Постановление по делу № А51-2003/2020 от 29.04.2025

Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, Владивосток, 690001

www.5aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Владивосток Дело

№ А51-2003/2020

29 апреля 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 22 апреля 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 29 апреля 2025 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Т.В. Рева,

судей М.Н. Гарбуза, К.А. Сухецкой,

при ведении протокола до и после перерыва секретарем судебного заседания В.А. Ячмень,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1,

апелляционное производство № 05АП-541/2025

на определение от 10.01.2025

судьи Д.Н.Кучинского

по делу № А51-2003/2020 Арбитражного суда Приморского края

по заявлению финансового управляющего имуществом должника

к ФИО2, ФИО3, ФИО4,

о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки,

заинтересованные лица: Территориальный отдел опеки и попечительства по Лесозаводскому городскому округу, публичное акционерное общество «Сбербанк России»,

в рамках дела о признании ФИО1 несостоятельным (банкротом),

при участии (до перерыва):

финансовый управляющий ФИО5 (лично, в режиме веб-конференции), паспорт;

ФИО4 (лично), паспорт;

от ФИО1: представитель ФИО6 по доверенности от 21.07.2022 сроком действия 3 года, паспорт;

от АО «Россельхозбанк»: представитель ФИО7 по доверенности от 22.02.2023 сроком действия до 10.06.2025, паспорт;

от НО «Гарантийный фонд Приморского края»: представитель ФИО8 по доверенности от 24.03.2025 сроком действия до 25.03.2026, паспорт;

иные лица, участвующие в деле, не явились,

при участии (после перерыва):

финансовый управляющий ФИО5 (лично, в режиме веб-конференции), паспорт;

от АО «Россельхозбанк»: представитель ФИО7 по доверенности от 22.02.2023 сроком действия до 10.06.2025, паспорт;

ФИО2 (лично), паспорт; представитель ФИО9, по доверенности от 06.12.2024 сроком действия 3 года, паспорт;

от ФИО3: представитель ФИО9, по доверенности от 06.12.2024 сроком действия 3 года, паспорт;

иные лица, участвующие в деле, не явились,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 (далее – должник, апеллянт) обратился в Арбитражный суд Приморского края с заявлением о признании себя несостоятельным (банкротом).

Решением суда от 30.07.2020 ФИО1 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации сроком на шесть месяцев, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО10.

Определением суда от 24.11.2021 финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО11.

Определением суда от 06.07.2022 финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО12.

Определением суда от 06.05.2024 финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО5.

29.08.2022 финансовый управляющий ФИО12 обратился в суд с заявлением (с учетом принятого судом уточнения) о признании недействительными в порядке статей 10, 168, пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) заключенного между ФИО1 и ФИО13 договора купли-продажи от 30.05.2014; заключенного между ФИО13 и ФИО2 договора купли-продажи от 05.03.2015; заключенного между ФИО2 и ФИО3 договора купли-продажи от 25.09.2015 1/2 доли в имуществе; заключенного между ФИО3 и ФИО4 договора купли-продажи от 02.03.2022 1/2 доли в имуществе; о применении последствий недействительности в виде: истребования от ФИО2 и ФИО4 путем возврата в конкурсную массу должника жилого дома, площадью 303 кв.м., в том числе жилая 116, 10, этажность 2, подвальный этаж, условный номер 25:30:0203002:0014:07516/А:00000, адрес (местонахождение) объекта: <...>, кадастровый номер 25:30:000000:1979 (далее – жилой дом); истребования от ФИО2 и ФИО4 путем возврата в конкурсную массу должника земельного участка, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: жилая застройка, общая площадь: 1 200 кв.м., адрес (местонахождение) объекта: установлено относительно ориентира расположенного в границах участка, ориентир жилой дом, почтовый адрес ориентира: <...>, кадастровый номер: 25:30:020302:14 (далее – земельный участок).

Определением суда от 28.03.2023 к участию в деле привлечены ФИО14 и Территориальный отдел опеки и попечительства по Лесозаводскому городскому округу.

Определением суда от 26.06.2024 к участию в деле привлечено публичное акционерное общество «Сбербанк России».

Определением суда от 07.08.2024 к участию в деле привлечена ФИО4

Определением суда от 10.01.2025 признаны недействительными (мнимыми) договоры купли-продажи от 30.05.2014, от 05.03.2015, от 25.09.2015, от 02.03.2022. Применены последствия недействительности сделки в виде возврата ФИО2, ФИО4 в конкурсную массу должника жилого дома, земельного участка. С ФИО1 в доход федерального бюджета взыскано 60 000 руб. государственной пошлины.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО1 обратился в арбитражный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение на том основании, что ФИО1, продав имущество по договору купли-продажи ФИО13 и зарегистрировав переход права собственности в установленном порядке, не мог распоряжаться и владеть проданной недвижимостью в силу закона; судом не установлена истинная воля сторон сделки. Ссылка на заинтересованность несостоятельна, так как брак с ФИО15 расторгнут в 1997 году, с этой даты ФИО13 не состоит в родстве с ФИО1 На основании изложенного сделка не является мнимой (ничтожной), а является оспоримой. Суд не применил срок исковой давности к оспоримой сделке.

Определением апелляционного суда от 30.01.2025 апелляционная жалоба оставлена без движения на срок до 19.02.2025. Определением апелляционного суда от 20.02.2025 в связи с устранением апеллянтом обстоятельств, послуживших основанием для оставления жалобы без движения, последняя принята к производству, судебное заседание по ее рассмотрению назначено на 18.03.2025. Определением апелляционного суда от 18.03.2025 рассмотрение апелляционной жалобы отложено на 15.04.2025.

В арбитражный суд поступили и в материалы дела приобщены:

- отзыв финансового управляющего, который просит определение оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. Согласно отзыву к требованию о признании сделки мнимой применим трехлетний, а не годичный срок исковой давности. Так как финансовый управляющий не является участником спорной сделки, срок исковой давности для ее оспаривания начинает течь с момента, когда финансовому управляющему должно было стать известно о совершении данной сделки (30.07.2020). Заявление об оспаривании сделки финансовым управляющим подано 23.08.2022, срок исковой давности финансовым управляющим не пропущен. В настоящее время многократные сделки должника оспорены в обеих процедурах ФИО15 (№ А51-2596/2018) и ФИО3 (№ А51-2003/2020), обстоятельствам, указанным должником в апелляционной жалобе, уже была дана оценка судами трех инстанций;

- отзыв акционерного общества «Российский Сельскохозяйственный банк» (далее – Банк), которое просит отказать в удовлетворении апелляционной жалобы. Из отзыва следует, что в материалы дела не представлены доказательства поступления денежных средств на счет должника, вырученные от продажи, также отсутствуют доказательства направления полученных денежных средств на погашение обязательств по кредитным сделкам с Банком. В материалы дела не представлены доказательства источников финансирования сделок со стороны ФИО16, ФИО2, ФИО3, ФИО4 Действия должника по отчуждению имущества в отношении заинтересованных лиц, в неблагоприятных для должника условиях (наличие задолженности перед кредитором) носят системный характер, что обладает признаками злоупотребления правом (10 ГК РФ), поскольку направлены на вывод имущества из владения должника, в целях его сохранения от наложения на него взыскания. Заключение договора купли-продажи имущества носит формальный характер, должником совершено с прикрытием, не имеющим экономических последствий;

- ходатайство финансового управляющего о приобщении к материалам дела дополнительных сведений, в которых изложено, что полученный от продажи ½ жилого дома с земельным участком доход в размере 650 000 руб. продавцом ФИО3, финансовая возможность покупателя ФИО4 на приобретение спорной доли жилого дома с земельным участком не подтверждены. При годовом доходе за 2021 год в виде заработной платы 815 250 руб. покупатель не располагала свободными денежными средствами, чтобы потратить 650 000 руб. единовременно. По договору от 02.03.2022 расчет между сторонами осуществляется в наличной денежной форме: не подтверждено аккумулирование указанной суммы на банковских счетах ФИО4 По договору от 02.03.2022 стороны определили стоимость жилого дома в размере 509 155 руб., что меньше кадастровой стоимости в 5 раз. Стороны осознанно, осознавая риск несения неблагоприятных для себя последствий, заключили сделку для вида, прикрывающую истинную ее цель – вывод имущества с целью сохранения от обращения на него взыскания. Не подтверждено право действительного владения ФИО4 спорным имуществом, несения бремени оплаты коммунальных платежей, регистрации и проживания по месту спорного имущества. ФИО4 владеет квартирой по адресу: в <...>; трудоустроена с 2021 года по настоящее время в ООО «ДВ Инвест», адрес организации: 690091, <...>, этаж 3, пом. 1. Таким образом, документально не подтверждена целесообразность проживания ФИО4 по месту приобретенного объекта недвижимости в г. Лесозаводске. Предоставляя в материалы дела доказательства уведомления сторон в материалы дела представлены копии почтовых квитанций, согласно которым должник 18.02.2025 направил почтой ФИО4 на адрес в <...>, что соответствует месту ее трудоустройства в г. Владивостоке в ООО «ДВ Инвест». Представитель ФИО2 – ФИО9 при отправлении жалобы на кассационное определение от 23.12.2024 в суд кассационной инстанции указал суду, что место фактического проживания и регистрации ФИО2: <...>. Кроме того, проживание ФИО2 в г. Находке подтверждается пунктом 2.1 договора купли-продажи от 02.03.2022, согласно которому она дает отказ от преимущественного права покупки, заверенный нотариусом Находкинского Нотариального округа Приморского края ФИО17 Согласно пункту 8 договоров купли-продажи от 30.05.2014, от 05.03.2015, от 25.09.2015 ФИО15, ФИО1, ФИО3, ФИО3 сохраняют право проживания в отчуждаемом спорном жилом доме; согласно пункту 5.2 договора от 02.03.2022 ФИО3 сохраняет право проживания и регистрации в отчуждаемом ею объекте недвижимости. Таким образом, сделки по выводу спорного имущества совершались для вида, без создания правовых последствий, отчуждая имущество по цепочке своим родственникам и взаимосвязанным, взаимно согласованным лицам, ФИО1 и его родственники сохраняли над ним контроль;

- возражения Банка на апелляционную жалобу, из которых следует, что Банк обратился в собственную службу по работе с обеспечением исполнения обязательств, сотрудник которой проанализировал рынок недвижимости г. Лесозаводске, в результате чего были подобраны аналоги, подходящие по своим характеристикам, назначению и местоположению с объектом, размещенным по адресу: <...> Г. По мнению сотрудников, интервал рыночной стоимости указанного выше объекта составил 14 300 000 - 15 800 000 руб.;

- ответы на запросы суда.

В судебном заседании ФИО4 заявила ходатайство об отложении судебного заседания для ознакомления с материалами дела. Отвечая на вопросы коллегии, ФИО4 пояснила, что ФИО2, ФИО3, ФИО4 знакомы с университета, поддерживают общение до настоящего момента, являются «приятелями». ФИО4 работает в г. Владивостоке, приезжает в г. Лесозаводск отдыхать в отпуске и на новогодние праздники, для чего и была приобретена ½ доли в жилом доме. Приобрела имущество за собственный счет (заработная плата (в 2022 году официальная заработная плата в ООО «ДВ-Инвест» составляла около 100 000 руб. в месяц) и накопления (пояснить, за счет каких конкретно средств накоплены денежные средства, не может; со своей матерью продали квартиру в г. Артеме, часть денежных средств направлена на покупку ½ в жилом доме – 1 600 000 руб.)). Квитанции на содержание жилого дома не оплачивает, полагает, что данные расходы, наверное, оплачивает второй собственник. Имущество приобретено по цене, указанной в договоре. Оплачивает налоги. О ситуации, связанной с банкротством должника не знала. Купила в 2020 / 2021 году квартиру по ул. Брянской в г. Владивостоке, внесено различными платежами 3 000 000 руб.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, явку представителей в судебное заседание не обеспечили.

Рассмотрев ходатайство ФИО4 об отложении судебного заседания в судебном заседании, руководствуясь статьями 158, 159 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) определила в удовлетворении заявленного ходатайства отказать, поскольку подателем ходатайства не приведено надлежащего обоснования невозможности ознакомления с делом как в суде первой, так и в суде апелляционной инстанции, с учетом срока рассмотрения настоящего спора. Вместе с тем, суд руководствуясь статьями 163, 184, 185 АПК РФ, определил объявить перерыв в судебном заседании до 22.04.2025 до 13 часов 20 минут. Об объявлении перерыва лица, участвующие в деле, уведомлены в соответствии с постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 № 99 «О процессуальных сроках» путем размещения на официальном сайте суда информации о времени и месте продолжения судебного заседания.

После перерыва судебное заседание продолжено 22.04.2025 в 13 часов 24 минуты с использованием системы веб-конференции в том же составе суда.

За время перерыва в материалы дела поступили:

- дополнение апеллянта к апелляционной жалобе, согласно которому сделка совершена 30.05.2014, поэтому к данной сделке применены статьи 10, 168, 170 ГК РФ. ФИО1 считает, что суд не доказал обоснованность применения статьи 10 ГК РФ. Суд не раскрыл, какому лицу причинен вред, в каком размере, так как на момент совершения сделки ФИО1 не имел задолженности и имущественных притязаний третьих лиц. Обязательства у поручителя по кредитным договорам наступили с даты вынесения судом решения о признании ФИО15 (основного заемщика) несостоятельным - 17.09.2018. ФИО16 была зарегистрирована по адресу приобретения дома в <...> несла бремя по его содержанию, оплачивала электроэнергию, налог на имущество. По вопросу о заниженной цене продажи ФИО1 поясняет, что строительство дома осуществлялось в период, когда ФИО1 был в браке с ФИО15 до 1997 года. ФИО13 (мать ФИО15) давала на строительство свои деньги в сумме 2 900 000 руб. Строительство дома было закончено уже после развода в 1998 году. ФИО13 после развода потребовала возвратить предоставленную ей сумму денег. При отсутствии денег ФИО1 было принято решение, что, с учетом долга, сумма реализации будет 250 000 руб. ФИО13 являлась добросовестным приобретателем, так как сведений о задолженности продавца ФИО1 и исполнительных действий в отношении него не было. Данная сделка не может являться мнимой сделкой, в соответствии с пунктом 2 статьи 181 ГК РФ просит применить срок исковой давности;

- отзыв ФИО2, которая просит отменить определение суда в полном объеме, поскольку сделка от 19.03.2015 является возмездной; переход права собственности зарегистрирован в установленном законе прядке; реальным владельцев дома стала ФИО2; все расходы по содержанию дома и коммунальные платежи осуществлялись лично. На дату совершения сделки в отношении ФИО13 не возбуждались исполнительные производства, отсутствовала какая-либо задолженность. При продаже жилого дома ФИО1 продавец не мог причинить вред другому лицу в связи с отсутствием задолженности и отсутствия кредиторов. Сведения об определении рыночной стоимости в материалах дела отсутствуют. Данная сделка не может являться мнимой, так как после регистрации права на жилой дом ФИО2 стала единственным владельцем, которая в силу закона получила права распоряжаться имуществом. Судом не дана оценка тому, что на дату рассмотрения судом заявления финансового управляющего об оспаривании сделок для ФИО2 и ее семьи данное жилое помещение является единственным жильем, которое защищено исполнительным иммунитетом.

ФИО2 и её представитель, представитель ФИО3 поддержали доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, правовую позицию ФИО1 Заявили ходатайство об объявлении перерыва в судебном заседании для предоставления доказательств, подтверждающих доводы апеллянта, изложенные в дополнениях к апелляционной жалобе от 20.04.2025, относительно обстоятельств, связанных с согласованием цены в договоре с ФИО13

ФИО2, отвечая на вопросы суда, пояснила, что ФИО13 проживала в жилом доме примерно с 2015 года пару лет, до этого проживала в другой квартире; переехала в жилой дом, чтобы помогать по хозяйству ФИО2, ФИО3 Их родители проживали по ул. Уткинской 10 в г. Владивостоке, приезжали пару раз в месяц в г. Лесозаводск для ведения бизнеса. С 2019 года по 2021 год проживала в г. Находке с бывшим супругом. Оплачивала коммунальные платежи, доказательства несения расходов ФИО13, ФИО2 на содержание жилого дома представить не может, все документы уничтожены. Жилой дом куплен за счет собственных денежных средств от предпринимательской деятельности, имелись на счету. Знает ФИО4 с университета, в дружеских отношениях не состоят примерно с 2021-2022 года.

Представители НО «Гарантийный фонд Приморского края», Банка, финансовый управляющий ФИО5 против объявления перерыва, удовлетворения апелляционной жалобы возразили.

Судебная коллегия, руководствуясь статьями 163, 159 АПК РФ определила в удовлетворении заявленного ходатайства отказать, учитывая наличие у должника и ответчиков достаточного времени для представления доказательств в дело (принимая во внимание рассмотрение настоящего спора в суде первой инстанции с сентября 2022 года по январь 2025 года, в суде апелляционной инстанции – с февраля 2025). Суд также принимает во внимание, что доводы апеллянта относительно обстоятельств, связанных с согласованием цены в договоре с ФИО13, впервые приведены в дополнениях от 20.04.2025, самим апеллянтом каких-либо доказательств в подтверждение данных и иных доводов, изложенных в дополнениях к апелляционной жалобе от 20.04.2025, не представлено, намерение на представление таких доказательств не выражено. В этой связи заявленное ФИО2 и представителем ФИО2, ФИО3 ходатайство расценено коллегией как направленное на затягивание рассмотрения дела.

Судом установлено, что к отзыву Банка приложены дополнительные доказательства согласно перечню приложений, что расценено коллегией как ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств.

Рассмотрев ходатайства финансового управляющего ФИО5, Банка о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств согласно перечню приложений, коллегия, руководствуясь статьями 159, 184, 185, частью 2 статьи 268 АПК РФ, определила заявленные ходатайства удовлетворить частично; отказать в приобщении дополнительных доказательств, имеющихся в материалах дела; остальные доказательства приобщить к материалам дела, как представленные в опровержение доводов апелляционной жалобы.

ФИО2 и её представитель, представитель ФИО3 повторно заявили ходатайство об объявлении перерыва в судебном заседании для представления дополнительных доказательств. Представители Банка, НО «Гарантийный фонд Приморского края», финансовый управляющий ФИО5 против объявления перерыва возразили.

Судебная коллегия, руководствуясь статьями 163, 159 АПК РФ, определила в удовлетворении заявленного ходатайства отказать, учитывая наличие у ответчиков достаточного времени для представления доказательств в дело (в частности суд апелляционной инстанции предложил ответчикам представить соответствующие доказательства еще в определении от 18.03.2025, однако ни к судебному заседанию 15.04.2025, в котором был объявлен перерыв до 22.04.2025, ни к судебному заседанию 22.04.2025, продолженному после окончания перерыва, какие-либо доказательства ответчиками в дело не представлены), в отсутствие надлежащего обоснования невозможности представления доказательств в пределах установленного срока. В этой связи заявленное ФИО2 и представителем ФИО2, ФИО3 ходатайство расценено коллегией как направленное на затягивание рассмотрения дела.

Иные лица, участвующие в деле, после перерыва не явились, что не препятствовало суду в порядке статьи 156 АПК РФ, пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 «О некоторых вопросах применения АПК РФ в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ «О внесении изменений в АПК РФ» рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие иных лиц, участвующих в деле.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, отзывов, дополнений, проверив в порядке статей 266-272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, Пятый арбитражный апелляционный суд пришел к следующим выводам.

По материалам дела апелляционным судом установлено, что 30.05.2014 ФИО1 (продавец) и ФИО13 (покупатель) подписали договор купли-продажи, по условиям которого продавец продал, а покупатель приобрел в собственность жилой дом, земельный участок.

Стороны оценивают отчуждаемое имущество в 250 000 руб., в том числе жилой дом в 200 000 руб., земельный участок в 50 000 руб., которые покупатель передал продавцу, а последний получил до подписания договора (пункт 5 договора от 30.05.2014).

Продавец передал имущество до подписания договора со всей технической документацией, ключами (пункт 6 договора от 30.05.2014).

Покупатель уведомил продавца, что на дату подписания договора в жилом доме проживают и зарегистрированы ФИО1, ФИО3, ФИО15, ФИО3, которые останутся зарегистрированными с правом проживания и пользования (пункт 8 договора от 30.05.2014).

Право собственности ФИО13 на спорное имущество зарегистрировано в ЕГРН 16.06.2014.

05.03.2015 ФИО13 (продавец) и ФИО3 (покупатель) подписали договор купли-продажи, по условиям которого продавец продал, а покупатель приобрел в собственность жилой дом, земельный участок.

Продавец передал имущество до подписания договора со всей технической документацией, ключами (пункт 6 договора от 05.03.2015).

Право собственности ФИО18 на спорное имущество зарегистрировано в ЕГРН 19.03.2015.

25.09.2015 ФИО3 (покупатель) и ФИО3 (покупатель) подписали договор купли-продажи, по условиям которого продавец продал, а покупатель приобрел ½ доли в праве общей собственности на жилой дом, земельный участок.

Стороны оценивают отчуждаемое имущество в 125 000 руб., в том числе жилой дом в 100 000 руб., земельный участок в 25 000 руб., которые покупатель передал продавцу, а последний получил до подписания договора (пункт 5 договора от 25.09.2015).

Продавец передал имущество до подписания договора со всей технической документацией, ключами (пункт 6 договора от 25.09.2015).

Право собственности ФИО3 на ½ доли в праве собственности на спорное имущество зарегистрировано в ЕГРН 06.10.2015.

02.03.2022 ФИО3 (продавец) и ФИО4 (покупатель) подписали договор купли-продажи, удостоверенный нотариусом Владивостокского нотариального округа Приморского края ФИО19, по условиям которого продавец обязует передать в собственность покупателя ½ доли в праве общей собственности на жилой дом, земельный участок, а покупатель обязуется принять данное недвижимое имущество в собственность и оплатить за него 650 000 руб. (140 845 руб. – стоимость ½ доли земельного участка, 509 155 руб. - стоимость ½ доли жилого дома).

Недвижимость приобретается покупателем за счет собственных денежных средств в размере 650 000 руб. (пункт 3.3 договора от 02.03.2022).

Сумма сделки будет полностью выплачена после подписания договора в тот же день путем передачи покупателем наличных денежных средств продавцу. Полный расчет между сторонами будет подтвержден распиской, выданной продавцом (пункт 4.1 договора от 02.03.2022).

В жилом доме на момент подписания договора зарегистрирована по месту жительства ФИО3, которая сохраняет право проживания до снятия с регистрационного учета в добровольном или судебном порядке в указанном жилом помещении. В жилом доме на момент подписания договора зарегистрированы по месту жительства ФИО2 и ФИО14, сохраняющие право проживания в жилом помещении (пункт 5.2 договора от 02.03.2022).

Договор является одновременно актом приема-передачи (пункт 9.1 договора от 02.03.2022).

Право собственности ФИО4 на ½ доли в праве собственности на спорное имущество зарегистрировано в ЕГРН 02.03.2022.

Полагая, что данные договоры являются единой сделкой, заключенной с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, путем недопущения обращения взыскания на имущество должника, являются мнимой сделкой, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании сделки недействительной в порядке пункта 1 статьи 170 ГК РФ, статей 10, 168 ГК РФ.

Рассмотрев настоящий спор, суд первой инстанции признал, что оспариваемые сделки являются ничтожными, так как они представляли собой объединенные единым противоправным и злонамеренным умыслом действия, целью которых являлся вывод из собственности должника ликвидного, крупного актива, чтобы исключить возможность обращения на него взыскания в пользу кредиторов и сделать невозможным удовлетворение соответствующих требований кредиторов.

Повторно исследовав конкретные обстоятельства и оценив представленные в материалы дела документальные доказательства в их совокупности и взаимосвязи в соответствии со статьей 71 АПК РФ, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Дела о банкротстве граждан рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Федеральным законом от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) (пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 32 Закона и часть 1 статьи 223 АПК РФ), который в системе правового регулирования несостоятельности (банкротства) участников гражданского (имущественного) оборота является специальным.

Особенности банкротства гражданина установлены параграфом 1.1 главы X Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

Во избежание нарушения имущественных прав кредиторов, вызванных противоправными действиями должника-банкрота по искусственному уменьшению своей имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых на себя долговых обязательств, законодательством предусмотрен правовой механизм оспаривания сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Подобные сделки могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63)). При этом в пункте 4 Постановления № 63 разъяснено, что наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Как разъяснено в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (статья 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Пунктом 1 статьи 166 ГК РФ установлено, что сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу статьи 168 ГК РФ, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки доказательства того, что оспариваемые сделки отличаются существенно по своим основным условиям от аналогичных сделок, неоднократно совершавшихся до этого должником в течение продолжительного периода времени, отсутствуют.

В пункте 1 статьи 10 ГК РФ установлено, что не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Таким образом, сделки, совершенные с нарушением положений статьи 10 ГК РФ, могут быть признаны недействительными по общим основаниям статьи 168 ГК РФ, при этом сделка, совершенная при наличии признаков злоупотребления правом и посягающая на права и законные интересы третьих лиц, ничтожна.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 25) разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу, суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Как указал Верховный Суд Российской Федерации в определении от 23.07.2018 N 305-ЭС18-3009 по делу N А40-235730/2016, в условиях банкротства должника, а значит очевидной недостаточности у последнего денежных средств и иного имущества для расчета по всем долгам, нередко возникает ситуация, при которой происходит столкновение материальных интересов его кредиторов, конкурирующих за распределение конкурсной массы в свою пользу, и самого должника на сохранение принадлежащего ему имущества за собой (через родственные связи, если должник - физическое лицо).

Данная позиция основана на разъяснениях, данных в пункте 7 Постановления № 63, содержащих опровержимую презумпцию осведомленности заинтересованного по отношению к должнику лица (статья 19 Закона о банкротстве) о совершении оспариваемой сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Согласно пункту 8 Постановления № 25 к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена, в частности положения статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ, а при наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 этого же Кодекса).

Мнимые сделки недействительны (ничтожны) на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ, согласно которой мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

При совершении мнимой сделки стороны не преследуют цели совершения какой-либо сделки вообще, не намереваются совершить какие-либо действия, влекущие соответствующие данной сделке правовые последствия.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной (определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411).

В пункте 86 Постановления № 25 указано, что стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение.

Согласно правовой позиции коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, содержащейся в определениях от 16.06.2017 № 305-ЭС15-16930(6), от 22.05.2017 № 305-ЭС16-20779(1,3), от 05.09.2019 № 305-ЭС18-17113(4), если в одном из обособленных споров, рассмотренных в рамках одного дела о банкротстве, судебным актом установлены определенные обстоятельства, то это хотя и не образует преюдиции для других обособленных споров по смыслу статьи 69 АПК РФ, но выводы суда в отношении установленных обстоятельств должны учитываться при рассмотрении других обособленных споров в том же деле о банкротстве. В том случае, если суд придет к иным выводам, он должен указать соответствующие мотивы.

Как следует из материалов дела в рамках настоящего дела о банкротстве финансовым управляющим оспорены многочисленные сделки должника по отчуждению принадлежащего должнику имущества, заключенные и с участниками сделок, оспоренных в рамках настоящего обособленного спора, в частности:

- договор купли-продажи от 30.05.2014, заключенный между ФИО1 и ФИО13; договор купли-продажи от 19.02.2015, заключенный между ФИО13 и ФИО2 по отчуждению жилого дома, назначение: жилое, 1-этажный, общая площадь 34,3 кв. м, инв. N 05:218:002:000036100, лит. А, адрес (местонахождение) объекта: <...>, кадастровый номер: 25:08:220501:1011; земельного участка, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для личного подворного хозяйства, общая площадь: 5 000 кв. м, адрес (местонахождение) объекта: установлено относительно ориентира жилой дом, расположенного в границах участка, адрес ориентира: <...>, кадастровый номер: 25:08:220501:50.

Постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 19.06.2023, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Дальневосточного округа от 21.09.2023, заявленные финансовым управляющим требования удовлетворены в полном объеме;

- договор купли-продажи от 30.05.2014, заключенный между ФИО1 и ФИО13; договор купли-продажи от 19.02.2015, заключенный между ФИО13 и ФИО2 по отчуждению земельного участка, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для личного подворного хозяйства, общая площадь: 13 330 кв. м, адрес (местонахождение) объекта: установлено относительно ориентира расположенного в границах участка. Почтовый адрес ориентира: Приморский край, р-н Лесозаводский, с. Орловка. Кадастровый номер: 25:08:220501:51.

Постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 20.06.2023, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Дальневосточного округа от 21.09.2023, заявленные финансовым управляющим требования удовлетворены в полном объеме,

- договор купли-продажи квартиры от 07.10.2015, заключенный между ФИО1 и ФИО3 об отчуждении 1/2 доли в праве собственности на двухкомнатную квартиру, назначение: жилое, общая площадь 50,1 м2 , этаж 3, адрес (местонахождение) объекта: <...>, кадастровый номер: 25:30:020302:3015.

Определением Арбитражного суда Приморского края от 01.02.2024, оставленным без изменения постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 15.07.2024, постановлением Арбитражного суда Дальневосточного округа от 21.11.2024, заявленные требования удовлетворены.

Как следует из вышеназванных судебных актов, оспариваемые договоры, в частности, договоры от 30.05.2014 и от 19.02.2015 заключены в условиях существовавших обязательств ФИО1 перед Банком в качестве поручителя ФИО15 (супруга должника) по договорам об открытии кредитной линии с лимитом выдачи от 31.05.2013 № 135415/0143 и от 24.10.2013 № 135415/0254 общий лимит выдачи 12 000 000 руб. и 43 000 000 руб. соответственно.

По результатам оценки представленных в материалы споров доказательств, а также с учетом существовавших обязательства ФИО1 перед Банком в качестве поручителя ФИО15 (супруга должника) по договорам об открытии кредитной линии с лимитом выдачи от 31.05.2013 № 135415/0143 и от 24.10.2013 № 135415/0254, судами установлено, что с 30.05.2014 у должника имелись неисполненные обязательства перед Банком, что соответствует правовой позиции о моменте возникновения обязательств, изложенной в пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного суда РФ от 23.07.2009 № 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве».

Кроме того, ФИО1 имел неисполненные обязательства по уплате налога на имущество физических лиц (2014, 2015, 2016, 2017 годы), по транспортному налогу (за 2015 год), по земельному налогу (за 2015 год), что следует из определения Арбитражного суда Приморского края от 22.09.2020 по делу № А51-2003/2020.

Как следует из перечисленных выше обособленных споров, а также из материалов настоящего спора, ФИО18 и ФИО3 являются дочерьми ФИО1, что подтверждено справкой из ЗАГС Лесозаводского городского округа Приморского края от 18.10.2018 № 4.10/5507, ФИО13 является матерью бывшей супруги должника ФИО15 (подтверждено определением Арбитражного суда Приморского края от 27.07.2020 по делу № А51-2596/2018 в деле о несостоятельности (банкротстве).

Таким образом, ФИО1, ФИО13, ФИО18 и ФИО3 являются заинтересованными по отношению друг к другу лицами применительно к статье 19 Закона о банкротстве.

Отклоняя довод апеллянта о том, что брак с ФИО15 расторгнут в 1997 году, с этой даты ФИО13 не состоит в родстве с ФИО1, что указывает на отсутствие заинтересованности, коллегия учитывает обстоятельства, установленные в постановлении Пятого арбитражного апелляционного суда от 23.08.2024 по делу № А51-2596/2018, принятого в рамках дела о банкротстве ФИО15 (спор рассмотрен с участием, в том числе ФИО1, ФИО2, ФИО3 – должника и ответчиков по рассматриваемому обособленному спору).

В данном судебном акте отражено, что ФИО1 является бывшим супругом ФИО15: брак от 20.04.1991 расторгнут решением Лесозаводского городского суда от 16.01.1997 по делу № 2-45/97. Вместе с тем ФИО1 и ФИО15, согласно выписке из ЕГРН, на праве общей совместной собственности принадлежит квартира по адресу: <...>. В соответствии копиями паспортов обозначенные лица зарегистрированы по данному адресу. Как указал финансовый управляющий и не опровергли участвующие в деле лица, ФИО15 и ФИО1 указывают данную квартиру как единственное жилье. Кроме того, материалами спора подтверждается, что по поручению ФИО15 за счет ее денежных средств производилось гашение кредитных обязательств ФИО1, а также закупались запчасти и ГСМ для его транспортных средств. Согласно ответам из регистрирующих органов в собственности ФИО15 и ФИО1 имеется как здание автосервиса с соответствующим оборудованием для содержания и ремонта автопарка, принадлежащего семье Безух, так и 7 единиц автотранспорта (ФИО1), и 8 единиц спецтехники (ФИО15). Таким образом, за счет средств ФИО15 содержалось имущество, в том числе ФИО1 Совокупность установленных обстоятельств свидетельствует о том, сложившиеся между ФИО1 и ФИО15 отношения после расторжения брака не характеры для независимых лиц, поэтому коллегия исходила из того, что указанные лица являются фактически аффилированными.

Оснований для заключения иных выводов в рамках настоящего обособленного спора коллегией не установлено. Кроме того, коллегия принимает во внимание неоднократное совершение должником в период после расторжения брака с ФИО15 сделок по отчуждению имущества в собственность ФИО13 (матери ФИО15), признанных вступившими в законную силу недействительными как заключенных при злоупотреблении гражданскими правами по смыслу статьи 10 ГК РФ и с элементами мнимого характера (указанные выше судебные акты апелляционного суда от 19.06.2023, 20.06.2023 и округа от 21.09.2023). Совершение таких сделок само по себе достаточно для вывода о фактической заинтересованности должника и ФИО13, поскольку на таких условиях сделки с независимыми участниками оборота не совершаются.

Материалами дела подтверждается, что при приобретении спорного имущества по оспариваемым договорам за ответчиками было зарегистрировано право собственности на жилой дом, земельный участок / долю в праве общей собственности на указанные объекты. Между тем коллегия, учитывая, что стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение, усматривает, что участвующие в обособленном споре лица на протяжении продолжительного периода рассмотрения спора, возбужденного по заявлению финансового управляющего 05.09.2022, ни в суде первой инстанции, ни в суде апелляционной инстанции не представили надлежащих доказательств того, что договоры от 30.05.2014, 05.03.2015, 25.09.2015, 02.03.2022 были фактически исполнены (за исключением регистрации перехода права собственности на объекты), то есть, что участники спорных отношений, подписывая договоры, преследовали достижение тех правовых последствий, которые предусмотрены для договоров купли-продажи недвижимости (глава 30 ГК РФ).

Из пункта 1 статьи 454, статьи 555 ГК РФ следует, договор купли-продажи недвижимости основан на возмездном характере встречного предоставления – покупатель обязан оплатить продавцу цену такого объекта.

Отсутствие доказательств оплаты по договорам купли-продажи свидетельствует о том, что спорное имущество реализовано по заниженной цене при неравноценном встречном исполнении (определение Верховного Суда Российской Федерации № 301 -ЭС15-20282 от 22.04.2016).

Применительно к рассматриваемому спору каждый из ответчиков как продавцов должен доказать, что на момент отчуждения имущества реально имел денежные средства, необходимые для покупки спорной недвижимости. В свою очередь, покупатели недвижимости должны подтвердить реальное получение денежных средств за проданную недвижимость и их расходование.

Согласно статье 210 ГК РФ собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором

С момента возникновения права собственности на жилое помещение у собственника помещения возникает обязанность по внесению платы за такое помещение и коммунальные услуги (пункт 5 части 2 статьи 153 Жилищного кодекса Российской Федерации; пункт 1 статьи 131 ГК РФ).

По правовой позиции, отраженной в абзацах 8, 12 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, подлежащей применению при при рассмотрении настоящего обособленного спора, аффилированные по отношению друг к другу стороны, заинтересованные в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся. Аффилированный кредитор не имеет каких-либо препятствий для представления суду полного набора дополнительных доказательств, находящихся в сфере контроля группы, к которой он принадлежит, устраняющего все разумные сомнения по поводу мнимости сделки. Если аффилированный кредитор не представляет такого рода доказательства, то считается, что он отказался от опровержения факта, о наличии которого со ссылкой на конкретные документы указывают его процессуальные оппоненты (статьи 9, 65 АПК РФ).

Из представленных в материалы дела доказательств не усматривается того, что отношения по оспариваемым договорам имели реальный характер. При этом апелляционный суд в определении от 18.03.2025 предложил должнику, ФИО4, ФИО2, ФИО3 представить суду и иным участвующим в деле лицам доказательства фактической передачи денежных средств по каждому спорному договору в адрес продавцов; наличия финансовой возможности для передачи данных денежных средств в наличной форме в адрес продавцов на даты передачи денежных средств в достаточной сумме по каждому спорному договору (при наличии таковых); фактического владения и пользования покупателями спорным имуществом.

Так, в подтверждение реальности договора от 30.05.2014 апеллянт представил после перерыва в суд пояснения, согласно которым ФИО16 была зарегистрирована по адресу приобретения дома в <...> несла бремя по его содержанию, оплачивала электроэнергию, налог на имущество. По вопросу о заниженной цене продажи ФИО1 пояснил, что строительство дома осуществлялось в период, когда ФИО1 был в браке с ФИО15 до 1997 года. ФИО13 (мать ФИО15) давала на строительство свои деньги в сумме 2 900 000 руб. Строительство дома было закончено уже после развода в 1998 году. ФИО13 после развода потребовала возвратить предоставленную ей сумму денег. При отсутствии денег ФИО1 было принято решение, что, с учетом долга, сумма реализации будет 250 000 руб. ФИО13 являлась добросовестным приобретателем, так как сведений о задолженности продавца ФИО1 и исполнительных действий в отношении него не было.

Коллегия отмечает, что впервые эти доводы приведены должником, принимавшим активное участие при рассмотрении настоящего спора в суде первой инстанции, обжаловавшим судебный акт первой инстанции, лишь в суде апелляционной инстанции к судебному заседанию 22.04.2025. При этом документального подтверждения данным доводам в дело не представлено. Вместе с тем согласно имеющимся в деле сведениям в жилом доме были зарегистрированы:

- ФИО3 с 03.11.2003;

- ФИО1 с 29.01.2003 по 18.08.2016;

- ФИО15 с 16.10.2009 по 18.08.2016;

- ФИО14 с 13.01.2022 (дочь ФИО2);

- ФИО2 с 03.11.2003.

Доказательств того, что в жилом доме была зарегистрирована ФИО13, в материалы дела не представлено. Напротив, в договоре купли-продажи от 05.03.2015 указан адрес регистрации ФИО13: <...>. В пункте 8 договора от 30.05.2014 покупатель уведомил продавца, что на дату подписания договора в жилом доме проживают и зарегистрированы ФИО1, ФИО3, ФИО15, ФИО3, которые останутся зарегистрированными с правом проживания и пользования. По условиям иных оспариваемых договоров указано на регистрацию в жилом доме членов семьи Безух, однако, ФИО13 среди них не приведена.

Документы, подтверждающие, что ФИО13 несла бремя по содержанию спорного имущества не представлено. Обстоятельства строительства дома в 1998 году, на которое ФИО13 предоставила денежные средства в сумме 2 900 000 руб., факт передачи должнику, его супруге денежных средств, их расходования также документально не подтверждены.

В силу изложенного договор от 30.05.2014 является мнимой сделкой (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).

Равным образом в материалы дела не представлены доказательства того, что ФИО3, ФИО2, ФИО4 несли бремя содержания спорного имущества, фактически осуществили оплату стоимости жилого дома и земельного участка.

Доводы ФИО2 о том, что реальным владельцем дома с 19.03.2015 стала она, все расходы по содержанию дома и коммунальные платежи осуществлялись лично, не подтверждены никакими доказательствами (в судебном заседании апелляционного суда ФИО2 сообщила о том, что такие документы представить не может).

Согласно ответу ПАО «ДЭК» от 17.01.2022 № 606-01-59 ФИО1 состоит в договорных отношениях с Лесозаводским отделением ПАО «ДЭК «Дальэнергосбыт» по факту присоединения к электрическим сетям, в том числе по адресу: <...> оплачивает электрическую энергию с января 2015 года вплоть до декабря 2021 года.

Финансовая возможность оплатить спорное имущество ФИО2, которой на момент подписания договора 05.03.2015 было 22 года, ФИО3, которой на момент подписания договора 25.09.2015 было 18 лет (07.09.1997 дата рождения) не доказана, сведения об аккумулировании денежных средств не представлены.

В соответствии с информацией, представленной уполномоченным органом, доход у ФИО2, ФИО3 в 2015 году отсутствовал. Сам по себе факт регистрации ФИО2 в качестве индивидуального предпринимателя с 11.09.2014 не свидетельствует о том, что у нее был в распоряжении достаточный доход для оплаты имущества.

Кроме того, апелляционный суд принимает во внимание, что кадастровая стоимость жилого дома определена в 4 913 860 руб., земельного участка - 281 689 руб. При этом в пункте 5 договора от 05.03.2015 определено, что стороны оценивают отчуждаемое имущество в 250 000 руб., в пункте 5 договора от 25.09.2015 ½ доли в праве на общее имущество – 125 000 руб., что кратно ниже кадастровой стоимости земельного участка и жилого дома.

Как пояснила сама ФИО2, с 2019 года по 2021 год она проживала в г. Находке с бывшим супругом. По сведениям уполномоченного органа, юридические лица, в которых работала ФИО2, с 2017 года не зарегистрированы в г. Лесозаводске (г. Москва, г. Хабаровск).

Из представленных в материалы дела пояснений и доказательств коллегия не усматривает целесообразности в продаже спорного имущества должником в пользу ФИО13, которая спустя 9 месяцев отчуждает имущество в пользу ФИО2, а последняя спустя 7 месяцев отчуждает ½ доли в праве в пользу сестры ФИО3 При этом суд принимает во внимание, что в договорах от 30.05.2014, 05.03.2015, 25.09.2015 отдельно согласовано, что на дату подписания договоров в жилом доме проживают и зарегистрированы ФИО1, ФИО3, ФИО15, ФИО3, которые останутся зарегистрированными с правом проживания и пользования.

Изложенные обстоятельства свидетельствуют о том, что договоры от 05.03.2015, 25.09.2015 являются мнимыми сделками.

Подписание ФИО3 и ФИО4 договора купли-продажи от 02.03.2022, когда должник находился процедуре реализации, также является мнимой сделкой в силу следующего.

В материалы дела не представлены доказательства того, что ФИО4 фактически оплатила стоимость доли в праве общей собственности на спорное имущество – 650 000 руб., хотя пунктом 4.1 договора указано на обязанность составить соответствующую расписку.

Финансовая возможность ФИО4 оплатить стоимость жилого дома и земельного участка не подтверждена. Согласно пояснениям ФИО4, данным в заседании апелляционного суда, она приобрела имущество за собственный счет: заработная плата в ООО «ДВ-Инвест», которая в 2022 году составляла около 100 000 руб. в месяц; накопления (пояснить, за счет каких конкретно средств накоплены денежные средства, не смогла; указала, что со своей матерью продала квартиру в г. Артеме, часть денежных средств направлена на покупку ½ в жилом доме – 1 600 000 руб.). Данные пояснения в нарушение статьи 65 АПК РФ не подтверждены документально. Напротив, согласно сведениям уполномоченного органа доход в 2020 году составил 298 059,41 руб., в 2021 году - 815 250 руб., в 2022 году – 1 075 700, 96 руб. (без вычета НДС), то есть в 2021 году доход ФИО4 составил 709 502,4 руб. Кроме того согласно устным пояснениям ФИО4 купила в 2020 / 2021 году квартиру по ул. Брянской в г. Владивостоке, внесено различными платежами 3 000 000 руб. Указанное свидетельствует об отсутствии финансовой возможности оплатить сделку по покупке спорного имущества.

Стоимость имущества, указанная в договоре от 02.03.2022, кратно отличается от кадастровой стоимости.

Доказательств того, что ФИО4 проживает в жилом доме, не представлено. Как пояснила устно сама ФИО4, квитанции на содержание жилого дома не оплачивает, полагает, что данные расходы, наверное, оплачивает второй собственник. ФИО4 работает в г. Владивостоке, приезжает в г. Лесозаводск.

В соответствии со сведениями из ЕГРЮЛ ООО «ДВ Инвест», в котором работает ФИО4, зарегистрировано в г. Владивостоке.

Разумного экономического обоснования приобретения ФИО4 спорного имущества не приведено. Пояснения ФИО4, данные в апелляционном суде, о том, что имущество приобреталось для отдыха очевидно не являются разумными, учитывая отсутствие в деле доказательств наличия у ФИО4 финансовой возможности для приобретения дорогостоящего имущества исключительно для использования в целя отдыха несколько раз в год.

Также ФИО4 пояснила, что ФИО2, ФИО3, ФИО4 знакомы с университета, поддерживают общение до настоящего момента, являются «приятелями». Согласно пояснениям ФИО2 она знает ФИО4 с университета, в дружеских отношениях не состоят примерно с 2021-2022 года. Кроме того, коллегией установлено, что в материалы дела представлены фотографии из социальных сетей, где названные лица находятся вместе, что ими не опровергнуто.

При этом апелляционный суд, учитывая заявленное ФИО4 ходатайство об отложении судебного заседания для ознакомления с материалами дела, объявил в судебном заседании 15.04.2025 перерыв до 22.04.2025, однако ФИО4 с материалами дела не так и не ознакомилась, предложенные судом сведения и доказательства – не представила.

Совокупность приведенных выше обстоятельств, в частности, подписание договора от 02.03.2022 в отсутствие какого-либо дальнейшего исполнения, помимо регистрации права ½ долевой собственности ФИО4 на жилой дом и земельный участок, учитывая пояснения относительно характера взаимоотношений между ФИО2, ФИО3, ФИО4, коллегия пришла к выводу, что данные лица являются фактически аффилированными лицами, поскольку характер отношений между ними не свойственен для независимых участников гражданского оборота.

Апелляционный суд также принимает во внимание, что согласно сведениям, представленным финансовым управляющим, с мая 2014 года по сентябрь 2016 года ФИО1 реализовал 10 объектов недвижимости.

В мае 2014 года ФИО1 продал семь объектов недвижимости на общую сумму менее 1 000 000 руб. по стоимости, существенно сниженной по сравнению с кадастровой и рыночной:

- 21.05.2014 два объекта по сделке с ФИО21 - дом 127,8 кв.м. и земельный участок 1 200 кв.м. по адресу: г.Лесозаводск, у. Речная , д.1В;

- 30.05.2014 пять объектов по сделкам с ФИО13, которые спустя несколько месяцев - 06.02.2015 и 05.03.2015 – были проданы внучке - ФИО2 - дочери должника (обособленные споры № 163459, 163490, 163485): - дом 34,3 кв.м. и земельный участок 5 000 кв.м. по адресу: <...>;

- земельный участок 13 330 кв.м. по адресу: с.Орловка;

- дом 303 кв.м. и земельный участок 1 200 кв.м. по адресу: <...> Г.

Таким образом, материалы дела свидетельствуют о том, что должник в спорный период принимал активные действия по выводу имущества с целью предотвращения взыскания на него по обязательствам перед кредитными организациями.

На основании изложенного коллегия пришла к выводу, что оспариваемые договоры являются единой цепочкой мнимых сделок, последовательно совершенных аффилированными лицами без фактического исполнения, в целях придания видимости выбытия актива должника из его собственности, при том, что фактически спорное имущество с 2014 года не выбывало из контроля должника, семьи Безух, учитывая, что, как следует из материалов дела о банкротстве должника и не оспаривается участвующими в обособленном споре лицами, у должника в спорный период имелся бизнес в г. Арсеньеве, что порождает необходимость постоянного нахождения в данном городе. Довод ФИО2 о проживании ФИО1 в г. Владивостоке коллегия оценивает критически. В материалы дела представлены доказательства, что должник продолжал проживать в доме по ул. Речная 1Г, в г. Лесозаводске вплоть до ноября 2023.

Также совокупность вышеуказанных обстоятельств свидетельствует о преследовании ФИО1 и ответчиками при заключении оспоренных договоров цели вывода принадлежащего должнику имущества и недопущения обращения на него взыскания по долгам, что причиняет вред имущественным правам кредиторов должника, в том числе Банку, чьи требования до настоящего времени не удовлетворены и включены в реестр требований кредиторов в настоящем деле о банкротстве. При этом осведомленность ответчиков о противоправной цели совершения оспариваемой сделки и согласованность действий сторон по ее достижению презюмируется в силу заинтересованности должника и ответчика (пункт 3 статьи 19 Закона о банкротства); иного не доказано.

При таких обстоятельствах, исходя из конкретных обстоятельств спора и банкротного дела, проанализировав установленную хронологию событий, суд пришел к выводу о том, что целью отчуждения ФИО1 собственного ликвидного имущества по заниженной цене в пользу бывшей свекрови, а далее – дочерей с оформлением части доли на заинтересованное с последними лицо, являлось освобождение этого имущества из-под угрозы обращения взыскания по требованиям Банка, что является достаточным для признания оспоренных сделок как единой сделки недействительными согласно статье 10 ГК РФ.

При применении последствий недействительности сделки суд обоснованно исходил из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии с пунктом 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу части 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой Ш. 1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу.

В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями ГК РФ об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Согласно сведениям за исх. № 2779 от 07.08.2019 предоставленным Отделом записи актов гражданского состояния Администрации Лесозаводского городского округа Приморского края, ФИО22 скончалась 26.07.2019. Из сведений открытого доступа на сайте Федеральной нотариальной палаты следует, что наследственное дело отсутствует, шестимесячный срок на принятие наследства истек.

В отсутствие доказательств встречного предоставления, суд первой инстанции правомерно применил последствия недействительности цепочки сделок в виде обязания ФИО2 и ФИО4 возвратить в конкурсную массу ФИО1 жилой дом и земельный участок.

Ссылка ФИО2 на наличие у спорного имущества статуса единственного пригодного для постоянного проживания ФИО2 и ее несовершеннолетнего ребенка подлежит отклонению, как неподтвержденная материалами обособленного спора (по пояснениям самой ФИО2, данным в суде апелляционной инстанции, за ней на праве собственности зарегистрировано другое жилое помещение). Более того, с учетом установленного судом выше приобретения ответчиком права собственности на спорное имущество со злоупотреблением правом, по мнимой сделке указанное им обстоятельство не исключает признание договоров недействительными и применение последствий их недействительности.

Должником при рассмотрении дела в суде первой инстанции заявлено о пропуске срока исковой давности.

Согласно статье 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В силу пункта 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Пунктом 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм ГК РФ об исковой давности», установлено, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

В соответствии со статьей 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года.

Однако, как установлено пунктом 1 статьи 197 ГК РФ, для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком.

Статья 181 ГК РФ предусматривает различные сроки исковой давности по недействительным сделкам в зависимости от их вида (оспоримая либо ничтожная).

В соответствии с пунктом 1 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

В силу пункта 2 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

По смыслу вышеуказанных норм и разъяснений следует, что срок исковой давности по требованию финансового управляющего о признании сделок мнимыми, заключенных со злоупотреблением правом составляет три года, а по требованию о признании недействительными сделок как подозрительных - один год.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 32 Постановления № 63, заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).

В соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина.

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

Таким образом, законодатель связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело фактическую и юридическую возможность узнать о нарушении права.

Из пунктов 2, 4 статьи 20.3, пункта 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве следует, что арбитражный управляющий, действуя добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества, должен анализировать финансовое состояние должник, принимать меры по защите имущества должника, а также по поиску, выявлению и возврату имущества должника, находящегося у третьих лиц. Интересы кредиторов в целом сводятся к максимально полному удовлетворению должником их имущественных требований.

Потенциальная осведомленность арбитражного управляющего об обстоятельствах заключения сделки устанавливается с учетом требований о стандартах поведения, предъявляемых к среднему профессиональному арбитражному управляющему, действующему разумно и проявляющему требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность в аналогичной ситуации.

Разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении подозрительных сделок и сделок с предпочтением.

Учитывая, что цепочка сделок признана недействительной по пункту 1 статьи 170 ГК РФ, статьям 10, 168 ГК РФ, процедура реализации введена 30.07.2020, а финансовый управляющий ФИО12 обратился в суд с соответствующим заявлением 29.08.2022, коллегия признает трехлетний срок исковой давности, подлежащий применению в настоящем случае, не пропущенным.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта, апелляционной инстанцией не установлено.

Доводы апеллянта подлежат отклонению по изложенным в мотивировочной части постановления основаниям.

Судом первой инстанции с должника в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина в размере 60 000 руб.

Судебные расходы распределяются по правилам статьи 110 АПК РФ с учетом результата рассмотрения настоящего обособленного спора. Судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны (часть 1). Судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением апелляционной, кассационной жалобы, распределяются по правилам, установленным настоящей статьей (часть 5).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 19 Постановления № 63, по смыслу пункта 3 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки по правилам главы III.1 Закона о банкротстве оплачивается государственной пошлиной в размере, предусмотренном для оплаты исковых заявлений об оспаривании сделок (подпункт 2 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации). При оспаривании нескольких платежей по одному и тому же обязательству или по одному и тому же исполнительному листу (если требования об их оспаривании соединены в одном заявлении или суд объединил эти требования в соответствии со статьей 130 АПК РФ) государственная пошлина рассчитывается однократно как по одному единому требованию.

В соответствии с подпунктом 2 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче искового заявления по спорам, возникающим при заключении, изменении или расторжении договоров, а также по спорам о признании сделок недействительными государственная пошлина оплачивается в размере 6 000 руб.

Как разъяснено в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», при предъявлении иска совместно несколькими истцами или к нескольким ответчикам распределение судебных издержек производится с учетом особенностей материального правоотношения, из которого возник спор, и фактического процессуального поведения каждого из них.

В ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции приняты обеспечительные меры (определение от 29.05.2024). При этом финансовым управляющим уплачено 3 000 руб. государственной пошлины за подачу заявления о принятии обеспечительных мер (чек от 28.05.2024).

ФИО2 и ФИО4 признаны судом лицами, не в пользу которых принят итоговый судебный акт по настоящему обособленному спору, являются проигравшими сторонами в равной степени.

При изложенных обстоятельствах с ФИО2 и ФИО4 надлежит взыскать в доход федерального бюджета государственную пошлину по заявлению в сумме 3 000 руб., государственную пошлину по заявлению о принятии обеспечительных мер в сумме 1 500 руб. с каждого отдельно.

Основания для взыскания с должника государственной пошлины в данном случае отсутствуют в силу подпункта 4 пункта 1 статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации.

Ввиду нарушения судом первой инстанции норм процессуального права судебный акт подлежит изменению в части распределения государственной пошлины.

Руководствуясь статьями 258, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Приморского края от 10.01.2025 по делу № А51-2003/2020 изменить в части взыскания судебных расходов.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета государственную пошлину по заявлению в сумме 3 000 (три тысячи) рублей.

Взыскать с ФИО4 в доход федерального бюджета государственную пошлину по заявлению в сумме 3 000 (три тысячи) рублей.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 государственную пошлину по заявлению о принятии обеспечительных мер в сумме 1 500 (одна тысяча пятьсот) рублей.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО1 государственную пошлину по заявлению о принятии обеспечительных мер в сумме 1 500 (одна тысяча пятьсот) рублей.

В остальной части определение Арбитражного суда Приморского края от 10.01.2025 по делу № А51-2003/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение одного месяца.

Председательствующий

Т.В. Рева

Судьи

М.Н. Гарбуз

К.А. Сухецкая