СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Томск Дело № А67-10015/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 20 мая 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 22 мая 2025 года.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Чащиловой Т.С.,

судей Иванова О.А.,

Логачева К.Д.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Хуснутдиновой А.О. с использованием средств аудиозаписи в режиме веб-конференции, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО1 (№07АП-6847/2021 (50)), ФИО2 (№07АП-6847/2021 (51)), ФИО3 (№07АП-6847/2021 (52)), ФИО4 (№07АП-6847/2021 (53)) на определение Арбитражного суда Томской области от 13.03.2025 по делу № А67-10015/2020 (судья Панкратова Н.В.) о несостоятельности (банкротстве) открытого акционерного общества «Томгипротранс» (ИНН <***>, ОГРН <***>, адрес: 634041, <...>), принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО5 о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по обязательствам должника,

при участии в судебном заседании:

от ОАО «Томский проектно-изыскательский институт транспортного строительства «ТОМГИПРОТРАНС»: ФИО6, доверенность от 12.09.2024, паспорт;

от ФИО4: лично, паспорт;

от ФИО2: лично, паспорт;

от ФИО3: ФИО7, доверенность от 20.12.2023, удостоверение адвоката;

от ФИО1: ФИО8, доверенность от 16.01.2023, удостоверение адвоката;

иные лица, участвующие в деле, не явились, надлежащее извещение,

УСТАНОВИЛ:

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) открытого акционерного общества «Томгипротранс» (далее – ОАО «Томгипротранс», должник) исполняющий обязанности конкурсного управляющего должника обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО4, ФИО1, ФИО2, ФИО9, ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ОАО «Томгипротранс» за невозможность полного погашения требований кредиторов.

Определением Арбитражного суда Томской области от 13.03.2025 (резолютивная часть объявлена 19.02.2025) в удовлетворении требований конкурсного управляющего отказано.

Взысканы солидарно с ФИО2 (далее – ФИО2) и ФИО9 (далее – ФИО9) в пользу ОАО «Томгипротранс» убытки в размере 43 375 000 руб.

Взысканы солидарно с ФИО1 (далее – ФИО1) и ФИО9 в пользу ОАО «Томгипротранс» убытки в размере 3 235 000 руб.

Взысканы с ФИО3 (далее – ФИО3) в пользу ОАО «Томгипротранс» убытки в размере 4 516 000 руб.

Взысканы с ФИО4 (далее – ФИО4) в пользу ОАО «Томгипротранс» убытки в размере 21 360 235,17 руб.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО4, ФИО1, ФИО2, ФИО3 обратились в Седьмой арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просят определение Арбитражного суда Томской области от 13.03.2025 отменить в части взыскания убытков с каждого, принять новый судебный акт.

В обоснование доводов жалобы заявители указывают на нарушение норм материального права.

По мнению апеллянта ФИО1, его действия как руководителя должника не являются противоправными, так как договор аренды от 01.01.2017, на основании которого осуществлялись платежи в пользу должника, был заключен до назначения его на должность генерального директора. Оснований для неисполнения договора не было, в спорный период он не был признан недействительным. Кроме того, по его мнению, мнимый характер платежей, сделанный в пользу ООО «Геосервис», в большей степени относится к обязательствам должника, возникшим из договора возмездного оказания услуг от 30.03.2018, платежи по которому апеллянт не производил. В связи с чем противоправные действия он не совершал. Возражает против солидарного характера взыскания убытков с него как причинителя вреда и ФИО9 как выгодоприобретателя, так как материалами дела не установлена совместность их действий. Правовая позиция, изложенная в определении высшей судебной инстанции, относится к иным обстоятельствам дела и не применима к сложившимся правоотношениям. Виновность действий апеллянта судом первой инстанции не установлена.

ФИО2 считает, что спорные сделки не выходили за пределы обычной хозяйственной деятельности должника, в связи с чем не являлись крупными, в спорный период не были признаны недействительными. При таких обстоятельствах апеллянт действовал в пределах данных ему полномочий, неправомерных действий не совершал. В материалы дела представлены доказательства реального получения должником встречного представления по сделкам, заключенным с контрагентами, в связи с чем противоправные действия апеллянт не совершал. Возражает против солидарного характера взыскания убытков с него как причинителя вреда и ФИО9 как выгодоприобретателя, так как материалами дела не установлена совместность их действий. Правовая позиция, изложенная в определении высшей судебной инстанции, относится к иным обстоятельствам дела и не применима к сложившимся правоотношениям.

ФИО3 считает, что обжалуемым определением установлено двойное возмещение убытков, причиненное одними и теми же действиями апеллянта как лица, контролирующего должника. Кроме того, судом не обосновано, в чем именно заключалось противоправное поведение ответчика. Считает, что требование должника к ООО «Гипротрнас-Инжиринг Томск» погашено в результате зачета встречного однородного требования, в связи с чем у должника не возникло убытков.

ФИО4 считает, что факт нахождения документов и имущества, принадлежащих должнику, во владении апеллянта судом первой инстанции установлен не был. ФИО4 не представил суду сведений о фактическом местонахождении материальных ценностей должника, так как данные сведения ему не передавались и их местонахождение ему неизвестно. Кроме того, непередача имущества не является по своей правовой природе убытками.

В порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) представитель конкурсного управляющего должника представил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. По его мнению, вопреки доводам апеллянтов доказательства причинения вреда должнику подтверждаются судебными актами, имеющими преюдициальное значения для правильного рассмотрения и разрешения настоящего обособленного спора.

В судебном заседании отзыв был приобщен к материалам дела, участники процесса поддержали изложенную правовую позицию по делу.

Иные лица, участвующие в деле и в процессе о банкротстве, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи с чем, суд апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ рассмотрел апелляционную жалобу в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, отзыв на нее, проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции в порядке статьи 268 АПК РФ, арбитражный суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены судебного акта исходя из следующего.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как видно из материалов дела, решением от 27.04.2022 должник признан банкротом, открыто конкурсное производство.

Конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, ссылаясь на совершение ими действий и сделок, которые привели к невозможности полного погашения требований кредиторов.

Суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для взыскания убытков в пользу должника с ФИО4, ФИО1, ФИО2, ФИО9, ФИО3, не установив оснований для привлечения их к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Судебные акты обжалуются в части взыскания убытков с ответчиков, в остальной части доводы о наличии оснований для отмены судебного акта не приведены.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным главой III.2 Закона о банкротстве.

Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор), временный единоличный исполнительный орган, члены коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), а равно управляющая организация или управляющий при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества, осуществлять свои права и исполнять обязанности в отношении общества добросовестно и разумно (пункт 1 статьи 71 Федерального закона «Об акционерных обществах»).

Данная позиция также отражена в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление №62).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 1 Постановления №62, истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

В соответствии с подпунктом 5 пункта 2 Постановления №62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку на заведомо невыгодных для юридического лица условиях.

Согласно абзацу 7 пункта 2 Постановления №62 под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента). Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

Директор освобождается от ответственности, если докажет, что заключенная им сделка хотя и была сама по себе невыгодной, но являлась частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых предполагалось получение выгоды юридическим лицом. Он также освобождается от ответственности, если докажет, что невыгодная сделка заключена для предотвращения еще большего ущерба интересам юридического лица.

При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее - ГК РФ).

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на единоличный исполнительный орган юридического лица обязанностей заключаются, в частности, в принятии им всех необходимых и достаточных мер для достижения максимального положительного результата от предпринимательской и иной экономической деятельности общества (пункт 4 Постановления №62).

Ответственность контролирующих должника лиц за причинение ими убытков носит гражданско-правовой характер и ее применение возможно лишь при наличии определенных условий, предусмотренных статьей 15 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинно-следственную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками.

Как установлено судом первой инстанции, в соответствии с информацией, содержащейся в ЕГРЮЛ:

ФИО2 являлся руководителем Должника в период с октября 2011 года по сентябрь 2019 года;

ФИО1 занимал должность генерального директора в период с 27.09.2019 по 28.12.2020;

ФИО4 занимал должность генерального директора должника с 19.02.2021 по дату введения процедуры конкурсного производства (29.05.2022).

Исходя из заявления конкурсного управляющего должника (с учетом всех уточнений) требования по настоящему обособленному спору в отношении ФИО2, ФИО1 основаны на судебных актах о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности, в соответствии с которыми должнику причинен имущественный вред в рамках настоящего дела о банкротстве.

В период с 30.01.2018 по 06.09.2019 (когда руководителем Должника являлся ФИО2) общая сумма платежей в пользу ООО «Геосервис», признанных недействительными, составляет 43 375 000 руб.:

- определением Арбитражного суда Томской области от 27.12.2022 по делу № А67- 10015-43/2020 признаны недействительными платежи, совершенные в пользу ЗАО «УК Афина Паллада» за период с 08.02.2018 по 31.07.2018 на общую сумму в размере 4 817 000 руб.

- определением Арбитражного суда Томской области от 13.07.2023, оставленным без изменения Постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 07.09.2023 по и Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 04.12.2023 по делу № А67-10015-47/2020 признаны недействительными платежи, совершенные в пользу ООО «Геосервис» за период с 30.01.2018 по 07.10.2022 на общую сумму 28 133 000 руб.

- определением Арбитражного суда Томской области от 07.02.2023 по делу № А67- 10015-45/2020 признаны недействительными платежи, совершенные в пользу ООО «Донэкс» за период с 30.05.2018 по 12.10.2018 на общую сумму в размере 8 000 000 руб.

- определением Арбитражного суда Томской области от 10.02.2023 по делу № А67- 10015-42/2020 признаны недействительными платежи, совершенные в пользу ООО «Солорент» за период с 20.04.2018 по 01.03.2019 на общую сумму 5 660 000 руб.

Определением Арбитражного суда Томской области от 13.07.2023, оставленным без изменения Постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 07.09.2023 по и Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 04.12.2023 по делу № А67-10015-47/2020 признаны недействительными платежи, совершенные в пользу ООО «Геосервис» за период с 30.01.2018 по 07.10.2022 на общую сумму 28 133 000 руб.

Из чего следует, что в период с 06.11.2019 по 07.10.2020 когда руководителем Должника являлся ФИО1 общая сумма платежей, признанных недействительными, составляет 3 235 000 руб.

При рассмотрении дела суд первой инстанции учел, что вышеуказанными судебными актами установлен факт совершения сделок, признанных недействительными, с целью юридически оградить ликвидное имущество (денежные средства) от возможного притязания кредиторов ОАО «Томгипротранс», сохранив возможный контроль над ним и возможность распоряжения им с целью получения в последующем имущественный выгоды, что свидетельствует о наличии единого конечного бенефициара, контролирующего действия как ОАО «Томгипротранс», так и ООО «Геосервис».

Таким образом, вопреки доводам апеллянтов суд первой инстанции пришел к правильным выводам о том, что данные обстоятельства в достаточной степени подтверждают недобросовестность действий ответчиков и свидетельствуют о наличии прямой причинной связи между их действиями и убытками должника.

Суд апелляционной инстанции отклоняет довод ФИО1 об отсутствии противоправного характера в его действиях по причине отсутствия оснований для неисполнения договора аренды от 01.01.2017 и его действительности в спорный период.

Вопреки доводам апеллянта после назначения нового директора Общества ФИО1 при должной степени заботливости и осмотрительности мог и должен был знать об обстоятельствах заключения оспариваемых сделок и возникновения у общества убытков в результате исполнения обязательств по ним.

Довод апеллянта о том, что мнимый характер платежей, сделанный в пользу ООО «Геосервис», в большей степени относится к обязательствам должника, возникшим из договора возмездного оказания услуг от 30.03.2018, не принимается во внимание судом апелляционной инстанции, так как данное утверждение является личным мнением заявителя жалобы и не подтверждает отсутствие противоправных действий со стороны бывшего руководителя должника.

Само по себе наличие реституционного требования к другой стороне подозрительной сделки не является препятствием для признания за кредиторами права требовать возмещения имущественного вреда, возникшего вследствие противоправного вывода активов, от лиц, участвующих в незаконной схеме, в результате противоправных действий которых было утрачено имущество должника (чьи действия были направлены на создание необходимых условий для совершения недействительной подозрительной сделки) – статья 1064 Гражданского кодекса РФ. Хотя основания этих требований различны, они преследуют единую цель – возместить в полном объеме имущественные потери конкурсной массы, поэтому обязательства приобретателя (стороны сделки) и причинителя вреда (например, лица, подписавшего подозрительный договор) являются солидарными (ст.323 Гражданского кодекса РФ), что позволяет исключить возникновение неосновательного обогащения на стороне конкурсной массы (Определение ВС РФ №305-ЭС23-26121(2) от 13.05.2024 г. по делу № А41-71149/2020).

Как следует из фактических обстоятельств дела и не оспаривается сторонами, вышеуказанные сделки, признанные недействительными, совершались руководителями ОАО «Томгипротранс» - ФИО2 и ФИО1, при этом в рассматриваемый период конечным бенефициаром ОАО «Томгипротранс», а также по данным сделкам признанными недействительными являлась ФИО9, как следствие данные лица обязаны солидарно отвечать по обязательствам должника.

Доводы апеллянтов об обратном основаны на неверном толковании норм права, в связи с чем не свидетельствуют о наличии оснований для переоценки выводов суда.

Как следует из фактических обстоятельств, бывшим руководителем ОАО «Томгипротранс» – ФИО4 в материалы дела был представлен договор о полной индивидуальной материальной ответственности от 17.03.2021, заключенный между ФИО4, как генеральным директором ОАО «Томгипротранс» и ФИО3 – первым заместителем генерального директора – главного инженера ОАО «Томгипротранс», в соответствии с которым ФИО3 принял на себя полную материальную ответственность за недостачу вверенного ему Работодателем имущества, а также за ущерб, возникший у Работодателя в результате возмещения им ущерба иным лицам.

По накладным № 7 и № 27 ФИО4 передал ФИО3 имущество ОАО «Томгипротранс».

В последующем - 01.06.2021 - между ОАО «Томгипротранс» в лице первого заместителя генерального директора – главного инженера ФИО3 и ООО «Гипротранс-Инжиниринг Томск» (руководителем которого также является ФИО3) заключен договор № 0106-2021 на оказание услуг по обеспечению сохранности имущества, в соответствии с которым на ответственное хранение была передана специализированная техника и автотранспортные средства, принадлежащие ОАО «Томгипротранс».

Определением Арбитражного суда Томской области от 02.10.2023 по делу №А67-10015-71/2020 данный договор признан недействительным и применены последствия недействительности сделки в виде обязания ООО «Гипротранс-Инжиниринг Томск» возвратить ОАО «Томгипротранс» имущество, переданное по договору № 0106-2021 от 01.06.2021 на оказание услуг по обеспечению сохранности имущества по месту нахождения ОАО «Томгипротранс».

Вступившим в законную силу судебным актом было установлено, что в настоящем случае между должником и ответчиком заключен договор хранения явно и очевидно в ущерб должнику, в результате которых, техника фактически передана в пользование ответчику. При этом не обоснована экономическая целесообразность передачи техники на хранение ответчику при наличии у должника возможности использовать ее в коммерческих целях.

Ответчик, проявляя обычную степень осмотрительности, не мог не осознавать то, что сделка нарушает права и законные интересы кредиторов, справедливо рассчитывающих на удовлетворение их требований за счет равноценного денежного эквивалента, полученного от реализации техники и иного имущества, переданного на хранение.

Таким образом, факт заключения спорной сделки в условиях неисполнения существовавших обязательств перед кредиторами, совершение сделок с аффилированным контрагентом ООО «Гипротранс-Инжиниринг Томск», в то время как за счет указанного имущества могли быть исполнены уже существующие обязательства перед кредиторам - в своей совокупности являются обстоятельствами, достаточными для определения того, что у должника имелась цель причинения вреда своим кредиторам в результате совершения названной сделки.

Руководителем ООО «Гипротранс-Инжиниринг» с декабря 2021 года согласно выписке из ЕГРЮЛ является ФИО3 Он же в момент совершения оспариваемой сделки являлся первым заместителем директора, главным инженером ОАО «Томгипротранс». Договор хранения N 0106-2021 от 21.06.2021 подписан от имени ОАО «Томгипротранс» ФИО3

Таким образом, вопреки доводам апеллянтов суд первой инстанции пришел к правильным выводам о том, что данные обстоятельства в достаточной степени подтверждают недобросовестность действий ФИО3 и свидетельствуют о наличии прямой причинной связи между его действиями и убытками должника.

Определением Арбитражного суда Томской области от 10.10.2024 изменен способ исполнения судебного акта Определения Арбитражного суда Томской области от 02.10.2023 по делу № А67-10015-71/2020 на взыскание с ООО «Гипротранс-Инжиниринг Томск» денежных средств в размере 4 516 000 руб.

Таким образом, требование конкурсного управляющего о взыскании с ФИО3 убытков пересекается с требованием о признании сделки недействительной с применением последствий ее недействительности в виде взыскания с ответчика денежных средств.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 8 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62, удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав, например, путем применения последствий недействительности сделки, истребования имущества юридического лица из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу. Однако в случае, если юридическое лицо уже получило возмещение своих имущественных потерь посредством иных мер защиты, в том числе путем взыскания убытков с непосредственного причинителя вреда (например, работника или контрагента), в удовлетворении требования к директору о возмещении убытков должно быть отказано.

Согласно правовой позиции, отраженной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 27.12.2021 №308 -ЭС17-15907(7) по делу №А53-1203/2016, при разрешении вопроса о наличии или отсутствии тождественности предъявленных кредитором требований судам необходимо определить правовую природу самих обязательств.

Законодатель разделяет обязательства по основаниям их возникновения, указывая, в том числе, что они могут возникнуть как из договоров и других сделок, так и вследствие причинения вреда (п. 2 ст. 307 ГК РФ).

Признавая сделку недействительной по основаниям ст. 61.2, 61.3 Закона о банкротстве суд применяет последствия ее недействительности, предусмотренные ст. 61.6 Закона о банкротстве.

Из п. 1 ст. 61.6 Закона о банкротстве следует, что приобретатель имущества обязан вернуть полученную вещь в конкурсную массу, а в случае невозможности ее вернуть - компенсировать ее стоимость в соответствии с положениями ГК РФ об обязательствах из неосновательного обогащения.

При реституции же истребованию подлежит, как правило, то, что получено лицом по недействительной сделке, а потому либо ему не принадлежит, либо составляет его неосновательное обогащение; такой возврат никак не связан с причинением вреда и мерой ответственности не является.

Следовательно, возврат полученного по недействительной сделке на основании п. 1 ст. 61.6 Закона о банкротстве имеет кондикционную природу, что исключает любое использование этого механизма в качестве меры ответственности; реституционное требование и требование о взыскании убытков не являются тождественными.

Таким образом, по своей правовой природе применение последствий недействительности сделки не является формой гражданско-правовой ответственности, поскольку направлено исключительно на возврат всего полученного по недействительной сделке и восстановление права требования контрагента к должнику.

Требование о взыскании убытков представляет собой требование к контролирующим лицам, направленное на компенсацию последствий их негативных действий, то есть является формой гражданско-правовой ответственности. Конечная цель предъявления требования о взыскании убытков с контролирующего должника лица заключается в необходимости возместить вред, причиненный кредиторам.

Таким образом, указанные требования различны как по предмету и основанию, так и по способу определения размера взыскания.

Согласно п. 8 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62, привлечение контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, как и взыскание убытков, возможно вне зависимости от того, имелись ли иные способы возмещения потерь, равно как и независимо от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков. Основанием для отказа в удовлетворении требований является только возврат в конкурсную массу полученного имущества.

То есть ключевым юридически значимым обстоятельством является реальный возврат в конкурсную массу взысканных денежных средств. В случае, если контролирующее должника лицо соответствующий судебный акт не исполнило, взыскание убытков с него не влечет двойную ответственность, а лишь может предоставить кредиторам иные инструменты для удовлетворения требований.

При этом п. 8 указанного выше Постановления не содержит указания на субъектный состав, что свидетельствует о возможности одновременного применения нескольких способов возмещения имущественных потерь к одному лицу.

Таким образом, действующее законодательство не исключает возможность привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности (взыскания убытков) при применении последствий недействительности сделки; несмотря на совпадение кредитора по данным обязательствам при применении последствий недействительности и привлечении к субсидиарной ответственности двойной ответственности не возникает, возникают два солидарных обязательства разной природы.

При наличии двух судебных актов (о применении последствий недействительности сделки путем возврата полученного в конкурсную массу и о привлечении к ответственности в виде взыскания убытков) в том случае, если один судебный акт будет полностью исполнен, то исполнительное производство по второму судебному акту оканчивается судебным приставом-исполнителем в порядке ст. 47 Федерального закона от 02.10.2007 №229-ФЗ «Об исполнительном производстве»; если будут исполнены оба судебных акта, то по позднее исполненному осуществляется поворот исполнения в порядке ст. 325 АПК РФ.

Вместе с тем, как установлено судом, определение арбитражного суда от 02.10.2023 о взыскании с ООО «Гипротранс-Инжиниринг Томск» в конкурсную массу ОАО «Томгипротранс» 4 516 000 руб. не исполнено, должник и его кредиторы не получили реального удовлетворения соответствующих требований. Следовательно, оснований для прекращения исполнительного производства не имеется.

Ссылка апеллянта на зачет встречных однородных требований (по начисленной, но невыплаченной заработной плате в размере 4 941 780, 45 руб.) судом оценивается критически.

Так, апеллянтом не доказан размер задолженности, принятой к зачету; в материалах дела отсутствуют документы, подтверждающие направление должнику и получение им письма о зачете.

Кроме того, обязательство не может быть прекращено зачетом встречного однородного требования, срок которого наступил, после предъявления иска к лицу, имеющему право заявить о зачете.

По смыслу п. 1 ч. 3 ст. 132 АПК РФ после предъявления иска к должнику не допускается прекращение обязательства зачетом встречного однородного требования в соответствии с нормами статьи 410 ГК РФ. Ответчик может защитить свои права предъявлением встречного искового требования, направленного к зачету первоначального требования, либо посредством обращения в арбитражный суд с отдельным исковым заявлением.

Аналогичной позиции придерживается ВАС РФ в п. 1 Информационного письма от 29.12.2001 г. №65 «Обзор практики разрешения споров, связанных с прекращением обязательств зачетом встречных однородных требований».

Апеллянт не воспользовался своим правом на предъявление встречного иска.

Таким образом, сам по себе факт принятия судебных актов о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности без установления факта их реального исполнения (фактического возмещения вреда имущественной сфере должника) - не может являться единственным основанием для отказа в удовлетворении требования о взыскании убытков с контролирующего должника лица.

С учетом изложенного, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что действиями ФИО3 должнику причинены убытки в размере 4 516 000 руб.

Суд апелляционной инстанции согласен с выводами суда первой инстанции в части взыскания суммы убытков с ФИО4 в связи с непередачей и ненадлежащим хранением материальных ценностей.

В силу статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно абзацу второму пункта 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В силу положений пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица. Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства. В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора. Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.) (пункт 2 постановления Пленума №62).

Взыскание убытков с единоличного исполнительного органа зависит от того, действовал ли он при исполнении обязанностей разумно и добросовестно, то есть проявлял ли он заботливость и осмотрительность, и принял ли все необходимые меры для надлежащего исполнения своих обязанностей.

Критерии добросовестности и разумности действий руководителя юридического лица приведены в пунктах 4 и 5 постановления Пленума №62.

Как следует из судебных актов по обособленному спору об истребовании у ФИО4 документов и материальных ценностей должника, последним не было передано имущество должника, отраженное в оборотно-сальдовых ведомостях общества по счету № 01 (сведения об основных средствах) за первую половину 2021 года в период, когда ФИО4 исполнял обязанности руководителя должника – всего 220 пунктов на общую сумму 21 360 235,17 руб. (с учетом акта приема-передачи от 22.11.2023, в соответствии с которым ФИО4 было передано конкурсному управляющему 111 единиц материальных ценностей на общую сумму 3 441 670,78 руб.).

ФИО4 не представил сведений о фактическом нахождении вышеуказанных материальных ценностей (220 единиц) должника на общую сумму 21 360 235,17 руб.

Доказательств утраты указанного имущества в результате неправомерных действий третьих лиц в материалы дела не представлено.

Как пояснил в судебном заседании ФИО4, им не предпринимались меры по розыску имущества должника, оно не списывалось с баланса предприятия.

Инвентаризация материальных ценностей при смене руководителя должника на ФИО4 не производилась.

Вышеуказанные действия не могут считаться обычным и добросовестным поведением. ФИО4 как генеральный директор, действуя разумно и добросовестно, мог и должен был предвидеть наступление негативных последствий для Общества в результате бесконтрольного хранения и непринятия мер по надлежащему хранению имущества должника, что свидетельствует о наличии в его действиях вины в причинении ущерба.

Фактически, ненадлежащее исполнение ФИО4 возложенных на него обязанностей, выразившихся в необеспечении сохранности ценного имущества должника, повлекли за собой причинение должнику убытков в размере стоимости утраченного имущества.

Установив фактические обстоятельства дела, дав правовую оценку доводам лиц, участвующих в деле, и имеющимся в деле доказательствам, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для взыскания убытков с ФИО1, ФИО2, ФИО3 и ФИО4.

Нарушений судом первой инстанции норм процессуального права не установлено.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 АПК РФ, апелляционная инстанция не усматривает.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы в размере 10 000 рублей за рассмотрение апелляционной жалобы подлежат взысканию с ФИО4.

Руководствуясь статьями 258, 268, 271, пунктом 1 части 4 статьи 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Томской области от 13.03.2025 по делу № А67-10015/2020 оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО4 10 000 рублей государственной пошлины в доход федерального бюджета.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий месяца со дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Томской области.

Постановление, выполненное в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

Председательствующий

Т.С. Чащилова

Судьи

О.А. Иванов

К.Д. Логачев