РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

06 августа 2025 года адрес

Тимирязевский районный суд адрес в составе председательствующего судьи Барановой Н.С., при помощнике судьи фио, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-420/25 по иску ФИО1 к ФИО2 о признании недействительными договора дарения, завещания, брачного договора,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился с иском к ФИО2, в котором с учетом уточненных исковых требований, просит:

признать договор дарения 17 АД 5774837 от 02.04.2024г., заключенный между фио и ФИО2, недействительным;

признать завещание 77 АД 5774837 от 02.04.2024г. фио в пользу супруги ФИО2 на все его имущество недействительным;

признать недействительным брачный договор 77 АД 5774846 от 02.04.2024 года, в соответствии с которым по соглашению сторон между умершим фио и ФИО2 квартира, расположенная по адресу: адрес переходит в собственность ФИО2 и будет являться её личной собственностью, как в период брака, так и в случае его расторжения (прекращения).

Исковые требования мотивированы тем, что отец истца - фио тяжело заболел в 2022 году, у него был рак грудной железы. Незадолго до смерти отец не вставал, не мог себя обслуживать, находился под действием обезболивающих лекарств.

02.04.2024 года - за три дня до смерти при оформлении договора дарения, завещания, брачного договора фио, паспортные данные, не мог отдавать отчет своим действиям и руководить ими.

05.04.2024 года фио умер.

На момент смерти фио был зарегистрирован по адресу адрес.

Истец является сыном фио, что подтверждается свидетельством о рождении.

После смерти отца, истец обратился к нотариусу фио с заявлением о вступлении в наследство, где ему было разъяснено, что отец 02.04.2024 года у себя дома оформил договор дарения, завещание, брачный договор, все свое имущество подарил ответчице.

Истец считает, что договор дарения 17 АД 5774837 от 02.04.2024 года, заключенный между фио и ФИО2, завещание 77 АД 5774837 от 02.04.2024 года фио в пользу супруги ФИО2 на все его имущество, брачный договор 77АД 5774846 от 02.04.2024 года составлены в такой момент, когда наследодатель не был способен понимать значение своих действий и руководить ими в силу состояния здоровья, приема сильнодействующих обезболивающих лекарственных препаратов, находился под влиянием супруги.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом.

Представитель ответчика ФИО2 по доверенности фио в судебное заседание явился, возражал против удовлетворения исковых требований.

Третьи лица в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

Суд, в соответствии со ст. 167 ГПК РФ, счел возможным рассмотреть гражданское дело в отсутствие не явившихся, лиц, участвующих в деле.

Выслушав представителя ответчика, исследовав представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что исковые требования подлежат отклонению по следующим основаниям.

В силу ст. 1119 ГК РФ завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного, нескольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лишения, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, включить в завещание иные распоряжения. Завещатель не обязан сообщать кому-либо о содержании, совершении, об изменении или отмене завещания.

Общие правила, касающиеся формы и порядка совершения завещания закреплены в ст. 1124 ГК РФ. Положения ст. 1125 ГК РФ регулируют порядок удостоверения завещания нотариально.

Завещание должно быть составлено в письменной форме и удостоверено нотариусом (пункт 1 статьи 1124 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Судом установлено, что истец ФИО1 является сыном фио, что подтверждается свидетельством о рождении IX-МЮ№472505.

Ответчик ФИО2 является супругой умершего фио, брак зарегистрирован 21 июня 1997 года, что подтверждается свидетельством о заключении брака серии I-МЮ №452208 от 21.06.1997 года.

Согласно свидетельству о смерти серии ХI-МЮ №761741 от 06.04.2024, фио, паспортные данные умер 05 апреля 2024 года, о чем составлена запись акта о смерти № 170249775005500198006.

Из представленного в материалы дела завещания (бланк серии 77АД5774837), удостоверенного нотариусом адрес фио, зарегистрированного в реестре за №37/201-н/77-2024-2-409, следует, что фио, паспортные данные, все свое имущество, какое ко дню его смерти окажется ему принадлежащим, в чем бы таковое не заключалось и где бы оно ни находилось, завещал ФИО2.

Согласно материалам наследственного дела №37550289-208/204, открытого нотариусом адрес фио, с заявлением о принятии наследства, оставшегося после смерти фио, к нотариусу обратились: ФИО2 (супруга) и ФИО1 (сын).

Истцом указано, что завещание оформлено в тот период, когда фио страдал тяжелым заболеванием, нуждался в посторонней помощи, при подписании завещания внешних признаков недееспособности мог не проявить, так как легко поддавался внушению извне, соответственно, отдавать отчет своим действиям не мог. Считает, что совершенное фио в пользу ФИО2 не соответствует требованиям ст. ст. 21, 177, 1118 ГК РФ, при этом оспариваемым завещанием нарушены права истца и его законные интересы как наследника по закону.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 1131 ГК РФ при нарушении положений данного Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание). Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.

В пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 N 9 (ред. от 24.12.2020) "О судебной практике по делам о наследовании", разъяснено, что сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (§ 2 главы 9 ГК РФ) и специальными правилами раздела V Гражданского кодекса Российской Федерации.

Завещание является односторонней сделкой, к нему применяются правила о недействительности сделок, предусмотренные в главе 9 Гражданского кодекса Российской Федерации (ст. 166 - 181 ГК РФ).

Кроме того, ФИО1 заявлены требования о признании договора дарения квартиры, расположенной по адресу: адрес, заключенного между фио (даритель) и ФИО2 (одаряемой) 02.04.2024 года недействительным, а также соглашения о разделе совместно нажитого имущества между супругами.

Согласно имеющейся в материалах дела выписке из Единого государственного реестра недвижимости от 18.05.2024 года №КУВИ-001/2024-135583157 квартира, расположенная по адресу: адрес, Дмитровский, адрес, с кадастровым номером 77:09:0002013:4512 принадлежит на праве собственности ФИО2.

В соответствии с п. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Положениями п. 1 ст. 177 ГК РФ предусмотрено, что сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

С учетом изложенного неспособность наследодателя в момент составления завещания понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания завещания недействительным, поскольку соответствующее волеизъявление по распоряжению имуществом на случай смерти отсутствует.

В соответствии со статьей 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции РФ и статьи 12 ГПК РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Исходя из положений указанных норм права, требований ст. 56 ГПК РФ бремя доказывания наличия обстоятельств, предусмотренных ч. 1 ст. 177 ГК РФ, лежит на истце.

Установление факта наличия или отсутствия психического расстройства и способности человека понимать значение своих действий и руководить ими требует специальных познаний.

В соответствии с абз. 3 п. 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 июня 2008 года № 11 «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству» во всех случаях, когда по обстоятельствам дела необходимо выяснить психическое состояние лица в момент совершения им определенного действия, должна быть назначена судебно-психиатрическая экспертиза, например, при рассмотрении дел о признании недействительными сделок по мотиву совершения их гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими (статья 177 ГК РФ).

В ходе судебного разбирательства от истца поступило ходатайство о проведении по делу посмертной судебно-психиатрической экспертизы, вопросы предложены в письменном заявлении.

С учетом необходимости проверки обоснованности доводов сторон, а также принимая во внимание, что разрешение вопроса о способности наследодателя фио при подписании завещания понимать значение своих действий, способность руководить ими требует специальных познаний в области психологии и психиатрии, судом на основании определения Тимирязевского районного суда адрес от 25.02.2025 года назначена по делу посмертная судебно-психиатрическая экспертиза.

Проведение экспертизы поручено ГБУЗ «Психиатрическая клиническая больница №1им. фио».

Из заключения комиссии судебно-психиатрических экспертов от 04.05.2025 года №271-4 ГБУЗ «Психиатрическая клиническая больница №1им. фио», следует, что фио в юридически значимый период - 02.04.2024 г., признаков какого-либо психического расстройства не обнаруживал, с января 2022 года страдал онкологических заболеванием (рак правой грудной железы 3 стадии с метастазами лимфатические узлы, в кости), сопровождающегося астенической симптоматикой (общая слабость, утомляемость), прогрессирующим течением онкологического процесса с ноября 2023 года, приведшему к нарушению социального функционирования (маломобильность, значительное снижение способности к передвижению, ограниченное самообслуживание), болевому синдрому (из-за боли не мог выполнять некоторые действия, которые нужно делать каждый день), что послужило причиной назначения с обезболивающей целью наркотических анальгетиков - трамадола, тапентадола с января 2024 года, а также пессимистическому видению будущего (появление признаков апатии с нежеланием продолжать обследование).

Вместе тем, в представленной медицинской документации, не содержится сведений о наличии у фио в период, наиболее приближенный к юридически значимым событиям интеллектуально-мнестического снижения, расстройства сознания, психотической симптоматики в виде бреда и галлюцинаций (отмечалось «ясное сознание», «сохранность когнитивных функций»), а также не содержится сведений о побочных действиях принимаемых им лекарственных препаратов и их передозировках. По своему психическому состоянию, в момент подписания договора дарения, составления завещания, брачного договора - 02 апреля 2024 года, фио мог понимать значение свои действий и руководить ими.

Оснований не доверять представленному заключению экспертов у суда не имеется, поскольку эксперты имеют длительный опыт работы, эксперты пришли к единому выводу, изложенному в заключении, экспертами дано обоснование представленного заключения, кроме того, эксперты предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 Уголовного кодекса РФ.

В распоряжение экспертов были представлены материалы гражданского дела, имеющиеся медицинские документы о состоянии здоровья фио, выводы экспертов не противоречат совокупности иных собранных по делу доказательств.

Судебная экспертиза проведена в соответствии с требованиями Федерального закона от 31.05.2001 №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» на основании определения суда о поручении проведения экспертизы экспертам данной организации в соответствии с профилем деятельности, определенным выданной им лицензией, квалификация экспертов сомнений не вызывает.

Дополнительных доказательств о состоянии здоровья фио сторонами не представлено, судом в ходе рассмотрения дела не добыто.

Оценивая представленные доказательства, судом принимается во внимание и то обстоятельство, что фио до момента составления оспариваемого завещания, договора дарения и брачного договора на учете у врача психиатра не состоял, соответствующее лечение не получал, сын истца за оказанием психиатрической помощи фио в спорный период не обращался.

Из объяснений сторон, данных в ходе рассмотрения дела следует, что общение отца и сына происходило редко, истцом представлена переписка с отцом.

Фактически супруги фио с 1997 года проживали совместно, ФИО2 осуществляла уход за фио При этом ФИО2 дано объяснение, что нотариус был приглашен по просьбе и по заявлению фио

Обстоятельства нотариального удостоверения сделок подтверждены в ходе рассмотрения дела письменными объяснениями нотариуса, которым установлена воля обратившегося лица, его дееспособность.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что объективных и достоверных доказательств тому обстоятельству, что у фио в период составления завещания, договора, соглашения имелось интеллектуально-мнестическое снижение, расстройство сознания, психотическая симптоматика в виде бреда и галлюцинаций, он не мог отдавать отчет своим действиям и руководить ими не представлено.

В силу ст. 21 ГК РФ, способность гражданина своими действиями приобретать и осуществлять гражданские права, создавать для себя гражданские обязанности и исполнять их (гражданская дееспособность) возникает в полном объеме с наступлением совершеннолетия, то есть по достижении восемнадцатилетнего возраста. Никто не может быть ограничен в правоспособности и дееспособности иначе, как в случаях и в порядке, установленных законом. (ст. 22 ГК РФ).

Таким образом, закон исходит из презумпции полной право - и дееспособности любого гражданина, если он не ограничен в них в установленном законом порядке. В связи с чем бремя доказывания того, что лицо не отдавало отчета своим действиям и не могло руководить ими в момент совершения сделки, лежит на истце. Ответчик не должен доказывать обратного, т.к. это проистекает из требований ст. ст. 17, 21, 22 ГК РФ.

При таких обстоятельствах, бремя доказывания того, что лицо не отдавало отчета своим действиям и не могло руководить ими в момент совершения сделки лежит на истце, однако таких доказательств в нарушение ст. 56 ГПК РФ истцом не представлено.

Оспариваемое завещание не отменялось, не изменялось, новое не составлялось.

Объективных и достоверных доказательств, позволяющих суду сделать вывод о порочности воли фио при составлении завещания, подписания договора дарения и соглашения истец суду не представил. Оснований для признания их недействительными суда не имеется.

В соответствии ст.1119 ГК РФ завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам.

В соответствии со ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключение договора.

Судом принимается во внимание, что при совершении оспариваемых сделок, фио распорядилась своим имуществом по своему усмотрению – передав его супруге, что являлось правом фио

Факт несогласия истца с волей отца, наследодателя не является основанием для вывода о том, что фио в момент составления завещания, договора, соглашения не отдавал отчет своим действиям и не мог руководить ими.

Ссылки истца на наличие заболеваний, состояние здоровья, особенности личности также не являются основанием для удовлетворения исковых требований, поскольку такие доводы носят предположительный характер и объективно какими-либо доказательствами не подтверждены.

Оценивая представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что доводы истца, изложенные в иске не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения дела, поскольку доказательств, достоверно свидетельствующих об указанных истцом обстоятельствах, в материалах дела не имеется.

Истец указал, что брачный договор является кабальным, так как его условия ставят его отца в крайне неблагоприятное положение по сравнению с ответчиком - он лишается жилья, а именно квартиры по адресу: адрес. корпус 1, квартира 276. Данный довод отклонятся судом, поскольку, брачный договор не содержит условия о признании права собственности на совместно нажитое имущество только за ФИО2, положения указанного договора не препятствовали совершать действия, влекущие признание за фио, права собственности на имущество, нажитое в браке, а потому не может быть признан недействительным по тем основаниям, что он ставит истца в крайне неблагоприятное положение.

Доказательств того, что условия брачного договора 77 АД 5774846 от 02.04.2024г., заключенного между фио и ФИО2 поставили его в крайне неблагоприятное положение и нарушают его права.

Брачный договор был заключен сторонами добровольно и в соответствии с требованием закона, удостоверен и зарегистрирован в реестре нотариальных действий. Договор подписан лично как фио, так и ответчиком ФИО2 в присутствии нотариуса, подписи удостоверены, личности сторон нотариусом установлены и их дееспособность проверена, порочность воли фио судом не установлена.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что заявленные исковые требования подлежат отклонению в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании недействительными договора дарения, завещания, брачного договора отказать.

Решение может быть обжаловано в Московский городской суд в течение месяца с даты изготовления решения суда в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы через Тимирязевский районный суд адрес.

Решение изготовлено в окончательной форме 22.10.2025 года.

Судья: