Судья Кривоносов Д.В.

Дело № 22-3935/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

город Пермь 10 июля 2023 года

Судебная коллегия по уголовным делам Пермского краевого суда в составе:

председательствующего Быстровой Е.Л.,

судей Жихаревой А.А., Чащухиной Л.В.,

при секретаре судебного заседания Астаповой М.С.,

с участием прокурора Левко А.Н.,

осужденного ФИО1,

адвоката Мухачева А.С.

рассмотрела в открытом судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи уголовное дело по апелляционному представлению исполняющего обязанности прокурора Осинского района Аптукова Н.А., апелляционной жалобе осужденного ФИО1 на приговор Осинского районного суда Пермского края от 2 мая 2023 года, которым

ФИО1, *** года рождения, уроженец ****, судимый:

- 12 февраля 2015 года Осинским районным судом Пермского края по ч. 1 ст. 111 УК РФ к 2 годам лишения свободы, освобожден 12 апреля 2016 года по постановлению Мотовилихинского районного суда г. Перми от 25 марта 2016 года (с учетом постановления Чусовского городского суда Пермского края от 15 октября 2018 года) условно-досрочно на неотбытый срок 6 месяцев 18 дней;

- 11 января 2017 года Осинским районным судом Пермского края (с учетом апелляционного постановления Пермского краевого суда от 14 февраля 2017 года и постановления Чусовского городского суда Пермского края от 15 октября 2018 года) по п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ, в силу п. «б» ч. 7 ст. 79, ст. 70 УК РФ к 2 годам 7 месяцам лишения свободы;

- 2 февраля 2017 года Осинским районным судом Пермского края (с учетом постановления Чусовского городского суда Пермского края от 15 октября 2018 года) по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, в силу ч. 5 ст. 69 УК РФ к 4 годам 1 месяцу лишения свободы; освобожден 1 марта 2019 года по постановлению Чусовского городского суда Пермского края от 18 февраля 2019 года, которым неотбытая часть наказания заменена на 1 год 10 месяцев 29 дней ограничения свободы, наказание отбыто;

- 24 марта 2021 года мировым судьей судебного участка №1 Осинского судебного района Пермского края по п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ к 1 году лишения свободы; освобожден 8 февраля 2022 года по постановлению Чусовского городского суда Пермского края от 28 января 2022 года, которым неотбытая часть наказания заменена ограничением свободы на срок 3 месяца 20 дней,

осужден по ч. 1 ст. 111 УК РФ к 2 годам 8 месяцам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии особого режима.

Судом решены вопросы об исчислении срока наказания, зачете времени содержания под стражей, мере пресечения, судьбе вещественных доказательств и процессуальным издержкам.

Заслушав доклад судьи Чащухиной Л.В., изложившей содержание приговора, существо апелляционных представления и жалобы, мнение прокурора Левко А.Н. об отмене приговора по доводам представления, объяснения осужденного ФИО1 и выступление адвоката Мухачева А.С., поддержавших доводы жалобы и возражавших по доводам представления, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

по приговору суда ФИО1 признан виновным и осужден за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью Ю., опасного для жизни потерпевшей.

Преступление совершено в период с 1 по 20 января 2023 года, в городе Оса Пермского края, при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении исполняющий обязанности прокурора Осинского района Аптуков Н.А., не оспаривая фактические обстоятельства и квалификацию содеянного, вид и размер назначенного наказания, поставил вопрос об отмене приговора в связи с нарушением требований уголовно-процессуального закона. В обоснование доводов указывает, что суд необоснованно исключил из числа доказательств протокол допроса потерпевшей ФИО2 от 23 января 2023 года, как не соответствующий требованиям ч. 3 ст. 166 УПК РФ. Полагает, что у суда не имелось оснований для признания данного протокола недопустимым доказательством, поскольку указание на то, что ФИО2 была допрошена в кабинете следователя, а не в ГБУЗ ПК «Осинская ЦРБ», является явной технической ошибкой. Обстоятельства, при которых потерпевшая Ю. допрашивалась следователем МО МВД России «Осинский», она не отрицает, в ходе судебного следствия она подтвердила, что подписи в протоколе допроса выполнены от ее имени. Оснований для вывода о том, что допрос потерпевшей фактически не проводился, не имеется. Просит уголовное дело направить на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе.

Осужденный ФИО1 в апелляционной жалобе и дополнениях к ней отрицает свою причастность к совершению преступления. Описывая произошедшие события, давая свою оценку исследованным доказательствам, указывает на отсутствие достоверных и допустимых доказательств, подтверждающих его виновность в совершении преступления, поскольку потерпевшая Ю. отрицает факт нанесения им удара, а свидетели не являлись очевидцами произошедшего. Полагает, что последствия в виде причинения Ю. тяжкого вреда здоровью наступили не от его действий. Отмечает, что следователь допрашивал потерпевшую Ю. в больнице, она находилась под воздействием медицинских препаратов. По делу не проведен следственный эксперимент, который, по мнению автора жалобы, мог подтвердить его невиновность. Обращает внимание, что потерпевшая после выписки из больницы вспомнила, как все произошло, в суде первой инстанции давала правдивые показания, каких-либо претензий и требований не высказывала, при этом давление на нее он не оказывал. Полагает, что предварительное следствие по уголовному делу проведено с нарушениями закона и не в полном объеме. Следователем по уголовному делу были назначены экспертизы, однако он был лишен возможности в рамках проведения экспертиз задавать вопросы эксперту, его вопросы могли полностью изменить ход дела. Судом не учтено, что явка с повинной написана им под давлением сотрудников полиции. При назначении наказания суд не принял во внимание совокупность смягчающих наказание обстоятельств: состояние здоровья, оказание помощи потерпевшей и вызов скорой помощи, мнение потерпевшей и то, что он является единственным кормильцем в семье. Просит о смягчении наказания. По мнению осужденного, при установлении особо опасного рецидива преступлений и назначении отбывания лишения свободы в исправительной колонии особого режима суд необоснованно учел судимости по приговорам от 12 февраля 2015 года и 2 февраля 2017 года. Полагает, что должен отбывать наказание в исправительной колонии строгого режима. Кроме того, он должен быть освобожден от уплаты процессуальных издержек за участие адвоката Глухих А.Г. на досудебной стадии в связи с ненадлежащим осуществлением защиты.

Проверив материалы дела, изучив доводы апелляционных представления и жалобы, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Судом с достаточной полнотой установлены фактические обстоятельства дела. Вывод о доказанности вины осужденного ФИО1 в инкриминируемом преступлении является правильным, подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств и, прежде всего, его собственными показаниями, данными в ходе предварительного следствия при допросе в качестве подозреваемого 23 января 2023 года (т. 1, л.д. 40-42) и обвиняемого 25 января 2023 года (т. 1, л.д. 58-60), а также при проверке показаний на месте (т. 1, л.д. 43-49) о том, что в ходе ссоры он нанес потерпевшей один удар кулаком правой руки в область живота слева.

Показания осужденного, данные в ходе следствия, обоснованно признаны допустимыми и положены в основу приговора, поскольку при их получении нарушений уголовно-процессуального закона не допущено.

Согласно материалам дела, ФИО1 давал показания в присутствии защитника, то есть в обстановке, исключающей возможность оказания на него какого-либо воздействия, при этом ни осужденный, ни его защитник о применении недозволенных методов расследования не заявляли, и ничто об этом объективно не свидетельствует. Осужденному перед допросом разъяснялись процессуальные права, в том числе, право не свидетельствовать против самого себя, он предупреждался о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательства по уголовному делу и в случае последующего отказа от них, правильность отражения своих показаний после личного прочтения удостоверил своей подписью. Каких-либо замечаний к протоколам от стороны защиты не поступило.

При таких обстоятельствах данные на предварительном следствии показания ФИО1 судом обоснованно признаны достоверными и положены в обоснование приговора, поскольку они согласуются с иными доказательствами, в том числе:

заключением эксперта о локализации и механизме образования телесных повреждений у потерпевшей, повторно исследованном в суде апелляционной инстанции по ходатайству прокурора, согласно выводам которого у Ю. обнаружена тупая травма живота с кровоподтеком у края реберной дуги слева, разрывом селезенки, гемоперитонеумом (наличием крови в брюшной полости) 1000 мл. Эта травма, судя по морфологическим свойствам повреждений, образовалась от однократного ударно-травматического воздействия поверхности твердого тупого предмета, возможно, при ударе кулаком в область живота слева, и, согласно п. 6.1.16 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 24.04.2008 № 194н, квалифицируется как повреждения, повлекшие за собой тяжкий вред здоровью по критерию опасности для жизни. Принимая во внимание локализацию повреждений и их взаиморасположение, возможность образования этих повреждений при падении ФИО2 из положения стоя маловероятна;

показаниями свидетелей Т. и Р. о том, что супруги Ю-вы проживали в одной комнате, злоупотребляли спиртными напитками, между ними часто происходили ссоры, видели Ю. со следами телесных повреждений. Свидетель Р. также показала, что с вечера 19 января из квартиры Ю-вых она слышала громкие голоса, все стихло около 5-6 часов, утром 20 января слышала громкий стук в стену.

Из показаний свидетеля Б. следует, что вечером 19 января 2023 года он ходил к соседям ФИО3 употреблять спиртные напитки, около 24:00 часов ушел к себе, а утром 20 января 2023 года от ФИО1 узнал, что Ю. стало плохо, в связи с чем вызвали скорую медицинскую помощь.

При проверке показаний вышеуказанных лиц в соответствии с правилами, предусмотренными ст. 87 УПК РФ, суд сопоставил их друг с другом и иными собранными по делу доказательствами, в частности:

с протоколом осмотра места происшествия с фототаблицами – осмотрена комната (ул. ****), зафиксирована обстановка: стоящий напротив дивана у противоположной стены деревянный диван с мягкой подушкой, на спинке данного дивана мягкая основа, обитая тканью; на деревянном диване находится одежда; в ходе осмотра комнаты Ю-вых изъяты две пластиковые бутылки;

с данными карты вызова бригады скорой медицинской помощи для Ю..: вызов поступил 20 января 2023 года в 7:33 часов от ФИО1; в 8:23 часов Ю. с диагнозом «разрыв селезенки» госпитализирована из дома в Осинскую ЦРБ;

с сообщением и справкой ГБУЗ ПК «Осинская ЦРБ» о поступлении 20 января 2023 года в 8:29 часов Ю. с диагнозом «тупая травма живота, разрыв селезенки, гемоперитонеум», нахождении Ю. с 20 января 2023 года на стационарном лечении в хирургическом отделении.

Показаниям осужденного и потерпевшей, данным ими в судебном заседании, о том, что травма получена Ю. утром 20 января 2023 года в результате падения на угол скамьи, судом дана надлежащая оценка, с которой нельзя не согласиться.

Как верно отмечено судом, эти показания опровергаются не только заключением эксперта о маловероятности получить травму при падении, но и показаниями свидетелей Г. (фельдшера отделения скорой медицинской помощи) и Е. (заведующего хирургическим отделением Осинской ЦРБ) о том, что Ю. факт падения и получения какой-либо травмы отрицала, сообщила, что боли возникли внезапно, после длительного употребления спиртного.

Наряду с этим, судебная коллегия не может согласиться с выводами суда о признании протокола допроса потерпевшей Ю. на досудебной стадии производства по уголовному делу недопустимым доказательством.

Признавая протокол допроса потерпевшей от 23 января 2023 года не соответствующим требованиям ч. 3 ст. 166 УПК РФ, суд указал, что допрос проведен в кабинете следователя СО МО МВД России «Осинский», тогда как с 20 января 2023 года по 1 февраля 2023 года потерпевшая находилась на стационарном лечении в Осинской ЦРБ и не могла посещать отдел полиции.

Вместе с тем, как обоснованно отмечено в апелляционном представлении, факт того, что Ю. была допрошена в кабинете следователя СО МО МВД России «Осинский», а не в Осинской ЦРБ, само по себе не является достаточным для признания этого следственного действия недопустимым доказательством.

Так, свидетель А. – следователь СО МО МВД России «Осинский», допрошенная в суде апелляционной инстанции, пояснила об обстоятельствах допроса Ю. именно в здании Осинской районной больницы. Допрос исполнен в рукописном варианте, а место его проведения уже было отражено на бланке. Перед допросом от лечащего врача она (А.) узнала, что Ю. контактная, доктор сам проводил ее к потерпевшей. При этом Ю. была в нормальном состоянии, уже после операции, и сразу сообщила, что травму ей причинил супруг ФИО1, ударил, когда она сидела на полу. О каких-либо иных обстоятельствах получения травмы потерпевшая не говорила. После прочтения протокола Ю. поставила свои подписи.

Таким образом, версия осужденного о том, что Ю. была допрошена в больнице, когда находилась под воздействием лекарственных препаратов, несостоятельна. Согласно протоколу судебного заседания, обстоятельства, при которых Ю. допрашивалась следователем МО МВД России «Осинский», она не отрицает, в ходе судебного следствия подтвердила, что подписи в протоколе допроса выполнены от ее имени.

Кроме того, в суде апелляционной инстанции после оглашения протокола допроса потерпевшей Ю. от 23 января 2023 года (т. 1, л.д. 25-27), она подтвердила свои показания о том, что в ходе ссоры именно ФИО1 ударил ее кулаком правой руки в левую часть живота, от удара она испытала физическую боль, на следующий день боль усилилась, она не могла встать и упала на пол. До удара ФИО1 боли в области живота ее не беспокоили.

Таким образом, не доверять показаниям потерпевшей Ю. на предварительном следствии, как и показаниям свидетеля А. оснований не имеется, поскольку данные показания логичны, последовательны, согласуются между собой и с вышеприведенными доказательствами.

Оснований для оговора не установлено.

С учетом изложенного, вывод суда о признании недопустимым протокола допроса потерпевшей Ю. от 23 января 2023 года и исключении его из перечня доказательств является ошибочным.

Несмотря на доводы апелляционного представления об отмене приговора, судебная коллегия полагает, что допущенное судом первой инстанции нарушение может быть устранено при рассмотрении дела в апелляционном порядке путем исключения из описательно-мотивировочной части приговора указания о признании недопустимым доказательством и исключении из перечня доказательств показаний потерпевшей Ю. от 23 января 2023 года без отмены приговора, как о том поставлен вопрос в апелляционном представлении.

Совокупность доказательств, содержащаяся в приговоре, наряду с показаниями потерпевшей Ю. на предварительном следствии, признанная судом апелляционной инстанции допустимой и достаточной, подтверждает правильность выводов суда о виновности ФИО1 в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью потерпевшей по признаку опасности для жизни.

Версия осужденного о том, что последствия в виде причинения потерпевшей тяжкого вреда здоровью наступили не от его действий, – выдвигалась стороной защиты в ходе судебного разбирательства, проверена судом и обоснованно признана несостоятельной.

Явка с повинной, на что обращено внимание в апелляционной жалобе, признана судом недопустимым доказательством, поскольку была оформлена без участия защитника и в судебном заседании самим ФИО1 не подтверждена.

Несвоевременное ознакомление осужденного с постановлениями о назначении судебных экспертиз не препятствовало стороне защиты в реализации своих прав и не влечет признание заключений эксперта недопустимыми доказательствами, не подвергает сомнению законность их проведения, достоверность результатов и допустимость заключений. Все заключения судом оценены в совокупности с другими доказательствами. Каких-либо замечаний при ознакомлении с процессуальными документами ФИО1 и его адвокат не заявили, дополнительные вопросы по обстоятельствам, которые необходимо выяснить, не поставили.

Доводы осужденного о том, что свидетели не являлись очевидцами произошедшего и не проведен следственный эксперимент, не опровергают выводы суда.

Вопреки доводам осужденного, положенные в основу приговора доказательства не содержат каких-либо существенных противоречий, подтверждают друг друга и получены в установленном уголовно-процессуальном законе порядке, являются допустимыми, достоверными, а в своей совокупности достаточными для вывода о доказанности виновности ФИО1 в совершении преступления.

С учетом изложенного, позицию осужденного о непричастности к совершению инкриминируемого преступления судебная коллегия рассматривает как реализацию им права на защиту и не может согласиться с предложенной им версией событий, поскольку фактическим обстоятельствам дела, установленным судом первой инстанции, она не соответствует.

Об умысле ФИО1 на причинение тяжкого вреда здоровью Ю. свидетельствуют обстоятельства и способ преступления, характер и локализация телесных повреждений у потерпевшей, нанесение удара в жизненно-важный орган – живот.

Судом правильно установлен и мотив совершения преступления – на почве личных неприязненных отношений, что отражено в приговоре со ссылкой на фактические обстоятельства дела.

Суд правильно квалифицировал действия ФИО1 по ч. 1 ст. 111 УК РФ. Оснований для переквалификации действий осужденного на менее тяжкий закон, как и для оправдания, не имеется.

Какие-либо не устраненные судом существенные противоречия в доказательствах, требующие истолкования в пользу осужденного, по делу отсутствуют, а несогласие стороны защиты с данной судом оценкой доказательствам не ставит под сомнение выводы суда о его виновности в инкриминируемом деянии, не свидетельствует о нарушении судом требований УПК РФ и не является основанием к отмене приговора.

Рассматривая вопрос о справедливости назначенного ФИО1 наказания, судебная коллегия находит правильными выводы суда о том, что цели наказания, а именно восстановление социальной справедливости, исправление осужденного и предупреждение совершения им новых преступлений могут быть достигнуты исключительно с применением к нему реального лишения свободы, а также об отсутствии правовых оснований для применения условного осуждения (ст. 73 УК РФ) и изменения категории преступления на менее тяжкую (ч. 6 ст. 15 УК РФ).

Данные выводы соответствуют характеру и степени общественной опасности совершенного преступления, относящегося к категории тяжких; личности виновного; сделаны с учетом установленных судом обстоятельств, смягчающих наказание, а именно, явки с повинной, оказания иной помощи потерпевшей непосредственно после совершения преступления (вызов скорой помощи), влияния наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

Таким образом, судом были учтены все значимые для назначения наказания обстоятельства, в том числе, указанные в апелляционной жалобе.

При этом суд верно не усмотрел оснований для применения ст. 64 УК РФ, в связи с отсутствием исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, которые могли бы существенно уменьшить степень его опасности. Выводы суда о возможности достижения целей наказания только в условиях изоляции ФИО1 от общества в приговоре должным образом мотивированы и признаются судебной коллегией правильными.

Как видно из материалов дела, суду было известно о состоянии здоровья осужденного, имеющего хронические заболевания. Кроме того, в суд апелляционной инстанции представлены и исследованы справки о здоровье ФИО1 Однако данное обстоятельство, как и мнение потерпевшей, которая претензий к осужденному не имеет, не является тем, которое подлежит обязательному учету в качестве смягчающего (ч. 1 ст. 61 УК РФ).

Обстоятельством, отягчающим наказание, суд обоснованно признал рецидив преступлений, который в соответствии с п. «а» ч. 3 ст. 18 УК РФ является особо опасным, поскольку ФИО1 осужден за совершение тяжкого преступления к реальному лишению свободы, ранее два раза судим за тяжкое преступление (по приговорам от 12 февраля 2015 года и от 2 февраля 2017 года) к реальному лишению свободы.

Доводы осужденного о том, что эти судимости погашены, ошибочны.

Возможность применения положений ч. 1 ст. 62 УК РФ при наличии отягчающего обстоятельства в силу прямых указаний закона исключается.

При назначении наказания правила ч. 2 ст. 68 УК РФ судом соблюдены.

По своему виду и размеру наказание полностью отвечает закрепленным в уголовном законодательстве Российской Федерации целям исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений, является справедливым.

Оснований для смягчения наказания, как и для применения положений ч. 3 ст. 68, ст. 64 УК РФ судебная коллегия не находит.

Вид исправительного учреждения, в котором ФИО1 надлежит отбывать лишение свободы, определен верно, как исправительная колония особого режима, поскольку преступление им совершено при особо опасном рецидиве (п. «г» ч. 1 ст.58 УК РФ).

Не состоятельны и доводы осужденного о том, что суд незаконно взыскал с него процессуальные издержки, связанные с оплатой труда адвоката Глухих А.Г. в ходе предварительного следствия.

Предусмотренных законом оснований, в том числе, указанных в ч. 6 ст. 132 УПК РФ, для полного или частичного освобождения ФИО1 от уплаты процессуальных издержек судом не установлено.

Данных о тяжелом материальном положении осужденного, а также сведений о том, что взыскание процессуальных издержек может существенно отразиться на материальном положении его семьи, материалы дела не содержат и в суд апелляционной инстанции таковые не представлены. При этом судебная коллегия отмечает, что ФИО1 инвалидом либо пенсионером не является, трудоспособен, имеет возможность получать доход. Из материалов дела также следует, что ФИО1 от защитника не отказывался, адвокат Глухих А.Г. активно защищал интересы ФИО1 на досудебной стадии производства по уголовному делу.

Каких-либо процессуальных нарушений, влекущих безусловную отмену приговора, по делу не допущено.

При таких обстоятельствах приговор отмене либо изменению по доводам апелляционной жалобы не подлежит.

Руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Осинского районного суда Пермского края от 2 мая 2023 года в отношении ФИО1 изменить.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание о признании недопустимым доказательством и исключении из перечня доказательств показаний потерпевшей Ю. от 23 января 2023 года на л.д. 25-27 в томе 1.

В остальном этот же приговор оставить без изменения, апелляционное представление исполняющего обязанности прокурора Осинского района Аптукова Н.А. и апелляционную жалобу осужденного ФИО1 – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции (г. Челябинск) путем подачи кассационной жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, а для осужденного, содержащегося под стражей, – в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу, с соблюдением требований статьи 401.4 УПК РФ.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном статьями 401.10 – 401.12 УПК РФ.

В случае подачи кассационных жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: (подпись)

Судьи: (подписи)

Копия верна, судья: Л.В. Чащухина