Решение по делу № 2-157/2024 от 30.01.2025 - о возмещении ущерба, причиненного преступлением.

77RS0012-02-2022-030523-08

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

30 сентября 2024 года город Москва

Кузьминский районный суд г. Москвы в составе председательствующего судьи Соколовой Е.Т., при помощнике судьи Дымант А.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-157/2024 по иску Прокурора Западного административного округа города Москвы к ФИО1 о возмещении ущерба, причиненного преступлением,

установил:

Истец обратился в суд с исковым заявлением о взыскании ущерба, причиненного преступлением.

Свои требования истец мотивирует тем, что постановлением Никулинского районного суда города Москвы от 22.03.2022 г. уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемою в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 199 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ), прекращено по основаниям п. 3 ч. 1 ст. 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее – УПК РФ), т.е. в связи с истечением сроков давности уголовного преследования. Расследованием установлено, что ФИО1, являясь единственным исполнительным органом - генеральным директором, выступал от имени ООО «САРПИНКА», был обязан самостоятельно, своевременно и в полном размере уплачивать законно установленные налоги, вести учет доходов (расходов) и объектов налогообложения, представлять налоговым органам налоговые декларации и расчеты по тем налогам, которые обязан уплачивать, а также бухгалтерскую отчетность за отчетный период, в рассматриваемом случае за период 2015-2017 г.г. ООО «САРПИНКА» в период 2015-2016 г.г. осуществляло оптовую торговлю фруктами и овощами (ОКВЭД 46.31), в связи с чем, являлось плательщиком налога на добавленную стоимость в размере 1 8% при реализации услуг путем уплаты в бюджет государства. В неустановленное следствием время, но непозднее 12.09.2016 г., у ФИО1 возник преступный умысел, направленный на уклонение от уплаты в бюджет налога на добавленную стоимость путем включения в налоговые декларации заведомо ложных сведений с целью необоснованной оптимизации налогообложения общества. В период времени с 01.01.2015 г. по 12.09.2016 г. ФИО1 использовал в финансово-хозяйственной деятельности ООО «САРПИНКА» договоры с ООО «Леотек», ООО «Стеллар», ООО «Интер-Опт», ООО «ПРОМСТОР», заведомо зная, что товары по указанным договорам не поставлялись, отразил в бухгалтерском, налоговом учетах и налоговой отчетности ООО «САРПИНКА», первичную бухгалтерскую документацию, якобы выставленную в адрес указанных обществ, в счет оплаты по вышеуказанным договорам, тем самым внес в налоговые декларации по налогу на добавленную стоимость за 1,2,3 и 4 кварталам 2015 г. и 1,2 кварталы 2016 г., заведомо ложные сведения о суммах налога на добавленную стоимость, предъявленных к данным обществам, якобы в счет поставленных товаров по указанным выше договорам, включенных в состав налоговых вычетов ООС «САРПИНКА». Согласно заключению экономической судебной экспертизы № … от 26.01.2022 г. 000 «САРПИНКА» неправомерно включило в состав налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость, что привело к неуплате налога в суммах: за 1 кв-л 2015 г. — 12091380.0 руб., за 2 кв-л 2015 г. - 177111,00 руб., за 3 кв-л 2015 г. - 16913424,00 руб., за 4 кв-л 2015 г. - 10706062,00 руб., за 1 кв-л 2016 г. - 1413982,00 руб., за 2 кв-л 2016 г. – 2706768.0 руб., всего на сумму 44008737,00 руб.

В судебном заседании истец исковые требования поддержал в полном объеме, просил иск удовлетворить.

Ответчик ФИО1 в судебное заседание не явился, извещался о месте и времени рассмотрения дела надлежаще, о причинах неявки в судебное заседание не сообщил, об отложении судебного разбирательства не ходатайствовал, направил своего представителя.

Представитель ответчика – адвокат Исаев Г.М. – в судебное заседание явился, возражал против удовлетворения исковых требований по мотивам, изложенным в письменных возражениях.

Выслушав истца, представителя ответчика, исследовав материалы дела и представленные доказательства в их совокупности, установив юридически значимые обстоятельства, руководствуясь положениями ст. ст. 12, 56, 57, 67, 71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующему.

Согласно ч. 1 ст. 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.

В соответствии с ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Основными задачами гражданского судопроизводства, сформулированными в ст. 2 ГПК РФ, являются правильное и своевременное рассмотрение и разрешение гражданских дел в целях защиты нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, организаций, прав и интересов Российской Федерации, муниципальных образований, других лиц, являющихся субъектами гражданских, трудовых или иных правоотношений.

Статьей 195 ГПК РФ установлено, что решение суда должно быть законным и обоснованным.

В соответствии с ч. 1 ст. 196 ГПК РФ при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению.

В силу п. п. 1 - 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 N 23 «О судебном решении» решение должно быть законным и обоснованным (ч. 1 ст. 195 ГПК РФ). Решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (ч. 1 ст. 1, ч. 3 ст. 11 ГПК РФ). Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (ст. ст. 55, 59 - 61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Рассматривая спор по существу, суд, изучив материалы дела и представленные письменные доказательства в их совокупности, выслушав участников процесса, приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 57 Конституции Российской Федерации каждый обязан платить законно установленные налоги и сборы.

Как предусмотрено ст.106 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ), налоговым правонарушением признается виновно совершенное противоправное (в нарушение законодательства о налогах и сборах) деяние (действие или бездействие) налогоплательщика, плательщика страховых взносов, налогового агента и иных лиц, за которое данным кодексом установлена ответственность.

Согласно ч. 2 ст. 10 названного Кодекса производство по делам о нарушениях законодательства о налогах и сборах, содержащих признаки административного правонарушения или преступления, ведется в порядке, установленном соответственно законодательством Российской Федерации об административных правонарушениях и уголовно-процессуальным законодательством Российской Федерации.

Статьей 199 УК РФ предусмотрена уголовная ответственность за уклонение от уплаты налогов, сборов, подлежащих уплате организацией, в том числе путем включения в налоговую декларацию (расчет) или иные документы, представление которых в соответствии с законодательством Российской Федерации о налогах и сборах является обязательным, заведомо ложных сведений.

Как указано в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 08.12.2017 г. № 39-П, обязанность, установленная ст. 57 Конституции Российской Федерации, имеет публично-правовой, а не частноправовой характер. Субъект налогового правонарушения не вправе распоряжаться по своему усмотрению той частью принадлежащего ему имущества, которая в виде денежной суммы подлежит взносу в казну, а соответствующие органы публичной власти наделены полномочием в односторонне-властном порядке, путем государственного принуждения взыскивать с налогоплательщика причитающиеся налоговые суммы.

Следовательно, совершившим собственно налоговое правонарушение признается именно налогоплательщик, который может быть привлечен к ответственности, предусмотренной налоговым законодательством.

Вместе с тем особенность правонарушений, совершенных в налоговой сфере организациями, заключается в том, что совершившей собственно налоговое правонарушение признается именно организация как юридическое лицо, которое может быть привлечено к ответственности, предусмотренной налоговым законодательством. Что касается ответственности учредителей, руководителей, работников организации-налогоплательщика и иных лиц за неуплату организацией налогов и сборов, то НК РФ не устанавливает ее в качестве общего правила: взыскание с указанных физических лиц налоговой недоимки и возложение на них ответственности по долгам юридического лица - налогоплательщика перед бюджетом допускаются лишь в случаях, специально предусмотренных налоговым и гражданским законодательством.

В силу ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают, в частности, вследствие причинения вреда другому лицу.

Как разъяснено в п. 3.4 указанного выше постановления Конституционного Суда Российской Федерации, обязанность возместить причиненный вред как мера гражданско-правовой ответственности применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего, как правило, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда, а также его вину. Тем самым предполагается, что привлечение физического лица к ответственности за деликт в каждом случае требует установления судом состава гражданского правонарушения, - иное означало бы необоснованное смешение различных видов юридической ответственности, нарушение принципов справедливости, соразмерности и правовой определенности.

Возмещение физическим лицом вреда, причиненного неуплатой организацией налога в бюджет или сокрытием денежных средств организации, в случае привлечения его к уголовной ответственности может иметь место только при соблюдении установленных законом условий привлечения к гражданско-правовой ответственности.

Возможность привлечения физического лица к ответственности за вред, причиненный бюджету в связи с совершением соответствующего налогового преступления, не исключается только в тех случаях, когда судом установлено, что юридическое лицо служит лишь «прикрытием» для действий контролирующего его физического лица (т.е. de facto не является самостоятельным участником экономической деятельности).

Как указал истец в исковом заявлении, в результате преступных действий директора ООО «САРПИНКА» ФИО1, юридическое лицо уклонилось от уплаты НДС в бюджет Российской Федерации за отчетный период с 01.01.2015 г. по 30.06.2016 г. на сумму 44008737,00 руб. Постановлением Никулинского районного суда г. Москвы от 22.03.2022 г. уголовное дело в отношении ФИО1 по ч. 1 ст. 199 УК РФ на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ прекращено в связи с истечением сроков давности уголовного преследования. На основании изложенного истец в порядке ст. 45 ГПК РФ обратился в суд с исковым заявлением о возмещении материального ущерба, причиненного преступлением. По мнению истца, ущерб Российской Федерации в виде неуплаченных налогов, причинен ФИО1 как физическим лицом, возглавляющим юридическое лицо и в соответствии со ст. 27 НК РФ, являющимся его законным представителем. Таким образом, ущерб Российской Федерации причинен организацией-налогоплательщиком по вине ФИО1, уполномоченного представлять интересы указанной организации, в связи с чем ФИО1 является лицом, ответственным за возмещение причиненного государству ущерба. В данном случае неуплата юридическим лицом по вине ответчика налога является ущербом, причиненным бюджету Российской Федерации.

Ответчик, не согласившись с предъявленными исковыми требованиями, в своих возражениях, в том числе, приводит доводы о неустановлении размера ущерба, представляя в обоснование своих доводов о соответствии размера последнего сумме 1188614,06 руб. за 2015 г., 1014244,08 руб. за 2017 г., а также о наличии переплаты за 2016 г. заключение эксперта № 026/20 от 01.12.2020 г. АНО «Столичный центр юридической диагностики и судебной экспертизы».

Одним из источников сведений о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения гражданского дела, являются заключения экспертов (ст. 55 ГПК РФ).

Обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами (ст. 60 ГПК РФ).

На основании ст. 79 ГПК РФ при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу.

Исходя из существа рассматриваемого спора, необходимости установления юридически значимых обстоятельств по делу, принимая во внимание, что данный вопрос требует специальных познаний, которыми суд не обладает, необходимые сведения для правильного разрешения дела могли быть получены посредством проведения судебной экономической экспертизы в соответствии со ст. 79 ГПК РФ.

Определением суда от 04.03.2024 г. по делу была назначена экономическая экспертиза, проведение которой было поручено экспертам НП «Центр Антикризисных Исследований».

Как следует из выводов судебной экспертизы, согласно проведенного анализа по определению реальности хозяйственных операций за период с 01.01.2015 по 31.12.2017 между ООО «САРПИНКА» и следующими контрагентами: ООО «Меркурий»; ООО «Торглайн»; ООО «Арвест»; ООО «Леотек»; ООО «Дента»; ООО «Лето»; ООО «Стеллар»; ООО «Интер-Опт»; ООО «Промстор», отраженных компанией в целях налогообложения (в соответствии с Письмом ФНС России от 10.03.2021 № БВ-4-7/3060@) установлена реальность сделок между ООО «САРПИНКА» и перечисленными контрагентами, которые были совершены в действительности и получено налогоплательщиком исполнение по ним (первичные документы, заключение договоров), обязательства были исполнены надлежащим лицом, получен экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности - последующее заключение договоров поставки/реализации товаров в целях извлечения прибыли в результате хозяйственных операций.

В соответствии с расчетом по налогу на прибыль, налогооблагаемая база по представленным документам за период с 01.01.2015 г. по 31.12.2017 г. составила 21877 тыс. рублей, сумма налога на прибыль составляет 4376,00 тыс. рублей к уплате в бюджет РФ.

Основываясь на выводах оценочной экспертизы стоимости товаров от 24.09.2020 г. и иных материалах дела у ООО «САРПИНКА» за период с 01.01.2015 г. по 31.12.2017 г. общее расхождение по стоимости приобретенных товаров с произведенной оценочной экспертизой от 24.09.2020 г. составило 154914,56 рублей, и общая налогооблагаемая база по налогу на прибыль за 3 исследуемых года больше на 154914,56 рублей, соответственно, в действиях ООО «САРПИНКА» за период с 01.01.2015 г. по 31.12.2017 г. признаков получения необоснованной налоговой выгоды нет.

Документы прочих поставщиков при расчете суммы налоговой выгоды не учитывались и расчеты производились по имеющимся в деле материалам.

При проведении экспертизы установить иные, имеющие значения для рассмотрения и разрешения обстоятельств по поводу которых не было поставлены вопросы не выявлено.

Заключение судебной экспертизы отвечает требованиям ст. 86 ГПК РФ, содержит подробное описание проведенных исследований, в обоснование сделанного вывода эксперт приводит соответствующие данные из имеющихся в распоряжении документов, основывается на объективных данных, учитывая имеющуюся в совокупности документацию, а также на использованной при проведении исследования научной и методической литературе, в заключении указаны данные о квалификации эксперта, его образовании, стаже работы.

Судебная экспертиза проведена в соответствии с требованиями Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» на основании определения суда о поручении проведения экспертизы экспертам данной организации в соответствии с профилем деятельности, определенным выданной им лицензией, содержит необходимые расчеты, ссылки на нормативно-техническую документацию, использованную при производстве экспертизы. Квалификация эксперта сомнений не вызывает.

Суд доверяет данному экспертному заключению, поскольку оно составлено в соответствии с требованиями закона, эксперт предупрежден об уголовной ответственности, оснований не доверять заключению у суда не имеется, а потому суд полагает возможным положить его в основу решения.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 14.11.2019 г. принято к производству заявление кредитора ООО «Овощная корзинка» о признании ООО «САРПИНКА» несостоятельным (банкротом), возбуждено производство по делу № № А40-269630/19-70-307 «Б».

Решением Арбитражного суда города Москвы от 04.02.2020 г. суд признал банкротом ликвидируемого должника ООО «САРПИНКА».

В отношении ООО «САРПИНКА» введено конкурсное производство по упрощенной процедуре ликвидируемого должника сроком на шесть месяцев.

Конкурсным управляющим ООО «САРПИНКА» утвержден ФИО2

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 06.08.2020 г. по делу № А40-269630/19, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 21 октября 2020 г. по делу № …. и постановлением Арбитражного суда Московского округа от 24.02.2021 г. по делу № А40-269630/2019, конкурсное производство в отношении ООО «САРПИНКА»; требования кредиторов, не удовлетворенные по причине недостаточности имущества должника, считаются погашенными.

В рамках процедуры банкротства ООО «САРПИНКА» ИФНС России № 29 по г. Москве обращалась в арбитражный суд с заявлением о включении требования ИФНС России № 29 по г. Москве о включении в реестр требований ООО «САРПИНКА» задолженности в размере 94904 руб. 89 коп. Определением Арбитражного суда г. Москвы от 15.06.2020 г. по делу № ….было отказано во включении требования ИФНС России № 29 по г. Москве о включении в реестр требований ООО «Сарпинка» задолженности в размере 94904 руб. 89 коп.

ИФНС России № 29 по г. Москве было обжаловано в апелляционном и кассационном порядке определение Арбитражного суда г. Москвы по делу № А40-269630/19-70-307 «Б» об окончании процедуры банкротства, в том числе по причине возможного взыскания с ООО «САРПИНКА» не уплаченных налогов и сборов, однако в удовлетворении указанных требований арбитражными судами ИФНС России № 29 по г. Москве было отказано.

Как было установлено Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 21.10.2020 г. по делу № …. оставленным без изменения Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 24.02.2021 г. по делу № …., ИФНС России № 29 по г. Москве заявляя возражения по вопросу завершения процедуры конкурсного производства указывает на то обстоятельство, что в отношении должника была проведена выездная налоговая проверка (далее – ВНП), по результатам которой инспекцией был вынесен Акт №16-09/53 от 17.02.2020 г. Предполагаемая сумма доначислений составит более 300 млн. руб. При вступлении в законную силу решения по ВНП, уполномоченный орган может приобрести статус мажоритарного кредитора.

Вместе с тем, решение по результатам мероприятий налогового контроля до настоящего времени не вынесено.

В соответствии с п. 12 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 20.12.2016) очередность удовлетворения требования уполномоченного органа, основанного на результатах налоговой проверки должника, решение по результатам которой не вступило в силу к моменту введения процедуры конкурсного производства, не понижается, если требование своевременно заявлено после вступления такого решения в силу.

Из системного толкования положений ст. ст. 88, 89, 100.1, 101 НК РФ следует, что доначисление сумм налога может быть осуществлено налоговым органом только по результатам проведения налоговой проверки, которые в соответствии со ст. ст. 101.2, 138 НК РФ могут быть пересмотрены вышестоящим налоговым органом по апелляционной жалобе налогоплательщика (налогового агента) и приобретают юридическую силу со дня принятия вышестоящим налоговым органом решения по апелляционной жалобе.

В связи с этим при установлении требований по обязательным платежам должно учитываться, имелись ли у уполномоченного органа объективные препятствия для предъявления требований, возникновение которых обуславливалосьнеобходимость соблюденияустановленных законодательством процедур выявления задолженности по обязательным платежам, обеспечения прав плательщиков обязательных платежей при их привлечении к публично-правовой ответственности.

Следовательно, двухмесячный срок предъявления требований уполномоченным органом, указанный в п. 1 ст. 142 Федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), не течет в период с начала проведения налоговой проверки на протяжении всего времени, пока не вступит в силу решение налогового органа по результатам этой проверки.

Вместе с тем, если при проведении мероприятий налогового контроля, рассмотрении результатов налоговой проверки со стороны налогового органа допущено нарушение сроков совершения соответствующих действий, в частности, предусмотренных п. 2 ст. 88, п. 6 ст. 89, п. п. 1 и 5 ст. 100, п. п. 1, 6, 9 ст. 101, п. п. 1, 6, 10 ст. 101.4, п. 3 ст. 140 (в случае подачи апелляционной жалобы), на время такой просрочки, не обусловленной объективными причинами, течение двухмесячного срока, предусмотренного п. 1 ст. 142 Закона о банкротстве, не приостанавливается. При этом к объективным препятствиям, сделавшим невозможным соблюдение налоговым органом указанных сроков, может относиться в том числе активное противодействие проведению выездной налоговой проверки (п. 1.1 ст. 113 НК РФ).

Необходимо также учитывать, что Федеральным законом от 23.06.2016 г. № 222-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее - Закон № 222-ФЗ) п. 4 ст. 142 Закона о банкротстве дополнен прямым указанием на запрет понижения очередности требований уполномоченного органа в том случае, когда на день закрытия реестра не вынесен либо не вступил в силу судебный акт или акт иного уполномоченного государственного органа, наличие которого в соответствии с законодательством Российской Федерации является обязательным для выявления задолженности, в отношении которой предъявлены соответствующие требования.

Для таких случаев данной нормой Закона о банкротстве в ее новой редакции предусмотрено увеличение общего двухмесячного срока предъявления требований уполномоченным органом до восьми месяцев с исчислением увеличенного срока начиная со дня опубликования сведений об открытии в отношении должника процедуры конкурсного производства. Этот специальный срок, согласно п. п. 4, 6 - 8 ст. 13 Закона № 222-ФЗ, применяется в отношении процедур конкурсного производства, введенных начиная с 01.09.2016 г.

Если у уполномоченного органа имелись объективные препятствия для предъявления требований, периоды, связанные с проведением мероприятий налогового контроля, рассмотрением результатов налоговой проверки, апелляционной жалобы на принятое по ее результатам решение, не включаются в указанный восьмимесячный срок.

Согласно правовой позиции Верховного суда Российской Федерации, изложенной в определении от 05.07.2018 г. № 301-ЭС18-114 конкурсный кредитор и уполномоченный орган в соответствии в п. 4 ст. 134 Закона о банкротстве относятся к одной категории выплат, налоговая служба в силу принципа равенства в вопросе установления требований и статуса лица, участвующего в деле о банкротстве, не должна находиться в худшем положении, чем конкурсный кредитор.

Таким образом, следует признать допустимым предъявление уполномоченным органом требования до вступления в силу решения, вынесенного по результатам мероприятий налогового контроля. В этом случае производство по его требованию о включении в реестр подлежит приостановлению до вступления в силу налогового решения применительно к п. 1 ч. 1 ст. 143 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), так как налоговое решение как и вступивший в законную силу судебный акт подлежит принудительному исполнению.

Таким образом, уполномоченный орган обладает правом на подачу заявления о включении его требования в реестр требований кредиторов должника и в отсутствие вступившего в законную силу решения, вынесенного по результатам мероприятий налогового контроля.

Как указывает уполномоченный орган, по результатам налоговой проверки инспекцией был вынесен Акт №…. от 17.02.2020 г.

Вместе с тем, как следует из материалов дела и картотеки арбитражных дел уполномоченный орган не обращался с требованием в рамках дела о банкротстве на основании результатов налоговой проверки ни на дату рассмотрения вопроса о завершении в суде первой инстанции, ни на дату рассмотрения апелляционной жалобы.

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (п. 2 ст. 9 АПК РФ).

С соответствующими заявлениями о привлечении контролирующих ООО «САРПИНКА» лиц, в том числе ответчика, к субсидиарной ответственности в рамках дела № А40-269630/19-70-307 «Б» ИФНС России № 29 по г. Москве также не обращался.

Таким образом, суд приходит к выводу, что именно бездействие ИФНС России № 29 по г. Москве и несовершение им процессуальных действий при рассмотрении арбитражными судами дела № ….не позволили включить имевшуюся, по мнению ИФНС России № 29 по г. Москве, задолженность ООО «САРПИНКА» по уплате налогов и сборов в реестр требований ООО «САРПИНКА», что, однако, не может служить основанием для привлечения ответчика к гражданско-правовой ответственности, поскольку свидетельствует именно о несовершении ИФНС № 29 по г. Москве в сроки, установленные налоговым и арбитражно-процессуальным законодательством, а также законодательством о банкротстве необходимых действий.

21.12.2018 г. ИФНС № 29 по г. Москве было вынесено Решение № …. о проведении ВНП в отношении ООО «САРПИНКА», а также Требование № …. о предоставлении документов.

Решением ИФНС № 29 по г. Москве № …. от 18.02.2019 г. выездная налоговая проверка была приостановлена.

Вступившим в силу определением Арбитражного суда г. Москвы по делу № ….от 15 июня 2020 г. установлено, что согласно данным Инспекции за ООО «САРПИНКА» числилась задолженность в размере 94904 руб. 89 коп.

Согласно п. 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 41, пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации № 9 от 11.06.1999 г. «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие части первой Налогового кодекса Российской Федерации» при рассмотрении споров между налогоплательщиками и налоговыми органами по поводу взыскания недоимок, пени и штрафов по результатам выездных налоговых проверок необходимо учитывать положения п. 4 ст. 100 НК РФ, согласно которым если по результатам налоговой проверки не составлен акт налоговой проверки, то считается, что проверка состоялась и правонарушений не обнаружено.

Поэтому при отсутствии акта выездной налоговой проверки решение (постановление) налогового органа о привлечении налогоплательщика к налоговой ответственности (п. 1 ст. 101) и требование об уплате недоимки, пени и штрафов (п. 3 ст. 101) должны рассматриваться как вынесенные без наличия законных оснований (п. 4 ст.100).

В рамках рассмотрения дела № …. ИФНС № 29 по г. Москве ссылалась на то обстоятельство, что по результатам ВНП был вынесен Акт № …., однако решение по результатам мероприятий налогового контроля до настоящего времени не вынесено. Предполагаемая сумма доначислений составит более З00 млн. руб.

Однако ни Акт № …., ни решение по итогам ВНП так и не были представлены.

Соответственно эти важнейшие документы, на которые Инспекция ссылалась, как на некие доказательства возможного наличия у ООО «Сарпинка» задолженности по подлежащим уплате налогам, не были представлены Инспекцией ни в арбитражные суды при рассмотрении дела № …., ни ООО «Сарпинка», ни Ответчику.

Как следует из правового обоснования заявленного истцом иска, фактически убытки рассчитаны в связи с привлечением ФИО1 к уголовной ответственности за налоговое преступление и прекращением в отношении него уголовного дела по не реабилитирующему основанию.

При этом материалы гражданского дела содержат фактические данные, которые безусловно указывают, что юридическое лицо не служило и не служит лишь «прикрытием» для действий контролирующего его физического лица, тем самым являлось самостоятельным участником экономической деятельности.

Суд, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, применив нормы гражданского законодательства, приходит к выводу об отказе в удовлетворении иска Прокурора Западного административного округа Москвы к ФИО1

До вынесения судом решения ответчиком также заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.

Исковое заявление о взыскании суммы ущерба бюджету за неуплату налога за период 2015, 2016 годы подано с пропуском трехлетнего срока исковой давности. Иск прокурора в уголовном деле был заявлен 13.12.2022 г., а срок исковой давности по последнему налоговому 2016 г. истек 28.03.2020 г.

Согласно положению ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В силу требования ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности устанавливается в три года.

Согласно положению ч. 1 ст. 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Согласно положению ч. 2 ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Довод истца о том, что о нарушении права на взыскание с ответчика денежных средств стало известно после прекращения уголовного дела 22.03.2022 г., иск же предъявлен 13.12.2022 г., то есть без пропуска срока исковой давности, является необоснованным по следующим обстоятельствам.

Пункт 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 г. № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее - Постановление № 43) содержит следующее разъяснение: срок исковой давности по требованиям публично-правовых образований в лице уполномоченных органов исчисляется со дня, когда публично-правовое образование в лице таких органов узнало или должно было узнать о нарушении его прав, в частности, о передаче имущества другому лицу, совершении действий, свидетельствующих об использовании другим лицом спорного имущества, например, земельного участка, и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В п. 15 указанного Постановления также разъяснено, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй п. 2 ст. 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

При обращении прокурора в защиту прав и законных интересов других лиц начало течения срока исковой давности определяется исходя из того, когда о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, узнало или должно было узнать лицо, в интересах которого подано такое заявление.

Начало течения срока исковой давности определяется исходя из того, когда о нарушении своего права узнало или должно было узнать лицо, в интересах которого подано такое заявление (п. 5 Постановления № 43).

В спорах со схожими обстоятельствами, когда в суд обращается истец, действующий в интересах другого лица, чье право нарушено, срок исковой давности исчисляется со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права, независимо от того, обратилось ли за судебной защитой само это лицо, либо в его интересах - другие лица, в силу закона наделенные таким правом: при рассмотрении настоящего дела по иску прокурора для целей применения норм о пропуске срока исковой давности необходимо установить дату, когда о возможном нарушении своих прав должно было узнать ИФНС № 29 по г. Москве, а не сам прокурор.

В период времени с 01.01.2015 г. по 31.12.2016 г. ООО «САРПИНКА» являлось в соответствии со ст. 143 НК РФ плательщиком налога на добавленную стоимость, объектом налогообложения по которому, согласно ст. 146 НК РФ, признается реализация работ (товаров, услуг) на территории РФ, и в соответствии со ст. ст. 163, 164, 166, 171, 172 и 174 НК РФ, обязанным исчислять НДС по налоговой ставке в размере 18% и уплачивать по итогам каждого налогового периода, установленного как квартал, равными долями, не позднее 20 числа каждого из трех месяцев, следующего за истекшим налоговым периодом, а также в соответствии со ст. 246 НК РФ плательщиком налога на прибыль организации, объектом налогообложения по которому признается прибыль, полученная налогоплательщиком. В соответствии с ч. 1 ст. 287 НК РФ - налог, подлежащий уплате по истечении налогового периода, уплачивается не позднее срока, установленного для подачи налоговых деклараций, то есть не позднее 28 марта года, следующего за истекшим налоговым периодом.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что истцом допущен пропуск установленного срока исковой давности.

Руководствуясь ст. ст. 193, 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований Прокурора Западного административного округа города Москвы к ФИО1 о возмещении ущерба, причиненного преступлением – отказать.

Решение может быть обжаловано в Московский городской суд в течение месяца путем подачи апелляционной жалобы через Кузьминский районный суд г. Москвы.

Судья:

Мотивированное решение изготовлено 30.01.2025 года