СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№17АП-8508/2023 (1)-АК

г. Пермь

24 августа 2023 года Дело №А60-13468/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 21 августа 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 24 августа 2023 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Плаховой Т.Ю.,

судей Темерешевой С.В., Шаркевич М.С.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Охотниковой О.И.,

лица, участвующие в деле, в судебное заседание представителей не направили, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу кредитора общества с ограниченной ответственностью «Коллекторское агентство «Голиаф»

на определение Арбитражного суда Свердловской области от 28 июня 2023 года о завершении процедуры реализации имущества должника и освобождении его от исполнения обязательств,

вынесенное в рамках дела №А60-13468/2022 о признании ФИО1 (ИНН <***>) несостоятельным (банкротом),

установил:

16.03.2022 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление ФИО1 (далее – ФИО1, должник) о признании ее несостоятельной (банкротом), которое определением от 22.03.2022 принято судом к производству.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 07.06.2022 (резолютивная часть от 31.05.2022) ФИО1 признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее введена процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим ФИО1 утвержден ФИО2, член Ассоциации арбитражных управляющих «Орион».

29.03.2023 от общества с ограниченной ответственностью «Коллекторское агентство «Голиаф» (далее – ООО «Голиаф») в суд поступило заявление о предоставлении финансовым управляющим информации, неосвобождении должника от исполнения обязательств (л.д. 49-50).

21.06.2023 в суд поступило ходатайство финансового управляющего о завершении процедуры реализации имущества ФИО1 и освобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами, а также ходатайство о перечислении с депозитного счета арбитражного суда причитающегося ему вознаграждения.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 28.06.2023 (резолютивная часть от 21.06.2023) суд завершил процедуру реализации имущества в отношении ФИО1; применил в отношении должника положения п. 3 ст. 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) об освобождении от обязательств. Поручил финансовому отделу перечислить ФИО2 с депозитного счета суда вознаграждение финансового управляющего в размере 25 000 руб.

Не согласившись с вынесенным определением, кредитор ООО «Голиаф», обратился с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить.

В обоснование апелляционной жалобы ООО «Голиаф» приводит доводы о наличии у кредитора оснований полагать, что между близкими родственниками должника могли быть заключены сделки для сокрытия имущества или денежных средств, подлежащих включению в конкурсную массу, однако соответствующее требование о проведении мероприятий по выявлению такого имущества и сделок судом финансовому управляющему выдвинуто не было. Указывает на отсутствие в материалах дела фото- и видеофиксации осмотра жилого помещения, что может указывать на неполноценное исследование финансовым управляющим имущественного положения должника. Отмечает, что ООО «Голиаф» не были предоставлены выписки по банковским счетам должника, включая предшествующий банкротству период. Полагает, что соответствующие выписки не были запрошены финансовым управляющим и не исследовались им. Считает имеющим место умышленное сокрытие должником части своего дохода с целью исключения выплаты кредиторам, что указывает на недобросовестность его действий при проведении процедуры банкротства. С позиции апеллянта, суд ненадлежащим образом провел исследование документов, представленных в материалы дела, не уделил должного внимания отчету финансового управляющего.

Должник против удовлетворения жалобы возражает по основаниям, приведенным в письменном отзыве, определение суда оценивает как законное и обоснованное, не подлежащее отмене.

Иные лица, участвующие в деле, письменные отзывы на жалобу не представили.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.08.2023 в связи с болезнью судьи Голубцова В.Г. в порядке, предусмотренном ч. 3 ст. 18 АПК РФ, произведена замена судьи Голубцова В.Г. на судью Плахову Т.Ю.

Лица, участвующие в деле, явку своих представителей в суд апелляционной инстанции не обеспечили, что в силу ст. 156 АПК РФ не препятствует рассмотрению жалобы судом в их отсутствие.

ООО «Голиаф» в апелляционной жалобе было заявлено ходатайство о рассмотрении жалобы в отсутствие своего представителя.

Ходатайство судом апелляционной инстанции рассмотрено в порядке ст. 159 АПК РФ и удовлетворено на основании ст. 156 АПК РФ.

Законность и обоснованность определения проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, оценив доводы апелляционной жалобы, проанализировав нормы материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемого определения, руководствуясь следующим.

Пунктом 1 ст. 213.28 Закона о банкротстве установлено, что после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов.

По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина (п. 2 ст. 213.28 Закона о банкротстве).

Исходя из приведенных положений Закона о банкротстве, арбитражный суд при рассмотрении вопроса о завершении реализации имущества гражданина должен с учетом доводов участников дела о банкротстве проверить совершение финансовым управляющим действий по формированию конкурсной массы в целях расчетов с кредиторами, установить исчерпаны ли возможности для удовлетворения требований конкурсных кредиторов за счет конкурсной массы должника. Сведения, содержащиеся в отчете финансового управляющего и в прилагаемых к нему документах, должны подтверждать указанные обстоятельства.

Разрешая вопрос о завершении процедуры реализации имущества и освобождении должника от исполнения обязательств, суд, приняв во внимание отсутствие у должника имущества для погашения требований кредиторов, невыявление финансовым управляющим сделок должника, в результате оспаривания которых могло бы быть возможным пополнение конкурсной массы, установив, что все мероприятия процедуры реализации имущества гражданина-должника, предусмотренные Законом о банкротстве, финансовым управляющим выполнены, руководствуясь положениями ст. 213.28 Закона о банкротстве, в отсутствии обстоятельств, препятствующих завершению процедуры реализации имущества должника, завершил процедуру банкротства должника.

В ходе рассмотрения ходатайства финансового управляющего должника о завершении процедуры реализации имущества и освобождении должника от исполнения обязательств, кредитор ООО «Голиаф» настаивал на неприменении к должнику правил об освобождении от исполнения обязательств перед кредиторами.

Оснований для удовлетворения ходатайства ООО «Голиаф» о нераспространении на должника правила об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов судом первой инстанции установлено не было ввиду признания недоказанными доводов кредитора о наличии в действиях должника признаков злоупотребления правом, иных элементов незаконного поведения.

В силу п. 3 ст. 213.28 Закона о банкротстве, после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, заявленных в ходе процедур, применяемых в деле о банкротстве, за исключением требований, предусмотренных п.п. 4, 5 ст. 213.28 Закона о банкротстве, а также требований, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

Из разъяснений, данных в пунктах 45, 46 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации №45 от 13.10.2015 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее - Постановление Пленума ВС РФ №45 от 13.10.2015), следует, что согласно абзацу четвертому п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

По общему правилу вопрос о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, разрешается судом при вынесении определения о завершении реализации имущества должника (абзац пятый п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве, п. 45 Постановления Пленума ВС РФ №45 от 13.10.2015).

В п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве определен перечень обстоятельств, при установлении которых суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств. В частности, освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если:

вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина;

гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств либо выносит определение о неприменении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств, если эти случаи выявлены после завершения реализации имущества гражданина.

Таким образом, отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.).

Данная позиция также отражена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2017 по делу №304-ЭС17-76.

Освобождение должника от неисполненных им обязанностей зависит от добросовестности его поведения, сотрудничества с судом и финансовым управляющим при проведении процедуры банкротства.

Исходя из задач арбитражного судопроизводства (ст. 2 АПК РФ), целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина, и последствий признания гражданина банкротом (абз. 17, 18 ст. 2 и ст. 213.30 Закона о банкротстве), возможности заключения мирового соглашения на любой стадии рассмотрения спора (ст.ст. 138, 139 АПК РФ, абз. 19 ст. 2, ст. 213.31 Закона о банкротстве), а также с учетом вышеприведенных разъяснений Постановления Пленума ВС РФ от 13.10.2015 №45, в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на должника большего бремени, чем он реально может погасить, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, препятствуя стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на получение излишних кредитов без цели их погашения в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.

В случаях, когда при рассмотрении дела о банкротстве будут установлены признаки преднамеренного или фиктивного банкротства либо иные обстоятельства, свидетельствующие о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам (принятие на себя заведомо неисполнимых обязательств, предоставление банку заведомо ложных сведений при получении кредита, сокрытие или умышленное уничтожение имущества, неисполнение указаний суда о предоставлении информации и тому подобное) суд, руководствуясь ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), вправе в определении о завершении реализации имущества должника указать на неприменение в отношении данного должника правила об освобождении от исполнения обязательств.

С учетом изложенного, отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами.

Как следует из разъяснений, изложенных в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при наличии обоснованного заявления участвующего в деле лица о недобросовестном поведении должника либо при очевидном для суда отклонении действий должника от добросовестного поведения суд при рассмотрении дела исследует указанные обстоятельства и ставит на обсуждение вопрос о неприменении в отношении должника правил об освобождении от обязательств.

При распределении бремени доказывания по вопросу об установлении наличия либо отсутствия обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, необходимо исходить из презумпции добросовестности и добропорядочности гражданина до тех пор, пока не установлено обратное (п. 5 ст. 10 ГК РФ). Эта презумпция, исходя из своего содержания, влияет на распределение обязанности по доказыванию, вследствие чего финансовый управляющий, кредиторы должны доказать наличие оснований для неосвобождения должника-гражданина от обязательств.

При этом, несмотря на действие указанной выше презумпции, должник вправе дать пояснения и представлять свои доказательства, обосновывающие его добросовестное поведение при ведении процедуры банкротства. Кроме того, при определении добросовестности поведения должника суду следует принимать во внимание и причину, в результате которой возникла его неплатежеспособность.

Суд апелляционной инстанции считает, что при рассмотрении вопроса о завершении процедуры реализации имущества должника и возможности применения правил об освобождении ФИО1 от дальнейшего исполнения обязательств фактические обстоятельства судом первой инстанции установлены правильно, полно и всесторонне исследованы представленные доказательства.

Оснований для выводов о том, что суд ненадлежащим образом провел исследование представленных в дело документов, не предпринял мер к выявлению имущества и сделок должника, путем выдвижения соответствующих требований в адрес финансового управляющего апелляционный суд, вопреки доводам апелляционной жалобы кредитора, не усматривает.

Из материалов дела апелляционным судом установлено, что на основании проведенной проверки признаков преднамеренного или фиктивного банкротства должника финансовым управляющим таких не установлено.

Финансовым управляющим установлено, что вывод о полной неплатежеспособности должника можно сделать, начиная с января 2019 г. С января 2019 г. по декабрь 2022 г. доходы у должника отсутствуют. Ухудшение финансового состояния должника произошло на фоне стабильного роста расходной составляющей и фактического отсутствия доходов.

На момент подачи заявления о собственном банкротстве должник не обладал недвижимым и (или) движимым имуществом, позволяющим погасить обязательства должника.

Проведенный финансовым управляющим анализ показал, что сделки, не соответствующие законодательству, а также заключенные или исполненные на условиях, не соответствующих рыночным, что послужило причиной возникновения или увеличения неплатежеспособности должника, выявлены не были.

Согласно ответам ГИБДД, Росреетра, МЧС и Гостехнадзора, какие-либо сделки по отчуждению имущества с 2011 г. по настоящее время не совершались.

В ходе анализа движения денежных средств по счетам, ответов регистрирующих органов установлено отсутствие оснований для оспаривания сделок должника.

Приводя доводы о том, что судом не было выдвинуто требование в адрес финансового управляющего о проведении мероприятий по выявлению имущества и сделок, проведенных между должником и его близкими родственниками, кредитор не учитывает следующее.

В соответствии с абз. 2 п. 7 ст. 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным ст.ст. 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, а также сделок, совершенных с нарушением настоящего Федерального закона.

При этом Закон о банкротстве не возлагает на финансового управляющего безусловную обязанность по обращению в суд с заявлениями о признании недействительными всех сделок должника, в связи с чем, необращение финансового управляющего в суд с соответствующим заявлением не может расцениваться как невыполнение своих обязанностей.

Соответственно, оспаривание сделок должника является правом финансового управляющего, а не его обязанностью. Возможность и целесообразность оспаривания сделок, совершенных должником, определяется финансовым управляющим самостоятельно, исходя из конкретных обстоятельств дела с учетом имеющейся у него информации.

Кредитор вправе сам обжаловать сделки или обратиться к финансовому управляющему с предложением об оспаривании сделки должника, но при этом должен предоставить какие-либо доказательства противоправности отчуждения имущества и наличии оснований для признания сделки недействительной. При рассмотрении предложения об оспаривании сделки арбитражный управляющий обязан проанализировать, насколько убедительны аргументы участника дела о банкротстве, а также оценить реальную возможность восстановления и защиты прав кредиторов как одной из основных целей законодательства о несостоятельности (банкротстве).

Поскольку арбитражный управляющий несет самостоятельную обязанность действовать в интересах должника и кредиторов добросовестно и разумно, данную обязанность управляющий исполняет вне зависимости от того, обращались к нему должник или кредиторы с какими-либо предложениями либо нет. Это означает, что меры, направленные на пополнение конкурсной массы, в частности с использованием механизмов оспаривания сделок должника, планирует и реализует, прежде всего, сам арбитражный управляющий как профессиональный участник, которому доверено текущее руководство процедурой банкротства.

Высказывая сомнения относительно того, что в целях сокрытия имущества должника или денежных средств, подлежащих включению в конкурсную массу, могли быть заключены сделки между близкими родственниками, кредитор их какими-либо конкретными фактами, способными свидетельствовать в пользу обоснованности данных сомнений, не подкрепляет.

Согласно заявлению должника о признании ее несостоятельной (банкротом), она в официальном браке не состоит, несовершеннолетних детей на иждивении не имеет. Данная информация проверена финансовым управляющим путем направления соответствующего запроса в органы ЗАГС.

Какие-либо подозрительные сделки за проанализированный финансовым управляющим период им выявлены не были. Более того, финансовым управляющим установлено, что какие-либо сделки по отчуждению имущества с 2011 г. по настоящее время не совершались.

В ходе мероприятий по выявлению, формированию, оценке и реализации конкурсной массы, согласно полученным финансовым управляющим ответам государственных органов, а также информации, предоставленной должником, имущество, подлежащее включению в конкурсную массу и дальнейшей реализации, финансовым управляющим выявлено не было.

Материалы дела свидетельствуют о том, что финансовым управляющим должника выполнены все необходимые мероприятия в процедуре реализации имущества гражданина, предусмотренные Законом о банкротстве, предприняты меры по установлению имущества должника. В целях выявления имущества должника финансовым управляющим принимались все возможные меры: направлялись запросы в компетентные, в том числе регистрирующие органы, кредитные организации.

Доводы кредитора ООО «Голиаф» о том, что финансовый управляющий не представил материалы фото- и видеофиксации жилого помещения, что может указывать на неполноценное исследование имущественного положения должника, отклоняются судом апелляционной инстанции, поскольку проведение фото и видеофиксации жилого помещения должника для представления кредиторам в целях обеспечения возможности последним сделать выводы о полноценном учете имущественного положения должника, нормами законодательства о банкротстве не регламентировано. Более того, согласно сведениям регистрирующего органа, в собственности должника какое-либо недвижимое имущество отсутствует.

Довод о том, что ООО «Голиаф» не были предоставлены выписки о движении денежных средств по банковским счетам должника; финансовым управляющим не были запрошены, исследованы выписки по банковским счетам, включая предшествующий банкротству период, отклоняется, как опровергаемый материалами настоящего дела о банкротстве должника. Сведения о счетах должника проанализированы финансовым управляющим, соответствующие данные нашли отражение в его отчете.

Документально подтвержденных сведений об имуществе ФИО1, не включенном в конкурсную массу и не реализованном в процедуре банкротства, равно как и свидетельствующих о возможном поступлении денежных средств, либо иного имущества в конкурсную массу должника от лиц, участвующих в деле о банкротстве гражданина, в материалы дела не поступило.

Каких-либо достаточных оснований для сомнения в достоверности проведенной финансовым управляющим работы по выявлению и формированию конкурсной массы должника ООО «Голиаф» в обоснование своих доводов не приводит.

С учетом изложенного, выводы финансового управляющего о невозможности удовлетворения требований кредиторов по причине недостаточности конкурсной массы должника соответствуют материалам дела.

Реестр требований кредиторов сформирован в общей сумме 2 328 797,87 руб., не погашен. Сумма расходов на проведение процедуры реализации имущества составила 11 945,01 руб.

Установив по результатам анализа финансового состояния должника и оценки данных отчета финансового управляющего, что на дату проведения судебного заседания имущество и денежные средства у должника отсутствуют, возможностей для расчетов с кредиторами не имеется, суд первой инстанции на основании пункта 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве обоснованно завершил процедуру реализации имущества гражданина.

Судом первой инстанции предусмотренных законом оснований для не освобождения ФИО1 от дальнейшего исполнения обязательств не установлено.

Суд апелляционной инстанции в ходе повторной оценки представленных в материалы дела доказательств и установления юридически значимых обстоятельств, оснований для иных суждений по приводимым в жалобе доводам не усматривает.

В ходе процедуры банкротства ФИО1 не была привлечена к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, сотрудничала с финансовым управляющим, представляя все необходимые документы для проведения процедуры. Недобросовестности со стороны должника, выраженной в препятствовании в осуществлении функций финансового управляющего, сокрытии дохода и препятствовании пополнению конкурсной массы для соразмерности удовлетворения требований кредиторов, не установлено.

Каких-либо достаточных оснований полагать, что должник умышленно скрывает свои действительные доходы, у судов не имеется, кредитор таких не приводит.

Неудовлетворение требований кредиторов в добровольном порядке не означает умысла должника на причинение им вреда и не может квалифицироваться как злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности по смыслу п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве. Подобное поведение должно выражаться в стойком умышленном нежелании должника исполнять обязательство при наличии возможности.

Применительно к обстоятельствам настоящего дела о банкротстве установленные судом первой инстанции факты не свидетельствуют об очевидном и явном отклонении действий должника как участника гражданского оборота от добросовестного поведения. Какие-либо доказательства наличия предусмотренных законом обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, в том числе наличия в его действиях признаков злостного уклонения от погашения кредиторской задолженности, отсутствуют, в то время как кредитор, приводя доводы об обратном, должным образом их не обосновывает.

Как следует из материалов дела, требования ООО «Голиаф», которые включены в реестр требований кредиторов ФИО1, основаны на кредитном договоре №7031012172КС/2013-01 от 04.10.2013; кредитном договоре <***> 04326 П / К от 22.08.2018, заключенным с ОАО «МДМ Банк» (ПАО «БИНБАНК»).

Принятие должником на себя непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для неосвобождения от долгов. В отличие от недобросовестности неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является.

Аналогичная правовая позиция приведена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 31.10.2022 №307-ЭС22-12512.

При этом необходимо учитывать, что банки, являясь профессиональными участниками кредитного рынка, имеют широкие возможности для оценки кредитоспособности гражданина, в том числе посредством разработки стандартных форм кредитных анкет-заявок для заполнения их потенциальным заемщиком на стадии обращения в кредитную организацию с указанием сведений о его имущественном и социальном положении, ликвидности предлагаемого обеспечения и т.п., а также проверки предоставленного им необходимого для получения кредита пакета документов. По результатам проверок в каждом конкретном случае кредитная организация принимает решение по вопросу о выдаче денежных средств.

В случае положительного решения о выдаче кредита, основанного на достоверной информации, предоставленной гражданином, последующая ссылка банка на неразумные действия заемщика, взявшего на себя чрезмерные обязательства в отсутствие соответствующего источника погашения кредита, не может быть принята во внимание для целей применения положений пункта 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве.

Последовательное наращивание гражданином кредиторской задолженности путем получения денежных средств в кредитных организациях может быть квалифицировано как его недобросовестное поведение лишь в случае сокрытия им необходимых сведений (размер дохода, место работы, другие кредитные обязательства и т.п.) либо предоставления заведомо недостоверной информации.

К заявлению о включении в реестр требований кредиторов ООО «Голиаф» приложены анкеты на получение кредита, в которых указано место работы и среднемесячный заработок.

На представление должником недостоверных сведений при обращении за получением денежных средств кредитор не ссылался, по обращению должника о выдаче кредита принято положительное решение.

Принимая во внимание, что доказательства, свидетельствующие о непредставлении должником необходимых сведений или предоставлении им недостоверных сведений финансовому управляющему или суду, сокрытии или уничтожении имущества, а также о злоупотреблении должником своими правами и недобросовестности его действий в материалах дела отсутствуют, наличие в действиях должника при обращении с заявлением о признании его банкротом признаков фиктивного либо преднамеренного банкротства не установлено, суд первой инстанции обоснованно применил в отношении должника п. 3 ст. 213.28 Закона о банкротстве, освободив ФИО1 от обязательств.

Отсутствие у должника имущества, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов, а также наличие у должника задолженности перед кредитором сами по себе не могут свидетельствовать о недобросовестном поведении должника.

Основной задачей института потребительского банкротства является социальная реабилитации гражданина - предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, что в определенной степени ущемляет права кредиторов должника. Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие помимо прочего честное сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, открытое взаимодействие с судом.

При этом отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами.

Доказательств, объективно свидетельствующих о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам, что являлось бы основанием для неприменения в отношении должника правил об освобождении от долгов, заявителем не представлено. Злостное уклонение должника от исполнения обязательств материалами дела не подтверждено (ст.ст. 9, 65 АПК РФ). Апелляционным судом соответствующие обстоятельства также не установлены.

Представленные финансовым управляющим документы подтверждают, что финансовое положение должника свидетельствует об объективной невозможности погасить имеющуюся кредиторскую задолженность.

При изложенных обстоятельствах наличие в данном случае совокупности условий для неприменения в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательств не доказано.

При этом, если обстоятельства, указанные в п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве, будут выявлены после завершения реализации имущества должника, определение о завершении реализации имущества гражданина, в том числе в части освобождения должника от обязательств, может быть пересмотрено судом, рассматривающем дело о банкротстве должника, по заявлению конкурсного кредитора, уполномоченного органа или финансового управляющего.

Принимая во внимание вышеизложенное, учитывая отсутствие в поведении должника цели неправомерного освобождения его от долгов, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о наличии оснований для применения к ФИО1 реабилитационной процедуры, предоставляющей возможность восстановления платежеспособности гражданина-должника путем освобождения от долгов.

Иных доводов, свидетельствующих об отсутствии у суда оснований для освобождения должника от обязательств, которые бы могли повлиять на принятое решение, в апелляционной жалобе кредитором не приведено.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы существенное значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, а фактически направлены на переоценку выводов суда в отсутствие на то достаточных оснований.

С учетом изложенного, определение суда первой инстанции является законным и обоснованным.

Судом апелляционной инстанции не установлены нарушения норм материального или процессуального права, которые в силу ст. 270 АПК РФ являются основанием для отмены или изменения определения суда первой инстанции.

В удовлетворении апелляционной жалобы ООО «Голиаф» следует отказать.

В соответствии с пп. 12 п. 1 ст. 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины за подачу настоящей апелляционной жалобы не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 28 июня 2023 года по делу № А60-13468/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий

Т.Ю. Плахова

Судьи

С.В. Темерешева

М.С. Шаркевич