РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

29 июня 2022 года город Тула

Зареченский районный суд г. Тулы в составе:

председательствующего Малеевой Т.Н.,

при помощнике судьи Корниенко М.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о взыскании материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, компенсации морального вреда, по встречному исковому заявлению ФИО2 к ФИО1 об определении степени вины в дорожно-транспортном происшествии, взыскании материального ущерба, компенсации морального вреда, по встречному иску ФИО5 к ФИО1 об установлении степени вины в дорожно-транспортном происшествии,

установил:

ФИО1 обратился к ФИО2 с требованиями о взыскании материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, компенсации морального вреда. В обоснование заявленных требований указал на то, что 09.08.2018 на автодороге Тула-Шатск автомобилем «Шевроле Нива», государственный регистрационный знак №, под управлением ответчика, была сбита принадлежащая ему корова. Решением Ленинского районного суда Тульской области от 27.11.2019 виновным в указанном дорожно-транспортном происшествии был признан ФИО2 Исходя из изложенного, просит взыскать с ФИО2 в свою пользу материальный ущерб в размере 90 000 руб. - стоимость погибшего животного, а также компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб.

Воспользовавшись положениями ст. 137 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ответчик ФИО2 предъявил встречный иск, в котором просил установить степень вины ФИО1 в дорожно-транспортном происшествии, имевшем место 09.08.2018 в 21 час 25 минут на 5-ом км +/- 850 м автодороги Тула-Шатск равной 50%; взыскать с ФИО1 материальный ущерб в размере 75 998 руб., компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб. В обоснование заявленных требований указал на то, что 09.08.2018 в 21 час 25 минут на 5-ом км +/- 850 м автодороги Тула-Шатск произошло дорожно-транспортное происшествие-наезд на домашнее животное (корову) с участием автомобиля Шевроле Нива, государственный регистрационный знак №, принадлежащего ФИО5, под управлением ФИО2 и автомобиля Тойота РАВ 4, государственный регистрационный знак №, под управлением собственника ФИО6 Согласно заключению эксперта № от 05.11.2019, подготовленного ООО «Тульский экспертно-правовой центр «Защита» в рамках гражданского дела, рассматриваемого Ленинским районным судом Тульской области по иску ФИО5 к ФИО1 о взыскании материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, компенсации морального вреда и по встречному иску ФИО1 к ФИО5 о взыскании материального ущерба, компенсации морального вреда, несоответствие действий водителя автомобиля Шевроле Нива, государственный регистрационный знак №, требованиям п. 1.3, 1.5, 10.1, 10.3, 19.2 ПДД РФ с технической точки зрения находится в причинной связи с дорожно-транспортным происшествием, произошедшим 09.08.2018. Вместе с тем, в указанном ДТП имеется не только его вина, но и вина ФИО1, поскольку последний в нарушение п. 25.4, 25.6 ПДД РФ допустил выход принадлежащей ему коровы без надзора на проезжую часть автодороги в темное время суток, в результате чего произошло дорожно-транспортное происшествие и автомобилю Шевроле Нива, государственный регистрационный знак №, были причинены механические повреждения. Кроме того, ФИО1 в ходе рассмотрения дела в Ленинском районном суде Тульской области по существу пояснил, что его корова в стаде КФХ ФИО7 не содержалась. Куда девался труп животного после дорожно-транспортного происшествия ему неизвестно, то есть доказательств причинения ФИО1 реального ущерба суду не предоставлено. Исходя из изложенного, полагает необходимым определить степень вины в ДТП его и ответчика равной - по 50 % каждого и взыскать с ФИО1 стоимость восстановительного ремонта автомобиля Шевроле Нива, а также моральный ущерб, поскольку разбирательства относительно вышеуказанного ДТП привели к ухудшению его здоровья.

Определениями к участию в деле в качестве третьих лиц были привлечены ФИО7, ФИО5

Воспользовавшись положениями ст. 42 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, третье лицо ФИО5 предъявила исковое заявление к ФИО1 в котором просила суд установить степень вины ФИО1, как собственника коровы, в дорожно-транспортном происшествии, имевшем место 09.08.2018 в 21 час 25 минут на пятом км +/- 850 м автодороги Тула-Шатск равной 50%. В качестве обоснования заявленных требований ФИО5 указаны обстоятельства, аналогичные тем, что указаны ФИО2 во встречном исковом заявлении. Кроме того, указала на то, что в ходе рассмотрения гражданского дела в Ленинском районном суде Тульской области была проведена судебная экспертиза ООО «Тульский экспертно-правовой центр «Защита», однако вопрос о соответствии действий собственника коровы требованиям ПДД РФ в дорожной обстановке при дорожно-транспортном происшествии и наличии причинной связи с произошедшим ДТП поставлен не был. При этом контроль за крупным рогатым скотом должен осуществляться собственником с надлежащей степенью осмотрительности и надежности, чего ФИО1 сделано не было. Поскольку ФИО1 обратился в суд с требованиями о возмещении материального ущерба и настаивает на том, что он является хозяином сбитой коровы, полагала необходимым установить, имелась ли вина собственника коровы в произошедшем дорожно-транспортном происшествии, обязан ли он нести ответственность за ненадлежащее содержание принадлежащего ему имущества, в том числе, материальную ответственность перед третьими лицами, которым также был причинен ущерб в результате произошедшего дорожно-транспортного происшествия.

Ответчик (истец по встречному иску) ФИО2, третьи лица ФИО7, ФИО6 в судебное заседание не явились, о дате, времени и месте его проведения извещались своевременно и надлежащим образом.

В соответствии со ст.167 ГПК РФ суд рассмотрел данное гражданское дело в отсутствие неявившихся лиц.

Истец (ответчик по встречным искам) ФИО1 в судебном заседании поддержал заявленные требования в полном объеме по основаниям, изложенным в иске, возражал против удовлетворения заявленных ФИО2 и ФИО5 требований. Кроме того, в ходе рассмотрения дела пояснил, что 27.11.2019 Ленинским районным судом Тульской области было вынесено решение по гражданскому делу по иску ФИО5 к ФИО1 о взыскании материального ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, компенсации морального вреда и по встречному иску ФИО1 к ФИО5 о взыскании материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, компенсации морального вреда, которым в удовлетворении требований ФИО5 и встречных исковых требований ФИО1 было отказано. Обращаясь в суд с иском, ФИО5 было указано на то, что принадлежащему ей на праве собственности автомобилю Шевроле Нива государственный регистрационный знак № был причинен материальный ущерб, поскольку ФИО2, управлявший указанным автомобилем совершил наезд на корову, принадлежащую ФИО1 Таким образом, ни ФИО2, ни ФИО5 не оспаривали тот факт, что корова принадлежит именно ему (ФИО1). Кроме того, им был представлен договор купли-продажи № от 08.12.2017, согласно которого он купил корову № в ООО «Ильинское», а также квитанция об оплате договора на сумму 90 000 руб. Таким образом, после передачи коровы он стал ее собственником. Также указал на то, что он, как собственник коровы обязан проводить ее вакцинацию, но не обязан где-либо учитывать такой вид имущества, как корова. Прививки принадлежащей ему корове по своей инициативе делал его сын ФИО7, поскольку последний является держателем КФХ, в котором содержалась его корова. Самостоятельно он корову содержать не может, поскольку является инвалидом второй группы. О том, что его корова погибла, ему сообщили сотрудники полиции. Что стало с тушей коровы ему неизвестно, поскольку в момент дорожно-транспортного происшествия он находился на лечении за пределами г. Тулы. Компенсацию морального вреда он просит взыскать, поскольку ему жалко его корову, он ее любил. Кроме того, отсутствие животного лишило его молока, необходимого для здоровья.

Помимо изложенного, указал, что исковые требования ФИО5 уже рассматривались в рамках гражданского дела, рассмотренного Ленинским районным судом Тульской области, где были установлены, как обстоятельства произошедшего ДТП, так и виновник указанного происшествия. Данным встречным исковым заявлением ФИО5 пытается дать переоценку состоявшемуся судебному акту, вступившему в законную силу, что противоречит требованиям ГПК РФ. Помимо того, ДТП о котором идет речь в иске ФИО5 произошло 09.08.2018, следовательно срок исковой давности в отношении указанной аварии истек 09.08.2021, в связи с чем просит применить в данном случае срок исковой давности и отказать в заявленных требованиях.

Также указал, что ФИО2 было подано встречное исковое заявление производство по которому подлежит прекращению, поскольку обстоятельства, на которые ссылается ФИО2, уже рассматривались в рамках гражданского дела, рассмотренного Ленинским районным судом Тульской области, где были установлены, как обстоятельства произошедшего ДТП, так и виновник указанного происшествия. Данным встречным исковым заявлением ФИО2 пытается дать переоценку состоявшемуся судебному акту, вступившему в законную силу. Кроме того, ФИО2 не является собственником транспортного средства, поскольку автомобиль принадлежит ФИО5, а следовательно он не является надлежащим истцом и не имеет права заявлять требования о возмещении материального и морального вреда. Одновременно ДТП, о котором идет речь в иске ФИО2, произошло 09.08.2018, следовательно срок исковой давности в отношении указанной аварии истек 09.08.2021, в связи с чем просит применить в данном случае срок исковой давности и отказать в заявленных требованиях.

Представитель ответчика (истца по встречному иску) ФИО2 по ордеру ФИО8 в судебном заседании поддержала исковые требования своего доверителя и просила их удовлетворить в полном объеме по основаниям, изложенным в иске. Также пояснила, что со стороны ответчика (истца по первоначальному иску) имело место халатное отношение к животному и с учетом того, что в его действиях имеется виновное поведение снизить размер взыскиваемого ущерба. Кроме того указала, что срок давности в данном случае не истек, так как вина ФИО2 была установлена решением Ленинского районного суда Тульской области. Исковые требования ФИО5 поддержала. Против удовлетворения заявленных ФИО1 требований возражала и просила в иске отказать в полном объеме.

Третье лицо, заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО5 в судебном заседании поддержала свои исковые требования по основаниям, изложенным в иске, а также исковые требования ФИО2 Помимо того, указала, что в действиях ФИО1 имеется степень вины в произошедшем ДТП, возражала против удовлетворения заявленных им требований.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Как усматривается из материалов дела 09.08.2018 на 5 км + 850 м автодороги Тула – Шатск водитель ФИО2, управляя автомобилем Chevrolet Niva, государственный регистрационный знак №, совершил наезд на корову, с последующим наездом автомобиля Toyota RAV4, государственный регистрационный знак №, на то же животное.

Определением инспектора ОБ ДПС ГИБДД УМВД России по г. Туле от 10.08.2018 в возбуждении дела об административном правонарушении отказано ввиду отсутствия состава административного правонарушения.

Административным правонарушением в силу ч. 1 ст. 2.1 КоАП РФ признается противоправное, виновное действие (бездействие) физического или юридического лица, за которое Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях или законами субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях установлена административная ответственность.

При рассмотрении дела об административном правонарушении разрешается вопрос относительно того, имело ли место совершение лицом противоправных действий, за совершение которых наступает административная ответственность, предусмотренная КоАП РФ. В связи с этим вопросы о виновности лиц, участвовавших в дорожно-транспортном происшествии, рассматриваются в рамках гражданского судопроизводства.

Вступившим в законную силу решением Ленинского районного суда Тульской области от 27.11.2019, установлен факт виновности ФИО2 в произошедшем 09.08.2018 дорожно-транспортном происшествии, который в нарушение п.1.3, 1.5, 10.1, 10.3, 19.2 ПДД РФ, управляя транспортным средством, не учёл особенности и состояние транспортного средства, дорожные и метеорологические условия, осуществлял движение со скоростью, превышающей разрешенную ПДД на дорогах данного типа и не обеспечивающей для него возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил и при возникновении опасности для движения, которую он был в состоянии обнаружить, не принял возможные меры к своевременному снижению скорости, а вследствие ослепления встречным автомобилем, не включил аварийную сигнализацию и не принял меры к остановке транспортного средства, не справился с управлением транспортного средства и совершил наезд на животное. При изложенных обстоятельствах правовые основания для удовлетворения иска ФИО5 к ФИО1 отсутствуют, поскольку материальный ущерб ее имуществу (автомобилю) причинен по вине ФИО2, к которому она исковые требования не предъявляла.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Тульского областного суда от 20.02.2020 решение Ленинского районного суда Тульской области оставлено без изменения.

Таким образом, факт виновности ФИО2 в произошедшем дорожно-транспортном происшествии, а следовательно причинения его действиями материального ущерба ФИО1, выразившегося в стоимости погибшей в дорожно-транспортном происшествии коровы, установлен вступившим в законную силу решением суда, в связи с чем не подлежит доказыванию при рассмотрении настоящего дела и имеет для суда преюдициальное значение.

В соответствии с ч. 2 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

В силу ч. 2 ст. 209 Гражданского процессуального кодекса РФ после вступления в законную силу решения суда стороны, другие лица, участвующие в деле, их правопреемники не могут вновь заявлять в суде те же исковые требования, на том же основании, а также оспаривать в другом гражданском процессе установленные судом факты и правоотношения.

Аналогичные разъяснения даны в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 года № 23 «О судебном решении».

Приведенные положения процессуального закона и разъяснения Верховного Суда РФ направлены на обеспечение обязательности вступивших в законную силу судебных постановлений и законности выносимых судом постановлений в условиях действия принципа состязательности.

Признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 20.11.2012 года № 2013/12).

Судебным актом, принятым Ленинским районным судом Тульской области по гражданскому делу по иску ФИО5 к ФИО1 о взыскании материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, компенсации морального вреда и по встречному иску ФИО1 к ФИО5 о взыскании материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, компенсации морального вреда, установлено, что дорожно-транспортное происшествие, имевшее место 09.08.2018 на 5 км + 850 м автодороги Тула – Шатск, произошло по вине водителя ФИО2, управлявшего автомобилем Chevrolet Niva, государственный регистрационный знак №, в действиях ФИО1 нарушений ПДД РФ судом не установлено.

В данном случае установление вины сторон в дорожно-транспортном происшествии являлось предметом доказывания по гражданскому делу, рассмотренному Ленинским районным судом Тульской области 27.11.2019 года, к участию в котором участники данного гражданского дела были привлечены.

Поскольку вина водителя ФИО2 в произошедшем дорожно-транспортном происшествии установлена вступившим в законную силу решением суда и не подлежит пересмотру, в том числе путем назначения по настоящему делу судебной экспертизы для установления вины в действиях ФИО1 Помимо того, определение степени вины участников дорожно-транспортного происшествия является вопросом правового характера, разрешение которого относится к компетенции суда и не подлежит экспертной оценке.

Одновременно, как указано выше, обстоятельства нарушения ФИО2 ПДД РФ исследованы судом первой и апелляционной инстанций при рассмотрении гражданского дела по иску ФИО5 к ФИО1 о взыскании материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, компенсации морального вреда и по встречному иску ФИО1 к ФИО5 о взыскании материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, компенсации морального вреда, которыми (судами) сформулирован вывод о том, что именно из-за действий водителя ФИО2 произошло дорожно-транспортное происшествие и причинен ущерб транспортному средству Chevrolet Niva, государственный регистрационный знак №.

Вместе с тем, суд считает необходимым отметить, что ФИО2 заявлены требования, в том числе материального характера, тогда как в ходе рассмотрения дела установлено, что транспортное средство Chevrolet Niva, государственный регистрационный знак №, получившее повреждения в результате ДТП, принадлежит ФИО5

Исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено (ст.195 ГК РФ).

В силу п.1 ст.196 Гражданского кодекса РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Согласно положениям п.1 ст. 200 Гражданского кодекса РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Также суд соглашается с позицией истца (ответчика по встречным искам) о том, что в данном случае ФИО10 пропущен срок исковой давности, в связи с чем доводы о том, что вина ФИО2 в ДТП была установлена решением Ленинского районного суда Тульской области не могут быть приняты.

Исходя из установленных по делу обстоятельств и с учетом состоявшегося судебного акта, вступившего в законную силу, того факта, что ФИО10 участвовали в рассмотрении гражданского дела Ленинским районным судом Тульской области и в настоящее время вновь заявляют требования об обстоятельствах вышеуказанного ДТП, а ФИО2 и о возмещении ущерба, а также принимая во внимание положения части 2 статьи 61, части 2 статьи 209 ГПК РФ и в силу статей 15, 1064, 1079 ГК РФ требования ФИО9 удовлетворению не подлежат.

Одновременно из имеющихся в материалах гражданского дела документов усматривается, что на момент дорожно-транспортного происшествия собственником автомобиля Chevrolet Niva, государственный регистрационный знак №, являлась ФИО5 Гражданская ответственность собственника транспортного средства застрахована в установленном законом порядке в СПАО «РЕСО-Гарантия» по полису ОСАГО №, при этом согласно указанного документа ФИО2 включен в число лиц, допущенных к управлению транспортным средством, следовательно именно он является надлежащим ответчиком по иску ФИО1

Согласно статье 12 ГК РФ одним из способов защиты гражданских прав является возмещение убытков.

Положением ст.137 ГК РФ предусмотрено, что к животным применяются общие правила об имуществе, поскольку законом или иными правовыми актами не установлено иное.

В силу п. 1, п. 2 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Как предусмотрено ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.). Вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (ст. 1064 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Таким образом, положения действующего законодательства не исключают применение на отношения между потерпевшим и лицом, причинившим вред, общих норм ГК РФ об обязательствах из причинения вреда, в частности статей 1064, 1079 ГК РФ, следовательно потерпевший вправе требовать возмещения ущерба за счет лица, в результате противоправных действий которого образовался этот ущерб, исходя из принципа полного возмещения вреда путем предъявления к нему соответствующего требования.

В обоснование исковых требований ФИО1 представил договор купли-продажи № от 8 декабря 2017 года, согласно которому ООО «Ильинское» продало в собственность ФИО1 корову голштинской породы под № по цене 90 000 руб. Оплата коровы подтверждена квитанцией к приходному кассовому ордеру № от 8 декабря 2017 года.

Кроме того, в материалах гражданского дела № Ленинского районного суда Тульской области имеется ответ ГУ ТО «Тульская областная ветеринарная станция по борьбе с болезнями животных» и акт проведения лечебно-профилактических и иных ветеринарных мероприятий от 20 февраля 2018 года, из которых следует, что в КФХ (крестьянское фермерское хозяйство) ФИО7 в д. Георгиевское ГУ ТО «Тульская областная ВСББЖ» проводилась вакцинация животных против сибирской язвы и эмкара. В описи вакцинированных животных указана корова с биркой №, принадлежащая КФХ ФИО7 Помимо того, в период с 27 по 30 марта 2018 года в вышеуказанном КФХ проводилась вакцинация КРС на туберкулёз. Среди вакцинированных животных указана корова с биркой №, принадлежащая КФХ ФИО7, что подтверждается актом проведения лечебно-профилактических и иных ветеринарных мероприятий

Одновременно в ходе рассмотрения вышеуказанного гражданского дела допрошена специалист ФИО3, работающая в должности старшего государственного ветеринарного инспектора отдела государственного ветеринарного надзора Комитета ветеринарии Тульской области, из пояснений которой следует, что согласно похозяйственной книги КФХ ФИО7, корова под № принадлежит последнему. При проведении вакцинаций и других профилактических мероприятий в КФХ ФИО7 корова под № указывалась им как его собственность.

Кроме того, в ходе рассмотрения дела как ФИО1, так и ФИО7 пояснили, что погибшее животное было приобретено и принадлежало ФИО1 При этом факт вакцинации данной коровы КФХ ФИО7 не свидетельствует об обратном.

Помимо изложенного, из показаний свидетеля ФИО4 следует, что его брат - ФИО1 в начале зимы 2017 года обратился к нему с просьбой помочь купить корову. Поскольку он является ветеринарным врачом, то ездил вместе с ФИО1 и осматривал животное, которое его брат приобрел на собственные денежные средства, а впоследствии содержал корову. При этом вакцинацию данная корова проходила вместе с коровами, принадлежащими ФИО7, поскольку последний содержит стадо.

Таким образом доводы ФИО11 о том, что истцом не предоставлено доказательств принадлежности погибшей коровы именно ФИО1 не могут быть приняты судом с учетом представленных последним доказательств, а также того обстоятельства, что иски ФИО11 предъявлены именно к ФИО1, как к владельцу указанного животного.

Оценивая собранные по делу доказательства по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд приходит к выводу, что факт принадлежности погибшего животного, а также ее стоимость ФИО1 в ходе рассмотрения настоящего гражданского дела доказаны.

Одновременно судом принимается во внимание, что по настоящему делу ответчиком и третьим лицом доказательств иной стоимости погибшего животного либо доказательств опровергающих факт его принадлежности истцу, в нарушение требований ст. 123 Конституции РФ, ст. ст. 12, 56 Гражданского процессуального кодекса РФ не представлено.

Исходя из изложенного, суд приходит к выводу об удовлетворении заявленных исковых требований ФИО1 о взыскании с ФИО2 стоимости погибшего животного в размере 90 000 руб.

Разрешая требования ФИО1 о взыскании с ответчика ФИО2 компенсации морального вреда, суд исходит из следующего.

Согласно п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Таким образом, принимая во внимание то обстоятельство, что к животным применяются общие правила об имуществе (ст.137 ГК РФ), следовательно действиями ответчика нарушены имущественные права истца, в связи с чем суд не находит правовых оснований для удовлетворения заявленных требований в данной части.

Учитывая положения ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ст. 50, п. 2 ст. 61.1 Бюджетного кодекса Российской Федерации, подп. 19 п. 1 ст. 333.36, подп. 2 п. 2 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, поскольку заявленные требования удовлетворены, а истец в силу закона освобожден от уплаты государственной пошлины, суд считает необходимым взыскать с ответчика в доход бюджета муниципального образования город Тула государственную пошлину в размере 2 900 руб.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 в возмещение ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия 90 000 рублей.

Взыскать с ФИО2 в доход бюджета муниципального образования г. Тула государственную пошлину в размере 2 900 рублей.

В остальной части исковые требования ФИО1 оставить без удовлетворения.

Исковые требования ФИО2 и ФИО5 оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Тульского областного суда путем подачи апелляционной жалобы в Зареченский районный суд г. Тулы в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 05 июля 2022 года.

Председательствующий