форд Мондео», принадлежащего ФИО146. К заявлению прилагался в числе прочих документов договор цессии с ООО «<данные изъяты>». Для осмотра автомобиль предъявлен не был, в связи с чем, в страховой выплате было отказано. В последующем в астраханский филиал страховой компании поступала претензия от ООО «<данные изъяты>». В июне 2016 года в Астраханский филиал страховой компании поступило заявление ФИО127 о страховой выплате в связи с ДТП, произошедшим с участием его автомобиля «Тойота Королла». К заявлению в числе прочих документов прилагался договор цессии с ООО «<данные изъяты>». По данному обращению, в том числе, и после поступившей от ООО «<данные изъяты>» претензии были выплачены на счет ООО «<данные изъяты>» денежные средства. В последующем в ходе предварительного следствия по уголовному делу ФИО127 признал факт фиктивности данного ДТП.

Представитель потерпевшего ЗАО «МАКС» ФИО47, показания которого были оглашены, показал, что в 2015-2016 годах сотрудниками ООО «<данные изъяты>» были похищены денежные средства данной страховой компании путем предоставления фиктивных документов, обосновывающих расходы на проведение экспертизы и оказание юридических услуг, а также факты предоставления в страховую компанию фиктивных извещений о ДТП.

Из показаний вышеуказанных представителей потерпевших, а также представителей потерпевших ОАО «АльфаСтрахование» ФИО48, СПАО «РЕСО-Гарантия» ФИО49, ЗАО «МАКС» ФИО47, ООО «Согласие» ФИО50, ООО «Группа Ренессанс Страхование» ФИО51, АО «Страховая бизнес групп» ФИО52 следует, что сотрудники ООО «<данные изъяты>» (<адрес>) и на территории <адрес> представляли в данные страховые компании для получения страхового возмещения фиктивные документы, обосновывающие расходы на проведение экспертиз.

Выводы суда первой инстанции о виновности осужденных нашли свое подтверждение и в письменных доказательствах, исследованных в судебном заседании, в том числе: выписках по расчетным счетам ИП ФИО22, ФИО21, ФИО2 в ПАО «Промсвязьбанк», а также ООО «<данные изъяты>» в Волгоградском отделении ПАО «Сбербанк», подтверждающих факты перевода денежных средств со счета названного Общества на счета предпринимателей по фиктивным договорам на проведение экспертиз и оказание юридических услуг; заключениях по исследованию документов ООО «<данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ и сведений о движении денежных средств по расчетным счетам ИП ФИО22, ФИО21, ФИО2 и других, а также ООО «<данные изъяты>», подтверждающих размер денежных средств, поступивших на счета Обществ от страховых компаний, а также на счета предпринимателей от ООО «<данные изъяты>» за оказание услуг по договорам; протоколах осмотра платежных и инкассовых поручений, сведений книги продаж ООО «<данные изъяты>», подтверждающих факт поступления на расчетный счет Общества страховых выплат от страховых компаний; сведениях из ПАО «Промсвязьбанк» об управлении счетами ИП ФИО22, ФИО21, ФИО2 с компьютера, имеющего один ip-адрес; протоколе осмотра документов, в том числе протокола внеочередного собрания участников ООО «<данные изъяты>» по вопросу открытия обособленного подразделения в Астрахани, а также доверенности на имя ФИО4 за подписью ФИО20; материалах арбитражных дел, подтверждающих факт обращения ООО «<данные изъяты>» в Арбитражный суд с исковыми требованиями о взыскании со страховых компаний мнимых расходов на проведение экспертиз и оказание юридических услуг в рамках договорных отношений с ИП ФИО21, ФИО2 и ФИО22; копиях выплатных дел, подтверждающих факт выплаты страховыми компаниями страховых возмещений по фиктивным ДТП с участием ФИО31, ФИО30, ФИО27, ФИО32, ФИО33, ФИО53, содержащих также договоры на оказание экспертных услуг с ИП ФИО21 и ФИО2

Выводы суда о виновности осужденных подтверждаются и другими доказательствами, подробно и полно приведенными судом в приговоре.

Суд первой инстанции, в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ проверил и оценил все исследованные в судебном заседании доказательства, проанализировал их в приговоре и указал основания, по которым он признал их допустимыми и достоверными, указав мотивы принятого решения, не согласиться с которыми нет оснований.

Вопреки утверждениям защиты, в обжалуемом приговоре, в соответствии с требованиями ст. 304, 307-309 УПК РФ содержится описание преступных деяний с указанием места, времени, способа их совершения, формы вины, мотива и цели, приведены основания, по которым одни доказательства признаны достоверными, а другие отвергнуты судом, выводы о квалификации преступных действий, обоснования решений по другим вопросам, подлежащим в силу закона разрешению при постановлении обвинительного приговора, в том числе мотивы решений, относящихся к назначению наказания.

Судом первой инстанции обеспечено равенство сторон, созданы необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Стороны не были ограничены в представлении доказательств и заявлении ходатайств, которые рассмотрены в соответствии с требованиями закона с принятием обоснованных решений.

Вопреки доводам осужденных, сведений о явке в суд лиц, о допросе которых ходатайствовали осужденные, в материалах дела не имеется (т. <данные изъяты>). Ходатайства об оказании содействия в вызове данных лиц в судебное заседание стороной защиты не заявлялись, равно как и не заявлялись ходатайства о дополнении судебного следствия. Свидетель ФИО23 был допрошен в суде первой инстанции.

Использование для доказывания показаний свидетелей ФИО21, ФИО20 и ФИО19, а также осужденного ФИО29 в приговорах Кировского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО14 и Волжского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО29, вступивших в законную силу, имеющих, в соответствии со ст. 90 УПК РФ, преюдициальное значение, вопреки позиции осужденных и адвокатов является обоснованным. Установленные этими приговорами обстоятельства, принимаются судом без дополнительной проверки и не могут быть подвергнуты сомнению.

В этой связи, доводы о незаконности этих приговоров ввиду допущенных судами нарушений уголовно-процессуального закона, обсуждению в рамках настоящего судопроизводства не подлежат.

При этом, вышеуказанные свидетели неоднократно допрашивались в рамках других уголовных дел, выделенных из настоящего дела, настаивали на своих показаниях (в том числе и после их осуждения), не заявляя о каком-либо давлении со стороны следственных органов. И в этой связи, их допрос в рамках настоящего уголовного дела, не вызывался необходимостью.

Доводы о необоснованном использовании показаний ФИО29 в приговоре от ДД.ММ.ГГГГ в связи с его отказом от них, являются несостоятельными, поскольку давая показания в качестве свидетеля по настоящему делу, ФИО29 эти свои показания не отрицал, заявив о том, что плохо помнит события в связи с их давностью.

Положения ст. 90 УПК РФ о преюдиции применительно к приговору Волжского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО21, которым она осуждена за хищение в составе организованной группы денежных средств страховых компаний путем использования фиктивных взаимоотношений с ООО «<данные изъяты>», вопреки доводам жалоб, не нарушены, поскольку данное решение не имеет заранее установленной силы и было оценено судом в совокупности с иными доказательствами.

Суд обоснованно сослался в приговоре на материалы арбитражных дел, содержание которых подробно отражено в протоколе осмотра от ДД.ММ.ГГГГ. Указанные арбитражные дела осмотрены в рамках уголовного дела №, из которого выделено настоящее уголовное дело, а содержащиеся в них сведения в полном объеме приведены в протоколе следственного действия и сомнений не вызывают. Наличие в протоколе технической ошибки в названии суда, принимавшего решения по искам ООО «<данные изъяты>» о взыскании страхового возмещения по договорам цессии и дополнительных затрат, с учетом позиции самого ФИО4 в суде, не отрицавшего факт обращения с такими исками в Арбитражный суд <адрес>, не влечет за собой признание данного доказательства недопустимым.

Правильно установив фактические обстоятельства дела, суд первой инстанции верно квалифицировал действия каждого из осужденных ФИО4 и ФИО3 по ч. 4 ст. 159, ч. 4 ст. 159.5 УК РФ, а также действия ФИО4 по ч. 1 ст. 303, ч. 1 ст. 327 УК РФ (в редакции Федерального закона от 7.12.2011 № 420-ФЗ). Все квалифицирующие признаки нашли свое подтверждение.

Вопреки доводам осужденных и адвокатов, помимо показаний ФИО20, ФИО21 и ФИО19 о роли осужденных в преступной деятельности организованной группы, об осведомленности ФИО4 и ФИО3 в фиктивности ДТП, свидетельствует четко разработанная схема преступной деятельности по хищению денежных средств страховых компаний, руководствуясь которой членами организованной группы, в состав которой входили ФИО4 и ФИО3, на протяжении длительного времени совершен ряд тождественных эпизодов преступной деятельности.

ФИО4 и ФИО3 не отрицали, что были подобраны другими членами организованной группы для работы в ООО «<данные изъяты>» и осуществляли свою деятельность, в результате которой страховым компаниям был причинен материальный ущерб. Сама схема работы ООО «<данные изъяты>» свидетельствует о ее преступном характере. Ни ФИО3, ни другие индивидуальные предприниматели, которые оформили договоры на экспертные исследования, не имели специальных познаний и соответственно возможности проводить такие исследования. Собственно и получение статуса предпринимательской деятельности ФИО3 и другими предпринимателями было обусловлено необходимостью придания законного вида деятельности организованной группы с целью хищения денежных средств страховых организаций.

О существовании организованной группы и действующей внутри нее схеме хищения денежных средств ФИО4 и ФИО3 было достоверно известно, о чем свидетельствуют показания свидетелей О-ных, подтвердивших факт непосредственного участия осужденных в схеме совершения мошеннических действий с выполнением отведенных им ролей.

При этом показания ФИО20 также свидетельствуют о знакомстве ФИО4 с другими членами организованной группы ФИО23 и ФИО24, которым он лично его представил и они одобрили его кандидатуру. Из его же показаний следует, что указания о наращивании объемов выкупа страховых случаев он также передавал ФИО4, который в разговоре с ним не отрицал, что часть выкупленных по договорам цессии ДТП, являются фиктивными.

Факт фиктивности дорожно-транспортных происшествий, оформляемых в ООО «<данные изъяты>», возглавляемого ФИО4, осведомленности об этом последнего, а также ФИО3 подтвержден и показаниями аварийных комиссаров ФИО29 и ФИО27

О фиктивности взаимоотношений ООО «<данные изъяты>» с ИП ФИО21, ФИО58 и ФИО151, осведомленности об этом ФИО4 и непосредственном участии в этом осужденной ФИО3, указала свидетель ФИО21

С учетом изложенного, доводы о непричастности ФИО4 к подделке документов, связанных с оформлением фиктивных дорожно-транспортных происшествий, на основании которых страховыми компаниями выплачивались страховые возмещения, с учетом его роли в организованной группе, являются необоснованными.

По этим же основаниям, суд отвергает и доводы о необоснованном осуждении ФИО4 за фальсификацию доказательств по гражданскому делу.

Доводы адвокатов Бутаковой Н.В. и Уразалиева Р.Р. об отсутствии доказательств виновности ФИО3 в совершении инкриминированных ей преступлений являются необоснованными.

Вместе с тем, вопреки выводам суда первой инстанции, представленные стороной обвинения доказательства, не подтверждают наличия преступного сообщества.

Не свидетельствуют об этом показания свидетелей ФИО20, ФИО21, ФИО19, ФИО27 в тексте приговоров в отношении ФИО14 и ФИО19, равно как и показания осужденного ФИО29 в приговоре от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно приговору Кировского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО14 был оправдан по ч. 2 ст. 210 УК РФ за непричастностью к совершению преступления, осужден по ч. 4 ст. 159.5, ч. 1 ст. 327 УК РФ.

ФИО27, на показания которого сослался суд первой инстанции, был допрошен по уголовному делу ФИО14, оправданного по ч. 2 ст. 210 УК РФ.

ФИО21 приговором Волжского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ осуждена по ч. 4 ст. 159 УК РФ, по ч. 2 ст. 210 УК РФ обвинение ей не предъявлялось, приговор постановлен в отношении нее в порядке ст. ст. 316, 317.7 УПК РФ.

ФИО29 приговором суда от ДД.ММ.ГГГГ осужден по ч. 4 ст. 159.4 УК РФ, по ч. 2 ст. 210 УК РФ ему обвинение также не предъявлялось.

Таким образом, никто из вышеуказанных лиц (ФИО20, ФИО21, ФИО19, ФИО27) по ст. 210 УК РФ не осужден.

Не свидетельствуют о наличии преступного сообщества и результаты оперативно-розыскного мероприятия «прослушивание телефонных переговоров» ФИО26, в которых упоминаются фамилии ФИО23, ФИО24 и ФИО25 Из текстов этих переговоров не следует, что ФИО4 руководил одним из входящих в преступное сообщество структурных подразделений, а ФИО3 участвовала в преступном сообществе. Сведений о том, что ФИО26 осужден по ст. 210 УК РФ в материалах дела также не имеется.

Показания свидетелей ФИО37, ФИО38, ФИО41, ФИО42 и остальных свидетелей не содержат каких-либо сведений о существовании преступного сообщества и участии в нем ФИО4 и ФИО3

Доказательств того, что ФИО4 и ФИО3 осознавали свою принадлежность к преступному сообществу, что в числе других является обязательным признаком участия в преступном сообществе, в материалах дела не имеется.

Все доказательства, положенные в основу приговора, не подтверждают вывод суда первой инстанции о виновности осужденных ФИО4 и ФИО3 в руководстве и участии соответственно в структурном подразделении, входящем в преступное сообщество.

Согласно ч. 4 ст. 35 УК РФ, преступление признается совершенным преступным сообществом (преступной организацией), если оно совершено структурированной организованной группой или объединением организованных групп, действующих под единым руководством, члены которых объединены в целях совместного совершения одного или нескольких тяжких либо особо тяжких преступлений для получения прямо или косвенно финансовой или иной материальной выгоды.

Из материалов уголовного дела не усматривается признаков более сложной структуры, повышенной сплоченности, устойчивости, стабильности состава и согласованности действий, какими должно обладать преступное сообщество по сравнению с организованной группой, признаки которой нашли свое подтверждение совокупностью исследованных судом и приведенных в приговоре доказательств, квалифицированных по ч. 4 ст. 159, ч. 4 ст. 159.5 УК РФ.

При таких обстоятельствах, приговор в части осуждения ФИО4 по ч. 1 ст. 210 УК РФ, а также в части осуждения ФИО3 по ч. 2 ст. 210 УК РФ, подлежит отмене, а уголовное преследование в данной части прекращению на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, за отсутствием в их действиях состава преступления.

В этой связи, окончательные наказания, ФИО4 и ФИО3 подлежат назначению в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159, ч. 4 ст. 159.5 УК РФ.

Кроме того, до рассмотрения дела судом апелляционной инстанции, у ФИО3 родилась дочь – ФИО54, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (т. <данные изъяты>).

В соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о признании вышеуказанного обстоятельства смягчающим наказание ФИО3 и смягчении назначенных ей наказаний по ч. 4 ст. 159, ч. 4 ст. 159.5 УК РФ.

Вопреки доводам осужденной и адвокатов, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для предоставления ФИО3 отсрочки отбывания наказания в соответствии со ст. 82 УК РФ.

Основанием для применения отсрочки отбывания наказания женщинам, имеющим малолетних детей, является нецелесообразность отбывания такими лицами наказания при возможности сохранения семьи в целях обеспечения малолетним надлежащего родительского ухода и воспитания.

Вместе с тем, наличие формальных условий для предоставления отсрочки отбывания наказания само по себе не влечет автоматического применения судом положений ст. 82 УК РФ в отношении каждой осужденной женщины, имеющей малолетнего ребенка, поскольку указанная норма закона не является императивной.

Совокупность установленных судом обстоятельств, в частности то, что ФИО3 осуждена за совершение тяжких преступлений, повышенной общественной опасности, не дает суду апелляционной инстанции оснований для вывода о том, что отсрочка отбывания наказания будет отвечать интересам детей осужденной.

В этой связи, суд апелляционной инстанции не находит оснований для ее применения к ФИО3

Принимая во внимание, что суд апелляционной инстанции пришел к выводу о частичном прекращении уголовного преследования ФИО4, отбывать лишение свободы последнему следует в исправительной колонии общего режима, соответственно время содержания ФИО4 под стражей и отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима в соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, следует зачесть в срок лишения свободы из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

В соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ, время содержания ФИО3 под стражей, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, подлежит зачету в срок лишения свободы из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Доводы осужденного о незаконности постановления суда от ДД.ММ.ГГГГ об установлении срока ознакомления с материалами дела являются несостоятельными. При определении срока для ознакомления ФИО4 с материалами дела, судьей учтен объем материалов дела, которые ранее частично были вручены осужденному, а также факты ознакомления осужденного с материалами дела в полном объеме после окончания предварительного следствия и в ходе судебного разбирательства, в том числе с возможностью применения фотофиксации его защитником (т. <данные изъяты>).

Разрешение вопроса об установлении срока для ознакомления с материалами дела в отсутствие осужденного, не является нарушением уголовно-процессуального закона, которое повлияло или могло повлиять на законность и обоснованность принятого судебного решения.

Замечания стороны защиты и осужденного на протокол судебного заседания являются необоснованными, поскольку протоколы от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ соответствуют аудиозаписи судебного заседания.

Доводы адвокатов Бутаковой Н.В. и Анохина А.А., о несоответствии содержания протоколов от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ также являются необоснованными, поскольку при проверке судом апелляционной инстанции установлено соответствие содержания этих протоколов аудиозаписи судебного заседания. Также установлено, что секретарь судебного заседания допустила ошибку в названии и дате этих аудиофайлов при их копировании на физический носитель.

Неточности в показаниях свидетелей ФИО152 и ФИО153, в протоколах от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, неточности в изложении вопроса ФИО4 в протоколе от ДД.ММ.ГГГГ на законность судебного разбирательства и вынесенного по его итогам приговора не повлияли.

Отсутствие аудиозаписи судебных заседаний за ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, когда дело по существу не рассматривалось в связи с отложением по объективным причинам, также не ставит под сомнение законность проведенного по делу судебного разбирательства, поскольку доказательства в эти дни судом не исследовались.

Замечания ФИО4 о неполноте отражения в протоколе от ДД.ММ.ГГГГ выступления адвоката Наумовой также являются необоснованными, все обстоятельства, на которые ссылалась адвокат, указаны полно, дословного их отражения в протоколе закон не требует.

Принимая во внимание, что ущерб, причиненный преступлением ПАО СК «Росгосстрах» в размере 131200 рублей 60 копеек был возмещен ФИО31, осужденным приговором Волжского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ за совершение хищений денежных средств ПАО СК «Росгосстрах» в вышеуказанном размере, решение суда первой инстанции об отказе в удовлетворении гражданского иска ПАО СК «Росгосстрах» о взыскании с ФИО4 и ФИО3 в пользу ПАО СК «Росгосстрах» 131 200 рублей 60 копеек, является правильным.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.21, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ОПРЕДЕЛИЛ:

Приговор Кировского районного суда г. Астрахани от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО4 ФИО1 в части его осуждения по ч. 1 ст. 210 УК РФ и в отношении ФИО3 ФИО2 в части ее осуждения по ч. 2 ст. 210 УК РФ, - отменить.

Уголовное преследование по обвинению ФИО4 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 210 УК РФ и ФИО3 в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 210 УК РФ, - прекратить на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, за отсутствием в их действиях состава преступления.

В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ, путем частичного сложения назначенных наказаний по ч. 4 ст. 159, ч. 4 ст. 159.5 УК РФ, назначить ФИО4 окончательное наказание в виде 5 лет лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Признать обстоятельством смягчающим наказание ФИО3 по всем преступлениям, - наличие у нее на иждивении второго малолетнего ребенка.

Смягчить ФИО3 наказание, назначенное по ч. 4 ст. 159 УК РФ до 3 лет 6 месяцев лишения свободы, по ч. 4 ст. 159.5 УК РФ до 2 лет 6 месяцев лишения свободы.

В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ, путем частичного сложения назначенных наказаний по ч. 4 ст. 159, ч. 4 ст. 159.5 УК РФ, назначить ФИО3 окончательное наказание в виде 4 лет лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

В соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ, время содержания ФИО4 под стражей и отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, зачесть в срок лишения свободы из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

В соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ, время содержания ФИО3 под стражей, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, зачесть в срок лишения свободы из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

В остальной части приговор и постановление суда от ДД.ММ.ГГГГ оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденных и адвокатов, - без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу немедленно и может быть обжаловано в суд кассационной инстанции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вступления определения в законную силу, а осужденными, содержащимися под стражей, - в тот же срок со дня вручения им копии определения, при этом осужденные вправе заявить ходатайство об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий подпись А.С. Жогин

Судьи подпись Ю.Ф. Фролов

подпись И.В. Сухатовская