Постановление по делу № 10АП-25366/2024 от 21.03.2025

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, <...>, https://10aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ 10АП-25366/2024, 10АП-2732/2025

г. Москва

21 марта 2025 года Дело № А41-33653/21

Резолютивная часть постановления объявлена 18 марта 2025 года Постановление изготовлено в полном объеме 21 марта 2025 года

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Терешина А.В., судей: Катькиной Н.Н., Шальневой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1, при участии в заседании:

от ФИО2 - ФИО3 , представитель по доверенности № 50АБ 9893728 от 02.11.2023,

от конкурсного управляющего ООО «СК Арена Строй» - ФИО4, представитель по доверенности от 04.02.2025 (веб-конференция),

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены надлежащим образом,

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2 и ФИО5 на определение Арбитражного суда Московской области от 16.12.2024 по делу № А41-33653/21,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 16.05.2021 по делу № А41-33653/21 ООО «СК Арена Строй» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре

отсутствующего должника. Сообщение об открытии в отношении должника процедуры банкротства опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 154(7116) от 28.08.2021.

Конкурсный управляющий ООО «СК Арена Строй» ФИО6 обратилась в Арбитражный суд Московской области с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО5, ФИО7, ФИО8 по обязательствам ООО «СК Арена Строй».

Определением Арбитражного суда Московской области от 16.12.2024 ФИО2, ФИО5, ФИО7, ФИО8 привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «СК Арена Строй».

С ФИО2, ФИО5, ФИО7, ФИО8 в конкурсную массу должника солидарно взысканы денежные средства в размере 4 217 514, 21 руб.

Не согласившись с указанным судебным актом, ФИО2 и ФИО5 обратились в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просят определение суда первой инстанции отменить, ссылаясь на неправильное применение судом норм материального права.

Апелляционные жалобы рассмотрены в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 АПК РФ в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на официальном сайте «Электронное правосудие» www.kad.arbitr.ru.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268 АПК РФ.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, обсудив доводы апелляционных жалоб, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены определения суда первой инстанции.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий указал, что в результате совершения ряда сделок бывшими контролирующими лицами должникам, кредиторам должника был причинен вред.

Также указал, что контролирующие лица своевременно не обратились в Арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, а также не предприняли мер по взысканию дебиторской задолженности.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ:

- генеральным директором Должника с 13.12.2018 по момент введения процедуры банкротства являлся ФИО2 (ИНН <***>);

- генеральным директором Должника с 18.09.2018 по 13.12.2018 г. являлся ФИО5 (ИНН <***>);

- генеральным директором Должника с 25.09.2017 по 18.09.2018 г. являлся ФИО8 (ИНН <***>);

- единственным участником Должника с 20.05.2015 по настоящее время является ФИО7 (ИНН <***>).

Таким образом, ответчики являются контролирующими должника лицами по смыслу законодательства о банкротстве.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, арбитражный апелляционный суд пришел к следующим выводам.

Судом первой инстанции было установлено, что контролирующие лица своевременно не обратились в Арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, а также не предприняли мер по взысканию дебиторской задолженности.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий указывает о наличии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности за не подачу заявления о признании должника банкротом.

В силу пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в частности в случае, если:

- удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

- органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

- должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

- имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством.

Заявление должника должно быть направлено в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закон о банкротстве).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 8, 9 Постановления N 53 руководитель должника может быть привлечен к субсидиарной ответственности по правилам статьи 61.12 Закона о банкротстве, если он не исполнил обязанность по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве в месячный срок, установленный пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзаце 7 пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

При этом необходимо учитывать, что субсидиарная ответственность является видом гражданско-правовой ответственности, т.е. наступает при наличии вины. В связи с этим по смыслу абзаца шестого пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве обязанность руководителя обратиться с заявлением должника возникает в момент, когда находящийся в сходных обстоятельствах добросовестный и разумный менеджер в рамках стандартной управленческой практики должен был узнать о действительном возникновении признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества должника, в том числе по причине просрочки в исполнении обязанности по уплате обязательных платежей (пункт 26 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016).

Таким образом, в силу указанных норм права и разъяснений их применения, при установлении оснований для привлечения руководителя к субсидиарной ответственности в связи с нарушением обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом значимыми являются следующие обстоятельства:

- возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве;

- момент возникновения данного условия исходя из стандартной управленческой практики;

- факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;

- объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

С учетом изложенного, при установлении обязанности у руководителя по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника, оснований для привлечения к ответственности в связи с ее нарушением, надлежит исследовать не только финансовые показатели юридического лица, но и осуществляемую обществом в спорный период хозяйственную деятельность; те обстоятельства, в которых принимались руководителем должника соответствующие решения.

Как установлено судом, генеральным директором Должника с 13.12.2018 по момент введения процедуры банкротства являлся ФИО2 (далее - ФИО2).

ФИО2 осуществил списание дебиторской задолженности на сумму, превышающую 31 899 745 рублей, при этом указал, что списание дебиторской задолженности возникло вследствие истечения срока давности.

30 августа 2021 г. конкурсный управляющий Должника ФИО9 отправила запрос ФИО2 с требованием предоставить документы, сообщить информацию, передать материальные ценности, принадлежащие Должнику. Частично со стороны бывшего руководителя Должника запрос был исполнен, предоставлена учредительная документация Должника, а также документация, которая не имеет ценности для проведения ликвидационной процедуры банкротства в отношении Должника.

В частности со стороны бывшего руководителя были предоставлены такие документы, как:

- расчет сумм НДФЛ;

- упрощенные налоговые декларации; - товарная накладная с ООО ТЦ «Комус»;

- выписка по расчетному счету в ПАО «Сбербанк» за период январь-апрель 2018 г. и платежные поручения за этот же период времени.

Полагая, что ответ ФИО2 не полный, конкурсный управляющий обратилась в суд с заявлением об истребовании документов и материальных ценностей от ФИО2.

В ходе судебного разбирательства со стороны ФИО2 в материалы дела, а также конкурсному управляющему, были представлены:

- Приказ № 45 о списании дебиторской задолженности от 20 марта 2019 г.;

- Документ, поименованный как «СПИСАНИЕ МАТЕРИАЛОВ № 1 ОТ 20 МАРТА 2019 г».

Определением Арбитражного суда Московской области от 22 июня 2022 г. конкурсному управляющему было отказано в истребовании документов и материальных ценностей от ФИО2.

Суд первой инстанции принял в качестве доказательств указанные документы и сделал вывод о том, что конкурсный управляющий не представил достоверных доказательств, свидетельствующих о том, что руководитель должника препятствует в получении конкурсным управляющим документов, отражающих экономическую деятельность должника.

Проанализировав представленные документы, суд установил, что исходя из Приказа № 45 о списании дебиторской задолженности от 20 марта 2019 г. следует, что руководитель Должника - ФИО2, списал дебиторскую задолженность Должника на сумму, превышающую 31 899 745 рублей, при этом указав, что причиной списания суммы задолженности является истечение срока исковой давности, а в отношении ООО «ТРЭВИС» (ИНН <***>) причина списания - ликвидация организации (запись в ЕГРЮЛ 28.03.2018). Кроме того, в документе, поименованном как «СПИСАНИЕ МАТЕРИАЛОВ № 1 ОТ 20 МАРТА 2019 г», руководитель Должника - ФИО2, списал товарно-материальные ценности на сумму 1 139 364,66 рублей, не указав причину такого списания.

То есть, за период нахождения в должности руководителя с 13.12.2018 Погосян

ФИО10 не предпринял никаких мер ко взысканию задолженности с

юридических лиц: - ООО «Сториус» (ИНН <***>) в размере 10 200 356,00

рублей; - ООО «Арме Групп» (ИНН <***>) в размере 10 135 000,00 рублей.

В случае, если у ФИО2 отсутствовала первичная бухгалтерская

документация по указанной задолженности, он обязан был ее истребовать от

предыдущего руководителя - ФИО5 (ИНН <***>),

который осуществлял свои полномочия в период с 18.09.2018 по 13.12.2018.

Как следует из заявления налогового органа общая сумма задолженности перед

бюджетом составила 3 253 296,78 рублей, из них:

а) налог на прибыль 123 642,73 руб. за 2015, 2016, 9 месяцев 2017 г., 2018 и 1

квартал 2019 г.; б) НДС - 1 221 004,00 руб. (период не указан);

в) страховые взносы на обязательное медицинское страхование - 203 376,30

руб. за 9 месяцев 2017 г., 2018 и полугодие 2019 г.;

г) страховые взносы на обязательное пенсионное страхование - 598 422,14 руб.

за 2017, 2018 и 1 полугодие 2019 г.; д) НДФЛ за 2018 г. и 6 месяцев 2019 г. - 200 518 руб.;

е) Страховые взносы на обязательное социальное страхование - 63 206,59 руб.

за 2017, 2018 и 9 месяцев 2019 г.; ж) транспортный налог организаций за 2016 г. - 712,60 руб. з) Пеня - 750 112 руб. 02 коп. (период не указан); и) Налог на прибыль - 62 568,19 руб. (период не указан); к) НДС - 318 528,53 руб.;

л) Страховые взносы на обязательное медицинское страхование - 63 334,57

руб.;

м) Страховые взносы на обязательное пенсионное страхование - 199 657,58

руб.; н) НДФЛ - 200 518 руб.;

о) Страховые взносы на обязательное социальное страхование - 23 209,37 руб.;

п) Транспортный налог организаций - 1020,20 руб.; р) Штрафы 92 302,40 руб.

Исходя из анализа представленных документов, следует, что у Должника был открыт единственный расчетный счет № <***> в ПАО Сбербанк.

Исходя из информации о движении денежных средств по указанному расчетному счету, следует, что полностью прекратились операции по расчетному счету - 28.11.2018 и, начиная с 27.01.2017 по 28.11.2018 Федеральная служба судебных приставов, а также непосредственно налоговый орган (МИФНС № 14 по Московской области), списывают денежные средства в принудительном порядке в счет погашения задолженности по обязательным платежам.

Таким образом, начиная с января 2017 г. Должник имел финансово нестабильную ситуацию, которую он преодолевал за счет поступления денежных средств от контрагентов, и которые частично шли на погашение задолженности по обязательным платежам.

Как следует из бухгалтерского баланса Должника за 2018 год, Должник имел следующие активы и Пассивы по состоянию на 2018 г.:

- активы: - основные средства - 11 тыс. рублей; - прочие внеоборотные активы - 10 тыс. рублей; - запасы 1 214 тыс. рублей; - дебиторская задолженность - 31 899 тыс. рублей; - прочие оборотные активы - 6 тыс. рублей;

- пассивы: - уставный капитал - 400 тыс. рублей; - нераспределенная прибыль - 327 тыс. рублей; - заемные средства - 2 139 тыс. рублей;- кредиторская задолженность - 30 972 тыс. рублей.

Кроме того, ФИО2 получал денежные средства со счета Должника по различным основаниям на сумму 3 618 000 рублей за период с 16.11.2017 по 09.11.2018.

В период нахождения в должности руководителя Должника ФИО2 знал или должен был знать о наличии признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества Должника, но он не предпринял мер по подаче заявления о признании Должника несостоятельным (банкротом).

Также ФИО8 являлся генеральным директором Должника с 25.09.2017 по 18.09.2018.

Кроме того, ФИО8 в период с 17.11.2017 по 22.01.2018 получал денежные средства со счета Должника по различным основаниям на сумму 550 000 руб.

Какие-либо основания для перечисления указанных денежных средств в пользу ответчика ФИО8 суду не представлено.

ФИО7, начиная с 20.05.2015 по настоящее время является единственным участником Должника. ФИО7, оставаясь участником Должника с 20.05.2015, не предприняла никаких действий по обязанию сменяющихся руководителей Должника предпринять комплекс мер по взысканию дебиторской задолженности к следующим контрагентам:

- ООО «Сториус» (ИНН <***>) в размере 10 200 356,00 рублей; - ООО «Арме Групп» (ИНН <***>) в размере 10 135 000,00 рублей;

- ООО «ТРЭВИС» (ИНН <***>) в размере 11 564 389,00 рублей. Период возникновения указанной задолженности:

- ООО «Сториус» (ИНН <***>) 02.09.2015-31.12.2015 гг.; - ООО «Арме Групп» (ИНН <***>) 30.01.2016 г.; - ООО «ТРЭВИС» (ИНН <***>) 02.03.2016 г.

При этом участник Должника ФИО7 знала или должна была знать о наличии признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества Должника, поскольку из банковской выписки следует, что ФИО7 систематически получала денежные средства со счета Должника, а, следовательно, она интересовалась экономическими показателями Должника.

Однако она не предприняла меры по подаче заявления о признании Должника несостоятельным (банкротом), либо по принятию мер об обязании ФИО2 обратиться в суд с заявлением о банкротстве Должника.

Таким образом, суд пришел к выводу о том, что ответчики подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по указанным основаниям.

Суд установил, что руководители Должника и его участник в преддверии банкротства выводили ликвидное имущество (денежные средства) на сумму 6 552 524 руб., не предпринимая при этом мер по взысканию дебиторской задолженности в общей сумме более 30 млн. руб., совершив действия по её необоснованному списанию.

В соответствии со статьей 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

В ранее действовавшей норме статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона N 134-ФЗ) содержалось аналогичное основание привлечения к субсидиарной ответственности: "пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона".

Таким образом, порядок реализации ответчиками принадлежащих им субъективных прав в статусе контролирующих должника лиц подчинялся тем же правилам и ограничениям, которые действовали в соответствующие периоды совершения им вредоносных сделок.

В этой связи рассмотрение основанного на абзаце втором пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве требования конкурсного управляющего является правомерным и не противоречит частно-правовому принципу недопустимости придания обратной силы закону, поскольку не ухудшает положение ответчиков по сравнению с ранее действовавшим регулированием.

При таких обстоятельствах в настоящем споре подлежат применению разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление N 53), в той их части, которая не противоречит существу нормы статьи 10 Закона о банкротстве в приведенных выше редакциях.

Ответственность контролирующих лиц должника является гражданско- правовой, в связи с чем, возложение на этих лиц обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, следовательно, для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда (статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В пункте 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56 Кодекса), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Согласно пункту 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований

кредиторов отсутствует. Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

В силу норм пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Таким образом, бремя доказывания добросовестности и разумности действий контролирующих должника лиц возлагается на этих лиц, поскольку причинение ими вреда должнику и его кредиторам презюмируется.

Конкурсный управляющий, либо кредиторы не обязаны доказывать их вину как в силу общих принципов гражданско-правовой ответственности (пункту 2 статьи 401, пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации), так и специальных положений законодательства о банкротстве.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 16 Постановления N 53, следует, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным

исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства.

Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

ФИО2 получал денежные средства со счета Должника по различным основаниям на сумму 3 618 000 рублей за период с 16.11.2017 по 09.11.2018.

Также в пользу предыдущего генерального директора ФИО5 совершены сделки по перечислению денежных средств со счета Должника по различным основаниям на сумму 825 700 рублей (ФИО5 являлся генеральным директором Должника с 18.09.2018 по 13.12.2018).

В заявлении конкурсного управляющего отражены операции перечисления денежных средств со счета Должника в пользу ФИО7 И только в перечислении денежных средств от 22.01.2018 г. в назначении платежа отражена

информация о перечислении денежных средств по договору аренды земельного участка.

Снятие (перечисление) денежных средств только в пользу ФИО2 (ИНН <***>) само по себе привело к объективному банкротству, поскольку сумма снятия денежных средств за период с 16.11.2017 по 09.11.2018 указанным лицом составляет 87,5 % от суммы всех требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов на настоящий момент, а на момент снятия указанных средств сумма снятия превышала размер задолженности Должника перед налоговым органом.

Судом установлено, что руководители должника ФИО2, ФИО5 и участник Общества ФИО7 являются заинтересованными по отношению друг к другу лицами, так как они члены одной семьи (отец, сын и мать) согласно сведениям из ЗАГСа.

В связи с указанными обстоятельствами суд приходит к выводу о наличии оснований для привлечения ФИО2, ФИО5, ФИО11, ФИО8 к субсидиарной ответственности по основаниям, указанным в подпункте 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом о том, что размер субсидиарной ответственности составляет 4 217 514,21 руб.

Таким образом, с ФИО2 (ИНН <***>), ФИО5 (ИНН <***>), ФИО7 (ИНН <***>), ФИО8 (ИНН <***>) в

конкурсную массу ООО «СК Арена Строй» подлежат взысканию денежные средства в размере 4 217 514,21 рублей.

Относительно довода ФИО2, что к спорным правоотношениям необходимо применять нормы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в редакции Федерального закона № 72-ФЗ от 18.06.2017 г., а также более ранних редакций суд указывает следующее.

Все фактические основания (действия и бездействия) для привлечения к ответственности контролирующих должника лиц (ФИО2, ФИО12, ФИО8 и ФИО7) относятся к временному периоду действия ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в редакции от 29.07.2017, которая вступила в законную силу 29.10.2017.

Временной период получения контролирующими лицами Должника денежных средств с единственного расчетного счета Должника уточнен конкурсным управляющим, за начало отчетного периода взята дата 30.10.2017.

Относительно довода ФИО2 о том, что могут быть проверены только те сделки, которые совершены в трехлетний период, предшествующий дате возбуждения производства по делу о банкротстве, суд указывает на следующее.

Заявление о привлечении к субсидиарной ответственности не является заявлением об оспаривании сделок Должника.

В соответствии с п.5 ст. 61.14 Закона о банкротстве заявление о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным настоящей главой, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности.

Следовательно, за все действия или бездействия контролирующих Должника лиц после 29.10.2017, если такие действия причинили Должнику существенный вред,

контролирующие должника лица должны быть привлечены к субсидиарной ответственности.

В случае, если действия контролирующих должника лиц не явились следствием объективного банкротства, то такие лица подлежат привлечению к ответственности в виде возмещению убытков.

Доводы апелляционных жалоб направлены на переоценку норм материального права, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены или изменения оспариваемого определения суда.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с пунктом 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены обжалуемого судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 16.12.2024 по делу № А41-33653/21 оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Московского округа в месячный срок со дня его принятия. Подача жалобы осуществляется через Арбитражный суд Московской области.

Председательствующий судья А.В. Терешин

Судьи Н.Н. Катькина

Н.В. Шальнева