ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ
АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
22 апреля 2025 года Дело № А14-7705/2021
г. Воронеж
Резолютивная часть постановления объявлена 15 апреля 2025 г.
Постановление в полном объеме изготовлено 22 апреля 2025 г.
Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:
председательствующего судьи Потаповой Т.Б.,
судей Безбородова Е.А.,
Ботвинникова В.В.,
при ведении протокола судебного заседания секретарем Кретовой А.И.,
при участии:
от ФИО1: ФИО2, представитель по доверенности от 04.04.2025 №77 АД 1217903, паспорт гражданина РФ;
от ООО «ХИМТРЕЙД»: ФИО3, представитель по доверенности от 06.06.2022, паспорт гражданина РФ;
от конкурсного управляющего ООО ИНВЕСТИЦИОННАЯ КОМПАНИЯ «ОЛМАР» ФИО4: ФИО5, представитель по доверенности от 15.01.2025, паспорт гражданина РФ;
от иных лиц, участвующих в деле: представители не явились, извещены надлежащим образом,
рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ООО «ХИМТРЕЙД» на определение Арбитражного суда Воронежской области от 24.12.2024 по делу № А14-7705/2021
по рассмотрению заявления конкурсного управляющего ООО ИНВЕСТИЦИОННАЯ КОМПАНИЯ «ОЛМАР» ФИО4 к ООО «ХИМТРЕЙД»,
третьи лица: ФИО1, Межрегиональное управление Федеральной службы по финансовому мониторингу по Центральному федеральному округу, Прокуратура Воронежской области,
о признании сделок по перечислению денежных средств недействительными и применении последствий недействительности сделки,
УСТАНОВИЛ:
ООО «РУСТЭК» обратилось в Арбитражный суд Воронежской области с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) ООО ИНВЕСТИЦИОННАЯ КОМПАНИЯ «ОЛМАР» (далее – ООО ИК «ОЛМАР», должник). Определением суда от 28.05.2021 указанное заявление принято к производству.
Определением суда от 07.10.2021 принято к рассмотрению уточненное заявление ООО «РУСТЭК» о признании ООО ИК «ОЛМАР» несостоятельным (банкротом) и открытии конкурсного производства по упрощенной процедуре отсутствующего должника.
Решением Арбитражного суда Воронежской области от 02.12.2021 заявление ООО «РУСТЭК» признано обоснованным. ООО ИК «ОЛМАР» признано несостоятельным (банкротом). Открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре сроком на шесть месяцев. Конкурсным управляющим ООО ИК «ОЛМАР» утверждена ФИО4, член Ассоциации «Региональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих».
Конкурсный управляющий ООО ИК «ОЛМАР» ФИО4 обратилась в Арбитражный суд Воронежской области с заявлением к ООО «ХИМТРЕЙД» (далее – ответчик) о признании сделок по перечислению денежных средств в период с 05.08.2016 по 22.07.2019 в общей сумме 18 374 080 руб., и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ответчика в пользу должника денежных средств в размере 18 374 080 руб.
Определениями суда от 15.02.2023, 23.11.2023, 16.07.2024 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены соответственно ФИО1, Межрегиональное управление Федеральной службы по финансовому мониторингу по Центральному федеральному округу, Прокуратура Воронежской области.
Определением Арбитражного суда Воронежской области от 24.12.2024 признаны недействительной сделкой действия по перечислению денежных средств ООО ИК «ОЛМАР» в пользу ООО «ХИМТРЕЙД» в сумме 6 900 000 руб. Применены последствия недействительности сделки. С ООО «ХИМТРЕЙД» в пользу ООО ИК «ОЛМАР» взыскано 6 900 000 руб. В удовлетворении остальной части требования отказано.
Не согласившись с вынесенным определением и ссылаясь на его незаконность и необоснованность, ответчик обратился в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Воронежской области от 24.12.2024 отменить и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.
В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика поддержал доводы апелляционной жалобы.
Представитель ФИО1 согласился с доводами апелляционной жалобы.
Представитель конкурсного управляющего с доводами апелляционной жалобы не согласился по основаниям, изложенным в отзыве, полагая обжалуемое определение законным и обоснованным, просил оставить его без изменения, жалобу – без удовлетворения.
Представители иных лиц не явились.
Учитывая наличие у суда доказательств надлежащего извещения всех лиц, участвующих в обособленном споре, о времени и месте судебного разбирательства, апелляционная жалоба рассматривалась в отсутствие представителей неявившихся лиц в порядке статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).
Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, отзыва на жалобу, заслушав позиции участников процесса, суд апелляционной инстанции считает, что обжалуемое определение следует оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения, по следующим основаниям.
Как следует из материалов дела, в ходе осуществления полномочий конкурсным управляющим должника ФИО4 были получены сведения о том, что ООО ИК «ОЛМАР» в период с 05.08.2016 по 22.07.2019 перечислило ООО «ХИМТРЕЙД» денежные средства на общую сумму 18 374 080 руб. с назначением платежа «возврат основного долга по договору займа №01-З от 01.04.2016», «перечисление денежных средств по договору займа №03 от 20.05.2019».
Ссылаясь на то, что вышеуказанные действия по перечислению денежных средств являются недействительной сделкой на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», статей 10, 168 Гражданского кодекса РФ, поскольку совершены с заинтересованным лицом, и в результате их совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов, конкурсный управляющий должника ФИО4 обратилась в арбитражный суд с заявлением об оспаривании данных платежей.
Апелляционная коллегия соглашается с позицией суда первой инстанции, изложенной в обжалуемом судебном акте, на основании следующего.
Согласно пунктам 1, 6 статьи 61.8 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.
В силу пункта 1 статьи 61.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.
Как указано в пункте 3 статьи 61.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут оспариваться, в том числе действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.) (п. 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).
Пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» установлено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.
Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий:
стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;
должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;
после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.
В соответствии с пунктом 5 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).
В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:
а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;
б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;
в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).
В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.
Пунктом 6 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:
а) на момент совершения сделки должник отвечал признакунеплатежеспособности или недостаточности имущества;
б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренныхабзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.
Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.
В пункте 9 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.
Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.
Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего постановления).
В силу пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.
Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса РФ, осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом) не допускается.
Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса РФ пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам (кредиторов должника) или создающее условия для наступления вреда (требования кредиторов могут быть не удовлетворены, в частности вследствие совершения сделки по выводу имущества из собственности должника).
Для признания договора ничтожным в связи с его противоречием статье 10 Гражданского кодекса РФ необходимо установить сговор всех сторон договора на его недобросовестное заключение с умышленным нарушением прав иных лиц или другие обстоятельства, свидетельствующие о направленности воли обеих сторон договора на подобную цель, понимание и осознание ими нарушения при совершении сделки принципа добросовестного осуществления своих прав, а также соображений разумности и справедливости, в том числе по отношению к другим лицам, осуществляющим свои права с достаточной степенью разумности и осмотрительности.
При этом для доказательства факта злоупотребления правом при заключении сделок необходимо доказать наличие у обеих сторон спорной сделки умысла на причинение вреда иным лицам. Такое злоупотребление должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки (пункт 9 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 №127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).
Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, перечисление денежных средств в период с 23.05.2019 по 22.07.2019 на общую сумму 6 900 000 руб. совершено должником в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом к производству (28.05.2021), в связи с чем, данная сделка может быть оспорена на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».
Перечисление же денежных средств в период с 05.08.2016 по 21.06.2017 на сумму 11 474 080 руб. совершено должником за пределами трехлетнего срока с даты принятия заявления о признании должника банкротом, поэтому указанные платежи не могут быть оспорены по специальным основаниям, предусмотренным вышеуказанной нормой права.
Исследуя доводы конкурсного управляющего, суд области заключил, что на момент перечисления спорных денежных средств должник уже обладал признаками неплатежеспособности, поскольку у него имелись неисполненные обязательства перед кредиторами.
В соответствии с пунктом 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.
В силу статьи 19 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 №135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.
Заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также: руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи; лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц (пункт 2 статьи 19 Закона о банкротстве).
Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 15.06.2016 №308-ЭС16-1475, доказывание факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу законодательства о защите конкуренции не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.
О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.
Таким образом, согласно приведенной правовой позиции высшей судебной инстанции в случае отсутствия формально-юридических связей между лицами суд может установить фактический характер таких правоотношений. К числу обстоятельств подтверждающих фактическую аффилированность организаций, могут быть отнесены: наличие у таких юридических лиц в числе дебиторов одних и тех же лиц; пересечение основных видов деятельности юридических лиц; расходование кредитных средств одного лица на обеспечение нужд контрагента; отгрузка принадлежащей одному лицу продукции со складов контрагента; выступление данных юридических лиц взаимными кредиторами и дебиторами друг друга и т.д.
Применительно к рассматриваемой ситуации суд первой инстанции установил, что доводы конкурсного управляющего о фактической аффилированности (осведомленности) ответчика по отношению к должнику через учредителя и руководителя ФИО1 и учредителя и руководителя ООО «ХИМТРЕЙД» ФИО6 со ссылкой на обстоятельства, установленные судами при рассмотрении дела №А14-3251/2018, являются обоснованными.
Доводы ответчика об обратном признаны судом области направленными на опровержение обстоятельств, установленных вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Воронежской области от 03.10.2018 по делу №А14-3251/2018.
В связи с изложенным, судебной коллегией также отклоняются как несостоятельные и опровергающиеся материалами дела, в том числе вступившим в законную силу судебным актом, аналогичные доводы заявителя апелляционной жалобы со ссылкой на решение Арбитражного суда Воронежской области от 03.10.2018 по делу №А14-3251/2018 и об отсутствии в данном случае оснований для вывода об осведомленности ООО «ХИМТРЕЙД» о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения оспариваемой сделки
Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, оспариваемый платеж на сумму 6 900 000 руб. совершен должником со следующим назначением: «перечисление денежных средств по договору займа №03 от 20.05.2019».
В ходе рассмотрения спора судом области ответчик, возражая против заявленных требований, указал на реальный характер спорных правоотношений в ходе осуществления обычной хозяйственной деятельности, ссылаясь на возврат денежных средств по договору займа №03 от 20.05.2019 наличными в кассу ООО ИК «ОЛМАР», в подтверждение чего представлены расходно-кассовые ордеры №01 от 13.01.2020 на сумму 6 900 000 руб. (погашение основного долга по договору займа №03 от 20.05.2019), №2 от 13.01.2020 на сумму 349 571,23 руб. (погашение процентов по договору займа №03 от 20.05.2019), кассовая книга на 2020 год, приходно-кассовые ордеры №1 от 13.01.2020 на сумму 6 900 000 руб. от ООО «ТЕХНОИНДУСТРИЯ» (погашение основного долга по договору №ХТ/1219/02 от 02.12.2019), №2 от 13.01.2020 на сумму 359 786,60 руб. от ООО «ТЕХНОИНДУСТРИЯ» (погашение основного долга по договору №ХТ/1219/02 от 02.12.2019).
При этом ответчик указал также на реальность отношений, установленную решением Арбитражного суда Воронежской области от 03.10.2018 по делу №А14-3251/2018. Ссылку на данный судебный акт при доказывании реальности отношений суд не принял, так как судом рассматривались отношения должника в 3 квартале 2016 года, тогда как спорные отношения имели место в 2019 году.
Как верно обращено внимание судом первой инстанции, ответчик обязан подтвердить не только возможность возврата заемных денежных средств с учетом его финансового положения, но и фактическую передачу денежных средств, указанных в документах. Поскольку договор займа не подтверждает возникновение заемных обязательств, оценке в данном случае подлежат квитанции к приходно-кассовым ордерам в совокупности со сведениями бухгалтерского учета и отчетности на предмет достоверности и подтверждения обязательств должника и ответчика по договорам займа.
Довод ООО «ХИМТРЕЙД» о том, что заключение договоров займа является сделкой в ходе обычной хозяйственной деятельности обществ, суд оценил критически, учитывая сведения, внесенные в ЕГРЮЛ, об основном виде деятельности ответчика и должника (46.71 Торговля оптовая твердым, жидким и газообразным топливом и подобными продуктами).
С учетом положений статьи 68 АПК РФ, суд исходил из того, что документом, подтверждающим факт внесения наличных денежных средств в кассу организации, является квитанция к приходному кассовому ордеру. Принимая во внимание, что приходный кассовый ордер является первичным документом бухгалтерского учета, в соответствии с частью 3 статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 №402-ФЗ «О бухгалтерском учете» он должен быть составлен при совершении факта хозяйственной жизни, то есть по факту поступления наличных денежных средств в кассу организации.
В связи с вышеизложенным, суд первой инстанции, исследовав и оценив представленные ответчиком доказательства в совокупности в соответствии с правилами статьи 71 АПК РФ с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности, а также достаточность и взаимную связь данных доказательств, пришел к выводу о том, что представленные ответчиком договор поставки сжиженного углеводородного газа №СУГ/1219/02 от 02.12.2019 между ООО «ХИМТРЕЙД» и ООО «ТЕХНОИНДУСТРИЯ», кассовая книга на 2020 год на 3 листах, приходно-кассовые ордеры №1 от 13.01.2020 на сумму 6 900 000 руб. от ООО «ТЕХНОИНДУСТРИЯ» (погашение основного долга по договору №ХТ/1219/02 от 02.12.2019), №2 от 13.01.2020 на сумму 359 786,60 руб. от ООО «ТЕХНОИНДУСТРИЯ» (погашение основного долга по договору №ХТ/1219/02 от 02.12.2019) не подтверждают финансовую возможность ответчика возвратить должнику заем, поскольку суд критически отнесся к факту поступления в кассу ООО «ХИМТРЕЙД» 13.01.2020 наличных денежных средств в размере, равном размеру задолженности по договору займа, и выдачи их в этот же день ФИО1 в счет возврата задолженности по договору займа №03 от 20.05.2019. Анализ книг покупок и продаж ООО «ХИМТРЕЙД» свидетельствует об отсутствии контрагента – ООО «ТЕХИНДУСТРИЯ».
Кроме того, согласно представленным ФНС России справкам 2-НДФЛ в отношении работников ООО «ХИМТРЕЙД» у ответчика в период с 2016 по 2021 годы были следующие работники: ФИО6 – 2016 год, ФИО7 – 2020 год, ФИО8– 2019-2022 годы, ФИО9 – 2021 год, ФИО10 – 2021 год, ФИО11 – 2021-2022 годы, ФИО12 – 2021-2022 годы.
Арбитражным судом Воронежской области также учтено, что 28.05.2020 регистрирующим органом в ЕГРЮЛ внесена запись о прекращении деятельности юридического лица ООО «ТЕХНОИНДУСТРИЯ» (исключение из ЕГРЮЛ юридического лица в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности), в бухгалтерской отчетности ООО «ТЕХИНДУСТРИЯ» за 2019 год кредиторская задолженности на сумму 6 900 000 руб. не отражена, за 2020 год отчетность не сдавалась.
Суд заключил, что ответчиком в нарушение статьи 65 АПК РФ не обоснована необходимость расчета наличными денежными средствами между двумя юридическими лицами с превышением лимита, что не может быть оценено как рациональное и добросовестное поведение хозяйствующего субъекта.
Наличие у ответчика приходного кассового ордера по форме КО-1, содержащего как основную часть документа, так и отрывную (квитанцию к приходному кассовому ордеру) противоречит порядку оформления приходных кассовых ордеров и правилам ведения бухгалтерского учета.
При этом, в условиях аффилированности должника и кредитора ссылка на расходно-кассовые ордеры №01 от 13.01.2020 на сумму 6 900 000 руб. (погашение основного долга по договору займа №03 от 20.05.2019), №2 от 13.01.2020 на сумму 349 571,23 руб. (погашение процентов по договору займа №03 от 20.05.2019) несостоятельна, поскольку стороны правоотношений обладали возможностью оформить данные документы в целях создания видимости реальности правоотношений и фактического исполнения сделок, на основании которых заявлены рассматриваемые требования.
Таким образом, оценив представленные в материалы настоящего обособленного спора доказательства в их совокупности, с учетом требований статьи 71 АПК РФ, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что реальность правоотношений должника и ответчика на сумму 6 900 000 руб. не подтверждается, относимые и допустимые доказательства встречного предоставления в материалах дела отсутствуют.
Принимая во внимание вышеизложенное, а также отсутствие доказательств встречного представления, суд пришел к выводу о недобросовестном поведении сторон сделки, которые рассчитывали на безвозмездное отчуждение имущества должника, что не соответствует интересам должника и его кредиторам и является экономически нецелесообразным.
Данные обстоятельства документально не опровергнуты, доказательства обратного в материалы дела не представлено (статьи 9, 65 АПК РФ).
Доводы апелляционной жалобы о том, что правоотношения между ООО «ИК «ОЛМАР» и ООО «ХИМТРЕЙД» носили реальный характер в рамках осуществления своей обычной хозяйственной деятельности, и о представлении ответчиком доказательства получения и наличия наличных денежных средств в размере 6 900 000 руб. для оплаты задолженности ООО ИК «ОЛМАР», подлежат отклонению с учетом установленных обстоятельств по делу и представленных доказательств.
Таким образом, суд первой инстанции обоснованно признал недействительной сделкой действия по перечислению денежных средств по платежным поручениям за период с 23.05.2019 по 22.07.2019 с назначением платежа «перечисление денежных средств по договору займа №03 от 20.05.2019» на сумму 6 900 000 руб. на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».
Оценивая доводы конкурсного управляющего о наличии правовых оснований для признания оспариваемой сделки недействительной на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса РФ, суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что квалификация сделки, причиняющей вред, по данным статьям возможна только в случае доказанности пороков, выходящих за пределы признаков подозрительной сделки, определенных в пункте 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (постановление Президиума ВАС РФ от 17.06.2014 №10044/11, определения Верховного Суда РФ от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886).
В данном же случае конкурсным управляющим не представлены какие-либо доказательства или аргументы в пользу того, что нарушения, допущенные при совершении оспариваемой сделки, выходят за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)». В этой связи квалификация сделки по перечислению денежных средств в период с 23.05.2019 по 22.07.2019 на сумму 6 900 000 руб. по статьей 10 Гражданского кодекса РФ не имеет правового значения для рассмотрения настоящего спора с учетом признания ее недействительной по специальным основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)».
В отношении выводов суда в части отказа в удовлетворении иных требований конкурсного управляющего (признания перечисления денежных средств ответчику в период с 05.08.2016 по 21.06.2017 на сумму 11 474 080 руб. недействительной сделкой) заявитель апелляционной жалобы доводов не приводит.
Согласно статье 167 Гражданского кодекса РФ по недействительной сделке каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке или возместить его стоимость.
В силу пункта 25 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» последствия недействительности сделок, предусмотренные статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, распространяются также и на случаи признания незаконными действий по основаниям, установленным Главой III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».
В случае признания на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве недействительными действий должника по уплате денег, передаче вещей или иному исполнению обязательства, а также иной сделки должника, направленной на прекращение обязательства (путем зачета встречного однородного требования, предоставления отступного или иным способом), обязательство должника перед соответствующим кредитором считается восстановленным с момента совершения недействительной сделки, а право требования кредитора по этому обязательству к должнику считается существовавшим независимо от совершения этой сделки (абзац первый пункта 4 статьи 61.6 Закона о банкротстве).
В соответствии с пунктом 1 статьи 61.6 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу.
Учитывая изложенное, суд первой инстанции правильно применил последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «ХИМТРЕЙД» в пользу ООО ИК «ОЛМАР» 6 900 000 руб.
Из материалов дела следует, что в ходе рассмотрения спора судом первой инстанции ответчиком было заявлено о применении срока исковой давности.
Статьей 195 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.
В силу пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре.
Согласно пункту 2 статьи 181 Гражданского кодекса РФ, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.
Как отражено в статье 61.9 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных Законом о банкротстве.
В абзаце 2 пункта 32 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» указано, что в соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.
Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности.
Однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, он запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.
В связи с чем, законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело юридическую возможность узнать об этом.
Согласно части 1 статьи 200 Гражданского кодекса РФ если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.
Таким образом, установив, что конкурсное производство в отношении должника введено 24.11.2021 (резолютивная часть), а рассматриваемое заявление подано 22.03.2022, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что конкурсный управляющий обратился в суд в пределах срока исковой давности. Позиция ответчика об исчислении срока исковой давности с даты совершения последнего платежа (22.07.2019) основана на неверном толковании приведенных норм права.
Заявителем апелляционной жалобы документально не опровергнуты выводы, к которым пришел суд первой инстанции на основании полного и всестороннего исследования представленных в дело доказательств (статьи 9, 65 АПК РФ).
Суд апелляционной инстанции полагает, что доводы, содержащиеся в апелляционной жалобе, направлены на переоценку доказательств. Несогласие заявителя жалобы с произведенной судом первой инстанции оценкой имеющихся в деле доказательств, а также иное толкование заявителем положений действующего законодательства не свидетельствуют о неправильном применении судом первой инстанции норм материального и процессуального права и не является в рассматриваемом случае основанием для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.
Убедительных аргументов, основанных на доказательственной базе и опровергающих выводы суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит, в силу чего удовлетворению не подлежит.
Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно статье 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, апелляционным судом не установлено.
В связи с вышеизложенным, определение Арбитражного суда Воронежской области от 24.12.2024 следует оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.
Государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы в размере 30 000 руб. согласно статье 110 АПК РФ относится на заявителя (уплачено по чеку по операции от 10.03.2025).
Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,
ПОСТАНОВИЛ:
Определение Арбитражного суда Воронежской области от 24.12.2024 по делу № А14-7705/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.
Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Центрального округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции согласно части 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Председательствующий судья Т.Б. Потапова
Судьи Е.А. Безбородов
В.В. Ботвинников