АРБИТРАЖНЫЙ СУД СТАВРОПОЛЬСКОГО КРАЯ

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

г. Ставрополь Дело № А63-652/2023

16 ноября 2023 года

Резолютивная часть решения объявлена 09 ноября 2023 года

Решение изготовлено в полном объеме 16 ноября 2023 года

Арбитражный суд Ставропольского края в составе судьи Русановой В.Г., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Пармоном В.И., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению публичного акционерного общества «Ростелеком», г. Санкт-Петербург, к обществу с ограниченной отнесенностью «КМВтелеком», г. Ессентуки, о взыскании задолженности по договору от 07.09.2021 № 1 в размере 1 183 040,18 руб., встречному исковому заявлению общества с ограниченной отнесенностью «КМВтелеком», г. Ессентуки, к публичному акционерному обществу «Ростелеком», г. Санкт-Петербург, о признании недействительным договора уступки прав требования (цессии) от 07.09.2021 № 1, применении последствий недействительности в отношении денежных средств, перечисленных истцом и полученных ответчиком в размере 505 057,38 руб. путем приведения сторон в первоначальное состояние, в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено акционерное общество «КМВтелеком» в лице конкурсного управляющего ФИО1,

при участии представителя публичного акционерное общество «Ростелеком» ФИО2, доверенность от 06.09.2022 № 01/29/776-22, представителя общества с ограниченной отнесенностью «КМВтелеком» Ясной В.И., доверенность от 02.03.2023 № 12, в отсутствие представителя третьего лица,

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Ставропольского края поступило заявление публичного акционерного общества «Ростелеком» (далее - истец) к обществу с ограниченной отнесенностью «КМВтелеком» (далее - ответчик) о взыскании задолженности по договору уступки прав требования (цессии) от 07.09.2021 № 1 (далее - договор) в размере 1 183 040,18 руб.

Определением от 27.02.2023 суд принял встречное исковое заявление ответчика, в силу которого последний просил суд признать недействительным договор, а так же применить последствия недействительности в отношении денежных средств, перечисленных истцом и полученных ответчиком в размере 505 057,38 руб. путем приведения сторон в первоначальное состояние.

Определением от 14.06.2023 к участию в деле в качестве третьего лиц, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено акционерное общество «КМВтелеком» в лице конкурсного управляющего ФИО1 (далее – третье лицо).

29 сентября 2023 года от истца поступило ходатайство об уточнении исковых требований, в силу которого последний просил суд взыскать с ответчика задолженность по договору в размере 1 213 040,16 руб.

Уточненные требования судом признаны не противоречащими статье 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) и приняты к производству.

В настоящее судебное заседание третье лицо, надлежащим образом уведомленное о времени и месте рассмотрения дела в заседание суда не явилось, возражений относительно рассмотрения спора по существу не представило.

Сведения о месте и времени проведения судебного заседания размещены на официальном сайте арбитражного суда http://www.my.arbitr.ru.

Суд, на основании и в порядке статьи 156 АПК РФ, суд находит возможным, рассмотреть дело в отсутствие неявившегося лица.

Представитель истца просил суд удовлетворить первоначальные исковые требования в полном объеме, в удовлетворении встречных требований просил отказать, поддержал доводы, изложенные в заявлении, уточнениях и возражениях по делу.

Представитель ответчика просил суд отказать в удовлетворении первоначальных исковых требований в полном объеме, встречные исковые требования просил удовлетворить, поддержал доводы, изложенные во встречном заявлении и в возражениях по делу.

Всесторонне и полно исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в порядке, предусмотренном статьей 71 АПК РФ, арбитражный суд считает исковые требования подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, 07.09.2021 истец (далее - цедент) и ответчик (далее - цессионарий) заключили договор, по условиям которого цедент уступает, а цессионарий принимает все права (требования) исполнения обязательств АО «КМВтелеком» (далее - должник), возникших из договоров, перечисленных в пункте 1.2. договора.

Цессионарий становится кредитором должника на сумму 1 690 057,38 рублей.

Как утверждает истец, в связи с ненадлежащим исполнением ответчиком своих обязательств по договору у него образовалась задолженность перед истцом за период с 01.11.2021 по 01.05.2022 в размере 1 213 040,16 руб.

В целях соблюдения досудебного порядка урегулирования спора истец 06.10.2022 направил в адрес ответчика претензию от 06.10.2022 № 2-26-102022-4957677.

Претензия оставлена без ответа, долг в добровольном порядке не погашен.

Неисполнение ответчиком обязательств по оплате задолженности и послужило основанием для обращения истца в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением.

Согласно части 1 статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Гражданским кодексом Российской Федерации, законом или добровольно принятым обязательством.

В силу статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Согласно статьям 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом. Односторонний отказ от исполнения обязательства, связанного с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, и одностороннее изменение условий такого обязательства допускаются также в случаях, предусмотренных договором, если иное не вытекает из закона или существа обязательства. Гражданское законодательство не допускает односторонний отказ от исполнения обязательства или одностороннее изменение его условий.

Пунктом 1 статьи 382 ГК РФ установлено, что право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования). Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором (пункт 2 указанной статьи).

Согласно статье 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на неуплаченные проценты.

Уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору (часть 1 статьи 388 ГК РФ).

Как указывалось выше 07.09.2021 между истцом и ответчиком заключен договор уступки, по условиям которого цедент уступает, а цессионарий принимает все права (требования) исполнения обязательств должника, возникших из договоров, перечисленных в пункте 1.2. договора.

Цессионарий становится кредитором должника на 1 690 057,38 руб.

Указанное в пункте 1.2. договора право требования переходит к цессионарию с момента заключения договора (пункт 1.3. договора).

Цессионарий в течение 14 рабочих дней с момента перехода к нему права (требования) письменно уведомляет должника о состоявшемся переходе прав (требований) (пункт 2.3. договора).

Цедент гарантирует, что право требования поименованное в пункте 1.2. договора, является его собственностью, не обременено никакими обязательствами (в том числе не является предметом залога), предварительные договоры по отчуждению с третьими лицами отсутствуют (пункт 2.4. договора).

Цедент гарантирует, что на момент заключения договора предоставил цессионарию достоверную и полную информацию в отношении своего финансового положения и прочих предоставленных документов. Цедент гарантирует, что он не скрыл какой-либо информации, которая могла бы повлиять на принятие цессионарием решения о заключении договора, отсутствуют основания для признания договора недействительным, установленные нормами главы III.I Федерального закона № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (пункт 2.5 договора).

В соответствии с пунктом 3.1. договора за приобретаемое право требования цессионарий уплачивает цеденту 1 690 057,38 рублей вознаграждение с рассрочкой платежа, согласно графику платежей, в следующем порядке:

169 005,74 руб. - в срок до 25.11.2021;

169 005,74 руб. - в срок до 25.12.2021;

169 005,74 руб. - в срок до 25.01.2022;

169 005,74 руб. - в срок до 25.02.2022;

169 005,74 руб. - в срок до 25.03.2022;

169 005,74 руб. - в срок до 25.04.2022;

169 005,74 рублей - в срок до 25.05.2022;

169 005,74 руб. - в срок до 25.06.2022;

169 005,74 руб. - в срок до 25.07.2022;

169 005,74 руб. - в срок до 25.08.2022.

Во исполнение пункта 2.1. договора по акту приема-передачи от 07.09.2021 цедент передал, а цессионарий принял документы, удостоверяющие право (требования) к должнику на установленную сумму.

В силу пункта 7.1 договора настоящий договор вступает в силу со дня его подписания цедентом и цессионарием и действует до полного исполнения обязательств по договору.

Во исполнение принятых на себя обязательств по договору цессионарий перечислил цеденту денежные средства в размере в размере 477 017 рублей 22 копейки, что подтверждается платежными поручениями № 383 от 08.06.2022, № 384 от 30.05.2022, № 385 от 16.05.2022, № 386 от 11.05.2022, № 387 от 08.06.2022, № 437 от 04.04.2022, № 518 от 21.04.2022, № 900 от 06.07.2022, № 912 от 08.07.2022, № 1035 от 10.08.2022, № 1069 от 17.08.2022, № 1144 от 07.09.2022, № 1159 от 12.09.2022, № 1186 от 15.09.2022, № 1259 от 30.09.2022, № 1275 от 05.10.2022, № 1295 от 07.10.2022, № 1321 от 18.10.2022, № 1377 от 26.10.2022, № 1409 от 02.11.2022, № 1431 от 22.11.2022, № 1608 от 13.12.2022, № 6 от 10.01.2023, № 77 от 24.01.2023 и № 137 от 07.02.2023.

На основании чего суд, оценив в порядке статьи 71 АПК РФ, имеющиеся в материалах дела доказательства, пришел к выводу, что требования истца о взыскании суммы задолженности в размере 1 213 040,16 руб. подлежат удовлетворению в полном объеме.

При этом суд не принимает доводов ответчика о том, что при заключении договора, истец необоснованно включил в договор уступки задолженность в размере 9 900 руб., образовавшуюся за период с 01.10.2019 по 31.10.2019 по договору № РФ 10/000729-Д от 23.04.2014, в связи со следующим.

Одним из договоров, перечисленных в пункте 1.2. договора указан договор предоставления в пользования места в кабельной канализации № РФ 10/000729-Д от 23.04.2014, по которому истец уступал ответчику право требования к третьему лицу в размере 1 015 284,34 руб., возникшее из обязательств за период с 01.10.2019 по 13.04.2021.

Так, согласно счет-фактуре № 44100257574/0410 от 31.10.2019 за период с 01.10.2019 по 31.10.2019 по договору № РФ 10/000729-Д от 23.04.2014 истцом к оплате третьему лицу выставлена сумма 53 037,60 руб., обязательство по оплате которой, частично было прекращено сторонами зачетом встречного однородного требования на сумму 9 900 руб., отразив это в двухстороннем Акте зачета взаимных требований от 23.06.2020.

При этом в акте зачета взаимных требований от 23.06.2020 сторонами было установлено, что после принятия к зачету встречного однородного требования на сумму 9 900 руб., сумма долга по счет-фактуре № 44100257574/0410 от 31.10.2019 составила 43 137,60 руб.

Поскольку по договору истец уступал ответчику права требования к третьему лицу возникшее из обязательств по договору № РФ 10/000729-Д от 23.04.2014 за период с 01.10.2019 по 13.04.2021 в размере 1015 284,34 руб., то в указанную сумму вошли как 43 137,60 руб. обязательств должника по оплате, образовавшейся за период с 01.10.2019 по 31.10.2019, так и 972 146,74 руб. обязательств третьего лица по оплате, образовавшейся за период с 01.11.2019 по 13.04.2021 (43 137,60 руб. + 972 146,74 руб. = 1015 284,34 руб.).

При таких обстоятельствах, поскольку уступка права требования, возникшая из обязательств по договору № РФ 10/000729-Д от 23.04.2014 за период с 01.10.2019 по 13.04.2021 в размере 1 015 284,34 руб. осуществлялась истцом с учетом ранее произведенного по двухстороннему акту от 23.06.2020 зачета встречных однородных требований с должником, довод ответчика о включении в договор ранее принятых к зачету 9 900 руб., является необоснованным и не соответствующим фактическим обстоятельствам дела.

Возражая относительно заявленных истцом требований, ответчиком заявлено встречное исковое заявление, которое мотивированно ничтожностью спорного договора уступки, поскольку последний заключен в нарушение действующего законодательства.

По существу встречного искового заявления суд пришел к следующему.

Согласно пункту 1 статьи 166, пункту 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке.

В отношении договора цессии специальных оснований ничтожности нет, поэтому применяются общие основания ничтожности сделок.

В частности, ничтожны:

- договор, по которому передается требования (право), уступка которого запрещена законом (п. 2 ст. 168 ГК РФ, п. 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25, п. 9 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54),

- безвозмездный договор цессии между коммерческими организациями, индивидуальными предпринимателями или между коммерческой организацией и индивидуальным предпринимателем (пп. 4 п. 1 ст. 575, п. 3 ст. 23, п. 2 ст. 168 ГК РФ, пункт 75 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25);

- договор цессии не удостоверен нотариально, хотя уступка основана на нотариально удостоверенной сделке с должником (п. 1 ст. 389, п. 3 ст. 163 ГК РФ).

В обоснование своих встречных требований ответчик сослался на безвозмездность спорной сделки (договора уступки), на отсутствие согласия должника на осуществление уступки, а так же на то, что цедент скрыл информацию, которая могла бы повлиять на принятие цессионарием решения о заключении договора, а именно на то, что должник находился в стадии банкротства.

При этом ответчиком не учтено, что в соответствии с пунктом 3 статьи 423 ГК РФ договор предполагается возмездным, если из закона, иных правовых актов, содержания или существа договора не вытекает иное.

В пункте 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 № 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что соглашение об уступке права (требования), заключенное между коммерческими организациями, может быть квалифицировано как дарение только в том случае, если будет установлено намерение сторон на безвозмездную передачу права (требования).

Отсутствие в сделке уступки права (требования) условия о цене передаваемого права (требования) само по себе не является основанием для признания ее ничтожной как сделки дарения между коммерческими организациями.

В соответствии с пунктом 1 статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Положениями глав 24 и 28 ГК РФ условия о цене и порядке расчетов не отнесены к существенным условиям договора уступки права требования.

При таких обстоятельствах, с учетом положений пунктов 3.1. и 3.2. договора, суд приходит к выводу, что доводы ответчика о не приобретении им для себя никакой коммерческой выгоды ввиду равнозначности стоимости уступленного права и цены договора цессии, а также отсутствие в договоре указания на проценты, подлежащие начислению до полной оплаты стоимости уступленного права, не свидетельствуют о безвозмездности договора.

Ссылка ответчика на то, что спорный договор является мнимой сделкой, так как по нему ответчик приобрел у истца обязательств на сумму равную долгу кредитора, тем самым истец знал и не мог не знать о том, что его выгода по данному договору составляет в денежном выражении 0 рублей, несостоятельны, так как в силу статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключение договора, условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

Более того, изучив имеющиеся в материалах дела доказательства, в том числе судебные акты по делу А63-10994/2019 и № А63-12292/2022, договоры, явившиеся предметом уступку, суд приходит к выводу, что договор был заключен ответчиком, не только с целью приобретения права требования взыскания задолженности, но и права использования мест в кабельной канализации, получения в пользование комплекса ресурсов для размещения технологического оборудования, присоединения сети местной телефонной связи должника к сети местной телефонной связи ОАО «Ростелеком».

Так же суд не принимает довод ответчика об отсутствии согласия должника на заключение спорного договора уступки, в связи со следующим.

В соответствии со статьей 384 ГК РФ право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права, если иное не предусмотрено законом или договором.

В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором (пункт 2 статьи 382 ГК РФ). По общему правилу, личность кредитора не имеет значения для уступки прав требования по денежным обязательствам, если иное не установлено договором или законом.

Согласно пункту 16 постановления пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» если договор содержит условие о необходимости получения согласия должника либо о запрете уступки требования третьим лицам, передача такого требования, за исключением уступки требований по денежному обязательству, может быть признана недействительной по иску должника только в случае, когда доказано, что цессионарий знал или должен был знать об указанном запрете (пункт 2 статьи 382, пункт 3 статьи 388 ГК РФ).

На основании вышеизложенных правовых норм, с учетом того, что уступка права требования по договору произведена в отношении денежного обязательства, по которому личность кредитора не имеет значения для должника и что договор уступки оспаривает не должник, а цессимонарий, довод ответчика на отсутствие согласия должника на уступку такого права является необоснованным.

Так же суд не принимает ссылку ответчика на то, что при заключении договора он как сторона не знал о процедуре банкротства должника и об отсутствии возможности получить в будущем исполнение обязательств с его стороны, в связи со следующим.

В рамках дела № А63-10994/2019 о банкротстве должника арбитражным судом было установлено, что руководитель третьего лица обратился в Арбитражный суд Ставропольского края с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

Определением от 11.06.2019 заявление должника было принято судом к производству, возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве).

Определением от 10.07.2019 (резолютивная часть объявлена 08.07.2019) в отношении третьего лица введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО3

Решением суда от 25.02.2020 (резолютивная часть объявлена 17.02.2020) должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства. Конкурсным управляющим утвержден - ФИО1

Сведения о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликованы конкурсным управляющим в периодическом издании - газете «Коммерсант» от 22.02.2020 № 33.

В Арбитражный суд Ставропольского края поступило заявление от конкурсного управляющего должника ФИО1 о признании недействительной сделки по отчуждению имущества должника в пользу ответчика, оформленную актом приема-передачи от 01.07.2019 и применении последствий недействительности сделки в виде возврата ответчиком в конкурсную массу третьего лица имущества, переданного по акту приема-передачи от 01.07.2019.

Вступившим в законную силу определением от 30.06.2023 арбитражный суд признал недействительной сделкой действия по передаче линий ВОЛС в пользу ответчика, оформленные актом приема-передачи от 01.07.2019 и применил последствия недействительности сделки в виде обязания ответчика возвратить в конкурсную массу должника перечисленное в определении имущество.

В процессе судебного разбирательства судом было установлено, что оспариваемая конкурсным управляющим сделка совершена от 01.07.2019, заявление о признании банкротом принято к производству суда определением от 11.06.2019, то есть сделка была совершена после принятия заявления о признании должника банкротом, что опровергает довод ответчика о том, что на момент заключения договора цессии он не знал о процедуре банкротства должника.

Кроме того, судом первой инстанции было установлено, что оспариваемая конкурсным управляющим сделка от 01.07.2019 совершена между аффилированными лицами, так как учредителем должника (100%) и ответчика (100%), председателем наблюдательного совета должника являлась ФИО4 (ИНН <***>), генеральным директором должника являлся ФИО5 (ИНН <***>) - бывший муж ФИО4, единственным акционером должника являлась ФИО6 (ИНН <***>) - мать ФИО5, что также опровергает довод ответчика об отсутствии у него информации о процедуре банкротства должника на момент заключения спорного договора уступки.

Довод ответчика об отсутствии возможности получить в будущем исполнение обязательств со стороны должника также опровергается материалами дела № А63-12292/2022, которым удовлетворено требование ответчика к должнику о взыскании 922 870,71 руб. текущей задолженности, образовавшейся за период с 01.12.2019 по 31.12.2020. по договору о присоединении сети местной телефонной связи ЗАО «КМВтелеком» к сети местной телефонной связи ОАО «Ростелеком» и их взаимодействии № РФ 10/000282-Д от 12.02.2014 и договору предоставления в пользование технологических ресурсов для организации соединения оборудования № РКИ-СТВ/2016-01 от 01.01.2016, право требования по которым, перешло от истца к ответчику по трехсторонним договорам о переводе долга № КМВ-РТК/СТС-01 от 31.12.2020 и № КМВ-РТК/СТС-04 от 31.12.2020.

Из изложенного следует, что должник располагает определенным запасом прочности, кадровым потенциалом, основными фондами; экономически обоснованное, результативное и эффективное использование собственных средств может привести к восстановлению платежеспособности должника в условиях моратория на погашение кредиторской задолженности.

Согласно части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Вместе с тем, в нарушение требований части 1 статьи 65 АПК РФ в материалы настоящего дела ответчиком не представлено доказательств того, что намерением сторон договора была передача права требования, не имеющее перспективу к удовлетворению, как и не представлено иных надлежащих и безусловных доказательств, подтверждающих факт недействительности договора уступки.

Более того, суд считает необходимым указать, что согласно пункту 5 статьи 166 ГК РФ заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Как видно из материалов дела при заключении договора сторонами подписан акт приёма-передачи документов от 07.09.2021, обе стороны подписали график платежей от 07.0.2021.

По состоянию на 02.02.2023 ответчик перечислил на расчетный счет истца денежные средства в размере 505 057,38 руб., что не оспаривается сторонами.

Таким образом, материалами дела подтверждается, что поведение ответчика после заключения спорного договора давало основание истцу, должнику и иным лицам полагаться на действительность сделки.

В силу изложенного суд считает, что основания для признания договора недействительным отсутствуют, в связи с чем, встречные исковые требования подлежат отклонению.

Иные доводы лиц, не отражённые в настоящем решении не имели существенного значения и не могли повалить на сделанные в нем выводы.

В силу статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны пропорционально удовлетворенным требованиям.

Пии подаче искового заявления истцом уплачена государственная пошлина в размере 24 830 руб., что подтверждается платежным поручением от 18.01.2023 № 55269.

При таких обстоятельствах, в соответствии с положениями статьи 110 АПКА РФ, с учетом удовлетворения уточненных исковых требований в полном объеме и отказе в удовлетворении встречного искового заявления, государственная пошлина в размере 24 830 руб. подлежит взысканию с ответчика в пользу ситца, а оставшаяся часть государственной пошлины по делу в размере 300 руб. подлежит взысканию с ответчика в доход бюджета Российской Федерации.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 49, 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Ставропольского края,

РЕШИЛ:

уточненные исковые требования публичного акционерное общество «Ростелеком», г. Санкт-Петербург, принять к производству и удовлетворить.

Взыскать с общества с ограниченной отнесенностью «КМВтелеком», г. Ессентуки, в пользу публичного акционерное общество «Ростелеком», г. Санкт-Петербург, задолженность по договору от 07.09.2021 № 1 в размере 1 213 040,16 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 24 830 руб.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «КМВтелеком», г. Ессентуки, в доход федерального бюджета Российской Федерации 300 руб. государственной пошлины.

В удовлетворении встречного искового заявления общества с ограниченной ответственностью «КМВтелеком», г. Ессентуки, к публичному акционерному обществу «Ростелеком», г. Санкт-Петербург, о признании недействительным договора уступки прав требования (цессии) от 07.09.2021 № 1, отказать.

Решение суда может быть обжаловано через Арбитражный суд Ставропольского края в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня его принятия (изготовления в полном объеме) и в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в двухмесячный срок со дня вступления его в законную силу при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья Русанова В.Г.