ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД
443070, <...>, тел. <***>
www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
апелляционной инстанции по проверке законности и
обоснованности решения арбитражного суда,
не вступившего в законную силу
23 декабря 2025 года Дело № А72-4325/2020
г. Самара
Резолютивная часть постановления объявлена 10 декабря 2025 года
Постановление в полном объеме изготовлено 23 декабря 2025 года
Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:
о взыскании денежных средств,
председательствующего судьи Поповой Е.Г.,
судей Драгоценновой И.С., Сергеевой Н.В.,
при ведении протокола секретарем судебного заседания Казачковой В.А.,
при участии:
от Общества с ограниченной ответственностью «Книжный двор» – представителей ФИО1, (доверенность от 02.03.2025), ФИО2 (доверенность от 02.03.2025),
от Акционерного общества «Гулливер» – представителя ФИО3, (доверенность от 15.02.2023),
от Общества с ограниченной ответственностью «Зеон» – представитель не явился, извещено,
рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Общества с ограниченной ответственностью «Книжный двор»
на решение Арбитражного суда Ульяновской области от 13 августа 2025 года по делу № А72-4325/2020 (судья Леонтьев Д.А.),
по иску Общества с ограниченной ответственностью «Книжный двор» (ОГРН <***>, ИНН <***>), Ульяновская область, г.Ульяновск
к Акционерному обществу «Гулливер» (ОГРН <***>, ИНН <***>), Ульяновская область, г.Ульяновск,
третье лицо - Общество с ограниченной ответственностью «Зеон» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>), Ульяновская область, г.Ульяновск,
УСТАНОВИЛ:
Общество с ограниченной ответственностью «Зеон» обратилось в Арбитражный суд Ульяновской области с исковым заявлением к Акционерному обществу «Гулливер» (далее - АО «Гулливер», Ответчик) о взыскании задолженности по обязательствам, вытекающим из Договора поставки № 131 от 01.01.2017, в размере 15 530 443,28 руб.; процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 251 220,23 руб. за период с 01.12.2019 по 04.03.2020 и с 05.03.2020 по день фактической уплаты долга; расходов по оплате государственной пошлины.
Определением судам от 04.09.2020 произведена замена истца по делу - ООО «Зеон» на правопреемника - Общество с ограниченной ответственностью «Книжный
двор» (далее - ООО «Книжный двор», Истец).
К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, привлечено ООО «Зеон» (далее - третье лицо, ООО «Зеон»).
Решением Арбитражного суда Ульяновской области от 30.05.2024, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.08.2024, исковые требования ООО «Книжный двор» к АО «Гулливер» оставлены без удовлетворения. С ООО «Книжный двор» в пользу АО «Гулливер» взысканы расходы на проведение судебной экспертизы в сумме 525 000 руб. ООО «Зеон» возвращена из федерального бюджета государственная пошлина в сумме 7 307,00 руб. С депозитного счета Арбитражного суда Ульяновской области на счет экспертной организации - Союз «Ульяновская ТПП» перечислены денежные средства за проведение судебной экспертизы в сумме 525 000 руб. по реквизитам, указанным в счете на оплату от 15.04.2024 № 435.
Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 11.02.2025 решение Арбитражного суда Ульяновской области от 30.05.2024 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.08.2024 по делу № А72-4325/2020 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ульяновской области.
В данном постановлении Арбитражный суд Поволжского округа указал, что при новом рассмотрении дела арбитражному суду следует установить обстоятельства, входящие в предмет исследования, исследовать и оценить содержание представленных в дело всех доказательств применительно к тому, сведения о каких фактах они содержат и, какие обстоятельства по делу ими устанавливаются (статья 64 АПК РФ); в частности, исследовать вопрос о том, осуществлялась ли спорная поставка в рамках договоров от 17.11.2014 № 156 и от 01.01.2017 № 131, с учетом совокупности доказательств установить, подтверждается ли поставка товара универсальными передаточными документами/накладными, представленным в материалы дела, а также определить размер оплаты товара, поставленного по спорным договорам; исследовать и дать оценку доводам ответчика, истца, в частности, исполнению покупателем условий договоров об удержании причитающейся выплаты в виде вознаграждений (премий); правильно применить положения ГК РФ об исковой давности (с учетом заявления ответчика), дать оценку представленным доказательствам и вынести законное и обоснованное решение при правильном применении норм материального и процессуального права.
Определением от 20.02.2025 Арбитражный суд Ульяновской области принял дело № А72-4325/2020 к повторному рассмотрению.
В ходе рассмотрения настоящего дела истцом корректировались исковые требования, и, с учетом их последнего уточнения, принятого судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) протокольным определением от 15.07.2025, требования истцом сформулированы следующим образом:
- взыскать с АО «Гулливер» в пользу ООО «Книжный двор» задолженность по договорам поставки в размере 11 552 975,86 руб.;
- взыскать с АО «Гулливер» в пользу ООО «Книжный двор» проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 03.12.2019 по 15.07.2025 (с учетом моратория) в размере 6 346 682,05 руб.
- взыскать с АО «Гулливер» в пользу ООО «Книжный двор» проценты за пользование чужими денежными средствами с 16.07.2025 по день фактической оплаты.
- обязанность по оплате государственной пошлины возложить на Ответчика.
Решением Арбитражного суда Ульяновской области от 13.08.2025 исковые требования оставлены без удовлетворения.
Истец обратился с апелляционной жалобой, в которой он просит решение суда первой инстанции отменить и принять новый судебный акт
Определением суда апелляционной инстанции от 22.09.2025 жалоба принята к производству, назначено судебное заседание на 22.10.2025.
В материалы дела от ответчика 16.10.2025 поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором он просит решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения как необоснованную.
Определением суда апелляционной инстанции от 22.10.2025 судебное разбирательство по делу было отложено на 10.12.2025.
В суд 19.11.2025 от истца поступили дополнительные пояснения к апелляционной жалобе с приложенными к ним документами, а именно УПД № 116846 от 03.09.2019, УПД № 121726 от 13.09.2019, Акт возврата-накладная № 4650265 от 12.07.2019, Реестр УПД сентябрь 2019.
Судом поступившие дополнительные пояснения к апелляционной жалобе приобщены к материалам дела, приложенные к дополнительным пояснениям документы приобщены не были, поскольку истец в судебном заседании не настаивал на их приобщении, указав, что они имеются в материалах дела и что они были предоставлены апелляционному суду на обозрение.
В суд 03.12.2025 от ответчика поступили письменные пояснения.
Судом поступившие письменные пояснения приобщены к материалам дела.
В судебном заседании апелляционного суда представители истца апелляционную жалобу поддержали, просили ее удовлетворить.
Представитель ответчика в судебном заседании апелляционного суда возражал против удовлетворения жалобы, просил решение суда первой инстанции оставить без изменения.
Представитель третьего лица в судебное заседание апелляционного суда не явился, извещен надлежащим образом о месте и времени судебного разбирательства в суде апелляционной инстанции.
На основании статей 156 и 266 АПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает апелляционную жалобу в отсутствие не явившегося в судебное заседание представителя третьего лица, надлежаще извещенного о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы.
Рассмотрев дело в порядке апелляционного производства, проверив обоснованность доводов, изложенных в апелляционной жалобе, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта.
В соответствии с положениями статей 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.
Согласно пункту 1 статьи 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).
В соответствии со статьей 506 ГК РФ по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.
Пунктом 1 статьи 516 ГК РФ установлено, что покупатель оплачивает поставляемые товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором поставки.
Согласно статье 486 ГК РФ покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, если иное не предусмотрено настоящим
Кодексом, другим законом, иными правовыми актами или договором купли-продажи и не вытекает из существа обязательства.
Из материалов дела следует, что между ООО «Зеон» и АО «Гулливер» был заключен договор поставки продовольственных товаров № 156 от 17.11.2014.
В соответствии с п.1.1 договора поставки продовольственных товаров № 156 от 17.11.2014 поставщик обязуется поставлять, а покупатель принимать и оплачивать товар по согласованной цене на условиях настоящего договора.
Так, во исполнение своих обязательств, в рамках вышеуказанного договора, ООО «Зеон» осуществляло поставку товара в адрес АО «Гулливер» в период с 17.11.2014 по 31.12.2016, АО «Гулливер», в свою очередь, производило оплату поставленного товара.
01.01.2017 между ООО «Зеон» и АО «Гулливер» заключен договор поставки продовольственных товаров № 131 от 01.01.2017.
В соответствии с п.1.1 договора поставки № 131 от 01.01.2017 поставщик обязуется поставлять, а покупатель принимать и оплачивать товар по согласованной цене на условиях настоящего договора.
Во исполнение обязательств по Договору, ООО «Зеон» поставляло товар в адрес АО «Гулливер» в период действия этого с января 2017 года по сентябрь 2019 года, АО «Гулливер», в свою очередь, производило оплату поставленного товара.
Данные обстоятельства сторонами не оспариваются.
В связи с неоплатой поставленного товара ООО «Зеон» обратилось в суд с исковым заявлением к АО «Гулливер».
Первоначально исковые требования были основаны только на поставке товара по договору № 131 от 01.01.2017.
В ходе судебного разбирательства 06.07.2020 ООО «Зеон» заключило договор уступки права требования (цессии) с ООО «Книжный двор» (далее - договор цессии).
В соответствии с п. 1 договора цессии, Предметом договора цессии являлось право требования к АО «Гулливер» по договору поставки № 131 от 01.01.2017.
Дополнительным соглашением от 23.07.2021 к договору уступки права требования (цессии) от 06.07.2020 были внесены изменения.
В соответствии с п. 1 дополнительного соглашения, Цедент уступает, а Цессионарий принимает права (требования) к АО «Гулливер» по договорам поставки № 131 от 01.01.2017, № 158 от 17.11.2014.
При этом, в дополнительном соглашении допущена техническая ошибка (опечатка): вместо договора поставки № 156 от 17.11.2014 указан договор поставки № 158 от 17.11.2014.
Данная опечатка была устранена Соглашением об исправлении опечатки от 16.11.2021.
В ходе судебного разбирательства стороны подтвердили, что фактически имела место опечатка, так как между ООО «Зеон» и АО «Гулливер» договор поставки № 158 от 17.11.2014 не заключался.
Таким образом, Договором цессии ООО «Зеон» передало ООО «Книжный двор» право требования к АО «Гулливер» по договорам поставки № 131 от 01.01.2017 и № 156 от 17.11.2014.
Предъявляя исковые требования к АО «Гулливер» истец указал, что у ответчика имеется задолженность по оплате поставленного ответчику товара по двум договорам поставки: № 131 от 01.01.2017 и № 156 от 17.11.2014. В обоснование своих требований истец предоставлял в суд товарные накладные и УПД, которые, по мнению истца, подтверждают наличие спорной задолженности.
Ответчик возражал против удовлетворения исковых требований, указывая, что в материалы дела истец представил документы, в которых в качестве основания поставки указаны вышеназванные два договора поставки, а также документы, в которых в качестве основания поставки указана фраза «по основному договору», либо никакое
основание не указано. В то же время, поскольку по договору цессии истцу передано право требования только двум договорам поставки, то истец не имеет право требовать с ответчика задолженность по поставленному товару по документам, в которых эти два договора не указаны.
При этом, как указывал ответчик, у ответчика задолженность отсутствует как, в частности, по двум договорам поставки № 131 от 01.01.2017 и № 156 от 17.11.2014, так и по всем документам, подтверждающим факт поставки товара третьим лицом ответчику, в целом.
Кроме этого, ответчик заявил о пропуске истцом срока исковой давности.
В ходе судебного разбирательства, в связи с отсутствием у сторон единого мнения относительно сумм поставленного и оплаченного товара, Определением суда от 29.08.2023 удовлетворено ходатайство ответчика о назначении судебной экспертизы, по делу назначена судебная экспертиза, проведение экспертизы поручено Союзу «Ульяновская ТПП», экспертам: ФИО4, ФИО5.
На разрешение экспертов поставлены следующие вопросы:
- исходя из материалов дела № А72-4325/2020, определить размер возникшей задолженности АО «ГУЛЛИВЕР» или ее отсутствие перед ООО «Книжный двор» по договорам поставки продовольственных товаров № 131 от 01.01.2017 и № 156 от 17.11.2014 за период с 01.01.2017 по 31.12.2019 (документов более 256 800 шт.);
- определить нашли ли отражение в бухгалтерском учете АО «ГУЛЛИВЕР» акты взаимозачета от 24.04.2019 на сумму 1 500 318,08 руб., № 1512 от 01.09.2019, № 2082 от 30.09.2019, № 2083 от 30.09.2019, № 2081 от 30.09.2019 между АО «Гулливер» и ООО «Зеон».
15.04.2024 в Арбитражный суд Ульяновской области от Союза «Ульяновская ТПП» поступило заключение экспертов № 022408 от 12.04.2024, согласно которому: Ответ на вопрос 1:
Задолженность АО «Гулливер» перед ООО «Книжный двор» по договорам поставки продовольственных товаров № 131 от 01.01.2017 и № 156 от 17.11.2014 за период с 01.01.2017 по 31.12.2019 отсутствует, переплата составила 281 997 077,55 руб.
Необходимо отметить, что в представленных материалах дела имеются документы без указания конкретного договора поставки и они не учитывались при выведении суммы задолженности АО «Гулливер» перед ООО «Книжный двор».
Ответ на вопрос 2:
Акты взаимозачета от 24.04.2019 на сумму 1 500 318,08 руб., № 1512 от 01.09.2019 № 2082 от 30.09.2019, № 2083 от 30.09.2019, № 2081 от 30.09.2019 между АО «Гулливер» к ООО «Зеон» отражены в бухгалтерском учете АО «Гулливер».
Отказывая в удовлетворении исковых требований суд согласился с мнением экспертов о необходимости исключения из суммы поставки документов, в которых не учитывались документы без указания конкретного договора, поскольку Договором уступки права требования к ООО «Книжный двор» перешло право требования только по двум конкретным договорам: № 131 от 01.01.2017 и № 156 от 17.11.2014. Право требования по иным документам к истцу от ООО «Зеон» не передавалось.
Направляя дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, Арбитражный суд Поволжского округа в Постановлении от 11.02.2025 указал, что суду следует, в частности, исследовать вопрос о том, осуществлялась ли спорная поставка в рамках договоров от 17.11.2014 № 156 и от 01.01.2017 № 131.
Указания арбитражного суда кассационной инстанции, в том числе на толкование закона, изложенные в его постановлении об отмене решения, судебного приказа, постановления арбитражных судов первой и апелляционной инстанций, обязательны для арбитражного суда, вновь рассматривающего данное дело (ч 2.1. ст. 289 АПК РФ).
В ходе судебного разбирательства на новом рассмотрении истец настаивал на том,
что все универсальные передаточные документы, подтверждающие поставку товара третьим лицом (ООО «Зеон») ответчику, в том числе и те, в которых в качестве основания поставки вышеуказанные два договора не значились, были оформлены в рамках двух договоров поставки: № 131 от 01.01.2017 и № 156 от 17.11.2014.
На новом рассмотрении представитель ответчика не возражал против вышеуказанных оснований исковых требований, заявленных истцом.
Таким образом, судом указание кассационной инстанции исполнено, судом установлено, что поставка товара осуществлялась в рамках двух договоров поставки: № 131 от 01.01.2017 и № 156 от 17.11.2014, что сторонами не оспаривается.
При направлении дела на новое рассмотрение Арбитражный суд Поволжского округа в Постановлении от 11.02.2025 указал также, что суду следует с учетом совокупности доказательств установить, подтверждается ли поставка товара универсальными передаточными документами/накладными, представленным в материалы дела, а также определить размер оплаты товара, поставленного по спорным договорам.
После направления дела на новое рассмотрение истец несколько раз уточнял исковые требования, которые в окончательном виде сформулированы истцом в ходатайстве об уточнении исковых требований от 15.07.2025 следующим образом:
- взыскать с АО «Гулливер» в пользу ООО «Книжный двор» задолженность по договорам поставки в размере 11 552 975,86 руб.;
- взыскать с АО «Гулливер» в пользу ООО «Книжный двор» проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 03.12.2019 по 15.07.2025 (с учетом моратория) в размере 6 346 682,05 руб.
- взыскать с АО «Гулливер» в пользу ООО «Книжный двор» проценты за пользование чужими денежными средствами с 16.07.2025 по день фактической оплаты.
- обязанность по оплате государственной пошлины возложить на Ответчика. При этом в своем ходатайстве от 15.07.2025 истец указывает, что
«всего поставлено товара на общую сумму 1 579 522 604,59руб. (Приложение 1).
Оплачено на общую сумму 1 567 322 379,91 руб. (Приложение 2). Неподтвержденных «дефектных» ведомостей» на общую сумму 647 248,82 руб.
Итого задолженность АО «Гулливер» составляет - 11 552 975,86 руб.».
В ходе судебного разбирательства истец пояснил, что под «дефектными» ведомостями» понимаются товарные накладные, представленные истцом в качестве доказательства поставки товара, при оформлении которых истцом были допущены нарушения (отсутствуют подписи в получении товара со стороны покупателя - АО «Гуливер»; отсутствует печать/штамп со стороны получателя товара (АО «Гуливер») при одновременном отсутствии ссылки на доверенность и наличие самой доверенности; неполные документы (отсутствует первая страница, отсутствует последняя страница, документы не читаемы; документы, подтверждающие отгрузку в адрес сторонних организаций, не участвующих в исследовании; при наличии двух или трех экземпляров повторных документов не принимался к учету документ без исправлений (без штампа «требует замены» и ручных исправлений) и с наличием всех обязательных реквизитов для первичного документа) и которые отсутствуют в бухгалтерском и налоговом учете истца и ответчика.
То есть, стоимость поставленного товар по «дефектным» накладным подлежит исключения из суммы поставленного товара.
На данные уточненные ответчик представил пояснения от 22.07.2025, в которых согласился с суммами поставленного и оплаченного товара, указанного истцом, а также с суммой «дефектных» накладных.
Пояснения ответчика от 22.07.2025 в порядке ч. 3 ст. 70 АПК РФ рассматриваются судом, как признание стороной обстоятельств, на которых другая сторона основывает свои требования и приобщаются к материалам дела.
Вышеуказанные обстоятельства считаются установленными судом и не требуют дальнейшего доказывания.
Таким образом, судом выполнено указание кассационной инстанции по установлению факта поставки представленными универсальными передаточными документами/накладными и установлению размера сумм поставленного и оплаченного товара.
В то же время, признавая суммы поставленного и оплаченного товара, ответчик в пояснениях указал, что истец при расчете задолженности не учел Акты зачета взаимных требований на сумму 52 734 265,84 руб., подписанные между ООО «Зеон» и АО «Гулливер».
В связи с этим, сумма оплаты (1 567 322 379,91 руб.), сумма «дефектных» накладных (647 248,82 руб.) и сумма Актов зачета взаимных требований (52 734 265,84 руб.) составляет сумму 1 620 703 894,57 руб., которая превышает сумму поставленного товара 1 579 522 604,59 руб. на 41 181 289,98 руб., что говорит об отсутствии задолженности у ответчика перед истцом за поставленный товар.
Истец факт наличия Актов зачета взаимных требований на сумму 52 734 265,84 руб., подписанных ООО «Зеон» и АО «Гулливер», в судебном заседании 22.07.2025 подтвердил, что также в порядке ст. 70 АПК РФ рассматривается судом, как установленное судом обстоятельство, не требующее дальнейшего доказывания.
При этом представитель истца пояснил, что сумма Актов зачета взаимных требований уже была учтена истцом при расчете исковых требований, а именно: из суммы поставленного товара сумма зачтенных встречных требований уже была исключена и исковые требования, предъявленные истцом, фактически представляют собой разницу между суммой поставленного товара и суммой зачтенных встречных требований.
При направлении дела на новое рассмотрение Арбитражный суд Поволжского округа в Постановлении от 11.02.2025 указал также, что суду следует исследовать и дать оценку доводам ответчика, истца, в частности, исполнению покупателем условий договоров об удержании причитающейся выплаты в виде вознаграждений (премий).
Из материалов дела следует, что при заключении Договора поставки № 131 от 01.01.2017 стороны согласовали пункты 8.10 и 9.14 договора в следующей редакции: «Покупатель по согласованию с Поставщиком имеет право удерживать причитающиеся ему суммы (вознаграждения, премии), начисленные штрафные санкции и иные причитающиеся Покупателю денежные средства из суммы, подлежащей уплате за поставленный товар. Размер задолженности Покупателя перед Поставщиком подлежит уменьшению на сумму удержанных денежных средств.».
Также стороны представили в материалы дела Дополнительное соглашение № 01К от 01.01.2017 к Договору поставки товаров № 156 от 17.11.2014, Дополнительное соглашение № 2 от 01.01.2017 к Договору поставки товаров № 156 от 01.01.2017 и Дополнительное соглашение № 03К от 01.01.2019 к Договору поставки продовольственных товаров № 156 от 17.11.2014, в соответствии с которыми Поставщик обязуется ежемесячно выплачивать Покупателю вознаграждение, связанное с приобретением Товара торговой марки «Конфитрейд» и «Частушки» Покупателем у Поставщика. Расчет суммы вознаграждения, акт на выплату вознаграждения и акт зачета взаимных требований составляется Покупателем и направляется Поставщику в срок до 10 числа месяца, следующего за расчетным периодом. Поставщик обязан рассмотреть, подписать Акт на выплату вознаграждения и акт зачета взаимных требований в течение двух рабочих дней от даты его поступления. С момента подписания акта на выплату вознаграждения и акта зачета взаимных требований Поставщиком, вознаграждение считается выплаченным.
Иные соглашения стороны в материалы дела не представили.
Факт того, что в Дополнительных соглашениях имеются опечатки в номерах и
датах договоров (Договор № 156 указан от 01.01.2017, хотя фактически заключен 17.11.2014, а 01.01.2017 заключен Договор № 131), дополнительно указывают на то, что поставка всего товара производилась по двум договорам поставки: № 131 от 01.01.2017 и № 156 от 17.11.2014 и дополнительные соглашения, заключенные сторонами, относились к обоим договорам поставки.
Стороны представили в материалы дела Акты расчета вознаграждения и Акты зачета взаимных требований на общую сумму 52 734 265,84 руб.
При этом в Актах расчета вознаграждения указывается, что стороны пришли к согласию о зачете взаимных требований в соответствии со ст. 410 ГК РФ и что подписание данного акта исключает необходимость подписания дополнительного Акта о взаимозачете.
Согласно ст. 410 ГК РФ обязательство прекращается полностью или частично зачетом встречного однородного требования, срок которого наступил либо срок которого не указан или определен моментом востребования. В случаях, предусмотренных законом, допускается зачет встречного однородного требования, срок которого не наступил. Для зачета достаточно заявления одной стороны.
В Актах зачета взаимных требований, в частности в Акте от 24.04.2029 на 1 500 318,08 руб., указано, что задолженность ООО «Зеон» перед АО «Гулливер» по Договору № 131 от 01.01.2017 по штрафным санкциям составляет 1 500 318,08 руб. Для ускорения расчетов Стороны договорились зачесть эту задолженность в счет уменьшения долга АО «Гулливер» перед ООО «Зеон» по договору № 131 от 01.01.2017. Таким образом, задолженность ООО «Зеон» перед АО «Гулливер» по договору № 131 от 01.01.2017 в сумме 1 500 318,08 руб. отсутствует.
В иных актах зачета взаимных требований изложена аналогичная информация.
Как указано выше, факт подписания между сторонами договоров поставки Актов расчета вознаграждения и Актов зачета взаимных требований на общую сумму 52 734 265,84 руб. сторонами дела не оспаривается.
Спор между сторонами заключается в том, что истец указывает, что сумма поставки (1 579 522 604,59 руб.) указана с учетом актов зачета, то есть, уменьшена на сумму актов зачета. Ответчик же указывает, что данная сумма поставки указана без учета произведенных зачетов, в связи с чем из суммы поставленного товара необходимо вычесть сумму произведенных зачетов в размере 52 734 265,84 руб.
Таким образом, существенным обстоятельством, имеющим значение при рассмотрении настоящего дела, является установление факта включения или невключения истцом суммы зачтенных требований в размере 52 734 265,84 руб. в сумму поставленного товара в размере 1 579 522 604,59 руб.
Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (п.1 ст.65 АПК РФ).
Из положений ч. 1 ст. 65 АПК РФ следует, что истец должен предоставить доказательства того, что ООО «Зеон» поставило ответчику товар на сумму 1 632 256 870,43 руб. (1 579 522 604,59 руб. + 52 734 265,84 руб.), а также предоставить соответствующий расчет исковых требований.
Из материалов дела следует, что после направления дела на новое рассмотрение истец представил пояснения от 16.05.2025 (т. 17 л.д. 58), в которых указал, что общая сумма поставленного товара с учетом актов зачета составила 1 523 942 094,35 руб., сумма оплаты - 1 513 353 983,13 руб., в связи с чем задолженность ответчика является разницей между этими суммами и составляет 10 588 111,20 руб.
В судебном заседании 27.06.2025 ответчик представил платежные поручения и акты о проведении взаимозачета на сумму 52 350 869,78 руб. и пояснил, что данные документы ранее не учитывались при определении суммы оплаты за поставленный товар и что данные платежные документы должны дополнительно уменьшить сумму поставленного товара.
Истец в ходатайстве об уточнении исковых требований от 30.06.2025 поддержал свои доводы о том, что товар был поставлен на сумму 1 523 942 094,35 руб. (т. 17 л.д. 120).
Уточняя исковые требования в судебном заседании 15.07.2025 истец пояснял, что в связи с представлением ответчиком дополнительных платежных документов на сумму 53 968 396,78 руб., «истцом была проведена повторная выверка товарных накладных, платежных поручений, учтенных ООО «Книжный двор» при определении размера задолженности Ответчика, с учетом выверки по «дефектным» УПД, проведенной ранее».
Как указывает истец после проведенной повторной выверки:
«Всего поставлено товара на общую сумму 1 579 522 604,59руб. (Приложение 1).
Оплачено на общую сумму 1 567 322 379,91 руб. (Приложение 2).
Неподтвержденных «дефектных» ведомостей» на общую сумму 647 248,82 руб.
Итого задолженность АО «Гулливер» составляет - 11 552 975,86 руб.».
Таким образом, истец по результатам выверки установил, что общая сумма поставленного товара составила 1 579 522 604,59руб., а также приложил реестр товарных накладных на эту сумму.
При этом истец не представил расчет исковых требований, из которых бы следовало, что данная сумма получена в результате вычитания суммы поставленного товара и суммы актов зачета взаимных требований на сумму 52 734 265,84 руб.
Как указано выше, ответчик представил пояснения от 22.07.2025, в которых указал, что признает суммы поставленного и оплаченного товара, указанные истцом в ходатайстве об уточнении исковых требований от 15.07.2025, однако, от суммы поставленного товара кроме суммы оплаты необходимо также вычесть сумму актов зачета взаимных требований в размере 52 734 265,84 руб., в связи с чем задолженность у ответчика отсутствует.
В судебном заседании 22.07.2025 представитель истца пояснил, что в действительности сумма поставленного товара составляет не 1 579 522 604,59руб., а большую сумму, покрывающую сумму встречных требований, однако, соответствующего расчета суду не представил.
В судебном заседании 22.07.2025 объявлялся перерыв до 30.07.2025, однако, в данном заседании истец уточненный расчет исковых требований не представил, доказательства, подтверждающие поставку товара на сумму 1 632 256 870,43 руб., также суду не представил, ходатайство об отложении судебного заседания для предоставления дополнительных доказательств не заявил.
В соответствии с ч. 1 ст. 164 АПК РФ суд поинтересовался у сторон все ли доказательства представлены в материалы дела, на что стороны пояснили, что все возможные доказательства ими представлены, в связи с чем суд завершил исследование доказательств и после прений и реплик вынес решение.
В соответствии с ч. 2 ст. 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.
При таких обстоятельствах суд пришел к верному выводу, что истец не доказал наличие у ответчика задолженности перед истцом по оплате поставленного товара по договорам поставки в сумме 11 552 975,86 руб., в связи с чем исковые требования в данной части подлежат оставлению без удовлетворения.
Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что поведение истца в судебном заседании 22.07.2025, а именно, пояснения, что сумма поставленного товара в действительности больше, чем сумма, указанная в ходатайстве об уточнении исковых требований от 15.07.2025, противоречит его поведению и пояснениям, данным после направления дела на новое рассмотрение.
Суд первой инстанции указал, что после поступления к нему дела на новое рассмотрение начинает вновь рассматривать заявленные требования по правилам,
регламентированным нормами Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, что предполагает необходимость заново установить фактические обстоятельства дела по имеющимся в нем, а также дополнительно представленным участниками спора доказательствам, если таковые поступят.
Как указывалось выше, истец на новом рассмотрении указывал, что сумма поставленного товара составляла 1 523 942 094,35 руб., впоследствии уточнил требования и указал, что сумма поставленного товара составила 1 579 522 604,59руб.
Данное обстоятельство имеет существенное значение, так как ориентируясь на данную сумму ответчик, не согласный с предъявленными исковыми требованиями, вынужден предоставлять опровергающие обстоятельства, подтверждающие оплату товара на эту сумму.
Изменение истцом суммы поставленного товара в сторону ее увеличения, возлагает на ответчика дополнительные обязательства по поиску новых доказательств, что на пятом месяце рассмотрения дела может быть рассмотрено судом, как злоупотребление истцом своими процессуальными правами.
Суд первой инстанции применил в настоящем деле правило «эстоппель».
Данное правило вытекает из общих начал гражданского законодательства и является частным случаем проявления принципа добросовестности, согласно которому при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пп. 3 и 4 ст. 1 ГК РФ).
На момент спорых взаимоотношений правило «эстоппель» было закреплено в п. 3 ст. 432 ГК РФ.
Между тем противоречивое поведение истца само по себе не может считаться недобросовестным, такое поведение безусловного применения положений статьи 10 Гражданского кодекса не влечет.
По общему правилу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.
Принцип эстоппель вытекает из общих начал гражданского законодательства и является частным случаем проявления принципа добросовестности, установленного пунктами 3 и 4 статьи 1 ГК РФ.
В общем виде эстоппель (estoppel) можно определить как правовой механизм, направленный на обеспечение последовательного поведения участников правоотношений.
При этом при применении эстоппеля важно учитывать, что само по себе противоречивое поведение стороны не является упречным (противоправным или недобросовестным). Недобросовестным признается только такое противоречивое поведение стороны, которое подрывает разумное доверие другой стороны и влечет явную несправедливость.
Главная задача принципа эстоппель заключается в том, чтобы воспрепятствовать стороне получить преимущества и выгоду, как следствие своей непоследовательности в поведении в ущерб другой стороне, которая добросовестным образом положилась на определенную юридическую ситуацию, созданную первой стороной.
Поскольку эстоппель является частным проявлением принципа добросовестности, то для целей его применения требуется оценка добросовестности каждой из сторон.
Недобросовестным является поведение одной из сторон, противоречащее ее предшествующим действиям и заявлениям, на которые разумно положилась другая сторона и вследствие противоречивого поведения понесла ущерб. В частности, недобросовестным является непоследовательное поведение лица в ситуации, когда оно, обладая каким-либо субъективным правом, своими предшествующими действиями создает для другой стороны разумное ожидание, что оно этим субъективным правом
воспользоваться не планирует, а впоследствии совершает действия по осуществлению этого права, вопреки предшествующему поведению.
Однако при применении эстоппеля подлежит оценке и добросовестность стороны, положившейся на действия другой стороны. Эстоппель должен защищать только добросовестное лицо, то есть лицо, доверие которого к поведению другой стороны было разумным и обоснованным, и призван содействовать обеспечению юридической безопасности субъектов права, направлен на защиту добросовестной стороны. Сторона, заявляющая о применении эстоппеля, должна разумно и добросовестно полагаться на поведение другой стороны.
Для применения эстоппеля в процессе необходимо установить не только факт противоречивого поведения одной из сторон спора, но также оценить, в какой степени поведение этой стороны могло создать доверие для другой, на которое она обоснованно положилась и вследствие этого действовала (могла действовать) в ущерб себе.
Эстоппель защищает добросовестную сторону, поэтому он находит свое применение тогда, когда доверие лица, вызванное поведением другой стороны, хотя и противоречит формальной правовой или фактической действительности, но может быть признано разумным, оправданным. Установление обоснованности возникновения доверия прежде всего предполагает выяснение того, знала ли доверившаяся сторона о том, что ее ожидания не соответствуют правовой или фактической действительности.
В абзаце третьем пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее -постановление Пленума № 25) разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.
Защита доверия как таковая является ключевым аспектом при оценке противоречивого поведения лица при применении принципа эстоппель. Поэтому вопрос о наличии доверия у лица, связанного с поведением противоположной стороны, при применении принципа эстоппель подлежит исследованию судом.
Согласно правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, сформулированной в пункте 5 Обзора практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127), непосредственной целью санкции статьи 10 ГК РФ является не наказание лица, злоупотребившего правом, а защита прав лица, потерпевшего от этого злоупотребления.
Следовательно, для защиты нарушенных прав потерпевшего суд может не принять доводы лица, злоупотребившего правом, обосновывающие соответствие своих действий по осуществлению принадлежащего ему права формальным требованиям законодательства.
Предоставляя доказательства оплаты поставленного товара на сумму 1 579 522 604,59 руб., как указывал истец, и представляя в свою защиту соответствующие доказательства ответчик добросовестно был уверен о том, что истец просит взыскать всю задолженность по договорам поставки и не предполагал, что истец заявит об иной сумме поставленного товара.
При таких обстоятельствах суд счел возможным защитить права ответчика, отказав истцу в удовлетворении исковых требований, в том числе по данному основанию.
Кроме суммы основного долга истец просит взыскать с ответчика проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 03.12.2019 по 15.07.2025 (с учетом моратория) в размере 6 346 682,05 руб., а также взыскать проценты за пользование чужими денежными средствами с 16.07.2025 по день фактической оплаты.
В соответствии с п. 1 ст. 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания
денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.
Отказ в удовлетворении основного требования влечет отказ в удовлетворении акцессорного требования о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, в связи с чем исковые требования в части взыскания процентов за пользование чужими денежными средствами оставляются судом без удовлетворения.
Отказывая в удовлетворении исковых требований в части взыскания процентов за пользование чужими денежными средствами суд также учитывает следующее.
Пунктом 9.14 Договора поставки № 156 от 17.11.2014, с учетом протокола разногласий, стороны установили, что при несвоевременной оплате товара по вине
Покупателя, Поставщик вправе потребовать от Покупателя уплатить пеню в размере 0,1% от стоимости не оплаченного товара за каждый день просрочки оплаты.
Пунктом 9.16 Договора поставки № 131 от 01.01.2027, с учетом протокола разногласий, стороны установили, что за просрочку платежа Покупатель уплачивает Поставщику пеню в размере 0,1% от не уплаченной вовремя суммы за каждый день просрочки, но не более 10% суммы просроченного платежа.
Таким образом, стороны договоров поставки предусмотрели возможность начисления договорной неустойки за несвоевременную оплату Покупателем поставленного товара.
Согласно п. 4 ст. 395 ГК РФ предусмотренные настоящей статьей проценты не подлежат взысканию в случае, когда соглашением сторон предусмотрена неустойка за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежного обязательства, если иное не предусмотрено законом или договором.
Поскольку договорами поставки предусмотрена договорная неустойка за нарушение сроков оплаты товара, то начисление и взыскание процентов за пользование чужими денежными средствами по ст. 395 ГК РФ является неправомерным.
Ответчик в ходе судебного разбирательства заявил о пропуске истцом срока исковой давности, указывая, что истец обратился с иском о взыскании задолженности за товар, поставленный в период с 01.01.2017 по 30.09.2019, а с иском обратился 13.04.2020, в связи с чем истцом пропущен трехлетний срок давности взыскания задолженности за период с 01.01.2017 по 13.04.2017.
Истец возражал против заявления ответчика, представив пояснения, что течение срока исковой давности приостанавливается на срок, установленный законом или договором для проведения соответствующей процедуры. Также истец указал, что сторонами 30.11.20219 подписан акт сверки задолженности, который прервал течение срока исковой давности.
Суд первой инстанции признал обоснованным довод ответчика о пропуске истцом сроков исковой давности.
Согласно ст. 195 и п. 2 ст. 200 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса. По обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения.
Из материалов дела следует, что истец просит взыскать с ответчика задолженность по поставке товара по двум договорам поставки: № 156 от 17.11.2014 и № 131 от 01.01.2017, который поставлялся по товарным накладным и универсальным передаточным документам, датированным с 02.01.2017 по 30.09.2019.
Согласно п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее -Постановление № 43) по смыслу пункта 1 статьи 200 ГК РФ течение срока давности по
иску, вытекающему из нарушения одной стороной договора условия об оплате товара (работ, услуг) по частям, начинается в отношении каждой отдельной части. Срок давности по искам о просроченных повременных платежах (проценты за пользование заемными средствами, арендная плата и т.п.) исчисляется отдельно по каждому просроченному платежу.
В связи с этим для проверки заявления ответчика о пропуске истцом срока давности необходимо исследовать пропущены ли сроки давности по каждой товарной накладной или универсальному передаточному документу, применительно к сроку оплаты товара, переданного по этим документам.
Пунктом 8.1. Договора поставки № 156 от 17.11.2014, с учетом протокола разногласий, предусмотрено, что при исполнении Поставщиком обязанности по передаче документов, относящихся к поставке товаров, Покупатель производит оплату поставленного в течение 29 (двадцати девяти) календарных дней со дня получения товара. Датой оплаты товаров является день передачи денежных средств от Покупателя в кассу Поставщика или списания денежных средств с расчетного счета Покупателя.
Дополнительным соглашением от 17.11.2014 стороны договора поставки № 156 от 17.11.2014 согласовали пункт 8.1 договора в следующей редакции: «Оплата Покупателем товара ОАО «Вимм-Билль-Данн» производится при исполнении Поставщиком обязанности по передаче документов, относящихся к поставке в течении 3 (трех) календарных дней после отгрузки товара ОАО «Вимм-Билль-Данн» путем перечисления денежных средств на расчетный счет, либо внесением наличных денежных средств в кассу Поставщика».
Пунктом 8.2. Договора поставки № 131 от 01.01.2017, с учетом протокола разногласий, предусмотрено, что расчеты за каждую поставленную партию производятся Покупателем с отсрочкой платежа, которая составляет:
1) при продаже продовольственных товаров, на которые срок годности установлен менее чем 10 дней, - 10 календарных дней (согласно ФЗ «Об основах гос.регулирования торговой деятельности в РФ, срок отсрочки не может превышать 8 рабочих дней);
2) при продаже продовольственного товара, на которые срок годности установлен от десяти до тридцать дней включительно, - 25 (двадцать пять) календарных дней (согласно ФЗ «Об основах гос.регулирования торговой деятельности в РФ, срок отсрочки не может превышать 25 календарных дней);
3) при продажи продовольственных товаров, на которые срок годности установлен свыше тридцати дней, а также алкогольной продукции, произведенной на территории Российской Федерации, - 29 календарных дней (согласно ФЗ «Об основах гос.регулирования торговой деятельности в РФ, срок отсрочки не может превышать 40 календарных дней);
4) при продаже иных товаров, в том числе табачных изделий, алкогольной продукции, произведенной за пределами территории Российской Федерации - «__» календарных дней.
В соответствии с пунктом 15 Постановления № 43 если стороны прибегли к предусмотренному законом или договором досудебному порядку урегулирования спора (например, претензионному порядку, медиации), то течение срока исковой давности приостанавливается на срок, установленный законом или договором для проведения соответствующей процедуры, а при отсутствии такого срока - на шесть месяцев со дня ее начала (пункт 3 статьи 202 ГК РФ).
Согласно пункту 9.13 Договора поставки № 156 от 17.11.2014, а также пункту 9.15 Договора поставки № 131 от 01.01.2017 все споры и разногласия, которые могут возникнуть из настоящего договора или в связи с ним, разрешаются путем переговоров. Срок проведения переговоров устанавливается в 15 календарных дней.
В связи с этим срок исковой давности увеличивается на 15 календарных дней.
В материалах дела имеется претензия первоначального истца, направленная
ответчику 24.12.2019, которая получена ответчиком 26.12.2019.
Согласно данным картотеки арбитражных дел «Мой арбитр» датой обращения истца в арбитражный суд Ульяновской области с исковым заявлением считается 13.04.2020.
Таким образом. Истцом пропущен срок исковой давности в отношении требований о взыскании задолженности по договору поставки № 131 от 01.01.2017 и договору поставки № 156 от 17.11.2014 за период с 01.01.2017 по 29.03.2017 (13.04.2017 минус 15 календарных дней).
В связи с этим необходимо определить сумму задолженности ответчика по сроку оплаты поставленного товара 29.03.2017.
Согласно расчету, произведенному судом, истцом пропущен срок исковой давности по требованиям о взыскании задолженности в сумме 41 257 839,1 7 руб. по сроку оплаты 29.03.2017.
Данная сумма соотносится с пояснениями истца, в том числе от 20.01.2021 (т.9 л.д.119), в которых истец указывает, что за январь-март 2017 года задолженность ответчика с учетом частичной оплаты, возвратов, премий и актов взаимозачета составила 42 724 384,40 руб.
Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (п. 2 ст. 199 ГК РФ).
Довод Истца о том, что заявление ответчика о применении срока исковой давности подлежит отклонению, так как сторонами 30.11.2019 подписан акт сверки расчетов, судом первой инстанции обоснованно отклонен в связи со следующим.
Действительно, в материалах дела имеется Акт сверки взаимных расчетов за период 01.10.2019 - 30.11.2019 между ООО «Зеон» и АО «Гулливер» (т. 13 л.д. 10).
Данный Акт составлен ООО «Зеон», в котором указано, что задолженность в пользу ООО «Зеон» составила 12 825 384,63руб.
В данном Акте имеется отметка представителя АО «Гулливер», что сальдо конечное составляет 4 851 322,24 руб., а также содержится замечание: «Расхождения на 30.11.19 составляют 7 974 062,39 руб., вопрос с корр.с/ф не решен».
В силу абзаца первого ст. 203 ГК РФ течение срока исковой давности прерывается совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга.
В соответствии с п. 20 Постановления № 43 к действиям, свидетельствующим о признании долга в целях перерыва течения срока исковой давности, в частности, могут относиться: признание претензии: изменение договора уполномоченным лицом, из которого следует, что должник признает наличие долга, равно как и просьба должника о таком изменении договора (например, об отсрочке или о рассрочке платежа); акт сверки взаимных расчетов, подписанный уполномоченным лицом.
Признание части долга, в том числе путем уплаты его части, не свидетельствует о признании долга в целом, если иное не оговорено должником.
В тех случаях, когда обязательство предусматривало исполнение по частям или в виде периодических платежей и должник совершил действия, свидетельствующие о признании лишь части долга (периодического платежа), такие действия не могут являться основанием для перерыва течения срока исковой давности по другим частям (платежам).
Таким образом, применительно к ситуации, рассматриваемой в настоящем деле, нельзя сделать вывод о том, что ответчик, подписанием Акта сверки от 30.11.2019, признал наличие долга, так как фраза «вопрос с корр.с/ф не решен» не позволяет сделать однозначный вывод о признании долга ответчиком.
Кроме того, представитель ответчика в ходе судебного разбирательства пояснял, что данный Акт не является признанием долга ответчиком, так как выверка расчетов производилась сторонами и после подписания Акта сверки от 30.11.2019, что
подтверждается в том числе и неоднократным уточнением истцом исковых требований.
Письменное признание обязанным лицом ответчика задолженности в порядке п. 2 ст. 206 ГК РФ в материалах дела отсутствует.
С учетом вышеизложенного, принимая во внимание установленные обстоятельства дела и вышеприведенные нормы закона, суд пришел к правильному выводу об отказе в удовлетворении исковых требований.
В апелляционной жалобе истец указывает, на ненадлежащую оценку судом представленных в дело доказательств, в том числе Акта сверки взаимных расчетов от 30.11.2019, которым ответчик подтверждает наличие задолженности перед истцом в размере 4 851 322,24 руб., судом неверно применены нормы о сроках исковой давности за период поставки с 01.01.2027 по 13.04.2017 по договорам поставки. В жалобе также указывает, что судом не учтены положения дополнительных соглашений у к договорам поставки, в соответствии с которыми « с момента подписания акта на выплату вознаграждения акта зачет взаимных требований, вознаграждение является выплаченным», при определении задолженности сумма по вознаграждениям судом «задвоена» Также указывает, что суд первой инстанции не учел произведенные сторонами в период действия договорных отношений сумм возвратов на сумму более 50 млн.руб.
Доводы апелляционной жалобы отклоняются апелляционным судом.
Вопреки утверждению подателя жалобы, судом первой инстанции при повторном рассмотрении настоящего дела установлено, что поставка товара осуществлялась в рамках двух договоров поставки № 156 от 17.11.2014 и № 131 от 01.01.2017.
Утверждения Истца в жалобе, что ответчик подтвердил наличие задолженности в сумме 4 851 322,24 руб. перед Истцом подписав акт сверки от 30.11.2019, не принимается апелляционным судом.
Ответчик на всем протяжении рассмотрения дела по существу возражал против иска в полном объеме, указывал, что акт сверки не согласован сторонами и не находится во взаимосвязи с иными доказательствами по делу.
Суд первой инстанции, дал надлежащую оценку представленным сторонами доказательствам, в том числе акту сверки (т. 13 л.д. 10), указав, что применительно к ситуации, рассматриваемой в настоящем деле, нельзя сделать вывод о том, что ответчик, подписанием Акта сверки от 30.11.2019, признал наличие долга, акт подписан с разногласиями со стороны ответчика, акт не является первичным учетным документом и не позволяет сделать однозначный вывод о признании долга ответчиком. Акт содержит только данные по оплате за период с 02.10.2019-20.11.2019, иная информация отсутствует.
Является несостоятельным и довод жалобы Истца о неверном применении судом норм о сроках исковой давности.
Истец указывает, что течение срока исковой давности приостанавливается с даты направления претензии до момента получения отказа.
Между тем, Истцом не учтено, что условиями Договоров поставки № 156 от 17.11.2014 и № 131 от 01.01.2017 установлен срок проведения переговоров в 15 календарных дней.
Согласно правовой позиции, изложенной в пункт 35 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2019) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 24 апреля 2019 года), п. 14 «Обзор практики применения арбитражными судами положений процессуального законодательства об обязательном досудебном порядке урегулирования спора» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 22.07.2020), течение срока исковой давности приостанавливается на срок фактического соблюдения претензионного порядка (с момента направления претензии до момента получения отказа в ее удовлетворении); непоступление ответа на претензию в течение 30 дней (ч. 5 ст. 4 АПК РФ) либо срока, установленного договором, приравнивается к отказу в
удовлетворении претензии, поступившему на 30 день либо в последний день срока, установленного договором.
Таким образом, если ответ на претензию не поступил в течение 30 дней или срока, установленного договором, или поступил за их пределами, течение срока исковой давности приостанавливается на 30 дней либо на срок, установленный договором для ответа на претензию.
В связи с этим, как верно указал суд первой инстанции, срок исковой давности увеличивается на 15 календарных дней.
Истец в жалобе указывает, что судом первой инстанции при определении задолженности сумма по вознаграждениям «задвоена».
Данные доводы отклоняются судом апелляционной инстанции.
Согласно п. 9.14. Договора поставки № 131 от 01.01.2017 Покупатель по согласованию с Поставщиком имеет право удерживать причитающиеся ему суммы (вознаграждения, премии) из суммы, подлежащей уплате за поставленный товар. Размер задолженности в данном случае подлежит уменьшению на сумму удержанных денежных средств.
Таким образом, АО «ГУЛЛИВЕР» и ООО «Зеон» согласовали прекращение встречных обязательств путем заключения двухстороннего соглашения о зачете встречных обязательств.
В материалы дела представлены Акты расчета вознаграждения и Акты зачета взаимных требований на общую сумма 52 734 265,84 руб. факт заключения которых, сторонами не оспаривался.
Как следует из содержания указанных Актов зачета взаимных требований, стороны договорились зачесть указанную сумму задолженности в счет уменьшения долга АО «ГУЛЛИВЕР» перед ООО «Зеон».
В судебном заседании 15.07.2025 г. Истцом были уточнены исковые требования и приведен расчет задолженности, из которого следует, что:
- всего поставлено товара на сумму 1 579 522 604,59 руб.;
- оплачена на сумму 1 567 322 379,91 руб.;
- сумма неподтвержденных дефектных накладных 647 248,82 руб.;
- итого задолженность АО «ГУЛЛИВЕР» 11 552 975,86 руб.
Истец указал, что в адрес АО «ГУЛЛИВЕР» было поставлено товара на общую сумму 1 579 522 604,59 руб. в подтверждении чего приобщил реестр товарных накладных на указанную сумму.
Между тем, в своих расчетах Истец учитывает только оплату, поступившую от ответчика путем перечисления на расчетный счет истца на основании платежных поручений и не учитывает вознаграждение в сумме 52 734 265,84 руб. (акты зачета взаимных требований ), уменьшающее задолженность Ответчика перед Истцом.
Утверждения Истца о самостоятельном исключении данной суммы вознаграждения из расчетов суммы поставки, судом первой инстанции правомерно признаны несостоятельными, поскольку не подтверждены представленными в материалы дела письменными доказательствами.
Кроме того, в письменных пояснениях от 16.06.2025 г. Истец утверждает, что «сумма вознаграждений не связана с суммой поставки, вознаграждение это дополнительный «бонус» который только предполагался для Ответчика, но не исполнялся после подписания актов зачета. Таким образом, сумма вознаграждения не может «участвовать» в расчете суммы задолженности Ответчика».
На основании статей 8 и 9 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе принципов равноправия сторон и состязательности.
В силу норм статей 9, 41, 65 АПК РФ участвующие в деле лица самостоятельно осуществляют свои процессуальные права и несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий, обязаны своевременно
представлять доказательства в подтверждение своих доводов.
Таким образом, при рассмотрении спора судом первой инстанции верно установлено, что Истец не доказал наличие у ответчика перед истцом задолженности в спорной сумме.
Суд первой инстанции проверил и оценил все доводы, как истца, так и ответчика, отразил их в судебном акте и обоснованные выводы относительно недоказанности наличия у Ответчика задолженности перед Истцом по оплате поставленного товара по договорам поставки.
Отсутствие в мотивировочной части судебного акта выводов, касающихся оценки каждого представленного в материалы дела доказательства или заявленного довода не свидетельствует о том, что они не оценивались судом (Определение Верховного суда РФ от 09.02.2021 № 306-ЭС20-1899).
В жалобе истец также указывает, что суд первой инстанции не учел произведенные сторонами в период действия договорных отношений сумм возвратов на сумму более 50 млн. руб. В пояснениях от 19.11.2025 истец указывает, что основанием для обращения в суд за восстановлением нарушенных прав послужило подписание Акта сверки от 30.11.2019 с разногласиями со стороны ответчика на сумму 7 974 062,39 руб. по возвратам.
Данные доводы не принимаются судом.
Истец, указывая на наличие «возвратов» не учитывает, что возврат части товара покупателем поставщику уменьшает сумму долга покупателя на стоимость возвращенных товаров.
Оценка судом Акта сверки от 30.11.2019 изложена выше.
Апелляционный суд отмечает, что истец неоднократно уточнял свои требования.
Окончательно формулируя свои требования, истец в уточнениях от 15.07.2025 привел расчет задолженности ответчика, определяя ее как разницу стоимости поставленного товара (1 579 522 604,59 руб. ) и размера оплаты ответчика на основании платежных поручений (1 567 322 379,91 руб.) суммированной с суммой неподтвержденных дефектных накладных (647 248,82 руб.). Итого задолженность АО «ГУЛЛИВЕР» 11 552 975,86 руб. = 1 579 522 604.59 руб. – (1 567 322 379,91 руб. + 647 248,82 руб.).
В силу изложенного, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы, доводы которой проверены, но учтены быть не могут, так как не влияют на законность обжалуемого судебного акта.
Нарушений процессуального закона, влекущих безусловную отмену обжалуемого судебного акта, не установлено.
Оснований для отмены решения суда не имеется.
Поскольку при обращении в суд апелляционной инстанции ООО «Книжный двор» была предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины, учитывая отказ в удовлетворении жалобы, с ООО «Книжный двор» в доход федерального бюджета следует взыскать государственную пошлину в размере 30 000 руб.
Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».
По ходатайству указанных лиц копии постановления на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.
Руководствуясь ст. ст. 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд
ПОСТАНОВИЛ:
Решение Арбитражного суда Ульяновской области от 13 августа 2025 года по делу
№ А72-4325/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.
Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Книжный двор» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 30 000 руб.
Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа.
Председательствующий Е.Г. Попова
Судьи И.С. Драгоценнова
Н.В. Сергеева