72RS0021-01-2022-002427-89

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г.Тюмень 02 сентября 2022 года

№ 2-2834/2022

Тюменский районный суд Тюменской области

в составе:

председательствующего судьи Мироновой В.Б.,

при секретаре Культаевой В.Е.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску индивидуального предпринимателя Д.Г. к С.П. о взыскании неосновательного обогащения,

УСТАНОВИЛ:

ИП Д.Г. обратился в суд с иском к С.П. о взыскании неосновательного обогащения, Требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ между Ю.Г. (цедент) и А.Б, (цессионарий) был заключён договор уступки прав требования долга по соглашению от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 9 964 984 рубля 23 копейки, в соответствии с п. 1 которого цедент уступает, а цессионарий принимает права требования долга к Г.В,, именуемому в дальнейшем «должник», по соглашению от ДД.ММ.ГГГГ. Пунктом 7 предусмотрено, что полученные денежные средства по праву требования поступают в личное распоряжение цессионария. ДД.ММ.ГГГГ Ю.Г. (цедент) и А.Б, (цессионарий) заключили дополнительное соглашение к договору уступки прав требования от ДД.ММ.ГГГГ, в соответствии с которым стороны договорились внести дополнительно п. 9 и изложить его в следующей редакции: за уступаемое право требования долга по соглашению от ДД.ММ.ГГГГ цессионарий выплачивает цеденту средства в размере 4 000 000 (четыре миллиона) рублей в срок до ДД.ММ.ГГГГ. В указанный срок оплата может производиться частями. В срок до ДД.ММ.ГГГГ цессионарий вносит часть средств в размере 200 000 рублей. Расчеты могут быть произведены в любой форме не противоречащей законодательству РФ. Указывает, что в пользу ИП Ю.Г. на основании договора от ДД.ММ.ГГГГ уступки прав требования долга по соглашению от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 9 964 984 рубля 23 копейки и дополнительного соглашения от ДД.ММ.ГГГГ были совершены следующие платежи, переданы денежные средства через С.П.: ДД.ММ.ГГГГ - 1 000 000 рублей, что подтверждается распиской С.П. от ДД.ММ.ГГГГ; ДД.ММ.ГГГГ - 500 000 рублей, что подтверждается распиской С.П. от ДД.ММ.ГГГГ; ДД.ММ.ГГГГ — 500 000 рублей, что подтверждается распиской С.П. от ДД.ММ.ГГГГ; ДД.ММ.ГГГГ - 1 000 000 (один миллион) рублей, что подтверждается распиской С.П. от ДД.ММ.ГГГГ. Общая сумма полученных денежных средств по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ ответчиком С.П. для передачи ИП Ю.Г. составила 3 000 000 рублей. Ссылается, что ИП Д.Г. передавал через С.П. денежные средства в пользу Ю.Г. по указанию А.Б, в счет оплаты А.Б, договора уступки прав требования от ДД.ММ.ГГГГ, а также дополнительного соглашения от ДД.ММ.ГГГГ, на общую сумму 3 000 000 рублей. Как буквально следует из содержания расписок выданных С.П.Д.Г., С.П. знал о договоре уступки прав требования от ДД.ММ.ГГГГ, о взаимных обязательствах А.Б, и Ю.Г., а также о денежных средствах, получаемых С.П. как о предназначенных Ю.Г. на основании договора уступки прав требования от ДД.ММ.ГГГГ, а также дополнительного соглашения от ДД.ММ.ГГГГ. Как предположительно следует из последующего поведения ИП Ю.Г., ответчик С.П. ИП Ю.Г. спорные 3 000 000 рублей не передал, неосновательно присвоил и удерживает до настоящего времени. При этом, в акте сверки взаимных расчетов по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ между ИП Ю.Г. и А.Б,, ИП Ю.Г. собственноручно подтвердил получение от А.Б, 3 000 000 (трех миллионов) рублей по договору уступки прав требования от ДД.ММ.ГГГГ. В акте сверки взаимных расчетов по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ между ИП Ю.Г. и А.Б, по договору дополнительного соглашения от ДД.ММ.ГГГГ к договору уступки прав требования долга от ДД.ММ.ГГГГ, ИП Ю.Г. собственноручно подтвердил получение от А.Б, 4 000 000 рублей. Собственноручно подписав ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ акты сверки, без замечаний и возражений ИП Ю.Г. лично, письменно, добровольно признал и подтвердил получение от А.Б, по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ 4 000 000 рублей на основании договора уступки прав требования от ДД.ММ.ГГГГ и дополнительного соглашения от ДД.ММ.ГГГГ. С ДД.ММ.ГГГГ и по настоящее время со стороны Ю.Г. не поступало замечаний, возражений и каких-либо претензий о неисполнении или ненадлежащем исполнении А.Б, договорных обязательств, основанных на договоре от ДД.ММ.ГГГГ уступки прав требования долга по соглашению от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 9 964 984 рубля 23 копейки и дополнительном соглашении от ДД.ММ.ГГГГ. На неоднократно направленные в адрес ИП Ю.Г. письменные претензии, возражений и замечаний не поступило, на внесудебные и досудебные претензии ИП Ю.Г. не предоставил А.Б, каких-либо ответов. Для истца существенные в рамках настоящего спора обстоятельства изменились в результате совершённых ИП Ю.Г. ДД.ММ.ГГГГ действий, выразившихся в условиях договора уступки прав требования от ДД.ММ.ГГГГ. Так согласно условиям договора уступки прав требования от ДД.ММ.ГГГГ, по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, расчет по соглашению от ДД.ММ.ГГГГ, сторонами соглашения, произведен не был. Поручений на исполнение своих обязательств перед Ю.Г. по договору уступки прав требования от ДД.ММ.ГГГГ А.Б, никому не выдавал, а, следовательно, третье лицо, предоставляя исполнение, заведомо знало об отсутствии у него обязательства по оплате. Все платежи, выполненные третьим лицом, в счет исполнения обязательств цессионария, А.Б, и Ю.Г. считают не согласованными с цессионарием (совершенными без ведома и поручения). Цессионарий признает, что цедент не знал и не мог знать об отсутствии возложения исполнения обязательства на предоставившее исполнение лицо. Никакое исполнение соглашения от ДД.ММ.ГГГГ об уступке права требования и дополнительного соглашения от ДД.ММ.ГГГГ третьим лицом, не повлекло нарушение прав и законных интересов цессионария, и не повлияло на права и обязанности сторон. Стороны констатируют: при заключении договора от ДД.ММ.ГГГГ, и впоследствии, должник Г.В,, не был письменно уведомлен о состоявшемся переходе прав кредитора к другому лицу. При этом А.Б, никаких материальных претензий к Ю.Г. связанных с расчетами по договору от ДД.ММ.ГГГГ и дополнительным соглашением к нему от ДД.ММ.ГГГГ не имеет. Право на взыскание судебных расходов со Г.В,, понесённых А.Б, при рассмотрении иска в Симоновском районном суде, в Московском городском суде <адрес>, признано за А.Б, В рассматриваемом Арбитражным судом <адрес> деле № А70-4282/2022 третьим лицом ИП Ю.Г. представлены возражения (без номера и без даты) из которых следует, что ИП Ю.Г. спорные денежные средства от ответчика С.П. не получил. Таким образом, С.П. получил от истца спорные денежные средства в размере 3 000 000 рублей для ИП Ю.Г. и не передал их ИП Ю.Г., то есть, необоснованно, незаконно присвоил и удерживает до настоящего времени. Просит суд взыскать с С.П. свою в пользу 3 000 000 рублей.

Истец ИП Д.Г. в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом.

Представитель истца – ФИО1, действующая на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, в судебном заседании требования иска поддержала в полном объеме, по доводам, изложенным в исковом заявлении.

Ответчик С.П. в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом.

Представитель ответчика, действующая на основании доверенности ФИО2 в судебном заседании против удовлетворения исковых требований возражала по доводам, изложенным в возражениях на исковое заявление, просила в удовлетворении исковых требований отказать, поскольку денежные средства были переданы по целевому назначению, неосновательного обогащения ответчика не возникло, расписки ответчика содержат конкретное целевое назначение денежных средств, кроме того между сторонами сделки был подписан акт сверки взаиморасчетов, согласно которому денежные средства переданы С.П., иного в судебном заседании не установлено, просила принять во внимание доводы относительно заявленных требований, изложенные в возражениях на исковое заявление л.д. (83-85), дополнительно суду пояснила, что существование указанных расписок не оспаривает.

Третье лицо ИП А.Б,, ИП Ю.Г.Ю.Г. в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом о времени и месте судебного заседания.

Выслушав представителей сторон, исследовав материалы дела, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований по следующим основаниям.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между Ю.Г. (цедент) и А.Б, (цессионарий) был заключен договор уступки прав требования долга по соглашению от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 9 964 984,23 руб., по условиям которого цедент уступает, а цессионарий принимает права требования долга к Г.В, (должнику). Сумма передаваемого требования составляет 9 964 984,23 руб. (л.д.65).

Дополнительным соглашением к договору уступки прав требования долга от ДД.ММ.ГГГГ стороны договорились о внесении пункта 9 в следующей редакции «За уступаемое право требования долга по соглашению от ДД.ММ.ГГГГ цессионарий выплачивает цеденту средства в размере 4 000 000 рублей в срок до ДД.ММ.ГГГГ. В указанный срок оплата может производиться частями. В срок до ДД.ММ.ГГГГ цессионарий вносит часть средств в размере 200 000 рублей. Расчеты могут быть произведены в любой форме не противоречащей законодательству РФ (л.д.66).

Согласно представленным распискам, ДД.ММ.ГГГГ С.П. получил от Д.Г. 1 000 000 рублей в счет оплаты договора уступки прав требования между А.Б, и Ю.Г. (л.д.69), ДД.ММ.ГГГГ С.П. получил от Д.Г. 500 000 рублей в счет оплаты договора уступки прав требования между Ю.Г. и А.Б, (л.д.70), ДД.ММ.ГГГГ С.П. получил от Д.Г. 500 000 рублей в счет оплаты договора уступки прав требования между Ю.Г. и А.Б, (л.д.71), ДД.ММ.ГГГГ С.П. получил от Д.Г. 1 000 000 рублей в счет оплаты договора уступки прав требования между Ю.Г. и А.Б, (л.д.72).

В соответствии с актом сверки взаимных расчетов по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ между ИП Ю.Г. и А.Б,, задолженность в пользу Ю.Г. составляет 1 000 000 рублей, ДД.ММ.ГГГГ произведена оплата в размере 1 000 000 рублей, ДД.ММ.ГГГГ произведена оплата в размере 500 000 рублей, ДД.ММ.ГГГГ произведена оплата в размере 500 000 рублей, ДД.ММ.ГГГГ произведена оплата в размере 1 000 000 рублей (л.д.67).

Решением Арбитражного суда <адрес> по делу № А70-4282/2022 от ДД.ММ.ГГГГ в удовлетворении исковых требований ИП А.Б,, ИП Д.Г. к ИП Ю.Г. о признании недействительными условий договора от ДД.ММ.ГГГГ, взыскании денежных средств, отказано (л.д.89-95).

Таким образом, Д.Г. во исполнение обязательств А.Б, передал С.П. 3 000 000 рублей, для передачи денежных средств Ю.Г.. При этом ни С.П. ни Д.Г. участниками цессионной сделки не являлись.

Как установлено ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно п. 1 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 этого кодекса.

Из приведенных правовых норм следует, что по делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком, а на ответчика - обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату.

Согласно пункта 1 статьи 1102 ГК РФ для возникновения обязательств вследствие неосновательного обогащения необходимо возникновение совокупности следующих обстоятельств: обогащение приобретателя; указанное обогащение должно произойти за счет потерпевшего; указанное обогащение должно произойти без оснований, установленных законом, иными правовыми актами или сделкой.

Возражая против удовлетворения иска, С.П. ссылался на то, что обязательство А.Б, по договору уступки от ДД.ММ.ГГГГ и дополнительного соглашения к нему от ДД.ММ.ГГГГ не создавало прав и обязанностей для Д.Г., не участвующего в соглашениях в качестве стороны. Истец Д.Г. указывает, что совершил определенное действие в силу обязательств, которые принял на себя А.Б, перед Ю.Г. Договор от ДД.ММ.ГГГГ и дополнительное соглашение от ДД.ММ.ГГГГ, на которые ссылается истец, не содержат условий о порядке подтверждения полномочий представителя кредитора Ю.Г. - С.П. Из иска следует, что А.Б, реализовал свое право на то, чтобы получить доказательства исполнения по договору уступки от ДД.ММ.ГГГГ и дополнительному соглашению к нему от ДД.ММ.ГГГГ было принято самим кредитором Ю.Г.Ю.Г., как кредитор по денежному обязательству, не был обязан проверять наличие возложения, на основании которого третье лицо - Д.Г. исполняет обязательство за должника А.Б,, и вправе был принять исполнение даже при отсутствии такого возложения. 3 000 000 рублей, оформленные распиской «для передачи Ю.Г.», не могут быть истребованы у кредитора Ю.Г. в качестве неосновательного обогащения. Соответственно, они не могут быть истребованы Д.Г. и у представителя С.П. Предположения истца, не могут быть положены в основу решения суда. Предположения истца не являются основанием для перехода прав кредитора или должника по Договору уступки от ДД.ММ.ГГГГ и дополнительного соглашения к нему от ДД.ММ.ГГГГ к Д.Г. Наличие каких-либо сомнений у истца, касающихся исполнения условий договора уступки от ДД.ММ.ГГГГ и дополнительного соглашения к нему от ДД.ММ.ГГГГ, не создают для Д.Г. права предъявления требования и не влекут никаких обязанностей для С.П. перед Д.Г. Претензий к должнику А.Б, со стороны кредитора Ю.Г. по исполнению Договора от ДД.ММ.ГГГГ и дополнительного соглашения от ДД.ММ.ГГГГ к нему нет и предъявлено не было. Если соглашение между Д.Г. и А.Б, отсутствует, к третьему лицу, исполнившему обязательство должника, переходят права кредитора в соответствии со статьей 387 ГК РФ. В отсутствие соглашения между Д.Г. и А.Б,, к Д.Г., как к лицу, исполнившему обязательство за должника А.Б, перешло право кредитора, но не к С.И., а к должнику - А.Б, Из иска следует, что Д.Г. действовал по указанию А.Б, что свидетельствует о наличии у Д.Г. и А.Б, между собой определенного соглашения. Соответственно, при наличии каких-либо претензий материального характера, истец должен руководствоваться условиями соглашения между ним и А.Б, Право требования, принадлежащее кредитору Ю.Г., могло перейти к другому лицу только на основании сделки. Таких сделок С.П. и Ю.Г. не заключали. Ни Ю.Г., ни С.П. не могут отвечать за последствия исполненного обязательства Д.Г. за должника Л.Б,

Положениями п. 1 ст. 307 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как то: передать имущество, выполнить работу, оказать услугу, внести вклад в совместную деятельность, уплатить деньги и г.п.. либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности.

При этом, в соответствии с п. п. 1 и 3 ст. 308 Гражданского кодекса Российской Федерации в обязательстве в качестве каждой из его сторон - кредитора или должника - могут участвовать одно или одновременно несколько лиц. Обязательство не создает обязанностей для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон (для третьих лиц).

В соответствии со ст. 312 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено соглашением сторон и не вытекает из обычаев или существа обязательства, должник вправе при исполнении обязательства потребовать доказательств того, что исполнение принимается самим кредитором или управомоченным им на это лицом, и несет риск последствий непредъявления такого требования (пункт 1); если представитель кредитора действует на основании полномочий, содержащихся в документе, который совершен в простой письменной форме, должник вправе не исполнять обязательство данному представителю до получения подтверждения его полномочий от представляемого, в частности до предъявления представителем доверенности, удостоверенной нотариально, за исключением случаев, указанных в законе, либо случаев, когда письменное уполномочие было представлено кредитором непосредственно должнику или когда полномочия представителя кредитора содержатся в договоре между кредитором и должником (пункт 2).

Как разъяснено в пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 ноября 2016 г. N 54 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении", кредитор по денежному обязательству не обязан проверять наличие возложения, на основании которого третье лицо исполняет обязательство за должника, и вправе принять исполнение при отсутствии такого возложения. Денежная сумма, полученная кредитором от третьего лица в качестве исполнения, не может быть истребована у кредитора в качестве неосновательного обогащения, за исключением случаев, когда должник также исполнил это денежное обязательство либо когда исполнение третьим лицом и переход к нему прав кредитора признаны судом несостоявшимися (статья 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В этом же постановлении разъяснено, что если исполнение обязательства было возложено должником на третье лицо, то последствия такого исполнения в отношениях между третьим лицом и должником регулируются соглашением между ними.

Согласно пункту 5 статьи 313 Гражданского кодекса Российской Федерации при отсутствии такого соглашения к третьему лицу, исполнившему обязательство должника, переходят права кредитора в соответствии со статьей 387 Гражданского кодекса Российской Федерации. При этом согласно пункту 3 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации, если должник не был уведомлен в письменной форме о состоявшемся переходе прав кредитора к другому лицу, новый кредитор несет риск вызванных этим неблагоприятных для него последствий. Обязательство должника прекращается его исполнением первоначальному кредитору, произведенным до получения уведомления о переходе права к другому лицу (пункт 21).

Исходя из взаимосвязанных положений пункта 6 статьи 313 и статьи 403 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, когда исполнение было возложено должником на третье лицо, за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства этим третьим лицом перед кредитором отвечает должник, если иное не установлено законом (пункт 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 ноября 2016 года N 54 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении").

Как предусмотрено п. 3 ст. 10 ГК РФ, добросовестность гражданина в данном случае презюмируется, и на лице, требующем возврата неосновательного обогащения, в силу положений статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации, лежит обязанность доказать факт недобросовестности поведения ответчика.

Таким образом, судом установлено, что истцом не представлено суду допустимых и относимых доказательств, подтверждающих факт приобретения или сбережения денежных средств ответчиком ввиду его недобросовестного поведения, а также доказательств неосновательного обогащения ответчика суду не представлено.

Руководствуясь ст.194-199, 56, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований индивидуального предпринимателя Д.Г. к С.П. о взыскании неосновательного обогащения – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Тюменский областной суд через Тюменский районный суд в течение 1 месяца со дня вынесения мотивированного решения.

Председательствующий судья В.Б.Миронова

Мотивированное решение изготовлено судом ДД.ММ.ГГГГ.