Апелляционное определение по делу № 10-4695/2023 от 10.08.2023.

Дело № 10-4695/2023 Судья Бескосова О.А.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Челябинск 10 августа 2023 г.

Челябинский областной суд в составе:

председательствующего Рзаевой Е.В.,

судей Шкоркина А.Ю., Домбровского П.С.,

при ведении протокола помощником судьи Кузьмичевой Л.Е.,

с участием прокурора Антонюк Ю.Н.,

осужденного ФИО2 и его защитника – адвоката Пономарева А.В., действующего с полномочиями по удостоверению № и ордеру № от ДД.ММ.ГГГГ,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе (с дополнениями) осужденного ФИО2, апелляционной жалобе (с дополнением) адвоката Пономарева А.В. на приговор Тракторозаводского районного суда г. Челябинска от 29 декабря 2022 года, которым

ФАТОВ

Иван Геннадьевич, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, <данные изъяты>, судимый:

1. 01 февраля 2017 года Сосновским районным судом Челябинской области по п. «а», «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ, п. «а», «б», «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ (три события), с применением ч. 2 ст. 69 УК РФ, к наказанию в виде лишения свободы на срок 3 года. Приговор в апелляционном порядке обжалован не был и вступил в законную силу 14 февраля 2017 года;

2. 13 марта 2017 года Сосновским районным судом Челябинской области по ч. 3 ст. 30, п. «а», «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ, п. «а», «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ, п. «а», «б», «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ (6 событий), с применением ч. 2, 5 ст. 69 УК РФ (приговор от 01 февраля 2017 года), к наказанию в виде лишения свободы на срок 3 года 9 месяцев. Приговор в апелляционном порядке обжалован не был и вступил в законную силу 24 марта 2017 года;

3. 14 июня 2017 года Курчатовским районным судом г. Челябинска по п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ, с применением ч. 5 ст. 69 УК РФ (приговор от 13 марта 2017 года), к наказанию в виде лишения свободы на срок 4 года 3 месяца. Приговор в апелляционном порядке обжалован не был и вступил в законную силу 27 июня 2017 года;

4. 19 октября 2017 года Сосновским районным судом Челябинской области по п. «а» ч. 2 ст. 166 УК РФ, с применением ч. 5 ст. 69 УК РФ (приговор от 14 июня 2017 года), к наказанию в виде лишения свободы на срок 5 лет. Апелляционным определением Челябинского областного суда от 04 декабря 2017 года приговор оставлен без изменения. На основании постановления Орджоникидзевского районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 02 сентября 2020 года неотбытая часть наказания заменена на ограничение свободы на срок 1 год 3 месяца 4 дня. Снят с учета по отбытии наказания ДД.ММ.ГГГГ,

осужден к наказанию в виде лишения свободы: по п. «а», «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ (3 события) на срок 2 года за каждое преступление, по ч. 3 ст. 30, п. «а», «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ (4 события) на срок 1 год 6 месяцев за каждое преступление, по ч. 2 ст. 162 УК РФ на срок 5 лет, по ч. 3 ст. 30, п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ на срок 8 лет, по ч. 2 ст. 167 УК РФ на срок 2 года.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения, назначено наказание в виде лишения свободы на срок 9 лет, с его отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

В отношении осужденного ФИО2 до вступления приговора в законную силу сохранена мера пресечения в виде заключения под стражу.

Срок наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу, с зачетом в срок лишения свободы на основании ч. 3.1 ст. 72 УК РФ времени содержания под стражей в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, и с ДД.ММ.ГГГГ до дня вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

ФИО4

ФИО3, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, <данные изъяты>, судимый:

1. 24 декабря 2010 года Металлургическим районным судом г. Челябинска по ч. 1 ст. 109, ч. 1 ст. 105 УК РФ, с применением ч. 3 ст. 69 УК РФ, к наказанию в виде лишения свободы на срок 7 лет 6 месяцев, без ограничения свободы. Приговор в апелляционном порядке обжалован не был и вступил в законную силу 12 января 2011 года. Постановлением Ленинского районного суда г. Саратова от 31 августа 2012 года срок наказания сокращен до 7 лет 2 месяцев. Освобожден условно-досрочно ДД.ММ.ГГГГ на основании постановления Ленинского районного суда г. Саратова от ДД.ММ.ГГГГ на неотбытый срок наказания 7 месяцев 3 дня;

2. 25 ноября 2020 года Металлургическим районным судом г. Челябинска по ст. 264.1 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 1 год, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 2 года 6 месяцев. На основании ст. 73 УК РФ наказание в виде лишения свободы назначено условно, с испытательным сроком 2 года. Постановлением Металлургического районного суда г. Челябинска от 11 ноября 2021 года условное осуждение отменено. Неотбытый срок наказания в виде лишения свободы составляет 2 дня,

осужден к наказанию в виде лишения свободы по: п. «а», «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ (3 события) на срок 2 года за каждое преступление, по ч. 3 ст. 30, п. «а», «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ (4 события) на срок 1 год 6 месяцев за каждое преступление, по ч. 2 ст. 162 УК РФ на срок 5 лет.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения, назначено наказание в виде лишения свободы на срок 7 лет.

На основании ч. 1 ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров к вновь назначенному наказанию частично присоединена неотбытая часть наказания по приговору от 25 ноября 2020 года, и окончательно назначено наказание в виде лишения свободы на срок 7 лет 1 день, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 4 месяца 18 дней.

Наказание в виде лишения свободы постановлено отбывать в исправительной колонии строгого режима.

В отношении осужденного ФИО4 до вступления приговора в законную силу изменена мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу. Осужденный взят под стражу в зале суда.

Срок наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу, с зачетом в срок лишения свободы на основании ч. 3.1 ст. 72 УК РФ времени содержания под стражей в период с ДД.ММ.ГГГГ до дня вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Этим же приговором разрешены гражданские иски.

В пользу потерпевшего Потерпевший №9, в счет возмещения ущерба, причиненного преступлением, с осужденных солидарно взысканы денежные средства в размере 190 500 рублей.

В пользу потерпевшего Потерпевший №7, в счет возмещения ущерба, причиненного преступлением, с осужденных солидарно взысканы денежные средства в размере 42 282 рубля.

В пользу потерпевшего Потерпевший №3, в счет возмещения ущерба, причиненного преступлением, с осужденных солидарно взысканы денежные средства в размере 203 500 рублей.

Также приговором разрешена судьба вещественных доказательств.

В отношении осужденного ФИО4 уголовное дело рассмотрено в порядке, предусмотренном ч. 2 ст. 389.19 УПК РФ.

Заслушав доклад судьи Шкоркина А.Ю., выступления осужденного ФИО2 и адвоката Пономарева А.В., поддержавших доводы апелляционных жалоб (с дополнениями), прокурора Антонюк Ю.Н., полагавшей необходимым приговор оставить без изменения, суд апелляционной инстанции,

УСТАНОВИЛ:

1. ФИО2 и ФИО4 признаны виновными и осуждены за то, что они, находясь на территории <адрес>, действуя группой лиц по предварительному сговору:

- в период времени ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ тайно похитили имущество Потерпевший №9, причинив ему значительный ущерб на сумму 205 500 рублей;

- в период времени ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ тайно похитили имущество Потерпевший №7, причинив ему значительный ущерб на сумму 42 282 рубля;

- в период времени ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ тайно похитили имущество Потерпевший №3, причинив ему значительный ущерб на сумму 209 500 рублей.

2. ФИО2 и ФИО4 признаны виновными и осуждены за то, что они, находясь на территории <адрес>, действуя группой лиц по предварительному сговору:

- в период времени ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ совершили покушение на тайное хищение имущества Потерпевший №8, с причинением значительного ущерба на сумму 100 000 рублей, при этом преступление не было доведено до конца по независящим от них обстоятельствам;

- в период времени ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ совершили покушение на тайное хищение имущества Потерпевший №6, с причинением значительного ущерба на сумму 100 000 рублей, при этом преступление не было доведено до конца по независящим от них обстоятельствам;

- в период времени ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ совершили покушение на тайное хищение имущества Потерпевший №5, с причинением значительного ущерба на сумму 60 000 рублей, при этом преступление не было доведено до конца по независящим от них обстоятельствам;

- в период времени ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ совершили покушение на тайное хищение имущества Потерпевший №4, с причинением значительного ущерба на сумму 150 000 рублей, при этом преступление не было доведено до конца по независящим от них обстоятельствам.

3. ФИО2 и ФИО4 признаны виновными и осуждены за то, что они, находясь на территории <адрес>, действуя группой лиц по предварительному сговору, в период времени ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ, совершили разбой, то есть нападение в целях хищения имущества Потерпевший №2, с применением насилия, опасного для жизни и здоровья последнего и с угрозой применения такого насилия, причинив ему материальный ущерб на общую сумму 200 800 рублей.

4. ФИО2 признан виновным и осужден за то, что он, находясь на территории <адрес>, в период времени ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ, совершил покушение на убийство Потерпевший №2, то есть действия, непосредственно направленные на умышленное причинение смерти последнему, с целью скрыть другое преступление, при этом преступление не было доведено до конца по независящим от него обстоятельствам.

5. ФИО2 признан виновным и осужден за то, что он, находясь на территории <адрес>, в период времени ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ, совершил умышленное уничтожение и повреждение имущества Потерпевший №2, с причинением значительного ущерба на сумму 10 500 рублей, путем поджога.

Преступления совершены при обстоятельствах, описанных в приговоре суда первой инстанции.

В апелляционной жалобе (с дополнением) адвокат Пономарев А.В. просит приговор отменить, признать ФИО2 невиновным по ч. 2 ст. 162, ч. 3 ст. 30, п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ.

В обоснование своих доводов указывает, что предъявленное ФИО2 обвинение по ч. 2 ст. 162 УК РФ, является необоснованным, поскольку согласно выводам, изложенным в заключении судебно-медицинской экспертизы, те повреждения, которые имели место у потерпевшего Потерпевший №2, не повлекли за собой вреда здоровью, в связи с чем, квалифицирующий признак «с применением насилия, опасного для жизни или здоровья», по мнению автора жалобы, не нашел своего подтверждения. В том числе, автор жалобы считает, что не доказан и квалифицирующий признак «с угрозой применения насилия», поскольку о таких угрозах известно только со слов самого потерпевшего. Полагает, что иными доказательствами объективная сторона преступления не подтверждена.

В том числе, находит необоснованным и признание ФИО2 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3, ст. 30, п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Отмечает, что при наличии такового умысла, у ФИО2 было бы достаточно возможностей для лишения жизни потерпевшего Потерпевший №2

Утверждение Потерпевший №2 о том, что в момент поджога тот находился в бессознательном состоянии, противоречит выводам, изложенным в заключении судебно-медицинской экспертизы.

Считает доказанным тот факт, что Потерпевший №2 находился в сознании, поскольку для ФИО2 это было очевидным. Обращает внимание, что поджог совершался ФИО2 исключительно из хулиганских побуждений, так как не удалось получить от Потерпевший №2 каких-либо денежных средств или значительных материальных ценностей.

Отмечает, что Потерпевший №2 приступил к тушению пожара <данные изъяты> непосредственного после того, как ФИО2 из него вышел. Данный вывод основан на убеждении в том, что при иных обстоятельствах, огонь распространился бы сильнее, и его было бы уже не потушить без применения специальных средств. Поскольку указанные действия Потерпевший №2 были очевидными для ФИО2, последний не имел никаких препятствий, чтобы вернуться в дом и лишить того жизни. Вместе с тем, такового умысла у его подзащитного не было.

В апелляционной жалобе (с дополнениями) осужденный ФИО2 просит приговор отменить, вынести оправдательный приговор, ввиду отсутствия в деянии состава преступления.

Не оспаривая обстоятельств преступлений, связанных с тайным хищением имущества и покушением на его хищение, считает недоказанным свою виновность в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 162 УК РФ, ч. 3 ст. 30, п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ.

Выводы суда в указанной части основаны исключительно на показаниях потерпевшего Потерпевший №2, при этом показания последнего в ходе всего производства по делу менялись более 15 раз. Таким образом, судом первой инстанции оценка показаниям не дана, а из выводов непонятно какие именно доказательства были заложены в основу принятого решения, а какие были оценены критически.

Тот факт, что показания потерпевшего являются недостоверными, подтверждается выводами эксперта, который указал на отсутствие повреждений в области <данные изъяты>. Отмечает, что согласно показаниям Потерпевший №2 в ходе предварительного следствия, он якобы нанес удар по <данные изъяты> потерпевшего <данные изъяты>. Вместе с тем, в судебном заседании потерпевший данные показания не подтвердил, указав, что не помнит, чем именно был нанесен удар по <данные изъяты>. В ходе его задержания, а также во время предварительного следствия, ни у него, ни у ФИО4, обыск для установления местонахождения этого предмета не проводился.

Обращает внимание на то, что показания Потерпевший №2 о применении насилия, падении после ударов на диван, не соответствуют действительности. Следственный эксперимент и проверка показаний на месте по данному факту умышленно не проводились органом следствия.

Отмечает, что в полицию Потерпевший №2 обратился лишь спустя сутки после случившегося, а в травматологический пункт спустя двое суток, на место совершения преступления в тот же день не вызвал сотрудников полиции, бригаду «Скорой медицинской помощи» и пожарную службу. Считает, что показания Потерпевший №2 о плохом самочувствии и потере сознания противоречат тому факту, что Потерпевший №2 вышел на работу в <данные изъяты>. Потерпевший №2 оговорил и оклеветал его и ФИО4 по указанию сотрудников правоохранительных органов.

Отмечает, что изначально уголовное дело по эпизоду с Потерпевший №2 было возбуждено по ч. 2 ст. 158 УК РФ и по ч. 2 ст. 167 УК РФ. Впоследствии, дело неоднократно возвращалось для организации дальнейшего расследования из следственного комитета в <адрес>, поскольку руководящее лицо не находило в показаниях потерпевшего Потерпевший №2 и имеющихся материалах дела признаки более тяжкого состава преступления. Считает, что предъявленное ему через 10 месяцев обвинение по ч. 2 ст. 162 УК РФ, ч. 3 ст. 30, ч. 2 ст. 105 УК РФ, основано только на очередных измененных показаниях Потерпевший №2

Резюмируя доводы жалоб, считает, что выводы суда не подтверждаются доказательствами, исследованными в судебном заседании, имеют существенные противоречия. Считает, что суд рассмотрел дело с обвинительным уклоном, что выразилось в существе разрешаемых ходатайств и оглашении показаний, неявившихся участников по делу без согласия на то стороны защиты. Отмечает, что в ходе судебного разбирательства имелись основания для возвращения уголовного дела прокурору. В жалобе данные доводы не конкретизирует.

Обсудив доводы апелляционных жалоб (с дополнениями), изучив материалы уголовного дела, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии с общим правилом проверка законности обжалуемого судебного решения осуществляется по доводам апелляционных жалоб (представления). Однако суд апелляционной инстанции не связан этими доводами и вправе проверить производство по уголовному делу в полном объеме, что урегулировано положениями ч. 1 ст. 389.19 УПК РФ.

При указанных обстоятельствах, несмотря на отсутствие доводов жалобы в отношении ФИО4, суд апелляционной инстанции, при наличии соответствующих мотивов, полагает возможным провести проверку всего судебного решения.

Выводы суда о виновности ФИО2 и ФИО4 в совершении преступлений, описанных в приговоре, соответствуют материалам дела и подтверждены совокупностью исследованных и приведенных в приговоре доказательств, надлежаще оценены судом в соответствии с требованиями ст. 17, 88 УПК РФ.

Более того, часть осуждения, связанного с хищением имущества и покушением на хищение имущества потерпевших Потерпевший №9, Потерпевший №7, Потерпевший №3, Потерпевший №8, Потерпевший №6, Потерпевший №5, Потерпевший №4 стороной защиты не оспаривается.

Несмотря на отсутствие соответствующих доводов, суд апелляционной инстанции акцентирует внимание на том, что приведенные в приговоре выводы, обосновывающие осуждение ФИО2 и ФИО4 нашли свое полное подтверждение, являются последовательными и непротиворечивыми.

Показания потерпевших, осужденных и свидетелей, формируют единую картину указанных событий, которая была верно установлена и оценена судом первой инстанции. По каждому из событий преступления, судом приведены не только мотивы установления причастности осужденных лиц, но и выводы, относящиеся к обоснованности наличия установленных квалифицирующих признаков.

Так, ориентируясь на согласованность и сплоченность действий, которые были направлены на достижение единого преступного результата, связанного с желанием материального обогащения, судом верно установлен факт их совершения в составе группы лиц по предварительному сговору.

Что же касается наличия признака, связанного с причинением значительного ущерба, также суд первой инстанции обоснованно ориентировался не только на размер причиненного ущерба и материальное положение потерпевших, но и значимость объектов хищения, которые являлись <данные изъяты> потерпевших.

При указанных обстоятельствах, оснований сомневаться в описанной в приговоре квалификации, у суда апелляционной инстанции мотивов нет.

Тот факт, что при описании событий хищения имущества Потерпевший №7 указано о причинении ущерба иному потерпевшему является не более чем технической ошибкой, которая подлежит лишь уточнению. Само содержание описания указанного события не свидетельствует об установлении каких-либо иных обстоятельств.

Кроме того, суд апелляционной инстанции считает обоснованным и осуждение ФИО2 и ФИО4 в ином объеме инкриминируемых им деяний.

Приходя к указанному выводу, суд апелляционной инстанции ориентируется на содержание представленных доказательств, совокупность которых является достаточной.

В частности следует акцентировать внимание на следующих доказательствах.

Потерпевший Потерпевший №2 пояснил, что у него в собственности имеется <адрес>. В исследуемый день, около ДД.ММ.ГГГГ кто-то постучался в калитку, в связи с чем, он открыл двери. Там находились осужденные, которые стали интересоваться его <данные изъяты>, утверждая, что тот им должен денег. Они все прошли в дом, где он сел на кресло. Рядом с ним находился осужденный ФИО2, а ФИО4 стоял поодаль у окна. В какой-то момент он почувствовал сильный удар в область <данные изъяты> справа, от которого потерял сознание. Когда он очнулся, ФИО2 его душил, угрожая причинением смерти его <данные изъяты>. Он говорил, что если <данные изъяты> должен денег, то он все вернет. Потом ФИО4 стал раскуривать сигареты и передавать их ФИО2, который тушил их об его тело, бросая окурки на пол. Ему было больно. Он попытался встать, но ФИО2 снова стал его душить, обхватив шею рукой и сгибая ее в локте, из-за чего он вновь потерял сознание. Когда он пришел в себя, увидел как ФИО2 открыл шкаф, достал откуда тюль, протерев ею шкаф, последний поджог ткань зажигалкой, начал сразу поджигать кресло и ковер. ФИО2 находился спиной к нему, в связи с чем не видел, что он пришел в себя. ФИО4 в доме не было в тот момент. После этого он вновь потерял сознание, а когда очнулся, увидел, что горит: кресло, кровать, шкаф, ковер, потолочная плитка и матрас, на котором он лежал. Вокруг него было сильное задымление и огонь. В случае, если бы он не пришел в себя, он бы задохнулся или сгорел.

Он вышел на улицу, где взял лейку с водой, используя которую смог потушить пожар.

Уточнил, что когда ФИО2 его душил, ФИО4 нанес ему несколько ударов по спине. Удушающий прием ФИО2 использовал в отношении него несколько раз, требуя деньги. Угрозы, которые ему высказывались в момент совершения противоправных действий, он воспринимал реально, так как ФИО2 был агрессивно настроен. Кроме того, он опасался за своего <данные изъяты>.

Когда пожар был потушен, он осмотрелся и обнаружил, что пропали <данные изъяты>. <данные изъяты> лежал на полке в мебельной стенке, при этом рядом находились <данные изъяты>. <данные изъяты> оценил в 500 рублей, <данные изъяты> – 300 рублей, <данные изъяты> в 200 000 рублей.

По данному факту он обратился в правоохранительные органы, а также в отделение травматологии.

В результате действий ФИО2 огнем было уничтожено, повреждено и приведено в негодность имущество в комнате <данные изъяты>, а именно:

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Настаивает на том, что причиненный ему в результате поджога ущерб является значительным, поскольку его ежемесячный доход составляет сумму в размере <данные изъяты>, при этом он ежемесячно оплачивает коммунальные услуги на сумму около <данные изъяты>, тратит деньги на питание и на проживание. Иного источника получения денежных средств, с учетом имеющихся у него стабильных расходов, нет.

Свидетель ФИО11, будучи <адрес>, от <данные изъяты> получил поручение об оказании сопровождения сообщения о преступлении, по факту тайного хищения <данные изъяты>, принадлежащего Потерпевший №2

Работая по указанному поручению, он осуществил выезд в <адрес>, где были изъяты видеозаписи, с зафиксированными на них фрагментами <данные изъяты> разыскиваемого <данные изъяты>. Со слов потерпевшего Потерпевший №2 за <данные изъяты> находились лица, совершившие в отношении него противоправные действия.

В последующем по подозрению в совершении хищения <данные изъяты>, принадлежащего Потерпевший №2, были задержаны ФИО4 и ФИО2

Свидетель ФИО12 пояснил, что ему знаком осужденный ФИО4, а также <данные изъяты> потерпевшего Потерпевший №2 – Потерпевший №1, при этом он не осведомлен о наличии каких-либо задолженностей последнего перед осужденным.

Свидетель Потерпевший №1 пояснил, что потерпевший приходится ему <данные изъяты>, при этом последний <данные изъяты> проживает в доме, где в отношении него было совершено преступление. Он оспаривал факт наличия каких-либо задолженностей перед осужденными, при этом подтвердил, что с ФИО4 он знаком.

Пояснил, что в его присутствии просматривали видеозаписи с камер видеонаблюдения, установленных на территории <данные изъяты>.

<данные изъяты> указал на видео тех лиц, которые его избили. Среди напавших на его <данные изъяты>, он узнал ФИО4, который сидел <данные изъяты>, когда <данные изъяты> с территории <данные изъяты>. Обстоятельства преступления, которые ему воспроизвел <данные изъяты>, являются аналогичными тем, что последний воспроизводил в суде и на следствии.

Свидетель ФИО13 пояснил, что знаком с осужденными, при этом с ФИО4 они знакомы <данные изъяты>, ранее работали вместе. В ДД.ММ.ГГГГ, к нему пришел ФИО4 с ранее незнакомым ему ФИО2

ФИО4 сказал, что у того имеется возможность приобретать <данные изъяты> и поставлять ему с целью дальнейшей <данные изъяты>. Но о том, что <данные изъяты> будут краденные, ни ФИО4, ни ФИО2 ему ничего не говорили. Он, не подозревая о преступных намерениях осужденных, согласился на их предложение. ФИО4 и ФИО1 привезли ему в период ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты>. Каждый раз, когда ФИО4 и ФИО2 привозили на <данные изъяты>, то за <данные изъяты> всегда находился ФИО4, а ФИО2 сидел <данные изъяты>. За каждый привезенный <данные изъяты>, он давал денежные средства ФИО4 и ФИО2, на что те их тратили, ему не известно.

Части от <данные изъяты>, он уже один сдавал на <данные изъяты>, но конкретно куда, не помнит. Кроме того, ФИО4 звонил несколько раз и говорил, что возможно еще будут <данные изъяты>, но их не <данные изъяты>. Какие <данные изъяты> на <данные изъяты> хотели <данные изъяты> ФИО2 и ФИО4, не знает.

Также вина осужденного ФИО2 подтверждается письменными материалами дела, а именно:

- протоколом принятия устного заявления Потерпевший №2 о преступлении, согласно которому в ДД.ММ.ГГГГ неустановленные лица, находясь на <адрес>, применили в отношении него насилие и открыто похитили принадлежащее ему имущество;

- протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ (с фото-таблицей), согласно которому объектом осмотра явился дом <адрес>. В ходе указанного следственного действия зафиксирована обстановка помещения, предметы мебели со следами термического воздействия, изъяты следы горения;

- протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ (с фото-таблицей), согласно которому объектом осмотра явился дом <адрес>. В ходе указанного следственного действия установлено, что на стене слева от входа в комнату 2 имеются следы горения; на территории <данные изъяты> <данные изъяты> имеет следы термического воздействия, <данные изъяты> со следами горения; <данные изъяты> в разобранном виде со следами горения; <данные изъяты> со следами горения; <данные изъяты> со следами горения;

- заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которого из предоставленных на исследование материалов дела следует, что непосредственной (технической) причиной пожара, происшедшего ДД.ММ.ГГГГ внутри <адрес>, стало следствием воспламенения предметов вещной обстановки, б/у вещей, тканевого материала и т.п., выполненных из горючих материалов, от источника открытого огня типа пламени спички, зажигалки, факела и т.п.

Не исключается возможность применения для усиления теплового импульса в очагах пожара иных дополнительно внесенных в зону горения горючих материалов.

Во время пожара имелось не менее трех очагов пожара:

- в районе расположения <данные изъяты>, находящихся возле <данные изъяты> комнаты №, в ее <данные изъяты>;

- в районе расположения <данные изъяты>, находящихся возле <данные изъяты> комнаты №, в ее <данные изъяты>;

- на уровне пола комнаты №, в районе расположения <данные изъяты>.

Пожар внутри указанного <данные изъяты> мог произойти в результате воспламенения б/у вещей, тканевого материала, тюли и т.п., при контактном взаимодействии с источником открытого огня типа пламени зажигалки, с последующим воспламенением предметов вещной обстановки;

- протоколом обыска от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому следственное действие проведено по адресу: <адрес>, в ходе которого было обнаружено и изъято имущество, принадлежащее потерпевшему Потерпевший №2, а именно: <данные изъяты>;

- протоколом освидетельствования от ДД.ММ.ГГГГ (с фото-таблицей), в ходе которого у потерпевшего Потерпевший №2 на теле зафиксированы ожоги <данные изъяты>;

- заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которого у Потерпевший №2 ДД.ММ.ГГГГ были обнаружены следующие повреждения:

* <данные изъяты>

<данные изъяты>.

Установленные при судебно-медицинском обследовании морфологические признаки повреждений, не исключают возможность их причинения в период, установленный следствием. Данные повреждения носят поверхностный характер и не повлекли за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности, в связи с чем расцениваются как не причинившие вред здоровью;

- постановлением <адрес>, которым было отказано в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО14 и ФИО15 по ст. 285, 286, 302, 303 УК РФ. Оценки подлежали обстоятельства проводимых указанными должностными лицами следственных действий.

Более того, выводы о вине подтверждаются показаниями самих осужденных.

Осужденный ФИО2 в ходе предварительного следствия и в суде не оспаривал тот факт, что он совместно с ФИО4 говорили потерпевшему Потерпевший №2 о наличии задолженности у <данные изъяты> последнего перед ними. Не оспаривал он и нанесение потерпевшему ударов, при этом последний находился в сознании, убивать он его не хотел. Именно он достал из шкафа тюль и поджег его зажигалкой, после чего воспламенил объекты мебели. Вместе с тем, сделал он это из хулиганских соображений, не желая никому смерти. Не оспаривал он и тот факт, что похитил <данные изъяты>.

В ходе одного из допросов на стадии предварительного расследования ФИО2 подтвердил, что признает вину в совершении разбойного нападения в полном объеме.

Осужденный ФИО4 по исследуемым обстоятельствам на стадии предварительного расследования давал показания аналогичные тем, что сообщил потерпевший. В момент поджога в доме он не присутствовал, но когда ФИО2 сел к нему <данные изъяты>, сразу сказал, что решил сжечь дом. Подтвердил то обстоятельство, что потерпевший терял сознание.

Доводы апелляционных ходатайств об отсутствии надлежащей оценки доказательств в приговоре, суд апелляционной инстанции, находит не состоятельными. Оценивая совокупность представленных доказательств, судом первой инстанции в описательно-мотивировочной части приговора отображены основания, по которым одни доказательства были положены в основу приговора, а другие отвергнуты.

При указанных обстоятельствах, говорить о несоответствии приговора, требованиям, предусмотренным ст. 297 УПК РФ, нельзя.

Заключения экспертов, которые приведены в числе доказательств, соответствуют требованиям, установленным гл. 27 УПК РФ, а их выводы являются последовательными и непротиворечивыми.

Протоколы следственных действий, в том числе, допросы осужденных, потерпевших и свидетелей, приведенные в приговоре, составлены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, что подтверждается подписями участвующих лиц, а также содержанием сведений об обстоятельствах, подлежащих доказыванию.

Кроме того, учитывая тот факт, что указанные протоколы не содержат замечаний по их содержанию, при условии их составления в отношении осужденных с участием защитников, сомневаться в отображенных там сведений, мотивов нет.

Обстоятельства возможного нарушения процедуры допросов осужденных, ввиду неправомерных действий органа следствия явились предметом оценки в порядке, предусмотренном ст. 144, 145 УПК РФ, при этом таковых несоответствий установлено не было.

Таким образом, указанные доказательства, по мнению суда апелляционной инстанции, являются достаточными и подтверждают факт того, что ФИО2 и ФИО4 должны нести уголовную ответственность за совершенные ими общественно-опасные, преступные деяния.

Приходя к указанному выводу, суд апелляционной инстанции учитывает, что показания потерпевшего Потерпевший №2 и всех свидетелей по обстоятельствам, имеющим значение для доказывания, существенных противоречий не содержат, согласуются с приведенными в приговоре и частично в данном определении доказательствами. Каких-либо сведений о заинтересованности этих лиц, оснований для оговора ими осужденных, в материалах уголовного дела нет и суду апелляционной инстанции не представлено.

Сам характер взаимоотношений между потерпевшим, свидетелями и осужденными, не свидетельствует об их заинтересованности в признании последних виновными в совершении, в том числе особо тяжкого и тяжкого преступлений.

Порядок исследования указанных протоколов отвечает установленным для этого требованиям, в связи с чем, говорить о каком-либо нарушении прав осужденных, нельзя. Суждения об оглашении показаний, не явившихся лиц, при отсутствии соответствующего согласия, опровергаются содержанием, как бумажного носителя протокола, так и его аудио-фиксации.

Позиция осужденного ФИО2 направлена на уменьшение степени своей вины для целей получения менее сурового наказания.

По мнению суда апелляционной инстанции, обстоятельства преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ, установленные обжалуемым приговором, свидетельствуют о целенаправленном характере его совершения, в связи с чем, сомневаться в наличии у осужденного ФИО2 умысла именно на причинение смерти потерпевшему, нельзя.

Приходя к указанному выводу, суд апелляционной инстанции обращает внимание на то, что для достижения целей задуманного, осужденный, осознавая, что потерпевший находится без сознания, а соответственно не имеет возможности перемещаться, организовал несколько очагов возгорания, в том числе в непосредственной близости к кровати, на которой лежал Потерпевший №2

Указанные действия ФИО2 привели к тому, что в момент, когда потерпевший пришел в себя, он обнаружил, что горел даже матрас, на котором он лежал. Помещение было наполнено едким дымом, а горению подвержено значительное количество предметов обихода, в том числе, имеющих свойства легкого воспламенения (<данные изъяты>). Сам осужденный ФИО2 уже покинул место преступления, так как совершил все действия, чтобы сжечь дом, где им был оставлен потерпевший в бессознательном состоянии, вследствие ранее примененного насилия. Указанное намерение подтвердил и ФИО4, которому о наличии таковой цели сообщил ФИО2, когда <данные изъяты>.

Оставляя потерпевшего в указанном доме при тех обстоятельствах, которые были установлены обжалуемым приговором, осужденный не мог не осознавать, что вследствие его действий Потерпевший №2 будет лишен жизни. Более того, его поведение свидетельствует о том, что ФИО2 понимал общественную опасность своих действий, предвидел возможность наступления общественно-опасных последствий в виде смерти потерпевшего и желал этого.

Суждения ФИО2 о том, что потерпевший начал тушить дом сразу, после того как он с ФИО4 уехал, не опровергают выводы о реализации умысла именно на лишение жизни.

Кроме того, обстоятельства написания заявления в правоохранительные органы, обращение за медицинской помощью также не ставят под сомнение выводы об обоснованности той квалификации, которая была определена обжалуемым приговором. Зафиксированные у потерпевшего повреждения соотносятся с обстоятельствами их получения в ходе совершенных в отношении него противоправных действий со стороны осужденных, а потому момент их возникновения сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывает.

Учитывая тот факт, что указанные обстоятельства являются идеальной составляющей преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 167 УК РФ, квалификация суда, при условии доказанности значительного ущерба, является верной.

То обстоятельство, что ущерб для потерпевшего являлся значительным, суд первой инстанции оценил с точки зрения материального положения последнего, а также существа объектов уничтожения и повреждения. Как следует из материалов дела, сумма причиненного ущерба, с учетом ежемесячных расходов, превышает половину объема его месячного достатка. Учитывая, что потерпевший <данные изъяты> проживал в доме, где были совершены преступления, действия осужденного ФИО2, результатом которых, стала полная утрата потребительских свойств имущества, необходимого ему для жизни там, поставили его в трудное материальное положение.

Кроме того, суд апелляционной инстанции считает обоснованным и выводы об установлении квалифицирующего признака указывающего о наличии у ФИО2 желания скрыть следы предшествующего преступления, поскольку перед тем как совершить поджог, он убрал из дома все то, что могло свидетельствовать о его нахождении в нем.

В частности им были стерты отпечатки следов его рук, а также собраны окурки от использованных им и ФИО4 сигарет. Осознавая тот факт, что в силу знакомства ФИО4 с <данные изъяты> потерпевшего, о чем они в процессе совершения преступления сообщили последнему, их личности будут установлены, им было принято решение о лишении жизни этого лица. Данные обстоятельства исключают какую-либо обоснованность его позиции об иных мотивах совершения поджога.

Вместе с тем, поскольку умысел осужденного на лишение жизни потерпевшего не был доведен до конца, в связи действиями последнего, которые уже были неочевидны для ФИО2, суд первой инстанции обоснованно квалифицировал его действия через ч. 3 ст. 30 УК РФ – как покушение.

Выводы суда о наличии в действиях осужденного ФИО2 и ФИО4 состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 162 УК РФ, суд апелляционной инстанции также находит убедительными, что следует из толкования закона, которым определено понятие разбоя, а именно совершение нападения в целях хищения чужого имущества, с применением насилия опасного для жизни или здоровья или с угрозой применения такового насилия.

Так, совершив нападение на потерпевшего, осужденные требовали передать им денежные средства, применяя в отношении Потерпевший №2 насилие, которое с учетом того, что последний терял сознание, является опасным. Более того, в процессе совершения преступления в отношении потерпевшего также были высказаны угрозы применения такового насилия, что при обстоятельствах совершенного преступления, безусловно, свидетельствовало об их реальности.

Поскольку действовали нападавшие слаженно и совместно, мотивов сомневаться в обоснованности признака, связанного с групповым характером его совершения при наличии заранее достигнутой договоренности, нет.

При условии, что судом был исключен из квалификации признак, связанный с применением предметов, используемых в качестве оружия, доводы осужденного ФИО2 о не установлении места нахождения <данные изъяты>, на выводы суда не влияют. Более того, данное обстоятельство не исключает виновность осужденных.

Таким образом, суд апелляционной инстанции считает верной квалификацию действий осужденных ФИО2 и ФИО4 по:

- п. «а», «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ – как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенная группой лиц по предварительному сговору, с причинением значительного ущерба гражданину (три события преступления в отношении Потерпевший №9, Потерпевший №7, Потерпевший №3);

- ч. 3 ст. 30, п. «а», «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ – как покушение на кражу, то есть умышленные действия лица, непосредственно направленные на тайное хищение чужого имущества, совершенное группой лиц по предварительному сговору, с причинением значительного ущерба гражданину, если при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам (четыре события преступления в отношении Потерпевший №8, Потерпевший №6, Потерпевший №5, Потерпевший №4);

- ч. 2 ст. 162 УК РФ – как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, с угрозой применения такого насилия, совершенное группой лиц по предварительному сговору;

а, также отдельно действия ФИО2 верно квалифицированы по:

- ч. 3 ст. 30, п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ – как покушение на убийство, то есть умышленные действия лица, непосредственно направленные на умышленное причинение смерти другому человеку, с целью скрыть другое преступление, если при этом преступление не было доведено до конца по независящим от этого лица обстоятельствам;

- ч. 2 ст. 167 УК РФ – как умышленное уничтожение и повреждение чужого имущества, если эти деяния повлекли причинение значительного ущерба, совершенные путем поджога.

Основания для оправдания осужденных ФИО2 и ФИО4 в инкриминируемых им преступлениях или переквалификации их действий, отсутствуют.

ФИО2 и ФИО4 <данные изъяты> не состоят, сведения о том, что они <данные изъяты>, исключающим возможность их привлечения к уголовной ответственности, отсутствуют, в связи с чем, они должны понести уголовную ответственность за совершенные ими преступления.

Фактов, свидетельствующих об использовании в процессе доказывания вины осужденного недопустимых доказательств, не установлено. Равно – не добыто сведений об искусственном создании доказательств по делу либо их фальсификации сотрудниками правоохранительных органов.

Согласно протоколу судебного заседания, отвечающему нормам УПК РФ, судебное разбирательство по делу проведено с соблюдением уголовно-процессуального закона: в соответствии со ст. 15 УПК РФ, судом были созданы все необходимые условия для реализации сторонами прав и исполнения процессуальных обязанностей; право на защиту осужденных обеспечено и реализовано, позиция стороны защиты, равно как и позиция стороны обвинения по делу, доведены до суда и учтены при оценке квалификации; судебное следствие проведено в объеме, заявленном сторонами, а ходатайства участников процесса разрешены судом, принцип состязательности сторон соблюден.

При назначении наказания суд первой инстанции учел характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, данные о личности осужденных, смягчающие обстоятельства и обстоятельство, отягчающее наказание, о чем подробно указал в приговоре.

Суд первой инстанции, с учетом обстоятельств уголовного дела и личности каждого из осужденных обоснованно признал в качестве обстоятельств смягчающих наказание тот перечень данных, который нашел свое отражение в обжалуемом приговоре.

Обстоятельством, отягчающим наказание, как ФИО2, так и ФИО4, суд первой инстанции, в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ, обоснованно признал рецидив преступлений, вид которого верно определил в зависимости от тяжести совершенных преступлений.

Говорить о наличии каких-либо обстоятельств, которые бы могли быть не учтены при назначении наказания осужденным при наличии мотивов к этому, по мнению суда апелляционной инстанции, нельзя.

Обоснованными являются и выводы суда об отсутствии оснований для применения положений ч. 6 ст. 15, ст. 53.1, ч. 1 ст. 62, ч. 3 ст. 68, ст. 73 УК РФ, что обусловлено обстоятельствами исследуемого уголовного дела, личностью осужденных.

Указанная совокупность в данном конкретном случае свидетельствует об отсутствии должных мотивов для применения перечисленных положений закона, в том числе, в силу их исключения по основаниям, приведенным в законе.

Исключительных обстоятельств, которые бы существенно уменьшали степень общественной опасности совершенных преступлений и давали бы основания для применения в отношении ФИО2 и ФИО4 положений ст. 64 УК РФ, как обоснованно указано судом первой инстанции, не имеется.

Кроме того, суд апелляционной инстанции находит убедительными и выводы о применении в отношении каждого из осужденных ч. 2 ст. 68 УК РФ.

Суд первой инстанции не нашел оснований для назначения осужденным дополнительного вида наказания, не находит таковых и суд апелляционной инстанции.

Вид учреждения, где осужденным, в силу п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ, надлежит отбывать наказание, определен в соответствии с требованиями уголовного закона.

Гражданские иски, заявленные потерпевшими в ходе судебного заседания суда первой инстанции, разрешены верно.

Давая оценку заявленным требованиям, суд первой инстанции обоснованно руководствовался положениями закона, а также установленными обстоятельствами.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства, допущено не было.

Руководствуясь ст. 389.13, 389.15, 389.19, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ОПРЕДЕЛИЛ:

приговор Тракторозаводского районного суда г. Челябинска от 29 декабря 2022 года в отношении ФИО2 и ФИО4 изменить:

- при описании событий преступления в отношении Потерпевший №7 указать о причинении именно ему ущерба в размере 42 282 рублей, исключив ссылку на потерпевшего Потерпевший №9

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, а доводы апелляционных ходатайств – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационных ходатайств через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, а для осужденных – в тот же срок, со дня вручения им копии такого судебного решения, вступившего в законную силу, с соблюдением требований ст. 401.4 УПК РФ.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные ходатайства подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном ст. 401.10 – 401.12 УПК РФ.

В случае кассационного обжалования, лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий:

Судьи: