Дело № 2-1606/2022

УИД №***

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. ФИО1

02 ноября 2022 года

Можгинский районный суд Удмуртской Республики в составе председательствующего судьи Хисамутдиновой Е.В.,

при секретаре Груздевой С.В.,

с участием представителя ответчика ФИО2, действующей на основании доверенности №*** от 14.12.2021 г.,

третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО5 к ФИО6 о признании завещания недействительным,

установил:

Первоначально ФИО5 обратился в суд с иском к ФИО6 о признании завещания ФИО8 от 02.02.2006 г. недействительным на основании ст.ст. 177, 179 Гражданского кодекса РФ как сделки, совершенной гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими, и сделки, совершенной под влиянием обмана; о признании ФИО8, дд.мм.гггг года рождения, <данные изъяты>; а также о возмещении вреда, причиненного действиями ответчика, в размере 500000,00 руб. каждому наследнику ФИО8, умершего дд.мм.гггг; о возмещении упущенной выгоды, связанной с фактическим владением квартирой, принадлежащей отцу истца, ответчиком, начиная с 22.11.2020 г.; о компенсации морального вреда в размере 200000,00 руб.

Определением Можгинского районного суда Удмуртской Республики от 15.08.2022 г. исковое заявление ФИО5 к ФИО6 о признании завещания недействительным, возмещении ущерба, упущенной выгоды, компенсации морального вреда в части требований о возмещении вреда, причиненного действиями ответчика, в размере 500000,00 руб. каждому наследнику ФИО8, умершего дд.мм.гггг; о возмещении упущенной выгоды, связанной с фактическим владением квартирой, принадлежащей отцу истца, ответчиком, начиная с 22.11.2020 г.; компенсации морального вреда в размере 200000,00 руб. - возвращено истцу на основании ч. 2 ст. 136 Гражданского процессуального кодекса РФ. В принятии искового заявления ФИО5 к ФИО6 о признании завещания недействительным, возмещении ущерба, упущенной выгоды, компенсации морального вреда в части требований о признании завещания недействительным со ссылкой на п. 1 ст. 177 Гражданского кодекса РФ как совершенного гражданином, не способным понимать значение своих действий и руководить ими - отказано на основании п. 2 ч. 1 ст. 134 Гражданского процессуального кодекса РФ; <данные изъяты> ФИО8, дд.мм.гггг года рождения, <данные изъяты> – отказано на основании п. 1 ч. 1 ст. 134 Гражданского процессуального кодекса РФ.

Исковые требования ФИО5 к ФИО6 о признании завещания недействительным мотивированы тем, что отец истца ФИО8, дд.мм.гггг года рождения, умер дд.мм.гггг На пятый день после похорон истцу стало известно о наличии завещания, по которому все имущество о наличии завещания, по которому все имущество было завещано ФИО6 Отец истца при жизни имел форму расстройства привычек и влечений, выражающееся в болезненном пристрастии к получению удовольствия от признания его значимости. Очень бурно и положительно реагировал на любую форму похвалы, совершенно не отдавая себе отчета о производимых им действиях и смысле действий, совершаемых им для получения стимула одобрения. Это выражалось в том, что отец вел тетради по алфавиту с записями о просмотренных фильмах, списки прочитанных книг, записи о погоде утром и вечером, систематизировал оглавление статей, брался за любую деятельность, чтобы получить похвалу. Отец хвалился прекрасным знанием законов и того, что он с серьезными затратами добился получения квартиры именно по закону, хвалился своей системой игры в спортлото, завел пачку тетрадей и тратил огромные суммы, чтобы удостоверить факты выигрышей. Близкое окружение усугубляло его расстройство психики, используя его в своих целях. А он превосходно обучался методам получения личной выгоды. Найти подход к такой личности не составляет проблемы - аргумент с похвалой о том, что отец сам знанием законов заработал на квартиру, а дети недостойны, не заслужили, его вполне мог устроить. Идеей впоследствии он активно пользовался, рассказывая при случае о том, что если о нем позаботятся, он оставит квартиру.

Истец полагает, что оспариваемая сделка совершена гражданином, зависимым от пристрастия, выраженного влиянием расстройства привычек, и под влиянием обмана, эксплуатирующего данную зависимость, в связи с чем просит признать завещание, совершенное от имени ФИО8 и удостоверенное 02.02.2006 г., недействительным на основании п. 2 ст. 179 Гражданского кодекса РФ как сделки, совершенной под влиянием обмана.

В судебное заседание истец ФИО5, ответчик ФИО6, третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО5, нотариусы нотариального округа: город Можга Удмуртской Республики ФИО15. и ФИО16 не явились, извещены о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом.

На основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса РФ дело рассмотрено в отсутствие указанных лиц.

Ранее при рассмотрении дела в предварительном судебном заседании 09.09.2022 г., судебном заседании 26.10.2022 г. истец ФИО5 на исковых требованиях настаивал, поддержал доводы, изложенные в исковом заявлении, дополнительно суду пояснил, что он указал в качестве ответчика ФИО6, потому что на нее оформлено завещание. Ответчик ФИО6 его отца обманула, поскольку папа до конца жизни был уверен, что его племянник без жилья, а у сыновей есть жилье. Все у отца просили квартиру, а он всем обещал. Папа при жизни бурно реагировал на слова о том, что он хороший, дети у него нехорошие. Это был психологический обман со стороны сестер отца, в том числе и со стороны ответчика, что дети не достойные, что он хороший. Для папы было важным выглядеть хорошим, несчастным, он любил жаловаться, получить с этого выгоду. У него не было основания жаловаться на детей, больше у детей были основания жаловаться. Завещание отца он увидел после похорон, которые состоялись 22.11.2020 г., а завещание ему показали 26.11.2020 г. или 27.11.2020 г. Он завещание прочитал, сфотографировал. Родственники просили у него документы - свидетельство о смерти отца, но когда они сами получили свидетельство о смерти, то с ним общаться не стали, знать его не хотели. Ему не было известно об обмане, когда он получил отказ в выдаче свидетельства о праве на наследство от нотариуса. Об обмане он догадался, когда ознакомился с материалами гражданского дела №*** в конце февраля или в начале марта 2022 года, когда готовился к апелляции по делу, копировал материалы дела. Вот тогда смог полностью понять, что произошло. В рассмотрении дела в суде он принимал участие, но слушал невнимательно.

Представитель ответчика ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признала, суду пояснила, что все доводы, которые изложены в настоящем иске, повторялись ФИО5 из дела в дело неоднократно, все они основаны на его обидах на то, что завещание составлено не в его пользу. И все его домыслы ничем не подтверждены. Кроме того, полагает, что истцом пропущен срок исковой давности. Согласно п.2 ст.181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному в иске требованию начинается со дня прекращения обмана, под влиянием которого была совершена сделка (п.2 ст.179 ГК РФ), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной. Согласно п.2 ст.199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований. Со слов наследника по завещанию, ответчика по делу, о наличии оспариваемого завещания истцу стало известно на пятый день после смерти отца ФИО8, умершего дд.мм.гггг Кроме того, истец ФИО5 официально письменно обращался к нотариусу с заявлением о принятии наследства после смерти отца. Письмом №*** от 15.12.2020 г. нотариус нотариального округа: <***> Республики ФИО10 отказала ФИО5 в выдаче свидетельства о праве на наследство, указав об имеющемся завещании в пользу третьего лица и о том, что таким образом наследодатель ФИО8 лишил истца наследства. Вместе с тем, с настоящим иском ФИО5 обратился в суд только 21.07.2022 г., то есть по истечении срока исковой давности для обращения в суд с указанными требованиями. Согласно п.1 ст.204 ГК РФ срок исковой давности не течет со дня обращения в суд в установленном порядке за защитой нарушенного права на протяжении всего периода, пока осуществляется защита нарушенного права. Однако иски, поданные ФИО5 ранее и рассмотренные по существу Можгинским районным судом Удмуртской Республики, связаны с отменой завещания по основаниям, указанным в статьях 177, 118, 1117, 1124 ГК РФ, то есть иным, не тождественным настоящему иску, поскольку содержат иные основания недействительности завещания, поэтому не влекут приостановления течения срока исковой давности по настоящему иску. Если предположить, что в период рассмотрения дела №***, истец узнал и убедился после допроса всех родственников – сестер ответчика, что они преподносили негативную информацию, как это он неоднократно указывал в апелляционных жалобах, кроме того, как указано в апелляционной жалобе ФИО5, с 1989 года ФИО6 настраивала вместе с близким родственниками и оказывала на ФИО8 негативное влияние, то срок исковой давности пропущен, поскольку 16.06.2021 г. решение по вышеуказанному делу вступило в законную силу и год с этой даты прошел. ФИО5 обратился в суд с иском 21.07.2022 г. Учитывая, что истец имеет высшее экономическое образование, на учёте в медицинских учреждениях не состоит, его доводы о том, что он заблуждался, не знал чего-то, не мог ознакомиться с делом, при том, что он сам участвовал непосредственно в каждом судебном заседании, несостоятельны. Истец приводит доводы о том, что завещатель был неадекватен, имел расстройство личности, однако его требования вызваны обидой на то, что воля завещателя была не в его пользу. При рассмотрении дела №*** истец пояснял, что отношения с отцом у него были плохие, так же истец пояснял, что мать стравливала его с отцом. Но нигде не упоминается о том, что какое-то влияние на наследодателя или обман был со стороны ФИО6 О том, что отец на истца ФИО5 был обижен, поясняли и сестры завещателя. В том, что истец не мог с отцом достигнуть каких-то родственных, близких отношений, вины ответчика нет. Доказательств влияния на завещателя также нет и, как это было указано в решении суда, которое имеет преюдициальное значение, воля наследодателя была понятна и последовательна. Кроме того, представитель ответчика просила при вынесении решения взыскать и истца ФИО5 в пользу ФИО6 понесенные последней судебные расходы, связанные с оплатой услуг представителя, в размере 25000 рублей, о чем представила письменное заявление.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО3 в судебном заседании не возражала против удовлетворения иска, суду пояснила, что ей известно, что сестры ее супруга ФИО8 настраивали его против семьи. После того, как ФИО8 приходил от сестер пьяным, он все время налетал на нее и на сына, постоянно были драки, что послужило причиной расторжения их брака с ФИО8 О сестрах супруг говорил, что им нужна только его квартира.

Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав представленные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

дд.мм.гггг умер ФИО8, дд.мм.гггг года рождения (свидетельство о смерти серии №*** №*** выдано 23.11.2020 г. Отделом ЗАГС Администрации города Можги Удмуртской Республики).

Наследственное имущество состоит из квартиры, находящейся по адресу: Удмуртская Республика, <***>, и вклада в ПАО Сбербанк.

Наследниками по закону после смерти ФИО8 являются сыновья: ФИО5, дд.мм.гггг года рождения, и ФИО5, дд.мм.гггг года рождения.

Наследником по завещанию №*** от 02.02.2006 г. является ФИО6.

Все наследники по закону и по завещанию обратились к нотариусу с заявлениями о принятии наследства после смерти ФИО8

Оспариваемое завещание дд.мм.гггг удостоверено нотариусом города Можги и Можгинского района Удмуртской Республики ФИО9, зарегистрировано в реестре за №***. Согласно тексту завещания ФИО8, находясь в здравом уме и твёрдой памяти, действуя добровольно, на случай своей смерти сделал следующее распоряжение: всё своё имущество, какое окажется ко дню его смерти, где бы оно ни находилось и в чём бы таковое не заключалось, завещает ФИО6.

Истец ФИО5, как наследник по закону, оспаривает завещание как сделку, совершенную под влиянием обмана (ч. 2 ст. 179 Гражданского кодекса РФ).

В соответствии со статьей 1111 Гражданского кодекса РФ наследование осуществляется по завещанию, по наследственному договору и по закону. Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных настоящим Кодексом.

Распорядиться имуществом на случай смерти можно путем совершения завещания или заключения наследственного договора.

Завещание является односторонней сделкой, которая создает права и обязанности после открытия наследства (ст. 1118 Гражданского кодекса РФ).

Согласно ст. 1131 Гражданского кодекса РФ при нарушении положений настоящего Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание).

Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.

Оспаривание завещания до открытия наследства не допускается.

Поскольку завещание является сделкой, к нему применимы общие нормы права о действительности либо недействительности сделок.

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (пункт 2 данной статьи).

В силу пункта 2 статьи 179 Гражданского кодекса РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 99 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 г. N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса РФ).

Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса РФ).

Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

Согласно ч. 2 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

Как установлено вступившим в законную силу решением Можгинского районного суда Удмуртской Республики от 29.04.2021 г. по делу №*** по иску ФИО5 к ФИО6 о признании завещания недействительным, на момент составления завещания (02.02.2006 г.) ФИО8 недееспособным не признавался, опекуна не имел, на учете в психиатрической больнице не состоял, за медицинской помощью к врачу – психиатру не обращался.

Вышеуказанным решением суда установлено, что на момент составления завещания ФИО8 самостоятельно руководил своими действиями, осознавал их характер, правильно оценивал и воспринимал происходящее. На момент составления завещания он действовал целенаправленно, находился в ясном сознании, правильно ориентировался в ситуации, во времени, пространстве, сообщил нотариусу необходимую информацию о наследнике, представил свой паспорт, ему был воспроизведен вслух текст завещания. То есть он понимал значение своих действий и руководил ими, осознавал юридическую суть, социальные и правовые последствия совершаемых им действий.

Из указанного решения суда также следует, что завещание содержит ясно выраженное намерение ФИО8 завещать принадлежащее ему имущество ФИО6, то есть составление завещания имело целью распорядиться своим имуществом на случай смерти. При этом текст завещания записан нотариусом со слов ФИО8 и до его подписания оглашен для завещателя нотариусом, т.к. ФИО4 <данные изъяты>. В соответствии с требованиями п. 3 ст. 160, п. 3 ст. 1125 ГК РФ завещание вместо завещателя подписано рукоприкладчиком гр. ФИО7, дд.мм.гггг года рождения, имеющим паспорт <...> выдан ОВД г. Можги Удмуртской Республики 05.06.2001 г., код подразделения 182-008, зарегистрированным в <***> <***>.

Личность завещателя и лица, подписавшего завещание, установлены, дееспособность проверена. Завещание зарегистрировано в реестре за №*** и заверено печатью нотариуса. Таким образом, ФИО8 реализовал предоставленное ему статьей 1119 ГК РФ право по своему усмотрению завещать имущество любым лицам.

Кроме того, вступившим в законную силу решением Можгинского районного суда Удмуртской Республики от 02.08.2022 г. по делу №*** по иску ФИО5 к ФИО6 о признании завещания недействительным, установлено, что подписание оспариваемого завещания не лично ФИО8, а рукоприкладчиком ФИО11, в связи с болезнью (как указано в тексте завещания – за слепого ФИО8 завещание по его просьбе и в присутствии нотариуса подписано ФИО7), не свидетельствует о нарушении порядка оформления и составления завещания, влекущем его недействительность. Учитывая наличие у ФИО8 болезни по зрению, у нотариуса имелись основания пригласить рукоприкладчика, оговорив в завещании физический недостаток, препятствующий подписать завещание, со слов самого завещателя.

Признание преюдициального значения судебного решения, направленное на обеспечение стабильности и общеобязательности этого решения и исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если имеют значение для его разрешения. В связи с чем вышеуказанные факты и обстоятельства принимаются судом и считаются установленными.

В соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Обязанность доказывания обстоятельств, изложенных в статье 179 Гражданского кодекса РФ, лежит на лице, обратившемся за защитой нарушенного права.

Вместе с тем, истцом не представлено каких-либо относимых и допустимых доказательств, свидетельствующих о том, что в момент составления завещания ФИО8 находился под воздействием обмана, и таких обстоятельств при рассмотрении спора не установлено.

Указанное свидетельствует о недоказанности наличия обстоятельств, необходимых для признания завещания недействительной сделкой по основанию, предусмотренному ч. 2 ст. 179 Гражданского кодекса РФ, как совершенного под влиянием обмана.

Поскольку на момент составления оспариваемого завещания ФИО8 каким-либо психическим заболеванием не страдал, мог понимать значение своих действий и руководить ими, порока воли при совершении оспариваемого завещания установлено не было, что подтверждено выводами, содержащимися во вступивших в законную силу решениях суда, имеющих преюдициальное значение при рассмотрении настоящего гражданского дела, при жизни наследодатель составленное завещание не отменял, каких-либо относимых и допустимых доказательств тому, что на случай своей смерти наследодатель имел намерение распорядиться принадлежащим ему имуществом иным образом, при рассмотрении спора суду представлено не было, оценив представленные сторонами доказательства по правилам статьи 67 Гражданского кодекса РФ, суд не находит оснований для удовлетворения заявленных требований.

Кроме того, в ходе рассмотрения дела ответчиком заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.

Пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса РФ установлено, что срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В соответствии с положениями статьи 200 Гражданского кодекса РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Абзацем 2 пункта 2 статьи 1131 Гражданского кодекса РФ установлено, что оспаривание завещания до открытия наследства не допускается.

Таким образом, право на оспаривание завещания, составленного в пользу ФИО6, возникло у заинтересованных лиц после смерти ФИО8, то есть с 17.11.2020 г. Из объяснений истца, данных им при рассмотрении настоящего дела, установлено, что о наличии завещания истцу стало известно не позднее 27.11.2020 г., а с иском в суд он обратился лишь 21.07.2022 г., в связи с чем суд приходит к выводу о пропуске истцом срока исковой давности.

По смыслу ст. 203 Гражданского кодекса РФ, обращение в суд с иском о признании сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности, предъявленным по иным основаниям, течение срока исковой давности не прерывает.

Так, из вышеуказанных судебных актов, принятых по результатам рассмотрения исковых заявлений ФИО5 следует, что в 2020 году и в 2022 году истец, обращаясь с иском в Можгинский районный суд Удмуртской Республики к ФИО6 о признании завещания недействительным, признании права собственности на имущество ФИО8 в размере полагающейся ему доли по наследованию по закону (гражданские дела №*** и 2-681/2022), а также в 2022 году истец, обращаясь с иском в Можгинский районный суд Удмуртской Республики к ФИО6 о признании недостойным наследником (гражданское дело №***), об основании недействительности завещания как сделки, совершенной под влиянием обмана, указанном в рассматриваемом иске, не заявлял.

Таким образом, основания полагать, что в результате указанных обращений ФИО5 в суд с соответствующими исками приостановлено течение срока исковой давности по настоящему делу, у суда отсутствуют.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре в силу ст. 199 Гражданского кодекса РФ, является самостоятельным основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. Предъявление истцом исков по иным основаниям не приостанавливает течение срока исковой давности. Обстоятельств, препятствующих обращению в суд с настоящими требованиями, судом не установлено.

Иных убедительных оснований для восстановления срока исковой давности суду истцом представлено не было. Обстоятельства пропуска срока исковой давности ввиду позднего ознакомления с материалами гражданских дел, которые ранее рассматривались судом по искам ФИО5, не могут расцениваться в качестве уважительных обстоятельств, препятствовавших истцу своевременно обратиться в суд с иском за разрешением спора по заявленному основанию. Указанное обстоятельство не препятствовало истцу заявить настоящие требования в предусмотренный законом срок.

Из представленных суду доказательств следует, что нотариально удостоверенное завещание требованиям закона по форме и процедуре удостоверения завещания соответствует.

Форма завещания соблюдена, в соответствии со ст. 1124 Гражданского кодекса РФ завещание составлено в письменной форме и удостоверено нотариусом, на завещании указаны место и дата его удостоверения.

Согласно ст. 1131 Гражданского кодекса РФ лишь при нарушении положений Гражданского кодекса РФ, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание).

Таких оснований в судебном заседании не установлено.

Учитывая, что оснований для признания недействительным завещания, составленного ФИО8, не имеется, а также учитывая, что истцом пропущен срок исковой давности, о чем в ходе рассмотрения дела заявлено ответчиком, исковые требования ФИО5 удовлетворению не подлежат.

На основании ст. 100 Гражданского процессуального кодекса РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Расходы ответчика ФИО6 на оплату услуг представителя в размере 25000 руб. подтверждены документально: договором оказания юридических услуг №*** от 27.08.2022 г., актом сдачи-приемки выполненных работ и оказанных услуг по договору оказания юридических услуг от 02.11.2022 г. и распиской о получении представителем денежных средств от 27.08.2022 г.

В пункте 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 г. №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что при определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Принимая во внимание категорию и сложность гражданского дела, характер оказанных юридических услуг, продолжительность рассмотрения дела, суд считает расходы на оплату услуг представителя на подготовку документов и представительство в суде подлежащим удовлетворению в полном объеме, в размере 25000 руб., которые подлежат взысканию с истца в пользу ответчика. Определяя размер подлежащих взысканию судебных расходов в указанной сумме, суд считает их отвечающими принципам разумности и справедливости, балансу процессуальных прав и обязанностей участников гражданского процесса.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО5 (паспорт серии №*** №***) к ФИО6 (паспорт серии №***) о признании завещания №*** совершенного от имени ФИО8 и удостоверенного 02.02.2006 г. нотариусом города Можги и Можгинского района Удмуртской Республики ФИО9, зарегистрированного в реестре за номером 312, недействительным - оставить без удовлетворения.

Взыскать с ФИО5 в пользу ФИО6 расходы на оплату услуг представителя в размере 25000 (Двадцать пять тысяч) рублей 00 копеек.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Удмуртской Республики в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме через Можгинский районный суд Удмуртской Республики.

Мотивированное решение изготовлено 10.11.2022 г.

Председательствующий судья- Е.В. Хисамутдинова