Мотивированное определение изготовлено 04 июля 2023 года

Председательствующий Тарасевич Л.Н. Дело № 22- 4011/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 30 июня 2023 года

Судебная коллегия по уголовным делам Свердловского областного суда в составе: председательствующего Каркошко А.А.,

судей Шаблакова М.А., Сивковой Н.О.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Яманаевым А.Г.

с участием: прокурора апелляционного отдела прокуратуры Свердловской области ФИО1,

осужденного ФИО2, его защитников – адвокатов Фотиевой Л.С., Понамаревой Е.В.

адвоката Свинцицкой В.В. в защиту осужденного ФИО3, защитника наряду с адвокатом БЛМ

рассмотрела в открытом судебном заседании с использованием систем видео-конференц-связи уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Нургалиевой Е.Ф., апелляционным жалобам осужденного ФИО2 (с дополнениями), адвоката Пономаревой Е.В., действующей в интересах осужденного ФИО2, на приговор Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 20 января 2023 года, которым:

ФИО2,

родившийся <дата>,

ранее судимый:

- 27 ноября 2006 года Верх-Исетским районным судом г. Екатеринбурга (с учетом изменений, внесенных кассационным определением Свердловского областного суда от 11 июля 2007 года) по п.«б» ч. 4 ст. 162, ч. 2 ст. 325 УК РФ, с применением ч. 3 ст. 69 УК РФ к 8 годам 1 месяцу лишения свободы;

- 25 февраля 2015 года апелляционным приговором Свердловского областного суда от 25 февраля 2015 года по ч. 3 ст. 162 УК РФ к 7 годам лишения свободы, на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказаний, назначенных по данному приговору и по приговору от 27 ноября 2006 года, окончательно к отбытию определено 8 лет 8 месяцев лишения свободы, освобожден по отбытию наказания 25 сентября 2014 года,

осужденный:

- 26 февраля 2021 года Березовским городским судом Свердловской области по ч. 3 ст. 30 п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ к 3 годам 8 месяцам лишения свободы,

осужден за совершение пяти преступлений, предусмотренных п.п. «а, б» ч. 4 ст. 158 УК РФ к 5 годам 6 месяцам лишения свободы за каждое из совершенных преступлений, по п. «а» ч. 4 ст. 158 УК РФ к 5 годам лишения свободы.

В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний назначено 9 лет лишения свободы.

На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний, назначенных по данному приговору и по приговору от 26 февраля 2021 года окончательно назначено 10 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения изменена на заключение под стражу. Взят под стражу в зале суда.

Срок наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу. В срок лишения свободы зачтено время содержания под стражей с 20 января 2023 года до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима. В срок лишения свободы зачтено время содержания под стражей по приговору от 26 февраля 2021 года с 18 июля 2019 года по 28 ноября 2019 года включительно, с 22 октября 2020 года по 30 июня 2021 года включительно из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима, с 01 июля 2021 года по 19 января 2023 года включительно, а также в соответствии с ч. 3.4ст. 72 УК РФ зачтено время нахождения под домашним арестом с 29 ноября 2019 года по 16 декабря 2019 включительно из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы.

ФИО3,

родившийся <дата>,

ранее судимый:

- 28 мая 2015 года Верх-Исетским районным судом г. Екатеринбурга по ч. 2 ст. 228 УК РФ к 3 годам лишения свободы;

- 07 мая 2015 года приговором того же суда (с учетом изменений, внесенных апелляционным определением Свердловского областного суда от 26 ноября 2015 года, постановлением Президиума Свердловского областного суда от 29 января 2018 года) по ч. 2 ст. 228 УК РФ к 3 годам 10 месяцам лишения свободы со штрафом в размере 40000 рублей. В соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказаний, назначенных по данному приговору и по приговору от 28 мая 2015 года, назначено 5 лет 8 месяцем лишения свободы со штрафом в размере 40 000 рублей. 12 марта 2019 года на основании постановления Ивдельского городского суда Свердловской области от 26 февраля 2019 года, неотбытая часть лишения свободы заменена на 1 год 10 месяцев исправительных работ с удержанием 15% из заработной платы в доход государства,

осужденный:

- 11 января 2021 года приговором того же суда по ч. 1 ст. 222, ч. 1 ст. 318 УК РФ, с применением ч. 2 ст. 69, ст. 70 УК РФ (с приговором от 07 мая 2015 года) к 2 годам 1 месяцу лишения свободы со штрафом в размере 40 000 рублей;

- 26 мая 2021 года приговором того же суда по п.п. «в, г» ч. 3 ст. 158 УК РФ, с применением ч. 5 ст. 69 УК РФ (с приговором от 11 января 2021 года) к наказанию в виде лишения свободы сроком на 4 года со штрафом в размере 40000 рублей;

осужден по п.п. «а, б» ч. 4 ст. 158 УК РФ к 3 годам 4 месяцам лишения свободы.

На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний, назначенных по данному приговору и по приговору от 26 мая 2021 года окончательно назначено 4 года 6 месяцев лишения свободы со штрафом в размере 40000 рублей с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения изменена на заключение под стражу. Взят под стражу в зале суда.

Срок наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу. Зачтено время содержания под стражей с 27 октября 2020 года по 29 октября 2020 года включительно, а также с 20 января 2023 года до дня вступления данного приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима, зачтено время содержания под стражей по приговору от 26 мая 2021 года с 26 мая 2021 года по 19 января 2023 года включительно из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Приговором удовлетворены исковые требования ЗАА, Потерпевший №4, постановлено взыскать с ФИО2: в пользу ЗАА материальный ущерб в размере 1 500 000 рублей; в пользу Потерпевший №4 материальный ущерб в размере 1 700 000 рублей. В удовлетворении исковых требований Потерпевший №5 отказано, исковые требования Потерпевший №1 оставлены без рассмотрения.

Распределены процессуальные издержки, решена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Шаблакова М.А., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

приговором суда ФИО2 признан виновным в совершении пяти краж, то есть тайного хищения чужого имущества, совершенного организованной группой, в особо крупном размере.

Кроме того, ФИО2 признан виновным в совершении кражи, то есть тайного хищения чужого имущества, совершенного организованной группой, в крупном размере.

ФИО3 признан виновным в совершении кражи, то есть тайного хищения чужого имущества, совершенного организованной группой, в особо крупном размере.

Преступления совершены на территории Свердловской области и Пермского края при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Нургалиева Е.Ф. просит приговор суда изменить, исключить из описательно-мотивировочной части приговора ссылку суда на явки с повинной Б.С.В., как на доказательство вины осужденных, поскольку в протоколах явок с повинной не имеется сведений об их составлении с участием адвоката, осуществлявшего его защиту, а также не содержится письменного отказа от защитника. Кроме того, автор представления просит отменить приговор суда в части взыскания с ФИО2 в доход государства процессуальных издержек в размере 73330 рублей 90 копеек, связанных с осуществлением его защиты на предварительном следствии и в судебном заседании, уголовное дело в данной части передать на новое рассмотрение в порядке ст. ст. 397, 399 УПК РФ в тот же суд в ином составе суда. В обоснование данного довода указано, что, несмотря на то, что ФИО2 согласился с возможностью взыскания с него процессуальных издержек, ему не были разъяснены положения ст. 132 УПК РФ о возможности возмещения расходов на выплату вознаграждения адвокату за счет средств федерального бюджета. Вместе с тем, суд не дал оценку сведениям о материальном положении ФИО2, не выяснил его позицию о сумме взыскиваемых издержек, не спрашивал о наличии оснований для освобождения от взыскания с него процессуальных издержек. В целом, решение суда в данной части немотивированно.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный В.М.АБ. считает приговор суда незаконным, необоснованным, не соответствующим фактическим обстоятельствам, постановленным с нарушением норм уголовно-процессуального законодательства, просит его отменить, уголовное дело направить на новое судебное разбирательство, наряду с этим просит вынести в отношении него оправдательный приговор. В обоснование доводов жалобы указывает, что суд необоснованно отказал в удовлетворении его ходатайств о вызове и допросе специалиста с целью разъяснения принципов работы устройств и средств, с помощью которых возможно отключение охранных функций автомобиля и последующего запуска двигателя, а также о вызове и допросе свидетелей Свидетель №16 и Свидетель №17 с целью устранения противоречий относительно обстоятельств хищения автомобиля Свидетель №16 Считает, что ему было предоставлено недостаточно времени для подготовки к прениям сторон и последнему слову. Оспаривает квалифицирующий признак преступлений, предусмотренный п. «а» ч. 4 ст. 158 УК РФ, так как лица, которым предъявлено обвинение в совершении преступлений организованной группой, между собой незнакомы за исключением ФИО2, ФИО3, СЯС Между тем, в данном составе лиц совершено лишь одно преступление, в остальных случаях совместных преступлений не совершалось. Именуемые в приговоре участники организованной группы «Лицо 1» и «Лицо 2» не установлены. Отмечает, что ФИО3 при совершении преступления выполнял второстепенную роль, не обладая информацией о происходящих событиях в полном объеме, а впоследствии прекратил общение с ним из-за произошедшего конфликта, таким образом, его нельзя признать участником устойчивой организованной преступной группы. Полагает, что в основу приговора суд положил показания лиц, которые не являлись очевидцами событий или соучастниками преступлений, а также доказательства, в том числе показания потерпевших, которые не подтверждают его причастность к совершению преступлений. Считает, что при производстве по уголовному делу были нарушены требования ст. 73 УПК РФ, поскольку не были установлены обстоятельства, подлежащие доказыванию, в том числе, касающиеся события преступлений. Приводя показания потерпевшей ЗАА, данные в ходе дополнительного допроса, в части просмотра видеозаписи с камер видеонаблюдения, отмечает, что на них не зафиксировано, кто садится в ее автомобиль. Судом не дана оценка допущенным в ходе предварительного расследования нарушениям уголовно-процессуального закона, так как потерпевший Потерпевший №5 и свидетель Свидетель №16 были допрошены одновременно, в связи с чем, связанные с этими процессуальными действиями доказательства, подлежат исключению. Судом не устранены противоречия между показаниями свидетелей БАИ, БАЕ, основанные на видеозаписи с камер видеонаблюдения, и протоколом осмотра предметов от 15 января 2021 года, согласно которому на видеозаписи не просматриваются лица и государственные номерные знаки из-за низкого качества видео. С учетом этого оспаривает вывод о том, что на указанной видеозаписи запечатлен автомобиль «Тойота РАФ 4» г.н.з. <№>. Ссылается на показания инспекторов ДПС САА и ШАО, считая их противоречащими материалам уголовного дела.

Адвокат Пономарева Е.В. просит приговор суда отменить, В.М.АВ. оправдать. В обоснование доводов жалобы ее автор приводит доводы, аналогичные доводам жалобы осужденного, дополнительно указывая, что судом не приведены доказательства, подтверждающие вывод о руководящей роли ФИО2, его организаторской функции, а также конкретный временной промежуток существования организованной группы, ее состав. Ни в ходе судебного разбирательства, ни в ходе предварительного расследования не были проверены и опровергнуты доводы ФИО2 о наличии у него алиби. Утверждает, что при задержании осужденного были допущены нарушения ст.ст. 91, 92 УПК РФ, поскольку ФИО2 был в крови, ему требовалась медицинская помощь, но, несмотря на это, следственные действия продолжались. Протокол очной ставки между СЯС и ФИО2 не может быть положен в основу приговора, поскольку следственное действие проведено с нарушением ст. 192 УПК РФ, поступившим от ФИО2 замечаниям оценка не дана. Кроме того, показания свидетеля СЯС являются противоречивыми и непоследовательными, они даны лицом, осужденным за аналогичные преступления и направлены на снижение наказания. Наряду с этим автор жалобы ссылается на наличие между СЯС и ФИО2 неприязненных отношений, которым не дана оценка. Считает, что судом необоснованно отвергнуты иные версии произошедших событий, иной состав лиц, причастных к совершению преступления, которые были задержаны на месте совершения преступления, и в отношении которых, по мнению автора, незаконно прекращено уголовное преследование. Суд положил в основу приговора протокол опознания, хотя в своих показаниях потерпевшая Потерпевший №4 не отразила каких-либо конкретных признаков, по которым могла бы опознать человека, управлявшего ее автомобилем. По делу не проведена обязательная автотехническая экспертиза для установления механизма совершения угона, таким образом, способ совершения преступлений достоверно не установлен.

В возражении на апелляционные жалобы государственный обвинитель Нургалиева Е.Ф. поддерживает доводы апелляционного представления.

Изучив материалы уголовного дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционном представлении и апелляционных жалобах, выслушав мнения участников процесса, судебная коллегия приходит к следующему.

Выводы суда о виновности ФИО2 и ФИО3 в совершении описанных в приговоре преступлений подтверждается приведенными в приговоре доказательствами, которые проверены судом в соответствии с требованиями ст. 87 УПК РФ в совокупности и оценены с учетом правил, предусмотренных ст. 88 УПК РФ, с точки зрения их достоверности, допустимости и относимости к рассматриваемым событиям, а также достаточности для постановления обвинительного приговора.

Приговор соответствует требованиям ст. ст. 297, 303, 304, 307 - 309 УПК РФ и не содержит противоречий и неясностей.

К показаниям ФИО2, отрицавшего свою причастность к инкриминируемым преступлениям, суд обоснованно отнесся критически, поскольку они не соответствуют установленной судом объективной картине произошедших событий, правильно расценив их как способ защиты, избранный осужденным в целях избежать уголовной ответственности за содеянное.

В основу приговора суд правомерно положил показания осужденного ФИО3 в ходе предварительного следствия, подтвержденные им в судебном заседании, и СЯС (лица, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство в связи с заключением досудебного соглашения о сотрудничестве), в том числе, полученные в ходе очной ставки с осужденным ФИО2 и при проверке показаний на месте об их участии в совершении преступлений, обстоятельствах преступной деятельности и роли в ней ФИО2, взаимоотношениях с В.М.АГ., об известных СЯС фактах совершения В.М.АГ. совместно с другими лицами хищений автомобилей.

Оснований для оговора Б.С.ББ. и СЯС осужденного ФИО2, вопреки утверждению стороны защиты, судом первой инстанции и судебной коллегией не установлено.

Заключенное СЯС досудебное соглашение о сотрудничестве само по себе не может свидетельствовать о его заинтересованности в исходе дела.

Проанализировав и сопоставив показания Б.С.БВ., СЯС с показаниями: потерпевших САВ, Потерпевший №1, Потерпевший №2, Потерпевший №4, Потерпевший №5 об обнаружении хищений принадлежащих им автомобилей, их месте нахождения до хищения и стоимости; БЮН (лица, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство); свидетелей Свидетель №5, Свидетель №6, Свидетель №10, Свидетель №9, Свидетель №1, Свидетель №3, Потерпевший №2, САА ШАО., Свидетель №4, Свидетель №8, МЮЕ, Свидетель №11, РДМ, КМВ, Свидетель №15, БДЕ, Свидетель №18 об известных им обстоятельствах имеющих значение для дела; результатами осмотров мест происшествия, предметов, признанных вещественными доказательствами по делу; результатами опознания потерпевшей Потерпевший №4 и свидетелем Свидетель №15 - БЮН; с видеозаписями, осмотренными в ходе предварительного следствия, на которых зафиксированы факты хищения автомобилей и другие обстоятельства, имеющие значение для дела, при этом участвовавший при просмотре данных видеозаписей СЯС пояснил, что в лице, фигурирующем в ряде данных видеозаписей, он опознает ФИО2, а также с иными письменными доказательствами по делу суд обосновано пришел к выводу о доказанности вины ФИО2 и Б.С.БВ. в совершении инкриминируемых им преступлений.

Оценивая показания потерпевших и свидетелей об юридически значимых обстоятельствах, суд пришел к верному выводу об их достоверности, поскольку они согласуются между собой, дополняют друг друга и подтверждаются совокупностью собранных по делу доказательств. При этом оснований не доверять их показаниям у суда не имелось, поскольку не установлено как обстоятельств, указывающих на оговор кем-либо осужденных, так и обстоятельств, свидетельствующих о чьей-либо заинтересованности в необоснованном привлечении ФИО2 и Б.С.БВ. к уголовной ответственности.

Содержание исследованных судом доказательств изложено в приговоре в той части, которая имеет значение для подтверждения либо опровержения значимых для дела обстоятельств, фактов, свидетельствующих о приведении в приговоре показаний допрошенных лиц, либо содержания протоколов следственных действий, документов таким образом, чтобы это искажало существо исследованных доказательств и позволяло им дать иную оценку, отличающуюся от содержащейся в приговоре, судебной коллегией не установлено.

Вопреки мнению стороны защиты, обстоятельства, которые в соответствии со ст. 75 УПК РФ могли бы свидетельствовать о недопустимости доказательств, а также противоречия или неустранимые сомнения в исследованных судом доказательствах, положенных в основу обвинительного приговора, и ставящих под сомнение доказанность вины ФИО2 и Б.С.БВ. в совершении указанных преступлений, по делу отсутствуют.

Суд правомерно использовал в качестве доказательств по делу явки с повинной Б.С.БВ., вопреки доводам апелляционного представления явка с повинной Б.С.БВ. содержащаяся в т. 12 на л.д. 94-95 дана осужденным в присутствии защитника, в явке с повинной (т. 12 на л.д. 99) в целом были изложены аналогичные сведения, осужденный Б.С.БГ. в ходе судебного следствия вину в совершении преступления признавал полностью, свою позицию, занятую в ходе предварительного следствия, не менял и от явок с повинной не отказывался, подтвердив сведения, изложенные в них, в связи с чем у суда не имелось оснований для исключения явок с повинной из числа допустимых доказательств.

Тот факт, что произведенная судом оценка доказательств и принятые решения не совпадают с позицией стороны защиты, не свидетельствует о нарушении требований уголовно-процессуального закона и не является основанием для отмены постановленного по итогам рассмотрения уголовного дела приговора.

Нарушений принципа состязательности сторон, необоснованных отказов стороне защиты в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, нарушений процессуальных прав участников процесса, повлиявших или могущих повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, по делу не допущено.

Доводы, осужденного ФИО2 о непредоставлении ему достаточного времени для подготовки к выступлениям в судебных прениях и в последнем слове, несостоятельны. Согласно протокола судебного заседания, судебное разбирательство несколько раз откладывалось на длительное время, при этом председательствующий сообщал сторонам о необходимости быть готовыми к выступлениям в судебных прениях, непосредственно перед выступлениями ФИО2 в судебных прениях и в последнем слове по его ходатайству объявлялись перерывы, после которых он не заявлял о своей неготовности к выступлениям в прениях и последнем слове.

Вопреки утверждению стороны защиты, предусмотренные уголовно-процессуальным законом основания для обязательного проведения по делу автотехнической экспертизы отсутствуют.

Как следует из протокола судебного заседания, государственный обвинитель отказался от допроса свидетелей Свидетель №16 и Свидетель №17 и не настаивал на их вызове. Данные свидетели были заявлены со стороны обвинения. При этом, ранее судом предпринимались неоднократные попытки обеспечить явку указанных свидетелей. Поскольку в соответствии с ч. 3 ст. 15 УПК РФ суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или стороне защиты, а лишь создает необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав, и с учетом позиции стороны защиты, которая не заявляла ходатайств о вызове в судебное заседание и о допросе данных лиц в качестве свидетелей стороны защиты, оснований для обеспечения явки указанных лиц у суда не имелось.

Ходатайство стороны защиты о допросе в судебном заседании свидетеля ДЕС, не указанной в обвинительном заключении, было удовлетворено, приняты меры для ее вызова в судебное заседание путем направления СМС-уведомлений, повестки, телефонных звонков, однако в суд она не явилась. Защита располагала сведениями о месте жительства свидетеля и самостоятельных мер к ее вызову не предпринимала, не был данный свидетель представлен стороной защиты и при апелляционном рассмотрении дела. Таким образом, суд никоим образом не нарушил право защиты на предоставление доказательств, не препятствовал в допросе свидетеля защиты.

Совокупность перечисленных в приговоре доказательств обоснованно признана судом достаточной для вывода о виновности осужденных.

Наличие квалифицирующего признака – «в особо крупном размере» по преступлениям в отношении ООО «Рефтранс», Потерпевший №2, ЗАА, Потерпевший №4, Потерпевший №5, а по преступлению в отношении Потерпевший №1 – «в крупном размере» нашло свое подтверждение в ходе судебного разбирательства. Установленный судом особо крупный и крупный размер определен на основании стоимости похищенных у потерпевших автомобилей и подтверждается исследованными судом доказательствами.

Согласно ч. 3 ст. 35 УК РФ преступление признается совершенным организованной группой, если оно совершено устойчивой группой лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений.

В отличие от группы лиц, заранее договорившихся о совместном совершении преступления, организованная группа характеризуется, в частности, устойчивостью, наличием в ее составе организатора (руководителя) и заранее разработанного плана совместной преступной деятельности, распределением функций между членами группы при подготовке к совершению преступления и осуществлении преступного умысла (абз. 2 п. 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 года N 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое»).

Указанные признаки судом по настоящему делу установлены, что опровергает доводы защиты о недоказанности такого обстоятельства.

Как верно отмечено в приговоре, в созданной ФИО2 группе роли были распределены ее организатором, который, определял конкретный объект посягательства, обеспечивал членов группы средствами и орудиями преступлений, непосредственно принимал участие в хищении имущества, руководил действиями членов группы.

При этом группа специализировалась в преступной деятельности на совершении краж автомобилей. Для реализации преступного умысла группа использовала единый план. Для достижения преступного результата применялись специальные технические устройства, транспортные средства, а также средства связи для координации действий и для обеспечения тайности хищений.

Об устойчивости и высокой степени организации группы также свидетельствуют, меры конспирации, единообразный способ совершения преступлений в отношении всех потерпевших, наличие четкого распределения ролей между соучастниками, узкая направленность преступной деятельности каждого из членов группы, подчиненная общей преступной цели, постоянство форм и методов преступной деятельности.

То обстоятельство, что Б.С.БГ. участвовал только в совершении одного преступления, само по себе не исключает квалификацию его действий с квалифицирующим признаком совершения преступлений организованной группой, поскольку не противоречит положениям ч. 3 ст. 35 УК РФ.

Надлежащим образом установив фактические обстоятельства дела, суд верно квалифицировал действия осужденного ФИО2 как пять самостоятельных преступлений, предусмотренных п.п. «а», «б» ч. 4 ст.158 УК РФ, и одного преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, действия осужденного Б.С.БВ. - по п.п. «а», «б» ч. 4 ст.158 УК РФ.

При назначении наказания судом учтены требования ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ, в том числе характер и степень общественной опасности преступлений, данные о личности осужденных, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденных и условия жизни их семей.

В качестве обстоятельств, смягчающих Б.С.БД. наказание, суд учел наличие у виновного трех малолетних детей, явку с повинной, активное способствование расследованию преступления, изобличению соучастников преступления (п.п. «г», «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ), признание вины, раскаяние в содеянном, положительные характеристики, оказание помощи близким родственникам, осуществление трудовой деятельности, а также состояние здоровья осужденного и его близких родственников.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО2, суд признал по каждому преступлению наличие у виновного малолетнего ребенка (п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ), положительные характеристики, осуществление трудовой деятельности, оказание помощи близким родственникам, состояние здоровья осужденного и его близких родственников, наличие несовершеннолетнего ребенка сожительницы (ч. 2 ст. 61 УК РФ).

Судебная коллегия не усматривает иных обстоятельств, кроме перечисленных в приговоре, которые должны быть признаны смягчающими наказание ФИО3 и ФИО2 на основании ч.1, ч. 2 ст.61 УК РФ.

В соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ обстоятельством, отягчающим наказание ФИО3 и ФИО2, суд признал рецидив преступлений, вид которого определил как опасный.

Наличие в действиях осужденных обстоятельства, отягчающего наказание, в силу прямого указания закона исключает обсуждение вопроса об изменении категории преступления на менее тяжкую и применение положений ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Правила назначения наказания, предусмотренные ч. 2 ст. 68 УК РФ, судом соблюдены.

Суд обосновал юридически значимые обстоятельства, касающиеся невозможности применения в отношении Б.С.БВ. и ФИО2 положений ч. 3 ст. 68 УК РФ, оснований не согласиться с этим судебная коллегия не находит.

Мотивируя вид и размер наказания, суд пришел к обоснованному выводу о возможности исправления осужденных только в условиях их изоляции от общества и не нашел оснований для применения положений ст.64, ч. 3 ст. 68, ст. 73 УК РФ, аргументировав свое решение об этом надлежащим образом.

Правила назначения окончательного наказания Б.С.БД. и В.М.АД., предусмотренные ч. 5 ст. 69 УК РФ судом соблюдены.

Вместе с тем приговор в отношении ФИО2 подлежит изменению по следующим основаниям.

Как усматривается из приговора, суд при назначении ФИО2 наказания на основании п. «г» ч. 1 ст. 63 УК РФ признал обстоятельством, отягчающим наказание, - особо активную роль в совершении преступления.

Судом установлено, что ФИО2, будучи организатором, руководил созданной им в целях хищения автомобилей группой, при этом он являлся и соисполнителем преступлений. С этой целью ФИО2 привлек к участию в организованной группе других лиц, определял их роли, координировал их действия, разработал преступный план действий, разрешал вопросы финансового и материально-технического обеспечения группы, принимал непосредственное участие в совершении хищений.

Между тем, организация совершения преступления и руководство его исполнением само по себе предполагает особо активную роль лица в совершении преступления и является признаком объективной стороны совершенных преступлений.

В соответствии с ч. 2 ст. 63 УК РФ, если отягчающее обстоятельство предусмотрено соответствующей статьей Особенной части УК РФ в качестве признака преступления, оно само по себе не может повторно учитываться при назначении наказания.

Несмотря на то, что ФИО2 одновременно являлся соисполнителем преступлений, иных обстоятельств, помимо вытекающих из функций организатора, позволяющих признать особо активную роль ФИО2 в совершении преступлений, судом в приговоре не приведено.

При таких обстоятельствах судебная коллегия приходит к выводу о необходимости исключения из приговора указания на отягчающее наказание ФИО2 обстоятельство, – особо активной роли в совершении преступлений.

Вносимое изменение влечет соразмерное смягчение наказания, назначенного ФИО2 как за данные преступления, так и по правилам ч.3 и ч. 5 ст. 69 УК РФ.

Вид исправительного учреждения, в котором осужденным надлежит отбывать наказание, определен верно в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Согласно протоколу судебного заседания, вопрос о взыскании с осужденного ФИО2 процессуальных издержек обсуждался в судебном заседании, ФИО2 было предоставлено право высказать свое мнение, имущественное положение осужденного и его семьи выяснялось.

Каких-либо обстоятельств, свидетельствующих о наличии предусмотренных ст. ст. 131, 132 УПК РФ оснований для освобождения осужденного от уплаты процессуальных издержек, установлено не было, не приведено таковых и суду апелляционной инстанции.

Постановленный приговор в целом является законным, обоснованным и справедливым, оснований для внесения в него иных изменений, помимо указанных выше, не имеется.

Учитывая вышеизложенное и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 20 января 2023 года в отношении ФИО2 изменить. Исключить из приговора признание в качестве обстоятельства, отягчающего наказание ФИО2, - особо активной роли в совершении преступлений.

Смягчить назначенное ФИО2 наказание:

- за каждое из пяти преступлений, предусмотренных п.п. «а, б» ч. 4 ст. 158 УК РФ, до 5 лет 5 месяцев лишения свободы;

- по преступлению, предусмотренному п. «а» ч. 4 ст. 158 УК РФ, до 4 лет 11 месяцев лишения свободы.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний назначить ФИО2 наказание в виде 8 лет 6 месяцев лишения свободы.

В соответствии ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенного наказания с наказанием, назначенным приговором Березовского городского суда Свердловской области от 26 февраля 2021 года окончательно В.М.АД. назначить наказание в виде 9 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы и представление – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу немедленно и может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1УПК РФ в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции, расположенный в г. Челябинске, в течение 6 месяцев со дня его вынесения, а осужденными, содержащимися под стражей, в тот же срок со дня получения копии определения.

Осужденные, содержащиеся под стражей, вправе ходатайствовать о своем участии в суде кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи: