АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

г. Краснодар

Дело № А32-33132/2022

16 ноября 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 09 ноября 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 16 ноября 2023 года.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Тамахина А.В., судей Ташу А.Х. и Трифоновой Л.А., при участии в судебном заседании от истца – акционерного общества «Электросети Кубани» (ИНН <***>, ОГРН <***>) – ФИО1 (до перерыва; доверенность от 01.01.2023), ФИО2 (до перерыва; доверенность от 01.01.2023), ФИО3 (после перерыва; доверенность от 01.01.2023), от ответчика – публичного акционерного общества «Россети Кубань» (ИНН <***>, ОГРН <***>) – ФИО4 (доверенность от 23.07.2021), рассмотрев кассационную жалобу акционерного общества «Электросети Кубани» на решение Арбитражного суда Краснодарского края от 10.05.2023 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.08.2023 по делу № А32-33132/2022, установил следующее.

АО «Электросети Кубани» (прежнее наименование – АО «НЭСК-электросети»; далее – компания) обратилось в арбитражный суд с иском к ПАО «Россети Кубань» (далее – общество) о взыскании 8 651 425 рублей 94 копеек стоимости услуг по передаче электрической энергии с ноября 2020 года по июль 2021 года и 1 761 619 рублей 35 копеек неустойки с 01.11.2020 по 31.03.2022.

Решением от 10.05.2023, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 04.08.2023, в иске отказано.

В кассационной жалобе компания просит отменить обжалуемые судебные акты и принять по делу новый судебный акт, которым удовлетворить иск в полном объеме. По мнению подателя жалобы, общество в соответствии с условиями договора обязано применять полный двухставочный тариф, однако произвело оплату только по одной составляющей двухставочного тарифа (объем принятой электроэнергии с применением тарифа на компенсацию потерь), отказав в оплате величины мощности от электросетевого оборудования (2,55 МВт), которая умножается на ставку на содержание сетей. Дополнительным соглашением от 30.12.2020 № 407/30-1236 точка присоединения от электросетевого имущества: 2 КЛ-10 кВ ф. ХБК-152, ХБК-260 от ПС 110/10/6 кВ «ХБК» в г. Краснодар (2,55 МВт) включена в договор. Выводы судов о наличии в действиях компании признаков злоупотреблением правом являются несостоятельными. Ввиду того, что электросетевой комплекс учитывался в рамках тарифного дела на 2021 год в составе условных единиц, то расчет затрат и необходимая валовая выручка (далее – НВВ) на содержание сетей на 2021 год рассчитаны с учетом спорного имущества. Тот факт, что мощность в объеме 2,55 мВт по данной точке присоединения не входила в общий объем мощности за заявленный период, не может повлиять на сумму НВВ. Обязательство общества по оплате услуг по передаче электрической энергии основано на подписанном между сторонами договоре возмездного оказания услуг.

В отзыве на кассационную жалобу общество отклонило доводы жалобы, просило оставить судебные акты без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель компании поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе, просил отменить обжалуемые судебные акты и принять по делу новый судебный акт, которым удовлетворить иск в полном объеме.

Представитель общества возражал против удовлетворения жалобы, ссылался на соответствие сделанных судами выводов закону и имеющимся в деле доказательствам.

В соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в судебном заседании, состоявшемся 01.11.2023, объявлялся перерыв до 14 часов 15 минут 09.11.2023; в назначенное время рассмотрение кассационной жалобы продолжено с участием представителей сторон, поддержавших занимаемые правовые позиции по делу.

Согласно части 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции проверяет законность судебных актов, принятых судами первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального и процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в жалобе и возражениях на нее.

Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы и отзыва на нее, выслушав позиции представителей сторон, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что кассационная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела и установлено судами, 30.03.2017 общество (заказчик) и компания (исполнитель) заключили договор оказания услуг по передаче электрической энергии № 3НС-ОД/407/30-225, предметом которого является оказание исполнителем услуг по передаче электрической энергии заказчику путем осуществления комплекса организационно и технологически связанных действий, обеспечивающих передачу электроэнергии через технические устройства электрических сетей, принадлежащих исполнителю на праве собственности или иных установленных действующим законодательством основаниях, а заказчик оплачивает услуги исполнителя в порядке и сроки, установленные договором.

Согласно пункту 6.5 договора стоимость услуг исполнителя при расчете по двухставочному тарифу определяется как сумма произведений: величины заявленной мощности в соответствии с приложением № 1, умноженной на ставку на содержание электрических сетей утвержденного индивидуального тарифа исполнителя; количества электрической энергии, определенного в соответствии с пунктом 5.9 договора, умноженного на ставку по оплате технологического расхода (потерь) электрической энергии утвержденного индивидуального тарифа исполнителя.

На основании договора аренды от 25.12.2017 № 291НС-ДА компания приняла в эксплуатацию от ООО «Энергия и К» электросетевое имущество: 2 КЛ-10 кВ ф. ХБК-152, ХБК-260 от ПС 110/10/6 кВ «ХБК», находящееся в г. Краснодаре.

Стороны 30.12.2020 подписали к договору дополнительное соглашение № 407/30-1236, которым включили точки приема по данному электросетевому имуществу в договор оказания услуг с 27.10.2020.

Согласно акту об осуществлении технологического присоединения от 14.09.2020 (приложение № 1 к дополнительному соглашению от 30.12.2020 № 407/30-1236) мощность присоединенного электросетевого имущества составила 2550 кВт (2,55 МВт).

С ноября 2020 года по июль 2021 года компания выставила обществу корректировочные сводные акты об оказании услуг по передаче электроэнергии и счета-фактуры с применением тарифа на компенсацию потерь, объем которых составил 1 471 982 кВт/ч. Данный объем услуг полностью оплачен обществом.

Вместе с тем письмом от 16.02.2022 № 14.1.НС-08/1276 компания направила в адрес общества корректировочные сводные акты об оказании услуг по передаче электроэнергии и счета-фактуры с ноября 2020 года по июль 2021 года по ставке на содержание сетей на величину заявленной мощности 2,55 МВт, согласно акту об осуществлении технологического присоединения от 14.09.2020 № 80 (приложение № 1 к дополнительному соглашению от 30.12.2020 № 407/30-1236), на сумму 8 651 425 рублей 94 копеек.

Ссылаясь на неоплату обществом оказанных компанией услуг по передаче электрической энергии, последняя обратилась в арбитражный суд с иском.

Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались статьями 10, 421, 778, 779 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» (далее – Закон об электроэнергетике), Федеральным законом от 17.08.1995 № 147-ФЗ «О естественных монополиях» (далее – Закон № 147-ФЗ), Правилами недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 861 (далее – Правила № 861), Основами ценообразования в области регулируемых цен (тарифов) в электроэнергетике, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 29.12.2011 № 1178 (далее – Основы ценообразования), Методическими указаниями по расчету регулируемых тарифов и цен на электрическую (тепловую) энергию на розничном (потребительском) рынке, утвержденными приказом Федеральной службы по тарифам от 06.08.2004 № 20-э/2 (далее – Методические указания № 20-э/2), и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска.

Суды установили, что компания отыскивает стоимость услуг по мощности 2,55 МВт относительно электросетевого имущества: ПС 110/10/6 кВ ХБК 10 кВ ХБК-152 ХБК-260, полученного истцом по договору аренды от 25.12.2017, в то время как договором согласована мощность в 2020 году в размере 1498,06 МВт, в 2021 году – 1613,02 МВт, то есть без учета указанной дополнительной мощности.

Региональная энергетическая комиссия – департамент цен и тарифов Краснодарского края (далее – РЭК) подтвердила, что тарифно-балансовыми решениями учтена мощность на 2020 год в размере 1498,06 МВт, на 2021 год – 1613,02 МВт.

Доказательства внесения изменений в плановые объемы электрической энергии на 2020 и 2021 годы, согласованные сторонами в договоре, в связи с принятием компанией нового электросетевого имущества в материалах дела отсутствуют.

Таким образом, материалами дела подтверждается, что компания увеличила максимальную мощность за счет принятия в аренду новых объектов электросетевого имущества и требует оплаты за 2020 – 2021 годы без согласования точек и мощности в договоре (статья 421 Гражданским кодексом Российской Федерации), к которой присоединены конечные потребители электрической энергии.

Суды установили, что на участке сети между потребителями и обществом появился новый субъект – истец, являющийся по существу посредником, требующий оплаты за свои услуги по передаче электрической энергии при неизменности объема ее потребления и неувеличении котловой выручки общества.

Суды указали, НВВ любой сетевой организации региона суммарно должна обеспечиваться за счет платежей от потребителей, а также от сетевых организаций, что является проявлением принципа соблюдения баланса экономических интересов поставщиков и потребителей электрической энергии, и, как следствие, баланса интересов сетевых организаций. Однако суммарные платежи от неизменного количества потребителей и других сетевых организаций при неизменном объеме потребления в расчетном периоде не могут превысить утвержденную при тарифном регулировании НВВ. Фактически потребитель в этой ситуации при неизменном объеме потребления электроэнергии не заплатил гарантирующему поставщику, а тот, в свою очередь, котлодержателю больше, чем это было предусмотрено тарифными решениями. Платежи потребителя за потребленную им электроэнергию в спорный период не увеличились в связи с появлением у истца новых точек поставки, поскольку истец фактически встал на место собственников электрооборудования, переданного ему по договорам аренды и использованного его собственниками в качестве оборудования для перетока электроэнергии, что не предполагает взимание платы.

Платежи потребителей в целях соблюдения баланса интересов всех сетевых организаций распределялись РЭК между всеми сетевыми организациями, оказывающими услуги по передаче электроэнергии в регионе при формировании для них необходимой валовой выручки, с учетом их заявок и характеристик электросетевого оборудования, посредством которого такие организации планируют оказывать услуги по передаче электроэнергии.

Вместе с тем законодательством предусмотрены механизмы компенсации недостатка средств сетевых организаций, на которые ссылаются стороны (пункт 7 Основ ценообразования и пункты 19, 20 Методических указаний № 20-э/2). Однако, обстоятельства, служащие основанием для такой компенсации, не должны зависеть от действий сетевых организаций, а могут возникать только по объективным причинам (ввод в эксплуатацию новых в существующей энергосистеме объектов, ремонт существующих в целях реализации нужд потребителей электрической энергии, незапланированный рост цен на продукцию и т.п.). В рассматриваемом случае суды установили, что требования истца основаны на обстоятельствах, созданных самой компанией.

В силу естественно-монопольной деятельности сетевых организаций услуги по передаче электроэнергии подлежат государственному ценовому регулированию (пункт 1 статьи 424 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 4 и 6 Закона № 147-ФЗ, пункт 4 статьи 23.1 Закона об электроэнергетике, пункты 6, 46 – 48 Правил № 861, подпункт 3 пункта 3 Основ ценообразования).

Цены (тарифы) применяются в соответствии с решениями регулирующих органов, в том числе с учетом особенностей, предусмотренных нормативными правовыми актами в области электроэнергетики (пункт 35 Основ ценообразования).

Недискриминационный доступ к услугам по передаче электроэнергии предусматривает обеспечение равных условий предоставления указанных услуг их потребителям независимо от организационно-правовой формы и правовых отношений с лицом, оказывающим эти услуги. Для всех потребителей услуг, расположенных на территории соответствующего субъекта Российской Федерации и принадлежащих к одной группе (категории), законодательством гарантируется равенство тарифов на услуги по передаче электрической энергии (пункты 3, 42 Правил № 861).

Реализация этого принципа осуществляется через «котловую» экономическую модель, в рамках которой денежные средства, оплаченные потребителями по единому (котловому) тарифу, впоследствии распределяются между участвовавшими в оказании услуг сетевыми организациями по индивидуальным тарифам, установленным для пар смежных сетевых организаций (пункт 42 Правил № 861, пункт 49 Методических указаний № 20-э/2).

При расчетах в рамках указанной модели по принципу «котел сверху» потребитель заключает договор на оказание услуг по передаче электроэнергии с той сетевой организацией, которую регулирующий орган определил в регионе держателем котла, поскольку только для нее устанавливается тариф для расчетов с потребителями услуг (покупателями и продавцами электроэнергии). В этих правоотношениях держатель котла является исполнителем услуг и получает плату от всех потребителей услуг в регионе. Иные территориальные сетевые организации, участвующие в передаче электроэнергии в регионе, не имеют права заключать договоры непосредственно с потребителями и получают плату за свои услуги от держателя котла по индивидуальным тарифам в рамках исполнения договорных обязательств по передаче электроэнергии, в которых держатель котла является заказчиком услуг (пункты 8, 34 – 42 Правил № 861).

В соответствии с пунктом 42 Правил № 861, пунктом 63 Основ ценообразования, пунктом 49 Методических указаний № 20-э/2 расчет единых (котловых) тарифов в регионе производится на основе НВВ, определяемой исходя из расходов по осуществлению деятельности по передаче электрической энергии и суммы прибыли, отнесенной на передачу электрической энергии. Для расчета единых (котловых) тарифов в регионе суммируются НВВ всех сетевых организаций по соответствующему уровню напряжения. Индивидуальные тарифы для взаиморасчетов пары сетевых организаций определяются исходя из разности между тарифной выручкой сетевой организации – получателя услуги по передаче электрической энергии, получаемой ею от потребителей электрической энергии на всех уровнях напряжения, и НВВ.

Порядок расчета и исходные данные, на основании которых устанавливаются котловые и индивидуальные тарифы, указаны в разделе VIII и таблице № П1.30 Методических указаний № 20-э/2. Размер тарифа рассчитывается в виде экономически обоснованной ставки как соотношение между валовой выручкой, необходимой для качественного и бесперебойного оказания услуг по передаче электроэнергии, и объемом этих услуг. При определении НВВ в расчет принимается стоимость работ, выполняемых организацией на объектах электросетевого хозяйства, находящихся у нее на законных основаниях и используемых для передачи электроэнергии.

По общему правилу тарифные решения принимаются исходя из предложений регулируемых организаций о плановых (прогнозных) величинах. В качестве базы для расчета тарифов используются объем отпуска электроэнергии потребителям, величина мощности и величина технологического расхода (пункты 12, 17, 18 Правил государственного регулирования (пересмотра, применения) цен (тарифов) в электроэнергетике, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 29.12.2011 № 1178 (далее – Правила № 1178), пункт 81 Основ ценообразования).

Предложенные регулируемыми организациями величины проверяются экспертным путем на соответствие экономической обоснованности планируемых (расчетных) себестоимости и прибыли, на обеспечение экономической обоснованности затрат на передачу электроэнергии. Кроме того, учитывается результат деятельности сетевых организаций по итогам работы за период действия ранее утвержденных тарифов. Тариф устанавливается на принципах стабильности и необратимости (пункт 2 статьи 23 и статья 23.2 Закона об электроэнергетике, пункт 64 Основ ценообразования, пункты 7, 22, 23, 31 Правил № 1178, разделы IV, V Методических указаний № 20-э/2).

Из указанных правовых норм следует, что расчеты за услуги по передаче электроэнергии осуществляются по регулируемым ценам, которые устанавливаются на основании прогнозных, однако имеющих экономическое обоснование на момент утверждения тарифа данных (в том числе сведений о составе и характеристиках объектов электросетевого хозяйства, находившихся в законном владении сетевой организации, объемах перетока электроэнергии через эти объекты). Состав объектов электросетевого хозяйства, участвующих в оказании услуг, предопределяется помимо прочего точками поставки конечных потребителей, которые в отношениях между смежными сетевыми организациями в рамках котловой экономической модели по принципу «котел сверху» не могут отличаться от тех, что установлены в отношениях между держателем котла с потребителями услуг. Перенос сетевой организацией точки поставки без согласования с держателем котла не обязывает последнего в безусловном порядке оплатить услугу в этой точке (тем более, если потребитель продолжал принимать и оплачивать электроэнергию в прежней точке поставки).

При расчетах должен соблюдаться принцип компенсации затрат всем сетевым организациям, участвующим в оказании услуг в регионе, который реализуется через распределение котловой выручки посредством применения индивидуальных тарифов.

Тарифным решением, включающим котловой и индивидуальные тарифы и обосновывающие их данные, по существу утверждаются параметры экономического функционирования электросетевого комплекса региона на период регулирования. Участие в регулируемой деятельности всех сетевых организаций и учет их интересов при принятии тарифного решения определяют обязанность сетевых организаций придерживаться в своей деятельности установленных параметров. Следование этим величинам должно обеспечивать как формирование котловой валовой выручки, так и ее справедливое и безубыточное распределение между сетевыми организациями.

Таким образом, для сохранения баланса интересов всех сетевых организаций и потребителей услуг, по общему правилу, требования сетевой организации об оплате услуг должны основываться на тарифном решении.

Вместе с тем применение котловой модели не исключает риски, связанные с отклонением фактических величин от прогнозных, что может быть связано, в том числе с использованием объектов электросетевого хозяйства, поступивших в законное владение сетевой организации в течение периода регулирования, а также с появлением дополнительных или изменением существующих точек поставки.

Если возникновение новых точек поставки вызвано объективными причинами (подключение новых объектов электроснабжения, изменение схемы энергоснабжения и т.п.) и это повлекло увеличение объема котловой выручки, то сетевые организации, оказывавшие услуги по данным точкам, вправе претендовать на получение дополнительного дохода, который может быть распределен в течение этого же периода регулирования с применением индивидуальных тарифов с последующей корректировкой мерами тарифного регулирования.

Так нормами законодательства о тарифообразовании установлен механизм корректировки выручки, который предусматривает экспертную оценку обоснованности незапланированных доходов (пункт 7 Основ ценообразования, пункты 19, 20 Методических указаний № 20-э/2). Иной подход означал бы нарушение баланса интересов иных сетевых организаций при распределении котловой выручки.

Законодательство в области электроэнергетики устанавливает, что сети потребителей, находящиеся у них на правах собственности или иных законных основаниях при условии, что содержание и эксплуатация этих сетей производится за счет средств указанных потребителей, не учитываются при определении тарифа на услуги по передаче электроэнергии (пункт 46 Методических указаний № 20-э/2).

Если новые точки поставки или новые объекты электросетевого хозяйства появились у сетевой организации в результате перераспределения точек, учтенных в тарифном решении (при том, что котловая выручка не изменилась), то расчет держателя котла с сетевой организацией должен быть произведен таким образом, чтобы оплата не внесла дисбаланс в распределение котловой выручки и не повлекла с неизбежностью убытки для держателя котла.

Таким образом, законодательство гарантирует субъектам электроэнергетики соблюдение их экономических интересов в случае осуществления ими деятельности разумно и добросовестно. В то же время действия, совершенные по воле сетевой организации, направленные на изменение без объективных причин заложенных при формировании тарифа параметров, влекущие такие последствия как кратное необоснованное увеличение фактической валовой выручки этой сетевой организации по сравнению с плановой НВВ, дисбаланс тарифного решения, убытки одних сетевых организаций и неосновательные доходы других, что не согласуется ни с интересами субъектов электроэнергетики, ни с общими принципами организации экономических отношений и основами государственной политики в сфере электроэнергетики, могут квалифицироваться как недобросовестные. Недобросовестными считаются действия сетевой организации, направленные на обход правовых норм о государственном регулировании цен и подрыв баланса интересов потребителей услуг и сетевых организаций. Закон не предоставляет защиту лицу, пытающемуся извлечь преимущества из своего недобросовестного поведения.

Согласно пункту 7 Основ ценообразования в случае, если на основании данных статистической и бухгалтерской отчетности за год и иных материалов выявлены экономически обоснованные расходы организаций, осуществляющих регулируемую деятельность, не учтенные при установлении регулируемых цен (тарифов) на тот период регулирования, в котором они понесены, или доход, недополученный при осуществлении регулируемой деятельности в этот период регулирования по независящим от организации, осуществляющей регулируемую деятельность, причинам, указанные расходы (доход) учитываются регулирующими органами при установлении регулируемых цен (тарифов) на следующий период регулирования.

Риск предпринимательской деятельности, связанной с приобретением дополнительных объектов электросетевого хозяйства и оказанием с их помощью услуг в течение периода регулирования, лежит прежде всего на сетевой организации, которая приобрела эти объекты, и не может быть переложен на держателя котла в виде взимания платы за оказанные услуги по передаче электроэнергии по тарифу без установления экономической обоснованности НВВ и плановых объемов перетока электроэнергии через принятые во владение объекты электросетевого хозяйства.

Суды, оценив представленные в дело доказательства и отметив непредставление компанией доказательств увеличения котловой выручки котлодержателя от использования компанией арендованных объектов, непринятие компанией мер для учета спорных объектов при формировании тарифа, отсутствие противоправности в действиях котлодержателя, сделали вывод о направленности действий компании на обход принципа тарифного регулирования цен и подрыв баланса интересов потребителей услуг и сетевых организаций с целью извлечь для себя выгоду.

Суды также учли, что в системе действующего правового регулирования правом на оказание возмездных услуг по передаче электрической энергии ее потребителям на розничных рынках электрической энергии наделены территориальные сетевые организации. Они оказывают названные услуги на основании договора о возмездном оказании услуг по передаче электрической энергии и установленного уполномоченным органом исполнительной власти тарифа.

При этом согласно пункту 15 (1) Правил № 861 стоимость услуг по передаче электрической энергии определяется исходя из тарифа на услуги по передаче электрической энергии, определяемого в соответствии с разделом V данных Правил, и объема (объемов) оказанных услуг по передаче электрической энергии.

Собственники (владельцы) объектов электросетевого хозяйства, не получившие в отношении электросетевого оборудования статуса территориальной сетевой организации, обязаны как потребители электрической энергии продолжать эксплуатацию принадлежащих им объектов электросетевого хозяйства в соответствии с требованиями Правил технической эксплуатации электроустановок потребителей, утвержденных приказом Министерства энергетики Российской Федерации от 13.01.2003 № 6, и не вправе препятствовать перетоку через их объекты электросетевого хозяйства электрической энергии иным потребителям и требовать за это оплату (пункт 4 статьи 26 Закона об электроэнергетике и абзац 1 пункта 6 Правил № 861).

В системе действующего правового регулирования предусмотренный пунктом 6 Правил № 861 запрет требовать оплату за переток электрической энергии означает не только запрет на получение собственниками (владельцами) объектов электросетевого хозяйства, через которые опосредованно присоединены к электрическим сетям сетевой организации энергопринимающие устройства иных потребителей, дохода от этой деятельности, но и запрет на возмещение им расходов, которые они несут при ее осуществлении.

При этом деятельность собственников (владельцев) объектов электросетевого хозяйства по обеспечению перетока электрической энергии через свои объекты электросетевого хозяйства иным потребителям электрической энергии, не предусматривающая в системе действующего правового регулирования получение от нее дохода как от предпринимательской или иной экономической деятельности, является одним из средств обеспечения передачи территориальными сетевыми организациями электрической энергии потребителям. Такой переток осуществляется в имеющих публичное значение интересах потребителей электрической энергии тогда, когда другие способы технологического присоединения их энергопринимающих устройств к электрическим сетям территориальных сетевых организаций технически невозможны или экономически для них не выгодны.

Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях подчеркивал, что такое правовое регулирование связано с публичной значимостью объектов электросетевого хозяйства, находящихся в собственности (владении) территориальных сетевых организаций, потребителей электрической энергии, спецификой их деятельности (определения от 17.07.2014 № 1580-О и от 23.06.2016 № 1370-О) и само по себе направлено на защиту прав потребителей электрической энергии (определения от 23.06.2015 № 1463-О и от 23.11.2017 № 2639-О), в частности, предотвращая необоснованное повышение для них платы за электрическую энергию, и в этом качестве служит реализации предписаний статей 17 (часть 3) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации.

Следовательно, оспариваемое нормативное положение по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования не противоречит Конституции Российской Федерации в той мере, в какой оно исключает для собственника (владельца) объектов электросетевого хозяйства, через которые опосредованно присоединены к электрическим сетям территориальной сетевой организации энергопринимающие устройства иных потребителей, получение дохода от деятельности по обеспечению перетока электрической энергии.

Установив, что арендованное компанией имущество в результате непринятия им установленных законодательством мер не получило статуса объекта сетевой организации, суды сделали вывод об отсутствии у компании права препятствовать перетоку через него электроэнергии и требовать за это плату.

Иное толкование подателем жалобы норм материального права, в том числе со ссылкой на судебную практику с другими фактическими обстоятельствами, не свидетельствует о неправильном применении их судами.

Доводы жалобы заявителя сводятся, по сути, к иной оценке доказательств, представленных в материалы дела, однако такими полномочиями суд кассационной инстанции не наделен (статьи 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно абзацу второму пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции» наличие или отсутствие обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, устанавливается судом на основании доказательств по делу (часть 1 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, в частности, относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности (часть 2 статьи 71 названного Кодекса), не допускается.

Нормы материального права применены судами по отношению к установленным обстоятельствам правильно, выводы судов соответствуют имеющимся в деле доказательствам, исследованным в соответствии с требованиями статей 65 и 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Нарушения, предусмотренные статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлены.

Основания для отмены или изменения судебных актов по доводам кассационной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Краснодарского края от 10.05.2023 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.08.2023 по делу № А32-33132/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий

А.В. Тамахин

Судьи

А.Х. Ташу

Л.А. Трифонова