СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Томск Дело № А45-1269/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 14 мая 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 14 мая 2025 года.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Логачева К.Д.,

судей Иванова О.А.,

Чащиловой Т.С.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Ивановой Л.С., рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 (№ 07АП-2113/2025) на определение от 14.03.2025 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-1269/2023 (судья Белкина Т.Ю.) принятое по заявлению финансового управляющего ФИО2 о признании сделки недействительной, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника – ФИО3 (ранее - ФИО4) Марины Николаевны (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения: с. Кама Куйбышевского р-на Новосибирской обл., СНИЛС <***>, ИНН <***>, адрес регистрации: 632383, <...>).

В судебном заседании принял участие ФИО1, лично.

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника – ФИО3 (ранее - ФИО4) Марины Николаевны финансовый управляющий обратилась в Арбитражный суд Новосибирской области с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о признании ряда сделок недействительными: -27.12.2022 договор купли-продажи квартиры: Новосибирская область, г. Куйбышев, кв-л. 3-й, д. 7, кв. 6, кадастровый номер 54:34:011712:69; -27.12.2022 акт зачета взаимных требований. Также просила применить последствия недействительности сделки, в виде взыскания с ФИО1 денежных средств в размере 3 000 000 руб. в пользу ФИО5.

Определением от 14.03.2025 Арбитражного суда Новосибирской области признаны недействительными сделками - договор купли-продажи квартиры от 27.12.2022 : Новосибирская область, г. Куйбышев, кв-л. 3-й, д. 7, кв. 6, кадастровый номер 54:34:011712:69 и акт зачета взаимных требований от 27.12.2022, подписанные между ФИО5 и ФИО1. Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 в конкурсную массу ФИО5 стоимости квартиры в размере 2 350 000 руб. В остальной части применения последствий недействительности сделки отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО1 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение отменить, принять по делу новый судебный акт.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что ФИО5 обманула не только кредиторов, но единственного сына - ФИО6 Кроме того денежные средства ФИО5 занимала не только у ФИО6, но и у соседей, родственников и знакомых. Денежные средства у ФИО6 имелись в наличной форме, т.к. ни один год копили с супругой для приобретения нового, семейного автомобиля. Был доход от сдачи недвижимости в аренду. Залог (ипотека) спорной квартиры перед АО «Совкомбанк» был погашен, соответственно денежные средства от продажи спорного объекта недвижимости не подлежат включению в конкурсную массу.

Отзывы на апелляционную жалобу, в порядке статьи 262 АПК РФ, не поступили.

Апеллянт в судебном заседании доводы апелляционной жалобы поддержал по изложенным в ней основаниям.

Иные лица, участвующие в деле и в процессе о банкротстве, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи с чем, суд апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ рассмотрел апелляционную жалобу в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, заслушав пояснения участника процесса, проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции в порядке статьи 268 АПК РФ, арбитражный суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены судебного акта исходя из следующего.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из наличия совокупности условий для признания спорных сделок недействительными на основании пунктов 1, 2 статьи 170, 168, 10 ГК РФ.

Арбитражный апелляционный суд поддерживает выводы арбитражного суда первой инстанции, в связи с чем, отклоняет доводы апелляционной жалобы, при этом исходит из установленных фактических обстоятельств дела и следующих норм права.

В силу части 1 статьи 223 АПК РФ, пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам АПК РФ с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Во избежание нарушения имущественных прав кредиторов, вызванных противоправными действиями должника-банкрота по искусственному уменьшению своей имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых на себя долговых обязательств, законодательством предусмотрен правовой механизм оспаривания сделок, совершённых в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (далее также сделки, причиняющие вред).

В соответствии со статьей 61.1 Закон о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статьям 10, 168, 170 ГК РФ (пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», (далее – Постановление № 63), пункт 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»).

Как разъяснено в абзацах втором и третьем пункта 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25), следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Данная норма применяется в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать исполнения, при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении.

Для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон.

Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Согласно позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в абзаце втором пункта 86 Постановления № 25, следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Для установления воли сторон в соответствии с положениями статей 160, 421, 431, 434 ГК РФ оценке подлежит вся совокупность их отношений, в том числе содержание заключенных сторонами соглашений, составленных сторонами в целях их заключения и исполнения документов, предшествующее и последующее поведение участников сделки. При наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно.

В делах о несостоятельности установлен повышенный по сравнению с общеисковым процессом стандарт доказывания, действующий, в том числе при оспаривании сделок должника, поэтому факт передачи денег по договору займа не может подтверждаться исключительно письменным подтверждением со стороны должника в получении денежных средств.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», при оценке достоверности факта заемных правоотношений, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства или участия в распределении имущества должника или вывода активов в пользу «дружественного» кредитора.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

В материалы дела представлен договор купли-продажи квартиры от 27.12.2022 по адресу: Новосибирская область, г. Куйбышев, кв-л. 3-й, д. 7, кв. 6, кадастровый номер 54:34:011712:69 и акт зачета взаимных требований от 27.12.2022, подписанные между ФИО5 (мать) и ФИО1 (сын), по условиям которого указанную квартиру покупатель ФИО1 приобретает за 3 000 000 руб. Оплата за квартиру в размере 3 000 000 руб. передана при подписании договора.

На отчуждаемой жилплощади на регистрационном учете состоит ФИО5 (мать), которая обязуется выписаться до 01.02.2023.

Продавец гарантирует, что до заключения настоящего договора вышеуказанная квартира никому не передана, не подарена, не заложена, в споре, под арестом или запрещением не состоит, рентой, арендой, наймом или каким-либо иными обязательствами не обременена, а также лиц сохраняющих в соответствии с законом право пользования этой квартирой и иных обременений, после ее приобретения Покупателем не имеется.

Договор купли-продажи имеет силу акта-приема передачи денежных средств в размере 3 000 000 руб.

Из материалов дела следует, что ФИО5 обратилась с заявлением о собственном банкротстве 23.01.2023, определением арбитражного суда от 02.03.2023 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО5

В оспариваемом договоре купли-продажи цена квартиры установлена сторонами в размере 3 000 000 руб.

Должником представлены расписки сына, ответчика по спору, в получении от него указанных сумм 12.09.2022 на сумму 800 000 руб.; 03.07.2022 на сумму 500 000 руб.; 02.06.2022 на сумму 900 000 руб.; 20.02.2022 на сумму 700 000 руб.; 04.05.2022 на сумму 900 000 руб. и акт зачета взаимных требований 27.12.2022 на сумму 3 000 000 руб..

Суд первой инстанции обоснованно установил, что представленными ответчиком документами не подтверждены доходы в моменте оформления расписок и акта зачета взаимных требований в заявленной сумме 3 000 000 руб., как и не подтверждены траты должника на указанную сумму.

Так, в подтверждение своей платежеспособности ФИО1 представил справку об открытых / закрытых счетах, выписку по счету ПАО "Сбербанк" за период 2021 и 2022 годы, договор аренды, где ответчик является арендодателем и получает ежемесячные платежи по договору аренды в размере 275 000 руб., справки из банков (Совкомбанк и Сбербанк о погашении задолженности по кредитам матери). Должником не представлены доказательства траты столь значительной суммы.

Суд первой инстанции правомерно отнесся критически к представленным документам, в подтверждение возможности выдачи займов в указанных расписках, поскольку из представленной выписки банка следует, что у ответчика отсутствует денежная сумма в размере указанной в расписках к дате выдачи займа и получения расписки, в материалах дела отсутствует документ о выкупе квартиры у Совкомбанка как залогового кредитора, из справки банка усматривается, что кредит погашен, о залоге квартиры сведения отсутствуют.

Поступление денежных средств от аренды недвижимости указаны только в договоре, ни по расчетному счету ответчика денежные средства не проходили, ни иными первичными документами ежемесячные поступления не подтверждены, декларации и документы о доходах не представлены.

Дополнительно представленные в апелляционный суд документы правильных выводов суда первой инстанции о недоказанности финансовой возможности выдать указанные займы, не опровергнуты.

Суд первой инстанции обоснованно указал на то, что в случае наличия денежных средств у должника в размере 3 000 000 рублей, у последней не было бы оснований для обращения за получением многочисленных займов и кредитов.

Кроме того, как верно указал суд первой инстанции, имеются несоответствия в договоре купли-продажи квартиры о моменте передачи и получении денежных средств в размере 3 000 000 руб., договор является актом приема-передачи денежных средств, то денежные средства переданы должнику 27.12.2022, то тогда должник должна была рассчитаться с вышеуказанными кредиторами, если же денежные средства были переданы в момент оформления расписок 12.09.2022 на сумму 800 000 руб.; 03.07.2022 на сумму 500 000 руб.; 02.06.2022 на сумму 900 000 руб.; 20.02.2022 на сумму 700 000 руб.; 04.05.2022 на сумму 900 000 руб., то для каких целей были оформлены займы и микрокредиты.

К представленному в апелляционный суд дополнительному соглашению от 22.10.2024 апелляционный суд относится критически, поскольку указанное соглашение оформлено уже после возбуждения производства по настоящему обособленному спору, является защитной реакцией на доводы заявителя и не опровергает выводы суда в указанной части.

Суд первой инстанции сделал правомерный вывод о том, что в силу требований пункта 1 статьи 170 ГК РФ оспариваемые сделки совершены лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, в связи с чем, является ничтожной.

При этом, ответчиком не доказан также факт оплаты предмета спорной сделки в обусловленной сумме за счет собственных средств, следовательно, спорная сделка носила безвозмездный характер.

Подобные сделки недоступны обычным независимым участникам рынка.

Указанное нетипичное и не вызванное экономической обоснованностью или же рыночной необходимостью поведение сторон сделок оценивается судебной коллегией как недобросовестное, единственной целью которого являлось намерение должника защитить свое имущество от перспективы наложения на него взыскания по требованиям независимых кредиторов.

Кроме того, пунктом 2 статьи 170 ГК РФ предусмотрено, что притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В абзаце первом пункта 87 Постановления №25 указано, что согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

Из содержания приведенных норм следует, что притворная сделка фактически включает в себя две сделки: притворную сделку, совершаемую для вида (прикрывающая сделка) и сделку, в действительности совершаемую сторонами (прикрываемая сделка). Поскольку притворная (прикрывающая) сделка совершается лишь для вида, одним из внешних показателей ее притворности служит не совершение сторонами тех действий, которые предусматриваются данной сделкой. Напротив, если стороны выполнили вытекающие из сделки права и обязанности, то такая сделка притворной не является.

Как отмечено в пункте 1 Постановления № 25, при оценке действий сторон на предмет добросовестности, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота. Любой разумный участник гражданского оборота не будет передавать безвозмездно свое имущество обычному участнику оборота, поскольку подобное поведение противоречит деловой цели и экономическому смыслу сделки. Возникновение соответствующих обязательств возможно только при наличии доверительных отношений между сторонами спорной сделки либо доказывает притворную цель сделки.

Действующее законодательство исходит из того, что прикрываемая сделка может быть признана недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами. В отношении прикрываемой сделки подлежат применению статьи 10, 168 ГК РФ.

Как разъяснено в пункте 1 Постановления № 25, согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Пунктом 4 статьи 1 ГК РФ обусловлено, что никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Если совершение сделки нарушает установленный статьей 10 ГК РФ запрет, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана недействительной на основании статей 10 и 168 ГК РФ (пункт 7 Постановления Пленума ВАС РФ № 25).

Пунктом 10 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации" отмечено, что если при заключении договора было допущено злоупотребление правом, то такой договор является недействительным (ничтожным) как противоречащий закону (статьи 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" указано, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы.

Исходя из содержания приведенных норм и разъяснений вышестоящих судов, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам. Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права. Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага в том числе уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов.

В соответствии абзацем 32 статьи 2 Закона о банкротстве под вредом имущественными правам кредиторов понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника, а также иные последствия совершенных должником сделок, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

После заключения оспариваемого договора стоимость и размер имущества, на которое кредиторы должника могли бы обратить взыскание, существенно уменьшились. Из владения должника в пользу заинтересованного лица выбыло имущество, которое могло быть включено в конкурсную массу.

Исходя из системного толкования вышеуказанных норм права и разъяснений, злоупотребление гражданином своими гражданскими правами выражается в уменьшении должником стоимости или размера своего имущества, которые привели или могут привести к исключению возможности кредиторов получить удовлетворение за счет его стоимости (например, в случае отчуждения безвозмездно либо по заведомо заниженной цене третьим лицам).

Суд первой инстанции обоснованно установил, что спорная (прикрываемая) сделка повлекла недостаточность имущества должника, так как произошел вывод актива, за счет которого возможно было погасить требования кредиторов должника.

Ответчик ФИО1, являясь заинтересованным лицом по отношению к должнику, был осведомлена о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов спорной сделкой.

Также судом установлено, что объект недвижимости после совершения спорной сделки из владения и пользования должника фактически не выходил, запись о регистрации сохранилась до момента отчуждения спорной квартиры добросовестному приобретателю ФИО7, что подтверждается выпиской из ЕГРНП, а также договором купли-продажи от 10.05.2023, заключенного между ФИО1 и ФИО7, сумма сделки составила 2 350 000 руб.

В силу пункта 2 статьи 168 ГК РФ, если из закона не следует иное, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна.

Суд первой инстанции правомерно отклонил доводы должника о том, что отчужденная квартира является единственным его жильем, поскольку должник, произведя отчуждение единственного пригодного для проживания помещения, фактически добровольно отказалась от предоставленной процессуальным законодательством привилегии исполнительского иммунитета в отношении этого имущества, а потому отсутствуют основания полагать, что в деле о банкротстве подобная сделка по отчуждению не может быть оспорена при наличии к тому оснований.

Последствия недействительности сделки применены судом первой инстанции правильно в соответствии с положениями пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса, пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве

Арбитражный апелляционный суд полагает, что доводы апелляционной жалобы не содержат достаточных фактов, которые имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения суда.

Доводы апелляционной жалобы фактически направлены на переоценку установленных судом первой инстанции фактических обстоятельств, выражают несогласие с выводами суда, не опровергают их.

Несогласие подателя жалобы с выводами суда первой инстанции не является процессуальным основанием отмены судебного акта, принятого с соблюдением норм материального и процессуального права.

На основании вышеизложенного, по результатам рассмотрения апелляционной жалобы установлено, что суд первой инстанции полно и всесторонне исследовал материалы дела и дал им правильную оценку и не допустил нарушения норм материального и процессуального права.

Оснований, предусмотренных статьей 270 АПК РФ, для отмены определения у суда апелляционной инстанции не имеется. Апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 258, 268, 271, Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 14.03.2025 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-1269/2023 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

Председательствующий К.Д. Логачев

Судьи О.А. Иванов

Т.С. Чащилова