Решение по делу № 2-922/2025 от 14.11.2025 - о лишении права на выплату страховой суммы и всех иных компенсационных выплат, пособий в связи с гибелью сына в ходе специальной военной операции в Украине.

26RS0020-01-2025-002002-93

№2-922/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

01 ноября 2025 года Кочубеевский районный суд Ставропольского края

в составе:

председательствующего судьи Рулева И.А.,

при секретаре судебного заседания Маковой Т.В.,

с участием:

помощника прокурора Кочубеевского района Черницына К.С.

представителей истца ФИО1 – ФИО2, ФИО3, действующих на основании доверенности <адрес>4 от 16.05.2025 года,

представителя ответчика ФИО6 – адвоката Чеховой М.М., представившей удостоверение № и ордера № от 18.08.2025 АК №1 г. Невинномысск СККА,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Кочубеевского районного суда гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО6 о лишении права на выплату страховой суммы и всех иных компенсационных выплат, пособий в связи с гибелью сына в ходе специальной военной операции в Украине,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО6 о лишении права на выплату страховой суммы и всех иных компенсационных выплат, пособий в связи с гибелью сына в ходе специальной военной операции в Украине, в котором указано, что она состояла в браке с ФИО6. 17 мая 2012 г. брак между ними бы прекращен, однако фактически они не проживали вместе с 2001 г. В указанном браке у них родился сын ФИО7. ДД.ММ.ГГГГ их сын, ФИО7, проходивший военную службу по контракту в войсковой части 95374, погиб при исполнении обязанностей военной службы при выполнении боевых задач в ходе специальной военной операции на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики и Украины. В случае гибели (смерти) военнослужащего в период прохождения военной службы, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, родители военнослужащего как члены семьи погибшего в равных долях имеют право на получение мер социальной поддержки, соответственно, в виде страховой суммы, единовременного пособия, единовременной выплаты. Ответчик должен быть лишен права на получение страховой суммы, единовременного пособия и единовременной выплаты, поскольку при жизни сына ответчик от исполнения обязанностей родителя уклонялся, с ребенком практически не общался, не занимался его воспитанием, материально не содержал, судьбой сына не интересовался, не предпринимал каких-либо мер для создания сыну условий жизни, необходимых для его физического, духовного и нравственного развития. Так, в 2001 г., ввиду непримиримых разногласий и агрессивного поведения со стороны ФИО8, она вместе с сыном ФИО7 переехала жить к ее маме ФИО18, они проживали по адресу: Чеченская Республика, <адрес>, в доме ее мамы. Фактически с 2001 г. она с ответчиком не проживала, и соответственно ее сын тоже. На расторжение брака она подала в 2012 г., обратившись с заявлением в суд. Ответчик не интересовался их сыном, материальной помощи не оказывал, не навещал ФИО7, не посещал школу, проживал в другом городе, не звонил сыну, не интересовался состоянием его здоровья, и вовсе уклонялся от отцовских обязательств. Их сын также не проявлял интереса к своему отцу, понимая, что отец в его жизни никакого участия не принимает. Так, ФИО7 обучался в образовательных учреждениях на территории <адрес> Республики, так как проживал совместно ней. В своих показаниях, свидетели Свидетель №1 и ФИО4, являющиеся учителями, классными руководителями ее сына в начальном и среднем классах, ее сын ФИО7 при прохождении обучения никогда не говорил о своем отце. Ответчик не являлся на школьные линейки, не посещал спортивных соревнований, в которых принимал участие их сын, не посещал родительские собрания. Также указанные свидетели пояснили, что ее сын в период обучения в школах не выезжал в другие регионы. Более того, в своих показаниях ФИО4 указала, что в сознательном возрасте поднимала разговор с ее сыном про отца, однако ее сын говорить про ответчика не захотел, и его разговор об отце расстроил. Более того, в книгах их семья значилась как «неполная». Также, их соседка ФИО5 в своих показаниях отразила информацию о том, что их семью она знает с августа 2001 г. Она также пояснила, в период нашего проживания в Чеченской Республике, никогда не видела, так как он не приезжал навещать сына. Также она пояснила, что ее сын при упоминании отца становился раздражительным, и негативно реагировал при упоминании об ответчике. Более того, в своих показаниях она отразила сведения о том, что даже когда ФИО7 получил травму, ответчик его не посещал, то есть не проявлял никакого интереса о его состоянии здоровья. Свидетель №2 указала, что хорошо знает их семью, а также ее сына и ответчика. Ответчика характеризует с негативной стороны, поскольку проживает с ним в одном населенном пункте. За ее сына сообщает, что он дружил с ее сыном, и указывает, что неохотно общается с отцом, и вынужден с ним находиться только по причине обучения в колледже. Также она указала, что ее сын сообщал ей, что не рад видеть своего отца. В своих показаниях, ее троюродная сестра, Свидетель №3 указала, что о случаях оказания материальной помощи ее сыну со стороны ответчика, она ничего не знает. Сам факт ее проживания вместе с сыном по адресу: Чеченская Республика, <адрес> 2001 по 2017 г. подтверждается актом № от 05 июня 2025 г., составленным исполняющим обязанности Главы администрации. Таким образом, ответчик не имеет прав на получения выплат в связи со смертью их сына. Ответчик не проявлял должной заботы о своем сыне, не оказывал ему моральную, физическую, духовную поддержку, не заботился о здоровье своего ребенка. Ответчик, проживая отдельно от своего ребенка, не предпринимал действий для участия в его воспитании и развитии. Она одна вырастила и воспитала сына. Сам по себе факт того, что ответчик не был лишен родительских прав в отношении своего сына, к уголовной либо административной ответственности за неисполнение родительских обязанностей не привлекался, не свидетельствует о надлежащем исполнении ответчиком обязанностей родителя. Материальную помощь ответчик своему сыну не оказывал. Таким образом, ответчик подлежит признанию утратившим право на получение выплаты страховой суммы, предусмотренной Федеральным законом от 28 марта 1998 г. № 52-ФЗ; выплаты единовременного пособия на основании Федерального закона от 7 ноября 2011г. № 306-ФЗ; единовременной выплаты, установленной Указом Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. № 98, и всех иных компенсационных выплат, подлежащих выплате членам семьи в связи с гибелью военнослужащего, поскольку в ином случае на стороне ответчика образуется неосновательное обогащение (ст. 1102 ГК РФ).

Просила суд лишить ФИО6 права (признать утратившим право) на выплату страховой суммы, предусмотренной Федеральным законом от 28 марта 1998 г. № 52-ФЗ; выплату единовременного пособия на основании Федерального закона от 7 ноября 2011г. № 306-ФЗ; единовременную выплату, установленную Указом Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. № 98, всех иных компенсационных выплат, подлежащих выплате членам семьи в связи с гибелью военнослужащего, и на меры социальной поддержки как родителя погибшего военнослужащего.

В ходе судебного разбирательства к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования, привлечено Министерство труда и социальной защиты населения Ставропольского края.

Истец ФИО1, надлежаще извещенная о месте и времени судебного разбирательства, в суд не явилась, не известила суд о причинах неявки, об отложении не ходатайствовала. Участвуя в судебном заседании 23.10.2025 года, истец ФИО1 поддержала заявленные исковые требования и просила их удовлетворить в полном объеме. Пояснила суду, что брак они расторгли в 2012 году, разошлись в 2001 году. Она уехала к маме с ребенком в Чечню, за этот период ответчик иногда помогал финансово. На алименты она не подавала после развода с 2001 по 2018, договоренность какая-то была. Договоренность была по поводу оплаты между ее мамой и Олегом, чтобы он помогал, он помогал сыну после того, как звонила ее мама. Он помогал раза три четыре за год. За все время с 6-7 летнего возраста до 17 лет раза четыре Влад был в гостях у отца не на долгий период, на месяц самое долго. Она всегда была инициатором поездок сына к отцу, звонила Олегу, просила. Возила на каникулы ФИО10 к отцу всегда она. В 2017 году Влад приехал к отцу проживать, у него прописался и пошел учиться в Невинномысский техникум и до сих пор там прописан и в армию пошел с Саратовского. Обучение в Невинномысском техникуме оплатил папа ФИО10. Сын жаловался на поведение отца, говорил, что папа постоянно пьяный, что не хочет там быть. Он его выгонял. Олег платил по 2-3 тысячи на сына, когда-никогда 5-6 тысяч перед школой. Во время совместной жизни она подавала на алименты, потом она отозвала исполнительный лист. Из принципиальных позиций она больше не подавала на алименты. Оснований лишить родительских прав Олега до исполнения ФИО10 17 лет не было. За время проживания у отца и учебы в колледже ей ФИО10 звонил и говорил, что нет кушать, папа на заработках, папа приезжал, скотине корм купил, макарон мешок и тушенку купил и уехал, она ФИО10 деньги присылала все время, чтобы он кушать купил. За неуспеваемость по математике был отчислен из Моздока. К папе поехать на учебу и жить. От отца никакие инициативы никогда не поступали, она всегда просила, чтобы на каникулы поехал. С 2001 года по совершеннолетие ФИО10 дважды кусала собака за голову, шрам с палец остался, второй раз за лицо, несколько швов накладывали. Отец у Владика об этом ничего не спрашивал, не интересовался. Когда она Владика отправляла на лето, всегда сначала оставляла ФИО10 у родственников, потом отец его забирал. Когда они еще вместе проживали, Владика очень сильно домашняя собака укусила, на все лицо, на весь лоб шрам, зашивали под наркозом, ФИО10 было 11 месяцев, но Олег только на следующий день к вечеру приехал. Внимания со стороны отца при всех этих случаях укусов собак не было. В малолетнем возрасте она ФИО10 никогда к родственникам не привозила и не оставляла. Были перечисления денег от Олега и тысяча и две по этим квитанциям в деле, может и были, она не помнит. По просьбе Олега она привозила ФИО10 в Невинку к Наташе.

Представители истца ФИО1 – ФИО2, ФИО3 в судебном заседании поддержали заявленные исковые требования и просили их удовлетворить.

Ответчик ФИО6, надлежаще извещенный о месте и времени судебного разбирательства, в суд не явился, не известил суд о причинах неявки, об отложении не ходатайствовал. В суд от ответчика ФИО6 поступили возражения на исковое заявление, в которых указано, что иск подлежал бы удовлетворению только в том случае, когда бы он отстранился от воспитания и содержания сына, когда бы неисполнение им обязанностей по воспитания и содержанию сына ФИО13 и возложение этого на истца свидетельствовали бы о нарушении равенства и соразмерности обязанностей их обоих, установленные не только законом, но и моралью. Доводы, изложенные в мотивировочной части иска о том, что он с 2001г. не принимал никакого участия в содержании, воспитании и развитии его сына ФИО13 являются надуманными, не соответствующими действительным обстоятельствам его отношения к ребёнку. Действительно, 17.05.2012г. их брак был прекращён в связи с тем, что ФИО1 изменяла ему. 18.02.2000г. у них родился сын Владислав. Спустя 6 месяцев после его рождения, ФИО1 оставила его ему и уехала со своим мужчиной в Чеченскую республику. Через месяц он поехал за ней и убедил её возвратиться в семью, чтобы сын не рос без матери. Они прожили до 2001г. включительно, но она снова нашла себе другого мужчину, и в конце 2001г. вместе с сыном уехала со Ставропольского края в Чеченскую республику. Он более не стал пытаться сохранять семью, и они пришли к соглашению, что он будет посылать деньги на содержание и развитие сына, для чего на тетрадном листочке он под её диктовку указал на какой счёт направлять ей деньги (оригинал записей прилагается). Некоторое время он направлял ей деньги по терминалу, часть чеков за 2014 и 2015 года он нашёл в семейном архиве, но они практически не читаемые в связи с утратой текста. Возможно, в этот период времени он уже отправлял деньги сыну на карточку, но любая экспертиза сможет установить получателя, дату и сумму перевода истцу. Затем он приобрёл телефон и стал переводить ей деньги через телефон, но некоторое время (в 2010г.) возникали трудности с переводом через Россельхозбанк, т.к. телефон устарел, отсутствовала какая-то функция, потому пришлось просить свою невестку (жену родного брата) ЛЕА направлять деньги для сына, которые он передавал ей. Когда он пришёл с Армии, в очередной его День рождения он сказал, что хочет с друзьями посидеть в кафе, для чего он со своей карты перечислил ему 20 000.00 руб. Были ситуации, когда у него не было вовремя зарплаты, то в этом случае он просил свою родную сестру ФИО9 перечислить истцу деньги, а потом он ей возвращал (платёжные документы от 2010г.прилагаются, в приложенной справке АльфаБанка отражена одна операция по возврату ей 3 000.00 руб. 15.01.2023г.). Направлял деньги до 2017г. каждый месяц, а если сын вдруг заболел либо нужны были ещё какие-то дополнительные затраты на него, то мог и по несколько раз переводить деньги в той сумме, как просила истец. После 2017г., когда он переехал к нему, и по 2025г. включительно тоже переводил либо передавал деньги по просьбе сына в любой заявленной им сумме: когда истцу, когда ему, как он говорил, так он и делал. Владислав в 2017г. переехал к нему жить, стал учиться в колледже НГГТИ, был зарегистрирован в его доме по указанному выше адресу, остаётся зарегистрированным и по сей день, что подтверждается справкой и записями в домовой книге. Он оплачивал за его учёбу, за медкнижки, покупал все необходимое из канцтоваров для учёбы, одежду, обувь и пр. Он оформил его в Казачество, которое он посещал. Проучился сын в колледже полтора года, а потом бросил, захотел пойти на службу в Армию. Немного поработал с ним в ООО «Красное Белое», потом в 2019г. он проводил его в Армию, организовал проводы за свои деньги с помощью его родных. Посылал ему деньги в Армию, только не помнит на какую карту банка. После Армии сын набрал много микрозаймов, кредитов, у него было много карт, точно помнит, что были карты Сбербанка, Альфа Банка, возможно и Россельхозбанка. Несколько раз по его просьбам направлял деньги, потом сын ему сказал, что все его счета заблокированы из-за долгов, просил перечислять его маме -истцу, то на карту его друзей, что он и делал. Незадолго до смерти 28.02.2025г. он попросил перечислить на имя истца 10 000.00 руб. на лекарства для него или матери, точно не помнит (справка АльфаБанка прилагается). Прилагает чеки о платежах для сына от 11.11.2022г., 04.12.2023г., 31.08.2024г. То есть и после достижения сыном 18 лет он продолжал перечислять ему деньги, а когда он приезжал к нему, то передавал наличными: сын очень любил всю его семью, особенно его отца, с удовольствием приезжал на все мероприятия и торжества, всегда делал на свой телефон фото со всеми родными ФИО11. Сохранившееся фото с его отцом, сделанное на телефон, тоже прилагается. Как-то у них, года два назад, состоялся разговор о причине развода с истцом, и в ходе разговора он сказал, что по словам его мамы она воспитывала его сама без его помощи, на что он принёс папку с большим количеством чеков о перечислении на его содержание алиментов, передал ему и сказал, чтоб забрал их себе и показал матери с соответствующими вопросами. Некоторая часть письменных доказательств исполнения его отцовских обязанностей оказались вне той папки и сохранились в семейном архиве среди прочих бумаг, которые и прилагаются к данному возражению. После получения им ранения он приезжал к нему в госпиталь, постоянно был с ним на связи, что подтверждается СМС-перепиской Влада с ним и его невесткой ФИО15 (распечатка сохранившихся текстов прилагается). Он говорил ему, что его готовят к награде. Они с ним никогда не теряли родственной связи, часто общались по телефонной связи со времени приобретения им телефона. После смерти сына он принял участие в похоронах, в том числе материально, что подтверждается банковскими данными на перевод 50 000.00 руб. от 08.05.2025г. и товарным чеком на венок. Таким образом, родственные связи между ним и сыном утрачены не были с момента распада семьи с 2001г., родительских прав в отношении сына лишён он не был, поскольку не было оснований для этого; алименты она не взыскивала, поскольку получала их ежемесячно. Он принимал активное участие в воспитании и развитии сына, обучении, предпринимал меры для создания сыну условий жизни, необходимых для его умственного и физического развития в период его обучения у них в колледже, оказывал моральную поддержку, когда он нуждался в этом (в основном говорили по телефону о его проблемах, когда он не жил с ним), содержал его материально с рождения и до его ухода из жизни. Семейные и родственные связи с его родными и близкими им не прерывались никогда. Согласно поименованным истцом в исковом заявлении норм права, он и истец имеют равное право на получение следующих компенсационных выплат: страховая сумма составляет 3 439 562.92 руб., каждому родителю по 1 719 781.46 руб., Федеральная - 5 159 344,37 руб., каждому родителю по 2 579 672.18 руб : Президентская - 5 000 000 руб., каждому по 2 500 000.00 руб.; дополнительно к Федеральным выплатам 3 000 000.00 руб. от региональной власти Ставропольского края, каждому по 1 500 000.00 руб. (в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 5 Закона Ставропольского края от 28.02.2023 г. № 18-кз «О дополнительных социальных гарантиях участникам специальной военной операции и мерах социальной поддержки членов их семей»; выплата остатка денежного довольствия; ежемесячная компенсация 24 000.00 руб.; сумма поощрения при награждении Госнаградой посмертно - 5 ежемесячных окладов - сумма выплаты на погребение составляет в среднем 51 552 рубля, на надгробие. Полагает, что только эти большие суммы компенсации и меркантильные интересы привели истца к обращению в суд с абсолютно ложными доводами об отношениях его к сыну, и наоборот, в надежде об отсутствии у него письменных доказательств обратного (вероятнее всего сын передал ей папку с чеками). Более того, она привлекает в качестве свидетеля ФИО12, с которой они на протяжении очень многих лет находятся в крайне неприязненных отношениях, дело даже доходило до полиции. Просит её объяснения не принимать во внимание по этому основанию, а также потому, что она не была предупреждена об уголовной ответственности за дачу ложных показаний. Также просит не принимать во внимание показания названных ею свидетелей, поскольку он их не знает, как и они его. Им доподлинно не может быть известно об их с сыном отношениях. Полагает, что и его сын не считался с их мнением и не делился с ними об их отношениях, их пояснения отчасти надуманы, отчасти продиктованы истцом. Когда он был у него в госпитале, то он ему тогда впервые сказал, что на заработанные им на СВО деньги он планирует погасить все свои долги перед банками, построить или купить ему большой дом, куда он будет приезжать со своей семьёй и пр. Тогда он ему ответил: «Ты главное вернись живым, а там вместе построим на его участке твой дом мечты, зачем покупать где-то землю». И именно потому, в случае положительного решения в его пользу, все полученные деньги он реализует на вот эту его мечту: он построит дом в память о нём, а часть денег он планирует перечислить на СВО. Никакие мировые сделки между ними заключены быть не могут. Он намерен воспользоваться правами родителя на получение причитающихся выплат в связи с гибелью его сына. На основании вышеизложенного, просит суд в удовлетворении искового заявления ФИО1 к нему отказать в объёме за необоснованностью доводов и притязаний.

Представитель ответчика ФИО6 – адвокат Чехова М.М. в судебном заседании возражала против заявленных требований, просила в их удовлетворении отказать. В письменных пояснениях указала, что исковые требования ФИО1 к ее доверителю ФИО6 считает необоснованными и не подлежащими удовлетворению, поддерживает доводы ее доверителя, изложенные в письменном возражении на иск. Собственно, доводы ответчика, которые были изложены в возражении, были подтверждены и самой ФИО1, которая в ходе судебного разбирательства просто сама же и опровергла указанные ею в мотивировочной части иска доводы, и, отвечая на вопросы участников заседания, не стала отрицать, что ее доверитель материально помогал, что на летние каникулы сын находился у отца, что, будучи несовершеннолетним, сын в 2017г. переехал к отцу, зарегистрировался в доме отца, стал учиться в колледже НГГТИ, на службу в Армию провожали ФИО13 из дома отца. Все это пояснили в суде свидетели со стороны ответчика, близкие родственники ответчика и Влада, которым доподлинно известна семейная жизнь большой и дружной семьи ФИО11, они не сторонние наблюдатели, не соседи. Доводы ее доверителя о недостоверности сведений, изложенных в мотивировочной части иска об отсутствии материальной и моральной помощи при воспитании сына, подтверждаются письменными доказательствами, которые хранятся в гражданском деле: ответом НГГТИ от 29.10.2025г. на ее запрос о периодах обучения ФИО13, платёжным распоряжением от 27.09.2017г. и кассовым чеком, из которых следует, что за обучение сына в НГГТИ оплатил отец, т.е, занимался вопросом получения образования, домовой книгой, содержащей сведения о регистрации ФИО13 в доме отца по сей день, адресной справкой ОМВД России «Кочубеевский» о месте регистрации сына сторон, чудом сохранившимися и тяжело читаемыми за 2014 и 2015 года чеками о переводах истцу денежных средств, при этом истец в суде не стала отрицать, что такие переводы могли быть. К великому сожалению банки не сохраняют истории банковских операций по счетам физических лиц более 7 лет, потому ответчику затруднительно было представить письменные доказательства о ежемесячном перечислении на счёт истца средств на содержание сына в период с 2001 г. и по 2018 года. Но истец не стала отрицать довод ответчика, изложенный в возражении, что между отцом и сыном состоялся разговор об участии в воспитании, что сын что-то рассказывал ей об том, но чеки она не видела. Ответчик действительно передал ему в руки папку с чеками о переводах, которые собирала мать ее доверителя, чтоб он доподлинно знал, что материальное участие в его воспитание отец точно принимал. Отвечая на ее вопросы, истец пояснила, что исполнительный лист о взыскании алиментов она отозвала, так как вроде была устная договорённость между ответчиком и её матерью, что ее доверитель будет посылать деньги. И самое главное для неё, как для адвоката, истец, отвечая на вопрос, категорично ответила, что поводов и оснований для лишения родительских прав ее доверителя не было. Она просит критически отнестись к пояснениям истца, что сын, находясь у отца с 2017 года, голодал, это надуманная позиция, такого не могло быть в априори, т.к. отец нёс ответственность за него, работал, имел заработок, более того: в доме большое хозяйство домашних животных и птиц, потому еды было более чем достаточно. Законодатель требует от родителей ребёнка не только материально содержать, но и участвовать в развитии его личности, образовании и прочее. По прошествии столь длительного времени ответчику тяжело было представить все до единого доказательства того, что после распада семьи он ежемесячно перечислял истцу денежные средства в том размере, в каком он мог, а по необходимости и более раз. Они также представили письменные доказательства, что и после достижения совершеннолетнего возраста и до самой гибели сына ее доверитель продолжал помогать ему материально, в подтверждение чего они представили платёжные документы. Ответчик принял участие в похоронах, перечислил истцу 50 000 руб. для организации похорон, купил венки, что подтверждается чеками по операциям, хранящимися в деле. Если бы отец отстранился от воспитания своего ребёнка до 18 лет, как было указано в иске, то стал бы он помогать сыну после совершеннолетия? Да нет, конечно. Но в данном случае ответчик любил своего сына, помогал материально, морально, оплачивал обучение, и до сих пор не снял его с регистрационного учёта, не удалил с телефона, говорит, что рука не поднимается сделать это. По результатам судебного разбирательства, которое прошло с участием истца, руководствуясь её правдивыми пояснениями на вопросы участников процесса, она просит суд расценить её досудебное поведение, как недобросовестное, которое выразилось в умышленном изложении в иске не соответствующих действительности фактов относительно истинного отношения ответчика к своему ребёнку до его совершеннолетия, с целью извлечь преимущество в получении компенсационных выплат единолично. Она просит суд принять во внимание позицию стороны ответчика и представленную им некоторую часть сохранившихся письменных доказательств, как за достоверные, а его поведение как добросовестное, поскольку иное истец не доказала. Ответчик не сумел полностью доказать ежемесячное содержание сына до 2018г. чеками о переводах либо банковской справкой, поскольку не имеет принципиальной возможности это в связи с истечением времени и непредсказуемости возникновения такого спора в 2025г. И на основании изложенного, принимая во внимание общеправовой принцип недопустимости злоупотребления сторонами имеющимися у них правами, она просит суд в удовлетворении искового заявления ФИО1 к ФИО6 отказать в полном объёме за необоснованностью требований, и в связи с целенаправленным недобросовестным поведением истца, которая, подавая иск с целью извлечь с помощью решения суда материальную выгоду в получении всех компенсационных выплат единолично, знала, что отец ребёнка в действительности ей помогал в содержании сына и в обучении, что от взыскания алиментов в принудительном порядке она отказалась из-за наличия устного соглашения о ежемесячном содержании сына, которое он выполнял, как она говорила с помощью её мамы, но пусть даже будет так, и точно знала, что оснований для лишения ее доверителя родительских прав в отношении сына не было: моральную и социальную связь отец и сын не теряли до конца его жизни, что подтверждается приложенным к возражению сканом СМС сообщений по телефону с Владиславом, где он написал тёте ЛЕА, что к нему приезжал в госпиталь папа. Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод охватывает существование семейных связей между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками. И вот в этом понимании не только сам отец ФИО13, но вся большая семья ФИО11 как до его совершеннолетнего возраста, так и после, до самого конца жизни тесно общались с ним, связь между ними не прерывалась никогда.

Представитель третьего лица Военного комиссариата города Невинномысска и Кочубеевского муниципального округа Ставропольского края, надлежаще извещенный о месте и времени судебного разбирательства, в суд не явился, направив отзыв на исковое заявление, в котором указано, что факт лишения ФИО6 права (признания утратившим право) на выплату страховой суммы, предусмотренной Федеральным законом Российской Федерации от 28 марта 1998 г. № 52- ФЗ; выплату единовременного пособия на основании Федерального закона Российской Федерации от 07 ноября 2011г. № 306-ФЗ; единовременную выплату, установленную Указом Президента Российской Федерации от 05 марта 2022 г. № 98, всех иных компенсационных выплат, подлежащих выплате членам семьи в связи с гибелью военнослужащего, и меры социальной поддержки как родителя погибшего военнослужащего может быть установлен только на основании доказательств, с достоверностью подтверждающих не выполнение Ответчиком требований изложенных в ст. ст. 61,63,69 Семейного Кодекса Российской Федерации. Такие доказательства могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей. Просят суд по исковому заявлению ФИО1 принять законное и обоснованное решение, с соблюдением норм материального и процессуального права, с учетом установленных по делу обстоятельств в соответствии с действующим законодательством, не вызывающих сомнений для обязательного обжалования судебного акта. Рассмотреть данное дело в отсутствии третьего лица - Военного комиссариата города Невинномысск и Кочубеевского муниципального округа Ставропольского края.

Представитель третьего лица по делу Министерства обороны РФ, надлежаще извещенный о месте и времени судебного разбирательства, в суд не явился, направив отзыв на исковое заявление, в котором указано, что в виду изложенного, а также с учётом целей правового регулирования мер социальной поддержки, предоставляемых родителям военнослужащего в случае его гибели (смерти) в период прохождения военной службы, направленных на возмещение родителям, которые длительное время надлежащим образом воспитывали военнослужащего, содержали его до совершеннолетия и вырастили защитником Отечества, нравственных и материальных потерь, связанных с его гибелью (смертью), лишение права на получение таких мер социальной поддержки возможно при наличии обстоятельств, которые могли бы служить основаниями к лишению родителей родительских прав, в том числе в случае злостного уклонения родителя от выполнения своих обязанностей по воспитанию и содержанию ребёнка. Просят суд принять по делу законное, обоснованное решение с соблюдением норм материального и процессуального права, с учетом установленных по делу обстоятельств.

Представитель третьего лица Министерства труда и социальной защиты населения Ставропольского края, надлежаще извещенный о месте и времени судебного разбирательства, в суд не явился, направив отзыв на исковое заявление, в котором указано, что право членов семьи погибшего (умершего) участника специальной военной операции, ФИО7, на получение мер социальной поддержки будет определяться на основании представленных документов в соответствии с Законом Ставропольского края № 18-кз и Порядком, с учетом решения Кочубеевского районного суда об удовлетворении искового заявления ФИО1 или об отказе в его удовлетворении, принятого на основании представленных истцом и ответчиком доказательств. Просит суд в соответствии со статьей 167 ГПК РФ рассмотреть исковое заявление ФИО1 к ФИО6 о признании родителя утратившим право на получение выплат, подлежащих выплате членам семьи в связи со смертью военнослужащего, без участия их представителя.

Представители третьих лиц командира войсковой части 95374, Военного комиссариата городского округа Прохладный, Прохладненского и Майского районов Кабардино-Балкарской Республики, Страховой группы «СОГАЗ», надлежаще извещенные о месте и времени судебного разбирательства, в суд не явились, не известили суд о причинах неявки, об отложении не ходатайствовали.

На основании ст.167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствии неявившихся сторон.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО19 пояснил суду, что он был тесно знаком с Владиславом и Еленой с 2011 по 2018 год до призыва ФИО13 в Армию и на присягу ездил к нему в Калужскую область. Отец за все это время пару раз звонил ему и мать даже заставляла ФИО13 брать телефон. Чтобы лично отец приезжал он не видел. Об оказываемой помощи от отца он не слышал. Мама и бабушка занимались его воспитанием. Два раза отец звонил Владиславу и это было на его день рождения, чтобы отец привозил подарки, он не видел. Летом 2013 года он возил ФИО13 к тете в Невинномысск, через пару дней забрали его, т.к. он жаловался. Привозил он ФИО13 в Невинномысск к тете, а не к отцу, он говорил, что не хочет там быть, хочет домой. К отцу с 2011 по 2018 год Владислав не ездил. На присяге отца не было.

Свидетель ФИО9 в судебном заседании показала суду, что она родная сестра ФИО8. После того, как супруги ФИО11 разошлись, примерно с семилетнего возраста Владислав приезжал к отцу на летние каникулы почти каждый год и проводил часть летних каникул у отца. В армию ФИО10 уходил с Саратовского. После развода Олег перечислял деньги Алене - матери ФИО10. Иногда у Олега не получалось отправить деньги, банк не принимал, он давал ей деньги и она через Ставрополь отправляла Алене. За учебу в колледже Олег оплачивал, насколько ей известно. Когда ФИО10 приезжал на лето в Саратовский, он находился на обеспечении отца. Олег участвовал в похоронах, перевел деньги. Когда ФИО10 приезжал на лето к отцу и Олег работал, ФИО10 все равно оставался под присмотром, у них в Саратовском очень много родственников. Олег деньги перечислял Алене регулярно, так он ей говорил. Мог перечислить больше чем они договорились, если ему звонили и просили, например, одеть ребенка к школе. У них была договоренность о переводе какой-то суммы ежемесячно, поэтому Алена не подавала на алименты. На лето к отцу ФИО10 привозила мама.

Свидетель ФИО20 в судебном заседании показал суду, что он отец ФИО8. После развода невестка сына забрала, уехала в Чечню, потом она переправляла сына со времени, когда он еще и в школу не ходил и потом в Саратовский каждое лето на лето и на летние каникулы. ФИО10 с ними всеми родственниками общался очень хорошо. Он в Саратовский приезжал каждое лето из Курска и ФИО10 всегда был в Саратовском у отца. Олег всегда перечислял деньги на сына, как часто не знает, но помогал точно, Олег ему говорил об этом. Моральную связь отец и сын никогда не теряли, он с ним жил и потом они работали вместе, моральная связь у них была до конца. Когда ФИО10 приезжал на каникулы и оставался у отца, кроме Олега там никто не проживал и не проживает в этом доме.

Свидетель ЛЕА в судебном заседании показала суду, что она замужем за старшим братом Олега. Отношения у ФИО10 с отцом были хорошие. Разошлись они где-то в 2000 году. Когда ФИО10 было полтора годика Лена устраивала свою личную жизнь, а Владика отдавала к ним на Саратовский нянчить на месяц. Потом в школьное время ФИО10 приезжал на лето на Саратовский, на первое сентября строго отец всегда одевал ФИО10, деньги посылал. На летние каникулы приезжал, после новогодних каникул был, он находился в основном у нее. На летние каникулы ФИО10 всегда приезжал на 2,5 месяца всегда. Жил на летних каникулах с отцом и к ним приходил к своим братьям и сестрам к ее детям. Мать всегда ФИО10 привозила на Саратовский. Потом ФИО10 в колледже учился здесь, жил с отцом, когда отец уезжал на заработки к ним приходил, она ему помогала. Отец оплачивал учебу Влада. Материальная и моральная связь между Владиком и Олегом никогда не прекращалась, после совершеннолетия ФИО10 решил к отцу вернуться жить, был прописан у отца. К матери ФИО10 не хотел, говорил, что не находил общего языка с отчимом. Похоронка пришла и отцу и матери. Она в этой семье с 2000 года, вышла замуж за ФИО11, ФИО10 было тогда 4 месяца. Она все время проживала в Саратовском, фотографий нет, у родителей дом горел, они поплавились, телефоны меняются то один, то другой. Фотоаппаратов у них не было. Видела и квитанции и чеки, что Олег посылал деньги на ФИО10, каждый месяц присылал, иногда и каждую неделю, когда ему звонили то на курточку, то на еще что-то. Она в хороших отношениях и с Еленой, она сама и подтверждала, что от Олега деньги приходят на ФИО10. Олег ездил к сыну в Чечню перед школой или когда забрать, или Елена сама привозила. Олег в школу к ФИО10 не ходил.

Свидетель ФИО4 в судебном заседании пояснила суду, что она являлась классным руководителем ФИО10 с 5 по 9 класс. С отцом Владика она никогда не виделась, только мама и бабушка приходили в школу. Беседы об отце они не вели, только анкету заполняли в 5 классе. Летние каникулы он проводил дома с мамой чаще всего, по их улице дети на пруд ходят, он забегал к ней проходя мимо. После школы они с ним виделись, общались иногда, об отце он не говорил, о подарках она не слышала от отца. В школу ФИО10 ходил всегда опрятный, мама молодец, следила за ним и на родительские собрания всегда приходила.

Свидетель ФИО5 в судебном заседании пояснила суду, что она соседка истца напротив в ст.Ищерской. Виделись каждый день. Она знакома с Еленой и Владиком, они приехали к матери когда ФИО10 было 1,5 года. Олега она не знает и никогда не видела, он не появлялся там никогда. С Еленой у них хорошие отношения. ФИО10 практически всегда обеспечивала мать ФИО14, бабушка ФИО10. Даже одни носки Олег не купил сыну. Проживали у матери ФИО14 всегда они с Владиком. На отца ФИО10 был всегда обиженный, он ему никогда не помогал и ничего не давал. Елена работала, ходила по шабашкам, потом устроилась в Энергосбыт, чтобы обеспечивать ребенка, но всегда бабушка их обеспечивала. При ней никаких бесед ФИО10 с отцом не было. ФИО10 на летние каникулы к отцу никогда не уезжал, но когда учиться поехал после школы, прописался там, звонил Елене вышли денег, я голодный. Она продукты посылала посылкой и деньги.

Свидетель Свидетель №3 в судебном заседании пояснила суду, что является троюродной сестрой ФИО1 С Владиком виделась, когда он маленьким был в 2003 году, потом больше общались по телефону и она в курсе была, что происходит. С ФИО8 не была знакома и никогда не видела. О взаимоотношениях Влада с отцом она не знает, со слов знает, что отец с ним не общался. ФИО10 на день рождения он деньги перечислял. Она не знает, просила ли алименты Елена у Олега. Владислав на отца ей не жаловался. Не знает, приезжал ли ФИО10 к Олегу на летние каникулы.

Заслушав участников процесса, свидетелей, изучив материалы гражданского дела, выслушав заключение прокурора по делу, полагавшего, что отец ФИО13 принимал непосредственное участие в воспитании сына, в связи с чем просил отказать в удовлетворении исковых требований, суд приходит к следующему.

Согласно ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается в обоснование своих требований и возражений.

Российская Федерация - это социальное государство, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека. В Российской Федерации охраняется труд и здоровье людей, устанавливается гарантированный минимальный размер оплаты труда, обеспечивается государственная поддержка семьи, материнства, отцовства и детства, инвалидов и пожилых граждан, развивается система социальных служб, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты (ст. 7 Конституции Российской Федерации). Каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (ч. 1 ст. 39 Конституции Российской Федерации).

Положениями п. 1 ст. 969 ГК РФ определено, что в целях обеспечения социальных интересов граждан и интересов государства законом может быть установлено обязательное государственное страхование жизни, здоровья и имущества государственных служащих определенных категорий. Обязательное государственное страхование осуществляется за счет средств, выделяемых на эти цели из соответствующего бюджета министерствам и иным федеральным органам исполнительной власти (страхователям).

Обязательное государственное страхование осуществляется непосредственно на основании законов и иных правовых актов о таком страховании указанными в этих актах государственными страховыми или иными государственными организациями (страховщиками) либо на основании договоров страхования, заключаемых в соответствии с этими актами страховщиками и страхователями (п. 2 ст. 969 ГК РФ).

Согласно п. 2 ст. 1 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» военнослужащие обладают правами и свободами человека и гражданина с некоторыми ограничениями, установленными названным федеральным законом, федеральными конституционными законами и федеральными законами. На военнослужащих возлагаются обязанности по подготовке к вооруженной защите и вооруженная защита Российской Федерации, которые связаны с необходимостью беспрекословного выполнения поставленных задач в любых условиях, в том числе с риском для жизни. В связи с особым характером обязанностей, возложенных на военнослужащих, им предоставляются социальные гарантии и компенсации.

Военнослужащие и граждане, призванные на военные сборы, подлежат обязательному государственному личному страхованию за счет средств федерального бюджета. Основания, условия и порядок обязательного государственного личного страхования указанных военнослужащих и граждан устанавливаются федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (п. 1 ст. 18 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих»).

Условия и порядок осуществления обязательного государственного страхования жизни и здоровья военнослужащих и иных приравненных к ним лиц определены в Федеральном законе от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации» (далее - Федеральный закон от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ).

Исходя из положений ст. 1 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ к застрахованным лицам по обязательному государственному страхованию относятся и военнослужащие, за исключением военнослужащих, военная служба по контракту которым в соответствии с законодательством Российской Федерации приостановлена.

В случае смерти (гибели) застрахованного лица выгодоприобретателями по обязательному государственному страхованию являются, в том числе родители (усыновители) застрахованного лица и дети застрахованного лица старше 18 лет, ставшие инвалидами до достижения ими возраста 18 лет (п. 3 ст. 2 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ).

В ст. 4 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ названы страховые случаи при осуществлении обязательного государственного страхования военнослужащих и приравненных к ним лиц, среди них гибель (смерть) застрахованного лица в период прохождения военной службы, службы, военных сборов.

В ст. 5 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ определены страховые суммы, выплачиваемые выгодоприобретателям.

Федеральным законом от 7 ноября 2011 года № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» (далее - Федеральный закон от 7 ноября 2011 года № 306-ФЗ) также установлены отдельные виды выплат в случае гибели (смерти) военнослужащих.

В соответствии с положениями ч. 9 ст. 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 года № 306-ФЗ в случае гибели (смерти) военнослужащего или гражданина, призванного на военные сборы, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, либо смерти, наступившей вследствие военной травмы, каждому члену его семьи выплачивается ежемесячная денежная компенсация.

Согласно п. 2 ч. 11 ст. 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 года № 306-ФЗ членами семьи военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, или инвалида вследствие военной травмы, имеющими право на получение единовременного пособия, предусмотренного ч. 8 данной статьи, и ежемесячной денежной компенсации, установленной ч.ч. 9 и 10 этой же статьи, независимо от нахождения на иждивении погибшего (умершего, пропавшего без вести) кормильца или трудоспособности считаются, в том числе родители военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, или инвалида вследствие военной травмы.

Указом Президента Российской Федерации от 05.03.2022 года № 98 установлены дополнительные социальные гарантии военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей.

В соответствии с подпунктом «а» п. 1 Указа Президента Российской Федерации от 05.03.2022 года № 98 в случае гибели (смерти) военнослужащих, лиц, проходящих службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации и имеющих специальное звание полиции, принимавших участие в специальной военной операции на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики и Украины, военнослужащих, выполнявших специальные задачи на территории Сирийской Арабской Республики, либо смерти указанных военнослужащих и лиц до истечения одного года со дня их увольнения с военной службы (службы), наступившей вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных ими при исполнении обязанностей военной службы (службы), членам их семей осуществляется единовременная выплата в размере 5 млн. рублей в равных долях. При этом учитывается единовременная выплата, осуществленная в соответствии с подпунктом «б» настоящего пункта. Категории членов семей определяются в соответствии с частью 1.2 статьи 12 Федерального закона от 19 июля 2011 года № 247-ФЗ «О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и частью 11 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 года № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат». При отсутствии членов семей единовременная выплата осуществляется в равных долях полнородным и неполнородным братьям и сестрам указанных военнослужащих и лиц.

Военная служба, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, представляет собой особый вид государственной службы, непосредственно связанной с обеспечением обороны страны и безопасности государства и, следовательно, осуществляемой в публичных интересах; лица, несущие такого рода службу, выполняют конституционно значимые функции: военнослужащий принимает на себя бремя неукоснительно, в режиме жесткой военной дисциплины исполнять обязанности военной службы, которые предполагают необходимость выполнения поставленных задач в любых условиях, в том числе сопряженных со значительным риском для жизни и здоровья.

Этим определяется особый правовой статус военнослужащих, проходящих военную службу как по призыву, так и в добровольном порядке по контракту, содержание и характер обязанностей государства по отношению к ним и их обязанностей по отношению к государству, что - в силу Конституции Российской Федерации, в частности ее статей 2, 7, 39 (части 1 и 2), 41 (часть 1), 45 (часть 1), 59 (части 1 и 2) и 71 (пункты «в», «м»), - обязывает государство гарантировать им материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни или здоровью в период прохождения военной службы (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2002 года № 17-П, от 20 октября 2010 года № 18-П, от 17 мая 2011 года № 8-П, от 19 мая 2014 года № 15-П, от 17 июля 2014 года № 22-П, от 19 июля 2016 года № 16-П).

В случае гибели военнослужащего при исполнении воинского долга или смерти вследствие ранения, травмы, контузии, полученных при исполнении обязанностей военной службы, Российская Федерация как социальное государство принимает на себя обязательства по оказанию социальной поддержки членам его семьи, исходя из того, что их правовой статус производен от правового статуса самого военнослужащего и обусловлен спецификой его служебной деятельности.

Публично-правовой механизм возмещения вреда, причиненного гибелью (смертью) военнослужащего, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, в том числе по призыву, членам его семьи в настоящее время включает в себя, в частности, пенсионное обеспечение в виде пенсии по случаю потери кормильца, назначаемой и выплачиваемой в соответствии с пенсионным законодательством Российской Федерации (п. 1 ст. 25 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих»), и страховое обеспечение по государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих (п. 3 ст. 2, ст. 4 и п. 2 ст. 5 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации»).

К элементам публично-правового механизма возмещения вреда, причиненного членам семьи военнослужащего в связи с его гибелью (смертью) при исполнении обязанностей военной службы, относятся и такие меры социальной поддержки, как единовременное денежное пособие и ежемесячная денежная компенсация, предусмотренные ч.ч. 8-10 ст. 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 года № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат».

При определении круга членов семьи погибшего (умершего) военнослужащего, имеющих право на названные выплаты, федеральный законодатель, действуя в рамках своих дискреционных полномочий, исходил, в частности, из целевого назначения данных выплат, заключающегося в восполнении материальных потерь, связанных с утратой возможности для этих лиц как членов семьи военнослужащего получать от него, в том числе в будущем, соответствующее содержание.

Таким образом, установленная федеральным законодателем система социальной защиты членов семей военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, направлена на максимально полную компенсацию связанных с их гибелью материальных потерь.

Такое правовое регулирование, гарантирующее родителям военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы (сотрудников органов внутренних дел, погибших при исполнении служебных обязанностей), названные выплаты, имеет целью не только восполнить связанные с этим материальные потери, но и выразить от имени государства признательность гражданам, вырастившим и воспитавшим достойных членов общества - защитников Отечества (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июля 2014 года № 22-П, от 19 июля 2016 года № 16-П).

Из приведенных нормативных положений и правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации следует, что законодатель, гарантируя военнослужащим, выполняющим конституционно значимые функции, связанные с обеспечением обороны страны и безопасности государства, общественного порядка, законности, прав и свобод граждан, материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни или здоровью, установил и систему мер социальной поддержки членов семьи военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы. К числу таких мер относятся страховое обеспечение по государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих, единовременное денежное пособие, ежемесячная денежная компенсация, которые подлежат выплате, в том числе родителям военнослужащего в случае его гибели (смерти) при исполнении обязанностей военной службы. Цель названных выплат - компенсировать лицам, в данном случае родителям, которые длительное время надлежащим образом воспитывали военнослужащего, содержали его до совершеннолетия и вырастили достойного защитника Отечества, нравственные и материальные потери, связанные с его гибелью при выполнении обязанностей военной службы, осуществляемой в публичных интересах.

Исходя из целей названных выплат, а также принципов равенства, справедливости и соразмерности, принципа недопустимости злоупотребления правом как общеправового принципа, выступающих, в том числе критериями прав, приобретаемых на основании закона, указанный в нормативных правовых актах, в данном случае в ст. 5 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ и в ст. 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 года № 306-ФЗ, круг лиц, имеющих право на получение мер социальной поддержки в случае гибели военнослужащего при исполнении обязанностей военной службы, среди которых родители такого военнослужащего, не исключает различий в их фактическом положении и учета при определении наличия у родителей погибшего военнослужащего права на меры социальной поддержки в связи с его гибелью их действий по воспитанию, физическому, умственному, духовному, нравственному, социальному развитию и материальному содержанию такого лица и имеющихся между ними фактических родственных и семейных связей.

Согласно ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Семейная жизнь в понимании ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Конвенция о правах ребенка (одобрена Генеральной Ассамблеей ООН 20 ноября 1989 года) возлагает на родителя (родителей) или других лиц, воспитывающих ребенка, основную ответственность за обеспечение в пределах своих способностей и финансовых возможностей условий жизни, необходимых для его развития (п. 1 ст. 18, п. 2 ст. 27).

Забота о детях, их воспитание - равное право и обязанность родителей (ч. 2 ст. 38 Конституции Российской Федерации).

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (п. 1 ст. 1 СК РФ).

Согласно п. 1 ст. 61 СК РФ родители имеют равные права и несут равные обязанности в отношении своих детей (родительские права).

Родители имеют право и обязаны воспитывать своих детей. Родители несут ответственность за воспитание и развитие своих детей. Они обязаны заботиться о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии своих детей (п. 1 ст. 63 СК РФ).

Родитель, проживающий отдельно от ребенка, имеет право на общение с ребенком, участие в его воспитании и решении вопросов получения ребенком образования (п. 1 ст. 66 СК РФ).

Родитель, проживающий отдельно от ребенка, имеет право на получение информации о своем ребенке из образовательных организаций, медицинских организаций, организаций социального обслуживания и аналогичных организаций. В предоставлении информации может быть отказано только в случае наличия угрозы для жизни и здоровья ребенка со стороны родителя. Отказ в предоставлении информации может быть оспорен в судебном порядке (п. 4 ст. 66 СК РФ).

Согласно абз. второму ст. 69 СК РФ родители (один из них) могут быть лишены родительских прав, если они уклоняются от выполнения обязанностей родителей, в том числе при злостном уклонении от уплаты алиментов.

Родители, лишенные родительских прав, теряют все права, основанные на факте родства с ребенком, в отношении которого они были лишены родительских прав, в том числе право на получение от него содержания (статья 87 Кодекса), а также право на льготы и государственные пособия, установленные для граждан, имеющих детей (п. 1 ст. 71 СК РФ).

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 ноября 2017 года № 44 «О практике применения судами законодательства при разрешении споров, связанных с защитой прав и законных интересов ребенка при непосредственной угрозе его жизни или здоровью, а также при ограничении или лишении родительских прав» разъяснено, что Семейный кодекс Российской Федерации, закрепив приоритет в воспитании детей за их родителями, установил, что родительские права не могут осуществляться в противоречии с интересами ребенка; при осуществлении родительских прав родители не вправе причинять вред физическому и психическому здоровью детей, их нравственному развитию, а способы воспитания детей должны исключать пренебрежительное, жестокое, грубое, унижающее человеческое достоинство обращение, оскорбление или эксплуатацию детей (пункт 1 статьи 62, пункт 1 статьи 65 Семейного кодекса Российской Федерации). Родители, осуществляющие родительские права в ущерб правам и интересам ребенка, могут быть ограничены судом в родительских правах или лишены родительских прав (пункт 1 статьи 65, статья 69, статья 73 Семейного кодекса Российской Федерации) (абз. первый, второй п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 ноября 2017 года № 44).

Лишение родительских прав является крайней мерой ответственности родителей, которая применяется судом только за виновное поведение родителей по основаниям, указанным в статье 69 Семейного кодекса Российской Федерации, перечень которых является исчерпывающим (абз. первый п. 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 ноября 2017 года № 44).

В соответствии со ст. 69 СК РФ родители (один из них) могут быть лишены судом родительских прав, если они уклоняются от выполнения обязанностей родителей, в том числе при злостном уклонении от уплаты алиментов.

Уклонение родителей от выполнения своих обязанностей по воспитанию детей может выражаться в отсутствии заботы об их здоровье, о физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, обучении.

Из приведенных положений семейного законодательства в их взаимосвязи с нормативными предписаниями Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Конвенции о правах ребенка, а также разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что семейная жизнь предполагает наличие тесной эмоциональной связи между ее членами, в том числе между родителями и детьми, взаимную поддержку и помощь членов семьи, ответственность перед семьей всех ей членов. При этом основной обязанностью родителей в семье является воспитание, содержание, защита прав и интересов детей. Поскольку родители несут одинаковую ответственность за воспитание и развитие ребенка, данная обязанность должна выполняться независимо от наличия или отсутствия брака родителей, а также их совместного проживания. Невыполнение по вине родителей родительских обязанностей, в том числе по содержанию детей, их материальному обеспечению, может повлечь для родителей установленные законом меры ответственности, среди которых лишение родительских прав. В числе правовых последствий лишения родительских прав - утрата родителем (родителями) права на льготы и государственные пособия, установленные для граждан, имеющих детей.

Таким образом, права родителя, в том числе на получение различных государственных пособий и выплат, основанных на факте родства с ребенком, не относятся к числу неотчуждаемых прав гражданина, поскольку законом предусмотрена возможность лишения гражданина такого права в случае уклонения от выполнения им обязанностей родителя.

Ввиду изложенного, а также с учетом требований добросовестности, разумности и справедливости, общеправового принципа недопустимости злоупотребления правом, целей правового регулирования мер социальной поддержки, предоставляемых родителям военнослужащего в случае его гибели (смерти) при исполнении обязанностей военной службы, направленных на возмещение родителям, которые длительное время надлежащим образом воспитывали военнослужащего, содержали его до совершеннолетия и вырастили достойным защитником Отечества, нравственных и материальных потерь, связанных с его гибелью, лишение права на получение таких мер социальной поддержки возможно при наличии обстоятельств, которые могли бы служить основаниями к лишению родителей родительских прав, в том числе в случае злостного уклонения родителя от выполнения своих обязанностей по воспитанию и содержанию ребенка.

Согласно материалов дела, стороны состояли в зарегистрированном браке, который прекращен 17.05.2012 года, что подтверждается свидетельством о расторжении брака I-ОЖ №, (л.д. 36, Т.1). Но как указывают стороны, они не проживали совместно с 2001 года, т.е. прекратили семейные отношения в 2001 году.

В период брака 18.02.2000 года у сторон родился сын ФИО7. Свидетельство о рождении I-ДН №, (л.д. 37, Т.1). После прекращения семейных отношений ребенок уехал с матерью для проживания в Чеченскую Республику к матери истца.

16 апреля 2025 года ФИО7, проходивший военную службу по контракту в войсковой части 95374, погиб при исполнении обязанностей военной службы при выполнении боевых задач в ходе специальной военной операции на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики и Украины. Свидетельство о смерти серии I-ВЕ №, (л.д. 38, Т.1).

Истец, обращаясь с настоящим иском в суд, считает, что ответчик ФИО6 не имеет право на получение выплат в связи со смертью их сына, в связи с тем, что он ненадлежащим образом исполнял свои родительские права и уклонился от воспитания сына.

Истец пояснила, что после прекращения брака она обращалась с заявлением о взысканием алиментов, но потом отозвала исполнительный лист.

После расторжения брака истец не обращалась в суд с заявлением о взыскании алиментов с ФИО6 на содержание несовершеннолетнего ребенка ФИО7, так как была устная договоренность о том, что ответчик самостоятельно будет перечислять деньги на содержание сына, о чем в судебном заседании сообщила сама истец.

Истец не отрицает того факта, что ответчик ФИО6 переводил денежные средства на содержание сына. Кроме того, она пояснила, что сын на летние каникулы приезжал к отцу, она самостоятельно его привозила.

Как утверждает истец, её сын Владислав обучался в образовательных учреждениях на территории <адрес> Республики, по месту проживания.

Согласно архивной справке №67 от 09.09.2025 года, выданной директором ГБПОУ «Моздокский аграрно-промышленный техникум» ФИО7 обучался в данном учреждении с 01.09.2015 года по 21.01.2017 года, (л.д. 58, Т.2).

Ответчик, опровергая доводы истца, указал, что он ежемесячно направлял истцу деньги на содержание сына самостоятельно, а также с помощью своей невестки ФИО15 В подтверждении доводов ответчиком представлены платежные документы, которые частично не читаемы из-за прошествия длительного периода времени.

Как утверждает ответчик, в 2017 году его сын Владислав переехал к нему для проживания и обучения в колледже НГТТИ г. Невинномысска, которое он и оплачивал, что истцом не опровергается.

В соответствии со справкой ГАОУВО «Невинномысский государственный гуманитарно-технический институт» (НГГТИ) № от 29.10.2025 года, ФИО7 был зачислен в данное учреждения для обучения с 22.08.2017 года на очную форму обучения. Приказом от 25.01.2019 года переведен на заочную форму обучения. Приказом от 21.06.2019 года предоставлен академический отпуска с 26.06.2019 по 25.06.2020. Отчислен приказом №1221-с от 03.07.2020 как не вышедший из академического отпуска, (л.д. 107, Т.2).

Согласно домовой книги и адресной справки №3790954190 от 08.02.2024 года, выданной ОМВД РФ «Кочубеевский» ФИО7 с 02.02.2017 года по настоящее время зарегистрирован по адресу: <адрес>А, в доме своего отца, (л.д. 110-113, Т.1).

Суду стороной ответчика представлены платежные документы, согласно которых ФИО6 и после совершеннолетия ФИО13 продолжал помогать ему материально.

Так, согласно чеку по операции 11.11.2022 года Олег ФИО16 перечислил Владиславу Олеговичу Л. 3000 рублей. Согласно чека по операции от 04.12.2023 года Олег ФИО16 перечислил Елене Георгиевне Щ. 3000 рублей. Согласно чека по операции от 31.08.2024 года Олег ФИО16 перечислил Елене Георгиевне Щ. 600 рублей. Согласно чека по операции от 28.02.2025 года Олег ФИО16 перечислил Елене Георгиевне Щ. 10000 рублей, (л.д. 104-107, Т.1).

Все свидетели со стороны ответчика подтвердили тот факт, что отец погибшего ФИО7 – ФИО6 никогда не терял связь с сыном, несмотря на удаленность проживания в малолетнем возрасте ФИО13. На летние каникулы всегда приезжал к отцу в х. Саратовский Кочубеевского района. Был близок со всеми родственниками отца, в том числе с дедушкой, тетей, двоюродными братьями и сестрами.

Свидетели также пояснили, что в армию Владислав уходил от отца из х. Саратовского.

Данные свидетельские показания со стороны ответчика в судебном заседании истец не опровергла, а подтвердила самостоятельно.

После заключения контракта для участия в специальной военной операции на территории Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики и Украины отец также поддерживал связь с сыном, что подтверждается представленными скриншотами переписок отца и сына, (л.д. 114-117, Т.1).

Кроме того, после ранения ФИО7 и нахождения его на лечении, его отец ФИО6 приезжал его проведывать в госпиталь, что также подтверждается скриншотами переписок на л.д. 119, Т.1.

На похороны сына ответчик перечислил истцу денежные средства в размере 50000 рублей, что подтверждается чеком по операции от 08.05.2025 года, (л.д. 108 Т.1). Кроме того, ответчиком приобретены похоронные принадлежности (венок и т.д.) на сумму 13200 рублей, что подтверждается товарным чеком от 07.05.2025 года, (л.д. 109, Т.1).

Суд выслушав стороны и свидетелей, считает, что доводы истца о злостном уклонении ФИО6 от выполнения обязанностей родителя по отношению к сыну ФИО17 не нашли своего подтверждения в судебном заседании, поскольку ФИО6 не был лишен родительских прав в отношении сына ФИО13, оснований для лишения его родительских прав не имелось, что подтвердила в судебном заседании сама истец. Родственную связь отец с сыном никогда не терял, общался с ним, поддерживал и морально и материально. В период жизни ФИО13 с 2017 года до ухода в армию проживал у отца.

К показаниям свидетелей со стороны истца суд относится критически, так как они все проживают удаленно от ответчика ФИО6, не знают его и не могут объективно давать оценку его родительским обязанностям в отношении сына ФИО13.

Лишение прав на получение мер социальной поддержки возможно при наличии обстоятельств, которые могли бы служить основаниями к лишению родителей родительских прав, в том числе в случае злостного уклонения родителя от выполнения своих обязанностей по воспитанию и содержанию ребенка.

Из представленных доказательств следует, что ответчик ФИО6 принимал участие в воспитании сына, оказывал ему моральную, духовную поддержку, помогал материально. Между ответчиком и сыном были семейные и родственные отношения, они общались по телефону и лично, сын периодически проживал у отца, что подтверждается показаниями свидетелей, истца, материалами дела. Отец интересовался жизнью сына, учебой, личной жизнью, провожал сына в армию, то есть заботился о его физическом, психическом, духовном и нравственном развитии. Родственная связь между отцом и сыном никогда не прекращалась.

Доводы истца о злостном уклонении ответчика от выполнения обязанностей родителя по отношению к сыну не нашли своего подтверждения в судебном заседании, в связи с чем исковые требования не подлежат удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 (паспорт №) о лишении ФИО6 (паспорт №) права на выплату страховой суммы, предусмотренной Федеральным законом от 28.03.1998 года №52-ФЗ; выплату единовременного пособия на основании Федерального закона от 07.11.2011 года №306-ФЗ; единовременную выплату, установленную Указом Президента РФ от 05.03.2022 года №98, всех иных компенсационных выплат, подлежащих выплате членам семьи в связи с гибелью военнослужащего и на меры социальной поддержки как родителя погибшего военнослужащего, оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Ставропольский крайсуд через Кочубеевский райсуд в течение месяца с момента изготовления решения в окончательной форме.

Председательствующий И.А. Рулев

Мотивированное решение по делу изготовлено 14.11.2025 года.