Постановление по делу № 17АП-12363/2024 от 31.03.2025

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, <...>

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 17АП-12363/2024 (1)-АК

г. Пермь

31 марта 2025 года Дело № А50-33024/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 19 марта 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 31 марта 2025 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Чухманцева М.А.,

судей Иксановой Э.С. Чепурченко О.Н.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Саранцевой Т.С.,

при участии:

ответчика ФИО1 (лично), паспорт; от ФИО1: ФИО2, паспорт, доверенность от 02.12.2022;

от кредитора ПАО «Т Плюс»: ФИО3, паспорт, доверенность от 3.08.2022;

иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу лица, в отношении которого совершена оспариваемая сделка, ФИО1

на определение Арбитражного суда Пермского края

от 16 октября 2024 года,

об удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании недействительными (ничтожными) договоров займа №1/21 от 18.08.2021, №1 от 11.04.2022, заключенных между ФИО5 и ООО «Управляющая компания «Универсалкомсервис» и применении последствия недействительности сделки

вынесенное в рамках дела № А50-33024/2022 о признании ООО «Управляющая компания «Универсалкомсервис» (ОГРН <***>, ИНН <***>) несостоятельным (банкротом),

установил:

Определением Арбитражного суда Пермского края от 29.12.2022 принято к производству заявление ПАО «Т Плюс» о признании ООО «УК «Универсалкомсервис» (далее – должник) несостоятельным (банкротом), производство по делу возбуждено.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 24.07.2023 (резолютивная часть от 17.07.2023) в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим ФИО6, член Ассоциации «Региональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих».

Решением Арбитражного суда Пермского края от 25.10.2023 ООО «УК «Универсалкомсервис» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО6

23.05.2024 в суд поступило заявление конкурсного управляющего ФИО6 о признании недействительными договоров займа №1/21 от 18.08.2021, №1 от 11.04.2022, заключенных между должником и ответчиком ФИО5, применении последствия недействительности сделки в виде взыскания с ответчика в пользу должника 420 000 руб. (с учетом уточнения, принятого судом в порядке статьи 49 АПК РФ).

Представителем ответчика в судебном заседании заявлено ходатайство о назначении экспертизы по делу для установления даты, когда должник стал отвечать признакам несостоятельности (банкротстве), признакам недостаточности имущества; установить причины и условия, повлекшие неспособность должника удовлетворить в полном объеме требования кредиторов по денежным обязательствам, исполнить обязанность по оплате обязательных платежей.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 16.10.2024 (резолютивная часть от 02.10.2024) заявление удовлетворено. Договоры займа №1/21 от 18.08.2021, №1 от 11.04.2022, заключенные между ФИО5 и ООО «Управляющая компания «Универсалкомсервис» признаны недействительными (ничтожными). Применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ответчика в пользу должника денежных средств в размере 420 000 руб.

Не согласившись с вынесенным определением, ответчик обратился с апелляционной жалобой, в которой просит указанный судебный акт отменить, в удовлетворении заявленных требований отказать.

В апелляционной жалобе оспаривает выводы суда о совершении оспариваемых платежей после образования задолженности перед кредитором ПАО «Т Плюс» и что ответчик осознавал, что должник испытывает финансовые трудности, нехватку денежного ресурса для исполнения своих обязательств, а также что совершение платежей являлось дофинансированием деятельности должника для поддержания его хозяйственной деятельности, то есть скрывало текущее финансовое состояние должника. Данные выводы суда сделаны без учета особенности вида деятельности должника (управление многоквартирными домами), где единственным источником поступления денежных средств является оплата собственниками коммунальных услуг. Отмечает, что суд необоснованно счел доказанным факт наличия имущественного кризиса у Должника. Заявителем не учтено, что в анализе финансово-хозяйственной деятельности, проведенном временным управляющим, отмечено, что размер дебиторской задолженности по состоянию на 31.12.2022 превышает размер кредиторской задолженности Должника. По мнению Ответчика, обстоятельства, которые были установлены судом, являются кратковременными затруднениями и не могут быть квалифицированы как имущественный кризис. Достоверно определить это обстоятельство могла бы финансово-экономическая экспертиза, ходатайство о назначении которой судом первой инстанции было отклонено. Следует учесть, что изъятие денежных средств, как утверждает конкурсный управляющий, в счет погашения договоров займа производилось не одномоментно, а ежемесячно только в сумме необходимой для погашения кредитов, полученных Ответчиком в целях дальнейшего предоставления денежных средств должнику. Указывает, что заявитель в обоснование заявленных требований ссылается на общие нормы гражданского законодательства о признании сделок недействительными, в то время как в данном случае подлежат применению специальные нормы, а именно п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве. Указанные в обоснование недействительности спорных сделок признаки, классифицируемые заявителем как злоупотребление правом, причинение вреда имущественным интересам кредиторов, убытков должнику, заявитель обосновывает наличием у Должника признаков неплатежеспособности по состоянию на 31.12.2019, дефекты, выходящие за пределы специальных оснований оспариваемых сделок, не приведены.

От ответчика поступило ходатайство о назначении финансово-экономической экспертизы по делу по вопросу определения момента, причин и условий возникновения признаков неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества должника.

От ПАО «Т Плюс», конкурсного управляющего поступили отзывы, приобщены в материалы дела.

Ходатайство о назначении финансово-экономической экспертизы по делу вынесено к рассмотрению в следующее судебное заседание.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.01.2025 судебное заседание в порядке статьи 158 АПК РФ отложено на 25.02.2025.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.02.2025 в порядке статьи 18 АПК РФ произведена замена судьи Темерешевой С.В. на судью Шаркевич М.С., рассмотрение дела начато сначала.

От ПАО «Т Плюс», конкурсного управляющего поступили дополнения к отзывам на апелляционную жалобу, приобщены в материалы дела.

Конкурсным управляющим к отзыву приложены дополнительные документы: Анализ финансового состояния ООО «УК «Универсалкомсервис»; бухгалтерский баланс ООО «УК Универсалкомсервис» за 2018, 2019, 2022 года; решение Индустриального районного суда г. Перми от 29.03.2023 по делу № 2-1273/2023; решение Индустриального районного суда г. Перми от 21.07.2023 по делу № 2-1163/2023.

От ФИО1 поступило ходатайство о приобщении дополнительных документов.

Ходатайства о назначении финансово-экономической экспертизы по делу и о приобщении дополнительных документов вынесено к рассмотрению в следующее судебное заседание.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.02.2025 судебное заседание в порядке статьи 158 АПК РФ отложено на 19.03.2025.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.03.2025 в порядке статьи 18 АПК РФ произведена замена судей Плаховой Т.Ю., Шаркевич М.С. на судей Иксанову Э.С., Чепурченко О.Н., рассмотрение дела начато сначала.

В судебном заседании ответчик и ее представитель поддержали ходатайство о проведении экспертизы и о приобщении документов.

Ходатайства судом рассмотрены и разрешены с учетом мнения сторон в порядке статьи 159 АПК РФ, с учетом положений статьи 82 , части 2 статьи 268 АПК РФ, протокольным определением судом апелляционной инстанции отказано в удовлетворении указанных ходатайств в связи с отсутствием оснований, приняв во внимание, что аналогичное ходатайство о проведении экспертизы было заявлено в суде первой инстанции, которое рассмотрено, в удовлетворении ходатайства отказано, отмечено, что постановка перед экспертами правового вопроса недопустима.

В судебном заседании ответчик и ее представитель доводы апелляционной жалобы поддержали в полном объеме; представитель кредитора возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, своих представителей для участия в судебное заседание не направили, что в порядке части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, в ходе процедуры конкурсного производства конкурсным управляющим выявлено, что за период с 19.11.2021 по 13.09.2022 с расчетных счетов должника в пользу ФИО5 совершены перечисления денежных средств в общем размере 420 000,00 руб., с указанием в назначении платежей: Возврат займа.

Конкурсный управляющий полагает, что указанные перечисления совершены в условиях финансового неблагополучия должника, а предоставленные должнику ранее займы представляют собой сделки внутрикорпоративного характера, совершенные на нерыночных условиях (компенсационное финансирование) в целях перераспределения риска утраты финансирования на случай банкротства Должника между Ответчиком и независимыми кредиторами. Возврат приобретшего корпоративную природу капиталозамещающего финансирования не за счет чистой прибыли, а за счет текущей выручки должника рассматривается как злоупотребление правом со стороны единоличного исполнительного органа. Действия должника и ответчика являются недобросовестными, неразумными, свидетельствуют о недействительности совершенных сделок по основаниям, предусмотренным статьями 10, 168 Гражданского кодекса РФ.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции указал, что оспариваемые платежи осуществлены ответчиком в период после образования у должника задолженности перед кредиторами, чьи требования впоследствии не были погашены и включены в реестр должника; передача денежных средств, оформленная договорами займа, фактически скрывала от внешнего круга незаинтересованных по отношению к должнику лиц дофинансирование деятельности должника для поддержания его хозяйственной деятельности, то есть скрывала текущее финансовое состояние должника; при этом суд сослался на пункт 15 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №2 (2018), согласно которому возврат приобретшего корпоративную природу капиталозамещающего финансирования не за счет чистой прибыли, а за счет текущей выручки должника необходимо рассматривать как злоупотребление правом со стороны участника (акционера).

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, пояснений, отзывов к ней, с учетом дополнительных документов, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, выслушав участников процесса, проанализировав нормы материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую сторону для должника отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве недействительной является подозрительная сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Для признания сделки недействительной по приведенному основанию необходимо, чтобы оспаривающее ее лицо доказало совокупность следующих обстоятельств: сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки такой вред был причинен; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели в момент совершения сделки (пункт 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление №63).

При доказанности обстоятельств, составляющих основания презумпций, закрепленных в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, предполагается, что сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов. В свою очередь, в абзаце первом пункта 2 статьи 61.2 Закона названы обстоятельства, при доказанности которых предполагается, что контрагент должника знал о противоправной цели совершения сделки. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункты 6 и 7 Постановления №63).

В силу пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований.

В соответствии с пунктом 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, указанная в пункте 1 настоящей статьи и совершенная должником в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, может быть признана арбитражным судом недействительной, если в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 настоящей статьи, или если установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества. Предполагается, что заинтересованное лицо знало о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества, если не доказано обратное.

В соответствии с пунктом 9.1 Постановления № 63, при определении соотношения пункта 2 статьи 61.2 и статьи 61.3 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если сделка с предпочтением была совершена в течение шести месяцев до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в статье 61.3 Закона о банкротстве, а потому доказывание иных обстоятельств, определенных пунктом 2 статьи 61.2 (в частности, цели причинить вред), не требуется.

Если же сделка с предпочтением была совершена не ранее чем за три года, но не позднее чем за шесть месяцев до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при доказанности всех предусмотренных им обстоятельств (с учетом пунктов 5 - 7 настоящего постановления). При этом, применяя такой признак наличия цели причинить вред имущественным правам кредиторов, как безвозмездность оспариваемой сделки, необходимо учитывать, что для целей определения этого признака платеж во исполнение как денежного обязательства, так и обязательного платежа приравнивается к возмездной сделке (кроме платежа во исполнение обещания дарения).

Если исходя из доводов оспаривающего сделку лица и имеющихся в деле доказательств суд придет к выводу о наличии иного правового основания недействительности сделки, чем то, на которое ссылается истец (например, пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве вместо статьи 61.3, или наоборот), то на основании части 1 статьи 133 и части 1 статьи 168 АПК РФ суд должен самостоятельно определить характер спорного правоотношения, возникшего между сторонами, а также нормы права, подлежащие применению (дать правовую квалификацию), и признать сделку недействительной в соответствии с надлежащей нормой права.

В абзаце 4 пункта 4 постановления Пленума от 23.12.2010 N63 разъяснено, что наличие специальных оснований оспаривания сделок по правилам статьей 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как недействительную на основании статей 10 и 168 ГК РФ.

Для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным статьи 10 ГК РФ в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) необходимо установить, что такая сделка направлена на нарушение прав и законных интересов кредиторов и должника, при этом пороки сделки, совершенной со злоупотреблением правом, не охватываются составом недействительности сделки по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «УК «Универсалкомсервис» возбуждено определением суда от 29.12.2022, оспариваемые договоры от 18.08.2021, 11.04.2022 и платежи во исполнение указанных договоров за период с 19.11.2021 по 13.09.2022 совершены в течение трех лет до даты возбуждения дела о банкротстве должника (п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве); платежи за период с 18.07.2022 по 13.09.2022 совершены также в период подозрительности, установленный пунктом 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Поскольку указанные сделки оспариваются в рамках дела о банкротстве, то при установлении того, заключены ли они с целью причинения вреда другому лицу, следует установить, имелись ли у сторон сделки намерения причинить вред имущественным правам кредиторов, то есть была ли сделка направлена на уменьшение конкурсной массы.

Как установлено судом, в период с 19.10.2017 по 01.06.2023 должник осуществлял деятельность по управлению многоквартирными домами на основании лицензии №059-000502, выданной ИГЖН Пермского края, в управлении должника находился 41 многоквартирный дом.

Согласно сведениям ЕГРЮЛ, в период с 19.02.2016 по 02.06.2017, с 06.05.2022 по 27.06.2022, с 10.03.2023 по 17.10.2023 руководителем должника являлась ФИО5.

В период с 19.02.2016 по 22.05.2019, с 08.04.2022 по настоящее время учредителем должника является ФИО5.

Из совокупности документов, переданных бывшим руководителем должника (исходящая корреспонденция, распоряжения, платежные документы о перечислении заработной платы и т.п.), конкурсным управляющим установлено, что ФИО5 занимала должность технического директора должника с 01.01.2019 по май 2022 года, т.е. не утратила полномочия руководителя, несмотря на смену записи о директоре в ЕГРЮЛ.

Конкурсный управляющий, ссылаясь на наличие решений арбитражных судов о взыскании с должника задолженности по оплате коммунальных услуг в пользу ООО «Поток» в размере 221 090,83 рублей за период октябрь 2019 года – декабрь 2019 года; в пользу ООО «Юг-Сервис» в размере 316 998,60 руб. за период октябрь 2019 года – март 2020 года и последующий после 01.04.2020 стабильный рост задолженности должника перед иными кредиторами-ресурсоснабжающими организациями, приведшее к признанию должника банкротом, полагает, что спорные сделки (договоры займа) представляют собой сделки внутрикорпоративного характера, совершенные на нерыночных условиях (компенсационное финансирование) в целях перераспределения риска утраты финансирования на случай банкротства Должника между Ответчиком и независимыми кредиторами; возврат приобретшего корпоративную природу капиталозамещающего финансирования не за счет чистой прибыли, а за счет текущей выручки должника рассматривается как злоупотребление правом со стороны единоличного исполнительного органа.

Как указывалось выше, ФИО5 является аффилированным по отношению к должнику лицом.

Судом первой инстанции установлено, что оспариваемые платежи осуществлены ответчиком в период с 19.11.2021 по 13.09.2022 в счет погашения задолженности по договорам займа №1/21 от 18.08.2021, №1 от 11.04.2022, то есть в период после образования у должника задолженности перед кредитором, чьи требования впоследствии не были погашены и включены в реестр должника.

Конкурсный управляющий, со ссылкой на решение Арбитражного суда Пермского края от 28.01.2021 по делу № А50-7900/2020, которым с должника в пользу кредитора ООО «Поток» взыскана задолженность по оплате коммунальных услуг в размере 221 090,83 руб., и решение Арбитражного суда Пермского края от 23.11.2020 по делу № А50-23245/2020 о взыскании с должника в пользу кредитора ООО «Юг-Сервис» взыскана задолженность по оплате коммунальных услуг в размере 316 998,60 руб., стабильный и кратный рост задолженности после 01.04.2020 перед иными кредиторами-ресурсоснабжающими организациями, в том числе перед ПАО «Т Плюс», послужившей основанием для возбуждения настоящего дела о банкротстве, указывает на возникновение у должника признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества с октября 2019 года, на дату выдачи первого займа (18.08.2021) у должника уже имелась непогашенная кредиторская задолженность на сумму не менее 5 000 000 руб.

Проанализировав состав включенных в реестр требований кредиторов должника и основания возникновения перед ними задолженности, а также данные анализа финансового состояния должника, судом апелляционной инстанции установлено, что в рассматриваемом случае невозможно безусловно утверждать о неплатежеспособности должника в спорный период (19.11.2021-13.09.2022), поскольку размеры дебиторской и кредиторской задолженности в спорный период значительно не отличались друг от друга (соотносились между собой по размеру), в анализе финансово-хозяйственной деятельности, проведенном временным управляющим, отмечено, что размер дебиторской задолженности по состоянию на 31.12.2022 превышает размер кредиторской задолженности должника.

Разрыв между показателями кредиторской задолженности и активов должника (дебиторской задолженности) частично покрывался за счет предоставленных ответчиком займов.

Из приведенных конкурсным управляющим сведений усматривается следующее.

По договору займа от 18.08.2021 денежные средства поступили на расчетный счет должника №407028***518, открытый в ПАО «Сбербанк России», следующими операциями:

- 18.08.2021 на сумму 100 000 руб. (назначение: Прием ден. нал. через УС 60021351 18.08.2021 15:25:36 Вноситель ФИО7.(142542827) 14, займы Перечисление средств по догово);

- 18.08.2021 на сумму 100 000 руб. (назначение: Прием ден. нал. через УС 60021351 18.08.2021 15:28:16 Вноситель ФИО7.(142542827) 14, займы Перечисление средств по догово);

- 19.08.2021 на сумму 40 000 руб. (назначение: Прием ден. нал. через УС 60031364 19.08.2021 08:17:11 Вноситель ФИО7.(142542827) 14, займы Перечисление средств по догово).

Согласно этой же выписке по расчетному счету должника, денежные средства были потрачены на текущую деятельность должника, а именно:

- 180 000 руб. направлено 18.08.2021 в адрес ООО «Лифт-Сервис Гарант» с назначением платежа Оплата задолженности по договору техобслуживания, НДС не облагается;

- 10 000 руб. направлено 18.08.2021 в адрес ООО «Лифт-Сервис Гарант» с назначением платежа Оплата задолженности по договору техобслуживания, НДС не облагается;

- 50 000 руб. направлено 19.08.2021 в адрес ООО «Лифт-Сервис Гарант» с назначением платежа Оплата задолженности по договору техобслуживания, НДС не облагается.

По договору займа от 11.04.2022 денежные средства поступили на расчетный счет должника №407028***518, открытый в ПАО «Сбербанк России», следующими операциями:

- 14.04.2022 на сумму 500 000 руб. (назначение: заемные средства, НДС не облагается);

- 14.04.2022 на сумму 600 000 руб. (назначение: заемные средства, НДС не облагается).

Согласно этой же выписке по расчетному счету должника, денежные средства направлены на погашение задолженностей перед:

- ООО «Газпром межрегионгаз Пермь» (300 000 руб. - платеж от 15.04.2022);

- ООО «Газапром межрегионгаз Пермь» (400 000 руб.– платеж от 14.04.2022);

- ООО «Лифт-Сервис-ТО» (86 876,04 руб.– платеж от 14.04.2022);

- ОСП по ВШ № 2 УФССП России по Пермскому краю (21 421,36 руб.– платеж от 14.04.2022);

- ИП ФИО7 (50 000 руб.– платеж от 15.04.2022);

- ИП ФИО8 (45 000 руб.– платеж от 15.04.2022);

- ПАО «Пермэнергосбыт» (30 000 руб.– платеж от 15.04.2022);

- ИФНС (179 415 руб.– платеж от 15.04.2022);

- ИП ФИО9 (82 600 руб.– платеж от 15.04.2022).

Таким образом, заемные средства направлялись на погашение задолженностей по текущим обязательствам должника.

Суд первой инстанции признал указанные операции (договоры займа) как финансирование текущей деятельности должника, для оплаты его обязательств, то есть, передавая денежные средства должнику по договорам займа, ответчик осознавал, что должник испытывает финансовые трудности, нехватку денежного ресурса для исполнения своих обязательств в период формирования кредиторской задолженности (шли судебные споры), то есть находился в состоянии имущественного кризиса.

Вместе с тем, необходимо учитывать, что неисполнение обязательств ООО «УК «Универсалкомсервис» перед иными кредиторами стало возникать не в результате оплат работ и услуг по договорам контрагентам, а в результате наличия задолженности населения перед управляющей компанией за жилищно-коммунальные услуги; разного механизма начисления пени населению управляющими компаниями и управляющим компаниям ресурсоснабжающими компаниями (ст. 155 ЖК РФ предусматривает возможность начисления пени для населения, если просрочка в оплате составила более 30 дней, при этом пеня начисляется с 31 дня по ставке 1/300 ставки рефинансирования ЦБ РФ, а с 91 дня по ставке 1/130 ставки рефинансирования ЦБ РФ. Действующее законодательство (ст. 37 ФЗ «Об электроэнергетике», ст. 15 ФЗ «О теплоснабжении», ст. ст. 13 и ст. 14 «О водоснабжении и водоотведении») для управляющих компаний установило иное правило для начисления пени: с первого дня просрочки по ставки 1/300 ставки рефинансирования ЦБ РФ, а с 61 дня по 90 день по ставке 1/170 ставки рефинансирования ЦБ РФ, а с 91 дня по ставке 1/130.

С учетом осуществляемой должником деятельности, основным источником доходов являлись платежи собственников помещений в находящихся в управлении должника домах по статьям «содержание» и «текущий ремонт» жилья.

В силу специфики деятельности организации (управление эксплуатацией жилого фонда за вознаграждение или на договорной основе) наличие непогашенной кредиторской задолженности перед ресурсоснабжающими организациями одновременно с дебиторской задолженностью граждан, является обычной для функционирования управляющих организаций; в силу сложившихся обстоятельств и сроков оплаты за потребленные жилищно-коммунальные услуги граждане постоянно имеют просроченную задолженность перед управляющей компанией.

Так, имея значительную дебиторскую задолженность, управляющая компания постепенно за счет ее взыскания осуществляет погашение задолженности за предыдущие периоды. При этом в дебиторской задолженности присутствует и часть безнадежных долгов.

Вместе с тем, данные обстоятельства не означают отсутствие у должника признаков неплатежеспособности, а относятся к определению причин объективного банкротства должника и учитываются при установлении оснований для возникновения обязанности по обращению должника с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом).

При этом, само по себе наличие признаков неплатежеспособности и заинтересованности не являются безусловным основанием для признания сделки недействительной применительно к положениям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции, установив, что передача денежных средств, оформленная договорами займа, фактически скрывала от внешнего круга незаинтересованных по отношению к должнику лиц дофинансирование деятельности должника для поддержания его хозяйственной деятельности, то есть скрывала текущее финансовое состояние должника, с учетом положений пункта 15 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №2 (2018), пришел к выводу о том, что данные сделки (платежи) по своей сути опосредовали изъятие ранее вложенных ответчиком в деятельность должника денежных средств и привели к выводу из имущественной сферы должника ликвидных активов, которые иначе подлежали бы включению в конкурсную массу; результатом совершения сделок явилось причинение имущественного ущерба иным кредиторам должника ввиду утраты ими возможности удовлетворения их требований.

Суд апелляционной инстанции не усматривает корпоративной природы займов исходя из следующего.

Как следует из разъяснений пункта 15 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №2 (2018 г.), действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) с должником кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается. При этом сама по себе выдача займа участником должника не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату полученной суммы для целей банкротства.

Вместе с тем п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве предусмотрены определенные обстоятельства, при наличии которых должник обязан обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве в связи с невозможностью дальнейшего осуществления нормальной хозяйственной деятельности по экономическим причинам (абзацы второй, пятый, шестой и седьмой названного пункта).

При наступлении подобных обстоятельств добросовестный руководитель должника вправе предпринять меры, направленные на санацию должника, если он имеет правомерные ожидания преодоления кризисной ситуации в разумный срок, прилагает необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план (абзац второй п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 г. N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве").

Пока не доказано иное, предполагается, что мажоритарные участники (акционеры), голоса которых имели решающее значение при назначении руководителя, своевременно получают информацию о действительном положении дел в хозяйственном обществе. При наличии такой информации контролирующие участники (акционеры) де-факто принимают управленческие решения о судьбе должника - о даче согласия на реализацию выработанной руководителем стратегии выхода из кризиса и об оказании содействия в ее реализации либо об обращении в суд с заявлением о банкротстве должника.

Таким образом, непубличное дофинансирование и приобретение у финансирования должника капиталозамещающего характера (капиталозамещающее финансирование) имеет место быть в случае, когда такое финансирование предоставляется должнику при наличии условий и признаков, предусмотренных статьей 9 Закона о банкротстве.

Указанный правовой подход нашел свое продолжение и развитие в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020), из разъяснений пунктов 3.1, 6.3, 10 которого следует, что контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в частности с использованием конструкции договора займа, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве (обращение в суд с заявлением о признании общества банкротом на основании статьи 9 Закона о банкротстве), принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства.

Подобного рода финансирование признается компенсационным в случае, если предоставление происходит в ситуации имущественного кризиса, маскируя его вопреки требованиям п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве, то есть когда контролирующее должника лицо, отклоняясь от стандарта поведения, предусмотренного п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве, принимает решение о предоставлении компенсационного финансирования на свой риск, относя на себя в том числе риск утраты данного финансирования на случай объективного банкротства. По общему правилу в соответствии с п. 1 ст. 2 ГК РФ этот риск не может перекладываться на других кредиторов.

Как следует из бухгалтерских балансов должника: по состоянию на 2020 год дебиторская задолженность ООО «УК «Универсалкомсервис» составляла 6 378 000 руб., кредиторская – 4 003 000 руб.; на 2021 год дебиторская задолженность составляла 10 074 000 руб., иные активы – 2 825 000 руб., кредиторская – 16 677 000 руб. (при этом задолженность перед основным кредитором ПАО «Т Плюс» являлась спорной и была взыскана согласно постановлению Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.03.2022 по делу № А50-16713/2021); на 2022 год дебиторская задолженность составляла 18 718 000 руб., иные активы – 3 326 000 руб., кредиторская – 18 830 000 руб.; в анализе финансово-хозяйственной деятельности, проведенном временным управляющим, отмечено, что размер дебиторской задолженности по состоянию на 31.12.2022 превышает размер кредиторской задолженности должника; по состоянию на 2024 год дебиторская задолженность составляла 15 764 828 руб. (согласно проведенной конкурсным управляющим инвентаризации), в свою очередь в реестр требований кредиторов должника включены требования на общую сумму 14 638 524 руб.

Принимая во внимание указанные показатели апелляционный суд приходит к выводу, что в спорный период предоставления займов должнику и перечислений денежных средств ответчику активы должника были либо соразмерны пассивам, либо превышали кредиторскую задолженность, что указывает на отсутствие очевидных для руководителя и контролирующего должника лица оснований для обращения в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) по правилам статьи 9 Закона о банкротстве.

Следовательно, при предоставлении должнику займов в августе 2021 года и в апреле 2022 года в действиях ФИО5 апелляционным судом не усматривается отклонение от стандарта поведения, предусмотренного п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве. Обстоятельствами дела подтверждается, что предоставление займов должнику было необходимо для восполнения кассового разрыва, который обусловлен спецификой деятельности должника и низкой платежеспособностью собственников помещений МКД, в целях погашения как текущих, так и ранее возникших у должника обязательств.

Как пояснила в судебном заседании ответчик, погашение текущих обязательств являлось необходимой мерой в целях недопущения ситуации отказа обслуживающих организаций от оказания должнику услуг и ухудшения качества предоставляемых собственникам помещений МКД услуг (угроза приостановления обслуживания лифтов, уборка территории и др.)

Таким образом, предоставление должнику займов ответчиком не являлось компенсационным финансированием и не носило капиталозамещающего характера, происходило в условиях осуществления хозяйственной деятельности должника в связи с необходимостью покрытия кассового разрыва, все полученные денежные средства были израсходованы на погашение обязательств должника, что было указано выше.

В свою очередь, из предоставленной должнику суммы займов в размере 1 340 000 руб. (который исходя из объемов деятельности должника и ежегодного оборота денежных средств по счетам не являлся существенным, чтобы говорить о капиталозамещении и компенсационном финансировании), спорные платежи по возврату займов были осуществлены только на сумму 420 000 руб., возврат производился не одномоментно, а ежемесячно только в сумме необходимой для погашения кредитов, полученных ответчиком в ПАО «Сбербанк» и ПАО «Совкомбанк». Суммы, которые возвращались Ответчику ежемесячно, несопоставимы с суммой кредиторской задолженности, возникшей на основании судебных решений, и не могли существенно повлиять на финансовое положение Должника, а соответственно причинить вред кредиторам.

Указанное в совокупности позволяет апелляционному суду прийти к заключению, что выводы суда первой инстанции о корпоративной природе спорных займов не соответствуют обстоятельствам дела, что не позволяет признать их недействительными (ничтожными) применительно к положениям статей 1, 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В свою очередь, платежи на сумму 420 000 руб. не являлись сделками, направленными на вывод денежных средств должника в условиях имущественного кризиса и не имели противоправной цели, а осуществлялись в счет погашения договоров займа, которые по своей природе и характеру не выходили за рамки обычных гражданско-правовых хозяйственных сделок.

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником - банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63).

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ.

Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

В данном случае, с учетом изложенных выше обстоятельств дела, конкурсным управляющим не доказано наличие в оспариваемых сделках пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки.

Учитывая реальность правоотношений, недоказанность нарушения прав и законных интересов кредиторов в результате совершения оспариваемых сделок, оснований для вывода о наличии применительно к спорным платежам оснований для признания их недействительными, установленных статьей 61.2 Закона о банкротстве, апелляционным судом также не усматривается.

Вместе с тем, платежи, совершенные ООО «УК «Универсалкомсервис» в период с 18.07.2022 по 13.09.2022 (в течение шести месяцев до принятия заявления о признании должника несостоятельным (банкротом)) в пользу ФИО1 на сумму 210 000 руб. являются преференциальной сделкой, подлежащей признанию недействительной по пункту 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Как было установлено выше, на момент совершения оспариваемых сделок должник имел неисполненные обязательства перед иными кредиторами, что подтверждается судебными актами о взыскании задолженности, о включении в реестр требований кредиторов должника.

Из вышеизложенного следует, что в силу фактической аффилированности, ответчику было известно о наличии у должника неисполненных обязательств перед иными кредиторами по более ранним периодам образования, в том числе в период, установленный пунктом 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Таким образом, оспариваемые платежи привели к тому, что отдельному кредитору оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемых сделок, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с Законом о банкротстве.

В случае же несовершения оспариваемой сделки, требование ответчика к должнику, в соответствии со статьями 134 и 142 Закона о банкротстве подлежали бы включению в третью очередь реестра требований кредиторов должника и удовлетворению в соответствии с Законом о банкротстве.

Согласно части 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу части 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями ГК РФ об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Применяя последствия недействительности сделки, суд преследует цель приведения сторон данной сделки в первоначальное положение, которое существовало до ее совершения.

Согласно пункту 25 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 в случае признания на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве недействительными действий должника по уплате денег, передаче вещей или иному исполнению обязательства, а также иной сделки должника, направленной на прекращение обязательства (путем зачета встречного однородного требования, предоставления отступного или иным способом), обязательство должника перед соответствующим кредитором считается восстановленным с момента совершения недействительной сделки, а право требования кредитора по этому обязательству к должнику (далее - восстановленное требование) считается существовавшим независимо от совершения этой сделки (абзац первый пункта 4 статьи 61.6 Закона о банкротстве).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 26 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 (ред. от 30.07.2013) «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», в случае, когда упомянутая в предыдущем пункте сделка была признана недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 или пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, восстановленное требование подлежит включению в реестр требований кредиторов, но удовлетворяется за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов третьей очереди, включенных в реестр, то есть в очередности, предусмотренной пунктом 4 статьи 142 Закона о банкротстве (пункт 2 статьи 61.6); такое требование может быть предъявлено к должнику в порядке, предусмотренном статьей 100 Закона о банкротстве, в любое время в ходе внешнего управления или конкурсного производства. Указанное требование не предоставляет права голоса на собрании кредиторов.

Из разъяснений, изложенных в пункте 27 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 (ред. от 30.07.2013) «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» следует, в случае, когда упомянутая в пункте 25 настоящего постановления сделка была признана недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 или пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве, восстановленное требование подлежит включению в реестр требований кредиторов и удовлетворению в составе требований третьей очереди (пункт 3 статьи 61.6 Закона о банкротстве); такое требование может быть предъявлено должнику в порядке, предусмотренном статьей 100 Закона о банкротстве, в ходе внешнего управления или конкурсного производства.

Однако, поскольку данное требование кредитор может предъявить должнику только после вступления в законную силу судебного акта, которым сделка была признана недействительной, такое требование считается заявленным в установленный абзацем третьим пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве срок, если оно будет предъявлено в течение двух месяцев со дня вступления в законную силу указанного судебного акта. В таком случае пункт 4 статьи 142 Закона применяется с учетом названного порядка применения срока предъявления требования кредитором.

Данное требование предоставляет кредитору право голоса на собрании кредиторов с даты вынесения судом определения о включении его в реестр требований кредиторов.

С учетом приведенных норм, апелляционный суд применяет последствия недействительности спорной сделки в виде взыскания с ФИО1 в пользу должника денежных средств в сумме 210 000 руб. и восстановления задолженности должника перед ФИО1 в этой же сумме.

С учетом вышеуказанного определение Арбитражного суда Свердловской области от 16.10.2024 следует отменить в части в связи с несоответствием выводов, изложенных в определении, обстоятельствам дела, которые повлекли неправильное применение норм материального права (подпункты 3 и 4 пункта 1 статьи 270 АПК РФ), заявление конкурсного управляющего ООО «УК «Универсалкомсервис» удовлетворить частично.

При изготовлении резолютивной части постановления суда апелляционной инстанции была допущена описка в указании наименования должника.

Указание в резолютивной части постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.03.2025 должника ООО «Универсалкомсервис» вместо ООО «УК «Универсалкомсервис» является ошибочным, что может быть устранено в порядке статьи 179 АПК РФ.

Согласно части 3 статьи 179 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд, принявший решение, по заявлению лица, участвующего в деле, или по своей инициативе вправе исправить допущенные в решении описки, опечатки и арифметические ошибки без изменения его содержания.

В данном случае суд полагает возможным исправить допущенную опечатку без вынесения отдельного определения. При этом, исправление опечатки не приведет к изменению содержания судебного акта.

При подаче апелляционной жалобы на определение арбитражного суда подлежит уплате государственная пошлина в порядке и размере, определенном подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Руководствуясь статьями 104, 110, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Пермского края от 16 октября 2024 года по делу № А50-33024/2022 изменить, изложив резолютивную часть в следующей редакции:

«Признать недействительными платежи ООО «УК»Универсалкомсервис» в пользу ФИО1 за период с 18.07.2022 по 13.09.2022 в общем размере 210000 руб.

Применить последствия недействительности сделки:

- взыскать с ФИО1 в пользу ООО «УК «Универсалкомсервис» 210000 руб.;

- восстановить задолженность ООО «УК «Универсалкомсервис» перед ФИО1 на сумму 210000 руб.

В удовлетворении заявления конкурсного управляющего в остальной части отказать.».

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

Председательствующий

М.А. Чухманцев

Судьи

Э.С. Иксанова

О.Н. Чепурченко