Арбитражный суд Московской области
107053, проспект Академика Сахарова, д. 18, г. Москва
http://asmo.arbitr.ru/
Именем Российской Федерации
РЕШЕНИЕ
г.Москва
17 ноября 2025 года Дело №А41-42593/24
Резолютивная часть решения объявлена 22 октября 2025 года
Полный текст решения изготовлен 17 ноября 2025 года
Арбитражный суд Московской области в составе судьи Е.А. Морозовой,
при ведении протокола судебного заседания секретарем А.Н. Мухортых,
рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению
ООО "ПК "АКВИЛОН" (ИНН 5027252043, ОГРН 1175027011411) в лице Семенова Олега Геннадьевича к Глотову Ивану Андреевичу, Корендясеву Алексею Юрьевичу о взыскании убытков в размере 13200000 руб.
при участии в заседании:
Истец: представитель ФИО4, представлено удостоверение адвоката № 15013, от 20.02.2016 (рег.№ 77/12819); представлена доверенность № 50АВ2464961 (дата ее совершения 21.05.2025, срок действия – 3 года): действующий в интересах ФИО1;
Ответчик: представитель ФИО5, личность установлена по паспорту Российской Федерации; представлена доверенность № 77АД7769267 (дата ее совершения 27.09.2024, срок действия – 3 года): действующий в интересах ФИО6
УСТАНОВИЛ:
ООО "ПК "АКВИЛОН" в лице участника ФИО1 обратилось в Арбитражный суд Московской области с иском к ФИО2, ФИО3 о взыскании убытков в размере 13200000 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами, начисляемые на сумму долга по возмещению убытков, начиная с даты вступления в законную силу решения суда по день фактического погашения долга, исходя из ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды.
Обращаясь с исковым заявлением о солидарном взыскании убытков, возникших в результате вывода денежных средств с банковских счетов по мнимым основаниям, ФИО1 утверждает, что ФИО6 перевел со счета ООО «ПК «Аквилон» на счета ФИО3 в 2020 г. восемью платежами сумму в размере 4 200 000 руб., в 2021 г. десятью платежами сумму в размере 6 000 000 руб., в 2022 г. пятью платежами сумму в размере 3 000 000 руб.. В назначении платежей указано, что деньги переводились за аренду имущества, о котором ФИО1 ничего не было известно. На общих собраниях участников общества не одобрялись сделки с заинтересованностью, совершенные с ФИО3
Таким образом, заявляя исковые требования, ФИО1 ссылается на крупность совершенной сделки, нарушение порядка одобрения крупной сделки, а также на нарушение порядка одобрения сделки с заинтересованностью. Истец считает, что при совершении оспариваемых сделок генеральный директор не выполнил требований добросовестности, по мнению истца, сделки противоречат интересам Общества, а также, истец указывал в исковом заявлении на мнимость указанных сделок.
В судебном заседании представитель истца заявленные требований поддержал в полном объеме, просил их удовлетворить.
Представитель ответчика ФИО2 в судебном заседании возражал против заявленных требований по основаниям, изложенным в отзыве, пояснениях, просил в иске отказать.
Представитель ответчика ФИО3 в судебное заседание не явился, извещен, представил отзыв, пояснения, в которых просил в иске отказать.
Дело рассмотрено в порядке ст. ст.123, 156 АПК РФ имеющейся явкой.
Рассмотрев материалы искового заявления, исследовав и оценив совокупность имеющихся в материалах дела доказательств, выслушав представителей лиц, участвующих в деле, суд полагает, что исковые требования подлежат удовлетворению в полном объеме в связи со следующим.
В соответствии с пунктом 1 статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации арбитражный суд осуществляет защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав.
Согласно части 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном названным Кодексом.
Частью 1 статьи 225.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что в случаях, предусмотренных федеральным законом, участники юридического лица вправе обратиться в арбитражный суд с иском о возмещении убытков, причиненных этому юридическому лицу. Такие участники пользуются процессуальными правами и несут процессуальные обязанности истца, а также обладают правом требовать принудительное исполнение решения арбитражного суда в пользу этого юридического лица.
Как следует из материалов дела, Общество «Аквилон» зарегистрировано в качестве юридического лица 24.04.2017 и с момента создания занималось производством и продажей смолы. ФИО6 с 24.01.2018 занимает должность генерального директора общества «Аквилон». С 08.09.2017 доли в уставном капитале распределены среди участников следующим образом:
ФИО6 15,49%; ФИО1 30,93%; ФИО3 7,73%, ФИО7 7,73№; ФИО8 38,12%.
16.09.2022 ФИО1 ознакомился с выпиской по банковскому счету общества «Аквилон» в процессе рассмотрения Арбитражным судом Московской обл. дела № А41-13375/22 по его иску об оспаривании сделок с заинтересованностью. Из выписки по банковскому счету ФИО1 стало известно, что И.О. 'ФИО9 перевел со счета общества «Аквилон» на счета ФИО3 в 2021г. десятью платежами 6 000 000 руб.
11.01.2024 ФИО1 ознакомился ответом МИФНС № 17 по Московской обл. об операциях по банковским счетам «Аквилон» в процессе рассмотрения Арбитражным судом Московской обл. дела № А41-48587/23 по его иску о взыскании убытков с ФИО6 в пользу общества «Аквилон» [приложения 4-5]. Из ответа МИФНС № 17 по Московской обл. ФИО1 стало известно, что ФИО6 перевел со счета общества «Аквилон» на счета ФИО3:
в 2020г. восемью платежами 4 200 000 руб.;
в 2022г. пятью платежами 3 000 000 руб.
В назначении платежей указано, что деньги переводились за аренду. ФИО1 ничего не известно об аренде обществом «Аквилон» какого-либо имущества у ФИО3.
При этом ФИО6 уклонился от выдачи ФИО1 всей документации общества «Аквилон» по письменному требованию, полученному в обществе «Аквилон» 12.01.2022. Он также уклоняется от передачи ФИО1 документов общества «Аквилон» по решению Арбитражного суда Московской обл. от 18.07.22 по делу № А41-13634/22.
Согласно бухгалтерским балансам общества «Аквилон»:
- в 2020г. общая сумма переводов на 4 200 000 руб. составила более 53 % величины чистых активов общества «Аквилон» за 2019г. (4 200 000 / 7 921 000 * 100).
- в 2021г. общая сумма переводов на 6 000 000 руб. составила более 42 % величины чистых активов общества «Аквилон» за 2020г. (6 000 000 / 14 039 000 * 100).
На общих собраниях участников общества «Аквилон» не одобрялись сделки с заинтересованностью, совершенные с ФИО3.
Полагая, что действиями ответчиков обществу были причинены убытки, истец обратился с настоящим иском в суд,
В соответствии с пунктом 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные им юридическому лицу.
Согласно пункту 2 статьи 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.
С иском о возмещении убытков, причиненных обществу членом совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличным исполнительным органом общества, членом коллегиального исполнительного органа общества или управляющим, вправе обратиться в суд общество или его участник (пункт 5 статьи 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).
В соответствии с пунктом 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
Основанием для удовлетворения иска о взыскании с генерального директора общества убытков может являться совокупность следующих обстоятельств: факт совершения директором хозяйственного общества противоправного деяния; факт наступления для хозяйственного общества неблагоприятных последствий (в том числе размер причиненных убытков); наличие причинно-следственной связи между деянием, совершенным директором, и неблагоприятными последствиями, возникшими для общества; наличие вины в действиях директора хозяйственного общества.
В соответствии с пунктом 4 статьи 40 Закона об обществах с ограниченной ответственностью порядок деятельности единоличного исполнительного органа общества и принятия им решений устанавливается уставом общества, внутренними документами общества, а также договором, заключенным между обществом и лицом, осуществляющим функции его единоличного исполнительного органа.
Ответчик ФИО6 возражал против удовлетворения исковых требований по основаниям, изложенным в отзыве на исковое заявление и письменных пояснениях. В частности, ФИО6 указывает на то, что со стороны ФИО1 не доказан состав правонарушения. ООО «ПК «Аквилон» арендовало оборудование для производства смолы у ИП ФИО3 на основании договора аренды имущества № 1/19 от 01.07.2019 и договора аренды имущества № 5/20 от 01.06.2020. Данное имущество использовалось ООО «ПК «Аквилон» в своей производственной деятельности, которая приносила обществу прибыль. Объективных сведений о том, что арендная плата по договору аренды имущества № 1/19 от 01.07.2019 была каким-либо образом завышена со стороны ФИО1 не представлено и не оспаривается истцом.
ФИО6 считает, что его действия по оплате за аренду оборудования ИП ФИО3 являлись разумными и добросовестными по следующим основаниям:
- ООО «ПК «Аквилон» вынуждено было арендовать оборудование, так как на балансе организации отсутствовали основные средства. Данное оборудование является необходимым для осуществления основного вида хозяйственной деятельности ООО «ПК «Аквилон»;
- неиспользование оборудование привело бы к банкротству ООО «ПК «Аквилон»;
- ИП ФИО3 поставил ФИО6 и остальных участников ООО «ПК «Аквилон» перед выбором: либо будет заключен договор аренды оборудования, либо он вывозит данное оборудование с производства.
- договор аренды оборудования был заключен на рыночных условиях, что не оспаривается со стороны Истца;
- полученные денежные средства по договору аренды ИП ФИО3 тратил в том числе на обслуживание производственного оборудования.
Также ФИО6 ссылается на то, что поведение ФИО1 направлено не на защиту интересов ООО «ПК «Аквилон», а на причинение максимального ущерба данной организации, а также ФИО6 лично. Кроме того, ФИО6 считает, что имеем место быть пропуск срока исковой давности со стороны ФИО1
Ответчик ФИО3 возражал против удовлетворения заявленных требования по основаниям, которые были изложены в отзыве на исковое заявление и письменных пояснениях. В частности, в них указано, что ФИО3 с 27 октября 1999 года является индивидуальным предпринимателем (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>), основным видом деятельности которого является «Аренда и управление собственным или арендованным нежилым недвижимым имуществом» (68.20.2).
В 2018 году ФИО3 было обнаружено, что при фактическом руководстве ООО «ПК «Аквилон» ФИО10 образовалась существенная задолженность перед поставщиками сырья. Также из объяснений химика и начальника производства Пекарь С.С. выявились факты намеренного причинения вреда ООО «ПК «Аквилон» со стороны ФИО10
Вышеуказанные обстоятельства, а также наличие существенного долга ФИО10 перед ФИО3 привели к тому, что ФИО10 самоустранился от управления ООО «ПК «Аквилон» и передал имеющееся оборудование ФИО3 в счет оплаты задолженности. ФИО3 донес до всех остальных участников ООО «ПК «АКВИЛОН» данные обстоятельства и предложил участникам либо заключить договор аренды оборудования с ним, либо продолжать деятельность ООО «ПК «АКВИЛОН» без него и его оборудования. Участники согласовали заключить договор аренды между ФИО3 (Арендодатель) и ООО «ПК «Аквилон» (Арендатор)
Так 01.07.2019 был заключен договор аренды имущества № 1/19. Согласно п. 1.1 договора аренды имущества № 1/19 от 01.07.2019 Арендодатель обязуется передать во временное пользование Арендатору следующее имущество:
1) Реактор химический с рубашкой, мотор-редуктором, теплообменником, обвязанный запорной арматурой;
2) Емкость вертикальная для охлаждения смолы с рубашкой, мотор-редуктором, обвязанный запорной арматурой;
3) Емкость горизонтальная для хранения смолы (объем 38.5 куб м.);
4) Емкость горизонтальная для хранения смолы (объем 10 куб м.);
5) Котел-генератор пара;
6) Установка пневматического транспорта;
7) Устройство тензометрическое весоизмерительное электронное (модель «ТВЭУ-
20-4).
Впоследствии между ФИО3 (Арендодатель) и ООО «ПК «Аквилон» (Арендатор) был заключен договор аренды имущества № 5/20 от 01.06.2020.
ФИО3 также указывает на то, что вкладывал полученные денежные средства в основном в обслуживание оборудования ООО «ПК «АКВИЛОН».
Следовательно, ФИО3 действовал добросовестно и не причинил ООО «ПК «АКВИЛОН» каких-либо убытков.
В судебном заседании представитель ФИО1 настаивал на удовлетворении исковых требований.
Представитель ФИО6 возражал против удовлетворения исковых требований в судебном заседании по основаниям, приведенным в отзыве и письменных пояснениях.
Представитель ФИО3 возражал против удовлетворения исковых требований в судебном заседании по основаниям, приведенным в отзыве и письменных пояснениях.
Изучив материалы дела, в том числе предмет и основание заявленного иска, доводы отзывов на иск, исследовав и оценив доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании всех имеющихся в деле доказательств, выслушав в судебном заседании полномочных представителей лиц, участвующих в деле, которые поддержали и изложили свои позиции по делу, арбитражный суд пришел к выводу о том, что заявленные исковые требования не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.
В соответствии с пунктом 1 статьи 44 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» единоличный исполнительный орган такого общества при осуществлении им прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно.
Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на единоличный исполнительный орган общества с ограниченной ответственностью обязанностей заключается, в том числе, в принятии им всех необходимых и достаточных мер для достижения максимального положительного результата от предпринимательской и иной экономической деятельности общества.
Единоличный исполнительный орган Общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные ему их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами (п. 2 ст. 44 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»).
Согласно пункту 5 статьи 44 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» с иском о возмещении убытков, причиненных обществу членом совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличным исполнительным органом общества, членом коллегиального исполнительного органа общества или управляющим, вправе обратиться в суд общество или его участник.
Ответственность единоличного исполнительного органа общества является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 ГК РФ.
Согласно пункту 1 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.
В соответствии с пунктом 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
В соответствии с пунктом 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации указано, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).
Для привлечения лица к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков необходимо наличие состава правонарушения, включающего наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между этими элементами, а также в установленных законом случаях вину причинителя вреда.
Проанализировав изложенные нормы права, суд приходит к выводу о том, что применение гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков возможно при наличии условий, предусмотренных законом. При этом лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать следующую совокупность обстоятельств: факт причинения убытков и их размер, противоправное поведение причинителя вреда, наличие причинно- следственной связи между возникшими убытками и действиями указанного лица, а также вину причинителя вреда.
Недоказанность одного из указанных фактов, свидетельствует об отсутствии состава гражданско-правовой ответственности.
Исходя из предмета уточненного искового заявления ФИО1, истцом заявлено требование о взыскании корпоративных убытков в форме реального ущерба.
Как следует из материалов дела, Общество зарегистрировано в качестве юридического лица 25 апреля 2017 года за основным государственным регистрационным номером <***>.
Согласно выписке из ЕГРЮЛ участниками Общества являются пять физических лиц, между которым уставный капитал Общества распределен следующим образом: ФИО3 с долей 7,73 %, ФИО8 с долей 38,12 %, ФИО1 с долей 30,93 %, ФИО6 с долей 15,49 %, ФИО11 с долей 7,73 %. С 24 января 2018 года функции единоличного исполнительного органа - генерального директора Общества - возложены на ФИО6.
Основным видом деятельности Общества является производство пластмасс и синтетических смол в первичных формах (ОКВЭД 20.16) (т. 1, л.д. 14-19).
Исходя из представленных в материалы дела документов и объяснений сторон, следует, что ООО «ПК «Аквилон» было создано в 2017 году как совместное предприятие в целях совместного заработка и развития, а доли в обществе были распределены, в том числе, с учетом вложенных участниками данного общества денежных средств. На вложенные участниками ООО «ПК «Аквилон» денежные средства было закуплено оборудование, необходимое для производства смолы.
Определением Арбитражного суда Московской области от 20.11.2024 по делу № А41-42593/24 суд определил вызвать в качестве свидетелей ФИО8 и ФИО11. Явка свидетеля в судебное заседание обеспечена. Судом у свидетелей отобрана расписка о предупреждении об уголовной ответственности по ст.ст. 306, 307, 308 УК РФ.
Согласно ч. 1-3 ст. 56 АПК РФ свидетелем является лицо, располагающее сведениями о фактических обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения дела. Свидетель обязан по вызову арбитражного суда явиться в суд. Свидетель обязан сообщить арбитражному суду сведения по существу рассматриваемого дела, которые известны ему лично, и ответить на дополнительные вопросы арбитражного суда и лиц, участвующих в деле.
Свидетели ответили на вопросы суда и представителей сторон.
В частности, ФИО8 пояснил, что он является в ООО «ПК «Аквилон» учредителем. ФИО8 в 2016 году предоставлял денежные средства ФИО1 с целью закупки оборудования и запуска производства ООО «ПК «Аквилон». Оборудование закупалось за наличные денежные средства, как ФИО8 пояснял ФИО1 Фактическое руководство ООО «ПК «Аквилон» в 2017 году осуществлял ФИО1, так как у него был опыт в соответствующей сфере. ФИО6, ФИО3 и ФИО11 пришлось привлечь с целью внесения дополнительных денежных средств, которых недоставало для запуска производства смолы.
Также Свидетель пояснил, что в середине 2018 года ФИО1 стал меньше появляться на работе в ООО «ПК «Аквилон». При этом ООО «ПК «Аквилон» стали поступать документы о наличии задолженности перед поставщиками, в том числе перед ООО «Прогресснефтехим». При обращении к технологу Светлане Пекарь она пояснила ФИО8 о том, что ФИО1 просил ее добавлять большее количество сырья при производстве смолы. По возникшей ситуации ФИО8 обратился к ФИО1. который ответил, что ему некогда и сказал обращаться по вопросам деятельности завода и оборудования к ФИО3 после этого ФИО3 заявил о том, что все полномочия по управления заводом и по распоряжению оборудованием были переданы от ФИО1 к ФИО3 ФИО8 согласился с условием ФИО3 по сдаче оборудования в аренду, иначе это грозило бы банкротством предприятия и личным крахом для ФИО8
Свидетель указал, что в 2020 году ФИО1 в ООО «ПК «Аквилон» не появлялся, участники предпринимали меры, направленные на погашение задолженности перед контрагентами и поиск новых покупателей смолы. Когда рассчитались с долгами ФИО1 вновь появился в ООО «ПК «Аквилон» и хотел, чтобы у него была выкуплена доля. В связи с отказом выкупить долю ФИО1 угрожал ФИО6 и пытался осуществить рейдерский захват, в связи с чем вызывалась полиция. Свидетель пояснил, что арендная плата, которая платилась за аренду оборудования, тратилась ФИО3 на нужды оборудования.
Свидетель ФИО11 пояснил, что он является в ООО «ПК «Аквилон» соучредителем и знает остальных участников данного общества. Для открытия ООО «ПК «Аквилон» ФИО11 передал с ФИО3 с мая 2017 по конец 2018 года ФИО1 около 23 млн. рублей. До 2017 года ФИО11 и ФИО3 были знакомы с ФИО1 в рамках бизнеса по производству кашированных ДСП. Данный проект никакой прибыли не приносил, руководил им ФИО1, денежные средства от свидетеля передавались ФИО1
Свидетель ФИО11 пояснил, что к концу 2018 года ФИО3 на почту и телефон стали приходить письма о наличии долга в размере более 10 млн рублей. После этого ФИО3 стал интересоваться у ФИО1 насчет причин наличия задолженности у ООО «ПК «Аквилон» и отсутствия сырья на производстве. Было выявлено, что продукция ООО «ПК «Аквилон» продавалась на ООО «ВудФан», которая принадлежала ФИО1, с большим дисконтом. Также Свидетелю стало известно, что ФИО1 вместе со своим технологом изменял рецептуру смолы и продавал ее без накладных во внеурочное время. После этого возник конфликт между участниками. Он был урегулирован тем, что ФИО1 отошел от дел, передал свои полномочия по управлению, заводом ФИО3 и никаких претензий не имеет. ФИО3 озвучил остальным участникам о том, что хочет сдавать в аренду оборудование с целью компенсации своих убытков. ФИО11 согласился с данным предложением. Денежные средства, полученные по договору аренды, тратились на нужды предприятия, закупку расходных материалов и решение неотложных задач.
Следовательно, до конца 2018 года - начала 2019 года фактическое руководство ООО «ПК «АКВИЛОН», включая владение и пользование оборудованием, осуществлял ФИО1 Однако в конце 2018 года - начале 2019 года ФИО1 перестал осуществлять полномочия по управлению ООО «ПК «АКВИЛОН» и передал все права на оборудование ФИО3 Это также подтверждается тем, что с начала 2019 года и вплоть до конца 2023 года от ФИО1 не поступали какие-либо претензии или требования в отношении спорного оборудования.
Если бы ФИО1 рассматривал данное оборудование как ему (или ООО «ВудФан») принадлежащее, то как собственник должен был бы интересоваться судьбой имущества и деятельностью ООО «ПК «АКВИЛОН» и нести бремя содержание имущества (ст. 210 ГК РФ, которая в том числе предполагает обязанность нести расходы на содержание и сохранение имущества). Данный вывод, в том числе, следует из п. 2 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2015) (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.03.2015).
В начале 2019 года ФИО3 объявил участникам ООО «ПК «АКВИЛОН» о том, что ФИО1 перестает осуществлять руководство ООО «ПК «АКВИЛОН» и передал все права на оборудование ФИО3 в счет оплаты имеющейся задолженности. Также ФИО3 поставил ФИО6 и остальных участников ООО «ПК «АКВИЛОН» перед выбором: либо будет заключен договор аренды оборудования, либо он вывозит данное оборудование с производства. После данных событий участники ООО «ПК «АКВИЛОН» согласовали заключить договор аренды оборудования с ФИО3 в целях продолжения осуществления основного вида деятельности ООО «ПК «АКВИЛОН».
01.07.2019 между ООО «ПК «Аквилон» и ИП ФИО3 был заключен договор аренды имущества № 1/19. Согласно п. 1.1 договора аренды имущества № 1/19 от 01.07.2019 Арендодатель обязуется передать во временное пользование Арендатору следующее имущество:
1) Реактор химический с рубашкой, мотор-редуктором, теплообменником, обвязанный запорной арматурой;
2) Емкость вертикальная для охлаждения смолы с рубашкой, мотор-редуктором, обвязанный запорной арматурой;
3) Емкость горизонтальная для хранения смолы (объем 38.5 куб м.);
4) Емкость горизонтальная для хранения смолы (объем 10 куб м.);
5) Котел-генератор пара;
6) Установка пневматического транспорта;
7) Устройство тензометрическое весоизмерительное электронное (модель «ТВЭУ- 20-4).
Впоследствии между ИП ФИО3 (Арендодатель) и ООО «ПК «Аквилон» (Арендатор) был заключен договор аренды имущества № 5/20 от 01.06.2020.
В рамках вышеуказанных соглашений ООО «ПК «Аквилон» были осуществлены следующие платежи в пользу ИП ФИО3:
- в 2020 году восемью платежами 4 200 000 рублей;
- в 2021 году десять платежей на сумму 6 000 000 рублей;
- в 2022 году пятью платежами 3 000 000 рублей.
Общая сумма перечисленных денежных средств составляет 13 200 000 рублей.
С учетом вышеизложенных обстоятельств, пояснений сторон и свидетельских показаний суд приходит к выводу о том, что заключение договоров аренды оборудования и осуществление платежей в соответствии с ними было мотивировано необходимостью продолжения хозяйственной деятельности ООО «ПК «Аквилон». В случае незаключения данных договоров ООО «ПК «Аквилон» не смогло бы вести хозяйственную деятельность и расплатиться с контрагентами, что фактически бы привело к банкротству и ликвидации юридического лица. Намерения ФИО6 по восстановлению финансово-хозяйственной ситуации в ООО «ПК «Аквилон» также подтверждают представленные в материалы дела кредитные договоры и договоры поручительства.
Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством.
В соответствии с п. 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 негативные последствия, наступившие для общества в период, когда лицо осуществляло функции единоличного исполнительного органа общества, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), поскольку возможность возникновения таких последствий связана с риском предпринимательской и (или) иной экономической деятельности.
Следовательно, действия ФИО6 являются разумными, добросовестными и не выходят за пределы предпринимательского риска.
Кроме того, истцом не представлены доказательства того, что действия ФИО6 и ФИО3 являлись совместными.
Согласно ст. 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (п. 3 ст. 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.
Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.
В случае совместного причинения убытков юридическому лицу соответствующие лица обязаны возместить убытки солидарно.
В целях квалификации действий причинителей вреда как совместных судебная практика учитывает согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. (абз. 1 п. 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»). ,
Доказательства того, ФИО6 и ФИО3 якобы осуществляли согласованные, скоординированные (совместные) действия, направленные на причинение вреда ООО «ПК «Аквилон», не представлено.
Отдельно суд обращает внимание на факты недобросовестного поведения со стороны ФИО1, которые выражались, в том числе, в следующем:
1) Право собственности ООО «ВудФан» на оборудование, которое указано в спецификации к договору № 20/04-16 на поставку продукции от 20.04.2016. не возникло. Документы, представленные истцом, не являются допустимым доказательством в силу непредставления оригиналов данных документов.
В рамках рассмотрения настоящего дела со стороны ООО «ПК «Аквилон» в лице ФИО1 в материалы дела были представлены следующие документы (т. 2 л.д. 37-41):
- договор на поставку продукции №20/04-16 от 20.04.2016 г., заключенный между ООО НПП «ХимИнвест» и ООО «ВудФан»;
- товарная накладная № 8 от 29.06.2016;
- товарная накладная № 9 от 08.07.2016.
Согласно п. 3.2 договора № 20/04-16 на поставку продукции от 20.04.2016 право собственности на передаваемую продукцию переходит от Поставщика к Покупателю с момента поступления 100% денежных средств на расчетный счет Поставщика.
Однако со стороны ФИО1 не представлены оригиналы данных документов. Кроме того, не представлены товарно-транспортные накладные, технические паспорта на оборудование и доказательства оплаты стоимости оборудования.
Из выписки ООО «ВудФан» по операциям на счете (специальном банковском счете) ПАО Сбербанк следует, что в адрес ООО НПП «Химинвест» был осуществлен только один платеж на сумму 1 200 000 рублей.
Суд также отмечает, что у ФИО1 имеется как минимум три экземпляра договора на поставку продукции №20/04-16 от 20.04.2016. три экземпляра спецификации и по три экземпляра каждой товарной накладной № 8 от 29.06.2016 и № 9 от 08.07.2016, что свидетельствует о наличии между ООО «ВудФан» и ООО НПП «Химинвест» формального документооборота.
Следовательно, право собственности ООО «ВудФан» на оборудование, которое указано в спецификации к договору № 20/04-16 на поставку продукции от 20.04.2016. не возникло.
В случае сомнений в доказательствах, согласно процессуальным правилам доказываниям (ст. 65,68 АПК РФ), сторона обязана доказать обоснованность заявления допустимыми доказательствами.
При наличии возражений относительно установления доказанными факта по копии документа следует исходить из того, что сторона, представившая в дело копию документа, заинтересована в обеспечении надлежащих доказательств, подтверждающих соответствующий факт, и в случае возникновения спора на ней лежит риск недоказанности соответствующего факта.
С учетом вышеизложенного, представленные со стороны ФИО1 в материалы дела документы (т. 2 л.д. 37-41) не являются допустимыми доказательствами.
При этом длительное неистребование оплаты за оборудование указывает на аффилированность ООО НПП «Химинвест» и ООО «ВудФан». На это также указывает факт того, что представителем данных организаций фактически является один и тот же человек.
Также суд обращает внимание на непоследовательное поведение со стороны ФИО1
19.03.2025 со стороны ФИО6 было заявлено о фальсификации доказательств по делу, которые были представлены со стороны ФИО1 (товарная накладная № 8 от 29.06.2016, товарная накладная № 9 от 08.07.2016). Истец отказался исключать представленные в материалы дела документы и обязался представить оригиналы документов, которые по его словам находятся у следователя.
20.03.2025 ФИО1 подает ходатайство о выдаче документов следователю СУ МУ МВД России «Люберецкое» ФИО12, в котором просит выдать подлинники договора № 20/04-16 на поставку продукции от 20.04.2016 и товарных накладных № 8 от 29.06.2016 и № 9 от 08.07.2016, которые якобы признаны вещественными доказательствами по делу.
24.03.2025 следователь ФИО12 выносит Постановление об удовлетворении ходатайства в части, в соответствии с которым выдает ФИО1 копии запрошенных документов, которые содержатся в материалах уголовного дела (при этом подлинники находятся якобы в материалах головного дела, что следует из Постановления).
05.05.2025 Арбитражный суд Московской области направляет судебный запрос в Межмуниципальное управление МВД России «Люберецкое» с просьбой предоставить суду из материалов уголовного дела оригиналы следующих документов:
- договор на поставку продукции №20/04-16 от 20.04.2016 г., заключенный между ООО НПП «ХимИнвест» и ООО «ВудФан»;
- спецификация от 20.04.2016 к договору на поставку продукции №20/04-16 от 20.04.2016;
- товарная накладная № 8 от 29.06.2016;
- товарная накладная № 9 от 08.07.2016.
В ответ на вышеуказанный запрос следователь отвечает, что предоставить оригиналы запрошенных документов не представляется возможным, поскольку они отсутствуют в материалах уголовного дела. Оригиналы данных документов имеются у ФИО1 (ответ МУ МВД России «Люберецкое» № 65/5-212/1887).
Вышеуказанное свидетельствует о том, что ФИО1 намеренно скрывает оригиналы истребуемых документов. Это в частности подтверждает и непредоставление со стороны ФИО1 постановления следователя о приобщении оригиналов вышеуказанных документов к материалами уголовного дела в нарушение гл. 15 УПК РФ.
В связи с состязательностью процесса (ст. 9, 65 АПК РФ) нежелание стороны представить доказательства должно квалифицироваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументированно, со ссылкой на конкретные документы, указывает процессуальный оппонент.
Участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствий такого своего поведения. Данная правовая позиция сформулирована в постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.03.2012 № 12505/11, от 08.10.2013 № 12857/12.
С учетом непредоставления со стороны ФИО1 оригиналов истребуемых документов, товарно-транспортных накладных, технических паспортов на оборудование, доказательств оплаты стоимости оборудования в соответствии с договором и иных первичных документов, которые подтверждают факт заключения договора и оплаты по нему, суд приходит к выводу о недопустимости свидетельских показаний ФИО13.
Согласно ст. 68 АПК РФ обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.
В силу п. 1 ст. 162 ГК РФ нарушение предписанной законом формы сделки лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки на показания свидетелей, но не лишает их права приводить письменные и другие доказательства.
Правоприменительная практика подтверждает, что свидетельские показания не могут подтверждать в том числе следующие факты и обстоятельства:
факт подписания договора в дату, указанную в договоре. Данный факт может быть подтвержден только путем проведения технической экспертизы при наличии предоставленных Истцом оригиналов документов;
обстоятельства, связанные с поставкой товаров. Такие обстоятельства могут подтверждаться исключительно письменными доказательствами: товарными и товарно-транспортными накладными, актами приемки-передачи;
факт оплаты по договору. Данный факт может быть подтвержден только первичными документами, которые должны быть у сторон сделки.
Суд к приходит к выводу о противоречивости свидетельских показаний ФИО13 Так ФИО13 пояснил, что перед отправкой емкостей жд 40мЗ ФИО13 обнаружил, что данные емкости были объемом не 40мЗ, а две из них - объемом около 38м3, а две - объемом около 46мЗ, а в общем - объем всех четырех емкостей составлял около 170мЗ.
Однако это не соответствует заключению ООО «Союз независимой оценки и экспертизы» от 04.03.2025 № 24-1016.11, из которого следует, что три ёмкости имеют объем 38,5 м3, а одна - 46мЗ. То есть общий объем четырех емкостей составляет 161,5мЗ.
Кроме того, суд отмечает, что свидетельские показания ФИО13 в части якобы восстановления документов противоречат законодательству Российской Федерации.
Вместе с тем, при отсутствии по каким-либо причинам документов, которые должны храниться обществом, последнее обязано их восстановить. Порядок хранения первичных документов и учетных регистров установлен в разд. 6 Положения о документах и документообороте в бухгалтерском учете, утвержденного Минфином СССР 29.07.1983 № 105.
В соответствии с п.п. 6.2, 6.6 Положения первичные документы, учетные регистры, бухгалтерские отчеты и балансы до передачи их в архив должны храниться в бухгалтерии в специальных помещениях или закрывающихся шкафах под ответственностью лиц, уполномоченных главным бухгалтером, сохранность первичных документов, учетных регистров, бухгалтерских отчетов и балансов.
В силу п. 6.8 Положения о документах и документообороте в бухгалтерском учете (утв. Минфином СССР 29.07.1983 № 105) в случае пропажи или гибели первичных документов руководитель предприятия, учреждения назначает приказом комиссию по расследованию причин пропажи, гибели. В необходимых случаях для участия в работе комиссии приглашаются представители следственных органов, охраны и государственного пожарного надзора. Результаты работы комиссии оформляются актом, который утверждается руководителем предприятия, учреждения. Копия акта направляется вышестоящей организации.
После завершения мероприятий по фиксированию факта утраты (гибели) документов проводится работа, направленная на восстановление документов.
Для восстановления документации должно быть назначено ответственное лицо, которое может получить дубликаты (копии) документов от клиентов, контрагентов, обслуживающего банка, налоговой инспекции. Если восстановить все документы не представляется возможным, ответственное лицо составляет соответствующий акт, в котором излагаются причины невозможности либо нецелесообразности продолжать дальнейшие действия по восстановлению документов.
Вся документация по восстановлению (запросы, переписка, справки из банка, восстановленные копии первичных документов) подшивается и хранится на предприятии. Руководитель организации должен уведомить налоговую инспекцию об утрате бухгалтерских документов и о невозможности их полного восстановления, приложив к уведомлению акт комиссии, установившей факт утраты (гибели) документов, а также акт о прекращении работ по восстановлению утраченных документов. На основе восстановленной документации организация должна заново сформировать регистры бухгалтерского учета и финансовую отчетность.
Данные разъяснения приведены в действующем с 01.01.2022 Приказе Минфина России от 16.04.2021 № 62н (ред. от 23.12.2021) «Об утверждении Федерального стандарта бухгалтерского учета ФОБУ 27/2021 «Документы и документооборот в бухгалтерском учете» (Зарегистрировано в Минюсте России 07.06.2021 № 63814), в соответствии п. 27 гл. 4 которого, в случае утраты документов бухгалтерского учета (в частности, гибели, пропажи), а также их порчи, приводящей к невозможности использования, экономический субъект должен принять все возможные меры по их восстановлению.
Фактически имеющееся на производстве оборудование не соответствует тому, что указано в договоре № 20/04-16 на поставку продукции от 20.04.2016. Это подтверждается заключением ООО «Союз независимой оценки и экспертизы» от 04.03.2025 № 24-1016.11, согласно которому эксперты пришли к следующим выводам:
Ёмкости, указанные в спецификации к договору на поставку продукции №20/04-16 от 20.04.2016, а также товарной накладной № 9 от 08.07.2016, по своим характеристикам (в том числе по материалу и объему) не соответсвутют ёмкостям, которые фактически находятся в помещении, расположенном по адресу: МО, г. Лыткарино, промзона Тураево, стр. 9Б.
Три емкости, указанные в договорах аренды имущества № 1/19 от 01.07.2019, № 5/20 от 01.06.2020, № 10/21 от 01.12.2021, по своим характеристикам (в том числе по расположению (ориентации) в пространстве и объему) СООТВЕТСТВУЮТ ёмкостям, которые фактически находятся в помещении, расположенном по адресу: МО, г. Лыткарино, промзона Тураево, стр. 9Б.
Котел-генератор пара, установка пневматического транспорта и устройство тензометрическое весоизмерительное электронное (модель «ТВЭУ-20-4»), указанные в договорах аренды имущества № 1/19 от 01.07.2019, № 5/20 от 01.06.2020, № 10/21 от 01.12.2021, не соответствуют по своему описанию и характеристикам оборудованию, указанному в спецификации к договору на поставку продукции №20/04- 16 от 20.04.2016, а также товарных накладных № 8 от 29.06.2016. № 9 от 08.07.2016.
Котел-генератор пара, установка пневматического транспорта и устройство тензометрическое весоизмерительное электронное (модель «ТВЭУ-20-4»), указанные в договорах аренды имущества № 1/19 от 01.07.2019, № 5/20 от 01.06.2020, № 10/21 от 01.12.2021, соответсвуют по своему описанию и характеристикам оборудованию, которое фактически находится в помещении, расположенном по адресу: МО, г. Лыткарино, промзона Тураево, стр. 9Б.
Основные поставки продукции со стороны ООО «ПК «Аквилон» в начале осуществления им своей деятельности в 2017-2018 годах производились в пользу компании ФИО1 «ВудФан», что подтверждают в том числе представленные УПД и свидетельские показания. Со Стороны ФИО1 не представлены пояснения относительно того, с какой целью это осуществлялось, кроме цели последующей перепродажи смолы по большей стоимости.
В 2017 году ФИО1 взял на работу в ООО «ПК «Аквилон» химика и начальника производства ФИО14. В сентябре 2018 года выяснилось, что Пекарь С.С. умышленно причиняла ущерб ООО «ПК «Аквилон», а именно отпускала готовую продукцию без накладных, занижала необходимое количество сырья, что приводило к браку, продавала за наличные денежные средства сырье по заниженной стоимости, отгружала готовую продукцию в адрес ООО «ВудФан» по одной накладной несколько раз. Пекарь С.С. призналась, что данные действия были совершены ею лично по указанию ФИО1. о чем свидетельствует составленное ею лично письменное объяснение в присутствии ФИО3 и ФИО8, а также адвокатский опрос ФИО14 от 13.02.2025.
Подобные действия привели к тому, что ООО «ПК «Аквилон» оставалось без сырья для производства смолы и имело существенную задолженность перед поставщиками. В частности, это подтверждает претензия ООО «Прогресс Нефтехим» от 07.12.2018.
В августе 2021 года ФИО1 произвел попытку проникновения на территорию ООО «ПК «Аквилон», а именно ФИО1 с лицами кавказской национальности, спортивного телосложения, приехал на элитных автомобилях, на контрольно-пропускной пункт завода «СОЮЗ», на территории находится производственный цех по производству карбамидофоральдегидной смолы. По данным действиям был вызван наряд полиции отдела полиции по г.о. Лыткарино, что подтверждают протоколы опросов работников (ФИО15, ФИО16 и ФИО17) адвокатом от 08.11.2024 и 11.11.2024, подтвержденные ими в рамках дачи свидетельских показаний в рамках дела № А41-48587/23.
В сентябре 2021 года ФИО1 угрожал ФИО6 убийством, а также причинением вреда жизни и здоровью, что подтверждает представленная аудиозапись разговора между ФИО1 и ФИО6, а также транскрибация данного разговора.
Следовательно, поведение ФИО1 направлено не на защиту интересов ООО «ПК «Аквилон», а на причинение максимального ущерба данной организации, а также
ФИО6 и ФИО3 лично. При этом ФИО1 поданным иском нацелен на взыскание убытков с ФИО6 и ФИО3
Как указано в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей.
В соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).
Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по реализации принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в ст. 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав. При этом лицо совершает действия с незаконной целью или незаконными средствами, нарушая права и законные интересы других лиц и причиняя им вред или создавая соответствующие условия (см., например, Определение Верховного Суда РФ от 14.06.2016 № 52-КГ16-4).
В случае несоблюдения требований, предусмотренных п. 1 ст. 10 ГК РФ, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.
Поведение ФИО1. направленное на причинение ущерба ООО «ПК «Аквилон», ФИО6 и ФИО3 не может рассматриваться в качестве добросовестного.
Более того, поведение ФИО1 не является последовательным. Если бы ФИО1 рассматривал оборудование как ему (или ООО «ВудФан») принадлежащее, то как собственник должен был бы нести бремя содержание имущества (ст. 210 ГК РФ, которая в том числе предполагает обязанность нести расходы на содержание и сохранение имущества) и интересоваться судьбой имущества и деятельностью ООО «ПК «Аквилон». Однако материалы дела подтверждают обратное, ФИО1 с конца 2018 года до второй половины 2023 года фактически не интересовался судьбой оборудования.
Следовательно, вышеуказанные обстоятельства являются основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.
Отдельно суд обращает на истечение срока исковой давности по заявленным требованиям.
Согласно ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.
Как разъяснил Пленум в п. 15 Постановления № 43, истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абз. 2 п. 2 ст. 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.
В соответствии со статьей 34 Закона об обществах очередное общее собрание участников общества проводится в сроки, определенные уставом общества, но не реже чем один раз в год не позднее чем через четыре месяца после окончания финансового года. Очередное общее собрание участников общества созывается исполнительным органом общества.
Так как, считая себя участником Общества и добросовестно реализуя свои права, предоставленные ему ст. 8, 39, 40 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» и Уставом Общества, а также надлежащим образом исполняя возложенные на него обязанности, истец должен был интересоваться деятельностью Общества и принятыми в нем решениями и заключенными сделками, вправе был получить соответствующую информацию (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 16.08.2016 № Ф05-14482/2014 по делу № А40-51637/14).
Истец не интересовался деятельностью общества, в том числе решениями, принимаемыми на годовых общих собраниях и о том, кто принимает такие решения, не интересовали его и вопросы о том, почему из года в год его не приглашают на годовые общие собрания участников, не направляют материалы повестки дня общих собраний, не сообщают о дивидендах (прибыли, ее распределении). Из материалов дела не следует, что истцом предпринимались какие-либо попытки запросить общество или ИФНС о составе участников, о проводимых общих собраниях, о дивидендах, о том, кто является директором общества в упомянутый период.
01.07.2019 был заключен договор аренды имущества № 1/19.
01.06.2020 был заключен договор аренды имущества № 5/20.
Следовательно, участник общества должен был узнать о возникновении убытков не позднее даты проведения годового общего собрания участников (акционеров) по итогам года, в котором был заключен договор аренды имущества (на основании которого производилась оплата), то есть не позднее 30.04.2020.
При этом иск по настоящему делу подан истцом 22.05.2024 (следует из картотеки арбитражных дел).
Также факт того, что ФИО1 знал об осуществлении платежей в пользу ИП ФИО3 (а также обо всех иных операциях ООО «ПК «АКВИЛОН»), подтверждает то, что ФИО1 имел доступ к онлайн-банкингу АО «Альфа-банк», что следует из нотариального протокола осмотра доказательств от 18.04.2025 (20 июля 2018 года всем участникам группы в WhatsApp были направлены логин и пароль для входа в онлайн-банк).
Кроме того, со стороны ФИО1 не представлены пояснения, в связи с чем он не мог узнать о платежах за аренду оборудования у бухгалтера ООО «ПК «Аквилон».
Следовательно, суд приходит к выводу о том, что срок исковой давности в части взыскания убытков, как утверждает истец, причиненных ФИО6 солидарно с ФИО3, пропущен.
Кроме того, суд отмечает, что в ООО «ПК «АКВИЛОН» функции бухгалтера осуществляла ИП ФИО18 (ООО «Проф-Бухгалтер», ИНН: <***>). Из выписки ООО «ВудФан» следует, что ООО «Проф-Бухгалтер» осуществляются платежи на постоянной основе за оказание бухгалтерских услуг и услуг по сдаче отчетности (строки 25, 144, 295, 452, 654 выписки по операциям на счете от 07.02.2025 № 1606036, строки 322, 532. 680, 895, 1098, 1457, 1598, 2217, 2224, 2736, 2739, 3288, 3294 3345, 3460 выписки по операциям на счете от 27.02.2025 № 1608062). Следовательно, ФИО1 имел возможность узнать о наличии платежей за аренду оборудования не только на собрании участников, но и непосредственно у лица, который оказывает бухгалтерские услуги ООО «ПК «АКВИЛОН».
Судом рассмотрены все доводы истца, однако они не могут служить основанием для удовлетворения заявленных исковых требований, так как не подтверждены доказательствами, противоречат материалам дела и основаны на неверном толковании норм права, не соответствуют действующему законодательству, не влекут иных выводов суда, чем те, которые суд изложил в настоящем решении.
Принимая во внимание изложенное, суд приходит к выводу о том, что исковые требования Общества с ограниченной ответственностью «Производственная компания «Аквилон» в лице участника Общества ФИО1 к ФИО6 и ФИО3 о взыскании в пользу ООО «ПК «Аквилон» убытков в размере 13 200 000 рублей и процентов за пользование чужими денежными средствами, начисляемые на сумму долга по возмещению убытков, начиная с даты вступления в законную силу решения суда по день фактического погашения долга, исходя из ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды удовлетворению не подлежат.
Судебные расходы по уплате государственной пошлины подлежат распределению между сторонами согласно положениям статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Руководствуясь статьями 110, 167 – 170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований отказать.
Решение может быть обжаловано в Десятый арбитражный апелляционный суд в течение месяца после принятия арбитражным судом первой инстанции обжалуемого решения.
Судья Е.А. Морозова