ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД
Газетный пер., 34, <...>, тел.: <***>, факс: <***>
E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
арбитражного суда апелляционной инстанции
по проверке законности и обоснованности решений (определений)
арбитражных судов, не вступивших в законную силу
город Ростов-на-Донудело № А32-59185/2022
27 мая 2025 года15АП-4370/2025
Резолютивная часть постановления объявлена 13 мая 2025 года.
Полный текст постановления изготовлен 27 мая 2025 года.
Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:
председательствующего судьи Николаева Д.В., судей Гамова Д.С., Сулименко Н.В.,
при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания
ФИО1,
в отсутствие лиц, участвующих в деле,
рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 04.03.2025 по делу № А32-59185/2022 по заявлению финансового управляющего должника об оспаривании сделки должника - договор дарения земельного участка от 19.02.2020 заключенного между ФИО3 и ФИО2 действующего в интересах своего ребенка ФИО4, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 (ИНН <***>),
УСТАНОВИЛ:
в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 (далее - должник) финансовый управляющий должника обратился в суд с заявлением о признании недействительной сделки - договора дарения земельного участка от 19.02.2020 заключенного между ФИО3 и ФИО2 действующего в интересах своего ребенка ФИО4, и применении последствий недействительности сделки.
Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 04.03.2025 заявление финансового управляющего удовлетворено. Признан недействительным договор дарения от 19.02.2020, заключенный между ФИО3 и ФИО2, действующим в интересах своего ребенка ФИО4. Применены последствия недействительности сделки. Объект недвижимости - земельный участок, площадью 500+/-196 кв.м., по адресу: Краснодарский край, район Анапский, г-к. Анапа, местоположение установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка, кадастровый номер: 23:37:0721001:4119, возвращен в конкурсную массу ФИО3. Настоящее определение является основанием для осуществления государственной регистрации прекращения права собственности на земельный участок с кадастровым номером 23:37:0721001:4119 за ФИО4.
ФИО2, действующим в интересах своего ребенка ФИО4, обжаловал определение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном гл. 34 АПК РФ, и просил отменить судебный акт, принять новый.
Суд огласил, что от ФИО2 через канцелярию суда поступило ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в отсутствие представителя.
Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного разбирательства, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.
Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признал возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом.
Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.
Как следует из материалов дела, ФИО3 обратилась в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о признании себя несостоятельной (банкротом).
Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 05.12.2022 заявление принято к производству, возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника, назначено судебное заседание по проверке обоснованности заявления.
Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 06.02.2023 в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника утверждена ФИО5.
Финансовый управляющий обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением об оспаривании сделки должника - договор дарения земельного участка от 19.02.2020 заключенного между ФИО3 и ФИО2 действующего в интересах своего ребенка ФИО4
Заявление финансового управляющего мотивировано тем, что 19.02.2020 между ФИО3 (даритель) и ФИО2, действующим в интересах несовершеннолетнего ребенка ФИО4 (одаряемый) заключен договор дарения, согласно которому даритель (мать) дарит, передает безвозмездно в собственность, имущество: земельный участок без объектов недвижимости, площадью 500 кв.м. с кадастровым номером 23:37:721001:4119.
Полагая, что договор является недействительной сделкой, совершенной в нарушение п. 2 ст. 61.2 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), финансовый управляющий обратился с заявлением о признании сделки недействительной.
Исследовав материалы дела по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дав надлежащую правовую оценку доводам лиц, участвующих в деле, суд первой инстанции удовлетворил заявление финансового управляющего должника о признании сделки недействительной, обоснованно приняв во внимание нижеследующее.
Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).
В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.
В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника подается в суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (включая сделки с недвижимостью).
Специальные основания для оспаривания сделок должника перечислены в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.
Цель оспаривания сделок в конкурсном производстве по специальным основаниям главы Закона о банкротстве подчинена общей цели названной процедуры - наиболее полное удовлетворение требований кредиторов исходя из принципов очередности и пропорциональности. Соответственно, главный правовой эффект, достигаемый от оспаривания сделок, заключается в необходимости поставить контрагента в такое положение, в котором бы он был, если бы сделка (в том числе по исполнению обязательства) не была совершена, а его требование удовлетворялось бы в рамках дела о банкротстве на законных основаниях (определение Верховного Суда Российской Федерации от 14.02.2018 N 305-ЭС17-3098 (2) № А40-140251/2013).
В силу пункта 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.
Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.
Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 названного постановления).
Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.
Как следует из материалов дела, настоящее дело о банкротстве возбуждено 05.12.2022, оспариваемая сделка совершена 19.02.2020, с учетом положений статей 425, 433 и 558 Гражданского кодекса Российской Федерации считается заключенным с даты государственной регистрации перехода права собственности - государственная регистрация перехода права состоялась 02.03.2020, то есть в срок, предусмотренный п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.
Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).
Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.
Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий:
-стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;
- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;
- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 постановления N 63, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:
а)сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правамкредиторов;
б)в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правамкредиторов;
в)другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.
В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по названному основанию.
В пункте 6 постановления № 63 разъяснено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:
а)на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособностиили недостаточности имущества;
б)имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым- пятым пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)".
Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.
При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать шестом и тридцать седьмом статьи 2 Закона о банкротстве, по смыслу которых признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества носят объективный характер.
Так, в соответствии с указанными нормами под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. Неплатежеспособность, это прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.
При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.
При решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.
На основании пунктов 1, 3 статьи 19 Закона о банкротстве в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 N 135-ФЗ "О защите конкуренции" (далее - Закон N 135-ФЗ) входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.
Заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.
Из материалов дела следует, что ФИО3, ФИО4, ФИО2 являются аффилированными лицами: ФИО4 является сыном должника - ФИО3, а ФИО2 в свою очередь является супругом должника.
Таким образом, в силу статьи 19 Закона о банкротстве оспариваемый договор дарения от 19.02.2020 заключен с заинтересованным по отношению к должнику лицом.
Указанные фактические обстоятельства сторонами не оспариваются.
В соответствии с абзацем тридцать вторым статьи 2 Закона о банкротстве вред, причиненный имущественным правам кредиторов, это уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.
По своей правовой природе оспариваемый договор дарения является безвозмездной сделкой, в принципе не предусматривающей встречное исполнение со стороны одаряемого.
В материалах дела не имеется доказательств того, что после совершения рассматриваемой сделки у должника имелось достаточно имущества, на которое может быть обращено взыскание с целью погашения кредиторской задолженности.
Намерение должника безвозмездно одарить родственника в ситуации собственного имущественного кризиса, вопреки интересам кредиторов, должником и ответчиком не опровергнуто.
Поскольку сделка совершена безвозмездно, следовательно, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов совершением данной сделки предполагается.
Согласно заявлению о признании должника банкротом, на дату заключения договора дарении, у должника имелись следующие денежные обязательства:
- кредитный договор от 27.12.2019, заключенный между должником и ПАО «Сбербанк», согласно которому должнику предоставлен кредит в сумме 3 000 000 рублей под 17 процентов годовых.
- кредитный договор от 09.11.2019, заключенный между должником и ООО «ХКФ Банк», согласно которому должнику предоставлен кредит в сумме 822 830 рублей под 17,9 процентов годовых.
В соответствии со справками о доходах и суммах налога физического лица, представленным должником при подаче заявления о признании его банкротом, доход ФИО3 в 2019 году составил 150 672 руб., доход в 2020 году составил 474 214 руб.
Таким образом, на момент перехода права собственности на объект недвижимого имущества должник обладал признаками неплатежеспособности, заключение оспариваемого договора дарения ухудшило финансовое состояние должника, а также привело к тому, что ответчик стал обладать на безвозмездной основе спорным недвижимым имуществом.
Согласно выписке из ЕГРН в отношении должника, у ФИО3 на праве собственного имелось следующее недвижимое имущество:
- жилое помещение, кадастровый номер 23:37:0102035:6712, общая долевая собственность, доля в праве 2/10, 4/10 доли в общей совместной собственности;
-земельный участок, кадастровый номер 23:37:0721001:4119.
Иного имущества на дату заключения договора дарения от 19.02.2020 за должником не зарегистрировано.
Суд первой инстанции также верно учтено, что в результате совершения сделки причинен вред имущественным правам кредиторов, поскольку на момент заключения договора дарения, у должника имелись неисполненные обязательства перед ПАО «Сбербанк» по кредитному договору от 27.12.2019 и ООО «ХКФ Банк» по кредитному договору от 09.11.2019.
ФИО2, являясь супругом должника и действуя в интересах ФИО4 (сына должника) знал об обстоятельствах совершения сделки, так как является заинтересованным лицом.
В своих возражениях ФИО2 указывал на то, что собственником спорного земельного участка является ФИО2, а не должнику, фактическим заключение договора дарения от 19.20.2020 в сентябре 2019, нахождением на участке строений, возведенных ФИО2
Однако, в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие обстоятельства, на которые основываются указанные сведения, в связи с чем, доводы ответчика верно отклонены судом первой инстанции, как необоснованные.
В настоящем случаи уменьшение размера имущества должника привело к утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам ФИО3 за счет ее имущества, поскольку должником совершена безвозмездная сделка по отчуждению имущества в пользу сына.
Отклоняя доводы подателя апелляционной жалобы о том, что на дату заключения оспариваемой сделки (19.02.2020) ФИО3 не имела признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества для расчетов по своим обязательствам перед кредиторами, поскольку у должника отсутствовали неисполненные обязательства, судебная коллегия исходит из следующего.
Право собственности на недвижимое имущество возникает с момента государственной регистрации такого права, а именно с момента внесения соответствующей записи в единый государственный реестр (пункт 2 статьи 223 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Исходя из позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Определениях от 17.10.2016 № 307-ЭС15-17721(4) по делу № А56-71819/2012, от 09.07.2018 № 307-ЭС18-1843 по делу № А56-31805/2016, дата договора об отчуждении недвижимого имущества не имеет правового значения для целей оспаривания сделки в рамках дела о банкротстве, поскольку для банкротства имеет правовое значение момент, когда имущество фактически выбыло из сферы должника, т.е. момент перехода права собственности.
Согласно выписке из ЕГРН регистрация перехода права собственности на недвижимость произведена 02.03.2020.
Таким образом, как указано ранее, сделка совершена в пределах периода подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.
Ссылки ответчика на то, что спорный участок подарен ФИО3 по дарственной от 30.10.2018 г, в обмен на услугу, которую дарителю ФИО6 оказал ФИО2, подлежат отклонению, поскольку ни суду первой инстанции, ни суду апелляционной инстанции не подставлены доказательства оказания указанных услуг ФИО6 Кроме того, ответчиком не представлены доказательства принятия мер по улучшению земельного участка и строительства объекта недвижимости (бани) за счет денежных средств ответчика (чеки на покупку строительных материалов, договора на оказание строительных работ, договора подключения электроэнергии, и т.д.).
Вывод о причинении вреда имущественным интересам кредиторов должника в результате совершения оспариваемой сделки следует из того, что спорное имущество отчуждено безвозмездно. Ответчик, принимая в дар спорное недвижимое имущество, не мог не знать, что в результате совершения сделки причиняется вред имущественным правам кредиторов, поскольку активы должника уменьшаются без какого-либо встречного предоставления, а должник на момент совершения сделки обладает признаками неплатежеспособности.
Принимая во внимание фактические обстоятельства дела, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что заключая договор дарения, должник совершал действия направленные вывод и сокрытие имущества, за счет которого могли быть погашены требования кредиторов.
Между тем, как указано ранее, дата договора об отчуждении недвижимого имущества не имеет правового значения для целей оспаривания сделки в рамках дела о банкротстве, поскольку для банкротства имеет правовое значение момент, когда имущество фактически выбыло из сферы должника, т.е. момент перехода права собственности.
Намерение должника безвозмездно одарить дочь в ситуации имущественного кризиса, вопреки интересам его кредиторов, не подлежит судебной защите.
С точки зрения принципа добросовестности в ситуации существования значительных долговых обязательств, указывающих на возникновение у гражданина-должника признака недостаточности имущества, его стремление одарить родственника или свойственника не может иметь приоритет над необходимостью удовлетворения интересов кредиторов за счет имущества должника.
Совершая сделку дарения, должник преследовал цель вывода активов, уклоняясь от расчетов с кредиторами, которым был причинен вред в результате отчуждения имущества. Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов в рассматриваемом случае предполагается, поскольку в результате совершения сделки должник стал отвечать признаку неплатежеспособности, сделка была совершена безвозмездно.
Исследовав материалы дела по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дав правовую оценку доводам лиц, участвующих в обособленном споре, и имеющимся в деле документам, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что действия должника следует расценивать, как вывод ликвидного имущества от возможного обращения на него взыскания, что причинило вред кредиторам должника, выразившийся в уменьшении конкурсной массы и отсутствии у кредиторов реальной возможности получить удовлетворение своих требований к должнику за счет переданного по оспариваемой сделке имущества. При этом, в силу одностороннего характера сделки должник не получил встречного исполнения по сделке, в данном случае безвозмездная передача имущества повлекла за собой уменьшение конкурсной массы, что является препятствием для осуществления расчетов с кредиторами и нарушает их права и охраняемые законом интересы. Должник и ответчик не могли не знать о таких последствиях своих действий.
Таким образом, оспариваемый договор дарения является недействительной сделкой на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.
При этом судебная коллегия учитывает, что законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.
В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.
В силу изложенного, заявление финансового управляющего по данному обособленному спору могло быть удовлетворено только в том случае, если он доказал наличие в оспариваемом договоре пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки. В отношении данного подхода сформирована устойчивая судебная практика (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 по делу № А32-26991/2009, определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886).
В рассматриваемом случае финансовым управляющим не доказано наличие обстоятельств, свидетельствующих о выходе действий сторон за рамки состава пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.
В соответствии со статьей 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу.
Пунктом 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, установлено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.
Согласно пункту 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.
В пункте 29 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что если сделка, признанная в порядке главы Закона о банкротстве недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки (пункт 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.6. и абзац 2 пункта 6 статьи 61.8. Закона о банкротстве) независимо от того, было ли указано на это в заявлении об оспаривании сделки.
В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.
В соответствии с пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.
Согласно пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.
Применяя последствия недействительности сделки, суд преследует цель приведения сторон данной сделки в первоначальное положение, которое существовало до ее совершения.
Рассмотрев вопрос о применении последствий недействительности сделки, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что в данном случае подлежат применению последствия недействительности сделки путем приведения сторон в первоначальное состояние в виде возврата в конкурсную массу должника земельного участка, площадью 500+/-196 кв.м., по адресу: Краснодарский край, район Анапский, г-к. Анапа, местоположение установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка, кадастровый номер: 23:37:0721001:4119.
В силу пункта 34 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации № 22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" спор о возврате имущества, вытекающий из договорных отношений или отношений, связанных с применением последствий недействительности сделки, подлежит разрешению в соответствии с законодательством, регулирующим данные отношения.
Согласно разъяснениям, изложенным в пунктах 37, абзаце 2 пункта 52 Постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 10/22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", спор о возврате имущества, вытекающий из договорных отношений или отношений, связанных с применением последствий недействительности сделки, подлежит разрешению в соответствии с законодательством, регулирующим данные отношения.
Оспаривание зарегистрированного права на недвижимое имущество осуществляется путем предъявления исков, решения по которым являются основанием для внесения записи в ЕГРП. В частности, если в резолютивной части судебного акта решен вопрос о наличии или отсутствии права либо обременения недвижимого имущества, о возврате имущества во владение его собственника, о применении последствий недействительности сделки в виде возврата недвижимого имущества одной из сторон сделки, то такие решения являются основанием для внесения записи в ЕГРП.
С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции не усматривает правовых оснований для иной оценки выводов суда первой инстанции, изложенных в обжалуемом определении.
Несогласие с оценкой имеющихся в деле доказательств и с толкованием судом первой инстанции норм материального права, подлежащих применению в деле, не свидетельствует о том, что судом допущены нарушения, не позволившие всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело.
Фактически доводы апелляционной жалобы направлены на переоценку обстоятельств дела, исследованных судом первой инстанции, по существу сводятся к несогласию с выводами суда первой инстанции, но не содержат фактов, которые не были бы учтены судом при рассмотрении дела.
Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом не допущено.
Оснований для отмены или изменения обжалованного судебного акта по доводам, приведенным в апелляционной жалобе, у судебной коллегии не имеется.
С учетом изложенного, основания для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.
Постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленными квалифицированными электронными подписями судей, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети "Интернет". По ходатайству лиц, участвующих в деле, копия постановление на бумажном носителе может быть направлена им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручено им под расписку.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд
ПОСТАНОВИЛ:
определение Арбитражного суда Краснодарского края от 04.03.2025 по делу № А32-59185/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.
В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.
Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.
Председательствующий Д.В. Николаев
СудьиД.С. Гамов
Н.В. Сулименко