ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, <...> Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Омск

25 декабря 2025 года

Дело № А81-3964/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 16 декабря 2025 года

Постановление изготовлено в полном объёме 25 декабря 2025 года

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Аристовой Е.В.,

судей Брежневой О.Ю., Целых М.П.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания

ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-8598/2025) конкурсного управляющего ФИО2 на определение от 07.10.2025 Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа по делу № А81-3964/2023 (судья Данилова С.Х.), вынесенное

по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего ФИО2 о признании сделки с ФИО3 недействительной, применении последствий недействительности сделки, при участии

в споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, общества с ограниченной ответственностью

«ТТС-Лизинг» (ИНН: <***>, далее – ООО «ТТС-Лизинг»), ФИО4, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества

с ограниченной ответственностью «Тех-Прогресс» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>, далее – ООО «Тех-Прогресс»), в отсутствие лиц, участвующих

в обособленном споре,

установил:

индивидуальный предприниматель ФИО5 обратился

в Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа с заявлением о признании ООО «Тех-Прогресс» несостоятельным (банкротом).

Определением от 25.05.2023 Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа заявление принято, возбуждено производство по делу № А81-3964/2023, назначено судебное заседание по проверке обоснованности требований заявителя.

Решением от 28.07.2023 Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа ООО «Тех-Прогресс» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура конкурсного производства по упрощённой процедуре ликвидируемого должника. Конкурсным управляющим ООО «Тех-Прогресс» утверждён ФИО2

Конкурсный управляющий ФИО2 обратился 26.07.2024

в арбитражный суд с уточнённым в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) заявлением, согласно которому просит признать недействительными следующие документы по отчуждению транспортного средства: дополнительное соглашение № 1 от 19.11.2020 к договору лизинга от 29.11.2019 № 0243-001/2019; ходатайство лизингополучателя от 15.10.2020 № 164 о продаже предмета лизинга, приобретённого в соответствии с договором купли-продажи от 29.11.2019 № 0243-001/2019; договор купли-продажи от 19.11.2020 № 0243-001/2019, заключённый между ООО «ТТС-Лизинг» и ФИО3; договор купли-продажи от 16.11.2020, заключённый между ООО «Тех-Прогресс» и

ФИО3 Применить последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу транспортного средства (предмета лизинга): ХЕНДЭ CRETA, идентификац.номер (VIN) <***>, 2019 г. в., модель, номер двиг. KW441903, номер кузова (прицепа) <***>, цвета кузова: белый (далее – спорное ТС); восстановления права требования ФИО3 к ООО «Тех-прогресс» в части уплаченной выкупной стоимости по договору купли-продажи от 19.11.2020

№ 0243-001/2019 в размере 1 506,84 руб.; взыскания процентов неправомерного приобретения имущества стоимостью 1 237 000 руб. в соответствии со статьёй 395 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) в размере

488 708,22 руб. с 19.11.2020 по 14.01.2025, процентов, начисленных на сумму неосновательно сбереженного имущества, начиная с 15.01.2025 за каждый день просрочки до даты фактического возврата имущества в конкурсную массу.

Определением от 07.10.2025 Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано.

В апелляционной жалобе конкурсным управляющим ставится вопрос об отмене определения суда и принятии нового судебного акта об удовлетворении заявления управляющего.

Мотивируя свою позицию, апеллянт указывает на следующие доводы:

- поскольку отчуждение спорного транспортного средства основано

на состоявшейся сделке по переуступке по соглашению № 1 от 19.11.2020 к договору лизинга № 0243-001/2019 от 29.11.2019 на основании ходатайства № 164 от 15.10.2020, то документами, подтверждающими факт отчуждения транспортного средства является дополнительное соглашение № 1 от 19.11.2020 к договору лизинга № 0243-001/2019

от 29.11.2019, ходатайство лизингополучателя № 164 от 15.10.2020 о продаже предмета лизинга, приобретённого в соответствии с договором купли-продажи № 0243-001/2019 от 29.11.2019; соответственно, ФИО3 произвёл лишь оплату выкупной стоимости предмета лизинга в размере 1 506,84 руб.;

- как отмечено ФИО3, отчуждение состоялось на основании договора купли-продажи транспортного средства от 16.11.2020, заключённого с ООО «Тех-Прогресс»; при этом в договоре указывается, что автомобиль находится на праве собственности ООО «Тех-Прогресс», покупатель передаёт наличные денежные средства директору должника ФИО4 в размере 1 150 000 руб.; однако,

на момент совершения сделки ООО «Тех-Прогресс» не являлось собственником спорного автомобиля;

- исходя из фактических обстоятельств дела, произошла переуступка прав и обязанностей по договору лизинга № 0243- 001/2019 от 19.11.2019, заключённого между обществом с ограниченной ответственностью «ТТС-Лизинг» (далее –

ООО «ТТС-Лизинг») и ООО «Тех-Прогресс», которым права по приобретению автомобиля перешли от ООО «Тех-Прогресс» к ФИО3 безвозмездно;

- отметка о передаче наличных средств не может быть доказательством наличия денежных средств у ФИО3, уровень дохода ФИО3 не позволяет произвести накопление в указанном объёме, что подтверждается ответом ОСФР

по Республике Башкортостан № СЗ-02-11/68624 от 03.10.2024; при этом на момент совершения сделки ФИО3 являлся работником общества с ограниченной ответственностью «Стандарт-Сити» (далее – ООО «Стандарт-Сити»), организации, аффилированной с ООО «Тех-Прогресс».

В заседании суда апелляционной инстанции, открытом 09.12.2025, объявлен перерыв до 13 ч 30 мин. 16.12.2025. Информация о перерыве размещена

на официальном сайте суда (www.8aas.arbitr.ru).

Лица, участвующие в рассмотрении настоящего обособленного спора, надлежащим образом извещённые о времени и месте судебного заседания, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили. На основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) жалоба рассмотрена в отсутствие неявившихся участников процесса.

Рассмотрев апелляционную жалобу, материалы дела, проверив законность

и обоснованность обжалуемого судебного акта, суд апелляционной инстанции установил следующее.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 29.11.2019 между обществом с ограниченной ответственностью «Гарант-Лизинг»

(в настоящее время – ООО «ТТС-Лизинг», лизингодатель) и ООО «Тех-Прогресс» (лизингополучатель) заключен договор лизинга № 0243-001/2019, согласно условиям которого в соответствии с требованием лизингополучателя лизингодатель обязуется приобрести в собственность на условиях, предусмотренных договором купли-продажи, транспортное средство ХЕНДЭ CRETA, идентификационный номер (VIN) <***>, год выпуска 2019, модель, номер двигателя KW441903, номер кузова (прицепа) <***>, цвета: белый, и предоставить лизингополучателю транспортное средство за плату в качестве предмета лизинга

на условиях договора во временное владение и пользование; лизингополучатель обязуется принять предмет лизинга в лизинг и в форме лизинговых платежей возместить лизингодателю расходы, понесенные лизингодателем вследствие приобретения предмета лизинга и оплатить вознаграждение лизингодателя.

В соответствии с пунктом 4.1 договора лизинга № 0243-001/2019 от 29.11.2019 сумма лизинговых платежей по договору составляет 1 574 607,89 руб.

Согласно представленным ООО «ТТС-Лизинг» сведениям общая сумма авансовых и лизинговых платежей составила 1 574 607,89 руб. (платёжные поручения, система Мой арбитр вх. от 10.02.2025).

15.10.2020 должника направил ООО «ТТС-Лизинг» ходатайство № 164 о продаже предмета лизинга, приобретённого в соответствии с договором лизинга № 0243-001/2019 от 29.11.2019, ФИО3

16.11.2020 между ООО «Тех-Прогресс» (продавец) и ФИО3 (покупатель) подписан договор купли-продажи транспортного средства ХЕНДЭ CRETA, идентификационный номер (VIN) <***>, год выпуска 2019, модель, номер двигателя KW441903, номер кузова (прицепа) <***>, цвета: белый,

Согласно условиям данного договора стоимость транспортного средства составляет 1 150 000 руб.; денежные средства за автомобиль передаются наличными директору ООО «Тех-Прогресс» ФИО4

19.11.2020 между ООО «ТТС-Лизинг» и ООО «Тех-Прогресс» заключено дополнительное соглашение № 1 к договору лизинга № 0243-001/2019 от 29.11.2019, согласно условиям которого стороны договорились о продаже предмета лизинга третьему лицу.

ООО «Тех-Прогресс» 19.11.2020 возвратило ООО «ТТС-Лизинг» спорное транспортное средство по акту возврата предмета лизинга.

19.11.2020 между ООО «ТТС-Лизинг» (продавец) и ФИО3 (покупатель) заключён договор купли-продажи автомобиля № 0243-001/2019. Договор составлен в соответствии с пунктом 11.3 Правил лизинга автотранспортных средств, утверждённых приказом ООО «ТТС-Лизинг» от 17.04.2019, дополнительным соглашением № 1 от 19.11.2020 к договору лизинга № 0243-001/2019 от 29.11.2019, ходатайством № 164 от 15.10.2020.

Согласно пункту 3.1 договора купли-продажи автомобиля № 0243-001/2019

от 19.11.2020 стоимость имущества составляет 1 506,84 руб., в том числе НДС 20 % 251,14 руб.; покупатель производит оплату по настоящему договору в рублях на расчётный счёт продавца, указанный в разделе 8 договора.

Транспортное средство передано ФИО3 19.11.2020, что подтверждается актом приёма-передачи имущества к договору купли-продажи автомобиля № 0243-001/2019 от 19.11.2020.

Полагая, что приведённые договоры составляющими единую сделку по выводу активов должника, заключённую при отсутствии встречного исполнения, в целях причинения вреда правам кредиторов должника, конкурсный управляющий, ссылаясь на положения пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ

«О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), на положения статей 168, 170 ГК РФ, обратился в арбитражный суд с заявлением по данному обособленному спору.

Отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего, суд первой инстанции исходил из отсутствия оснований полагать оспариваемые сделки отвечающими признакам недействительности, как по специальным, так и

по общегражданским основаниям.

Повторно рассмотрев материалы обособленного спора в пределах доводов апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не установил оснований

для отмены или изменения обжалуемого определения.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершённые должником или другими лицами за счёт должника могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Пунктом 3 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсному управляющему предоставлено право подавать в арбитражный суд от имени должника заявления

о признании недействительными сделок, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключённых или исполненных должником.

Как указано в пункте 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации (далее – ВАС РФ) от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление № 63), в порядке главы III.1 Закона

о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как

по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности,

по основаниям, предусмотренным ГК РФ или законодательством о юридических лицах).

Под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 Закона

о банкротстве, понимаются, в том числе действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платёж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачёте, соглашение о новации, предоставление отступного и т. п.); банковские операции, в том числе списание банком денежных средств со счёта клиента банка в счёт погашения задолженности клиента перед банком или другими лицами (как безакцептное, так и на основании распоряжения клиента) (пункт 1 постановления № 63).

Статья 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания сделки должника недействительной, если она совершена при неравноценном встречном исполнении (пункт 1), с целью причинения вреда кредиторам (пункт 2).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершённая должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться,

в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществлённого

им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определённую с учётом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Для признания сделки недействительной по основаниям, указанным в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, лицу, требующему признания сделки недействительной, необходимо доказать, а суду установить следующие объективные факторы: сделка заключена в течение года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления (данный срок является периодом подозрения, который устанавливается с целью обеспечения стабильности гражданского оборота) и неравноценное встречное исполнение обязательств, при этом неравноценность должна иметься в нарушение интересов должника.

В силу положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершённая должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена

в течение трёх лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате её совершения был причинён вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатёжеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо совершена при наличии одного из следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника,

а для кредитной организации – десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определённой по данным бухгалтерской отчётности должника

на последнюю отчётную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил своё место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после её совершения, либо скрыл своё имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчётности или учётные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо

в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению

и ведению бухгалтерской отчётности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Исходя из пунктов 5 – 7 постановления № 63, пункт 2 статьи 61.2 Закона

о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершённой должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). Для признания сделки недействительной

по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинён вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве под вредом, причинённым имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований

к должнику, а также иные последствия совершённых должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счёт его имущества. Неплатёжеспособность – прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В данном случае, принимая во внимание дату возбуждения дела о банкротстве должника (25.05.2023), оспариваемые сделки совершены (начало распорядительных действий – 15.10.2020, окончание – 19.11.2020) в пределах трёхгодичного периода подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации (далее –

ВС РФ), изложенной в определении от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3), наличие

у должника в спорный период неисполненных обязательств, вытекающие из которых требования в настоящее время включены в реестр, подтверждают факт его неплатёжеспособности в период заключения оспариваемой сделки.

Начиная с 2018 г. у должника имелась непогашенная задолженность перед уполномоченным органом на значительную сумму (акт выездной налоговой проверки от 20.09.2021 № 06-38/12 с учётом дополнений от 18.03.2022), которая впоследствии включена в реестр требования кредиторов должника (191 849 557,75 руб.) на основании определения суда от 21.12.2023.

Применительно к рассматриваемому случаю суд первой инстанции пришёл

к правильному выводу о неплатёжеспособности должника на момент совершения оспариваемых сделок, поскольку на соответствующую дату у должника имелась кредиторская задолженность, которая в настоящее время включена в реестр требований кредиторов (перед Банком СБРР (ООО) в лице конкурсного управляющего ГК «АСВ», акционерным обществом «Салехардэнерго»).

Распределение бремени доказывания по спорам о признании сделки недействительной по основанию, предусмотренному статьёй 61.2 Закона о банкротстве, зависит от наличия презумпций.

Презумпции наличия цели причинения вреда имущественным правам кредиторов считается доказанной при установлении совокупности обстоятельств: недостаточности имущества должника на момент совершения сделки (либо в результате её совершения), безвозмездный характер этой сделки или в отношении заинтересованного лица (абзац второй пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

Однако сама по себе недоказанность этих признаков (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации сделки

в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и без использования презумпций, на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ, определения ВС РФ от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710(4), от 11.05.2021 № 307-ЭС20-6073(6)).

Предполагается, что другая сторона сделки знала о её совершении с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатёжеспособности или недостаточности имущества должника.

Из определения ВС РФ от 07.10.2021 № 305-ЭС16-20151(14,15) следует, что судам необходимо проверить разумное предположение о том, мог ли должник, действуя независимо и преследуя правомерные интересы, совершить оспариваемую сделку

на таких же условиях с иным кредитором. С этой целью имеет значение установление отношений связанности, аффилированности должника с контрагентом оспариваемой сделки, наличие у них пересекающихся общих интересов, которые могли бы объяснять мотивы заключения сделки.

Статья 19 Закона о банкротстве признаёт заинтересованными по отношению

к должнику лиц, которые в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006

№ 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее – Закон о защите конкуренции) входят

в одну группу лиц с должником.

В соответствии со статьёй 9 Закона о защите конкуренции группой лиц признаётся совокупность физических лиц и (или) юридических лиц, соответствующих одному или нескольким признакам, указанным в названной статье.

При распределении бремени доказывания суд первой инстанции обоснованно учёл недоказанность фактической аффилированности ответчика по отношению

к должнику.

Так, доказывая факт осведомлённости ФИО3 о цели причинить вред имущественным правам кредиторов, конкурсный управляющий ссылается

на аффилированность ФИО3 по отношению к должнику, поскольку последний осуществлял трудовую деятельность, как у должника, так и

аффилированном к нему ООО «Стандарт-Сити».

31.01.2025 от ФИО3 поступили письменные пояснения, согласно которым указывает, что являлся простым работником; на момент покупки спорного транспортного средства в трудовых отношениях с ООО «Тех-Прогресс» не состоял.

Действительно, согласно предоставленным 11.10.2024 отделением Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Ямало-Ненецкому автономному округу сведениям о состоянии индивидуального лицевого счёта застрахованного лица в отношении ФИО3, последний в период с сентября 2020 г. по октябрь 2021 г. осуществлял трудовую деятельность в обществе

с ограниченной ответственностью «ПСК-Антикор» (ИНН <***>); в период

с марта 2023 г. по август 2024 г. – в обществе с ограниченной ответственностью «Спецстройтехника» (ИНН <***>); в период с апреля по октябрь 2020 г. и с июня по октябрь 2021 г. – в ООО «Стандарт-Сити» (ИНН <***>); в период с апреля

по июль 2022 г. – в обществе с ограниченной ответственностью «Эйчар Сервис» (ИНН <***>); в период с апреля по октябрь 2020 г. – в ООО «Тех-Прогресс» (ИНН <***>).

Согласно сведениям трудовой книжки ФИО3, последний осуществлял трудовую деятельность в ООО «Тех-Прогресс» в должности мастера, уволен 02.10.2020, что не позволяет констатировать наличие возможного влияния данного лица

на деятельность ответчика; доказательствами, подтверждающими заинтересованность данного лица по отношению к должнику, суд не располагает.

Не усматривая факта совершения сделки в ущерб имущественным интересам должника и его кредиторам, коллегия суда учитывает следующее.

В соответствии со статьёй 665 ГК РФ по договору финансовой аренды (лизинга) имущество предоставляется арендатору за плату во временное владение и пользование для предпринимательских целей.

Особенность отношений, вытекающих из выкупного лизинга (статья 19 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)», далее – Закон о лизинге) при банкротстве, состоит в том, что в отличие от случаев предоставления финансирования в иной форме имущество, обеспечивающее исполнение обязательства перед кредитором (лизингодателем), в случае нарушения должником своих обязательств и расторжения договора – не включается в конкурсную массу, а остаётся в собственности кредитора.

Приобретение лизингодателем права собственности на предмет лизинга служит для него обеспечением обязательств лизингополучателя по уплате установленных договором платежей, а также гарантией возврата вложенного (пункт 2 постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга»).

Применительно к рассматриваемой ситуации распорядительные действия должника по отчуждению 16.11.2020 ответчику спорного транспортного средства оцениваются судом как не порождающие вещных прав на последнее в силу отсутствия у лизингополучателя права на отчуждение предмета лизинга.

Между тем, совокупность оспариваемых сделок позволяет констатировать наличие законных оснований приобретения ответчиком права собственности

на транспортное средство ввиду фактической передачи должником прав и обязанностей по договору лизинга и возмещения ФИО3 в окончательном виде расходов лизингодателя.

При этом учитывая обстоятельства имущественного предоставления ответчиком

в адрес должника в виде стоимости автомобиля, соответствующей рыночной, оснований полагать оспариваемое отчуждение безвозмездным не имеется.

В силу статьи 28 Закона о лизинге в общую сумму платежей по договору лизинга за весь срок действия договора лизинга входит возмещение затрат лизингодателя, связанных с приобретением и передачей предмета лизинга лизингополучателю, возмещение затрат, связанных с оказанием других предусмотренных договором лизинга услуг, а также доход лизингодателя.

Соответственно, в договоре выкупного лизинга имущественный интерес лизингодателя заключается в размещении и последующем возврате с прибылью денежных средств, а имущественный интерес лизингополучателя – в приобретении предмета лизинга в собственность за счёт средств, предоставленных лизингодателем, и при его содействии; лизинговые платежи являются возмещением инвестиционных затрат лизингодателя и обязательны к уплате независимо от получения предмета лизинга во владение.

Надлежащее исполнение лизингополучателем обязательств по уплате всех лизинговых платежей, предусмотренных договором лизинга, означает реализацию им права на выкуп полученного в лизинг имущества (пункт 2 постановления Пленума

ВАС РФ от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга»).

В пункте 38 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утверждённого Президиумом ВС РФ 27.10.2021, разъясняется, что в случае оспаривания соглашения о передаче лизингополучателем прав и обязанностей по договору лизинга по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, факт причинения вреда имущественным правам кредиторов устанавливается путём определения соотношения между коммерческой ценностью договорной позиции предыдущего лизингополучателя и размером встречного предоставления нового лизингополучателя. Последствия недействительности упомянутой сделки в случае признания её недействительной определяются с учётом того, исполнены ли новым лизингополучателем в полном объёме обязательства перед лизингодателем.

При этом стоимость договорной позиции лизингополучателя следует определять в зависимости от входящих в неё активов (наличие правомерного ожидания лизингополучателя в отношении приобретения права собственности на предмет лизинга в будущем, стоимость этого имущества с учётом износа и др.) и пассивов (размер просроченной задолженности, начисленных санкций за нарушение договора, размер будущих платежей и др.).

Как следует из материалов дела, общая сумма внесённых должником платежей

по договору лизинга составила 1 574 607,89 руб., в том числе плата за пользование и компенсация лизингодателю; указанная сумма не составляет обязательное имущественное возмещение лизингополучателю в силу пользования последним

в течение определённого временного промежутка предметом лизинга.

При этом согласно отчёту № 0107.24/14/А об оценке рыночной стоимости автотранспортного средства ХЕНДЭ CRETA VIN <***>, рыночная стоимость автотранспортного средства по состоянию на 19.11.2020 определена

в размере 1 237 000 руб.

Как обоснованно указал суд первой инстанции, расхождение реальной цены

(1 150 000 руб.) и цены, установленной по результатам отчёта об оценке

(1 237 000 руб.), составившее 7 %, не свидетельствуют о существенном (например, кратном) превышении предполагаемой величины над ценой оспариваемой сделки; участвующие в споре лица право обращения к суду с ходатайством о назначении судебной экспертизы не воспользовались.

Возражая против заявленных требований, ответчик в отзыве указывает, передача денежных средств наличными в ноябре 2020 г. в размере 1 150 000 руб. зафиксирована

в договоре купли-продажи от 16.11.2020, подписанном руководителем должника и скреплённом оттиском печати ООО «Тех-Прогресс».

Получение денежных средств наличными от ФИО3 подтверждает также бывший руководитель должника – ФИО4 (отзыв от 11.09.2025).

В качестве доказательства финансовой возможности оплатить стоимость спорного транспортного средства ООО «Тех-Прогресс» в 2020 г. ФИО3 ссылается на обстоятельства продажи ранее принадлежащего ему транспортного средства KIA CEED 2010 г. в. гос. рег. номер <***>, № кузова XWEHC812AB0003470 по стоимости 420 000 руб.; предоставления в заём денежных средств по распискам на сумму 400 000 руб. (займодавец ФИО6), на сумму

200 000 руб. (займодавец ФИО7).

Возвратность таких займов также подтверждена материалами дела; кредитный договор с Банком ВТБ (ПАО) от 10.12.2020 на сумму 1 000 000 руб.; справка Банка ВТБ (ПАО), согласно которой задолженность по кредитному договору <***> от 10.12.2020 по состоянию на 27.01.2025 полностью погашена, договор закрыт 23.12.2024; выписка по счёту в Банке ВТБ (ПАО), подтверждающая снятие денежных средств со счёта ФИО3 16.12.2020 на сумму 800 000 руб. (350 000 руб.,

350 000 руб., 100 000 руб.).

Утверждения ответчика о фактическом владении, пользовании спорным транспортным средством, несении бремени его содержания подтверждаются сведениями о своевременной постановке транспортного средства на регистрационный учёт в органах ГИБДД (02.12.2020), привлечении ФИО3 к административной ответственности за нарушение правил дорожного движения, страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств за период с 01.12.2020

по 20.12.2025 (страхователь и собственник ФИО3, лица, допущенные

к управлению транспортным средством ФИО8, ФИО3).

Вопреки доводам управляющего, совокупность приведённых обстоятельств свидетельствует о реальности правоотношений сторон; спариваемый договор заключён на условиях возмездности.

Поскольку обстоятельства распоряжения полномочным представителем должника вырученными от продажи транспортного средства денежными средствами

в сфере влияния ответчика не находятся, недопустимо возложение на последнее негативных последствий от возможного убытка имущественной сфере юридического лица.

Само по себе признание сделки недействительной по мотиву злоупотребления её сторонами гражданскими правами не противоречит действующему законодательству и соответствует сложившейся правоприменительной практике (пункт 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации (далее – ВС РФ) от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление № 25), абзац четвёртый

пункта 4 постановления № 63, пункт 10 постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»).

Договор, при заключении которого допущено злоупотребление правом, признаётся недействительным на основании статей 10 и 168 ГК РФ по иску лица, чьи права или охраняемые законом интересы нарушает этот договор (пункт 1 Обзора судебной практики ВС РФ № 2, утверждённого Президиумом ВС РФ 26.06.2015, определение ВС РФ от 15.12.2014 № 309-ЭС14-923).

При этом для квалификации сделки в качестве ничтожной в связи с нарушением принципа добросовестности как основного начала гражданского законодательства на основании совокупного применения статей 10, 168 ГК РФ необходима недобросовестность обеих её сторон в виде их сговора, либо, по крайней мере, активные недобросовестные действия одной стороны сделки и осведомлённость

об этом воспользовавшегося сложившейся ситуацией контрагента по сделке.

Как указано в Обзоре судебной практики ВС РФ № 1(2014), утверждённом Президиумом ВС РФ 24.12.2014, а также определении ВС РФ от 12.08.2014 № 67-КГ14- 5, установленный в статье 10 ГК РФ запрет злоупотребления правом в любых формах направлен на реализацию принципа, закреплённого в части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации.

Согласно правовой позиции, приведённой в определениях ВС РФ от 20.10.2015

№ 18-КГ15-181, от 01.12.2015 № 4-КГ15-54, под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряжённое с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права. Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. Сюда могут быть включены уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов.

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц. ГК РФ исходит из ничтожности мнимой сделки, то есть сделки, совершённой лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (пункт 1 статьи 170).

Установление факта того, что намерения сторон на самом деле не входили возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным основанием для признания сделки ничтожной (определение ВС РФ от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411).

Обстоятельств, свидетельствующих о выходе оспариваемых сделок за пределы подозрительности по специальным основаниям, в настоящем споре не имеется.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не нашли своего подтверждения при её рассмотрении, по существу сводятся к переоценке законных и обоснованных,

по мнению суда апелляционной инстанции, выводов суда первой инстанции,

не содержат фактов, которые имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не влекущими отмену либо изменение обжалуемого судебного акта.

Нормы материального права применены арбитражным судом первой инстанции правильно. Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4

статьи 270 АПК РФ в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьёй 271 АПК РФ, Восьмой арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение от 07.10.2025 Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа по делу № А81-3964/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путём подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления.

Настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа и подписан усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, направляется лицам, участвующим в деле, согласно статье 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

Информация о движении дела может быть получена путем использования сервиса «Картотека арбитражных дел» http://kad.arbitr.ru в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

Председательствующий

Е.В. Аристова

Судьи

О.Ю. Брежнева

М.П. Целых