Решение по делу № А40-240087/2019 от 06.03.2025

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

город Москва

06 марта 2025 года Дело № А40-240087/19-181-1854

Резолютивная часть решения объявлена 25 февраля 2025 года.

Решение в полном объеме изготовлено 06 марта 2025 года.

Арбитражный суд города Москвы в составе:

судьи Хабаровой К.М.,

при ведении протокола секретарем с/з Капитоновой Я.И.,

рассмотрев в предварительном судебном заседании

дело по исковому заявлению

ООО "УК Капитал-Инвест" Д.У. комбинированный ЗПИФ «Ритейл-Инвест»

к АО "Гамбринус"

Третьи Лица: 1) ООО "ГАМБРИНУС", 2) ФИО1,

о взыскании двойного размера арендной платы за невозврат нежилых помещений в размере 404 942 200 руб.00 коп., с последующим начислением арендной платы по день фактической передачи помещений, об обязании возвратить имущество,

при участии:

от Истца: ФИО2 по доверенности № 250109/07 от 09.01.2025 г.,

от Ответчика ФИО3 по доверенности № 2 от 09.01.2025, ФИО4 по доверенности № 2 от 09.01.2025, ФИО5 по доверенности № 10 от 09.01.2025, ФИО6 по доверенности № 7 от 09.01.2025,

от Третьих лиц: 1) ООО "ГАМБРИНУС" ФИО7 по доверенности № б/н от 23.08.2023, 2) ФИО1: ФИО8 по доверенности № Б/н от 04.10.2021.

УСТАНОВИЛ:

ООО "УК Капитал-Инвест" (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с иском к ОАО "Гамбринус" "С" (далее – ответчик) о взыскании задолженности по договору аренды №2/2018-ДРИ ОТ 31.01.2018 в размере 17 635 180 руб. 00 коп., пени в размере 15 802 160 руб. 14 коп., двойной размер арендной платы за невозврат нежилых помещений в размере 128 961 513 руб.33 коп., об обязании возвратить имущество. (с учетом ходатайств об уточнении исковых требований, принятых судом в порядке ст.49 АПК РФ).

Решением Арбитражного суда города Москвы от 30 ноября 2020 года, исковые требования удовлетворены частично, с ответчика в пользу истца взыскана задолженность в размере 11 131 152 рублей, неустойка в размере 5 975 092 рублей 02 копеек, а также неустойка, начисленная на сумму долга, начиная с 18.11.2020 по ставке 0,1% за каждый день просрочки по дату фактического исполнения обязательства, в удовлетворении остальной части иска отказано.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 21 апреля 2021 года решение Арбитражного суда оставлено без изменений, жалоба без удовлетворения.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 19 августа 2021 года решение Арбитражного суда города Москвы от 30 ноября 2020 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 21 апреля 2021 года по настоящему делу оставлены без изменений, жалоба без удовлетворения.

Определением Верховного суда Российской Федерации от 28 марта 2022, постановление Арбитражного суда Московского округа от 19 августа 2021 года постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 21 апреля 2021 года и решение Арбитражного суда города Москвы от 30 ноября 2020 года по настоящему делу отменены, дело передано на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении истцом уточнены исковые требования, которые в окончательной редакции на дату вынесения решения изложены в следующей редакции:

Взыскать с Ответчика АО «Гамбринус» в пользу Истца Общества с ограниченной ответственностью «Управляющая Компания Капитал-Инвест» Д.У. комбинированный ЗПИФ «Ритейл-Инвест» двойной размер арендной платы за период с 01.12.2018 по 31.01.2025 в сумме 404 942 200 (четыреста четыре миллиона девятьсот сорок две тысячи двести руб. 00 коп.) за невозврат нежилых помещений с последующим начислением арендной платы из расчета 5 472 200 руб. за каждый месяц аренды, начиная с 01.02.2025 по день фактической передачи помещений Истцу.

Обязать ответчика АО «Гамбринус» возвратить истцу - Обществу с ограниченной ответственностью «Управляющая Компания Капитал-Инвест» Д.У. комбинированный ЗПИФ «Ритейл-Инвест» по акту приема-передачи:

1) административный корпус (лит. А 887,2 кв. м.), пристрой (лит. Д1 20,1 кв.м.) и нежилые помещения в варочном цехе (лит. Б 87,1 кв.м.), производственном корпусе (лит. Д 1627,7 кв. м.), назначение: нежилое здание, совокупной площадью 2 622,1 кв.м., адрес объекта: <...>, кадастровый номер 18:26:030034:5159.

2)пристрой (лит. Пр 238.1 кв.м.), пристрой (лит. Пр1 242,8 кв.м.), пристрой (лит. Пр2 13 кв.м.) и помещения безалкогольного цеха (лит. Е 1154,5 кв.м.) назначение: нежилое здание, совокупной площадью 1 648,4 кв.м., адрес объекта: <...>, кадастровый номер 18:26:030034:5158.

3)магазин, назначение: нежилое здание, площадь 150,1 кв.м., адрес объекта: <...>, кадастровый номер 18:26:030034:5157.

4)склад, назначение: нежилое здание, площадь 68 кв.м., адрес объекта: <...>, кадастровый номер 18:26:030034:5162.

5)пристрой, назначение: нежилое здание, площадь 88,2 кв.м., адрес объекта: <...>, кадастровый номер 18:26:030034:5160.

6)гараж, назначение: нежилое здание, площадь 323,8 кв.м., адрес объекта: <...>, кадастровый номер 18:26:030034:5161.

7)квасо-наливная станция, назначение: данные отсутствуют, площадь 38,4 кв.м., адрес объекта: <...>, кадастровый номер 18:26:030034:5147.

8)бардник, назначение: нежилое здание, общая площадь 62 кв.м., адрес объекта: <...>, кадастровый номер 18:26:030034:5152.

9)гараж, назначение: данные отсутствуют, площадь 449,6 кв.м., адрес объекта: <...>, кадастровый номер 18:26:030034:5150.

10)склад, назначение: нежилое здание, площадь 284,4 кв.м., адрес объекта: <...>, кадастровый номер 18:26:030034:5151.

11)пиворазливочная, назначение: нежилое здание, площадь 43,5 кв.м., адрес объекта: <...>, кадастровый номер 18:26:030034:5149.

Обязать ответчика АО «Гамбринус» возвратить истцу Обществу с ограниченной ответственностью «Управляющая Компания Капитал-Инвест» Д.У. комбинированный ЗПИФ «Ритейл-Инвест» по акту приема-передачи на условиях компенсации остаточной стоимости технологического оборудования, перечисленного в таблице № 1, в размере 27 665 411 (двадцать семь миллионов шестьсот шестьдесят пять тысяч четыреста одиннадцать) рублей 20 коп.:

1)помещения в варочном цехе (лит. Б 866,8 кв.м.) и производственном корпусе (лит. Д 3916,5 кв.м), назначение: нежилое здание, площадь 4783,3 кв.м., адрес объекта: <...>, кадастровый номер 18:26:030034:5159;

2)помещения в безалкогольном цехе (лит. Е) назначение: нежилое здание, площадью 500,8 кв.м., адрес объекта: <...>, кадастровый номер 18:26:030034:5158.

Ответчиком представлен отзыв на иск, против удовлетворения иска возражает по доводам отзыва, дополнениях к отзыву и выступлениях представителя.

Представитель истца поддержал заявленные требования по доводам искового заявления и письменным возражения на отзыв ответчика.

Третьими лицами представлены письменные пояснения по заявленным требованиям.

Дело рассмотрено с учетом указаний, данных Верховным судом Российской Федерации.

Суд, выслушав представителей сторон, исследовав материалы дела и оценив в совокупности представленные доказательства, пришел к следующим выводам.

Из материалов дела следует, что Общество с Ограниченной Ответственностью «Управляющая Компания Капитал-Инвест» является доверительным управляющим ЗПИФ недвижимости «Ритейл-инвест». Владельцам инвестиционных паев указанного фонда на праве общей долевой собственности принадлежит недвижимое имущество, находящееся по адресу: <...>:

1) административный корпус, варочный цех, производственный корпус, пристрой, назначение: нежилое здание, площадь 7 405,4 кв.м., кадастровый номер: 18:26:030034:5159;

2)безалкогольный цех, пристрой, пристрой, пристрой, назначение: нежилое здание, площадь 2 149,2 кв.м., кадастровый номер: 18:26:030034:5158;

3)магазин, назначение: нежилое здание, площадь 150,1 кв.м., кадастровый номер: 18:26:030034:5157;

4)склад, назначение: нежилое здание, площадь 68 кв.м., кадастровый номер: 18:26:030034:5162;

5)пристрой, назначение: - площадь 88,2 кв.м., кадастровый номер: 18:26:030034:5160,;

6)гараж, назначение: площадь 323,8 кв.м., кадастровый номер: 18:26:030034:5161;

7)квасо-наливная станция, назначение: данные отсутствуют, площадь 38.4 кв.м.. кадастровый номер: 18:26:030034:5147;

8)бардник, назначение: нежилое здание, общая площадь 62 кв.м., кадастровый номер: 18:26:030034:5152;

9)гараж, назначение: данные отсутствуют, площадь 449,6 кв.м., кадастровый номер: 18:26:030034:5150;

10)склад, назначение: нежилое здание, площадь 284,4 кв.м., кадастровый номер:18:26:030034:5151;

11)пиворазливочная, назначение: нежилое здание, площадь 43.5 кв.м., кадастровый номер: 18:26:030034:5149.

В соответствии со ст. 1012,1020 Гражданского кодекса РФ, ст. 11 Федерального закона РФ «Об инвестиционных фондах», ООО «УК Капитал-Инвест» осуществляет правомочия по владению, пользованию и распоряжению указанным выше недвижимым имуществом.

По предварительному письменному согласию специализированного депозитария АО «ОСД» (исх.№ 180122/00143 от 22.01.2018) 31.01.2018 г. между Истцом и Ответчиком ОАО «Гамбринус» был заключен договор аренды №2/2018-ДРИ, по условиям которого арендатору во временное владение и пользование было передано поименованное выше недвижимое имущество по адресу: <...>.

Пунктом 3.1 Договора аренды предусмотрено, что арендная плата составляет 2 736 100 (Два миллиона семьсот тридцать шесть тысяч сто) рублей 00 копеек, в т.ч. НДС 18% в месяц, и оплачивается Арендатором ежемесячно в срок до 10 числа текущего месяца (включительно), перечислением денежных средств на расчетный счет Арендодателя. За срок действия Договора Арендатор обязан оплатить арендную плату в размере 30 097 100 (Тридцать миллионов девяносто семь тысяч сто ) рублей (2 736 100 руб.* 11 месяцев).

Как указывал истец в обоснование исковых требований при первоначальном рассмотрении дела, в нарушение условий договора и положений п.1 ст.614 ГК РФ ОАО «Гамбринус произведена только частичная оплата, в связи с чем образовалась задолженность в сумме 17 635 180 руб. 00 коп., а также начислены пени за просрочку оплаты арендной платы.

При новом рассмотрении указанные требования истцом не заявлены, в связи с исполнением ответчиком решения суда от 30 ноября 2020 года и отсутствия на настоящий момент задолженности за заявленный период.

Также суд отмечает, что при новом рассмотрении ответчиком не заявлялось ходатайство о фальсификации доказательств, а именно подписи директора ФИО9 в договоре аренды №2/2018-ДРИ от 31.01.2018 г., акта приема-передачи от 0.01.2018г., писем б/н от 16.04.2018г., №393 от 27.06.2018г., б/н от 01.08.2018г., б/н от 01.08.2018г., б\н от 24.08.2018г., б/н от 03.10.2018г.

Отказывая в удовлетворении исковых требований суд руководствовался следующим.

Направляя дело на новое рассмотрение, судебная коллегия указала, что в сложившейся ситуации и при наличии длительного конфликта между сторонами, их воля на заключение последующих договоров срочного пользования имуществом, подлежащего по их условиям возврату истцу, с учетом указания Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации об избрании ими дальнейших способов урегулирования спора судами не была исследована. Суды не проверили вопрос о причинах заключения договоров аренды, фактического их исполнения и намерения возвратить имущество при заключении очередного договора аренды.

Основывая свои выводы по основному требованию об освобождении имущества от оборудования, принадлежащего ответчику, на основании состоявшегося постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, суды с учетом истечения с даты его принятия длительного периода не проверили наличие в настоящий момент признаков единой вещи у спорных объектов, сохранилась ли невозможность извлечения оборудования из помещений, принадлежащих истцу. В деле имеется лишь экспертное заключение от 19.04.2011, ранее представленное в дело № А71-572/2011. Разрешение указанного вопроса также является важным для рассмотрения дела.

При новом рассмотрении судам следует учесть изложенное, дать надлежащую оценку доводам и возражениям лиц, участвующих в деле, а также представленным по делу доказательствам, при необходимости, учитывая вступившие в законную силу судебные акты по делу № А71-4970/2014, разрешить вопрос о проведении судебной экспертизы и, с учетом подлежащих применению норм материального и процессуального права, принять законный и обоснованный судебный акт.

При новом рассмотрении, судом с учетом указаний Верховного суда Российской Федерации, проанализированы все представленные в материалы дела доказательства, а также обстоятельства, установленные по ранее рассмотренным делам, с участием истца и ответчика, судом установлено следующее.

В 1972 г. был запущен в эксплуатацию Ижевский пивоваренный завод, который функционирует и осуществляет производственную деятельность по сегодняшний день. Эксплуатацию, обслуживание и производственную деятельность завода осуществляет с 2006 года истец - Акционерное общество «Гамбринус».

Здания, сооружения и пивоваренное оборудование, расположенные по адресу <...>, построены и приняты в эксплуатацию в соответствии с Актом от 25 декабря 1972 г. государственной приёмочной комиссии законченного строительством (реконструкцией) Ижевского пивоваренного завода в объеме пускового комплекса 1972 года, т.е. единым пивоваренным заводом.

Технологическое оборудование, здания и сооружения, входящие в состав пивоваренного завода, функционально являются неделимыми, поскольку его отдельные элементы могут использоваться по своему назначению исключительно совместно.

Указанный Акт приемки в эксплуатацию государственной приемочной комиссией законченного строительством (реконструкции) Ижевского пивоваренного завода в объеме пускового комплекса 1972 года подтверждает фат создания единого неделимого объекта, а не разрозненных объектов недвижимого имущества и оборудования, так:

-в пункте 1 акта указано, что дирекцией строящегося пивобезалкогольного завода предъявлено к приемке в эксплуатацию законченное строительством (реконструкцией) Ижевский пивоваренный завод мощностью 1800 тыс. дкл.пива в год в объеме пускового комплекса 1972 года;

- в приложении № 4 указаны краткая характеристика зданий, сооружений, оборудования, установок, линий. В данном приложении описывается роль каждого здания с указанием расположения в нем того или иного оборудования и содержится перечень установленного оборудования;

- в приложении № 5 перечень предъявленной технической документации позиции 5, 6 указан перечень смонтированного оборудования, установок, линий, и их характеристика, паспорта заводов изготовителей оборудования;

-в приложении № 7 перечень актов на скрытые работы, в числе актов указан акт на устройство оснований под фундаменты оборудования. Данная позиция подтверждает довод о наличии не только технологической, но и физической связи между зданиями и оборудованием, поскольку уже на стадии проектирования и строительства здания создавались под размещение в нем оборудования, а не как здания, имеющие некое «неопределенное» назначение;

-в приложении № 11 «Описание технологической схемы Ижевского пивоваренного завода» описан технологический процесс производства пива на Ижевском пивоваренном заводе, что является доказательствам наличия неразрывной технологической связи между оборудованием и зданиями и связи их в неделимый объект.

В соответствии Решением Исполнительного Комитета Ижевского городского Совета депутатов трудящихся Удмуртской АССР от 06 апреля 1966 года за № 281, для строительства нового пивобезалкогольного завода, отведен единый земельный участок, о чем прямо указано в акте ввода в эксплуатацию.

Размещение пивоваренного оборудования требовало специальных проектных решений, учитывая значительные объемы танков, котлов, сборников, труб и необходимость их размещения именно в процессе строительства.

Таким образом, вышеуказанные объекты недвижимого имущества иного назначения, кроме как производственного, не имеют.

Все элементы неделимой вещи: недвижимое имущество и оборудование предназначены для единой цели - производство пивоваренной продукции.

Неделимая вещь по ст. 133 ГК РФ - это вещь, раздел которой в натуре невозможен без разрушения, повреждения вещи или изменения ее назначения и которая выступает в обороте как единый объект вещных прав, и в том случае, если она имеет составные части.

То есть, отнесение вещи к неделимой по ст. 133 ГК РФ не связано с волей собственника и регистрационными действиями, как применительно к единому недвижимому комплексу, а по факту является объективным свойством самой неделимой вещи, которая не может быть разделена.

Таким образом, согласно Акту приемки в эксплуатацию государственной приемочной комиссией законченного строительством (реконструкции) Ижевского пивоваренного завода в объеме пускового комплекса 1972 года, в эксплуатацию был введен неделимый объект, который никогда не претерпевал трансформаций в иной объект, и с момента ввода в эксплуатацию непрерывно использовался только в целях, для которых и был создан изначально.

В последующем, в соответствии с Планом приватизации Пиво-безалкогольного завода «Ижевский» от 02.12.1992 г., завод был приватизирован единым неделимым объектом, включающим в себя объекты недвижимого имущества и производственное оборудование.

АО «Гамбринус» в 2006 г. приобрел смонтированный и эксплуатирующийся в зданиях по адресу <...> комплекс пивоваренного оборудования; начиная с 2006 г. АО «Гамбринус» осуществляет деятельность по производству пивоваренной продукции, владеет и пользуется зданиями, содержит их. С 2006 г. одновременно с учреждением АО «Гамбринус» и приобретением оборудования к АО «Гамбринус» переходит полный хозяйственный и физический контроль над зданиями и смонтированным в них оборудованием.

С 2006 г. и по настоящее время АО «Гамбринус» является собственником оборудования и всего, что связано с производством (технологии, запасы, ж/д тупик, разрешительная документация), осуществляет производственную деятельность и, таким образом, использует производственные здания по прямому назначению.

АО «Гамбринус» было создано в 2006 г. фактическими собственниками завода, состоящего из пивоваренного оборудования и недвижимого имущества, для осуществления деятельности по производству пива. До сегодняшнего дня, несмотря на изменения в титуле собственника, фактически недвижимое имущество остается в тех же руках, что и на момент создания АО «Гамбринус», что подтверждается схемой об аффилированности собственников недвижимого имущества между собой, а также с учредителем АО «Гамбринус», представленной в материалы дела.

Впоследствии здания регистрируются за владельцами инвестиционных паев ЗПИФН «Ритейл-Инвест» под управлением ООО «УК Траст-Капитал». Регистрация перехода проведена формально, без фактической передачи зданий.

Здания и оборудование никогда не были физически разделены.

В 2011 г. ООО «УК Траст-Капитал», как доверительный управляющий ЗПИФН «Ритейл-Инвест», обращается в Арбитражный суд Удмуртской Республики с виндикациоными исками (ст. 301 ГК РФ) об истребовании (выселении) АО «Гамбринус» из объектов недвижимого имущества (литера А, Б, Д, Е, О), расположенных по адресу <...>.

В удовлетворении заявленных виндикационных исковых требований судебными решениями по делу № А71-572/2011 и по делу № А71-565/2011 было отказано в полном объеме.

Постановлением Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 24.12.13 г. (дата публикации 21.03.14 г.) № 12505/13, принятым по делу № А71-572/2011 установлено: «В данном конкретном случае спорный объект изначально создан не как простое соединение отдельных объектов - здания и оборудования - сохраняющих и после такого соединения статус самостоятельных объектов оборота, а как единая вещь, части которой после их соединения не могут рассматриваться как самостоятельные вещи. Установив данные обстоятельства суды, тем не менее, не дали квалификации спорному объекту и оборудованию, как неделимой вещи.

Исходя из фактических обстоятельств строительства и эксплуатации пивоваренного завода с учетом названной нормы, несмотря на формальное существование двух собственников - собственника здания и собственника оборудования, отношения между этими лицами могут быть квалифицированы как отношения между сособственниками неделимой вещи, между которыми сложился определенный порядок пользования этой вещью, попыткой оформления которого могут быть признаны подписанные ими договоры аренды и субаренды.».

Аналогичная позиция отражена в определении Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.06.2014 № ВАС-7326/14 об отказе в передаче дела № А71-565/2011 в Президиум Высшего Арбитражного суда Российской Федерации.

С учетом оснований для направления дела на новое рассмотрение, изложенных в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.03.2022 г. № 305-ЭС20-20813, а именно с учетом истечения с даты принятия судебного акта по делу № А71-572/2011 длительного периода для проверки наличия в настоящий момент признаков единой вещи у спорных объектов, сохранилась ли невозможность извлечения оборудования из помещений, принадлежащих истцу, Определением Арбитражного суда г. Москвы от 17.02.2023 г. по настоящему делу была назначена строительно-техническая экспертиза, проведение которой было поручено эксперту АНО «Республиканское Экспертное Бюро» ФИО10.

На разрешение эксперта поставлены следующие вопросы:

1. Возможно ли освобождение зданий и сооружений по адресу: <...> от установленного в них производственного оборудования в состоянии пригодном для последующей эксплуатации оборудования и целостности зданий и сооружений?

2. В случае невозможности освобождения зданий и сооружений по адресу: <...> от установленного в них производственного оборудования (полностью или частично) определить перечень имущества, которое невозможно извлечь из зданий и сооружений и определить причины такой невозможности?

Эксперт, проводивший строительно-техническую экспертизу, пришел к следующим выводам, которые изложены в представленном в суд Заключении эксперта №14-РЭБ-23:

1. По результатам анализа можно сделать следующие выводы:

- освобождение зданий и сооружений по адресу: УР, <...> от установленного в них производственного оборудования в состоянии пригодном для последующей эксплуатации оборудования и целостности зданий и сооружений невозможно. Возможно частичное освобождение от оборудования зданий литер Д и литер Е. Оборудование, которое может быть извлечено из зданий в состоянии пригодном для последующей эксплуатации, имеет неразрывные технические и технологические связи с другими элементами технологических цепочек и является отдельными элементами непрерывно, последовательного и полного производственного процесса производства пива и безалкогольных напитков. Дальнейшая эксплуатация этого оборудования по своему назначению возможна исключительно в составе аппаратурно-технологического комплекса по производству пива и безалкогольных напитков.

2. Основными причинами невозможности освобождения зданий и сооружений от установленного в них производственного оборудования являются:

1. Большие габаритные размеры оборудования, значительно превосходящие размеры имеющихся проемов в стенах и перегородках. Большая часть такого оборудования была установлена изначально, в объеме пускового комплекса 1972 года, при строительстве Ижевского пивоваренного завода. Оборудование устанавливалось на свои места в процессе строительства зданий, до монтажа строительных конструкций покрытий, стен и крыши. Извлечение такого оборудования без нарушения целостности зданий невозможно. Ввиду значительного срока эксплуатации и сложной конфигурации данного оборудования велика вероятность его полной гибели при демонтаже.

Некоторые единицы оборудования (такие, как варочные котлы, емкости для брожения и т.п.) установлены на собственных фундаментах. Извлечение такого оборудования без нарушения целостности здания и в пригодном для эксплуатации состоянии невозможно.

2. Оборудование состоит из нескольких элементов - имеющих неразрывную физическую связь между собой. Каждый элемент оборудования по отдельности имеет габаритные размеры, позволяющие его извлечение через имеющиеся дверные проемы в стенах и перегородках. Для извлечения элементов оборудования потребуется разрезание их на части, что приведет к потере части металла на гранях разрезаемых частей. При обратной сварке разрезанных частей оборудования данное обстоятельство (потеря части металла) приведет к изменению (уменьшению) размеров и формы оборудования. Имеющиеся в составе оборудования детали и комплектующие будет невозможно установить на прежние места. Оборудование утратит свои функциональные возможности и его невозможности будет использовать по прямому назначению. Извлечение такого оборудования в пригодном для эксплуатации состоянии невозможно.

3. Такое оборудование ж/д приемное устройство, силос, бардник сами по себе являются сооружениями. Это оборудование имеет неразрывную технологическую связь с другим оборудованием технологической цепочки процесса производства пива и безалкогольных напитков. Извлечение такого оборудования приведет к нарушению технологического процесса и невозможности изготовления продукции.

Оценив данное экспертное заключение, суд находит его соответствующим требованиям ст. ст. 82, 83, 86 АПК РФ, отражающим все предусмотренные ч. 2 ст. 86 АПК РФ сведения, основанным на материалах дела, и приходит к выводу, об отсутствии оснований не доверять выводам экспертов, поскольку они согласуются с обстоятельствами дела и иными доказательствами по делу, в этой связи данное экспертное заключение, суд считает надлежащим доказательством по делу.

При этом третье лицо ФИО1, не согласившись с выводами эксперта, заявлял ходатайство о назначении по делу повторной экспертизы, которое также поддержал истец, в удовлетворении которого судом отказано отдельным определением от 26.04.2024г., поскольку доводы изложенные в ходатайстве о назначении по делу повторной экспертизы носят предположительный характер и сводятся к несогласию с выводами эксперта. Заключение эксперта составлено с соблюдением требований статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Доказательства, порождающие сомнения в полноте, обоснованности и объективности выводов судебной экспертизы, в материалы дела не представлены.

31 августа 2023 г. в судебном заседании Арбитражного суда г. Москвы третье лицо ООО «Гамбринус» представило в суд письменное мнение, а представители истца ООО «УК Капитал-Инвест» и третьего лица ФИО11 заявили доводы о несогласии с Заключением эксперта № 14-РЭБ-23.

Позиция третьего лица ООО «Гамбринус» противоречит фактическим обстоятельствам установки и последующей эксплуатации сусловарочного котла, а также действиям самого ООО «Гамбринус», признавшего невозможность демонтажа данного оборудования.

Комплект оборудования для кипячения сусла (далее по тексту - сусловарочный котёл) был приобретён ООО «Гамбринус» по контракту № 2419407 от 14.09.2014 г. у компании OMNIPOL. Чехия. Сусловарочный котел специально разработан для включения в общий технологический комплекс производственных линий АО «Гамбринус». Из представленного третьим лицом ООО «Гамбринус» контракта № 2419407 от 14 апреля 2009 год следует, что котел разрабатывался и изготавливался по индивидуальному техническому заданию (приложение № 2 к контракту), которое предусматривает поставку котла из 4 частей, а также предусматривает разработку индивидуальной технологии процесса сварки этих частей в сусловарочный котел (пункты 4 и 5 технического задания -приложения № 2 к контракту). Кроме того, из указанного контракта, а именно приложения № 1 к нему - технологической спецификации следует, что вместе с собственно сосудом котла в поставляемый комплект входило вытяжное, насосное, емкостное и прочее оборудование, обладающее индивидуальными размерными и другими характеристиками и позволившее увязать сосуд сусловарочного котла в единое целое с производственным комплексом АО «Гамбринус».

После монтажа и установки сусловарочного котла, он стал составляющей промышленного технологического оборудования по производству пивоваренной продукции, при этом утратил своё самостоятельное значение и является частью неделимой вещи. Сусловарочный котел, представленный в аппаратурно-технологической схеме под номером 15, технологически соединен с другими элементами технологического процесса: фильтрационным чаном, заторным котлом, баком для промывной воды, сборником для горячего сусла (гидроциклонный чан) и т.д. Аппаратурно-технологическая схема предусматривает загрузку в сусловарочный котел подготовленной воды и подготовленного сырья (солод, хмель и проч.), причем этот процесс осуществляется автоматически, по системе трубопроводов и при участии различного другого оборудования, а затем после кипячения сусла, в ходе которого происходит частичная денатурация белков и стерилизация сусла, готовое сусло автоматически, по системе трубопроводов направляется для дальнейшей обработки в рамках технологического процесса.

Между ООО «Гамбринус» (арендодатель) и ОАО «Гамбринус» (арендатор) был заключен договор № А 18/2010 на сдачу в аренду комплекта оборудования для кипячения сусла с хмелепродуктами и другим сырьем для приготовления сусла в варочном цехе производства Омнипол (Чехия). При этом сам сусловарочный котел был передан в аренду в смонтированном виде и подключенным к производственной линии, фактически являясь частью этой линии. На это указывает дата договора № А 18/2010 и акта приема-передачи к нему - 1 января 2010 г., тогда как монтаж и наладка оборудования завершены в 2009 году, что следует из контракта № 2419409 от 15 октября 2009 г. и акта приема-передачи к нему от 2 декабря 2009 г.

Невозможность рассматривать сусловарочный котел как отдельную единицу, поскольку после интеграции отдельных единиц оборудования в общий технологический комплекс производственных линий единица оборудования утрачивает самостоятельное значение и становиться частью единого производственно-технологического комплекса, в полной мере проявилась при попытке ООО «Гамбринус» изъять сусловарочный котел из производственного комплекса ОАО «Гамбринус».

Судебное решение по делу №А71-14018/2010 оказалось фактически неисполнимым. Актом совершения исполнительских действий от 18.06.2014 установлено, что оборудование включено в технологический процесс по производству пива, функционально оборудование имеет значительные габаритные размеры и установлено в помещении выстой 15 м., сопряжено с конструкциями здания из железобетона, и сделан вывод о невозможности извлечения сусловарочного котла без нанесения ущерба.

Исполнительное производство было окончено 26.11.2014 г. по заявлению взыскателя (ООО «Гамбринус») об окончании исполнительного производства, отозвавшего исполнительный лист.

В результате спор был урегулирован путем заключения между ООО «Гамбринус» (продавец) и ОАО «Гамбринус» (покупатель) договора купли-продажи от 30.05.2017, по которому ООО «Гамбринус» передал в собственность ОАО «Гамбринус» сусловарочный котел и получил за это оборудование оплату в размере 10 000 000 руб. Теперь после получения этих денег и решения проблемы принадлежности сусловарочного котла ООО «Гамбринус» занимает прямо противоположную позицию той, какая была у него до заключения договора купли-продажи от 30.05.2017, что свидетельствует о недобросовестности третьего лица.

Указанный договор купли-продажи от 30.05.2017 имеется в материалах настоящего дела. Платёжные поручения по нему на общую сумму 10 000 000 руб. прилагаются к настоящим возражениям.

Вопреки доводам третьего лица ООО «Гамбринус» представленные им документы, связанные с приобретением и монтажом сусловарочного котла, не содержат технологии или хотя бы упоминания о возможности демонтажа сусловарочного котла и перемещения в другое место.

Третье лицо ООО «Гамбринус», ссылаясь на письмо ОАО «Гамбринус» № 368 от 25.05.2015 г. в обоснование наличия противоречий между выводами эксперта и данным письмом, искажает смысл данного письма.

Так, к письму от 25.05.2015 г. № 368 прилагается копия локальной сметы № 1/15 из которой видно, что демонтаж и вывоз оборудования сопряжен с разбором самого здания (демонтаж кровельного покрытия, разборка деревянных элементов конструкций, разборка деревянных заполнений проемов, разборка облицовки стен из керамических глазурованных плиток, разборка железобетонных конструкций, демонтаж опорных конструкций, разборка трубопроводов и т.д.). Т.е. фактически, согласно смете чтобы извлечь сусловарочный котел, нужно разобрать здание, которое является по сути ограждающей его конструкцией.

На это и указал эксперт в заключении, представленном в суд в рамках настоящего спора. Эксперт пришел к следующим выводам, которые изложены в представленном в суд Заключении эксперта №14-РЭБ-23.

Доводы третьего лица ФИО1 о наличии несоответствий между техническим планом на Комплекс зданий и сооружений от 01.03.2021г. и данными ЕГРН не могут быть приняты, так как в соответствии с ч.1 ст.24 Федерального закона от 13.07.2015 №218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» технический план представляет собой документ, в котором воспроизведены определенные сведения, внесенные в ЕГРН. и указаны сведения о здании, сооружении, помещении, машино-месте, объекте незавершенного строительства или едином недвижимом комплексе, необходимые для государственного кадастрового учета такого объекта недвижимости, а также сведения о части или частях здания, сооружения, помещения, единого недвижимого комплекса либо новые необходимые для внесения в ЕГРН сведения об объектах недвижимости, которым присвоены кадастровые номера.

Таким образом, технический план в отношении объектов недвижимости, сведения о которых внесены в ЕГРН и которым присвоены кадастровые номера, может содержать новые сведения для внесения ЕГРН, включаемые в такой технический план кадастровым инженером по результатам обследования объектов недвижимости и с учетом документации, представленной для выполнения кадастровых работ. Включаемые в технический план новые сведения для внесения их в ЕГРН могут состоять в изменении площади, планировок и других технических характеристик объектов недвижимости, что может быть вызвано проведением перепланировки или реконструкции объектов недвижимости. Указанный довод подтверждается также резолюцией от 11.03.2024 г., выданной филиалом ППК «Роскадастр» по Удмуртской Республике.

Изложенные же замечания в резолюции от 19.07.2021 г., представленной истцом, являются некорректными, на что указало и ООО «Городское БТИ» в письме № 33 от 15.02.2024 г.

В заключении кадастрового инженера указано, что основное технологическое оборудование, такое как бродильные, лагерные танки, варочные котлы, силоса, туннельный пастеризатор и прочее крупногабаритное оборудование, установлено на фундаментах. Кроме того, все здания и имеющиеся в них производственное оборудование имеют неразрывные технологические связи и функционально являются единым технологическим комплексом, отдельные элементы которого могут использоваться по своему назначению исключительно в комплексе.

Далее, Ответчиком заявлено ходатайство о проведении по делу дополнительной экспертизы, в связи с изменением истцом исковых требований, принятых судом в порядке ст.49 АПК РФ.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 26.04.2024 г. по настоящему делу была назначена дополнительная строительно-техническая экспертиза, проведение которой было поручено эксперту АНО «Республиканское Экспертное Бюро» ФИО10.

На разрешение эксперта поставлены следующие вопросы:

1)Определить расположение оборудования, которое установлено в зданиях и сооружениях, расположенных по адресу: <...>, с указанием наименований объектов недвижимости, их площадей, кадастровых номеров и номеров помещений на поэтажных планах согласно сведениям Единого государственного реестра недвижимости?

2)Определить состав помещений (зданий, сооружений), расположенных по адресу: <...>, которые участвуют в обеспечении производства пива и безалкогольной продукции?

По результатам дополнительной судебной строительно-технической экспертизы, изложенными в Заключении эксперта №15-РЭБ-24 экспертами сделан вывод о том, что в обеспечении производства пива и безалкогольной продукции участвуют следующие здания и сооружения, расположенные по адресу: УР, <...>:

1.Здание административного корпуса (литера А), кадастровый номер 18:26:030034:5159, общая площадь помещений 887,2 м2.

2.Здание варочного цеха (литера Б), кадастровый номер 18:26:030034:5159, общая площадь помещений 953,9 м2.

3.Здание производственного корпуса (литера Д), кадастровый номер 18:26:030034:5159, общая площадь помещений 5544,2 м2.

4.Пристрой (литера Д1), кадастровый номер 18:26:030034:5159, общая площадь помещений 20,1 м2.

5.Здание безалкогольного цеха (литера Е), кадастровый номер 18:26:030034:5158, общая площадь помещений 1655,3 м2.

6.Пристрой (литера Пр), кадастровый номер 18:26:030034:5158, общая площадь помещений 238,1 м2.

7.Пристрой (литера Пр1), кадастровый номер 18:26:030034:5158, общая площадь помещений 242,8 м2.

8.Пристрой (литера Пр2), кадастровый номер 18:26:030034:5158, общая площадь помещений 13,0 м2.

9.Здание магазина (литера О), кадастровый номер 18:26:030034:5157, общая площадь помещений 150,0 м2.

10.Здание склада (литера Р), кадастровый номер 18:26:030034:5151, общая площадь помещений 284,4 м2.

11.Здание квасо-разливочной станции (литера М), кадастровый номер

18:26:030034:5147, общая площадь помещений 38,4 м2.

12.Здание пиворазливочной (литера Л), кадастровый номер 18:26:030034:5149, общая площадь помещений 43,5 м2.

13.Здание гаража (литера И), кадастровый номер 18:26:030034:5150, общая площадь помещений 449,6 м2.

14.Здание бардник (литера Ж), кадастровый номер 18:26:030034:5152, площадь здания 62,0 м2.

15.Пристрой (литера С), кадастровый номер 18:26:030034:5160, общая площадь помещений 88,2 м .

16.Здание гаража (литера К), кадастровый номер 18:26:030034:5161, общая площадь помещений 323,8 м2.

17.Здание склада (литера П), кадастровый номер 18:26:030034:5162, общая площадь помещений 68,0 м2.

То есть, экспертом сделан вывод о том, что все объекты недвижимости требования, о возврате которых заявлено истцом, непосредственно участвуют в производстве пива и безалкогольной продукции.

Таким образом, экспертом установлена невозможность раздела недвижимого имущества и оборудования без разрушения, повреждения вещи или изменения ее назначения, а также участие зданий и сооружений, являющихся предметом истребования в рамках настоящего спора, в обеспечении производства пива и безалкогольной продукции, что соответствует признакам неделимой вещи, установленным в ст. 133 ГК РФ. Наличие составных частей, которые можно извлечь, не делает неделимую вещь делимой, поскольку ст. 133 ГК РФ прямо предусматривает возможность наличия в составе неделимой вещи составных частей.

При этом доводы истца и третьих лиц, в отношении замены некоторого оборудования на новое не имеет правового значения, поскольку, согласно ч.2 ст.133 ГК РФ, замена одних составных частей неделимой вещи другими составными частями не влечет возникновения иной вещи, если при этом существенные свойства вещи сохраняются.

На основании вышеизложенного, судом установлено, что в настоящий момент признаки единой вещи у спорных объектов сохранилась, в связи с невозможностью извлечения оборудования из помещений, принадлежащих истцу.

Кроме того, в материалы дела представлены описание технологического процесса производства пива и безалкогольных напитков с приложением аппаратурно-технологической схемы производства (графическая часть) и спецификации. Описание технологического процесса показывает роль каждого оборудования в производстве; графическая часть - наглядно демонстрирует физическую и технологическую взаимосвязь и задействованность в технологическом процессе оборудования; спецификация содержит перечень оборудования, обеспечивающего производственный процесс.

Данные документы подтверждают, что нельзя рассматривать оборудование, как отдельные единицы, поскольку после интеграции отдельных единиц оборудования в общий технологический комплекс производственных линий, единица оборудования утрачивает самостоятельное значение и становится частью единого производственно-технологического комплекса.

Следует также отметить, что к аналогичному выводу пришел и Семнадцатый арбитражный апелляционный суд по делу №А71-16053/2019 о признании договора аренды №2/2018-ДРИ от 31.01.2018 г. недействительным. В Постановлении апелляционного суда от 14.09.2020 г. по делу №А71-16053/2019 указано: «...Ссылки истцов на причинение обществу «Гамбринус» ущерба в результате включения в договоры № 21/2016-ДРИ, № 2/2018-ДРИ пунктов 4.2 об обязанности внесения двойного размера арендной платы за все время просрочки возврата помещений, подпунктов 11 пункта 2.2.1 об обязанности возвратить помещения после окончания срока аренды, не могут быть приняты во внимание, поскольку это стандартные условия договоров аренды в деловом обороте, реальная угроза применения которых к отношениям сторон при наличии выводов судов по делам №А71-572/2011, №А71-565/2011 о невозможности возврата объектов недвижимости, извлечения из них производственно-технологического оборудования отсутствует» (стр. 13 постановления).

Обстоятельства наличия неделимого объекта на текущее время подтверждается не только заключениями судебных экспертиз по настоящему делу, но и заключением кадастрового инженера, изложенного в Техническом плане Комплекса зданий и сооружений, расположенного по адресу: <...> (далее по тексту «технический план»). Указанное заключение подготовлено по состоянию на 1 марта 2020 г. и приобщено к материалам настоящего дела.

Доводы истца в заявлении об изменении исковых требований о том, что в ряде помещений нет технологического оборудования, в связи с чем, по мнению истца, их можно передать, не соответствует понятию неделимой вещи, определённому в ст. 133 ГК РФ, поскольку само по себе отсутствие оборудования в части помещений, не значит, что данные помещения не задействованы в производственном процессе и имеют непроизводственное назначение.

Из Акта от 25 декабря 1972 г. государственной приёмочной комиссии законченного строительством (реконструкцией) Ижевского пивоваренного завода в объеме пускового комплекса 1972 года, его приложения № 2 следует, что изначально созданы в качестве единого комплекса как объекты недвижимости, в которых размещено оборудование (силосный корпус, варочный корпус, производственный корпус, здание для бункеров гущи и дробины, станция перекачки конденсата - литеры Б, Д, Ж и др.), так и объекты, в которых оборудование не размещалось (административно-бытовой корпус, прирельсовый склад тары с навесом - литеры А, Р и др.).

В 1973 г. на той же территории пивзавода возведена II очередь строительства, в составе которой также в единый комплекс зданий и сооружений включены как объекты под размещения оборудования (цех безалкогольных напитков - литеры Е, Пр, Пр1, Пр2), так и вспомогательные объекты (пункт розлива пива, навес для розлива кваса - литеры Л, М), о чем имеется Акт приемки в эксплуатацию государственной приемочной комиссией законченного строительством (реконструкцией) Цеха безалкогольных напитков в объеме пускового комплекса 1973 г. В дальнейшем на территории пивзавода в соответствии с потребностями производства возводились иные вспомогательные объекты, которые включались в единый комплекс зданий и сооружений и предназначались для обеспечения общего технологического процесса (склады, пристрой и т.д.).

В составе Технического плана Комплекса зданий и сооружений, расположенного по адресу: <...>, имеется разработанный кадастровым инженером «Ситуационный план с обозначением функциональных и технологических связей между литерами УР, <...>». Из данного ситуационного плана следует, что все литера, в отношении которых истцом заявлены требования о передаче, не только находятся на единой территории завода за забором и представляют из себя единую производственную площадку, но и непосредственно задействованы в движении сырья, комплектующих и материалов, продукции, отходов и др. Также в составе указанного Технического плана имеется «Ситуационный план с обозначением технологических трубопроводов между литерами УР, <...>», из которого следует, что все спорные литера встроены в единую систему коммуникаций, включающую в себя паропровод, конденсатопровод, горячее и холодное водоснабжение, трубопровод барды, отопление, углекислый газ. Из указанных ситуационных планов и в целом Технического плана наглядно видно, что, в производстве пивоваренной и безалкогольной продукции задействован каждый объект, каждый литер и каждое помещение.

Фактическое расположение спорных литеров на единой территории пивзавода и относительно друг друга подтверждается представленным истцом Техническим паспортом по адресу: УР, <...>, изготовленным ГУП «Удмурттехинвентаризация» по состоянию на 17 января 2010 г. Также расположение спорных объектов на одном земельном участке с кадастровым номером 18:26:030034:4955 (старый кадастровый номер 18:26:030034:2) подтверждается представленными истцом Выписками из Единого государственного реестра недвижимости от 09.01.2024.

Расположение спорных объектов относительно друг друга и на территории пивзавода (в частности, административный корпус, варочный цех и производственный корпус - литеры А, Б, Д - являются фактически одним зданием), а также само возведение спорных объектов, их состав, назначение и другие характеристики обусловлены содержанием технологических процессов, движением материальных потоков, необходимостью хранения готовой продукции, сырья и материалов, автотранспорта и погрузочной техники, сбора и утилизации отходов, сбытовой деятельности, системой трубопроводов и иных коммуникаций, проездом грузового автотранспорта, наличием погрузочно-разгрузочных и разворотных площадок, необходимостью соблюдения требования промышленной и пожарной безопасности.

Результаты дополнительной строительно-технической экспертизой согласуются с приёмочными актами 1972 и 1973 гг, техническим паспортом 2010 г., заключением кадастрового инженера в составе технического плана 2020 г., аппаратурно-технологической схемой и иными документами, подтверждающими факт участия поименованных в иске объектов недвижимости в обеспечении производства пива и безалкогольной продукции.

Таким образом, все литера, об освобождении которых заявлено, входят в единую систему производственных площадей завода по производству пива и безалкогольной продукции. Все помещения являются производственными и вспомогательными, обеспечивающими производственный процесс. Иного назначения помещения не имеют, в том числе не имеют иного назначения, кроме как производственного, и те помещения, в которых оборудование не установлено.

Материалами дела и результатами судебной строительно-технической экспертизы и дополнительной судебной строительно-технической экспертизы установлена связь всех зданий и сооружений на территории завода, как единого производственного предприятия, в котором размещен единый функционирующий более 50 лет комплекс пивоваренного оборудования и осуществляется непрерывное производство.

Поскольку все помещения и оборудование пивоваренного завода является единым технологическим комплексом по производству пива и безалкогольной продукции, вычленение той или иной части приведет к ликвидации неделимой вещи. Поэтому, освобождение одного из корпусов завода или отдельно взятых помещений приведет к ликвидации всего производства.

С учетом выводов, сделанных экспертом при проведении судебной строительно-технической экспертизы и дополнительной строительно-технической экспертизы по настоящему делу, а также ранее сделанных судами аналогичных выводов по делам № А71-572/2011, № А71-565/2011, ООО «УК Капитал-Инвест», требуя передать ему недвижимое имущество по адресу <...>, по существу настаивает на разделе неделимой вещи, которая разделена быть не может, вследствие своей неделимости.

При этом, заключение договоров аренды недвижимого имущества в 2014, 2016, а также в 2018 году, судом расценивается как оформление определенного порядка пользования этой неделимой вещью. Договоры аренды имели формальный характер и заключались исключительно в целях обеспечения участия доверительного управляющего ЗПИФН «Ритейл-Инвест» в распределении дохода от использования неделимой вещи и фискальных целях.

Суд к указанному выводу пришел, в связи со следующим.

Постановлением Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 24.12.13 г. (дата публикации 21.03.14 г.) № 12505/13, принятым по делу № А71-572/2011 установлено: «Управляющая компания и общество «Гамбринус» вправе использовать предусмотренные законом способы защиты своих прав на спорный неделимый объект в том числе и в отношениях между собой, в частности они не лишены права требовать признания общей долевой собственности на данный неделимый объект, определения размера принадлежащих им долей в праве собственности на него и внесения соответствующих изменений в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним, а также определения порядка владения, пользования и распоряжения этим объектом.».

Далее АО «Гамбринус» в 2014г. обратилось с требованием о признании за собой и владельцами инвестиционных паев Закрытого паевого инвестиционного фонда недвижимости «Ритейл-Инвест» права общей равнодолевой собственности (по 1/2 доле) на единый недвижимый комплекс. Однако, постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.01.2016 по делу № А71-4970/2014, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 28.04.2016, обществу «Гамбринус» отказано в удовлетворении иска ввиду отсутствия какого-либо договора, выражающего волю собственников объектов недвижимого имущества и установленного оборудования (движимого имущества) на возникновение общей долевой собственности на спорное имущество как единый неделимый объект.

После вышеуказанных актов, АО «Гамбринус», направляло в адрес истца оферту на заключение соглашения о порядке владения и пользования общей собственностью от 25.03.2020 г., а также предложения о выкупе имущества у истца от 01.09.2017 № 641, которые остались без удовлетворения.

При этом ответчик в 2021 году заявил еще один иск о признании общей долевой собственности на основании статьи 133 Гражданского кодекса (дело № А71-5516/2021), считая недвижимое и движимое имущество единой вещью, но производство по делу было прекращено в соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Таким образом, с учетом вышеуказанных действий, которые были предприняты АО «Гамбринус» для разрешения сложившегося длительного конфликта между сторонами, которые не привели к его разрешению, суд приходит к выводу, что договоры аренды имели формальный характер и заключались исключительно в целях обеспечения участия доверительного управляющего ЗПИФН «Ритейл-Инвест» в распределении дохода от использования неделимой вещи и фискальных целях.

Недостоверным является и утверждение истца о вынужденности заключения с ответчиком договора аренды в 2014 г. со ссылкой на предупреждение, вынесенное антимонопольной службой.

Так, согласно Решением по делу №СЮ06/2014-46 от 22.08.2014 г. Управления Федеральной антимонопольной службы по УР производство в отношении ООО «Управляющая компания Траст-Капитал» Д.У. ЗПИФ недвижимости «Ритейл-Инвест» возбужденное по признакам нарушения ст. 10 ФЗ «О защите конкуренции» было прекращено, в связи с отсутствием нарушения антимонопольного законодательства.

В качестве основания такого прекращения антимонопольный орган в решении указал «Учитывая, что объекты недвижимости, расположенные по адресу <...>, принадлежащие ООО «Управляющая компания Траст-Капитал» и оборудование, размещенное в них, принадлежащее АО «Гамбринус» представляет собой неделимую вещь, положение ООО «Управляющая компания Траст-Капитал» на рынке услуг по представлению в аренду производственных площадей - <...> (литер А,Б, Д, Е,0) не может быть признано доминирующим, в действиях ООО «Управляющая компания Траст-Капитал» отсутствуют признаки нарушения п.5 ч.1 ст. 10 Закона «О защите конкуренции».

Таким образом, в действиях ответчика отсутствует злоупотребление правом.

Требование об обязании возвратить недвижимое имущество по акту приема-передачи заявлено в отсутствие оснований для применения закона и договора, предусматривающих обязанность арендатора вернуть арендодателю объект аренды.

Правовым основанием для обязания арендатора возвратить арендованное имущество арендодателю является абз. 1 ст. 622 ГК РФ, согласно которой при прекращении договора аренды арендатор обязан вернуть арендодателю имущество в том состоянии, в котором он его получил, с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором.

Норма абз. 1 ст. 622 ГК РФ находится в системной связи с положениями ст. 611 ГК РФ, а также абз. 1 ст. 606 и ст. 607 ГК РФ, предусматривающими обязанность арендодателя передать арендуемое имущество арендатору.

Таким образом, обязанность арендатора вернуть имущество арендодателю является встречной по отношению к обязанности арендодателя передать арендатору имущество.

Вместе с тем, истец не передавал недвижимое имущество по ул. Салютовской, 77 ответчику, акт приема-передачи к договору аренды не отражает фактической передачи имущества, поскольку истец никогда имуществом фактически не владел, что также подтверждается судебными актами по делам №А71-572/2011 и №А71-565/2011. ООО «УК Траст-Капитал», доверительному управляющему ЗПИФН «Ритейл-Инвест» было отказано в виндикации имущества, т.е. в истребовании его из владения АО «Гамбринус».

Невозможно передать то, чем фактически не владеешь, невозможно требовать вернуть то, что не передавал. Оборудование и здания никогда физически не разделялись, вследствие своей неделимости, что подтверждено материалами дела и заключением эксперта по настоящему делу.

Ни одна из сторон обязательства, по условиям которого предусмотрено встречное исполнение, не вправе требовать по суду исполнения, не предоставив причитающегося с нее по обязательству другой стороне (п. 3 ст. 328 ГК РФ).

На отсутствие воли на возврат и разделение неделимого имущества указывают и действия АО «Гамбринус», которое направляло в адрес истца оферту на заключение соглашения о порядке владения и пользования общей собственностью от 25.03.2020 г., а также предложения о выкупе имущества у истца от 01.09.2017 № 641.

АО «Гамбринус» были заключены договоры с ресурсоснабжающими организациями задолго до договора аренды №2/2018-ДРИ от 31.01.2018 г., в частности договоры на холодное водоснабжение и водоотведение от 28.12.2009 г., от 30.11.2012 г., договоры энергоснабжения от 01.07.2009 г., от 30.11.12 г., указанные договоры предусматривают автоматическую пролонгацию и фактически носят бессрочный характер. Договор поставки газа от 01.10.2018 г. (срок действия в п. 8.1. с 01.01.2019 г. по 31.12.2023 г., с 01.01.2024 г. действует Договор поставки газа №56-4-8960/24 от 01.11.2023 г.) также указывает на намерение АО «Гамбринус» осуществлять производственную деятельность.

Таким образом, отсутствуют правовые основания для применения абз. 1 ст. 622 ГК РФ, а также положений договора аренды, предусматривающих обязанность арендатора вернуть арендодателю недвижимое имущество по ул. Салютовской, 77.

Кроме того, требования о передаче зданий являются неисполнимыми.

На сегодняшний день фактически заявлены требования к АО «Гамбринус» о возврате недвижимого имущества, в освобождении которого судом уже было отказано.

Все элементы неделимой вещи: недвижимое имущество и оборудование предназначены для единой цели - производство пивоваренной и безалкогольной продукции.

Результатами судебной строительно-технической экспертизы по настоящему делу установлена невозможность освобождения зданий и сооружений по адресу: УР, <...> от установленного в них производственного оборудования в состоянии пригодном для последующей эксплуатации оборудования и целостности зданий и сооружений.

Вывод о неделимости объектов и невозможности их раздела подтверждены не только выводами эксперта по настоящему делу сделанными в Заключении эксперта № 14-РЭБ-23, но и в представленных ранее в материалы дела Заключении эксперта по Определению о назначении экспертизы по делу №17АП-2738/2011-ГК от 25.12.2012 г., подготовленным ФИО12, Заключением экспертов по делу №А71-572/2011, в т.ч. и их письменными пояснениями от 21.02.12 г., Актом экспертного исследования №054-02-00619 от 19.04.11 г. Торгово-промьппленной палаты УР, Актом экспертного исследовании №128/10/12-05 от 16.07.2012 г., составленном Федеральным бюджетным учреждением Министерства юстиции РФ Пермской лабораторией судебной экспертизы, а также эксперты в рамках судебной экспертизы и письменных пояснений экспертов от 21.02.12 г. по делу № А71-565/2011.

Таким образом, исходя из конкретных обстоятельств дела, требование истца об обязании АО «Гамбринус» возвратить недвижимое имущество является неисполнимым и не соответствует существу обязательств АО «Гамбринус» перед истцом.

Также суд отмечает, что требование обязать ответчика возвратить истцу по акту приема передачи на условиях компенсации остаточной стоимости технологического оборудования, перечисленного в таблице № 1, в размере остаточной стоимости не основаны на нормах права. Истец не указал, какими положениями закона он руководствуется, заявляя требования, которые фактически направленны на принудительное прекращение права собственности на оборудование, принадлежащее ответчику.

В ст. 12 ГК РФ перечислены способы защиты гражданских прав. Среди указанных способов не предусмотрен такой способ, как принудительное прекращение права собственности с выплатой собственнику остаточной стоимости.

Сама по себе остаточная стоимость не отражает реальной стоимости имущества. Остаточная стоимость — это величина, определяемая для начисления налога на имущество, налога на прибыль и других налогов.

Понятие остаточной стоимости применяется к амортизируемым объектам основных средств согласно статьям 256, 257 НК РФ. Остаточная стоимость основных средств - это их учётная стоимость, образуемая путем уменьшения первоначальной балансовой стоимости на начисленную амортизацию, которая рассчитывается по определённым методам, установленным статьями 259, 259.1, 259.2, 259.3 НК РФ, а также по правилам Федерального стандарта бухгалтерского учета ФСБУ 6/2020 «Основные средства».

Сам Налоговый кодекс РФ разделяет понятие рыночной стоимости и остаточной стоимости. Так, при совершении сделки между взаимозависимыми лицами отклонение цены реализации имущества от его рыночной стоимости может рассматриваться в качестве одного из признаков нарушения положений ст. 54.1 НК РФ, что грозит доначислением продавцу налоговых обязательств исходя из рыночной цены имущества (ст. 105.3 НК РФ).

Таким образом, остаточная стоимость - это расчетная бухгалтерская величина, служащая для исчисления налогов. Остаточная стоимость не отражает реальную рыночную стоимость имущества, учитывающую в себе инфляционные процессы, соотношение спроса и предложения, валютные курсы и другие рыночные факторы.

Балансовая (первоначальная) стоимость технологического оборудования задействованного в производстве пива и безалкогольной продукции и находящегося в истребуемых зданиях и помещениях составляет 1 112 587 469 руб., что подтверждено представленной в материалы дела оборотно-сальдовой ведомостью по счету 01.01 на 31.12.2024 г.

Указанное оборудование представляет собой единую производственно-технологическую линию, которая также является единой вещью со зданиями в которых расположена. Каждый объект данной производственно-технологической линии после интеграции его в единую систему производства утрачивает какое-либо самостоятельное значение и не может рассматриваться как отдельный объект (п.1, 2 ст. 133 ГК РФ).

Фактически требования истца о выплате компенсации в сумме 27 665 411 руб., направлены на уничтожение производственной линии стоимостью 1 112 587 469 руб. Результатами судебных экспертиз установлена невозможность извлечения всей производственной линии. Извлечение отдельных частей приведёт к уничтожению всей линии, при этом стоимость предлагаемой истцом компенсации в 40 раз меньше реальной стоимости производственно-технологической линии, которую истец предлагает уничтожить.

Истцом допущен некорректный и своевольный расчет остаточной стоимости оборудования, не основанный на данных бухгалтерского учета. Произведённый истцом расчет не соответствует представленным в материалы дела оборотно-сальдовым ведомостям по счетам по счету 01.01 на 31.12.2024 г. и счету 02.01 на 31.12.2024 г.

По мнению истца, бухгалтерский учет за пределами срока полезного использования, определенного для соответствующей амортизационной группы в соответствии постановлением Правительства Российской Федерации от 1 января 2002 г. № 1 «О Классификации основных средств, включаемых в амортизационные группы», должен игнорировать рыночную стоимость основных средств, всегда учитывая их в составе активов по нулевой остаточной стоимости.

Вместе с тем, достоверность является основным принципом ведения бухгалтерского учета. Это находит свое выражение в том, что согласно ч. 1 ст. 13 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» бухгалтерская (финансовая) отчетность должна давать достоверное представление о финансовом положении экономического субъекта на отчетную дату.

Предлагаемая истцом интерпретация правил бухгалтерского учета приводит к абсурдной ситуации, когда по истечении срока амортизации работоспособное, находящееся в эксплуатации и непосредственно участвующее в создании добавленной стоимости технологическое оборудование ничего не стоит с точки зрения бухгалтерского учета и отчетности, что явно свидетельствует о нарушении принципа достоверности.

В соответствии с п. 15 ФСБУ 6/2020 «Основные средства» «При оценке основных средств по переоцененной стоимости стоимость основного средства регулярно переоценивается таким образом, чтобы она была равна или не отличалась существенно от их справедливой стоимости. Для целей настоящего Стандарта справедливая стоимость определяется в порядке, предусмотренном Международным стандартом финансовой отчетности (IFRS) 13 "Оценка справедливой стоимости", введенным в действие на территории Российской Федерации приказом Министерства финансов Российской Федерации от 28 декабря 2015 г. N 217н».

В соответствии с п. 2 МСФО (IFRS) 13 «Оценка справедливой стоимости» «Справедливая стоимость - оценка, основанная на рыночных данных, а не оценка, специфичная для организации. В отношении некоторых активов и обязательств могут быть доступны наблюдаемые рыночные сделки или рыночная информация. В отношении других активов и обязательств могут не быть доступными наблюдаемые рыночные сделки или рыночная информация. Однако цель оценки справедливой стоимости в обоих случаях одна - определить цену, по которой была бы осуществлена обычная сделка между участниками рынка с целью продажи актива или передачи обязательства на дату оценки в текущих рыночных условиях (то есть цену выхода на дату оценки с позиции участника рынка, который удерживает указанный актив или является должником по указанному обязательству)».

Правила бухгалтерского учета применительно к переоценке основных средств оперируют понятием «справедливая стоимость», именно для приведения к этой величине приводится переоценка, причем «справедливая стоимость» - это стоимость, основанная на рыночных данных - наблюдаемых рыночных сделках или рыночной информации, оценке возможной цены продажи актива в текущих рыночных условиях.

Данные о балансовой (первоначальной) стоимости основных средств и начисленной амортизации, что определяет остаточную стоимость основных средств, в том числе с учетом процедур инвентаризации, модернизации, амортизации, переоценки и т.д., содержатся в бухгалтерском учете АО «Гамбринус» и отражены в представленных в материалы дела оборотно-сальдовых ведомостях по счету 01.01 и счету 02.01. При этом АО «Гамбринус» проходит ежегодный аудит, результатами независимого аудита ежегодно подтверждается достоверность бухгалтерской отчетности АО «Гамбринус», каких-либо нарушений в т.ч. и в определении стоимости основных средств не установлено.

Представленный истцом расчет остаточной стоимости основных средств от 17 февраля 2025 г. противоречит данным бухгалтерского учета АО «Гамбринус».

Таким образом, представленный истцом расчет остаточной стоимости недостоверен, противоречит данным бухгалтерского учета АО «Гамбринус» и не может быть использован для принятия решения по делу.

На основании вышеизложенного, суд приходит к выводу о невозможности удовлетворения иска в части обязания ответчика возвратить спорное недвижимое имущество.

Поскольку судом сделан вывод о невозможности возврата спорного недвижимого имущества, требование о взыскании меры ответственности, предусмотренной п. п.4.2 Договора аренды.

На основании вышеизложенного, исковые требования удовлетворению не подлежат.

Расходы по уплате государственной пошлины и проведению судебных экспертиз, в соответствии со ст. 110 АПК РФ, подлежат отнесению на истца.

На основании изложенного, ст.ст. 309, 310, 330, 606, 614 ГК РФ, руководствуясь ст.ст. 64, 65, 71, 75, 110, 167-171, 176, 181 АПК РФ, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска – отказать.

Решение суда может быть обжаловано в течение месяца в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Решение направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет». По ходатайству копии решения на бумажном носителе могут быть направлены в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства в арбитражный суд заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Судья К.М. Хабарова