ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

26 декабря 2025 года Дело № А33-1196/2020к11

г. Красноярск

Резолютивная часть постановления объявлена «22» декабря 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен «26» декабря 2025 года.

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

Председательствующего судьи Чубаровой Е.Д.,

судей: Хабибулиной Ю.В., Шадчиной Е.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Таракановой О.М., при участии в судебном заседании:

ответчика (заявителя жалобы) - ФИО1 (паспорт), его представителя

ФИО2 (паспорт), действующей на основании устного ходатайства

заявителя жалобы (ответчика) в порядке части 4 статьи 61 Арбитражного

процессуального кодекса Российской Федерации,

конкурсного управляющего ФИО3 (паспорт),

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1

Анатольевича на определение Арбитражного суда Красноярского края от «18» мая

2022 года по делу № А33-1196/2020к11,

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью холдинговой компании «Ресурс» (ОГРН <***>, ИНН <***>, далее – ООО ХК «Ресурс», должник) конкурсный управляющий ФИО4 обратилась с заявлением, в котором просила признать недействительными договоры купли-продажи:

№ 12-04/2019 от 12.04.2019 транспортного средства VOLVO FM TRUCK 6X4, 2011 года выпуска, категории С, VIN <***>, заключенный между должником и ФИО1 (далее также ответчик, заявитель апелляционной жалобы);

№ 12-05/2019 от 12.04.2019 прицепа WIELTON NW, 2011 года выпуска, VIN <***>, заключенный между должником и ответчиком;

применить последствия недействительности сделок в виде взыскания рыночной стоимости транспортных средств.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 18.05.2022 по делу № А33-1196/2020к11 заявленные требования конкурсного управляющего к ФИО1 удовлетворены. Признан недействительным договор купли-продажи № 12-04/2019 от 12.04.2019 года, заключенный между ООО ХК «Ресурс» и ФИО1.

Применены последствия недействительности договора, с ФИО1 в конкурсную массу ООО ХК «Ресурс» взыскано 2 670 000 руб. – рыночной стоимости транспортного средства.

Признан недействительным договор купли-продажи № 12-05/2019 от 12.04.2019 года, заключенный между ООО ХК «Ресурс» и ФИО1

Применены последствия недействительности договора, с ФИО1 в конкурсную массу ООО ХК «Ресурс» взыскано 1 010 000 руб. – рыночной стоимости транспортного средства.

С ФИО1 в конкурсную массу ООО ХК «Ресурс» взыскано 16000 руб. 00 коп. – расходов за судебную оценочную экспертизу.

С ФИО1 в доход федерального бюджета взыскано 6000 руб. 00 коп. – государственной пошлины.

В удовлетворении требования к ФИО5 отказано.

Не согласившись с данным судебным актом, ФИО1 обратился в Третий арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой.

Свою жалобу (с учетом дополнений к ней) мотивирует тем, что оспариваемые сделки не породили для него каких-либо гражданско-правовых последствий ввиду того, что оспариваемые договоры он не заключал, подпись в договорах не его, информации о происхождении данных договоров у него нет (о их существовании узнал только при ознакомлении с материалами дела), транспортные средства ему не передавались, заинтересованным лицом по отношению к должнику он не является, в ООО ХК «Ресурс» никогда не работал. По мнению ФИО1, в материалы дела не представлены доказательства фактической передачи ему спорных транспортных средств. ФИО1 отмечает, что волю на совершение сделок не формировал, волеизъявление в требуемой форме не выражал, поэтому полагает, что договоры не могут быть признаны заключенными. Кроме того, на момент составления оспариваемых договоров и предоставления их в органы ГИБДД на регистрацию, находился в командировке за пределами г. Красноярска, а именно в обществе с ограниченной ответственностью «РН-Ванкор», на месторождении Ванкор. Полагает, что ввиду отсутствия оригиналов оспариваемых договоров не представляется возможным проверить подлинность договоров на наличие фотомонтажа подписей (наложение подписи ФИО1 на реквизиты договора).

Определением от 28.04.2025 апелляционная жалоба принята к производству суда, на 27.05.2025 назначено судебное заседание по рассмотрению апелляционной жалобы, а также ходатайство ФИО1 о восстановлении пропущенного процессуального срока на апелляционное обжалование.

Определением от 27.05.2025 ходатайство ФИО1 о восстановлении срока на подачу апелляционной жалобы удовлетворено, срок восстановлен. Суд апелляционной инстанции перешел к рассмотрению дела № А33-1196/2020к11 по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации (далее – АПК РФ), для рассмотрения дела в суде первой инстанции, назначил судебное заседание по рассмотрению апелляционной жалобы.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы размещена на официальном сайте Третьего арбитражного апелляционного суда: http://3aas.arbitr.ru/, а также в общедоступном информационном сервисе «Картотека арбитражных дел» (http://kad.arbitr.ru) в сети «Интернет»).

ФИО5 извещался судом апелляционной инстанции по зарегистрированному месту жительства согласно ответу миграционной службы на запрос.

В силу статей 121-123, части 3 статьи 156 АПК РФ суд апелляционной инстанции признает лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенными о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы.

Определением от 31 июля 2025 года (31.07.2025 объявлена резолютивная часть) ходатайство ФИО1 о назначении экспертизы удовлетворено, приостановлено производство по делу до получения результатов судебной экспертизы.

По делу назначена почерковедческая экспертиза, на разрешение которой поставлен следующий вопрос.

- Кем, ФИО1 или иным лицом выполнены подписи на копиях договоров купли-продажи № 12-04/2019 от 12.04.2019, № 12-05/2019 от 12.04.2019?

Проведение экспертизы поручено обществу с ограниченной ответственностью Экспертное учреждение «Воронежский центр экспертизы» (394038, <...>) эксперту ФИО6.

Определением от 20.08.2025 назначено судебное заседание по рассмотрению ходатайства эксперта о предоставлении эксперту дополнительных документов.

Определением от 16.09.2025 (резолютивная часть от 16.09.2025) ходатайство общества с ограниченной ответственностью Экспертного учреждения «Воронежский центр экспертизы» о предоставлении дополнительных объектов для проведения исследования удовлетворено частично. Для проведения экспертизы, назначенной определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 31.07.2025 по делу № А33-1196/2020к11, обществу с ограниченной ответственностью Экспертному учреждению «Воронежский Центр Экспертизы» в копиях предоставлены: договор купли-продажи № 12-04/2019 от 12.04.2019, договор купли-продажи № 12-05/2019 от 12.04.2019, заявление о предоставлении отпуска от 20.12.2020, приказ о переводе работника на другую работу № 9 от 11.01.2021, приказ о предоставлении отпуска работнику № 6 от 09.01.2020, заявление об увольнении от 01.02.2021, первого листа загранпаспорта 75 0605854, водительского удостоверения 2425 095623, первого листа паспорта 528217. В удовлетворении остальной части требований отказано.

30.10.2025 в Третий арбитражный апелляционный суд поступило заключение эксперта общества с ограниченной ответственностью Экспертное учреждение «Воронежский центр экспертизы» от 20.10.2025.

Определением от 31.10.2025 назначено судебное заседание по рассмотрению вопроса о возобновлении производства по делу № А33-1196/2020к11 и рассмотрение апелляционной жалобы ФИО1 на определение Арбитражного суда Красноярского края от 18.05.2022 по делу № А33-1196/2020к11 по существу.

Согласно заключению эксперта № 592/25 от 20.10.2025, выполненному обществом с ограниченной ответственностью Экспертное учреждение «Воронежский центр экспертизы» на основании определения от 31.07.2025, исследуемые подписи от имени ФИО1 в изображениях на представленных копиях договоров купли продажи № 12-04/2019 от 12.04.2019, № 12-05/2019 от 12.04.2019 – выполнены самим ФИО1

Определение от 02.12.2025 возобновлено производство по делу.

В суд апелляционной инстанции поступили:

от ФИО1 возражения относительно экспертного заключения с ходатайством о приобщении рецензии на заключение эксперта, итоговые пояснения по делу;

от общества с ограниченной ответственностью Экспертного учреждения «Воронежский центр экспертизы» письменные пояснения по заключению эксперта № 592/25 от 20.10.2025.

Определением от 10.12.2025 отложено рассмотрение апелляционной жалобы на 22.12.2025.

В соответствии со статьей 268 АПК РФ все дополнительные документы приобщены к материалам дела, поскольку содержат сведения о фактах, входящих в предмет доказывания по настоящему делу.

Определением от 19.12.2025 в составе суда произведена замена. Окончательно состав суда сформирован следующим образом: председательствующий – Чубарова Е.Д., судьи: Хабибулина Ю.В., Шадчина Е.А.

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34 АПК РФ.

При повторном рассмотрении настоящего дела арбитражным апелляционным судом установлены следующие обстоятельства.

Как следует из материалов дела, общество с ограниченной ответственностью «Компания Гранта-Капитал» обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с заявлением о признании ООО ХК «Ресурс» несостоятельным (банкротом).

Определением от 23.01.2020 возбуждено производство по делу.

Определением от 22.06.2020 заявление общества с ограниченной ответственностью «Компания Гранта-Капитал» признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения. Временным управляющим утвержден ФИО3.

Решением от 25.03.2021 ООО ХК «Ресурс» признано банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство сроком. Конкурсным управляющим должником утверждена ФИО4.

Сообщение о признании должника банкротом и открытии конкурсного производства опубликовано в газете «КоммерсантЪ» № 53 от 27.03.2021.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, между ООО ХК «Ресурс» (продавец) и ФИО1 (покупатель) были заключены договоры купли-продажи транспортных средств:

- № 12-04/2019 от 12.04.2019, в соответствии с условиями которого продавец обязался передать в собственность покупателя транспортное средство - VOLVO FM TRUCK 6X4, 2011 года выпуска, категории С, VIN <***> (приложение № 1 к договору), а покупатель обязуется принять указанное ТС и оплатить его стоимость в порядке и на условиях, предусмотренных договором (пункт 1.1 договора).

Стоимость ТС установлена в размере 330 000 руб., в т.ч. НДС 20% в размере 55 000 руб., которая на момент подписания договора полностью оплачена покупателем (пункты 2.1, 2.2 договора);

- № 12-05/2019 от 12.04.2019, в соответствии с условиями которого продавец обязался передать в собственность покупателя прицеп WIELTON NW, 2011 года выпуска, VIN <***> (приложение № 1 к договору), а покупатель обязуется принять и оплатить передаваемое имущество в порядке и на условиях, предусмотренных договором (пункт 1.1 договора).

Стоимость имущества установлена в размере 112 000 руб., в т.ч. НДС 20% в размере 19 000 руб., которая на момент подписания договора полностью оплачена покупателем (пункты 2.1, 2.2 договора).

Согласно пункту 3.1 названных договоров, имущество является бывшим в употреблении и передаётся продавцом покупателю в состоянии, которое оно имеет на момент сдачи-приёмки.

Передача имущества осуществляется продавцом после получения продавцом в полном объёме оплаты в соответствии с пунктом 2 договора, но не ранее снятия имущества с учёта в органах ГИБДД (при необходимости) в том состоянии, которое имущество будет иметь на момент передачи, в месте нахождения имущества, уполномоченному представителю покупателя на основании акта о приёме-передаче основных средств, унифицированная форма № ОС-1 (пункт 4.1 договоров).

Право собственности на имущество переходит к покупателю с момента его передачи в соответствии с пунктом 4.1 договора, и подписания акта о приёме- передачи основных средств, унифицированная форма № ОС-1 (пункт 4.2 договоров).

Конкурсным управляющим в качестве правового основания для оспаривания сделок должника указана статья 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее по тексту – Закон о банкротстве).

В обоснование заявленного требования конкурсный управляющий ссылался на отсутствие встречного предоставления со стороны ответчика (ФИО1).

Повторно рассмотрев материалы дела, проверив в пределах, установленных статьей 268 АПК РФ, соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального права и соблюдения норм процессуального права, оценив доводы лиц, участвующих в деле, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу о наличии оснований для отмены данного судебного акта, исходя из следующего.

На основании пункта 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

Пункт 2 статьи 129 Закона о банкротстве обязывает арбитражного управляющего осуществлять необходимые мероприятия, направленные на формирование конкурсной массы, за счет которой удовлетворяются требования кредиторов несостоятельного должника, в том числе посредством выявления подозрительных сделок должника и их оспаривания.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Федеральном законе.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

Пунктом 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии со статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов,

ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В статье 61.2 Закона о банкротстве предусмотрена возможность обжалования подозрительных сделок. При этом в зависимости от того, когда была совершена сделка - в течение года до принятия заявления о признании должника банкротом (пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве) или не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании должника банкротом (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве), законодателем установлен различный круг обстоятельств, подлежащих доказыванию

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств. В предмет доказывания по данному пункту входят следующие обстоятельства: срок заключения сделки - в течение одного года до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления; неравноценность встречного исполнения обязательств другой стороной сделки.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой

стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

По смыслу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания подозрительной сделки недействительной необходима доказанность совокупности следующих обстоятельств: вред имущественным правам кредиторов от совершения сделки, наличие у должника цели причинения вреда и осведомленность другой стороны сделки об указанной цели.

Аналогичные разъяснения изложены в пункте 5 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63), согласно которым пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Согласно пункту 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данных в статье 2 Закона о банкротстве.

Неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Как разъяснено в пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего. Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется. Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления). Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Производство по делу о банкротстве должника возбуждено 23.01.2020, сделки с ФИО1 совершены 12.04.2019, то есть в период подозрительности, установленный пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Таким образом, сделки совершены в период подозрительности, что предоставляет конкурсному управляющему право их оспорить.

Часть 1 статьи 65 АПК РФ предоставляет возможность каждому лицу, участвующему в деле, доказать обстоятельства, на которые оно ссылается в обоснование своих требований и возражений.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 № 1446/14 изложен подход о справедливом распределении судом бремени доказывания, которое должно быть реализуемым. Из данного подхода следует, что заинтересованное лицо может представить минимально достаточные доказательства (prima facie) для того, чтобы перевести бремя доказывания на противоположную сторону, обладающую реальной

возможностью представления исчерпывающих доказательств, подтверждающих соответствующие юридически значимые обстоятельства при добросовестном осуществлении процессуальных прав.

Из Определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.02.2016 № 309ЭС15-13978 по делу № А07-3169/2014 также следует, что бремя доказывания тех или иных фактов должно возлагаться на ту сторону спора, которая имеет для этого объективные возможности и, исходя из особенностей рассматриваемых правоотношений, обязана представлять соответствующие доказательства в обоснование своих требований и возражений.

В силу части 2 статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

По общему правилу, сформулированному в пункте 1 статьи 223 Гражданского кодекса Российской Федерации, право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи.

По состоянию на 13.12.2018 спорные транспортные средства были зарегистрированы за должником, с 27.04.2019 за ФИО5, на основании договоров купли-продажи б/н от 26.04.2019, заключенных с ФИО1 Согласно материалам дела в настоящее время собственником спорных транспортных средств является иное лицо.

Факт учета транспортного средства за новым собственником в органах Государственной инспекции безопасности дорожного движения не имеет отношения к переходу права собственности.

Регистрация транспортных средств в органах Государственной инспекции безопасности дорожного движения носит исключительно информационный (учетный) характер и не подтверждает возникновение, переход или прекращение вещных прав на них.

В силу статей 223, 224, 433, 456, 458 Гражданского кодекса Российской Федерации договор купли-продажи автомобиля считается заключенным с момента его передачи (вручения) покупателю.

Существенным значением для определения наличия признаков недействительности сделки, предусмотренных пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, является рыночная стоимость спорного имущества на момент подписания договора купли-продажи. Выяснение этого вопроса имеет существенное значение для принятия правильного решения по делу.

Как указывал конкурсный управляющий, анализ сведений о продаже аналогичных транспортных средств свидетельствует о том, что рыночная стоимость принадлежащих должнику транспортных средств была занижена при их отчуждении на основании оспариваемых договоров купли-продажи.

Кроме того, из банковских выписок по счетам должника не усматривается поступления денежных средств по оспариваемым сделкам за полученное ответчиком – ФИО1 имущество.

Судом первой инстанции в целях проверки довода о заниженной стоимости отчуждённого имущества в результате заключения оспариваемых сделок, определением от 19.10.2021 по настоящему делу была назначена судебная оценочная экспертиза, проведение которой было поручено эксперту общества с ограниченной ответственностью «Компания А1» (далее - ООО «Компания А1») ФИО7

Согласно выводам экспертного заключения ООО «Компания А1» № Э-29/03-22 от 29.03.2022, рыночная стоимость транспортного средства VOLVO FM TRUCK

6X4, 2011 года выпуска, категории С, VIN <***> по состоянию на 12.04.2019, округлённо составляла 2 670 000 руб.; рыночная стоимость прицепа WIELTON NW, 2011 года выпуска, VIN <***> по состоянию на 12.04.2019, округлённо составляла 1 010 000 руб.

Суд первой инстанции, удовлетворяя требование конкурсного управляющего, пришел к выводу об отсутствии в рассматриваемом случае равноценного встречного исполнения сделки, принимая во внимание согласованную сторонами стоимость транспортных средств, а также его рыночную стоимость, определённую согласно заключению эксперта № Э-29/03-22 от 29.03.2022.

Доказательств оплаты цены договоров купли-продажи № 12-04/2019 от 12.04.2019 и № 12-05/2019 от 12.04.2019 ФИО1 не представил.

Факт оплаты цены сделок подтвержден только указанием на это в пункте 2.2 договоров, из содержания которых следует, что покупатель полностью оплатил имущество.

При этом само по себе указание в договорах купли-продажи на получение должником денежных средств, не подтверждает фактическую передачу денег, реальность произведенной оплаты и финансовую возможность приобретателя (ФИО1) спорных транспортных средств оплатить его стоимость.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 11 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2022 год, утвержденного Президиумом Верховного суда Российской Федерации 26.04.2023, для целей банкротства приобретение у должника имущества по многократно заниженной стоимости и отсутствие у покупателя подтвержденного обоснования такого занижения могут свидетельствовать о том, что эта сторона знала о совершении сделки с намерением причинить вред имущественным правам кредиторов.

Необходимо отметить, что в договоре купли-продажи сведения о неисправностях и повреждениях транспортных средств не указаны.

ФИО1 не доказал достоверными доказательствами факт равноценного встречного предоставления в пользу должника во исполнение договоров купли-продажи № 12-04/2019 от 12.04.2019 и № 12-05/2019 от 12.04.2019.

В последующем по договорам б/н от 26.04.2019, заключённым между ФИО1 (продавец) и ФИО5 (покупатель), спорные транспортные средства были зарегистрированы за последним.

Ключевым доводом апелляционной жалобы ФИО1 являлось утверждение о том, что он не подписывал договоры купли-продажи № 12-04/2019 и № 12-05/2019 от 12.04.2019.

Однако данный довод полностью опровергнут заключением судебной почерковедческой экспертизы № 592/25 от 20.10.2025.

ФИО1 было заявлено ходатайство о фальсификации доказательств - договоров купли-продажи № 12-04/2019 от 12.04.2019, № 12-05/2019 от 12.04.2019, № б/н от 26.04.2019, № б/н от 26.04.2019.

Заявление о фальсификации доказательств мотивировано тем, что спорные договоры он никогда не заключал, исполнение по ним не получал, подписи на договорах ему не принадлежат.

Выяснение вопроса (Кем, ФИО1 или иным лицом выполнены подписи на копиях договоров купли-продажи) имеет существенное значение для принятия правильного решения по делу.

Для проверки заявления о фальсификации доказательств ответчиком заявлено ходатайство о назначении почерковедческой экспертизы.

Судом апелляционной инстанции 30.06.2025 в МУ МВД России «Красноярское» (МРЭО ГИБДД) был направлен запрос с целью разрешения ходатайства о назначении судебной почерковедческой экспертизы, запрошены оригиналы следующих документов:

- договора № 12-04/2019 от 12.04.2019 купли-продажи транспортного средства VOLVO FM TRUCK 6X4, 2011 года выпуска, категории С, VIN <***>;

- договора № 12-05/2019 от 12.04.2019 купли-продажи прицепа WIELTON NW, 2011 года выпуска, VIN <***>;

- договора № б/н от 26.04.2019 купли-продажи транспортного средства VOLVO FM TRUCK 6X4, 2011 года выпуска, категории С, VIN <***>;

- договора № б/н от 26.04.2019 купли-продажи прицепа WIELTON NW, 2011 года выпуска, VIN <***>,

а также сведения о возможности произведения микровырезов из оригиналов указанных предоставленных договоров, в случае назначения судебной почерковедческой экспертизы.

16.07.2025 в адрес суда поступил ответ от МУ МВД России «Красноярское» (МРЭО ГИБДД), в котором указано на то, что срок хранения документов послуживших основанием для регистрации, перерегистрации, снятия с учета транспортных средств составляет три года, в связи с чем документы послужившие основанием для совершения регистрационного действия транспортного средства, уничтожены по истечении срока хранения.

В соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 161 АПК РФ если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу. В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры (абзац пятый части 1 статьи 161 АПК РФ).

Суд разъяснил конкурсному управляющему ФИО3 уголовно-правовые последствия фальсификации доказательств, установленные статьей 303 Уголовного кодекса Российской Федерации, о чем отобрана подписка, приобщенная к материалам дела.

Суд разъяснил ФИО1 уголовно-правовые последствия, предусмотренные статьей 306 Уголовного кодекса Российской Федерации, заявления о фальсификации доказательства, о чем отобрана подписка, приобщенная к материалам дела.

Конкурсному управляющему ФИО3 предложено в порядке статьи 161 АПК РФ исключить из числа доказательств по делу договоры купли-продажи № 12-04/2019 от 12.04.2019, № 12-05/2019 от 12.04.2019, № б/н от 26.04.2019, № б/н от 26.04.2019.

Конкурсный управляющий ФИО3 заявил возражения относительно исключения договоров купли-продажи № 12-04/2019 от 12.04.2019, № 12-05/2019

от 12.04.2019 из числа доказательств. При этом конкурсный управляющий ФИО3 выразил согласие на исключение из числа доказательств по делу договоров купли-продажи № б/н от 26.04.2019, № б/н от 26.04.2019.

Поскольку апеллянт заявляет о том, что спорные договоры им никогда не заключались, а исполнение по ним не получалось, то вопрос о том, принадлежит ли подпись на спорных договорах ответчику (апеллянту) является одним из ключевых обстоятельств, имеющих значение для дела.

С учетом исключения договоров купли-продажи № б/н от 26.04.2019, № б/н от 26.04.2019 из числа доказательств по делу, апеллянтом заявлено ходатайство о назначении судебной почерковедческой экспертизы в подтверждение своих доводов только в отношении договоров купли-продажи: № 12-04/2019 от 12.04.2019, № 12-05/2019 от 12.04.2019.

В судебном заседании представитель ФИО1 (с учётом поступивших ответов) указала, что вопрос о выборе экспертного учреждения оставляют на усмотрение суда, в случае назначения судебной почерковедческой экспертизы нет возражений относительно приостановления производства по апелляционной жалобе.

В соответствии с пунктом 1 статьи 82 АПК РФ в случае, если назначение экспертизы необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе.

Фактически проверка заявления о фальсификации доказательства сводится к оценке оспариваемых доказательств до принятия окончательного судебного акта по делу. Заявление о фальсификации может проверяться не только с помощью экспертного исследования документа, но и путем оценки совокупности имеющихся в материалах дела доказательств.

Таким образом, судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания.

Определением от 31.07.2025 ходатайство ФИО1 о назначении экспертизы удовлетворено, приостановлено производство по делу до получения результатов судебной экспертизы.

По делу назначена почерковедческая экспертиза, на разрешение которой поставлен следующий вопрос.

- Кем, ФИО1 или иным лицом выполнены подписи на копиях договоров купли-продажи № 12-04/2019 от 12.04.2019, № 12-05/2019 от 12.04.2019?

Проведение экспертизы поручено обществу с ограниченной ответственностью Экспертное учреждение «Воронежский центр экспертизы» (394038, <...>) эксперту ФИО6.

Определением от 20.08.2025 назначено судебное заседание по рассмотрению ходатайства эксперта о предоставлении эксперту дополнительных документов.

Определением от 16.09.2025 ходатайство общества с ограниченной ответственностью Экспертного учреждения «Воронежский центр экспертизы» о предоставлении дополнительных объектов для проведения исследования удовлетворено частично. Для проведения экспертизы, назначенной определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 31 июля 2025 года по делу № А33-1196/2020к11, обществу с ограниченной ответственностью Экспертному учреждению «Воронежский Центр Экспертизы» в копиях предоставлены: договор купли-продажи № 12-04/2019 от 12.04.2019, договор купли-продажи № 12-05/2019 от 12.04.2019, заявление о предоставлении отпуска от 20.12.2020, приказ о переводе

работника на другую работу № 9 от 11.01.2021, приказ о предоставлении отпуска работнику № 6 от 09.01.2020, заявление об увольнении от 01.02.2021, первого листа загранпаспорта 75 0605854, водительского удостоверения 2425 095623, первого листа паспорта 528217. В удовлетворении остальной части требований отказано.

30.10.2025 в Третий арбитражный апелляционный суд поступило заключение эксперта общества с ограниченной ответственностью Экспертное учреждение «Воронежский центр экспертизы» от 20.10.2025.

Согласно заключению эксперта № 592/25 от 20.10.2025, выполненному обществом с ограниченной ответственностью Экспертным учреждением «Воронежский центр экспертизы» на основании определения от 31.07.2025 исследуемые подписи от имени ФИО1 в изображениях на представленных копиях договоров купли продажи № 12-04/2019 от 12.04.2019, № 12-05/2019 от 12.04.2019 – выполнены самим ФИО1

Относительно представленной ФИО1 рецензии на экспертное заключение общества с ограниченной ответственностью Экспертным учреждением «Воронежский центр экспертизы» необходимо отметить, что она имеет иную правовую природу и не является экспертным заключением в смысле, признаваемом статьей 82 АПК РФ, в связи с чем сами по себе выводы рецензента не могут опровергать выводы эксперта, предупрежденного судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Рецензия не может являться допустимым доказательством. Рецензия составлена по инициативе и за счет ФИО1 вне рамок арбитражного процесса, и по существу является не экспертным исследованием, а субъективным мнением частного лица, которое не предупреждалось об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения, и направлена на оценку соответствия судебной экспертизы требованиям объективности, в то время как оценка доказательств не входит в компетенцию специалиста, а является прерогативой суда.

Замечания, изложенные в рецензии, суд не принимает, отклоняет, поскольку это является субъективным мнением частного лица, которое не является ни лицом, участвующим в деле о банкротстве, ни в процессе по делу о банкротстве.

Относительно довода ФИО1 о том, что ввиду отсутствия оригиналов оспариваемых договоров не представляется возможным проверить подлинность договоров на наличие фотомонтажа подписей (наложение подписи ФИО1 на реквизиты договора) необходимо отметить следующее.

По данным общества с ограниченной ответственностью Экспертного учреждения «Воронежский центр экспертизы» возможности методики судебно-почерковедческой экспертизы по установлению исполнителя подписей на копиях документов не предполагают ответы на вопросы по установлению способа выполнения подписей, в том числе и по выполнению подписей с помощью технических средств (приемов), а также по использованию приемов монтажа при изготовлении копий документов.

По этой причине вывод в заключении был сформулирован экспертом в следующем виде: «исследуемые подписи от имени ФИО1 в изображениях на представленных копиях договоров купли-продажи № 12-04/2019 от 12.04.2019, № 12-05/2019 от 12.04.2019 выполнены самим ФИО1».

Таким образом, исследования производились не в отношении подписей, а в отношении их изображений на копиях документов.

В тексте заключения указывалось, что вопрос по установлению способа выполнения исследуемых реквизитов на копиях документов не решался, поскольку решение данного вопроса возможно при наличии оригиналов документов.

Указанное заключение эксперта, признано судом, не содержащим каких-либо противоречий, соответствующим требованиям статьи 86 АПК РФ и содержащим выводы по поставленным вопросам.

Экспертное заключение отвечает требованиям действующего законодательства, в связи с чем признано судом надлежащим доказательством, а несогласие ФИО1 с позицией эксперта не свидетельствует о допущенных при проведении экспертизы нарушениях.

Оснований сомневаться в данном заключении не имеется, поскольку оно составлено компетентным специалистом, обладающий специальными познаниями, заключение составлено в полной мере объективно, а его выводы - достоверны. Данное заключение содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в их результате выводы и научно обоснованные ответы на поставленный вопрос, в обоснование сделанных выводов эксперт указывает на применение методов исследований, выводы эксперта обоснованы.

Само по себе несогласие ответчика с содержащимися в экспертном заключении выводами, при отсутствии доказательств их недостоверности, не исключает возможности исследования заключения эксперта в качестве доказательства по делу.

Ходатайств о назначении повторной либо дополнительной экспертизы ФИО1 не заявлено.

ФИО1 не было заявлено ходатайство о назначении судебной технической экспертизы, с постановкой на разрешение эксперта следующего вопроса: «Имеются ли признаки монтажа при нанесении подписи в копиях договоров купли-продажи № 12-04/2019 от 12.04.2019, № 12-05/2019 от 12.04.2019 ?».

Исходя из сложившейся судебной практики проведение подобной экспертизы возможно.

Факт совершения сделок именно ФИО1 является доказанным и не подлежит дальнейшему оспариванию.

Спорная сделка являлась нестандартной с точки зрения обычной для участников гражданского оборота практики поведения, совершена безвозмездно для должника в отсутствие относимых и допустимых доказательств обратного.

В Определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2022 № 304-ЭС17- 18149(10-14) по делу № А27-22402/2015 разъяснено, что следует учитывать, что специальные составы недействительности, предусмотренные законодательством о несостоятельности, являются средством защиты интересов кредиторов должника, а не иных лиц. В отношении конкурсного оспаривания судебной практикой выработано толкование, согласно которому при разрешении такого требования имущественные интересы сообщества кредиторов несостоятельного лица противопоставляются интересам контрагента (выгодоприобретателя) по сделке. Соответственно, право на конкурсное оспаривание в материальном смысле возникает только тогда, когда сделкой нарушается баланс интересов названного сообщества кредиторов и контрагента (выгодоприобретателя), последний получает то, на что справедливо рассчитывали первые (Определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.08.2020 № 306-ЭС20-2155, от 26.08.2020 № 305- ЭС20-5613, от 28.09.2020 № 310-ЭС20-7837).

Апелляционный суд учитывает, что при оспаривании сделок по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, истец должен доказать факт нарушения сделкой имущественных интересов кредиторов должника. При этом конкурсное оспаривание может осуществляться в интересах только тех кредиторов, отношения с которыми существовали к моменту совершения предполагаемой противоправной сделки, и судам необходимо соотнести момент возникновения обязательств у должника перед кредиторами с моментом совершения оспариваемых сделок (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 27.11.2023 № 306-ЭС23- 14897 по делу № А65- 24538/2020).

В этой связи конкурсное оспаривание может осуществляться в интересах только тех кредиторов, требования которых существовали к моменту совершения должником предполагаемого противоправного действия либо с большой долей вероятности могли возникнуть в обозримом будущем. При отсутствии кредиторов как таковых намерение причинить им вред у должника возникнуть не может. Иное поведение в такой ситуации абсурдно (определение Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2020 № 305- ЭС20-12206 по делу № А40-61522/2019).

Поэтому причиненный сделками вред, исходя из указанного подхода, складывается из размера требований независимых кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, долг перед которыми существовал на дату совершения сделок.

По состоянию на апрель 2019 года должник имел неисполненные обязательства перед кредиторами, требования которых впоследствии в установленном порядке включены в реестр требований кредиторов должника:

- определением Арбитражного суда Красноярского края 22.06.2020 по делу № А33-1196/2020 требование общества с ограниченной ответственностью «Компания Гранта-Капитал» включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника в размере 4184342,99 руб., в том числе: 2483430,10 руб. - основной долг, 1700912,89 руб. – неустойка, подлежащая отдельному учету в реестре. Из указанного судебного акта следует, что данная задолженность взыскана решением Арбитражного суда Красноярского края от 31.07.2019 по делу № А33-15339/2019, которым установлено, что между ООО «Компания Гранта-Капитал» (поставщик) и ООО ХК «Ресурс» (покупатель) заключен договор от 16.05.2017 № ГК-058/17, согласно пункту 1.1 которого поставщик обязуется поставлять на основании заявок покупателя нефтепродукты (далее - продукция), а покупатель принимать и оплачивать продукцию в размере и сроки, предусмотренные настоящим договором. В соответствии с пунктом 7.4 договора от 16.05.2017 № ГК-058/17 покупатель обязуется оплачивать продукцию в размере и сроки в соответствии с условиями настоящего договора и дополнительными соглашениями к нему, в случае отсутствия дополнительного соглашения на какую-либо партию товара, по условиям настоящего договора покупатель оплачивает товар в течение 15 календарных дней с момента поставки. В соответствии с актом сверки взаимных расчетов за период 3 квартал 2018 года по договору ГК-058/17 от 16.05.2017, подписанным сторонами без замечаний на 30.09.2018 конечное сальдо в пользу ООО «Компания Гранта-Капитал» составляло 2 255 408 руб. 10 коп. С учетом произведенных поставок и оплат, за ответчиком образовалась задолженность в общем размере 2 442 583 руб. 10 коп. С 07.06.2017 по 20.05.2019 также указанным решением взыскана неустойка в размере 1126905 руб. 86 коп.;

- определением от 11 сентября 2020 года включены требования Федеральной налоговой службы в размере 892 853 руб. 30 коп., из которых: во вторую очередь

реестра требований кредиторов 222 037 руб. 77 коп. основного долга; - в третью очередь реестра требований кредиторов 670 815 руб. 53 коп., из которых 518 085 руб. 67 коп. основного долга, 130 844 руб. 44 коп. пени и 21 885 руб. 42 коп. штрафов, подлежащих отдельному учету в реестре требований кредиторов (задолженность образовалась: по налогу на добавочную стоимость за 3,4 квартал 2018 года и 1 квартал 2019 года в размере 340 834 руб. – основной долг, 56 213,33 руб. – пени; налогу на прибыль организаций, зачисляемый в бюджеты субъектов Российской Федерации за 9 месяцев 2018 года, 2018 год, 1 месяц 2019 года, 1 квартал 2019 года в размере 29 902 руб. – основной долг, 1 786,05 руб. – пени; налог на прибыль организаций, зачисляемый в федеральный бюджет за 9 месяцев 2018 года, 2018 год, 1 месяц 2019 года, 1 квартал 2019 года в размере 5 277 руб. – основной долг, 298,21 руб. – пени; - налог на имущество организаций в размере 18 787 руб. – основной долг, 4 617,50 руб. – пени, 2 879 руб. – штрафы; страховым взносам на обязательное пенсионное страхование в Российской Федерации, зачисляемые в Пенсионный фонд Российской Федерации на выплату страховой пенсии за периоды с 01.01.2017 в размере 160 249,15 руб. – основной долг, 32 031,43 руб. – пени; страховым взносам на обязательное медицинское страхование работающего населения, зачисляемые в бюджет Федерального фонда медицинского страхования за расчётные периоды начиная с 01.01.2017 в размере 37 148,66 руб. – основной долг, 7 380,06 руб. – пени; транспортному налогу за 2018 год в размере 84 079 руб. – основной долг, 16 289,12 руб. – пени; доходам от денежных взысканий (штрафов) в размере 600 руб.; НДФЛ за период с 2018 года по 1 квартал 2019 года в размере 61 788,62 руб. – основной долг; 12 172,67 руб. – пени; 5 688,52 руб. – штрафы; страховым взносам по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний за 1,2 кварталы 2019 года в размере 2 058,01 руб. – основной долг, 46,84 руб. – пени; штрафам ПФР в размере 9 500 руб.; страховым взносам на обязательное медицинское страхование в бюджет Федерального фонда ОМС за периоды до 01.01.2017 в размере 1,74 руб. пени; страховым взносам на обязательное пенсионное страхование в Российской Федерации, зачисляемые в Пенсионный фонд Российской Федерации на выплату страховой пенсии за периоды до 01.01.2017 в размере 7,49 руб. пени.);

- определением от 07 июля 2021 года включены требования общества с ограниченной ответственностью «Еврозапчасть» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) в третью очередь реестра требований кредиторов должника в размере 234 538,19 рублей, в том числе 212 540 руб. основного долга, 21 998,19 руб. неустойки (задолженность образовалась по договору поставки № 40 от 16.08.2017, проценты за пользование чужими денежными средствами начислены за период с 16.02.2018 по 22.07.2019);

- определением от 28 сентября 2021 года включены требования общества с ограниченной ответственностью «Элемент Лизинг» в третью очередь реестра требований кредиторов должника в размере 326 420,41 руб. – основного долга, 112 736,81 руб. – неустойки (задолженность образовалась по договору купли-продажи № АХ-ЭЛ/Члб -73823/ДР от 22.06.2017);

- определением от 12 ноября 2021 года включены требования общества с ограниченной ответственностью «Автоградъ» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в размере 297 031,30 руб., в том числе: 234 907,08 руб. основного долга, 53 561,22 руб. неустойки (задолженность образовалась по договору поставки нефтепродуктов от 09.10.2018 № 09-10/2018, пени начислены за период с 03.01.2019 по 01.07.2019);

- определением от 14 ноября 2023 года требование акционерного общества «ВЭБ-Лизинг» по кредитному договору <***> от 02.11.2018, и договору № Р18-14698-ДЛ от 09.08.2018, включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника в размере 2 008 756,52 руб. долга, 26 289,47 руб. штрафных санкций. Определением от 09 декабря 2024 года произведена замена кредитора акционерного общества «ВЭБ-Лизинг» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) на правопреемника общество с ограниченной ответственностью «ПКО «НБК» (ИНН <***>);

- определением от 11 августа 2022 года требование общества с ограниченной ответственностью «Икарлизинг» (ИНН <***>) включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника в размере 717 892,31 руб. основного долга (задолженность по лизинговым платежам образовалась по состоянию на 20.02.2019 в размере 264 789 руб. 67 коп.), и т.д.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12 февраля 2018 года № 305-ЭС17-11710(3), по смыслу абзаца тридцать шестого статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца третьего пункта 6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 63 от 23.12.10 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» наличие на дату совершения сделки у должника просроченного обязательства, которое не было исполнено впоследствии и было включено в реестр, подтверждает факт неплатежеспособности должника в период заключения оспариваемой сделки.

Доказательства, подтверждающие достаточность имущества на момент совершения спорной сделки для погашения требований кредиторов, в материалы дела не представлены.

Таким образом, на момент заключения сделок должник прекратил исполнение обязательств перед кредиторами, следовательно, отвечал признакам неплатежеспособности.

При этом сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможности квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях в соответствии со статьями 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710(4) по делу № А40-177466/2013).

Согласно пункту 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве), либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицом по отношению к должнику признается лицо, которое является аффилированным лицом должника.

В силу пункта 2 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также: руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет),

коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи; лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга (пункт 3статьи 19 Закона о банкротстве).

Из абзаца 2 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» следуют, что аффилированными лицами являются физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических.

Согласно правовой позиции, выраженной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

Доказывание фактической аффилированности, при этом, не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6) по делу № А12-45751/2015).

Из пояснений ФИО1 следует, что он знаком с ФИО8, являющимся его соседом.

По данным, предоставленным УФНС России по Красноярскому краю, ФИО8 являлся учредителем должника с 06.04.2016 по 28.03.2017, 11.12.2017 по 02.05.2018.

Конкурсный управляющий со ссылкой на выписку по расчетному счету должника № 40702810****5283, отметил, что ФИО8 продолжал осуществлять контроль за деятельностью должника.

Согласно выписке по расчетному счету должника № 40702810****5283, с 09.01.2019 по 02.04.2019 по счету должника проводились операции: «09.01.2019 с бизнес картой 5479****0247, держатель ФИО9, произведена покупка» и т.д., затем «02.04.2019 с бизнес картой 5479****0247, держатель ФИО9, произведена покупка».

По этому же расчетному счету должника операции по бизнес карте № 5479****3809 также проводит действующий директор и учредитель должника ФИО10

Указанные обстоятельства позволяют суду квалифицировать оспариваемую сделку в соответствии со статьей 19 Закона о банкротстве как сделку с заинтересованностью, соответственно, сделать вывод о том, что цель причинения вреда имущественным правам кредитора в данном случае презюмируется.

Заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка, свидетельствует о наличии фактической аффилированности должника и ответчика (ФИО1).

Заключение спорных сделок в рассматриваемом случае и при изложенных обстоятельствах лишено для должника экономического смысла.

Ввиду установления фактической аффилированности можно сделать вывод о том, что ФИО1 знал о наличии у должника признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества.

В данном обособленном споре мотивы поведения ФИО1 по рассматриваемому обязательству, а также экономические разумные цели в указанных действиях не были раскрыты.

Заключение сделок с ФИО1 было направлено на уменьшение конкурсной массы должника, поскольку привело к выбытию имущества должника без предоставления встречного равноценного исполнения.

Действия сторон (должника и ФИО1) по заключению договоров свидетельствуют об умышленном поведении лиц, направленном на причинение вреда кредиторам, уклонение расчетов с кредиторами.

Суд, оценив в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ, представленные доказательства, приходит к выводу, что оспариваемые сделки (заключенные между должником и ФИО1) были направлены на причинение вреда кредиторам.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве вред, причиненный имущественным правам кредиторов, представляет собой уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При заключении оспариваемых сделок (между должником и ФИО1) должник имел признаки неплатежеспособности, в результате их заключения причинен вред имущественным правам кредиторов, сделки была осуществлены в пользу осведомленного о наличии у должника признаков банкротства лица и при наличии у него признаков фактической аффилированности с должником.

С учетом изложенного оспариваемые договоры имеют признаки недействительной сделки, предусмотренные пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности по правилам статьи 71 АПК РФ, суд приходит к выводу о наличии оснований для признания недействительными оспариваемых договоров в соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Гражданское законодательство основывается на презумпции разумности действий участников гражданских правоотношений (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Данная презумпция является опровержимой.

В силу названной статьи не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения данных требований арбитражный суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

По смыслу статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права должны осуществляться добросовестно и разумно и никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно пункту 6 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (утвержденного Президиумом от 04.03.2015) в силу абзаца первого пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 названной статьи никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

При названных обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что ФИО1 и должник злоупотребили правом путем оформления сделок с целью уменьшения конкурсной массы должника для сокрытия обращения на неё взыскания по долгам кредиторов должника. Такой интерес не подлежит защите.

В силу правовой позиции, указанной в пункте 9.1 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, если исходя из доводов оспаривающего сделку лица и имеющихся в деле доказательств суд придет к выводу о наличии иного правового основания недействительности сделки, чем то, на которое ссылается истец (например, пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве вместо статьи 61.3, или наоборот), то на основании части 1 статьи 133 и части 1 статьи 168 АПК РФ суд должен самостоятельно определить характер спорного правоотношения, возникшего между сторонами, а также нормы права, подлежащие применению (дать правовую квалификацию), и признать сделку недействительной в соответствии с надлежащей нормой права.

На основании разъяснений, указанных в пункте 4 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой

допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В Определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069 отражена правовая позиция, согласно которой заявление арбитражного управляющего о признании сделки недействительной по мотиву злоупотребления правом подлежит удовлетворению только в том случае, если им доказано наличие в оспариваемой сделке пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки. В отношении данного подхода сформирована устойчивая судебная практика (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 по делу № А32-26991/2009, определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 № 306-ЭС15- 20034, от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886, Постановление Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 08.08.2019 № Ф02- 2815/2019 по делу № А78-14826/2014).

Рассмотрение вопроса о недействительности сделки по правилам статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, а не в порядке специальных норм, установленных Главой III.1 Закона о банкротстве, приводит к тому, что содержание пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве теряет свой смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом и позволяет лицу, оспорившему подозрительную сделку, безмотивно обойти правила о периодах подозрительности, что представляется крайне недопустимым, нарушающим права и законные интересы его процессуального оппонента.

Между тем ввиду исключительности фактических обстоятельств настоящего спора в рассматриваемом случае возможно говорить и о совершении сделок при злоупотреблении правом (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При указанных обстоятельствах требование конкурсного управляющего к ФИО1 о признании спорных сделок недействительными подлежит удовлетворению.

При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что заявление конкурсного управляющего в части требований к ФИО5 удовлетворению не подлежит, поскольку данный ответчик не является стороной оспариваемых сделок, таким образом, наличие правовых оснований для оценки его действий, связанных с последующим приобретением у ФИО1 отчуждённого должником имущества заявителем не доказано.

При этом оснований для признания договоров б/н от 26.04.2019, № б/н от 26.04.2019 взаимосвязанной цепочкой сделок не имеется.

Переход суда апелляционной инстанции к рассмотрению дела по правилам первой инстанции был обусловлен исключительно процессуальным нарушением — ненадлежащим извещением ФИО1

Однако, как показало исследование доказательств по существу, это нарушение не повлияло на правильность выводов суда первой инстанции.

Объективные обстоятельства дела остались неизменными.

Следовательно, фактические основания для признания сделок недействительными полностью сохранились.

С учетом того, что основной аргумент апеллянта о поддельности его подписей не подтвержден материалами дела, иные доводы жалобы носят вторичный характер и не опровергают выводы суда первой инстанции.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за

исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

На основании пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 29 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, если сделка, признанная в порядке главы III.1 Закона о банкротстве недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки (пункт 2 статьи 167 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.6 и абзац второй пункта 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве) независимо от того, было ли указано на это в заявлении об оспаривании сделки.

В этой связи суд самостоятельно определяет форму применения последствий недействительности сделки.

Поскольку спорное имущество выбыло из собственности ответчика, применение последствий недействительности сделки в виде обязания ответчика возвратить указанные транспортные средства в конкурсную массу должника не представляется возможным.

При указанных обстоятельствах по настоящему делу следует применить следующие последствия недействительности сделки:

- по договору № 12-04/2019 от 12.04.2019 – в виде взыскания с ФИО1 в конкурсную массу ООО ХК «Ресурс» 2 670 000 руб. – рыночной стоимости транспортного средства;

- по договору № 12-05/2019 от 12.04.2019 – в виде взыскания с ФИО1 в конкурсную массу ООО ХК «Ресурс» 1 010 000 руб. – рыночной стоимости транспортного средства.

В пункте 18 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», разъяснено, что распределение судебных расходов в деле о банкротстве между лицами, участвующими в деле, осуществляется с учетом целей конкурсного производства и наличия в деле о банкротстве обособленных споров, стороны которых могут быть различны.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны, пропорционально удовлетворенным требованиям.

В пункте 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О

несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что при удовлетворении судом иска арбитражного управляющего, связанного с недействительностью сделки, понесенные судебные расходы взыскиваются с ответчика (за исключением должника) в пользу должника, а в случае отказа в таком иске - с должника в пользу ответчика (кроме должника).

Судом апелляционной инстанции установлено, что конкурсным управляющим на депозитный счёт арбитражного суда первой инстанции внесено 16 000 руб. в целях проведения судебной экспертизы.

Поскольку результаты судебной экспертизы признаны судом достоверными, ответчиком не оспорены, выводы эксперта подтвердили доводы конкурсного управляющего и способствовали принятию итогового судебного акта по настоящему делу, то расходы на проведение экспертизы подлежат отнесению на ответчика - ФИО1 в полном объёме, что составляет 16 000 руб. согласно счёту на оплату № 291/03 от 29.03.2022.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 19 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», судам необходимо учитывать, что по смыслу пункта 3 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки по правилам главы III.1 Закона о банкротстве оплачивается государственной пошлиной в размере, предусмотренном для оплаты исковых заявлений об оспаривании сделок (подпункт 2 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с подпунктами 2 и 4 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации по делам, рассматриваемым в арбитражных судах, государственная пошлина при подаче искового заявления по спорам, возникающим при заключении, изменении или расторжении договоров, а также по спорам о признании сделок недействительными уплачивается в размере 6 000 рублей (применительно к действующей на тот момент редакции закона).

Конкурсному управляющему была предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины в размере 6000 руб. за подачу заявления в суде первой инстанции.

Принимая во внимание, что заявление о признании сделки недействительной удовлетворено, то с ФИО1 в доход федерального бюджета подлежат взысканию расходы по уплате государственной пошлины в размере 6 000 руб.

С учетом изложенного, судебные расходы за рассмотрение дела судом первой инстанции, за рассмотрение апелляционной жалобы подлежат отнесению на ответчика.

Определением от 31.07.2025 ходатайство ФИО1 о назначении экспертизы удовлетворено. По делу назначена почерковедческая экспертиза. Производство экспертизы поручено обществу с ограниченной ответственностью Экспертное учреждение «Воронежский Центр Экспертизы» (ОГРН: <***>, адрес: 394038, <...>) эксперту ФИО6. Стоимость экспертизы составила 30 000 руб.

В целях проведения экспертизы представитель ФИО1 – ФИО2 зачислила на депозитный счет Третьего Арбитражного апелляционного суда денежные средства в размере 67 000 рублей (по чеку от 28.07.2025 (08:49:15 МСК).

Судебные расходы по оплате экспертизы в размере 30000 руб., понесенные ФИО1, подлежат отнесению на ответчика.

Оставшуюся сумму в размере 37 000 руб., перечисленную по чеку от 28.07.2025 (08:49:15 МСК), надлежит возвратить с депозитного счета Третьего арбитражного апелляционного суда плательщику – ФИО2.

Согласно пункту 2 абзаца 1 статьи 269 АПК РФ по результатам рассмотрения апелляционной жалобы арбитражный суд апелляционной инстанции вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции полностью или в части и принять по делу новый судебный акт.

Согласно пункту 2 части 4 статьи 270 АПК РФ рассмотрение дела в отсутствие участвующего в деле лица, не извещенного надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, является безусловным основанием для отмены апелляционным судом судебного акта суда первой инстанции.

При указанных выше обстоятельствах, учитывая переход к рассмотрению дела № А33-1196/2020к11 по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в суде первой инстанции, определением от 27.05.2025, Третий арбитражный апелляционный суд пришел к выводу о наличии оснований для отмены определения суда по настоящему делу, с принятием нового судебного акта.

Руководствуясь статьями 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Красноярского края от «18» мая 2022 года по делу № А33-1196/2020к11 отменить. Разрешить вопрос по существу.

Заявленные требования к ФИО1 удовлетворить.

Признать недействительным договор купли-продажи № 12-04/2019 от 12.04.2019 года, заключенный между обществом с ограниченной ответственностью холдинговая компания «Ресурс» (ОГРН <***>, ИНН <***>) и ФИО1.

Применить последствия недействительности договора, взыскать с ФИО1 в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью холдинговая компания «Ресурс» (ОГРН <***>, ИНН <***>) 2 670 000 руб. – рыночной стоимости транспортного средства.

Признать недействительным договор купли-продажи № 12-05/2019 от 12.04.2019 года, заключенный между обществом с ограниченной ответственностью холдинговая компания «Ресурс» (ОГРН <***>, ИНН <***>) и ФИО1.

Применить последствия недействительности договора, взыскать с ФИО1 в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью холдинговая компания «Ресурс» (ОГРН <***>, ИНН <***>) 1 010 000 руб. – рыночной стоимости транспортного средства.

Взыскать с ФИО1 в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью холдинговая компания «Ресурс» (ОГРН <***>, ИНН <***>) 16000 руб. 00 коп. – расходов на экспертизу.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета 6000 руб. 00 коп. – государственной пошлины.

В удовлетворении требования к ФИО5 отказать.

Финансово-экономическому отделу Третьего арбитражного апелляционного суда за проведение экспертизы перечислить денежные средства в сумме 30 000 рублей обществу с ограниченной ответственность экспертному учреждению «Воронежский центр экспертизы» по реквизитам, указанным в счете № 592 от 20.10.2025.

Финансово-экономическому отделу Третьего арбитражного апелляционного суда возвратить с депозитного счета Третьего арбитражного апелляционного суда плательщику – ФИО2 денежные средства в размере 37 000 руб., перечисленные по чеку от 28.07.2025 (08:49:15 МСК), по реквизитам, указанным в ходатайстве.

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший определение.

Председательствующий Е.Д. Чубарова Судьи: Ю.В. Хабибулина

Е.А. Шадчина