Председательствующий по делу Дело № 22-2104/2023

судья Олефирова М.А.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Чита 28 августа 2023 года

Забайкальский краевой суд в составе:

председательствующего судьи Таскаевой Е.А.,

при секретаре судебного заседания Трофимовой М.Е.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе осужденного ФИО3 на приговор Могочинского районного суда Забайкальского края от 27 апреля 2023 года, которым

ФИО3, <данные изъяты>, судимый:

- 05 октября 2015 года мировым судьей судебного участка № 3 Селенгинского района Республики Бурятия по ч. 1 ст. 119 УК РФ к 1 году лишения свободы, на основании ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком на 2 года; которому постановлением Гусиноозерского городского суда Республики Бурятия от 05 октября 2015 года отменено условное осуждение по приговору мирового судьи судебного участка № 3 Селенгинского района Республики Бурятия от 05 октября 2015 года с направлением для отбывания наказания в исправительную колонию строго режима;

- 24 апреля 2017 года Ингодинским районным судом г.Читы по ч. 1 ст. 131 УК РФ к 3 годам 6 месяцам лишения свободы, на основании ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров, путем частичного присоединения неотбытого наказания по приговору мирового судьи судебного участка № 3 Селенгинского района Республики Бурятия от 05 октября 2015 года к 4 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима;

- 09 октября 2018 года Гусиноозерским городским судом Республики Бурятия по п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 2 годам 3 месяцам лишения свободы, по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ к 3 годам лишения свободы, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, к 3 годам 6 месяцам лишения свободы; в соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенного наказания и наказания по приговору Ингодинского районного суда г.Читы от 24 апреля 2017 года, к 5 годам 3 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима; который 18 апреля 2022 года освобожден по отбытию наказания;

осужден по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 2 годам лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима;

с изменением меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу до вступления приговора суда в законную силу, с взятием под стражу в зале суда;

с исчислением срока наказания со дня вступления приговора в законную силу;

на основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ с зачетом времени содержания под стражей с 27 апреля 2023 года до вступления приговора в законную силу в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в колонии строгого режима;

с разрешением судьбы вещественного доказательства.

Заслушав доклад судьи Таскаевой Е.А., пояснения осужденного ФИО3, его защитника - адвоката Овчинникову К.В., просивших оправдать либо назначить наказание, не связанное с лишением свободы, мнение прокурора Третьяковой О.А. о справедливости приговора, просившей оставить его без изменения, суд апелляционной инстанции

установил:

ФИО3 признан виновным и осужден за совершение кражи, то есть тайного хищения чужого имущества, с причинением значительного ущерба гражданину.

Преступление совершено <Дата> в скором поезде № сообщением «<данные изъяты> на участке движения от станции <адрес> железной дороги в <адрес> при обстоятельствах подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО3 указывает, что умысла на хищение телефона у него не было, он его не выключал, сим-карту из телефона не извлекал, хотел лишь припугнуть проводника, которая отказала ему в выдаче постельного белья, но уснул, и его разбудили сотрудники полиции, которым он сразу выдал телефон, перед потерпевшей извинился, последняя не имеет к нему претензий. Отмечает о наличии положительных характеристик, гражданской супруги, оказании помощи двоим детям, а также матери, нуждающейся в его помощи. Указывает, что государственный обвинитель в прениях попросил условный срок наказания, однако суд назначил реальное наказание в условиях изоляции от общества, с чем автор жалобы не согласен, считая суровым назначенное ему наказание.

Просит приговор изменить, назначить более мягкое наказание, не связанное с лишением свободы.

В дополнениях к жалобе, цитируя обстоятельства дела, вновь обращает внимание на отсутствие у него умысла на хищение сотового телефона. Взяв телефон со стола проводника, он хотел лишь привлечь к себе внимание, чтобы ему выдали постельное белье.

Далее автор жалобы указывает на применение сотрудниками полиции в отношении него насилия, которое выразилось в нанесении ему не менее 10-12 ударов, от чего он стал задыхаться, его высадили на <адрес>, где, не прочитав, он подписал бумаги, согласившись с сотрудниками полиции, что он телефон украл, так как ему угрожали заключением под стражу, после чего его отпустили домой, и он уехал к матери, которую не видел шесть лет. По приезду в <адрес>, он два дня не мог встать с кровати, все рассказал матери, написал явку с повинной, позвонил потерпевшей и извинился перед ней, затем уехал работать, вину признал частично, так как умысла на кражу телефона у него не было.

Кроме того, просит не учитывать характеристику из <данные изъяты>, поскольку по прибытию в колонию он поступил в ПТУ, получил две специальности, поощрялся за добросовестное отношение к труду.

Ходатайствует о назначении медицинской экспертизы, поскольку как заявлял ранее, при выдаче им сотового телефона, сотрудники полиции сломали ему ребро.

Просит его оправдать, желает вести законопослушный образ жизни, вину в совершении инкриминируемого ему преступления по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ не признает.

В возражениях на апелляционную жалобу транспортный прокурор Дживанян Н.Ф. указывает о справедливости назначенного наказания, о необоснованности доводов апелляционной жалобы.

В возражениях на апелляционную жалобу (дополнительную) государственный обвинитель Третьякова О.А. указывает о верности квалификации действий ФИО3 по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, полагает, что доводам, изложенным в дополнениях к жалобе об отсутствии у него умысла на хищение телефона и об оказании на него давления со стороны сотрудников полиции, судом первой инстанции дана надлежащая оценка. Назначенное ФИО3 наказание является законным и справедливым.

Проверив материалы уголовного дела, заслушав мнение участников процесса, оценив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Вина осужденного в содеянном полностью установлена судом и подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, которым суд дал надлежащую правовую оценку в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ.

Так, виновность ФИО3 подтверждается его собственными признательными показаниями на следствии в качестве подозреваемого и обвиняемого, где он пояснял, как зашел в служебное купе для отдыха проводников и тайно похитил со стола сотовый телефон, который хранил при себе до прихода сотрудников полиции, и который хотел в дальнейшем использовать в личных целях, о чем также указал в своем объяснении, а также в явке с повинной.

В судебном заседании вину в совершении преступления ФИО3 не признал, не оспаривая факт того, что он без разрешения потерпевшей, которая спала, тайно взял со стола служебного купе её сотовый телефон, который убрал под матрац на своем пассажирском месте, но при этом заявил, что умысла на хищение сотового телефона у него не было, поскольку телефон взял лишь с целью привлечь к себе внимание, поскольку проводник отказала ему в выдаче постельного белья, намеревался телефон вернуть, но не успел, так как пришли сотрудники полиции, которым он его выдал.

Признательные показания, данные ФИО3 в ходе предварительного расследования, судом обосновано взяты за основу обвинительного приговора, так как подтверждаются достаточной совокупностью других представленных стороной обвинения доказательств, а допросы ФИО3 проведены в присутствии его адвоката, который участвовал и при оформлении явки с повинной, что исключало какое-либо давление на осужденного со стороны оперативных сотрудников или следователя.

Данные доказательства получены с соблюдением уголовно-процессуального закона. Осужденному ФИО3 разъяснялись права, в том числе право не свидетельствовать против самого себя, разъяснялось о возможности использования данных показаний в качестве доказательства по уголовному делу и в случае последующего его отказа от них.

Обоснованно отвергнув обусловленные позицией защиты показания осужденного ФИО3 в ходе судебного следствия, суд, оценив в совокупности собранные по делу доказательства, представленные стороной обвинения, пришел к верному выводу о том, что ФИО3 совершил кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, с причинением значительного ущерба гражданину, при установленных судом обстоятельствах.

Кроме признательных показаний самого ФИО3, данных в ходе предварительного расследования, его виновность в совершении преступления при установленных судом обстоятельствах подтверждается показаниями потерпевшей ФИО1 о том, что проснувшись в купе для отдыха проводников, она обнаружила пропажу своего сотового телефона, который оставляла на столе, хищением которого ей причинен значительный ущерб в сумме 26 000 рублей, при этом из показаний свидетеля ФИО2 следует, что она была очевидцем того, как спускаясь с верхней полки полукупе, ФИО3 вытащил из-под матраца сотовый телефон и положил его к себе в карман, о чем она сразу же сообщила стоящим рядом сотрудникам полиции.

В заявлении ФИО1 сообщила о хищении ее телефона.

В ходе осмотра места происшествия - вагона № п/п 001 сообщением «<данные изъяты>» на верхней полке места № с участием ФИО3 обнаружен и изъят принадлежащий потерпевшей ФИО1 сотовый телефон «Samsung М52» в чехле-бампере, с защитным стеклом.

Суд всесторонне, полно, объективно исследовал все представленные сторонами доказательства, обоснованно признал ФИО3 виновным в совершенном преступлении и правильно квалифицировал его действия.

Каких-либо данных, ставящих под сомнение незаинтересованность потерпевшей ФИО1 свидетеля ФИО2 в исходе дела не имеется, их показания являются стабильными, непротиворечивыми, они согласуются как между собой, так и с письменными доказательствами. Давая оценку показаниям потерпевшей и свидетеля обвинения, суд пришел к верному выводу о достоверности их показаний, которые ими даны на стадии предварительного следствия и в суде, будучи предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, и только о тех обстоятельствах, которые им были известны, очевидцами которых они являлись.

Также не установлено судом оснований и для самооговора со стороны ФИО3, который не оспаривает факт незаконного им завладения чужим имуществом, а в ходе предварительного следствия указывал также на то, что похитил телефон для себя, чтобы в дальнейшем пользоваться им в личных целях.

Доказательств того, что на ФИО3 кем-либо из сотрудников полиции оказывалось давление с целью дачи им признательных показаний в качестве подозреваемого и обвиняемого в материалах дела не имеется. Как пояснил сам осужденный ФИО3 за медицинской помощью, в связи с якобы примененным в отношении него насилием, он не обращался, освидетельствование не проходил, поэтому оснований для назначения и проведения в отношении ФИО3 судебно-медицинской экспертизы суд апелляционной инстанции не находит.

Поменявшаяся позиция ФИО3 по обстоятельствам совершения инкриминируемого ему преступления в ходе судебного следствия обусловлена стремлением ФИО3 избежать уголовной ответственности за содеянное, а доводы о применении к нему насилия со стороны сотрудников полиции, которые им заявлены лишь в ходе судебного заседания, и ничем не подтверждены, обусловлены стремлением опорочить свои признательные показания, в которых он изобличает себя в совершении преступления. Необходимости в создании сотрудниками полиции искусственных доказательств обвинения ФИО3 в совершении преступления, а также его оговора либо самооговора не установлено.

Все эти и другие доказательства подробно приведены в приговоре, согласуются между собой по фактическим обстоятельствам, дополняют друг друга, не содержат никаких существенных противоречий, в связи с чем, как не вызывающие сомнений в своей достоверности, верно взяты за основу при постановлении приговора.

Сомнений в фактической достоверности и процессуальной допустимости, положенных в основу приговора доказательств, и обоснованности их оценки, суд апелляционной инстанции не находит.

Доводы осужденного ФИО3 об отсутствии у него умысла на хищение сотового телефона потерпевшей суд апелляционной инстанции находит несостоятельными.

На то, что ФИО3 действовал исключительно из корыстных побуждений, о чем он правдиво указывал в своих показаниях в ходе предварительного расследования, очевидно, свидетельствуют и фактические обстоятельства совершенного ФИО3 деяния, в соответствии с которыми он тайно забрал сотовый телефон потерпевшей из служебного купе проводников, в тот момент, когда потерпевшая спала, при этом с потерпевшей он не был знаком, действовал незаметно для окружающих, спрятал телефон потерпевшей под матрас своего спального места, а в момент предъявления требования сотрудниками полиции о досмотре его вещей, пытался также незаметно переложить спрятанный им телефон в карман своих брюк, на что обратила внимание сотрудников полиции свидетель ФИО2 в присутствии которой никаких заявлений о намерении лишь пошутить над проводником или привлечь её внимание к себе, осужденный не заявлял. Кроме того, суд, учитывая данные о личности осужденного, который ранее судим за совершение хищения чужого имущества, приходит к твердому убеждению, что ФИО3, осознавая для себя тягость всех правовых последствий своих действий, не мог опрометчиво поступить, забрав чужое имущество лишь из желания пошутить над проводником или привлечь к себе внимание. В данном случае осужденный действовал, имея исключительно корыстный умысел на завладение чужим имуществом.

Доводы осужденного о том, что он не пользовался телефоном потерпевшей, не отключил его, не вытащил из него сим-карту, с учетом выше изложенных обстоятельств не исключают ответственности осужденного, поскольку не ставят под сомнение правильность выводов суда о совершении ФИО3 умышленного тайного хищения сотового телефона потерпевшей.

Квалификация действий ФИО3 по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, с причинением значительного ущерба гражданину, является правильной.

При этом суд апелляционной инстанции обращает внимание, что ФИО3, завладев сотовым телефоном потерпевшей, имел реальную возможность и достаточно времени для того, чтобы распорядиться похищенным.

Оснований для иной квалификации действий ФИО3, а также для его оправдания суд апелляционной инстанции не находит.

Стоимость похищенного у потерпевшей ФИО1 имущества - сотового телефона, установлена судом верно исходя из показаний потерпевшей, подтверждена документально, является адекватной, определена ею с учетом износа похищенного имущества, и не вызывает сомнений в своей объективности и правильности.

Квалифицирующий признак «с причинением значительного ущерба» полностью нашел свое подтверждение исходя из суммы похищенного имущества, материального положения потерпевшей ФИО1 пояснений самой потерпевшей о значительности причиненного ей ущерба.

При исследовании материалов дела судом апелляционной инстанции не выявлено существенных нарушений уголовно-процессуального закона при производстве предварительного и судебного следствия, либо неполноты расследования, влекущих отмену приговора в данной части по основаниям, предусмотренным ст. 389.17 УПК РФ.

Судебное разбирательство проведено объективно и всесторонне, с соблюдением требований УПК РФ о состязательности и равноправии сторон, с выяснением всех юридически значимых для правильного разрешения дела обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, в том числе места, времени, способа совершения, формы вины, мотивов и целей преступления, а сторонам судом были созданы необходимые условия для исполнения их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных прав, которыми они реально воспользовались.

При решении вопроса о наказании суд в соответствии с требованиями статьи 60 УК РФ принял во внимание характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности осужденного ФИО3, в том числе обстоятельства, смягчающие наказание, на основании ч. 1 ст. 61 УК РФ явку с повинной, наличие на иждивении двоих малолетних детей, на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ признание вины в ходе предварительного следствия, состояние здоровья; влияние назначенного наказания на исправление подсудимого, условия жизни его семьи.

Вопреки доводам осужденного, оснований сомневаться в объективности имеющихся в деле характеризующих материалов на осужденного не имеется.

Все смягчающие наказание обстоятельства и иные обстоятельства, известные на момент принятия решения, влияющие на вид и размер наказания, были учтены судом при решении вопроса о наказании. Каких-либо иных обстоятельств, не установленных судом, либо недостаточно учтенных при назначении наказания осужденному ФИО3 из материалов дела не усматривается.

Доводы осужденного ФИО3 о том, что он принес извинения потерпевшей, и та не настаивала на строгом наказании, а также ссылка в жалобе на позицию государственного обвинителя, полагавшего возможным назначить ФИО3 наказание с применением ст. 73 УК РФ, условно, не свидетельствуют о назначении чрезмерно сурового наказания, так как наказание осужденному ФИО3 назначено в соответствии с требованиями закона. При этом законом не предусмотрено в качестве обстоятельства, подлежащего учету при назначении наказания, мнение сторон, и их мнение не является обязательным для суда при решении вопроса о назначении осужденному наказания.

Кроме того, принесение извинений потерпевшей за совершение преступления имущественного характера не может свидетельствовать о заглаживании ей вреда, также как и не свидетельствует о раскаянии осужденного в содеянном, поскольку вину в совершении преступления ФИО3 не признал.

Обстоятельством, отягчающим наказание, судом обоснованно признан рецидив преступлений, поскольку ФИО3 совершил умышленное преступление, имея судимость за ранее совершенные умышленные преступления средней тяжести и тяжкое по приговору Гусиноозерского городского суда Республики Бурятия от 09 октября 2018 года.

Правильно установив на основании ч. 1 ст. 18 УК РФ наличие рецидива, и обоснованно признав его обстоятельством, отягчающим наказание, суд первой инстанции аргументировано пришел к выводу о необходимости назначения ФИО3 наказания в виде реального лишения свободы с применением положений, предусмотренных ч. 2 ст. 68 УК РФ.

Оснований для смягчения назначенного осужденному наказания не имеется, поскольку все заслуживающие внимания обстоятельства, известные суду на момент постановления приговора, надлежащим образом учтены при решении вопроса о виде и размере наказания. Вопреки доводам жалобы, назначенное наказание осужденному соответствует принципу гуманизма и справедливости, отвечает целям его назначения, кроме того будет способствовать исправлению осужденного и предупреждению совершения им новых преступлений. Суд апелляционной инстанции находит назначенное ФИО3 наказание справедливым, соответствующим характеру совершенного деяния, личности виновного.

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного деяния, что в свою очередь могло бы свидетельствовать о необходимости применения в отношении ФИО3 положений ст. 64 УК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено.

С учетом характера и степени общественной опасности преступлений, в совокупности с установленными судом первой инстанции данными о личности осужденного суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда о невозможности исправления ФИО3 без изоляции от общества и не находит оснований для применения при назначении наказания положений ст. 53.1, ч. 3. ст. 68, ст. 73 УК РФ.

Наличие отягчающего наказание обстоятельства объективно исключало возможность применения к осужденному ФИО3 положений ч. 1 ст. 62 УК РФ и ч. 6 ст. 15 УК РФ.

В силу положений п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ при рецидиве или опасном рецидиве преступлений, если осужденный ранее отбывал лишение свободы, местом отбывания наказания, назначается исправительная колония строгого режима, что верно определено ФИО3

Нарушений уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения прав участников судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлиявших на вынесение законного и обоснованного решения, не допущено.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 38920, 38928 и 38933 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

приговор Могочинского районного суда Забайкальского края от 27 апреля 2023 года в отношении ФИО3 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, установленном главой 471 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции, в течение шести месяцев со дня его вынесения, а осужденным, содержащимся под стражей, – в тот же срок со дня вручения ему копии приговора, вступившего в законную силу, путем подачи кассационной жалобы, кассационного представления через суд, постановивший приговор.

В случае пропуска срока, установленного ч. 4 ст. 4013 УПК РФ, или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление на приговор подаются непосредственно в суд кассационной инстанции.

В случае подачи кассационной жалобы, кассационного представления осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий,

судья Забайкальского краевого суда Е.А. Таскаева