АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА
Именем Российской Федерации
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
арбитражного суда кассационной инстанции
г. Краснодар
Дело № А61-5004/2021
29 мая 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 27 мая 2025 года.
Постановление в полном объеме изготовлено 29 мая 2025 года.
Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Рассказова О.Л., судей Алексеева Р.А. и Денека И.М., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Гайдуковой Н.В., при участии в судебном заседании от истца – общества с ограниченной ответственностью «Горная энерготранспортная компания» (ИНН <***>, ОГРН <***>) – ФИО1 (доверенность от 09.01.2025), от ответчика – публичного акционерного общества «Россети Северный Кавказ» в лице филиала ПАО «Россети Северный Кавказ» – «Севкавказэнерго» (ИНН <***>, ОГРН <***>) – ФИО2 (доверенность от 01.01.2025), в отсутствие третьих лиц: Региональной службы по тарифам Республики Северная Осетия – Алания, общества с ограниченной ответственностью «А2Т», общества с ограниченной ответственностью «Т-плюс», извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания путем размещения информации в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационных жалобы общества с ограниченной ответственностью «Горная энерготранспортная компания» и публичного акционерного общества «Россети Северный Кавказ» на постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.12.2024 по делу № А61-5004/2021, установил следующее.
ООО «Горная энерготранспортная компания» (далее – компания) обратилось в Арбитражный суд Республики Северная Осетия – Алания с иском к ПАО «Россети Северный Кавказ» (далее – общество) о взыскании 16 292 826 рублей 22 копеек задолженности за оказанные услуги по передаче электрической энергии с 01.07.2021 по 30.09.2021, 10 623 177 рублей 54 копейки пеней с 23.08.2021 по 31.03.2021 и с 03.10.2022 по 09.08.2024, начисленных на основной долг за оказанные услуги за июль 2021 года, 4 511 513 рублей 78 копеек пеней с 21.09.2021 по 31.03.2021 и с 03.10.2022 по 09.08.2024, начисленных на основной долг за оказанные услуги за август 2021 года; 4 646 267 рублей 36 копеек пеней с 21.10.2021 по 31.03.2021 и с 03.10.2022 по 09.08.2024, начисленных на основной долг за оказанные услуги за сентябрь 2021 года; пени начиная с 09.08.2024 по дату фактического исполнения обязательства в размере 1/130 ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации (далее – ЦБ РФ), действующей на день фактической оплаты (измененные требования в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; далее – Кодекс).
Общество обратилось с встречным иском о взыскании с компании 15 006 451 рубля 36 копеек убытков в виде упущенной выгоды за июль – сентябрь 2021 года.
К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Региональная служба по тарифам Республики Северная Осетия – Алания (далее – РСТ Республики Северная Осетия – Алания), ООО «А2Т» и ООО «Т-плюс».
Решением суда от 04.09.2024 с общества в пользу компании взыскано 9 163 221 рубль 67 копеек задолженности за оказанные с июля по сентябрь 2021 года услуги по передаче электрической энергии, 7 955 939 рублей 73 копейки пеней с 23.08.2021 года по 31.03.2022 и с 03.10.2022 года по 09.08.2024. В остальной части в удовлетворении требований отказано. Встречный иск удовлетворен. Суд произвел зачет первоначальных и встречных требований, с общества в пользу компании взыскано 2 112 710 рублей 04 копейки задолженности за оказанные с июля по сентябрь 2021 года услуги по передаче электрической энергии, с продолжением начисления пеней в размере 1/130 ставки рефинансирования ЦБ РФ с 10.08.2024 по день фактического погашения задолженности. Распределены судебные расходы.
Дополнительным решением от 02.10.2024 разрешен вопрос о распределении судебных расходов по уплате государственной пошлины по первоначальному иску, с общества взыскано в федеральный бюджет 94 912 рублей государственной пошлины.
Постановлением апелляционного суда от 23.12.2024 решение от 04.09.2024, с учетом дополнительного решения от 02.10.2024, изменено. С общества в пользу компании взыскано 11 403 509 рублей 91 копейка задолженности, 14 192 359 рублей 24 копейки пеней с 23.08.2021 по 31.03.2022 и с 03.10.2022 по 30.08.2024, с дальнейшим начислением с 31.08.2024 по день фактической оплаты долга из расчета 1/130 ставки рефинансирования ЦБ РФ за каждый день просрочки платежа. В удовлетворении остальной части иска отказано. По встречному иску с компании в пользу общества взыскано 1 386 560 рублей 43 копейки убытков. В удовлетворении остальной части встречных требований отказано. Разрешен вопрос по судебным расходам.
В кассационной жалобе компания просит отменить постановление в части исчисления стоимости оказанных истцом услуг, дело – направить на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции. Заявитель считает необоснованным применение судом при исчислении стоимости оказанных услуг результатов судебной экспертизы. В качестве пороков заключения названной экспертизы заявитель указал на то, что исследование проведено лицами, уже выражавшими свое мнение по вопросам взаимодействия субъектов рынка электроэнергетики в Республике Северная Осетия – Алания в 2021 году, исследование проведено по некорректно поставленным вопросам, эксперты принимали во внимание судебные акты, которые к моменту назначения экспертизы отменены; применили не предусмотренную действующим законодательством методику учета плановых и фактических показателей в одной формуле; эксперты использовали данные электронных таблиц с сайта гарантирующего поставщика (общества) без использования первичной документации; заявитель также выражает сомнение в компетенции специалистов, проводивших экспертизу. По мнению заявителя, основания для проведения судебной экспертизы отсутствовали, а для исчисления стоимости оказанных истцом услуг необходимо использовать данные постановления РСТ Республики Северная Осетия – Алания от 30.12.2020 № 69 «Об установлении индивидуальных тарифов на услуги по передаче электрической энергии для взаиморасчетов между смежными сетевыми организациями на территории РСО-Алания на 2021 год» (далее – постановление от 30.12.2020 № 69) в полном соответствии с имеющейся в материалах дела позиции РСТ Республики Северная Осетия – Алания и в соответствии с требованиями постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.12.2016 № 63 «О рассмотрении судами споров об оплате энергии в случае признания недействующим нормативного правового акта, которым установлена регулируемая цена» (далее – постановление Пленума № 63). Указанное приведет к изменению суммы основного долга ответчика по оказанным истцом услугам, что, в свою очередь, повлечет необходимость в пересчете пеней. В остальной части апелляционное постановление просит оставить без изменения.
В кассационной жалобе общество просит отменить постановление апелляционного суда и направить дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции. По мнению заявителя, выводы суда апелляционной инстанции в части признания несостоявшимся зачета по обязательствам компании за июль 2021 года сделаны без учета материалов дела, и при неполно выясненных обстоятельствах, что повлекло за собой неправильное определение размера обязательств общества за услуги по передаче электрической энергии за июль 2021 года. Заявитель утверждает, что зачеты встречных требований произведены в отношении неоспариваемых обязательств, отсутствие спора в отношении погашенных зачетами обязательств подтверждается подписанными компанией протоколами разногласий к актам расчета стоимости электроэнергии, приобретаемой компанией в целях компенсации потерь электроэнергии в сетях (далее – акты расчета стоимости потерь) за июль, август 2021 года. Заявитель считает неправомерным отказ апелляционного суда в применении статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс), поскольку заявленная к взысканию сумма неустойки является несоразмерной нарушенному обязательству. По встречному иску заявитель выражает несогласие с выводами апелляционного суда в части отказа во взыскании убытков. Вывод суда о том, что компания получила от потребителей плату за услуги по передаче, оказанные в спорный период, только в размере 1 386 560 рублей 43 копеек не соответствует фактическим обстоятельствам и сделан при неполно выясненных обстоятельствах дела. Для окончательного вывода о величине денежных средств, поступивших на расчетный счет компании в спорный период, суду следовало удостовериться, что обязательства, например, за сентябрь 2021 года, не были исполнены контрагентами в сроки, установленные договором, то есть в период до 20.10.2021, а обязательства за весь спорный период не были исполнены контрагентами с просрочкой, в 2022 году. Суд апелляционной инстанции, отказывая во взыскании убытков в виде неполученного дохода не принял во внимание двойственный статус общества как территориальной сетевой организации и гарантирующего поставщика, а также разницу в стоимости электрической энергии, приобретаемой конечными потребителями, и стоимости компенсации потерь электроэнергии в сетях сетевой организации.
В отзывах на кассационные жалобы стороны указали на их несостоятельность, а также не обоснованность принятого постановления апелляционного суда.
В судебном заседании представители сторон поддержали доводы своих жалоб, просили суд кассационной инстанции отменить обжалуемый судебный акт.
В соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в судебном заседании 15.05.2024 объявлялся перерыв до 09 часов 45 минут 27.05.2024, о чем сделано публичное извещение.
После перерыва судебное заседание продолжено.
В соответствии со статьей 269 Кодекса апелляционный суд изменил решение суда первой инстанции. Таким образом, предметом рассмотрения суда кассационной инстанции является постановление суда апелляционной инстанции. При рассмотрении дела арбитражный суд кассационной инстанции проверяет, законность судебных актов исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы (части 1 и 3 статьи 286 Кодекса).
Изучив материалы дела, доводы кассационных жалоб и отзывов, выслушав представителей участвующих в деле лиц, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что в удовлетворении жалоб надлежит отказать.
Из материалов дела видно, что компания в спорный период являлась территориальной сетевой организацией, осуществляющей деятельность по оказанию услуг по передаче электрической энергии, по технологическому присоединению энергопринимающих устройств (энергетических установок) юридических и физических лиц к электрическим сетям на территории Республики Северная Осетия – Алания.
РСТ Республики Северная Осетия – Алания постановлением от 30.12.2020 № 68 «Об установлении единых (котловых) тарифов на услуги по передаче электрической энергии по сетям РСО-Алания на 2021 год» (далее – постановление от 30.12.2020 № 68) установлены единые (котловые) тарифы на услуги по передаче электрической энергии по сетям Республики Северная Осетия – Алания на 2021 год. В необходимой валовой выручке сетевых организаций, используемой при расчете единых (котловых) тарифов, учтена, в том числе необходимая валовая выручка компании.
Постановлением РСТ Республики Северная Осетия – Алания от 30.12.2020 № 69 установлены индивидуальные тарифы на услуги по передаче электрической энергии для взаиморасчетов между смежными сетевыми организациями на территории Республики Северная Осетия – Алания на 2021 год, в том числе для компании.
Компания на основании указанных тарифных решений, начиная с 01.01.2021, осуществляла деятельность в качестве территориальной сетевой организации по оказанию услуг по передаче электрической энергии с использованием объектов электросетевого хозяйства, находящихся во владении компании.
Общество является сетевой организацией, оказывающей услуги по передаче электрической энергии, по технологическому присоединению энергопринимающих устройств (энергетических установок) юридических и физических лиц к электрическим сетям.
С 01 апреля 2020 года общество исполняет функции гарантирующего поставщика в Республике Северная Осетия – Алания на основании приказа Министерства энергетики Российской Федерации от 24.03.2020 № 236 «О присвоении статуса гарантирующего поставщика территориальной сетевой организации» (срок исполнения функций гарантирующего поставщика в Республике Северная Осетия – Алания продлен на 12 месяцев; приказ Министерства энергетики Российской Федерации от 31.03.2021 № 226).
Общество и компания заключили договор оказания услуг по передаче электрической энергии (мощности) от 20.11.2020 № 001-ПЭ/20 (в редакции протокола согласования разногласий от 11.01.2021; далее – договор от 20.11.2020 № 001-ПЭ/20), по условиям которого компания обязуется оказывать услуги по передаче электрической энергии (мощности) на границе балансовой принадлежности сетей компании и общества, путем осуществления комплекса организационно и технологически связанных действий, обеспечивающих передачу электроэнергии через технические устройства электрических сетей, принадлежащих компании на праве собственности или иных установленных действующим законодательством основаниях, а общество оплачивает услуги по передаче электроэнергии (мощности) компании в соответствии с условиями, предусмотренными договором, по тарифам, установленным органом исполнительной власти в области государственного регулирования (пункт 1.1 договора).
Согласно интегральным актам первичного учета переданной (принятой) электроэнергии, составленным компанией и филиалом общества «Севкавказэнерго», по данным компании с июля по сентябрь 2021 года из сетей общества в сети компании вошло 6 715 093 кВт/ч, из которых: в июле 2021 года – 3 417 640 кВт/ч; в августе 2021 года – 1 499 860 кВт/ч; в сентябре 2021 года – 1 797 593 кВт/ч.
Общество интегральные акты за июль, август 2021 года подписало с протоколами разногласий.
Общество услуги по передаче электрической энергии оказанные компанией с 01.07.2021 по 30.09.2021 в сумме 16 292 826 рублей 22 копеек не оплатило, что послужило основанием для обращения компании в арбитражный суд.
Встречный иск общества мотивирован тем, что в нарушение установленной модели «котел сверху», при которой платежи за услуги по передаче электроэнергии поступают в вышестоящую организацию (общество), которая осуществляет расчеты с нижестоящими сетевыми организациями, компания заключила договоры на оказание услуг по передаче электрической энергии с потребителями ООО «Олимпик-Комплект», индивидуальные предприниматели ФИО3 и ФИО4, а также с ООО «А2Т», в рамках которых компания необоснованно получала оплату за оказанные услуги, стоимость которых в размере 11 151 620 рублей заявило к взысканию общество. Последнее также указало, что в результате бездействия компании объем фактических потерь в сетях компании с июля по сентябрь 2021 года составил свыше 70%, что в условиях установленной РСТ Республики Северная Осетия – Алания котловой модели регулирования «котел сверху» существенно повлияло на выручку общества как вышестоящей сетевой организации и держателя котла. Убытки в размере 3 854 831 рубля 36 копеек общество определило исходя из величины потерь, указанной компанией в протоколах разногласий к актам расчета стоимости электрической энергии, приобретаемой в целях компенсации потерь электроэнергии в сетях за спорный период. Таким образом, общий размер заявленных обществом к взысканию убытков составил 15 006 451 рубль 36 копеек.
Правовые основы экономических отношений, возникающих в связи с передачей, потреблением электроэнергии с использованием систем электроснабжения, права и обязанности потребителей электроэнергии, энергоснабжающих организаций, сетевых организаций регулируются Федеральным законом от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» (далее – Закон об электроэнергетике), Правилами недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 861 (далее – Правила № 861).
В силу статей 778 и 779 Гражданского кодекса по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.
Из статьи 3, пунктов 2 и 3 статьи 26 Закона об электроэнергетике следует, что под услугами по передаче электроэнергии понимается комплекс организационно и технологически связанных действий, обеспечивающих передачу электрической энергии через технические устройства электрических сетей в соответствии с требованиями технических регламентов.
В соответствии с пунктом 12 Правил № 861 сетевая организация обязуется осуществить комплекс организационно и технологически связанных действий, обеспечивающих передачу электрической энергии через технические устройства электрических сетей, а потребитель услуг – оплатить их.
Постановлением РТС Республики Северная Осетия – Алания от 30.12.2020 № 69 и договором от 20.11.2020 № 001-ПЭ/20 установлена схема расчетов в соответствии с которой общество являлось плательщиком, а компания получателем платы за оказанные услуги по передаче электрической энергии.
Общество, факт оказания в спорный период компанией услуг по передаче электрической энергии не оспаривает.
Суды установили, что согласно интегральным актам первичного учета переданной (принятой) электроэнергии, по данным компании с июля по сентябрь 2021 года из сетей общества в сети компании вошло 6 715 093 кВтч, из которых: в июле 2021 года – 3 417 640 кВт/ч, в августе 2021 года – 1 499 860 кВт/ч, в сентябре 2021 – 1 797 593 кВт/ч. Общество подписало интегральные акты с протоколами разногласий.
Общество, доказательств, обосновывающих разногласия, суду не представило. В связи с этим суды приняли объем оказанных в июле – сентябре 2021 услуг по передаче электрической энергии, определенный по данным компании.
Решением Верховного суда Республики Северная Осетия – Алания от 05.10.2022 и апелляционным определением Третьего апелляционного суда общей юрисдикции от 28.02.2023 по делу № 3а-17/2022 (3а-83/2021), постановление РТС Республики Северная Осетия – Алания от 30.12.2020 № 69 признано недействующим с 01.01.2021.
Замещающий нормативный акт Республиканской службой по тарифам не принят. Соответственно, индивидуальный тариф для расчетов пары смежных сетевых организаций общества – компании по обязательствам 2021 года на момент рассмотрения спора отсутствовал.
Суд первой инстанции в целях определения стоимости оказанных услуг, руководствуясь разъяснениями постановления Пленума № 63, назначил по делу судебную экспертизу, проведение которой поручил экспертам Института экономики естественных монополий Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Российская академия народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации» (далее – РАНХиГС).
Согласно заключению экспертизы от 22.05.2024 № 0611-000-44-24, экономически обоснованная одноставочная цена для взаиморасчетов между обществом и компаниейза услуги по передаче электрической энергии, оказанные в 2021 обществу, исходя из необходимой валовой выручки, утвержденной на 2021 год РСТ Республики Северная Осетия – Алания для компании составляет: для первого полугодия 2021 года – 1329 рублей 76 копеек/МВт/ч, для второго полугодия 2021 года – 1905 рублей 25 копеек/МВт/ч.
Суд первой инстанции, с учетом результатов проведенного исследования, установил, что стоимость оказанных компанией услуг по передаче электроэнергии с июля по сентябрь 2021 года составляет 12 793 930 рублей 94 копейки, из которых за июль 2021 года – 6 511 458 рублей 61 копейка; за август 2021 года – 2 857 608 рублей 27 копеек, за сентябрь 2021 года – 3 424 864 рубля 06 копеек.
Суд первой инстанции, исходя из того, что стоимость оказанных компанией услуг по передаче электрической энергии за июль – сентябрь 2021 года в размере 12 793 930 рублей 94 копеек (определена судебной экспертизой), с учетом проведения сторонами зачетов встречных однородных требований на общую сумму 3 136 474 рубля 51 копейку на основании уведомлений общества от 17.08.2021 № 1.5/01-00/3633-исх, от 20.09.2021 № 1.5/01-00/4074-исх и от 15.10.2021 № 1.5/01-00/4498-исх, а также оплаты обществом услуг в сумме 494 234 рублей 76 копеек, признал подлежащими удовлетворению требования в части основного долга в размере 9 163 221 рубля 67 копеек.
Суд апелляционной инстанции, изменяя решение суда первой инстанции в части требований по первоначальному иску, согласившись с выводами суда относительно стоимости услуг по передаче электрической энергии, оказанных компанией в спорный период, рассчитанной на основании судебной экспертизы, исходил из того, что размер неисполненных обществом обязательств превышает величину, установленную судом первой инстанции.
В силу статьи 410 Гражданского кодекса обязательство прекращается полностью или частично зачетом встречного однородного требования, срок которого наступил либо срок которого не указан или определен моментом востребования. В случаях, предусмотренных законом, допускается зачет встречного однородного требования, срок которого не наступил. Для зачета достаточно заявления одной стороны.
Из приведенной нормы права следует, что для зачета по одностороннему заявлению необходимо, чтобы встречные требования являлись однородными, срок их исполнения наступил (за исключением предусмотренных законом случаев, при которых допускается зачет встречного однородного требования, срок которого не наступил). Подача заявления о зачете является выражением воли стороны односторонней сделки на прекращение встречных обязательств и одновременно исполнением требования закона, установленного к процедуре зачета (статьи 154, 156, 410 Гражданского кодекса).
Требования, являющиеся предметом зачета, должны быть бесспорны и конкретно определены. При этом бесспорный характер обязательства должен заключать в себе такое условие, при котором сам факт наличия обязательства должен быть надлежащим образом доказан и обоснован.
Общество в целях погашения задолженности перед компанией направило заявления от 17.08.2021 № 1.5/01-00/3633-исх, от 20.09.2021 № 1.5/01-00/4074-исх и от 15.10.2021 № 1.5/01-00/4498-исх о прекращении обязательств ответчика перед истцом в сумме 3 136 474 рублей 51 копейки (июль 2021 года – 921 833 рубля 11 копеек, за август 2021 года – 1 048 740 рублей 55 копеек, за сентябрь 2021 года – 1 165 900 рублей 85 копеек) путем их зачета встречными обязательствами компании по оплате стоимости потерь электрической энергии на ту же сумму.
Компания в свою очередь, не согласившись с проведением зачета, направила обществу письма от 04.07.2023 № 14, 15, 16 об отмене зачетов взаимных требований за июль, сентябрь 2021 ввиду имеющихся разногласий по объемам и стоимости потерь электрической энергии.
Суд первой инстанции, с учетом произведенных обществом зачетов встречных однородных требований на сумму 3 136 474 рублей 51 копейка, а также частичной оплаты обществом спорных услуг в сумме 494 234 рублей 76 копеек, пришел к выводу, что первоначальный иск компании подлежит удовлетворению в размере 9 163 221 рубля 67 копеек.
Суд апелляционной инстанции с данными выводами суда не согласился, и, применив положения статьи 410 Гражданского кодекса, а также учитывая правовую позиции, отраженную в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11.06.2020 № 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств» (далее – постановление № 6) и информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.12.2001 № 65 «Обзор практики разрешения споров, связанных с прекращением обязательств зачетом встречных однородных требований», согласно которой зачет встречных однородных требований предполагает наличие у сторон взаимных бесспорных обязательств, и, установив, что у сторон имеются неурегулированные разногласия в части объема и стоимости потерь электрической энергии за спорный период, пришел к выводу о том, что основания для проведения зачета встречных требований по части обязательств отсутствуют, поскольку требования не носят бесспорный характер.
Суд апелляционной инстанции принял во внимание, что обязательства компании по оплате фактических потерь за июль 2021 года являются предметом судебного разбирательства (дело № А61-3981/2021) и не урегулированы на момент разрешения спора по рассматриваемому делу. В связи с этим суд апелляционной инстанции признал зачет взаимных требований по заявлению от 17.08.2021 № 1.5/01-00/3633-исх несостоявшимся ввиду отсутствия признака бесспорности. Соответственно, задолженность ответчика по оплате оказанных услуг по передаче электрической энергии за июль 2021 составила 6 511 458 рублей 61 копейку.
Суд апелляционной инстанции в части требований за август 2021 года констатировал, что у сторон также имеются разногласия (10,027 МВт/ч на сумму 27 895 рублей 07 копеек), при этом в неоспариваемой части суд признал погашенной задолженность на сумму 896 186 рублей 63 копейки на основании уведомления о зачете от 20.09.2021 № 1.5/01-00/4074-исх. Согласно расчету суда апелляционной инстанции задолженность ответчика по оплате оказанных услуг за август 2021 года составила 1 961 421 рубль 64 копейки (2 857 608 рублей 27 копеек – 896 186 рублей 63 копейки).
Суд апелляционной инстанции, рассмотрев требования компании о взыскании задолженности за сентябрь 2021 года, установил, что объем величины потерь электрической энергии за сентябрь 2021 года в размере 179 745 кВт/ч на сумму 494 234 рубля 40 копеек (с учетом НДС 20%) установлен вступившими в законную силу судебными актами по делу № А61-5113/2021. Таким образом, апелляционный суд пришел к выводу о том, что обязательства общества по оплате услуг по передаче электрической энергии за указанный период погашены на сумму 494 234 рубля 40 копеек на основании уведомления о зачете от 15.10.2021 № 1.5/01-00/4498-исх. Соответственно, задолженность ответчика по оплате оказанных услуг за сентябрь 2021 года составила 2 930 629 рублей 66 копеек (3 424 864 рубля 06 копеек – 494 234 рубля 40 копеек).
В связи с изложенным апелляционный суд произвел перерасчет задолженности и признал обоснованными требования истца по первоначальному иску в той части, в которой разногласия у сторон отсутствовали. Согласно расчету суда задолженность за оказанные компанией услуги по передаче электрической энергии с 01.07.2021 по 30.09.2021 составила 11 403 509 рублей 91 копейку.
В соответствии с пунктом 1 статьи 330 Гражданского кодекса неустойкой (штрафом, пенями) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.
Суд апелляционной инстанции, установил факт несвоевременного исполнения обществом обязательств по оплате оказанных компанией услуг по передаче электрической энергии, пришел к обоснованному выводу о правомерности начисления истцом неустойки (пеней), предусмотренной пунктом 2 статьи 26 Закона об электроэнергетике. С учетом признанной обоснованной суммы задолженности (11 403 509 рублей 91 копейка), суд произвел перерасчет пеней с применением ключевой ставки ЦБ РФ, действующей на дату вынесения резолютивной части решения суда, согласно которому размер пеней с 23.08.2021 по 31.03.2022 и с 03.10.2022 по 30.08.2024 (дата объявления резолютивной части решения) составил 14 192 359 рублей 24 копейки.
Суд апелляционной инстанции при перерасчете пени учел положения пункта 15 постановления Пленума № 6 согласно которому обязательства считаются прекращенными зачетом в размере наименьшего из них не с момента получения заявления о зачете соответствующей стороной, а с момента, в который обязательства стали способными к зачету, то есть наступили условия для прекращения обязательств зачетом (статья 410 Гражданского кодекса). Только до обозначенного момента сторона, срок исполнения обязательства которой наступил ранее, находится в просрочке и несет соответствующую ответственность.
Суд апелляционной инстанции оснований для применения статьи 333 Гражданского кодекса не установил, указав на отсутствие доказательств наличия исключительных обстоятельств, влекущих необходимость снижения пени.
Общество заявило встречные требования о взыскании убытков в размере 15 006 451 рубля 36 копеек, из которых: 11 151 620 рублей – стоимость услуг по передаче электроэнергии в рамках необоснованно заключенных компанией договоров и 3 854 831 рубля 36 копеек – убытки в размере величины потерь, указанной компанией в протоколах разногласий к актам расчета стоимости электрической энергии, приобретаемой в целях компенсации потерь электроэнергии в сетях за спорный период.
Суд апелляционной инстанции, проверив решение суда первой инстанции в части требований по встречному иску, признал необоснованными выводы суда о правомерности встречных требований в заявленном обществом размере. Изменяя решение, суд апелляционной инстанции руководствовался следующим.
В силу пункта 1 статьи 393 Гражданского кодекса и пункта 1 постановления № 7 должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.
В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.
Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
Согласно пункту 5 постановления № 7 по смыслу статьи 15 и 393 Гражданского кодекса кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статьи 404 Гражданского кодекса).
Применительно к убыткам в форме упущенной выгоды обратившееся за судебной защитой лицо должно доказать, что возможность получения прибыли существовала реально, а не в качестве его субъективного представления, то есть истцу необходимо доказать, какие доходы он реально (достоверно) получил бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы ответчиком не были допущены нарушения прав истца.
Верховный суд Российской Федерации в определении от 28.06.2018 № 306-ЭС17-23208 по делу № А12-1504/2017 указал, что урегулирование потребителем отношений по передаче электрической энергии с сетевой организацией, к сетям которой непосредственно присоединено его энергопринимающее устройство, не противоречит положениям действующего законодательства (пункты 24(1), 25 Правил № 861) и не признается злоупотреблением правом со стороны потребителя. Оплатив услуги по котловому тарифу, потребитель считается исполнившим свои обязательства.
Изменение стороны по договору оказания услуг по передаче электрической энергии с «котлодержателя» на сетевую организацию, к сетям которой непосредственно присоединено оборудование потребителя, не влияет на размер тарифов (как индивидуального, так и котлового), поскольку необходимая валовая выручка и объем полезного отпуска остаются прежними. В этом случае изменяется направление денежных средств: их получателем вместо «котлодержателя» становится сетевая организация, с которой потребителем заключен договор.
Такая сетевая организация, действуя добросовестно и следуя утвержденной регулирующим органом котловой модели расчетов, вправе претендовать на получение платы за услуги лишь в том размере, который учтен регулирующим органом при утверждении индивидуального тарифа (в объеме ее необходимой валовой выручки). Таким образом, если нижестоящая сетевая организация в нарушение порядка котловых расчетов получила от конечных потребителей плату в размере, превышающем установленный для нее объем необходимой валовой выручки, то такие денежные средства должны быть направлены вышестоящей сетевой организации.
Суд апелляционной инстанции учел, что при установлении тарифов для пары смежных сетевых организаций компании и общества определена модель «котел сверху», то есть платежи за услуги по передаче электроэнергии поступают в вышестоящую организацию (общество), которая осуществляет расчеты с нижестоящими сетевыми организациями (компания).
При схеме расчетов по данной модели, потребитель заключает договоры на оказание услуг по передаче электроэнергии с той сетевой компанией, которую регулятор определяет «держателем котла». При использовании модели «котел сверху» «держатель котла» является исполнителем услуг и получает оплату от всех потребителей. Следовательно, иные сетевые организации не вправе заключать договоры на оказание услуг по передаче электроэнергии и получать оплату услуги от потребителей.
Как следует из материалов дела, компания (исполнитель) и энергосбытовая организация ООО «А2Т» (заказчик) заключили договор на оказание услуг по передаче электрической энергии (мощности) от 01.03.2021 № 009/1-ПЭ/21 со сроком действия с 01.03.2021 по 31.12.2021, в соответствии с которым исполнитель передает электрическую энергию потребителям заказчика в согласованных объемах, а заказчик оплачивает услуги исполнителя в порядке и сроки, установленные договором (пункт 2.1). Оплата стоимости услуг исполнителя по передаче электрической энергии в расчетном периоде производится по котловым тарифам, утвержденным органом исполнительной власти в области государственного регулирования тарифов (пункт 5.8).
В соответствии с приложением № 3 к указанному договору в редакции дополнительного соглашения от 18.06.2021 № 1, компания осуществляет оказание услуг по передаче электрической энергии в отношении потребителей ООО «Новый город», ФИО5, ООО «Гигант», ООО «Ева», ФИО3, ООО «Олимпик-Комплект», ООО «Энергомедиа», ООО «Контур» и индивидуальный предприниматель ФИО6
ООО «А2Т» в письме от 09.08.2021 № 45 уведомило гарантирующего поставщика (общество) о заключенном в интересах указанных потребителей договоре на оказание услуг по передаче электрической энергии (мощности) от 01.03.2021 № 009/1-ПЭ/21 с компанией.
Компания и ООО «Олимпик-Комплект» также заключили договор оказания услуг по передаче электрической энергии (мощности) от 17.06.2021 № 041-ПЭ/21, точкой поставки по которому является граница балансовой принадлежности компании и ООО «Олимпик-Комплект».
Суд апелляционной инстанции установил факт заключения компанией договоров на оказание услуг по передаче электрической энергии в интересах конечных потребителей.
Согласно экспертному заключению при расчете индивидуальных тарифов для взаиморасчетов общества и ООО «ТПлюс» с компанией на 2021 год не предусмотрена возможность получения компанией выручки по единым (котловым) тарифам за услуги по передаче электрической энергии от гарантирующих поставщиков, энергоснабжающих организаций и других потребителей.
Постановлением РСТ Республики Северная Осетия – Алания от 13.05.2022 по делу № 3-14.6/2022 компания признана виновной в совершении административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена частью 2 статьи 14.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (нарушение порядка ценообразования) и назначено наказание в виде административного штрафа размере 100 тыс. рублей.
Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Республики Северная Осетия – Алания от 18.11.2022 по делу № А61-2479/2022, установлено, что компания не вправе заключать договоры с потребителями: ООО «Олимпик-Комплект» (договор от 17.06.2021), индивидуальными предпринимателями ФИО3 (договор от 01.06.2021 № 040-ПЭ/21), ФИО7 (договор от 01.05.2021 № 038-ПЭ/21) и получать оплату за оказанные услуги.
Суд апелляционной инстанции признал, что в рассматриваемой ситуации подлежала применению схема взаиморасчетов между смежными территориальными сетевыми организациями по модели «котел сверху», где держателем котла является вышестоящая сетевая компания – общество. В этом связи суд сделал вывод, что правовых оснований для удержания компанией денежных средств, полученных по котловому тарифу и подлежащих в силу нормативного регулирования перераспределению между сетевыми организациями, необходимая валовая выручка которых учтена при формировании и утверждении котловой модели взаиморасчетов, не имеется. Суд исходил из того, что констатация только факта отсутствия у компании правовых оснований для заключения договоров оказания услуг, не может быть положена в основу решения по взысканию убытков. В рассматриваемом случае необходимо установить факт получения компанией денежных средств в рамках необоснованно заключенных договоров, составляющих размер убытков ответчика и определить их размер.
Суд апелляционной инстанции, проверив расчет убытков по встречному иску в совокупности с представленными в материалы дела доказательствами, признал обоснованными и подлежащими удовлетворению встречные требования общества в размере 1 386 560 рублей 43 копеек исходя из наличия в материалах дела доказательств получения компанией указанной суммы от контрагентов в рамках заключенных прямых договоров оказания услуг по передаче электрической энергии (по договору от 01.03.2021 № 009/1-ПЭ/21, заключенному с ООО «А2Т» в размере 910 тыс. рублей, по договору от 01.06.2021 № 040-ПЭ/21, заключенному с индивидуальным предпринимателем ФИО3 в размере 42 329 рублей 07 копеек; по договору от 01.05.2021 № 038-ПЭ/21, заключенному с индивидуальным предпринимателем ФИО4 в размере 106 077 рублей 58 копеек, по договору от 17.06.2021 № 041-ПЭ/21, заключенному с ООО «Олимпик-Комплект» в размере 328 153 рублей 78 копеек). В остальной части апелляционный суд счел необоснованным требование о взыскании убытков.
Суд первой инстанции, требования общества о взыскании с компании убытков в виде в виде недополученной необходимой валовой выручки в размере 3 854 831 рубля 36 копеек также удовлетворил, установив необходимую совокупность условий для взыскания убытков с компании. Суд указал, что в результате бездействия компании объем фактических потерь в сетях компании с июля по сентябрь 2021 года составил свыше 70%, что в условиях установленной РСТ Республики Северная Осетия – Алания котловой модели регулирования существенно повлияло на выручку общества как вышестоящей сетевой организации и держателя котла. Суд отметил, что при формировании компанией полезного отпуска электрической энергии в соответствии с действующим законодательством, объем фактических потерь в сетях не должен был превышать нормативно установленную величину, что позволило бы обществу как гарантирующему поставщику получить оплату за потребленную электрическую энергию по тарифу конечных потребителей, включая стоимость услуг по передаче электрической энергии по котловому тарифу. Расчет недополученной выручки суд принял в определенном обществом размере исходя из величины потерь, указанной компанией в протоколах разногласий к актам расчета стоимости электрической энергии, приобретаемой в целях компенсации потерь электроэнергии в сетях за июль 2021 года в размере 1 691 103 кВт/ч, за август 2021 года в размере 332 165 кВт/ч.
Суд первой инстанции принял во внимание, что постановление РСТ РСО-Алания от 30.12.2020 № 68 признано недействующим с 01.01.2021, в связи с этим посчитал правильным определить величину упущенной выгоды общества с применением экономически обоснованной цены для взаиморасчетов между обществом и компанией за оказанные услуги по передаче электрической энергии, определенной в экспертном заключении от 22.05.2024 № 0611-000-44-24.
Суд апелляционной инстанции с данной позицией нижестоящего суда не согласился в связи со следующим.
В силу статьи 15 Гражданского кодекса под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
Взыскание убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, которая возлагается при одновременном наличии совокупности следующих условий: доказанности факта неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, наличия убытков и их размера, причинной связи между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства и возникновением убытков.
Согласно пункту 4 Основных положений функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 04.05.2012 № 442 (далее – Основные положения № 442), сетевые организации приобретают электрическую энергию (мощность) на розничных рынках для собственных (хозяйственных) нужд и в целях компенсации потерь электрической энергии в принадлежащих им на праве собственности или на ином законном основании объектах электросетевого хозяйства. В этом случае сетевые организации выступают как потребители. Иные владельцы объектов электросетевого хозяйства приобретают электрическую энергию (мощность) в целях компенсации потерь электрической энергии, возникающих в принадлежащих им на праве собственности или на ином законном основании объектах электросетевого хозяйства, и выступают в этом случае как потребители.
В силу пункта 128 Основных положений № 442 фактические потери электрической энергии в объектах электросетевого хозяйства, не учтенные в ценах (тарифах) на электрическую энергию на оптовом рынке, приобретаются и оплачиваются сетевыми организациями.
В пунктах 50, 51 Правил № 861 определено, что сетевые организации обязаны оплачивать стоимость фактических потерь электрической энергии, возникших в принадлежащих им объектах сетевого хозяйства, за вычетом стоимости потерь, учтенных в ценах на электроэнергию на оптовом рынке. Размер этих потерь определяется как разница между объемом электроэнергии, вошедшим в электросеть, и объемом полезного отпуска (то есть объемами, потребленными присоединенными к этой сети энергопринимающими устройствами, а также переданными в другие сетевые организации).
Согласно пунктам 185, 186, 189 и 190 Основных положений № 442 лицом, обязанным оплачивать фактические потери в сетях, является сетевая организация, в объектах электросетевого хозяйства которой они возникли. Объем потерь энергии в электросетях, принадлежащих сетевой организации, определяется ею на основании данных коммерческого учета энергии, подтвержденных потребителями и производителями (поставщиками энергии и смежными сетевыми организациями), зафиксированных в первичных учетных документах, составленных в соответствии с договорами оказания услуг по передаче энергии; в случае покупки энергии для компенсации потерь у гарантирующего поставщика сетевая организация представляет ему рассчитанные на основании указанных документов данные о величине потерь.
Суд апелляционной инстанции исходил из того, что порядок определения стоимости компенсации потерь стороны урегулировали действующим в спорный период договором купли-продажи электрической энергии (мощности) в целях компенсации потерь от 02.04.2021 № 29/1, в частности пунктом 4.5 которого установлено, что объем потерь электрической энергии в сетях компании определяется как разница между объемом электроэнергии, поставленной в электрическую сеть сетевой компании в точках приема, и объемом электроэнергии, отпущенной потребителям в точках поставки, подтвержденных советующими актами с потребителями и смежной сетевой компанией (полезный отпуск). В связи с этим апелляционный суд пришел к выводу, что положения статьи 15 Гражданского кодекса не подлежат применению к спорным правоотношениям, поскольку потери электрической энергии за спорный период должны оплачиваться компанией по условиям договора, предусматривающего механизм определения стоимости компенсации потерь.
Суд апелляционной инстанции счел необходимым отметить, что определение судом убытков (упущенной выгоды) в размере потерь электрической энергии по тарифу стоимости услуг по передаче электрической энергии на основании экспертного заключения не обосновано, поскольку характер правоотношений по оказанию услуг по передаче электроэнергии и их стоимость не являются тождественными правоотношениям по оплате стоимости электрической энергии (мощности) в целях компенсации потерь.
Суд апелляционный инстанции также счел необоснованными выводы суда о наличии на стороне ответчика упущенной выгоды в виде стоимости потерь электрической энергии, определенной без учета нормативных потерь. Суд указал, что технологические потери, в отличие от фактических потерь, относятся к такой категории потерь, которые обусловлены объективным физическим процессом, происходящим при передаче электроэнергии, и не зависят от воли сторон или действий (бездействия) третьих лиц. Соответственно, технологические (нормативные) потери не могут рассматриваться в качестве упущенной выгоды ответчика. При таких обстоятельствах апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для возложения на компанию финансового бремени по оплате стоимости объема электроэнергии, приходящегося на технологические (нормативные) потери.
Суд апелляционной инстанции также отметил, что выводы суда первой инстанции о величине стоимости потерь электрической энергии сделаны без учета обстоятельств, установленных по делу № А61-5113/2021. В рамках указанного дела объем потерь электрической энергии, образовавшихся в сетях иных владельцев объектов электросетевого хозяйства, находящихся в схеме электроснабжения ниже точек выхода электрической энергии из сетей компании при поставке электроэнергии конечным потребителям, не установлен. Суд заключил, что в нарушение пунктов 129 и 130 Основных положений № 442 общество необоснованно относит на компанию весь объем потерь электрической энергии, образовавшихся в сетях иных владельцев объектов электросетевого хозяйства.
Суд апелляционной инстанции, в связи с непредоставлением истцом по встречному иску доказательств того, что рост величины потерь в сетях с учетом сальдированного перетока (транзита) электрической энергии и мощности из сетей общества, обусловлен исключительно действиями (бездействием) компании, размер подлежащих убытков не подтвержден, пришел к выводу о том, что отсутствуют основания для возложения на ответчика по встречному иску ответственности в виде заявленных убытков.
Довод общества о несогласии с частичным удовлетворением встречного иска, с учетом установленных фактических обстоятельств, изложенных в обжалуемом постановлении, сделанные выводы суда апелляционной инстанции не опровергает. По сути, этот довод повторяет обстоятельства и аргументы, приводимые ответчиком (истцом по встречному иску) при рассмотрении спора по существу, исследованы и оценены судом апелляционной инстанции. Последний критически оценил ссылку на получение в полном объеме предприятием платы за услуги по передаче электрической энергии и отметил, что по делу № А61-4653/2021 взыскана в пользу общества задолженность, в том числе, за спорный период, с ООО «А2Т» по оплате электрической энергии, приобретенной в интересах потребителей ООО «Новый город», ФИО5, ООО «Гигант», ООО «Ева», ФИО3, ООО «ОлимпикКомплект», ООО «Энергомедиа», индивидуального предпринимателя ФИО6, ООО «Контур», ФИО4 Общество также составило акт бездоговорного потребления электрической энергии от 27.07.2021 № СОФ 000267 в отношении потребителя индивидуального предпринимателя ФИО6 и предъявлена к оплате стоимость бездоговорного потребления электроэнергии. Изложенное позволило апелляционному суду сделать вывод о том, что при установленном факте неправомерного заключения предприятием прямых договоров оказания услуг по передаче электрической энергии, общество в полной мере реализует свои права на взыскание подлежащей уплате ему как «держателю котла» задолженности, в том числе путем инициирования судебных процессов, что, в свою очередь, исключает возможность получения предприятием стоимости услуг по передаче электрической энергии в рамках указанных договоров в заявленном обществом размере. Ссылка на выписку по лицевому счету № <***> не принимается во внимание, поскольку подтверждает реализацию операций в спорный период.
Довод общества о правомерности проведенного им зачета за июль 2021 года несостоятелен. Из статьи 410 Гражданского кодекса следует, что обязательство прекращается полностью или частично зачетом встречного однородного требования, срок которого наступил либо срок которого не указан или определен моментом востребования. Для зачета достаточно заявления одной стороны. Суд апелляционной инстанции, отменяя решение суда первой инстанции, исходил из того, что зачет встречных однородных требований предполагает наличие у сторон взаимных бесспорных обязательств, однако наличие задолженности на стороне ответчика не доказано с учетом неурегулированных сторонами разногласий, основания для проведения зачета встречных требований по части обязательств отсутствуют. В рамках рассматриваемого дела апелляционный суд фактически установил, что требование ответчика о взыскании стоимости услуг по передаче электрической энергии документально не подтверждено, а поэтому не может быть прекращено на основании заявления о зачете. Предложение суда округа о предоставлении письменных объяснений, с приложением соответствующих документальных обоснований, не исполнено. Суд апелляционной инстанции принял во внимание, что компания, не согласившись с проведением зачета, направила обществу письма от 04.07.2023 № 14, 15, 16 об отмене зачетов взаимных требований за июль, сентябрь 2021 ввиду имеющихся разногласий по объемам и стоимости потерь электрической энергии. Независимо от процедуры проведения зачета (внесудебный, судебный) обязательства считаются прекращенными ретроспективно: не с момента заявления о зачете, подписания акта о зачете, заявления встречного иска, принятия/вступления в законную силу решения суда, а тогда, когда обязательства стали способны к зачету, то есть наступили условия для прекращения обязательств зачетом (определение Верховного Суда Российской Федерации от 02.02.2021 № 307-ЭС20-16551). В рассматриваемом случае апелляционный суд указал на отсутствие документов, подтверждающих заявленный зачет, и отметил, что обязательства компании по оплате фактических потерь за июль 2021 года являются предметом судебного разбирательства (дело № А61-3981/2021; спор инициировало общество) и не урегулированы на момент разрешения спора.
Довод общества относительно неприменения судом апелляционной инстанции положений статьи 333 Гражданского кодекса ошибочен, поскольку не свидетельствуют о неправильном применении судом названной нормы права, а фактически направлен на переоценку установленного факта соответствия заявленного к взысканию размера неустойки последствиям нарушения обязательства, что не относится к компетенции суда кассационной инстанции. Произвольное, немотивированное и необоснованное снижение размера неустойки не должно приводить к освобождению должника от предусмотренной законом ответственности за просрочку исполнения обязательства (определение Верховного Суда Российской Федерации от 07.02.2022 № 305-ЭС21-18261 по делу № А40-343318/2019). Суд апелляционной инстанции, принимая во внимание ситуацию, когда размер неустойки установлен законом, ее снижение не может быть обосновано доводами неразумности установленного законом размера неустойки установил, что заявленная к взысканию неустойка, с учетом обстоятельств рассматриваемого спора, значительной суммы задолженности и длительного периода просрочки, не является средством обогащения компании, компенсирует ее потери в связи с несвоевременным исполнением второй стороной обязательств, является справедливой, достаточной и соразмерной, поскольку служит средством, обеспечивающим исполнение обязательства. Доказательств наличия исключительных обстоятельств, влекущих необходимость снижения пени, общество, как того требует статья 333 Гражданского кодекса, не представило. Неустойка является санкцией за нарушение обязательства, а не льготным кредитованием неисправного ответчика. В случае необоснованного снижения неустойки происходит и утрата присущей ей обеспечительной функции, состоящей в стимулировании сторон обязательства к его надлежащему исполнению. В таком случае исполнение обязательства в срок становится для ответчика экономически нецелесообразным. Недопустимо при удовлетворении ходатайства о применении положений статьи 333 Гражданского кодекса ограничиваться общими фразам, формально ссылаться на несоразмерность неустойки без приведения конкретных мотивов, обосновывающие исключительность данного случая и допустимость уменьшения неустойки (определение Верховного Суда Российской Федерации от 16.07.2024 № 5-КГ24-72-К2). В решение суда первой инстанции отмечено, что получая плату от конечных потребителей за оказанные услуги по передаче электрической энергии в спорный период, компания фактически пользовалось теми денежными средствами, за взысканием которых обратилось с иском к обществу. Вместе с тем, суд апелляционной инстанции, проверив расчет убытков по встречному иску в совокупности с представленными в материалы дела доказательствами, признал обоснованными и подлежащими удовлетворению встречные требования общества в размере 1 386 560 рублей 43 копеек (12,4% от заявленного в иске). С учетом обстоятельств рассматриваемого спора, учитывая восстановительный принцип гражданско-правовой ответственности, а также, что размер неустойки прямо предусмотрен действующим законодательством, отвечает принципам разумности и соразмерности ответственности за нарушение обязательства, суд апелляционной инстанции сделал вывод, что оснований для удовлетворения ходатайства ответчика о применении положений статьи 333 Гражданского кодекса и снижении неустойки у суда первой инстанции отсутствовали. Определение конкретного размера неустойки является вопросом факта и, следовательно, относится к компетенции судов первой и апелляционной инстанций (определение Верховного Суда Российской Федерации от 28.01.2016 № 303-ЭС15-14198).
Довод компании о том, что суд необоснованно принял к вниманию выводы экспертного заключения от 22.05.2024 № 0611-000-44-24, надлежит отклонить. Фактически компания в кассационной жалобе выразила несогласие с выводами судебной экспертизы в части определения стоимости оказанных услуг. Вместе с тем, названное заключение суды обеих инстанций оценили в совокупности с другими представленными в дело доказательствами (часть 2 статьи 64, статья 89 Кодекса, абзац второй пункта 13 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе»). Указание в кассационной жалобе на недепустимость экспертного заключения и отсутствие независимости, некомпетентность экспертов, как обстоятельства, установленные в апелляционном определении третьего апелляционного суда общей юрисдикции от 28.02.2023 по делу № 3а-17/2022 (3а-83/2021), надуманно. В названном судебном акте отмечено, что выводы экспертов о дополнительном включении в НВВ в размере 85 499 рублей 97 копеек сделаны при несоответствии и несовпадений представленных документов. В рассматриваемом случае в целях проведения объективного и всестороннего экспертного исследования суд первой инстанции неоднократно откладывал судебные заседания и предлагал сторонам представить для проведения экспертизы все необходимые документы, в том числе истребованные экспертной организацией, о чем указано в определениях от 01.12.2023, от 26.12.2023. Сам по себе факт несогласия заявителя с выводами экспертного заключения не свидетельствует о его недостоверности и необходимости назначения повторной экспертизы. Переоценка доказательств, на которую направлены доводы жалобы о пороках экспертного заключения, положенного в основу принятых по делу судебных актов, как и иных представленных в дело доказательств, а также доводы о недоказанности ряда обстоятельств не относятся к полномочиям окружного суда. Указание на некомпетентность экспертов также не нашло своего подтверждение. Суд апелляционной инстанции верно отметил, что компания не воспользовалась своим правом заявлять отвод эксперту, не представлено достоверных доказательств того, что эксперты были заинтересованы в результатах экспертизы.
Вопреки доводам заявителей жалоб выводы апелляционного суда основаны на нормах права и представленных сторонами доказательствах. Несогласие заявителей с выводами суда, иная оценка обстоятельств спора и иное толкование законодательства не свидетельствует о нарушении норм материального и процессуального права, повлиявшем на исход дела или допущенной судебной ошибке. По сути, доводы заявителей направлены на переоценку установленных судом апелляционной инстанции обстоятельств, что в суде кассационной инстанции не допускается.
Нарушения процессуальных норм (часть 4 статьи 288 Кодекса) не установлены.
Руководствуясь статьями 274, 284 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа
ПОСТАНОВИЛ:
постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.12.2024 по делу № А61-5004/2021 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.
Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Председательствующий О.Л. Рассказов
Судьи Р.А. Алексеев
И.М. Денека