СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 17АП-6303/2023-ГКу

г. Пермь

21 августа 2023 года Дело № А60-12572/2023

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:судьи Гладких Д.Ю.,

рассмотрев в порядке ст. 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционную жалобу ответчика, индивидуального предпринимателя ФИО1,

на решение Арбитражного суда Свердловской области от 12 мая 2023 года, принятое путем подписания резолютивной части в порядке упрощенного производства (мотивированное решение от 21 мая 2023 года),

по делу № А60-12572/2023

по иску акционерного общества «Сеть телевизионных станций» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ИНН <***>, ОГРН <***>)

о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав,

установил:

АО «СТС» обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО1 о взыскании 60 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав, в том числе 10 000 руб. - на товарный знак № 709911, 10 000 руб. - на товарный знак № 707375, 10 000 руб. - на товарный знак № 707374, 10 000 руб. - на произведение изобразительного искусства – рисунок персонажа «Карамелька», 10 000 руб. - на произведение изобразительного искусства – рисунок персонажа «Компот», 10 000 руб. - на произведение изобразительного искусства – рисунок персонажа «Коржик».

Дело рассмотрено судом в порядке упрощенного производства в соответствии с гл. 29 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 12 мая 2023 года (мотивированное решение от 21 мая 2023 года) исковые требования удовлетворены в полном объеме.

Не согласившись с принятым решением, ответчик обратился с апелляционной жалобой, просит решение отменить, принять новое решение по делу, которым снизить размер компенсации до минимально возможного.

В обоснование жалобы приводит доводы о том, что суд не учел доводы ответчика и вынес решение, основываясь исключительно на доводах истца; размер компенсации необоснованно завышен; истец злоупотребляет своим правом и имеет своей целью финансовое обогащение (более 1000 исков в год).

В дополнениях к жалобе указывает, что критерий множественности нарушения отсутствует: ответчиком реализована одна единица товара (купальник), на которой имеются 3 изображения, которые одновременно являются двумя видами интеллектуальной деятельности (товарный знак и произведение изобразительного искусства): "Изображение персонажа Карамелька" (товарный знак № 707374), "Изображение персонажа Компот" (товарный знак № 709911), "Изображение персонажа Коржик" (товарный знак № 707375). Также ответчик считает, что имеет место применение правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 13.12.2016 N 28-П. Просит признать размещение на одном материальном носителе одного объекта интеллектуальной деятельности единым правонарушением, в связи с чем снизить размер компенсации до разумных пределов, а именно ниже минимального, настаивает, что защищаемые товарные знаки фактически являются группой (серией) знаков одного правообладателя, зависимых друг от друга, связанных между собой наличием одного и того же доминирующего элемента, а также имеют иные объединяющие указанные товарные знаки признаки.

Отзыв на апелляционную жалобу истцом не представлен.

В соответствии с ч. 1 ст. 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционные жалобы на решения арбитражного суда по делам, рассмотренным в порядке упрощенного производства, рассматриваются в суде апелляционной инстанции судьей единолично без вызова сторон по имеющимся в деле доказательствам.

Дело рассмотрено без вызова лиц, участвующих в деле, в соответствии со ст. 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Информация о принятии апелляционной жалобы к производству размещена на официальном сайте суда www.17aas.arbitr.ru, а также в общедоступной автоматизированной информационной системе «Картотека арбитражных дел» в сети интернет - http://kad.arbitr.ru/ в режиме ограниченного доступа.

Законность и обоснованность принятого судом первой инстанции решения проверены арбитражным апелляционным судом в порядке статей 266, 268, 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, истец является обладателем исключительных прав на произведения изобразительного искусства - рисунки персонажей «Коржик», «Компот», «Карамелька», «Коржик», и на товарные знаки № 707374, 707375, 709911, что подтверждается сведениями из ФИПС и перечисленными свидетельствами на товарные знаки.

В обоснование требований истец указал, что в целях защиты своих исключительных прав произвел комплекс мероприятий, в результате которых 12 мая 2022 года был выявлен факт продажи продукции, нарушающей исключительные права истца.

В торговом павильоне, расположенном вблизи адресной таблички: <...> предлагался к продаже и был реализован товар «Купальник».

В подтверждение факта приобретения товара у ответчика истцом представлен терминальный чек от 12.05.2022 на общую сумму 410 руб., содержащий Ф.И.О. предпринимателя ФИО1, а также диск с видеозаписью процесса приобретения товара, сам товар.

В связи с выявленным фактом нарушения исключительных прав в целях соблюдения претензионного порядка урегулирования спора истец направил 28.11.2022 ответчику претензию, в которой предложил выплатить компенсацию за нарушение исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности АО «СТС». Факт направления претензии подтверждается квитанцией об оплате отправления.

Претензия оставлена ответчиком без удовлетворения.

Полагая, что ответчик нарушил исключительное право на произведения изобразительного искусства - рисунки персонажей «Коржик», «Компот», «Карамелька» и на товарные знаки № 707374, 707375, 709911, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Суд первой инстанции, разрешая настоящий спор, пришел к следующим выводам. Факт нарушения исключительных прав истца ответчиком в результате продажи без согласия правообладателя товаров, подтверждается материалами дела. Ответчик факт приобретения у него контрафактного товара не оспорил. Суд первой инстанции принял во внимание характер допущенного нарушения, степень вины нарушителя, вероятные убытки правообладателя, на основании чего пришел к выводу о том, что требуемый истцом размер компенсации из расчета по 10 000 руб. за нарушение исключительных прав на каждый товарный знак и каждый рисунок персонажа, является разумным.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, оценив представленные доказательства, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами оспариваемого судебного акта.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности, если указанным Кодексом не предусмотрено иное (статья 1233 ГК РФ). Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных этим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными тем же Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную этим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается этим Кодексом.

Согласно пункту 1 статьи 1259 ГК РФ объектами авторских прав являются произведения науки, литературы и искусства независимо от достоинства и назначения произведения, а также от способа его выражения, в том числе, аудиовизуальные произведения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1225 ГК РФ произведения науки, литературы и искусства относятся к результатам интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью).

В силу положений пунктов 1 и 2 статьи 1255 ГК РФ интеллектуальные права на произведения науки, литературы и искусства являются авторскими правами. Автору произведения принадлежит, в том числе, исключительное право на произведение.

В соответствии со статьей 1257 ГК РФ автором произведения науки, литературы или искусства признается гражданин, творческим трудом которого оно создано. Лицо, указанное в качестве автора на оригинале или экземпляре произведения либо иным образом в соответствии с пунктом 1 статьи 1300 упомянутого Кодекса, считается его автором, если не доказано иное.

В силу пункта 3 статьи 1228 ГК РФ исключительное право на результат интеллектуальной деятельности, созданный творческим трудом, первоначально возникает у его автора. Это право может быть передано автором другому лицу по договору, а также может перейти к другим лицам по иным основаниям, установленным законом.

Авторами графических изображений (рисунков) являются художники.

Таким образом, закон в качестве критерия признания произведения объектом авторского права указывает на необходимость его создания в процессе творческого труда. При этом особо оговаривается, что способ создания, художественные и прочие достоинства, а также назначение результата творческого труда не имеют значения для признания либо непризнания произведения объектом авторского права.

Согласно статье 1285 ГК РФ автор или иной правообладатель передает или обязуется передать принадлежащее ему исключительное право на произведение в полном объеме приобретателю такого права на основании договора об отчуждении исключительного права.

Как разъяснено в пункте 110 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", правообладателем, получившим исключительное право на основании договора об отчуждении исключительного права, считается лицо, указанное в представленном в суд договоре. При этом и в случае, если этот договор заключен не непосредственно с автором, а с иным лицом, в свою очередь получившим право на основании договора об отчуждении исключительного права, иные доказательства в подтверждение права на иск, по общему правилу, не требуются.

Из материалов дела следует, что 17.04.2015 между ООО "Студия Метраном" и ИП ФИО2 заключен договор N 17-04/2, в соответствии с условиями которого, общество поручило предпринимателю оказать комплекс услуги по созданию фильма в соответствии с условиями договора, включая услуги художника-постановщика фильма, а также передать (произвести отчуждение) исключительного права на результат интеллектуальной деятельности, а также на фильм в целом в полном объеме.

Наличие у истца исключительных прав на произведения изобразительного искусства - изображения персонажей "Три кота" подтверждается договором от 17.04.2015 N Д-СТС-0312/2015 заказа производства с условием об отчуждении исключительного права, заключенного между АО "СТС" и ООО "Студия Метраном".

Как разъяснено в пункте 82 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", с учетом пункта 3 статьи 1259 ГК РФ, согласно которому охране подлежат произведения, выраженные в какой-либо объективной форме, под персонажем следует понимать совокупность описаний и (или) изображений того или иного действующего лица в произведении в форме (формах), присущей (присущих) произведению: в письменной, устной форме, в форме изображения, в форме звуко- или видеозаписи, в объемно-пространственной форме и др.

Не любое действующее лицо произведения является персонажем в смысле пункта 7 статьи 1259 ГК РФ. Истец, обращающийся в суд за защитой прав именно на персонаж как часть произведения, должен обосновать, что такой персонаж существует как самостоятельный результат интеллектуальной деятельности. При этом учитывается, обладает ли конкретное действующее лицо произведения достаточными индивидуализирующими его характеристиками: в частности, определены ли внешний вид действующего лица произведения, характер, отличительные черты (например, движения, голос, мимика, речевые особенности) или другие особенности, в силу которых действующее лицо произведения является узнаваемым даже при его использовании отдельно от всего произведения в целом.

При подтверждении наличия индивидуализирующих характеристик действующего лица его охраноспособность в качестве персонажа (пункт 7 статьи 1259 ГК РФ) презюмируется. Ответчик вправе оспаривать такую охраноспособность.

Охрана авторским правом персонажа произведения предполагает, в частности, что только автору или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать персонаж любым способом, в том числе путем его воспроизведения или переработки (подпункты 1 и 9 пункта 2 статьи 1270 ГК РФ).

Воспроизведением персонажа признается изготовление экземпляра, в котором используется, например, текст, содержащий описание персонажа, или конкретное изображение (например, кадр мультипликационного фильма), или индивидуализирующие персонажа характеристики (детали образа, характера и (или) внешнего вида, которые характеризуют его и делают узнаваемым). В последнем случае воспроизведенным является персонаж и при неполном совпадении индивидуализирующих характеристик или изменении их несущественных деталей, если, несмотря на это, такой персонаж сохранил свою узнаваемость как часть конкретного произведения (например, при изменении деталей одежды, не влияющих на узнаваемость персонажа).

В отношении персонажа произведения не используется понятие сходства до степени смешения. Наличие внешнего сходства между персонажем истца и образом, используемым ответчиком, является лишь одним из обстоятельств, учитываемых для установления факта воспроизведения используемого произведения (его персонажа).

Кроме того, в соответствии с пунктом 1 статьи 1225 ГК РФ товарные знаки являются результатом интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана.

Под товарным знаком понимается обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей (пункт 1 статьи 1477 ГК РФ).

На товарный знак признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

На товарный знак, зарегистрированный в Государственном реестре товарных знаков, выдается свидетельство на товарный знак.

На территории Российской Федерации действует исключительное право на товарный знак, зарегистрированный федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности, а также в других случаях, предусмотренных международным договором Российской Федерации (статья 1479 ГК РФ).

Свидетельство на товарный знак удостоверяет приоритет товарного знака и исключительное право на товарный знак в отношении товаров, указанных в свидетельстве (статья 1481 ГК РФ).

Согласно пункту 2 статьи 1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; сети "Интернет", в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3).

Исходя из приведенных норм права, положений части 1 статьи 65 АПК РФ, а также разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 10) в предмет доказывания по данному делу входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения, в отношении товаров и/или услуг, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров и/или услуг, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Принадлежность истцу исключительных прав на спорные товарные знаки и произведения изобразительного искусства не оспаривается.

Как следует из материалов дела, 12.05.2022 истцом был выявлен факт продажи продукции, нарушающей его исключительные права, в частности, в ходе закупки, произведенной в торговом павильоне, расположенном вблизи адресной таблички: <...>, был установлен и задокументирован факт предложения к продаже и реализации от имени ИП ФИО1 товара, обладающего признаками контрафактности - "купальник".

На данном товаре размещены изображения, сходные до степени смешения с товарными знаками, либо являющиеся вопроизведением / переработкой произведений изобразительного искусства: средство индивидуализации - товарный знак № 709911, № 707375, № 707374, произведение изобразительного искусства - "Изображение персонажа Карамелька", "Изображение персонажа Компот", "Изображение персонажа Коржик".

Оценка сходства изображений осуществлена судом посредством сравнительного анализа с учетом общего восприятия, цветовой гаммы, характерного расположения черт персонажей, по результатам которого суд приходит к выводу о тождественности изображений, нанесенных на реализованный ответчиком товар, с изображениями, исключительные права на которые принадлежат истцу.

Факт реализации товара от имени ИП ФИО1 подтверждается чеком от 12.05.2022 на общую сумму 410 руб., содержащим Ф.И.О. предпринимателя ФИО1, диском с видеозаписью процесса приобретения товара, самим товаром.

В соответствии со статьями 426, 492 и 494 ГК РФ, выставление на продажу спорной продукции свидетельствует о наличии со стороны ответчика публичной оферты. Покупка спорного товара оформлена в соответствии с требованиями статьи 493 ГК РФ.

Обстоятельства покупки товара, зафиксированные приобщенной к материалам дела видеосъемкой приобретения товара, по существу апеллянтом не оспариваются.

Ответчик доказательств в подтверждение реализации вышеуказанного товара на законных основаниях в материалы дела не представил. Договоры о передаче предпринимателю исключительных прав на использование произведений изобразительного искусства и товарные знаки не представлены.

Таким образом, ответчик нарушил исключительные авторские права истца как на товарные знаки, так на произведения изобразительного искусства.

Позиция апеллянта сводится к утверждению о единстве нарушений, необоснованном завышении суммы компенсации, наличию оснований для снижения в соответствии с Постановлением Конституционного Суда РФ от 13.12.2016 N 28-П, и злоупотреблению правом со стороны истца.

Проверив доводы, изложенные в апелляционной жалобе, апелляционный суд приходит к выводу, что заявленные доводы не содержат фактов, которые не были проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются несостоятельными.

При разрешении спора судом первой инстанции верно определены юридически значимые обстоятельства дела, правильно применены нормы материального и процессуального права, собранным по делу доказательствам дана надлежащая правовая оценка, выводы суда в полной мере соответствуют обстоятельствам дела.

Отклоняя доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции руководствуется следующим.

Согласно правовой позиции, выраженной в пункте 68 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», выражение нескольких разных результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации в одном материальном носителе (в том числе воспроизведение экземпляров нескольких произведений, размещение нескольких разных товарных знаков на одном материальном носителе) является нарушением исключительного права на каждый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации (абз. 3 п. 3 ст. 1252 ГК РФ).

Вместе с тем, в отношении товарных знаков следует учитывать, что если защищаемые права на товарные знаки фактически устанавливают охрану одного и того же обозначения в разных вариантах, имеют графические отличия, не изменяющие существо товарного знака, и вне зависимости от варианта воспроизведения обозначения в глазах потребителей воспринимаются как одно обозначение, которое сохраняет свою узнаваемость, то одновременное нарушение прав на несколько таких товарных знаков представляет собой одно нарушение, если оно охватывается единством намерений правонарушителя.

Незаконное размещение нескольких разных товарных знаков на одном материальном носителе является нарушением исключительных прав на каждый товарный знак, поэтому в силу пункта 32 «Обзор судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав» (утв. Президиумом ВС РФ 23.09.2015) компенсация взыскивается за каждое нарушение.

Вопреки доводам, изложенным в апелляционной жалобе, изображения героев анимационного сериала «Три кота»: «Карамелька», «Коржик» «Компот», каждый товарный знак № 707374 «Карамелька», №707375 «Коржик», № 709911 «Компот», размещённые на детском купальнике, являются отдельными объектами авторского права, самостоятельными произведениями изобразительного искусства.

К ответчику подлежат применению меры ответственности за каждый факт нарушения отдельно.

Аналогичная правовая позиция сформирована в Определениях Верховного Суда Российской Федерации от 06.11.2019 № 303-ЭС19-19602, по делу № А24-1561/2019, от 01.11.2019 № 309-ЭС19-19459 по делу № А60-10491/2019.

Статьей 1301 ГК РФ предусмотрено, что в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда; в двукратном размере стоимости экземпляров произведения или в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения.

Аналогичное правило закреплено в пункте 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации применительно к защите нарушенного исключительного права на товарный знак.

В соответствии с пунктом 61 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 г. N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации) заявляя требование о взыскании компенсации в размере от 10 тысяч до 5 миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы, подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 62 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (а именно размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Исходя из приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при предъявлении требования о взыскании компенсации за нарушение исключительного права доказыванию подлежат: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем незаконного использования. При определении размера компенсации подлежат учету вышеназванные критерии.

Установление указанных обстоятельств является существенным для дела и от их установления зависит правильное разрешение спора, при этом вопрос оценки представленных на разрешение спора доказательств на допустимость, относимость и достаточность является компетенцией суда, разрешающего спор.

Оценив размер компенсации, заявленный к взысканию, в сумме 60 000 рублей, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что требования истца о выплате компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак и на произведения изобразительного искусства обоснованы.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 62 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1252).

По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования.

Суд определяет размер подлежащей ко взысканию компенсации и принимает решение (статья 196 ГПК РФ, статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (абзац пятый статьи 132, пункт 1 части 1 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункты 2 и 3 части 2 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ).

В соответствии с абз. 3 п. 3 ст. 1252 ГК РФ, если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации.

При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных данным Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

Исходя из изложенных норм права, а также разъяснениям к ним следует, что правообладатель при доказанности факта нарушения его исключительных прав освобождается от доказывания размера понесенных убытков и вправе требовать от нарушителя компенсацию в установленном законом размере, определяемой по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

Таким образом, определение окончательного размера компенсации, подлежащей выплате в пользу истца, является прерогативой суда, который при этом исходит из обстоятельств дела и представленных доказательств, оцениваемых судом по своему внутреннему убеждению. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы (ст. 71 АПК РФ).

Как разъяснено в определении Верховного Суда РФ от 10.01.2019 N 310-ЭС18-16787 суд не вправе снижать размер компенсации за нарушение прав интеллектуальной собственности ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе.

При определении размера подлежащей взысканию компенсации суд не вправе по своей инициативе изменять вид компенсации, избранный правообладателем (пункт 35 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015 (далее - Обзор от 23.09.2015).

Сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказать необходимость применения судом такой меры.

Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, является экстраординарной мерой, должно быть мотивировано судом и обязательно подтверждено соответствующими доказательствами (пункт 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017).

Аналогичный правовой подход изложен в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.04.2017 N 305-ЭС16-13233.

Согласно, разъяснениям, приведенным в Постановлении N 28-П, снижение судом размера компенсации ниже низшего предела, установленного законом, возможно лишь по заявлению ответчика и при наличии совокупности следующих условий: убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком; правонарушение совершено ответчиком впервые; использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Таким образом, снижение размера компенсации ниже минимального предела обусловлено одновременным наличием ряда критериев, обязанность доказывания соответствия которым возлагается именно на ответчика.

В рамках настоящего спора, истцом заявлено требование о взыскании с ответчика компенсации за нарушение исключительных прав истца в общей сумме 60 000 руб., исходя из 10 000 руб. компенсации за нарушение права на каждый объект.

Дополнительное обоснование размера минимальной компенсации при доказанности нарушения ответчиком исключительных прав истца не требуется.

Заявляя о снижении компенсации ниже 10 000 рублей, апеллянт не представил доказательств совокупности к тому условий, предусмотренной Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П.

Поскольку деятельность ответчика является предпринимательской и осуществляется с учетом рисков и возможных негативных последствий, ей присущих, ответчик может быть привлечен к ответственности за нарушение интеллектуальных прав и при отсутствии его вины. При этом из материалов дела не следует, что у ответчика отсутствует материальная возможность нести ответственность за нарушение исключительных прав истца в полном размере.

Согласно сведениям Картотеки арбитражных дел, предприниматель ФИО1 ранее привлекался к ответственности за нарушение исключительных прав. Так, Арбитражным судом с ответчика взыскивалась компенсация в рамках дел № А60-31584/2022 и № А60-26668/2022.

Таким образом, правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем не впервые. Правонарушения совершены при продаже товаров в различных торговых точках в разное время.

С учетом указанного обстоятельства, использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав, являлось существенной частью предпринимательской деятельности ответчика и носит грубый характер.

Следует отметить, что основным видом деятельности ответчика является «Торговля розничная одеждой в специализированных магазинах».

Ответчиком также не доказано, что правонарушение не носило грубый характер, и ответчику не было известно о контрафактности используемой продукции, равно как не доказано, что размер компенсации многократно превышает размер причиненных убытков.

Предприниматель не представил каких-либо доказательств, подтверждающих проявление должной осмотрительности по проверке введения оспариваемого товара в гражданский оборот правообладателем или с его согласия, в том числе при приобретении ответчиком товара.

При этом, по мнению суда, торговля контрафактом вредит репутации истца, поскольку контрафакт низкого качества вызывает у потребителя негативные ассоциации с истцом. Наполненность рынка контрафактом существенно снижает стоимость лицензий, поскольку цены на контрафакт существенно ниже лицензионной продукции и делает практически невозможным продажу исключительных лицензий.

Следует отметить, что размер возможных убытков не связан со стоимостью реализуемого нарушителем контрафактного товара.

Суд апелляционной инстанции учитывает, что компенсация является штрафной мерой ответственности и преследует, помимо прочих целей, цель общей превенции совершения правонарушений, что не выполняется в случае необоснованного снижения компенсации со стороны суда.

Ссылки апеллянта на злоупотребление правом со стороны истца также признаются несостоятельными.

В силу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения этих требований суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Применение статьи 10 ГК РФ возможно при установлении судом конкретных обстоятельств, свидетельствующих о том, что лицо действовало исключительно с намерением причинить вред другому лицу либо злоупотребило правом в иных формах.

При этом для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей), злоупотребление правом должно носить достаточно очевидный характер, а вывод о нем не должен являться следствием предположений.

Как отмечено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учётом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

По смыслу приведённых норм, для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей). При этом злоупотребление правом должно носить достаточно очевидный характер, а вывод о нем не должен являться следствием предположений. Ответчику необходимо предоставить доказательства наступления негативных последствий в результате недобросовестных действий истца.

Причин для применения статьи 10 ГК РФ, предусматривающей возможность отказа в защите интересов лица, злоупотребляющего правом, в настоящем деле не установлено.

Оснований полагать, что обращаясь с настоящим иском, истец злоупотребляет правом, отсутствуют, поскольку защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности путём подачи иска в арбитражный суд не может рассматриваться как злоупотребление правом, доказательства того, что истец действует исключительно с целью причинить вред ответчику, не представлены (статья 10 ГК РФ).

Из материалов дела не усматривается правовых оснований для квалификации как злоупотребления правом действий истца, в том числе в связи с обращением в арбитражный суд с заявленными требованиями, так как право обращения в суд за защитой (восстановлением) нарушенных прав прямо предусмотрено действующим законодательством, а данных о том, что такое обращение связано с целью причинить вред ответчику, материалы дела не содержат.

Самого по себе предположения ответчика о недобросовестных намерениях истца недостаточно для признания действий истца, осуществленных в рамках принадлежащего ему права, злоупотреблением таким правом.

Предъявление иска является реализацией процессуального права истца (права на иск в процессуальном смысле), злоупотребление указанным процессуальным правом исключено (ст. 41 АПК РФ).

В целом злоупотребление процессуальным правом влечет иные последствия (ст. ст. 111, 159 АПК РФ), чем те, которые предусмотрены статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации и которые просит ответчик - уменьшение размера компенсации ниже низшего предела.

Иная оценка заявителем обстоятельств дела не свидетельствует о неправильном применении судом норм права.

Кроме того, апелляционный суд отмечает, что ответчик обязан проводить проверку закупаемой продукции и должен уточнять информацию о правообладателе до закупки продукции с целью недопущения нарушения прав третьих лиц, при необходимости запрашивать необходимую документацию у поставщика (например, копию лицензионного договора и др.).

Ответчик, как и любой гражданин, должен осознавать, что те или иным изображения, наносимые на спорный товар кем-то создаются, в связи с чем права на них принадлежат кому-то другому.

Необходимость проверки товара на его контрафактность подтверждается обширной судебной практикой, в том числе изложенной в постановлении Суда по интеллектуальным правам от 10.03.2020 по делу № А03-11952/2019.

Доводы апелляционной жалобы проверены в полном объеме, не опровергают правильные выводы суда первой инстанции о наличии оснований для удовлетворения исковых требований.

Апелляционный суд приходит к выводу, что жалоба ответчика не содержит доводов и фактов, которые влияли бы на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции.

В целом, позиция апеллянта сводится к несогласию с выводами суда первой инстанции, направлена на их переоценку, однако апелляционный суд повторно рассмотрев дело и оценив представленные в дело доказательства, оснований для такой переоценки не усматривает.

С учетом удовлетворения исковых требований, принимая во внимание компенсационный характер судебных издержек, предусмотренный положениями статьями 106, 110, 111 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом первой инстанции обоснованно взысканы с ответчика в пользу истца расходы по оплате государственной пошлины в размере 2600 руб., расходы по приобретению товара 410 руб., почтовые расходы 184,84 руб.

В указанной части апеллянт доводов в жалобе не приводит.

Судом первой инстанции полно и правильно установлены все фактические обстоятельства по делу, исходя из оценки доказательств и доводов, приведенных лицами, участвующими в деле, правильно применены нормы материального и процессуального права, принято законное и обоснованное решение, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и для отмены судебного акта не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Поскольку в удовлетворении апелляционной жалобы отказано, судебные расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы в силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат отнесению на ее подателя.

Руководствуясь статьями 258, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ :

решение Арбитражного суда Свердловской области от 12 мая 2023 года, принятое путем подписания резолютивной части в порядке упрощенного производства (мотивированное решение от 21 мая 2023 года) по делу № А60-12572/2023 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано по основаниям, предусмотренным частью 3 статьи 288.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в порядке кассационного производства в Суд по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области Свердловской области.

Судья

Д.Ю. Гладких