Решение по делу № А19-20073/2022 от 24.10.2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ

Бульвар Гагарина, 70, Иркутск, 664025, тел. (3952)24-12-96; факс (3952) 24-15-99

дополнительное здание суда: ул. Дзержинского, 36А, Иркутск, 664011,

тел. (3952) 261-709; факс: (3952) 261-761

http://www.irkutsk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

г. Иркутск Дело №А19-20073/2022

«24» октября 2023 года

Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 17 октября 2023 года

Решение в полном объеме изготовлено 24 октября 2023 года

Арбитражный суд Иркутской области в составе судьи Куклиной Л.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Загерсон А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРН <***>; ИНН <***>)

к МЕЖРАЙОННОЙ ИНСПЕКЦИИ ФЕДЕРАЛЬНОЙ НАЛОГОВОЙ СЛУЖБЫ № 23 ПО ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ (ОГРН <***>; ИНН <***>; АДРЕС: 665708, ИРКУТСКАЯ ОБЛАСТЬ, БРАТСК ГОРОД, ПИОНЕРСКАЯ УЛ, 6А)

третье лицо: Управление Федеральной налоговой службы по Иркутской области (ОГРН <***>; ИНН <***>, адрес: 664007, ИРКУТСКАЯ ОБЛАСТЬ, ИРКУТСК ГОРОД, ДЕКАБРЬСКИХ СОБЫТИЙ УЛИЦА, 47)

о признании недействительным решения № 12-28/8 от 06.06.2022г. о привлечении к налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения,

при участии в судебном заседании:

от заявителя: ФИО2 – адвокат, представитель по доверенности, представлено удостоверение;

от ответчика: ФИО3 – представитель по доверенности, представлено удостоверение, диплом; ФИО4 – представитель по доверенности, представлено удостоверение, диплом;

от третьего лица: ФИО4 – представитель по доверенности, представлено удостоверение, диплом;

установил:

Индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – заявитель, предприниматель) обратился в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением о признании незаконным решения Межрайонной инспекция Федеральной налоговой службы № 23 по Иркутской области № 12-28/8 от 06.06.2022г. о привлечении к налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения.

Представитель заявителя в судебном заседании требования поддержал по основаниям, изложенным в заявлении и дополнительных пояснениях, возражениях на отзыв.

Представители налогового органа с требованиями не согласились по основаниям, изложенным в отзыве, возражениях на пояснения заявителя.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Управление Федеральной налоговой службы по Иркутской области

Представитель третьего лица – Управления Федеральной налоговой службы по Иркутской области в судебном заседании поддержал доводы, изложенные в отзыве на заявление.

10.10.2023г. в судебном заседании на основании статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объявлялся перерыв до 14 час. 10 мин. 17.10.2023г. Информация о перерыве размещена на сайте Арбитражного суда Иркутской области. После перерыва судебное заседание продолжено в том же составе суда, с участием тех же сторон.

Как следует из материалов дела, Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы № 23 по Иркутской области выездная налоговая проверка деятельности ИП ФИО1 за период с 01.01.2017г. по 31.12.2018г. по результатам которой вынесено решение от 06.06.2022г. № 12-28/8 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения (с учетом смягчающих обстоятельств), предусмотренной:

- пунктом 3 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации за умышленную неуплату (неполную уплату) налога на доходы физических лиц (далее – НДФЛ) за 2018 год в виде штрафа в размере 1 131 603,50 руб.;

- пунктом 1 статьи 126 НК РФ за непредставление документов (сведений) необходимых для осуществления налогового контроля, в виде штрафа в размере 1 950 руб.;

- пунктом 2 статьи 120 НК РФ за грубое нарушение правил учета доходов в течение более одного налогового периода, в виде штрафа в размере 7 500 руб.

Также данным решением предпринимателю доначислены налог на добавленную стоимость (далее – НДС) за 1-4 кварталы 2017-2018 года в размере 28 690 274 руб. и соответствующая сумма пени по данному налогу в размере 10 049 741,32 руб.; НДФЛ за 2017-2018 годы в размере 24 685 215 руб. и соответствующая сумма пени в размере 7 047 092,17 руб.

Основанием для принятия решения № 12-28/8 от 06.06.2022г. послужил вывод налогового органа о создании Индивидуальным предпринимателем ФИО1 схемы уклонения от уплаты налогов путем включения в финансово-хозяйственную деятельность формальных контрагентов ИП ФИО5, ИП ФИО6, ИП ФИО7, подконтрольных налогоплательщику и использовавшихся для неправомерного увеличения расходов при исчислении налога на доходы физических лиц на суммы агентского вознаграждения, выплаченного агентам.

Решением Управления Федеральной налоговой службы по Иркутской области от 19.09.2022г. № 26-14/0016720@ апелляционная жалоба индивидуального предпринимателя ФИО1 на решение инспекции № 12-28/8 от 06.06.2022г. о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения оставлена без удовлетворения.

Заявитель, полагая, что решение Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №23 по Иркутской области № 12-28/8 от 06.06.2022г. не соответствует требованиям закона, а также нарушает его права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Заявитель указал, что выводы налогового органа о том, что налогоплательщиком создана схема уклонения от уплаты налогов путем включения в финансово-хозяйственную деятельность формальных контрагентов ИП ФИО5, ИП ФИО7, ИП ФИО6, которые не являлись самостоятельными субъектами предпринимательской деятельности и не оказывали услуги для ИП ФИО1 самостоятельно как сторонние контрагенты, а являлись полностью подконтрольными налогоплательщику лицами и использовались им для неправомерного увеличения расходов при исчислении НДФЛ на суммы агентского вознаграждения, выплаченного агентам необоснованным на основании следующего.

1. Решение о проведении выездной налоговой проверки в отношении физического лица не может включать в себя проверку правильности начисления и уплаты налогов и сборов индивидуального предпринимателя;

2. Налоговым органом неправомерно сделан вывод о том, что налогоплательщик создал схему по уклонению от уплаты налогов путем включения в нее агентов, применяющих УСН, с целью неправомерного уменьшения налоговой базы;

3. Налоговым органом неправомерно не приняты представленные налогоплательщиком документы: книга учета доходов и расходов, регистры учета материальных расходов по реализованным и оплаченным товарам;

4. Выводы о взаимозависимости налогоплательщика с агентами, а также о том, что деятельность агентов носит формальный характер и является подконтрольной неправомерны;

5. Налоговый орган не вправе давать оценку обстоятельствам, действовавшим вне периода входящего в предмет проверки, документам, датированным ранее периода проведения проверки; а также ссылаться на доказательства, полученные вне рамок проверки;

6. Налоговый орган не вправе определять сумму налогов расчетным путем;

7. Инспекция не вправе давать оценку экономической целесообразности решений налогоплательщика.

Исследовав доказательства по делу: заслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, ознакомившись с письменными доказательствами, суд приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Таким образом, основанием для признания недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, является наличие одновременно двух условий: их несоответствие закону или иному нормативному правовому акту и нарушение прав и законных интересов лица, обратившегося в суд с соответствующим требованием, в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Согласно части 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В силу части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

Согласно статье 57 Конституции Российской Федерации, пункту 1 статьи 3, подпункту 1 пункта 1 статьи 23 и статье 45 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ) налогоплательщики обязаны уплачивать законно установленные налоги в срок, установленный законодательством о налогах и сборах.

В Постановлении от 14.07.2005г. №9-П Конституционный Суд Российской Федерации указал, что конституционная обязанность платить законно установленные налоги и сборы имеет публично-правовой, а не частноправовой (гражданско-правовой) характер. Ее реализация в соответствующих правоотношениях предполагает субординацию, властное подчинение одной стороны другой, а именно: налогоплательщику вменяется в обязанность своевременно и в полном объеме уплатить суммы налога, а налоговому органу, действующему от имени государства, принадлежит полномочие обеспечить ее исполнение налогоплательщиком. Налогоплательщик не вправе распоряжаться по своему усмотрению той частью принадлежащего ему имущества, которая в виде определенной денежной суммы подлежит взносу в казну, соответствующие же органы публичной власти наделены правомочием в односторонне-властном порядке, путем государственного принуждения взыскивать с лица причитающиеся налоговые суммы, - иначе нарушались бы воплощенный в статье 57 Конституции Российской Федерации конституционно защищаемый публичный интерес и связанные с ним права и законные интересы налогоплательщиков, публично-правовых образований, государства в целом.

Судами высшей инстанции, в том числе определением Верховного Суда РФ от 22.07.2016г. №305-КГ16-4920, неоднократно указывалось на то, что избежание налогообложения в результате совершения действий, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды, является неправомерным поведением участника гражданского оборота, не совместимым с указанными положениями статьи 3 Кодекса, поскольку приводит к возникновению у лиц, обязанных к уплате налога, неоправданного преимущества в сравнении с другими налогоплательщиками, нарушению публичного интереса.

Согласно подпункту 2 пункта 1 статьи 31 Налогового кодекса Российской Федерации налоговые органы вправе проводить налоговые проверки в порядке, установленном Налоговым кодексом Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 82 Налогового кодекса Российской Федерации налоговый контроль проводится должностными лицами налоговых органов в пределах своей компетенции, в том числе, посредством налоговых проверок.

Статьей 87 Налогового кодекса Российской Федерации предусмотрены следующие виды налоговых проверок налогоплательщиков, плательщиков сборов, плательщиков страховых взносов и налоговых агентов:

1) камеральные налоговые проверки;

2) выездные налоговые проверки.

Целью камеральной и выездной налоговых проверок является контроль за соблюдением налогоплательщиком, плательщиком сборов, плательщиком страховых взносов или налоговым агентом законодательства о налогах и сборах.

В соответствии с положениями Налогового кодекса Российской Федерации индивидуальный предприниматель ФИО1 является плательщиком налога на добавленную стоимость, налога на доходы физических лиц.

Согласно пункту 1 статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

В целях пункта 1 указанной статьи подписание первичных учетных документов неустановленным или неуполномоченным лицом, нарушение контрагентом налогоплательщика законодательства о налогах и сборах, наличие возможности получения налогоплательщиком того же результата экономической деятельности при совершении иных не запрещенных законодательством сделок (операций) не могут рассматриваться в качестве самостоятельного основания для признания уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога неправомерным (пункт 3 статьи 54.1 Кодекса).

Отражение в бухгалтерской и налоговой отчетности не существующих сделок, а также сделок, не отражающих действительную сущность, является искажением сведений о фактах хозяйственной жизни и об объектах налогообложения.

В силу части 1 статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011г. № 402-ФЗ «О бухгалтерском учёте» каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом, причем не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок.

Как следует из содержания обжалуемого решения, по результатам выездной налоговой проверки ИП ФИО1 доначислен НДС за 2017-2018 годы в сумме 28 690 274 руб., НДФЛ за 2017-2018 годы в сумме 24 685 215 руб.

Основанием для доначисления явились выводы налогового органа о несоблюдении налогоплательщиком пределов прав, установленных пунктов 1 статьи 54.1 НК РФ, в связи с неправомерным списанием налогоплательщиком расходов по сделкам с ИП ФИО5, ИП ФИО7, ИП ФИО6

Налоговый орган пришел к выводу, что ИП ФИО1 создана схема уклонения от уплаты налогов путем включения в финансово-хозяйственную деятельность подконтрольных лиц ИП ФИО5, ИП ФИО7, ИП ФИО6, которые не являлись самостоятельными субъектами предпринимательской деятельности и не оказывали услуги ИП ФИО1 как сторонние контрагенты, а являлись полностью подконтрольными ему лицами и использовались им для неправомерного увеличения расходов при исчислении НДФЛ на суммы агентского вознаграждения, выплаченного агентам.

Также, в ходе проверки налоговым органом установлено, что налогоплательщиком представлены в Инспекцию недостоверные сведения о доходах, полученных от реализации товаров через агентов: занижена выручка от реализации товаров (работ, услуг)), что привело к занижению налоговой базы, как по НДС, так и по НДФЛ.

В проверяемом периоде ИП ФИО1 находился на общей системе налогообложения, в свою очередь подконтрольные лица применяли упрощенную систему налогообложения с объектом «доходы» (ставка при которой 6%), соответственно, налоговая экономия от применения данной схемы составила 7% (13% - 6%) от суммы комиссионного вознаграждения, перечисленного ИП ФИО1

Об умышленных действиях налогоплательщика свидетельствуют установленные налоговым органом факты подконтрольности вовлеченных в схему по агентским договорам ИП ФИО5, ИП ФИО7, ИП ФИО6, применение схемы уклонения в течение нескольких налоговых периодов с последовательным созданием и использованием нескольких подконтрольных лиц. ИП ФИО1 минимизировал свой доход от предпринимательской деятельности, а также ушел от обязанности по уплате НДС, НДФЛ при реализации товаров через своих агентов - подконтрольных предпринимателей, которые в силу применения специального налогового режима не являются плательщиками данных налогов.

Таким образом, схема направлена на создание искусственной ситуации, при которой видимость действий формально зарегистрированных лиц ИП ФИО7, ИП ФИО6 и формально привлеченного ИП ФИО5, находящихся под полным финансовым и управленческим контролем заявителя, прикрывала фактическую деятельность одного налогоплательщика - ИП ФИО1

Согласно материалам дела в проверяемый период (2017-2018 годы) ИП ФИО1 осуществлял оптовую торговлю незамороженными пищевыми продуктами, напитками и табачными изделиями на территории г. Братска, Братского района, г. Усть-Илимска, г. Железногорска-Илимского, Нижнеилимского района, г. Усть-Кута, г. Северобайкальска, г. Тулуна и Тулунского района, г. Тайшета, г. Нижнеудинска.

Для реализации товаров на северных территориях Иркутской области (за пределами г. Братска и Братского района) ИП ФИО1 привлекает ИП ФИО5, ИП ФИО7, ИП ФИО6 в качестве агентов, осуществляющих реализацию товара, принадлежащего ИП ФИО1, от его имени и за его счет на основании заключенных агентских договоров.

ИП ФИО1 заключены агентские договоры:

- с ИП ФИО5 от 01.01.2015г. № 1-2015 (дополнительным соглашением от 30.12.2016г. срок действия данного договора продлен до 31.01.2017г.),

- с ИП ФИО7 от 01.01.2017г. № 1-2017,

- с ИП ФИО6 от 01.01.2016г. № 1-2016, от 01.01.2018г. № 1-2018.

Все предприниматели, включая проверяемого налогоплательщика, осуществляют оптовую и мелкооптовую торговлю пищевыми продуктами, напитками и табачными изделиями. ИП ФИО1 реализовывал собственный товар, а ИП ФИО5, ИП ФИО7, ИП ФИО6 как агенты осуществляли торговлю товаром ИП ФИО1

Деятельность проверяемого налогоплательщика и его подконтрольных лиц в проверяемом периоде разделена территориально.

ИП ФИО1 осуществляет торговлю на территории г. Братска и Братского района.

ИП ФИО5 (в 1 квартале 2017 года), а затем ИП ФИО7 (2017-2018 годы) осуществляют торговлю на территории г. Северобайкальска и Северобайкальского района, г. Железногорска-Илимского и Нижнеилимского района, г. Усть-Кута, г. Тулуна и Тулунского района, г. Тайшет и г. Нижнеудинска.

ИП ФИО6 осуществляет торговлю на территории г. Усть-Илимска и Усть-Илимского района.

В ходе проверки установлено, что проверяемый налогоплательщик является бенефициарным владельцем, выгодоприобретателем и осуществляет влияние и контроль деятельности всех участников схемы.

Так, ИП ФИО1 является инициатором регистрации ФИО7, ФИО6 в качестве индивидуальных предпринимателей.

ИП ФИО5 совместно с ИП ФИО1 участвуют в качестве учредителей и руководителей ЗАО «Компания Даллас», ООО «МАГНАТ» и ООО ТК «Семь верст», предоставляющих имущество (складские и офисные помещения, транспортные средства) для осуществления предпринимательской деятельности всеми участниками схемы.

Кроме того, в разные периоды времени руководителями, участниками данных организаций являлись ФИО1, ИП ФИО5, ФИО8 (супруг ИП ФИО7), супруга проверяемого лица ФИО9

В то же время, исходя из сведений, полученных в ходе проведения допросов свидетелей (ФИО5, ФИО10, ФИО11, ФИО12) установлено, что ИП ФИО5 фактически являлся одним из директоров ИП ФИО1

Часть долей от участия в ООО ТК «Семь Верст», ООО «МАГНАТ», ЗАО «Компания Даллас» в 2017 году ФИО5 реализовал ФИО1

С февраля 2017 года на той же территории, с использованием наработанной базы ИП ФИО5 осуществляет деятельность ИП ФИО7 (зарегистрированная, как и ИП ФИО6, по инициативе проверяемого лица и ранее являвшиеся (либо считавшие себя) работниками ИП ФИО1), в отличие от ФИО5, который самостоятельно начинал осуществлять предпринимательскую деятельность.

Прием-передача от ИП ФИО5 к ИП ФИО7 наработанной базы документально не оформлена и не подтверждена. ИП ФИО7 не принимала никакого участия в приеме-передаче дел от предыдущего предпринимателя, показания данные ею в ходе проверки были сбивчивы и противоречивы. Предположительное высказывание о том, что компьютеры приобретены у ИП ФИО5, не подтверждено никакими документами и фактами: оплата по расчетному счету отсутствует, в налоговой отчетности ИП ФИО5 не отражены какие-либо доходы, полученные от ИП ФИО7

Также о подконтрольности агентов свидетельствуют следующие факты и обстоятельства, установленные в ходе проверки.

Согласно материалам проверки деловая активность у подконтрольных лиц отсутствует (осуществляется торговля только товаром ИП ФИО1, и только на территориях, предусмотренных условиями договоров с проверяемым налогоплательщиком).

Деятельность ИП ФИО5, ИП ФИО7, ИП ФИО6 не отличается от торговой деятельности, осуществляемой ИП ФИО1 самостоятельно на территории г. Братска; принцип работы по продажам товаров ИП ФИО1 идентичен между всеми участниками схемы.

Участие ИП ФИО5, ИП ФИО7, ИП ФИО6 в схеме уклонения в качестве предпринимателей - агентов номинально, поскольку выездной налоговой проверкой ИП ФИО1 установлено, что всю организационную и управленческую деятельность в подразделениях осуществляют директора, выполняя все необходимые управленческие функции, как если бы это функционировали подразделения ИП ФИО1 на удаленных от г. Братска территориях. Наличие вышестоящего звена над директорами в форме дополнительно зарегистрированного индивидуального предпринимателя - агента, никаким образом не отражается на функционировании подразделений, и необходимо только для легализации схемы и формирования документооборота по агентскому договору.

Подконтрольные предприниматели ИП ФИО5, ИП ФИО7, ИП ФИО6 и их бухгалтерия не владеют информацией о фактически осуществляемых поставках товара в адрес покупателей, не контролируют денежные потоки. Учет реализации, решения о ее отражении в отчетности, контроль движения товаров и денежных средств осуществляется на уровне принципала ИП ФИО1

Сотрудники офиса в г. Братск (ИП ФИО1) осуществляют контролирующие функции по отношению к работникам указанных агентов, осуществляют управление товарными и финансовыми потоками по подконтрольным лицам, контроль ведется вплоть до анализа расходов агента, несмотря на то, что возмещение расходов не осуществляется. Составлялись сводные отчеты по продажам, включая данные, полученные от подконтрольных предпринимателей - агентов.

Сотрудники подконтрольных лиц активно взаимодействуют в своей работе с сотрудниками ИП ФИО1 располагающимися в г. Братске, по различным направлениям деятельности (техническое обеспечение, юридические консультации, кадровое дело, охрана труда, обучение и контроль работы торговых представителей, отчетность по продажам подготавливают им по запросу отчеты, различную сводную информацию и т.д.), что подтверждается допросами ФИО13 (директор ИП ФИО5 и ФИО7 в г. Железногорск-Илимский), ФИО14 (бухгалтер ИП ФИО7 и ИП ФИО6), ФИО15 (работник ИП ФИО5), ФИО16 (торговый представитель ИП ФИО5) и другими.

ИП ФИО1 через свою кадровую службу участвует при найме сотрудников для всех участников схемы (оформление документов по трудоустройству, хранение трудовых книжек), проводит проверку своей службой безопасности ими же проводится аудит дебиторской задолженности всех участников схемы, а также лично контролирует переход сотрудников при смене одного подконтрольного предпринимателя-агента на другого (ИП ФИО5 на ИП ФИО7). Указанный вывод следует из допросов ФИО17 (директор подразделения ИП ФИО5, ФИО7), ФИО13 (работник ФИО7), ФИО18 (главный бухгалтер ИП ФИО1), ФИО19 (директор ИП ФИО6).

Миграция работников между подконтрольными лицами при прекращении деятельности одного предпринимателя (ИП ФИО5) и регистрации другого (ИП ФИО7) происходила не по волеизъявлению самих работников (им предлагалось написать заявления об увольнении и приеме на работу, при этом трудовые книжки на руки не выдаются, условия труда не изменяются), что подтверждается допросами ФИО13, ФИО20, ФИО21, ФИО22 и другими.

В штате ИП ФИО1 имеются такие должности, как аналитик, начальник и заместитель службы безопасности, инженер по охране труда, программисты, мерчендайзеры, руководитель направления, юрисконсульт. Аналогичные должности отсутствуют в штате подконтрольных лиц, у них есть только работники, непосредственно осуществляющие уставную деятельность – продажи (бухгалтера, менеджеры, торговые представители, логисты, операторы, кладовщики, грузчики, экспедиторы, бухгалтеры кредитного контроля). При необходимости получения помощи по узкому направлению (ремонт компьютера, оформление кадровых документов, юридическая консультация) сотрудники подконтрольных лиц обращались к работникам ИП ФИО1

В сети интернет и других общедоступных источниках информация об оптово-розничных точках, в которых осуществляют деятельность участники схемы (в том числе, ИП ФИО1 и подконтрольные предприниматели ИП ФИО5, ИП ФИО7, ИП ФИО6), размещена как о «торговой фирме Даллас», в объявлениях о приеме на работу, также в качестве работодателя указан «Филиал ГК «Даллас», в первичных документах, выписываемых предпринимателями при отгрузке товара покупателям, указывается информация о «Группе компаний Даллас», как работники подконтрольных предпринимателей, так и покупатели ассоциируют поставщиков как фирму «Даллас», что свидетельствуют о сформированном общем имидже компании как о «Компании Даллас» создателем схемы по уходу от налогообложения - проверяемым налогоплательщиком.

Все участники схемы (ИП ФИО1, ИП ФИО7, ИП ФИО6), ООО ТК «Семь Верст», ЗАО «Компания Даллас», а также ИП ФИО23, ИП ФИО24, ООО «Компания Даллас», ООО «ПРОДАЛЬЯНС» входят в АС «СБЕРБАНК КОРПОРАЦИЯ», которая позволяет управлять финансовыми потоками группы компаний из одной системы. Клиентом, подавшим заявление на заключение договора о предоставлении услуг с использованием системы «СБЕРБАНК КОРПОРАЦИЯ» и осуществляющим ежемесячные платежи, является проверяемый налогоплательщик – ФИО1, что свидетельствует о его лидирующем положении в группе и осуществлении контроля, в том числе, и за финансовыми потоками всех участников схемы.

Расчетные счета всеми участниками схемы открыты в одном банке, право распоряжаться счетами всех участников группы, предоставлено одним и тем же доверенным лицам (главный бухгалтер ИП ФИО1, доверенное лицо ФИО25). Все участники схемы при заключении договоров с банком указывали одни и те же телефонные номера, принадлежащие ФИО18 (главный бухгалтер ИП ФИО1), ФИО25 (доверенное лицо проверяемого налогоплательщика).

Также расчетные счета ИП ФИО1, ИП ФИО5, ЗАО «Компания Даллас» открыты в один день, имеют последовательную нумерацию.

Доступ к системе «Банк-клиент» указанных всех участников схемы осуществляется с единых IP-адресов, предоставленных ИП ФИО1, и его доверенному лицу ФИО25; установленные клиентами (участниками схемы) логины для работы в системе дистанционного банковского обслуживания, имеют сходный формат, отличаются только порядковым номером к префиксу «swet»: swet914, swet915, swet916, swet920, swet922 swet9225, что свидетельствует о генерации данных логинов одним лицом для облегчения доступа и навигации в системе дистанционного банковского обслуживания по каждому из участников схемы.

Налоговая отчетность всех участников схемы осуществляется с единых IP-адресов, предоставленных ИП ФИО1, и его доверенному лицу ФИО25 Проверкой установлено, несмотря на то, что агенты проверяемого налогоплательщика в проверяемом периоде не располагалась по адресу г. Братск, <...>, выход в интернет для отправки налоговой отчетности и осуществления банковских платежей (выхода в интернет для осуществления доступа к системе «Банк-Клиент») от их имени осуществлялся с IP-адреса, выделенного проверяемому налогоплательщику и его доверенному лицу ФИО25 провайдером ООО «Логика» по данному адресу (IP-адрес 91.189.162.114).

Более того, участниками схемы используются единые телефонные номера всей группой взаимозависимых лиц. В представленной отчетности также указаны номера телефонов, выделенных проверяемому налогоплательщику. Письма, направляемые всеми участниками схемы в налоговый орган, идентичны по оформлению, направляются с одних IP-адресов всеми лицами.

Представителями по доверенности у ИП ФИО1 и его подконтрольных лиц являются одни и те же лица (работники и доверенные лица ИП ФИО1) ФИО25, ФИО18, ФИО8 (супруг ФИО7).

Под подконтрольностью понимается как взаимозависимость лиц по критериям, указанным в НК РФ, а также способность одного лица каким-либо образом определять действия и решения другого лица, добиваясь тем самым получения необоснованной налоговой выгоды.

Таким образом, о подконтрольности данных лиц свидетельствуют такие обстоятельства как то, что вся финансово-хозяйственной деятельность данной группы лиц контролируется административно-управленческим персоналом и доверенными лицами ИП ФИО1

Таким образом, фактически все участники схемы являлись единой торговой сетью, имеющей головной офис и склад в г. Братске, и четыре филиала с офисами и складами на удаленной территории в г. Усть-Илимск, г. Железногорск-Илимский, г. Северобайкальск, г. Тулун.

В ходе мероприятий налогового контроля проведены допросы подконтрольных предпринимателей, а также лиц, являющихся согласно данным справок по форме 2-НДФЛ, расчетов страховых взносов, в проверяемом периоде их работниками.

Из свидетельских показаний работников предпринимателей, являвшихся участниками схемы уклонения от налогообложения в проверяемом периоде (ИП ФИО1, ИП ФИО5, ИП ФИО7, ИП ФИО6) следует:

1. Работники разных подразделений активно взаимодействуют с работниками ИП ФИО1, располагающимися в г. Братске, по различным направлениям деятельности;

2. Сотрудники офиса в г. Братск (ИП ФИО1) осуществляют контролирующие функции по отношению к работникам филиалов;

3. Подразделения подконтрольных лиц функционируют не как самостоятельные предприятия, а как филиалы ИП ФИО1 на территории области;

4. Проверка работников перед приемом на работу осуществлялась сотрудниками службы безопасности ИП ФИО1, ими же проводится аудит дебиторской задолженности;

5. Технические вопросы, установку, обновление, настройку программ осуществляли технические работники, находящиеся в г. Братске;

6. Сотрудники и доверенные лица ИП ФИО1 осуществляют управление товарными и финансовыми потоками по подконтрольным лицам. Контроль ведется вплоть до анализа расходов агента, несмотря на то, что возмещение расходов не осуществляется.

Указанные обстоятельства подтверждают подконтрольность участников схемы (ИП ФИО5, ИП ФИО7, ИП ФИО6) ИП ФИО1, являющемуся ее организатором и основным выгодоприобретателем.

Установлены признаки формальности составления и исполнения агентских договоров, агентские договоры и отчетные документы, которые составляются в их исполнение, имеют идентичное содержание по всем агентам.

Ссылка заявителя на соответствие требованиям гражданского законодательства агентских договоров суд находит несостоятельной в силу следующего.

В ходе проведенной проверки налоговым органом достоверно установлено, что:

- агентские договоры, заключенные всеми участниками схемы, имеют идентичный вид, как по нумерации и содержанию пунктов, так и по стилю оформления, вплоть до совпадения типа шрифта и расположения пунктов на странице;

- договоры с покупателями, заключенные подконтрольными предпринимателями и ИП ФИО1 не отличаются ни по составу реквизитов, ни по оформлению, имеют одинаковые условия и идентичный вид;

- отчеты агента, составленные участниками схемы, абсолютно одинаковы и имеют одинаковый набор реквизитов, идентичный внешний вид;

- отчеты агента содержат минимальное количество информации об исполнении агентского договора;

- отчеты агента не содержат информации об объеме и стоимости принятого на реализацию и проданного в отчетном периоде товара.

При этом, доля выручки, получаемой проверяемым налогоплательщиком от реализации товаров через подконтрольных лиц, составляет почти 70% от всего объема.

Кроме того, ИП ФИО1 является практически единственным источником дохода для подконтрольных предпринимателей.

Так, доходы ИП ФИО7, ИП ФИО6 практически на 100% состоят из агентского вознаграждения, полученного от ИП ФИО1

В то же время, расчеты по агентским договорам между ИП ФИО1 и его подконтрольными лицами ИП ФИО7, ИП ФИО6 имеют не свойственный нормальному ведению предпринимательской деятельности характер: агентское вознаграждение, перечисленное проверяемым налогоплательщиком его подконтрольным лицам, возвращается ими на счет проверяемому налогоплательщику за вычетом расходов на обеспечение своей деятельности.

При анализе выписок по расчетным счетам предпринимателей участников схемы ИП ФИО1, установлено, что фактически ИП ФИО6 и ИП ФИО7 все полученные на расчетный счет денежные средства, в том числе, комиссионное вознаграждение перечисляют на расчетный счет принципала ИП ФИО1 Самостоятельно денежными средствами, полученными ими от осуществления предпринимательской деятельности, не распоряжаются, не тратят на личные цели, не копят, не использует самостоятельно каким-либо иным способом.

ИП ФИО5, в отличие от ИП ФИО6 и ИП ФИО7, ранее не являлся работником ИП ФИО1, в то же время являлся учредителем в организациях, обеспечивающих имуществом деятельность подконтрольных лиц и проверяемого налогоплательщика.

Исходя из сведений, полученных в ходе проведения допросов свидетелей (ФИО5, ФИО10, ФИО11, ФИО12), ФИО5 совместно с ФИО1 и несколькими другими лицами вложили денежные средства в организации, деятельность которых обеспечивала определенную сферу работы индивидуальных предпринимателей, а также, только объединив усилия, они могли приобретать необходимое имущество, транспортные средства. ООО «Магнат» создавалось для аренды складских помещений на территории г. Усть-Илимска, ЗАО «Компания Даллас» - для аренды складских помещений на территории г. Братска и сопровождения грузов, ООО «ТК Семь Верст» - для создания автопарка, который обеспечит стабильную доставку грузов до покупателей. ФИО5 был назначен руководителем ЗАО «Компания Даллас» и руководил всем производственным процессом, а также осуществлял предпринимательскую деятельность самостоятельно и независимо от других лиц.

Таким образом, ФИО5 участвовал в создании подконтрольных организаций (ЗАО «Компания Даллас», ООО «ТК Семь Верст», ООО «Магнат»), обеспечивающих производственный процесс по реализации товаров, участником которого он, в том числе, являлся, а также осуществлял непосредственное участие и руководство в финансово-хозяйственной деятельности одной из указанных организаций. В то же время, из показаний работников следует, что ФИО5 был одним из директоров в офисе ИП ФИО1, а также контролировал рабочий процесс на складе на территории КБЖБ, на местах осуществления деятельности в качестве ИП (г. Северобайкальск, г. Железногорск-Илимский, г. Тулун).

При этом, как указано выше, согласно представленным ИП ФИО5, а также АО «ВТБ Регистратор» в ходе мероприятий налогового контроля документам, часть долей от участия в ООО ТК «Семь Верст», ООО «МАГНАТ», ЗАО «Компания Даллас» реализована проверяемому налогоплательщику.

По результатам проверки налоговый орган пришел к обоснованному выводу о том, что смена ФИО5 направления деятельности с самостоятельного участия в качестве индивидуального предпринимателя в реализации товара на деятельность по реализации того же товара в качестве агента ИП ФИО1 обусловлена решением поставщиков товара по укрупнению бизнеса и передаче территорий для товара под контроль единого центра, в рассматриваемом случае – ИП ФИО1 При этом, в целях сохранения дохода от осуществления деятельности на переданных ИП ФИО1 ИП ФИО5 территорий, последнему выплачивается причитающийся доход от реализации товара под видом агентского вознаграждения.

Так, в ходе проверки установлено, что условия договора, заключенного ИП ФИО1 с ИП ФИО5, отличаются от условий договоров, заключенных с ИП ФИО7 и ИП ФИО6 (в части территории, на которой агенты должны осуществлять деятельность, и в размере агентского вознаграждения). У ИП ФИО5 5% от стоимости реализованных товаров за отчетный период (месяц), а у ИП ФИО7 и ИП ФИО6 - 4% от стоимости реализованных товаров за отчетный период (месяц).

Отличается также характер расчетов, производимых в проверяемом периоде между принципалом и агентами (в части распоряжения денежными средствами, полученными от ИП ФИО1, а именно – вознаграждение не возвращается принципалу).

Пунктом 3 договора от 01.01.2015г. № 1-2015 (заключенного между принципалом ИП ФИО1 и агентом ИП ФИО5) установлено, что вознаграждение агента составляет 5% от стоимости реализованных товаров за календарный месяц. Вознаграждение выплачивается банковским переводом на расчетный счет.

В тоже время ИП ФИО5, позиционируя себя индивидуальным предпринимателем, оказывающим агентские услуги и получающим вознаграждение, в проверяемом периоде применял упрощенную систему налогообложения (далее – УСН) с объектом налогообложения «Доходы», налогообложение при которой осуществляется по налоговой ставке 6%.

Доходы ИП ФИО5 по УСН в проверяемом периоде на 100% состоят из агентского вознаграждения, полученного от ИП ФИО1, в представленной Книге учета доходов и расходов за 2017 год ИП ФИО5 доход по УСН сформирован только за счет агентского вознаграждения, полученного от ИП ФИО1 в сумме 49 379 099,02 руб., иные доходы отсутствуют.

При этом, согласно отчетам агента, данным выписки по расчетному счету предпринимателя, актам сверки с ИП ФИО1, в 2017 году сумма агентского вознаграждения составила 8 114 тыс. руб., на 01.01.2017г. у ИП ФИО1 имелась дебиторская задолженность перед ИП ФИО5 по выплате агентского вознаграждения в сумме 41 265 тыс. руб., что составляет практически половину суммы вознаграждения, начисленного за 2016 год (84 799 156,40 руб.).

Данные обстоятельства свидетельствует о необеспечении нормального осуществления предпринимательской деятельности агента, лишении его оборотных средств, необходимых на текущие расходы, то есть услуги оказывались им для принципала без выплаты вознаграждения, какой-либо материальной компенсации в течение длительного периода времени, что не соответствует нормальному характеру предпринимательской деятельности двух самостоятельных независимых хозяйствующих субъектов.

Расчет по выплате агентского вознаграждения произведен ИП ФИО1 в полном размере только после прекращением ИП ФИО5 деятельности по агентскому договору, при этом, денежные средства, которые ИП ФИО5 считает агентским вознаграждением - доходом от предпринимательской деятельности, поступали ему в основном на счета физического лица. Только 1 504 тыс. руб. из 49 379 тыс. руб. (3%) поступили на расчетный счет предпринимателя, и последним в адрес ИП ФИО1 не возвращались.

Несмотря на то, что ФИО5 прекратил деятельность (агентскую) в 1 квартале 2017 года, фактически он снят с учета в качестве ИП только 20.10.2021г., расчетный счет его не закрыт.

Однако, денежные средства, полученные от ФИО1, используются ФИО5 для приобретения имущества, размещения во вкладах в целях получения процентного дохода, совершаются переводы на оплату обучения сына ФИО5, на приобретение квартиры и машиноместа в г. Москва за ФИО26 (супруга), на уплату налогов и страховых взносов в бюджет, на личный счет ФИО5, то есть используются по своему усмотрению в личных целях.

Таким образом, налоговым органом установлено, что ИП ФИО5 в установленной схеме ухода от налогообложения в части распоряжения денежными средствами, полученными от ИП ФИО1, имел значительное отличие от ИП ФИО6, ИП ФИО7, а именно – вознаграждение не возвращается принципалу, что обусловлено, в том числе, тем обстоятельством, что фактически период прекращения финансово-хозяйственных взаимоотношений между ИП ФИО1 и ИП ФИО5 совпадает с периодом отчуждения последним долей от участия во взаимозависимых организациях, входящих в корпоративную структуру бизнеса.

При этом, в проверяемом периоде ИП ФИО1 является единственным источником дохода от осуществления предпринимательской деятельности для ИП ФИО5 и, как указано выше, ИП ФИО1 диктует условия осуществления деятельности, определяет место осуществления деятельности, учет реализации, решения о ее отражении в отчетности, контроль движения денежных средств и расходов понесенных ИП ФИО5 при осуществлении деятельности.

Таким образом, проверкой обоснованно установлено, что заключенный ИП ФИО5 с ИП ФИО1 агентский договор носит формальный характер с целью создания видимости осуществления самостоятельной предпринимательской деятельности подконтрольным индивидуальными предпринимателями.

Материалы налоговой проверки безусловно свидетельствуют о том, что ИП ФИО5 не осуществлялась самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли, а отношения между ИП ФИО5 и ИП ФИО1 позволяют последнему определять решения, принимаемые ИП ФИО5 по рассматриваемым взаимоотношениям.

В силу статьи 2, пункта 1 статьи 23 Гражданского кодекса Российской Федерации предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг.

Таким образом, вывод, изложенный в оспариваемом решении о том, что денежные средства, в отношении которых участниками схемы создается видимость дохода от предпринимательской деятельности, подлежащего налогообложению УСН (6%), фактически являлись доходом физического лица ФИО5 и поступали на его вклады как физического лица - является законным и обоснованным.

Кроме того, в ходе проверки установлено, что ИП ФИО1 в налоговый орган недостоверные сведения о доходах, полученных от реализации товаров через агентов: занижена выручка от реализации товаров (работ, услуг)), что привело к занижению налоговой базы как по НДС, так и по НДФЛ.

Так, в ходе проверки установлено, что в отчетности проверяемого налогоплательщика отражены операции не по всем покупателям, с которыми заключены договоры подконтрольными агентами, не все покупатели отражены в книгах продаж ИП ФИО1, в журналах счетов-фактур, выставленных ИП ФИО5, ИП ФИО7, ИП ФИО6, часть товара покупатели оплачивали наличными денежными средствами, при этом, в книгах продаж и налоговой отчетности ИП ФИО27 выручка от реализации товаров в адрес покупателей за наличный расчет (осуществляемой подконтрольными агентами ИП ФИО5, ИП ФИО7, ИП ФИО6) не отражена.

Так, по сведениям, полученным от операторов фискальных данных, установлено, что выручка, полученная наличными денежными средствами, инкассируется на расчетные счета ИП ФИО7, ФИО6 не в полном объеме и, соответственно, не вся перечисляется ИП ФИО1 Указанное обстоятельство также подтверждается допросами ФИО14 (бухгалтер ИП ФИО7, ИП ФИО6).

Согласно допросу ФИО28 (работник ИП ФИО7) на основании списков дебиторов ей собирались долги наличными денежными средствами, а затем перечислялись на карту ФИО6 К протоколу допроса приложен список дебиторов, в котором контрагентов значительно больше, чем в книге продаж.

В ходе допросов ФИО29, ФИО30, ФИО16, ФИО31 (работники ИП ФИО7) указали контрагентов, которые также отсутствуют в книге продаж.

Анализ выписок по расчетным счетам налогоплательщика и ИП ФИО5, ИП ФИО7, ИП ФИО6 показал, что оплата по расчетному счету превышает реализацию по книгам продаж.

В соответствии с документами (пояснение, реестры счетов-фактур и товарных накладных, платежные поручения), представленными контрагентами проверяемого лица и агентов (ФИО32 У.С.К., ФИО33, ФИО34, ФИО35 и др.), осуществлялась реализация товара ИП ФИО1, при этом, в налоговой отчетности ИП ФИО1 (по НДС), выручка не отражена.

Таким образом, поведение налогоплательщика и подконтрольных ему лиц при оформлении сделок по оказанию услуг агента продиктовано целью уменьшения их совокупного налогового бремени: уменьшение НДС и НДФЛ за 2017-2018 годы.

Налоговым органом произведен расчет скрытой выручки от реализации товаров, как при исчислении НДС, так и при исчислении НДФЛ, в том числе, реализации товаров через агентские договоры, приведенный ниже.

Назначение платежа

На счета ФИО1

На счета ФИО7

На счета ФИО6

На счет ФИО13

На счет ФИО17

Итого

Взнос наличных, в т.ч. поступления с назначением «Дополнительный взнос»

12 697

5 113

17 810

Безналичная операция. Перевод на карту (с карты) через Мобильный банк

14 162

45 014

4 952

64 191

Зачисление НВ за 25/12/18 на пл. карту ВТБ №4893470228849870

1 453

Отражение операции ФЛ с использованием МС, в т.ч. по пластиковой карте Профайл

8 000

Итого

12 697

9 453

19 275

45 014

4 952

91 391

Указанные обстоятельства свидетельствуют о недобросовестности проверяемого налогоплательщика и сокрытии выручки от реализации в адрес значительного количества покупателей.

Таким образом, в ходе проведенной проверки доподлинно установлено, что ИП ФИО1 умышленно, осознавая противоправный характер своих действий, скрывал доходы и увеличивал расходы за счет агентов ИП ФИО5, ИП ФИО7, ИП ФИО6, с последующим возвратом части агентского вознаграждения и обналичиванием скрытых доходов через счета физических лиц, с намерением искажения объектов налогообложения и неправомерного снижения налогового бремени, что свидетельствует о нарушении пункта 1 статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации.

Между вышеуказанными предпринимателями создан формальный документооборот с целью прикрытия реальных обстоятельств хозяйственной жизни единого субъекта – ИП ФИО1

Установленная совокупность совершенных преднамеренных действий ИП ФИО1 по привлечению подконтрольных лиц и созданию видимости ведения финансово-хозяйственной деятельности с их участием направлена на минимизацию налоговых платежей посредством неуплаты НДС и НДФЛ.

В связи с чем, в ходе выездной налоговой проверки налоговым органом объединены доходы и расходы всех взаимосвязанных лиц (ИП ФИО1, ИП ФИО5, ИП ФИО7, ИП ФИО6) в рамках установленной схемы.

По итогам проверки ИП ФИО1 налоговым органом в составе доходов при исчислении НДФЛ учтены суммы скрытой выручки, из состава прочих расходов исключены суммы агентского вознаграждения, учтены действительные расходы, понесенные при осуществлении деятельности подразделений ИП ФИО1, оформленных на подконтрольных лиц, суммы материальных расходов приняты в соответствии с представленными к возражениям книгами учета доходов и расходов.

Кроме того, налоговым органом в целях определения действительного размера налоговых обязательств ИП ФИО1 с учетом установленной схемы уклонения от налогообложения с привлечением подконтрольных лиц при исчислении НДФЛ учтены суммы фактически уплаченных подконтрольными лицами ИП ФИО7, ИП ФИО6 налога, взимаемого с налогоплательщиков, выбравших в качестве объекта налогообложения доходы (УСН).

Уплаченные ИП ФИО5 суммы УСН учтены при определении налоговых обязательств ИП ФИО5 в ходе проведения выездной проверки в отношении указанного лица за 2017 год.

Использованный инспекцией метод исчисления налогов с учетом финансовых показателей предпринимателей - участников схемы и совершенных ими хозяйственных операций обеспечил установление реальной налоговой обязанности предпринимателя по НДФЛ и НДС за 2017, 2018 годы, исходя из подлинного экономического содержания осуществляемой деятельности по реализации товаров конечным потребителям.

Оценив в совокупности представленные в материалы дела доказательства, применительно к фактическим обстоятельствам взаимоотношений предпринимателя и хозяйствующих субъектов, установив отсутствие в проверяемом периоде самостоятельной деятельности ИП ФИО5, ИП ФИО7, ИП ФИО6, их подконтрольность ИП ФИО1, и полное влияние последнего на хозяйственную деятельность указанных лиц, принимая во внимание обстоятельства реализации товаров, наличие у хозяйствующих субъектов единого управленческого персонала и контролирующего лица, отсутствие у подконтрольных лиц имущественной самостоятельности, суд считает, что налоговые органы пришли к обоснованному выводу о том, что деятельность ИП ФИО1 и подконтрольных предпринимателей ИП ФИО5, ИП ФИО7, ИП ФИО6 следует расценивать как действия единого субъекта предпринимательской деятельности; создав фиктивный документооборот, ИП ФИО1 путем согласованных действий с вышеупомянутыми предпринимателями при отсутствии реальной деловой цели имитировали самостоятельность хозяйственной деятельности агентов и предпринимателя, что позволило незаконно минимизировать налоговые платежи посредством неуплаты НДС и НДФЛ.

Относительно довода заявителя о том, что решение о проведении выездной налоговой проверки в отношении физического лица не может включать в себя проверку правильности начисления и уплаты налогов и сборов индивидуального предпринимателя, суд пришел к следующим выводам.

Приказом ФНС России от 07.11.2018г. № ММВ-7-2/628@ утверждена форма решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения с указанием обязательных реквизитов.

Согласно данной форме в решении указывается наименование лица, в отношении которого вынесено решение.

В оспариваемом решении налогового органа от 06.06.2022г. № 12-28/8 указано, что проверка проведена в отношении ФИО1.

Указание во вводной части решения статуса налогоплательщика, не является обязательным реквизитом, исходя из требований законодательства. Из описательной части решения следует, что ФИО1 является индивидуальным предпринимателем, что налогоплательщиком и не оспаривается.

Как индивидуальный предприниматель ФИО1 находится на общей системе налогообложения и является плательщиком НДС, НДФЛ.

Следовательно, по убеждению суда, начисление ИП ФИО1 по результатам проведенной проверки данных налогов, не противоречит действующему законодательству.

Довод о том, что налоговый орган не вправе определять сумму налогов расчетным путем, суд находит необоснованным в связи со следующим.

Согласно подпункту 7 пункта 1 статьи 31 Налогового кодекса Российской Федерации налоговые органы вправе определять суммы налогов, подлежащие уплате налогоплательщиками в бюджетную систему Российской Федерации, расчетным путем на основании имеющейся у них информации о налогоплательщике, а также данных об иных аналогичных налогоплательщиках, в том числе, случае отсутствия учета доходов и расходов, учета объектов налогообложения, ведения учета с нарушением установленного порядка, приведшего к невозможности исчислить налоги.

Как установлено налоговым органом в ходе проведения проверки, книги продаж, представленные ИП ФИО1 к декларациям по НДС за проверяемые налоговые периоды 2017-2018 гг., не отражают достоверной информации о выручке, полученной налогоплательщиком от реализации товара, а также о полученной предоплате в счет предстоящих поставок.

Представленные ИП ФИО1 регистры материальных расходов не раскрывают порядка формирования налогоплательщиком налоговой базы по налогу на доходы физических лиц.

Таким образом, неполный и не систематизированный учет проверяемым налогоплательщиком хозяйственных операций в налоговых регистрах не позволяет налоговому органу в ходе проведения выездной налоговой проверки достоверно и в полном объеме определить суммы налогов, подлежащие уплате в бюджет.

В связи с изложенным, Межрайонной ИФНС России №15 по Иркутской области письмом от 01.06.2021г. №11-63/04734 (вручено лично 01.06.2021г.) предложено обеспечить возможность ознакомления должностных лиц, проводящих проверку, с документами, связанными с исчислением и уплатой налогов, представить документы по требованиям от 09.02.2021г. №11/644, от 05.04.2021г. №11/1329. В случае утраты документов, восстановить первичные документы и налоговый учет за проверяемые периоды и представить в налоговый орган для проведения выездной налоговой проверки. В случае невозможности восстановления документов в указанном письме предложено ИП ФИО1 предоставить налоговому органу имеющиеся сведения об аналогичных налогоплательщиках.

С момента получения 01.06.2021г. ИП ФИО1 письма от 01.06.2021г. №11-63/04734 и до окончания настоящей проверки (12.07.2021г.), проверяемым налогоплательщиком не представлено документов, содержащих достоверные сведения о хозяйственных операциях и позволяющих проверить правильность исчисления налогоплательщиком налогов и сборов.

Как указано Конституционным Судом Российской Федерации, наделение налоговых органов правом исчислять налоги расчетным путем вытекает из возложенных на них обязанностей по осуществлению налогового контроля в целях реализации основанных на Конституции Российской Федерации и законах общеправовых принципов налогообложения - всеобщности и справедливости налогообложения, юридического равенства налогоплательщиков, равного финансового бремени (Определение от 05.07.2005г. № 301-О).

Допустимость применения расчетного пути исчисления налогов, предусмотренного подпунктом 7 пункта 1 статьи 31 Налогового кодекса Российской Федерации, непосредственно связана с обязанностью правильной, полной и своевременной их уплаты и обусловливается неправомерными действиями (бездействием) налогоплательщика. Определение налогового обязательства расчетным методом, как не предполагающее его осуществление на произвольных основаниях, направлено на реализацию целей и задач налогового контроля, а также на обеспечение безусловного выполнения всеми налогоплательщиками конституционной обязанности по уплате налогов.

В постановлении Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 22.06.2010г. № 5/10 изложена правовая позиция, о том, что при расчетном методе исчисления налогов достоверный расчет невозможен по объективным причинам. Допустимость применения расчетного метода обусловливается неправомерным поведением налогоплательщика.

Применительно к настоящей выездной налоговой проверке – не представление документов, необходимых для расчета налогов (налоговых регистров по НДФЛ), а также предоставление недостоверной информации: не отражение выручки от реализации в книгах продаж, декларациях по НДС и НДФЛ.

Из правовой позиции, изложенной в вышеуказанном постановлении, следует, что налогоплательщик, нарушивший требования законодательства об оформлении и учете хозяйственных операций, обязан опровергнуть расчеты налогового органа, основанные на информации о налогоплательщике.

В связи с чем, в данном конкретном случае, суд считает, что налоговым органом правомерно принято решение о применении положения подпункта 7 пункта 1 статьи 31 НК РФ.

Довод заявителя о том, что налоговым органом неправомерно не приняты представленные налогоплательщиком документы: книга учета доходов и расходов, регистры учета материальных расходов по реализованным и оплаченным товарам суд находит несостоятельным, так как данным документам дана оценка в оспариваемом решении от 06.06.2022г. № 12-28/8 о привлечении к налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения.

Кроме того, заявитель указывает, что налоговый орган не вправе давать оценку обстоятельствам, действовавшим вне периода входящего в предмет проверки, документам, датированным ранее периода проведения проверки; а также ссылаться на доказательства, полученные вне рамок проверки.

Вместе с тем, должностное лицо налогового органа, проводящее налоговую проверку, вправе истребовать у проверяемого лица необходимые для проверки документы в соответствии с пунктом 1 статьи 93 НК РФ.

Согласно пункту 2 статьи 93.1 НК РФ в случае, если вне рамок проведения налоговых проверок у налоговых органов возникает обоснованная необходимость получения документов (информации) относительно конкретной сделки, должностное лицо налогового органа вправе истребовать эти документы (информацию) у участников этой сделки или у иных лиц, располагающих документами (информацией) об этой сделке.

В соответствии с пунктом 4 статьи 101 НК РФ при рассмотрении материалов налоговой проверки исследуются представленные до рассмотрения материалов налоговой проверки доказательства, с которыми лицу, в отношении которого проводилась проверка, была предоставлена возможность ознакомиться, в том числе документы, ранее истребованные у лица, в отношении которого проводилась налоговая проверка, документы, представленные в налоговые органы при проведении камеральных или выездных налоговых проверок данных лиц, и иные документы, имеющиеся у налогового органа. Не допускается использование доказательств, полученных с нарушением Кодекса.

Учитывая изложенное, использование налоговым органом доказательств, полученных вне рамок выездной налоговой проверки, не свидетельствует о недопустимости таких доказательств.

Также заявитель указал, что налоговый орган не вправе давать оценку экономической целесообразности решений налогоплательщика.

Между тем, основной целью совершения операции не может являться неуплата (неполная уплата) налога. Основным мотивом операции должна являться деловая цель.

Налоговый орган вправе устанавливать должную правовую квалификацию операции исходя из ее действительного экономического смысла и оценивать основной мотив совершения операции. Данные критерии представляют собой самостоятельные критерии оценки.

При разрешении вопроса о том, что именно являлось основной целью операции (достижение деловой цели, получение экономического эффекта или уменьшение налоговой обязанности), подлежат оценки те обстоятельства, совершил бы налогоплательщик эту операцию исключительно по мотивам делового характера в отсутствие налоговых преимуществ.

Допускается оценка операции по критерию основного налогового мотива и в случае, если такая операция является частью совокупности операций, в результате совершения которых достигается не оспариваемая деловая цель с возникновением налоговых преимуществ.

В связи с чем, суд считает, что налоговый орган вправе оценивать операции, влияющие на налоговые обязательства.

В ходе судебного разбирательства представитель заявителя возражал против довода налогового органа о том, что денежные средства, оплаченные ФИО1 в качестве агентского вознаграждения были перечислены для создания видимости реальности финансово-хозяйственной деятельности, кроме того, размер перечисленного агентского вознаграждения крайне мал и его достаточно лишь для несения обязательных расходов предпринимателя-контрагента.

При этом, предприниматель ссылался на договор займа заключенный между ФИО7 и ФИО1 на сумму 30 млн. руб. сроком до 01.07.2025г. (в соответствии с дополнительными соглашениями).

Размер расходов, указанный представителем в своих пояснениях, указан им по данным таблицы 52 на стр. 211 решения, а размер вознаграждения – из таблиц 16, 18 решения, то есть противоречий в определении суммовых показателей нет.

При этом, на стр. 87-89 решения приведен подробный с расчетами анализ-сравнение сумм, поступивших на расчетный счет ФИО7, и списанных с него по различным основаниям (фактические расходы, перечисление ФИО1).

В пояснении от 12.04.2023г. заявитель сравнивает суммы расходов агентов с суммами агентского вознаграждения, однако, анализ фактического движения денежных средств не приводит, то есть не указывает то обстоятельство, что денежные средства с назначением «Выплата агентского вознаграждения» хоть и поступили на расчетный счет агента, но затем были возвращены им принципалу за вычетом реально понесенных расходов.

В то же время, из таблицы 16 решения и приведенного к ней анализа наглядно прослеживается, что часть полученного вознаграждения возвращается ИП ФИО1

ИП ФИО7 переводит на расчетный счет ИП ФИО1 не только выручку от реализации товаров, но и собственные денежные средства. Таким образом, в ее личном распоряжении не остается 25 млн. руб., которые расчетным способом вычисляет в пояснениях налогоплательщик.

На расчетном счете ФИО7 остаются лишь денежные средства для осуществления текущих расходов. Как уже указывалось ранее, на личные цели, полученные ей денежные средства не используются.

Следовательно, рассчитанный заявителем ежемесячный доход ФИО7 в сумме 1 млн.руб./мес. ею не получен и не используется, о чем свидетельствует выписка о движении денежных средств по расчетному счету.

В таблице 17 решения укрупненно приведен расчет суммы вознаграждения, полученного ФИО7, и возвращенного ей ФИО1

В сумме он за 2 года составил более 43.5 млн.руб., что значительно превышает даже сумму 30 млн., заявленную участниками сделки как заем, выданный ФИО7 При этом, не подтвержденный материалами проведенной проверки.

Также заявителем представлены выписки по счету ФИО1 от 25.04.2023г., 25.05.2023г., 26.06.2023г., согласно которым им перечислены денежные средства в сумме 500 000 руб. каждый платеж с назначением «Проценты по договору займа от 30.12.2018 согласно дополнительному соглашению».

Во-первых, в назначении платежа неверно указана дата договора. На проверку представлен договор займа от 17.12.2018г.

Учитывая дату представления ФИО1 в суд документов (дополнительное соглашение – 12.04.2023г., выписки – 24.07.2023г.), суд пришел к выводу, что указанные документы составлены непосредственно в ходе настоящего судебного разбирательства с целью создания видимости реальности взаимоотношений по получению займа и его возврату.

Фактически проверкой достоверно установлено, что перечисленные ФИО7 в 2018 году 30 млн.руб. в адрес ФИО1 являются выручкой от реализации.

Представленные представителем заявителя документы в подтверждение личных расходов ФИО7 (договор купли-продажи от 17.03.2020г. №019/2020/Д, согласно которому ФИО7 приобретен у ООО «Сапфир» автомобиль стоимостью 4 163 38.04 руб., соглашение от 30.05.2022г. №123133, сведения о зарегистрированных правах, согласно которым ФИО7 приобретено у ООО «ПДС-Недвижимость» имущество (квартира в г.Санкт-Петербург) стоимостью 21 013 673.08 руб.) суж оценивает критически.

Представление заявителем документов по приобретению личного имущества контрагентом, которого он декларирует как независимого и не подконтрольного, свидетельствует об обратном: такое поведение не свойственно контрагентам при осуществлении ими взаимодействия в рамках обычаев делового сотрудничества.

Кроме того, представленные документы датированы периодами более поздними по сравнению с проверяемым, в связи с чем, не могут являться подтверждением доводов налогоплательщика о том, что агент ФИО7 по своему усмотрению распоряжается денежными средствами, выплаченными ей в качестве агентского вознаграждения. 2019, 2020, 2021, 2022 года не являлись предметом проверки, налоговым органом не анализировались финансовые взаимоотношения между ФИО1 и ФИО7 для того, чтобы сделать выводы о сопоставимости полученных доходов тратам.

Более того, заявителем не представлено документов, свидетельствующих об источнике финансирования указанных покупок, что не позволяет однозначно установить, что именно за счет полученного агентского вознаграждения было приобретено имущество. Так, супруг ФИО7 ФИО8 является учредителем нескольких организаций, они с ФИО7 ведут совместный бюджет (протокол допроса от 13.10.2020г. №257), в связи с чем, ФИО7 имеет иные источники для приобретения имущества.

В отношении ФИО6 на стр. 89-92 решения налоговым органом проведен анализ поступлений и списаний по расчетному счету, приведены данные о понесенных расходах, полученном вознаграждении.

Из таблицы 18 на стр. 91 оспариваемого решения и приведенного к ней анализа наглядно прослеживается, что фактически ИП ФИО6 все полученные на расчетный счет денежные средства, в том числе, и часть агентского вознаграждения, перечисляет на расчетный счет принципала ИП ФИО1, самостоятельно денежными средствами, полученными им от осуществления предпринимательской деятельности, не распоряжается, не тратит на личные цели, не копит, не использует самостоятельно каким-либо иным способом.

В таблице 18 на стр. 92 решения укрупненно приведен расчет суммы вознаграждения, полученного ФИО6, и возвращенного ФИО1, в сумме он за 2 года составил более 11.5 млн.руб.

Из анализа следует, что на расчетном счете Кукурузы Л.В остаются лишь денежные средства для осуществления текущих расходов. На личные цели полученные им денежные средства не используются.

Следовательно, рассчитанный налогоплательщиком ежемесячный доход ФИО6 в сумме 1.3 млн.руб./мес. им не получен и не используется, о чем свидетельствует выписка о движении денежных средств по расчетному счету.

На указанных страницах решения приведен также анализ имущественного положения подконтрольных предпринимателей. Из него следует, что значимых приобретений имущества, сопоставимых по стоимости с «полученным» доходом, у них не было.

Также они не осуществляли вложение в развитие бизнеса, так как деятельность осуществлялась ими на одних и тех же территориях, количество складов, работников, ККТ и т.д. не менялось в течение проверяемого периода.

Все участники схемы несколько раз представляли в налоговый орган различные документы, с разными показателями, изменяли назначение платежей по банку, назначение полученных и переданных денежных средств, уточняли налоговую отчетность, имел место факт сокрытия выручки, не оприходования денежной наличности и др.

У ФИО7 отсутствует остаток денежных средств, полученных в кассу, но не инкассированных, и при этом, заработная плата работникам по банку не перечислялась. В связи с чем, нет доказательств, за счет каких денежных средств ею выплачивалась заработная плата работникам.

В связи с изложенным, из представленных налогоплательщиком расчетов, установить, где содержится достоверная информация, невозможно.

В связи с изложенным, налоговым органом в ходе проверки проведен анализ движения денежных средств с учетом всей информации, имеющейся в налоговом органе, в том числе, выписки банка, данные ОФД, налоговая отчетность и т.д.

Таким образом, довод налогоплательщика о том, что налоговый орган вводит суд в заблуждение, и не представляет соответствующий анализ доходов, не соответствует действительности, не учитывает доказательства, приведенные в оспариваемом решении.

Также заявитель в ходе судебного разбирательства возражал против довода налогового органа, о том, что денежные средства, оплаченные ФИО1 ФИО5 нельзя считать агентским вознаграждением, так как в этот же период времени ФИО5 продал доли, принадлежащие ему в уставном капитале нескольких организаций, в связи с чем, денежные средства, полученные ФИО5 в размере более 49 млн. руб. являются фактически оплатой стоимости доли.

Суд считает необходимым отметить следующее.

На стр. 86 решения указано буквально следующее «Отличается характер расчетов, производимых в проверяемом периоде между принципалом ИП ФИО1 и агентом ИП ФИО5 в сравнении с другими агентами (в части распоряжения денежными средствами, полученными от ИП ФИО1, а именно – вознаграждение не возвращается принципалу), что обусловлено, в том числе тем обстоятельством, что фактически период прекращения финансово-хозяйственных взаимоотношений между ИП ФИО1 и ИП ФИО5 совпадает с периодом отчуждения последним долей от участия во взаимозависимых организациях, входящих в корпоративную структуру бизнеса.

При этом, согласно представленным им ИП ФИО5 в ходе мероприятий налогового контроля документам, часть долей от участия в ООО ТК «СЕМЬ ВЕРСТ», ООО «МАГНАТ», ЗАО «Компания Даллас» реализована проверяемому налогоплательщику».

На стр. 87 решения указано: «Таким образом, учитывая вышеизложенное, налоговый орган пришел к выводу о том, что смена ФИО5 направления деятельности с самостоятельного участия в качестве индивидуального предпринимателя в реализации товара на деятельность по реализации того же товара в качестве агента ИП ФИО1 обусловлена решением поставщиков товара по укрупнению бизнеса и передаче территорий для товара под контроль единого центра, в рассматриваемом случае – ИП ФИО1 При этом, в целях сохранения дохода от осуществления деятельности на переданных ИП ФИО1 ИП ФИО5 территорий, последнему выплачивается причитающийся доход от реализации товара под видом агентского вознаграждения».

В ходе судебного разбирательства представители налогового органа пояснили, что также в отношении ФИО5 проводилась выездная налоговая проверка, справочно указали, что в решении, вынесенном в отношении ФИО5 отражено, что полученный им от ФИО1 доход не является агентским вознаграждением, так как в ходе проверки ФИО1 установлено, что агентские взаимоотношения имели место лишь на бумаге и были созданы для уклонения от налогообложения. В связи с изложенным ФИО5 был доначислен НДФЛ, так как полученные деньги не являлись доходом от предпринимательской деятельности, не могли быть обложены УСН. Косвенно, указанные обстоятельства подтверждают выводы налогового органа. При этом, суд обращает внимание, что выводы относительно всей рассматриваемой ситуации основаны не только на вышеуказанном утверждении.

Относительно соотнесения количества поставленного ФИО5 товара с суммой агентского вознаграждения: практически вся сумма, перечисленная в 2017-2018 годы ФИО1 в адрес ФИО5, отражена налогоплательщиком в регистрах как задолженность по агентскому вознаграждению на 01.01.2017г., за исполнение агентского договора в период, предшествующий проверяемому, в отношении которого контрольные мероприятия не проводились.

Учитывая, что в ходе проверки установлено создание схемы уклонения от уплаты налогов путем включения в финансово-хозяйственную деятельность формальных контрагентов ИП ФИО5, ИП ФИО7, ИП ФИО6, которые не являлись самостоятельными субъектами предпринимательской деятельности и не оказывали услуги для ИП ФИО1 самостоятельно как сторонние контрагенты, а являлись полностью подконтрольными ИП ФИО1 лицами и использовались им для неправомерного увеличения расходов при исчислении налога на доходы физических лиц на суммы агентского вознаграждения, выплаченного агентам, оснований для сопоставления количества поставленного ФИО5 товара с суммой агентского вознаграждения нет.

В течение длительного периода времени ФИО5 получал денежные средства под видом агентского вознаграждения на счет ИП, что соответствует условиям агентского договора от 01.01.2015г. №1-2015.

Так, в пункте 3.2 договора указано, что вознаграждение агенту выплачивается банковским переводом на расчетный счет. В разделе 10 «Почтовые адреса и банковские реквизиты сторон» указан расчетный счет ИП ФИО5, являющийся расчетным счетом индивидуального предпринимателя.

Но в конце взаимоотношений, при выходе из бизнеса все перечисления произведены ФИО1 на счет физического лица ФИО5, что противоречит условиям агентского договора.

Данное обстоятельств обоснованно, по мнению суда, расценено налоговым органом как доказательство того, что взаимоотношения ФИО1 и ФИО5 отличаются, соответственно, денежные средства перечисляются ФИО5 и используются им по-другому, чем остальными агентами.

Относительно установленных проверкой фактов миграции налогоплательщик указывает, что никто из работников не работал одновременно у всех 4 предпринимателей, в том числе, в порядке совместительства, а переход работников от ФИО5 к ФИО7 был оформлен всеми необходимыми кадровыми документами.

ФИО1 полагает, что преемственность трудовых отношений при переводе бизнеса от одного хозяйствующего субъекта к другому является нормальным явлением. Юридическое значение имеет то, насколько фактическое распределение трудовых обязанностей соответствовало документальному оформлению, как была организована хозяйственная деятельность.

Указанный довод не соответствует фактическим обстоятельствам, так как проверкой установлено следующее.

В штате ИП ФИО1, ИП ФИО5, ИП ФИО7 числилась менеджер по персоналу ФИО36, она осуществляла кадровое дело, оформление и хранение трудовых книжек по всем предпринимателям в г.Братске на территории проверяемого налогоплательщика.

Один и тот же инженер по охране труда (ФИО37) был принят по совместительству на работу и к ИП ФИО1, и к ИП ФИО5, и к ИП ФИО7, а фактически ее рабочее место находилось у ИП ФИО6

Кроме того, в ходе проверки доказано, что переход работников от ИП ФИО5 в ИП ФИО7 был оформлен «автоматически» путем централизованного написания заявлений работниками, трудовые книжки хранились в г. Братске, работникам не выдавались, заявления об увольнении и приеме на работу были направлены туда после перехода, ничего в деятельности свидетелей не поменялось: должность, обязанности, рабочее место, покупатели и коллеги и т.д.

ФИО1 через свою кадровую службу участвует при найме сотрудников для всех участников схемы (проводит проверку своей службой безопасности, оформление документов по трудоустройству, хранение трудовых книжек), а также лично контролировал переход сотрудников при смене одного подконтрольного предпринимателя-агента на другого. В связи с изложенным, налоговый орган полагает, что факт переоформления работников с одного агента на вновь созданного, является доказательством применения схемы уклонения от налогообложения.

Также заявитель указывает на отсутствие единой хозяйственной деятельности, на то, что использование одних тех же IP-адресов, ведение кадрового и бухгалтерского учета одним лицом не является основанием для признания факта единой хозяйственной деятельности предпринимателей.

Налоговой проверкой установлена совокупность обстоятельств, свидетельствующих об отсутствии у агентов самостоятельности в осуществлении хозяйственной деятельности, в оспариваемом решении приведены собранные доказательства, которые в совокупности и взаимосвязи подтверждают, что между предпринимателями создан формальный документооборот с целью прикрытия реальных обстоятельств хозяйственной жизни единого субъекта.

Установленные проверкой обстоятельства не позволяют усомниться в отсутствии элементов случайности происходящего. Все осуществленные действия были совершены с прямым умыслом с целью неуплаты налогов, что доказано в ходе проверки совокупностью доказательств совершения налогового правонарушения в их единстве, взаимосвязи и взаимозависимости.

Поведение налогоплательщика и подконтрольных ему лиц при оформлении сделок по оказанию услуг агента продиктовано целью уменьшения их совокупного налогового бремени: уменьшение НДС и НДФЛ за 2017-2018 годы.

Единственной целью регистрации подконтрольных предпринимателей и формального разделения на них деятельности единого хозяйствующего субъекта была минимизация налоговых обязательств ИП ФИО1

В отношении доводов сторон об IP-адресах суд отмечает следующее.

Ранее заявитель ссылался на то, что совпадение IP-адресов не может свидетельствовать о наличии схемы, при этом, в качестве аргументов приведено описание использования динамических IP-адресов.

Указанные доводы налогоплательщика не имеют отношения к фактическим обстоятельствам дела, а именно: налогоплательщиком и его подконтрольными предпринимателями-агентами выход в интернет для сдачи отчетности, осуществления банковских операций, производился в одни и те же даты с одного статического IP-адреса, закрепленного за проверяемым налогоплательщиком по конкретному адресу, по которому ни один из агентов в проверяемом периоде не находился, и, соответственно, не мог пользоваться интернетом посредством данного IP-адреса.

Также выход в интернет для тех же целей осуществлялся всеми участниками схемы с статического IP-адреса, выделенного доверенному лицу ИП ФИО1 ФИО25 по адресу ее проживания.

В связи с изложенным, доводы налогоплательщика в отношении IP-адресов не являются обоснованными.

ФИО1 указывает на необходимость доказывания налоговым органом деления единого хозяйствующего субъекта для соответствия требованиям и ограничениям, установленным пунктом 3 статьи 346.12, пункта 4 статьи 346.13 НК РФ.

При этом, в оспариваемом решении не указывалось на выявление «схемы дробления бизнеса», в связи с чем, указанный довод не имеет отношения к рассматриваемому делу.

Заявитель указал, что никогда не занимался указанной деятельностью самостоятельно без привлечения контрагентов, более того, такая необходимость возникла только лишь в связи с заключением дистрибьюторского соглашения и изменения условия сотрудничества со стороны поставщиков.

Следует отметить, что налогоплательщиком и его контрагентами в разные периоды времени даются различные пояснения относительно начала работы через агентов.

Так, ФИО5 (протокол допроса от 24.06.2021г. № 279) указал, что начал работать по агентскому договору с ФИО1 примерно в 2003-2004 г.

ФИО1 (протокол допроса от 18.02.2022г. №60) указал, что укрупнение поставщиков, послужившее основанием для агентирования, произошло в 2000х годах.

ФИО6 (протоколы допроса от 13.05.2021г., от 13.01.2020г. №3) указывает, что зарегистрировался в качестве ИП (для справки – в 2010г.) по предложению ФИО1, который предложил ему работать по агентскому договору.

В то же время, в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела от 27.01.2023г., на которое ссылается заявитель, приведены показания ФИО1, ФИО5, ФИО6, согласно которым работать по агентскому договору они начали соответственно в 2015 и 2016 гг., что не соответствует показаниям, данным ими ранее, а также пояснениям, представленным в ходе дополнительных мероприятий налогового контроля о требованиях дистрибьюторов.

В ходе проверки для установления фактических обстоятельств заключения агентского договора между ИП ФИО1 и ИП ФИО5, степени участия в принятии данного решения крупных поставщиков, в ходе дополнительных мероприятий налогового контроля у указанных организаций истребованы документы (информация) по взаимоотношениям с ИП ФИО1, ИП ФИО5, пояснения о том, каким образом был выбран данный покупатель, о причинах прекращения взаимоотношений с ним и т.д.

В представленных ответах не содержится значимой информации, на основании которой можно было бы подтвердить доводы проверяемого налогоплательщика и его подконтрольного лица ФИО5 о влиянии поставщиков на выбор способа осуществления ими торговой деятельности посредством агентского договора.

Ни ФИО1, ни его подконтрольным лицом ФИО5 не было представлено документов (информации), позволяющих налоговому органу проверить их доводы (например, протоколы совместных совещаний с представителями поставщиков, уведомления, коммерческие предложения, письма поставщиков и т.д.), в связи с чем, информация о прекращении самостоятельной деятельности ИП ФИО5 и заключении агентского договора по причине расторжения договорных отношений с крупными поставщиками материалами проверки не подтверждается.

К пояснениям относительно периода начала работы по агентским договорам и оснований для их заключения, следует отнестись критически, так как пояснения неоднократно менялись лицами в зависимости от обстоятельств, а проверить фактические обстоятельства не представлялось возможным ввиду давности.

ФИО1 в пояснениях указано, что в связи с ответственностью ФИО1 перед поставщиками по дистрибьюторскому соглашению, им осуществляется контроль деятельности агентов, выраженный в форме инвентаризации товара, своевременной оплаты со стороны контрагентов по агентским договорам и т.д.

Условиями агентских договоров, заключенных с ИП ФИО5, ИП ФИО7, ИП ФИО6 (п.2.1) предусмотрены следующие обязанности агентов:

- производить комплекс мероприятий по изучению и освоению рынка с целью сбыта товаров принципала на указанных в п.1.3 территориях;

- изучать потребительский спрос на товары принципала на указанных в п. 1.3 территориях;

- осуществлять поиск покупателей, желающих приобрести товары принципала;

- по итогам изучения рынка и потребительского спроса формировать заявки на товары принципала для постоянного пополнения своего ассортимента товаров принципала;

- организовать сбыт товара принципала на указанных в п.1.3 территориях;

- контролировать своевременность расчетов покупателей за товары принципала.

Согласно пункту 2.9 агентских договоров принципал обязан обеспечить агентов товарами и необходимыми документами, своевременно уплатить агентское вознаграждение.

Никаких мероприятий по контролю деятельности агентов принципалом (в том числе, инвентаризация товара на складах, инвентаризация дебиторской задолженности) договорами не предусмотрено. Указанные мероприятия характерны для работы одного налогоплательщика, осуществляющего продажи в разных городах.

При анализе договоров с поставщиками установлено, что ФИО1 берет на себя обязательства по контролю работы складов агентов и работы с покупателями, которым товар фактически от своего имени реализуют его подконтрольные лица - агенты, являющиеся (согласно возражениям налогоплательщика) самостоятельными хозяйствующими субъектами. При этом, в договорах все объекты и покупатели указаны как его собственные.

Например, по поставщику ООО «Филип Морис Сэйлз энд Маркетинг»: проверены договоры на оказание услуг ИП ФИО1 по сбору и обработке информации, а также иных действий, связанных с обеспечением постоянного наличия табачных изделий в торговых точках, в которых указано, что исполнитель (ФИО1) осуществляет руководство несколькими оптовыми торговыми точками (приложение №2), которые продают табачную продукцию розничным торговым точкам (приложение №3), исполнитель обязуется предпринять любые разумные и законные действия в рамках своих взаимоотношений с розничными торговыми точками (непосредственно путем прямой доставки или через оптовые торговые точки) с тем, чтобы обеспечить соблюдение розничными торговыми точками условий по товарному запасу.

При этом, в приложении №2 отражены в том числе, следующие оптовые торговые точки: <...>, <...>, <...>, <...>, <...>, то есть оптовые склады не только самого проверяемого налогоплательщика, но и его подконтрольных лиц ИП ФИО7, ИП ФИО6

В приложении №3 указаны розничные торговые точки покупателей, расположенные в г.Усть-Илимск, г.Железногорск, г.Тулун и районах, на которых ведут торговую деятельность предприниматели-агенты. Покупателям, перечисленным в приложении №3, реализуют товар предприниматели-агенты (в соответствии с книгами продаж, представленными ИП ФИО1 к декларациям по НДС): ФИО6 (Протасова ИП, Лемис ООО, Окей ООО, ФИО39, ФИО40 и т.д.), ИП ФИО5, ИП ФИО7 (Байк ООО, ФИО41, Родник ООО, Присаянье плюс ООО, Прок ООО и т.д.)

Указанные обстоятельства, по убеждению суда, подтверждают выводы налогового органа о том, что прослеживается факт подконтрольности деятельности ИП ФИО5, ИП ФИО7, ИП ФИО6 административно-управленческому персоналу и доверенным лицам ИП ФИО1 Фактически все участники схемы являлись единой торговой сетью, имеющей головной офис и склад в г.Братске, и четыре склада с офисами на удаленной территории в г.Усть-Илимск, г.Железногорск-Илимский, г.Северобайкальск, г.Тулун.

Заявитель ссылается на то, что все предприниматели действовали самостоятельно, зарегистрированы в налоговых органах в разное время, имеют штат работников, уплачивают налоги. Налоговым органом не доказано, что конечным выгодоприобретателем по схеме является именно ФИО1 Каждый предприниматель тратил агентское вознаграждение по своему усмотрению.

Суд находит данный довод несостоятельным, так как совокупностью собранных в ходе проверки доказательств доказано, что ФИО1, сознательно привлек в финансово-хозяйственную деятельность подконтрольных предпринимателей-агентов, а созданная ими видимость осуществления самостоятельной деятельности путем оформления документов по взаимоотношениям друг с другом, поставщиками и покупателями и т.д., направлена на сокрытие применяемой схемы и легализацию понесенных расходов в виде агентского вознаграждения.

Относительно представленного в ходе постановления об отказе в возбуждении уголовного дела 27.01.2023г. суд считает необходимым отметить следующее.

Факт не оспаривания налоговым органом постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, не относится к предмету настоящего дела и не может свидетельствовать об отсутствии налоговых нарушений, установленных налоговым органом в оспариваемом решении.

Также заявитель указал в качестве довода, что решение по результатам выездной проверки ФИО5 отменено и направлено на новое рассмотрение.

При этом, во-первых, данное обстоятельство не имеет отношения к рассматриваемому делу, а во-вторых, решение было отменено в связи с нарушением процедуры рассмотрения, а не в связи с недоказанностью нарушений по выездной проверке.

Заявителем в ходе судебного разбирательства был представлен расчет налогов, на основании которого им сделаны выводы о том, что если бы ФИО1 вел деятельность самостоятельно, то понес бы более существенные расходы, а, при условии, что он находится на общей системе налогообложения и налогооблагаемая база предполагает вычет всех расходов, то итоговый налог к уплате не может быть выше.

Судом указанный расчет проверен, установлено, что налогоплательщиком неверно отражены показатели финансово-хозяйственной деятельности, в связи с чем, в результате получены суммы налогов, не соответствующие действительным обстоятельствам, а выводы заявителя суд считает ошибочными.

Так, сумма полученного дохода отражена без учета сокрытой выручки, установленной в ходе проверки за 2017 и 2018 гг. 40 185 316,53 руб. и 28 375 975,27 руб. соответственно.

Сумма заработной платы и страховых взносов за 2017 год по агенту ФИО5 определена в размере 11 851 959,11 руб., фактически они составляют 307 181,38 руб.

Сумма прочих расходов по агентам также определена в ином размере, чем установлено в ходе проведения проверки, и принято налоговым органом. Расшифровки к отдельным статьям расходов со ссылкой на подтверждающие документы не представлены.

В ходе судебного разбирательства заявителем представлено заключение специалиста от 19.09.2023г. № 19/2023, которое составлено специалистом по инициативе заявителя. Выводы специалиста фактически направлены на опровержение выводов налогового органа, сделанные в ходе проведенной проверки.

Данное заключение судом в качестве доказательства незаконности оспариваемого решения не принято в силу следующих обстоятельств.

Суд обращает внимание, что заявитель подменяет функции и задачи, возложенные на налоговые органы и специалистов в отдельных отраслях/экспертные учреждения.

Так, статус налоговых органов определяет действующее законодательство РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 30 Налогового кодекса Российской Федерации, статьями 1, 2 Закона Российской Федерации от 21.03.1991г. № 943-1 «О налоговых органах Российской Федерации» налоговые органы составляют единую централизованную систему контроля за соблюдением законодательства о налогах и сборах, за правильностью исчисления, полнотой и своевременностью уплаты (перечисления) в бюджетную систему Российской Федерации налогов и сборов, включающую в себя федеральный орган исполнительной власти, уполномоченный по контролю и надзору в области налогов и сборов, и его территориальные органы.

Согласно пункту 1 Положения о Федеральной налоговой службе, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 30.09.2004г. № 506, Федеральная налоговая служба является уполномоченным федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функцию по контролю и надзору за соблюдением законодательства о налогах и сборах.

Налоговый же контроль в соответствии со статьей 82 НК РФ означает контроль за соблюдением налогоплательщиками законодательства о налогах и сборах в порядке, установленном НК.

Из приведенных правовых положений очевиден вывод, что именно налоговые органы обладают полномочиями по контролю за соблюдением законодательства о налогах и сборах, контролю за исполнением налогоплательщиком обязанности по уплате налога и принятию принудительных мер вследствие ее неисполнения или ненадлежащего исполнения. Тем самым, налоговый орган – это государственный орган уполномоченный определять сумму налоговых обязательств.

Особенности привлечения специалиста в арбитражном процессе установлены в ряде статей Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В силу статьи 55.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации специалистом в арбитражном суде является лицо, обладающее необходимыми знаниями по соответствующей специальности, осуществляющее консультации по касающимся рассматриваемого дела вопросам. Лицо, вызванное арбитражным судом в качестве специалиста, обязано явиться в суд, отвечать на поставленные вопросы, давать в устной форме консультации и пояснения. Специалист вправе с разрешения арбитражного суда знакомиться с материалами дела, участвовать в судебных заседаниях, заявлять ходатайство о представлении ему дополнительных материалов. Специалист вправе отказаться от дачи консультаций по вопросам, выходящим за пределы его специальных знаний, а также в случае, если представленные ему материалы недостаточны для дачи консультации.

В статье 87.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации закреплены положения о консультации специалиста. В целях получения разъяснений, консультаций и выяснения профессионального мнения лиц, обладающих теоретическими и практическими познаниями по существу разрешаемого арбитражным судом спора, арбитражный суд может привлекать специалиста. Специалист дает консультацию добросовестно и беспристрастно исходя из профессиональных знаний и внутреннего убеждения. Консультация дается в устной форме без проведения специальных исследований, назначаемых на основании определения суда. В целях получения разъяснений и дополнений по оказанной консультации специалисту могут быть заданы вопросы судом и лицами, участвующими в деле.

Таким образом, для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд вызывает специалиста. При этом, ответ на вопрос о правомерности расчетов в компетенцию специалиста не входит.

Правомерность принятия соответствующего решения налогового органа может быть разрешена путем обращения в вышестоящий налоговый орган с соблюдением досудебной процедуры рассмотрения налогового спора, и дальнейшего обращения в судебные органы. Иных механизмов проверки правомерности ненормативного правового акта налогового органа действующим законодательством не предусмотрено.

Более того, суд отмечает, что в распоряжение специалисту предоставлены документы заявителем, однако, материалы проверки представлены не были, только обжалуемое ФИО1 решение № 12-28/8. Иные материалы, на основании которых сделаны выводы налогового органа, не были представлены специалисту.

Таким образом, суд считает, что в данном вопросе исключается возможность получения объективного заключения по исследованию, целью которого являлось «Установление обоснованности выводов налогового органа, положенных в основу решения о привлечении к ответственности».

Резюмируя вышеизложенное, следует отметить, что заключение специалиста не основано на нормах действующего законодательства РФ, выводы сделаны без учета материалов проверки, расчеты произведены без применения какой-либо закрепленной законодательством методики.

Кроме того, следует иметь ввиду, что лица, недобросовестно выполняющие свои налоговые обязанности, не могут пользоваться теми же правами, что и законопослушные налогоплательщики.

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 25.07.2001 № 138-О разъяснил, что по смыслу положения, содержащегося в пункт 7 статьи 3 НК РФ, в сфере налоговых отношений действует презумпция добросовестности налогоплательщиков. Это означает, что правовой защитой пользуются налогоплательщики, которые в полном объеме исполняют свои обязанности по правильному исчислению, удержанию, полному и своевременному перечислению в бюджет законно установленных налогов и сборов. Лица, недобросовестно выполняющие свои налоговые обязанности, не могут пользоваться теми же правами, что и законопослушные налогоплательщики.

При этом, о недобросовестности налогоплательщиков может свидетельствовать ситуация, когда с помощью инструментов, используемых в гражданско-правовых отношениях, создаются схемы незаконного обогащения за счет бюджетных средств, что может привести к нарушению публичных интересов в сфере налогообложения и нарушению конституционных прав и свобод других налогоплательщиков. Оценка добросовестности налогоплательщика предполагает оценку заключенных им сделок, их действительности, особенно в тех случаях, когда они не имеют разумной деловой цели. Заключенные сделки должны не только формально не противоречить законодательству, но и не вступать в противоречие с общими запретами недопустимости недобросовестного осуществления прав налогоплательщиком.

Создание схем незаконного обогащения за счет бюджетных средств с помощью инструментов, используемых в гражданско-правовых отношениях, приводит к нарушению баланса частных и публичных интересов в сфере налогообложения и нарушению конституционных прав и свобод других налогоплательщиков (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 08.04.2004 № 168-О).

В рассматриваемом случае материалами дела подтверждается, что налогоплательщиком не соблюдены пределы прав, установленных пунктом 1 статьи 54.1 НК РФ, в связи с неправомерным списанием налогоплательщиком расходов по сделкам с ИП ФИО5, ИП ФИО7, ИП ФИО6

Более того, суд считает необходимым отметить, что налогоплательщиком в ходе судебного разбирательства приведены доводы, не опровергающие выводы налогового органа о совершении им налогового правонарушения, а свидетельствующие лишь об их переоценке без учета собранных доказательств в их совокупности и взаимосвязи.

Всем существенным доводам заявителя судом дана соответствующая оценка. Иные доводы и пояснения сторон судом рассмотрены и оценены, однако на выводы суда не влияют.

Таким образом, на основании вышеизложенного, суд приходит к выводу о том, что решение Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 23 по Иркутской области № 12-28/8 от 06.06.2022г. о привлечении к налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения соответствует закону, не нарушает права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Согласно части 3 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя, суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования.

При изложенных обстоятельствах, заявленные требования индивидуального предпринимателя ФИО1 удовлетворению не подлежат.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины относятся на заявителя.

Настоящее решение выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет» по адресу: https://kad.arbitr.ru.

По ходатайству указанных лиц копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Руководствуясь статьями 167-170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

в удовлетворении требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение месяца после его принятия, и по истечении этого срока вступает в законную силу.

Судья Л.А. Куклина