Постановление по делу № А55-14725/2018 от 26.07.2023

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

11АП-9685/2023

26 июля 2023 г. Дело № А55-14725/2018

г. Самара

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Мальцева Н.А.,

судей Александрова А.И., Бондаревой Ю.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Садохиной М.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании 20 июля 2023 года в помещении суда, в зале № 2,

апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Самарской области от 18 мая 2023 года, вынесенное по заявлению ФНС России (вх. №311 от 13.01.2020) (новое рассмотрение) о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1, по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «СТРОЙ-ГАРАНТ», ИНН <***>, ОГРН <***>, 443080, <...>,

с участием:

от ФИО1 - представитель ФИО2, по доверенности от 03.08.2020,

от ФНС России - представитель ФИО3, по доверенности от 12.01.2023,

установил:

Определением Арбитражного суда Самарской области от 05.06.2018 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 15.08.2018 в отношении общества с ограниченной ответственностью «СТРОЙ-ГАРАНТ», ИНН <***> введена процедура наблюдения. Временным управляющим должника утвержден ФИО4.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 08.02.2019 общество с ограниченной ответственностью «СТРОЙ-ГАРАНТ», ИНН <***>, признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре банкротства отсутствующего должника, открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим утвержден ФИО4, член Ассоциации арбитражных управляющих «Гарантия».

Определением суда от 09.03.2021 арбитражный управляющий должника ФИО4 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника.

Определением суда (оглашена резолютивная часть 22.11.2021) конкурсным управляющим должника утвержден ФИО5

ФНС России обратилась в Арбитражный суд Самарской области с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1 в размере 29 985 042,31 руб.

Определением суда от 05.03.2021 при рассмотрении обособленного спора привлечены ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9.

Определением суда от 10.02.2022 к участию в обособленном споре в качестве третьего лица привлечен ФИО10.

Определением суда от 19.04.2022 к участию в обособленном споре в качестве соответчика привлечен ФИО11.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 27.05.2021 в удовлетворении заявления уполномоченного органа отказано.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.09.2022 определение от 27.05.2021 оставлено в силе.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 01.12.2022 определение Арбитражного суда Самарской области от 27.05.2022 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.09.2022 по делу № А55-14725/2018 в части отказа в удовлетворении заявления ФНС России о привлечении ФИО1 по обязательствам ООО «Строй-Гарант» отменены, в отмененной части обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Самарской области.

Определением суда от 15.12.2022 заявление принято к производству и назначено к новому рассмотрению в судебном заседании в отменной части.

Определением суда от 13.01.2023 конкурсное производство в отношении должника завершено, полномочия конкурсного управляющего прекращены.

С учетом принятых судом протокольным определением от 26.04.2023 уточнений в порядке статьи 49 АПК РФ, заявитель просил:

- привлечь ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательным платежам ООО «Строй-Гарант» ИНН <***> в размере 26 200 218,57 рублей.

- взыскать с ФИО1 в пользу УФНС России по Самарской области сумму задолженности по обязательным платежам ООО «Строй-Гарант» ИНН <***> в размере 26 200 218,57 рублей.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 18.05.2023 заявление ФНС России о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1 удовлетворено.

Суд первой инстанции привлек ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Строй-Гарант».

С ФИО1 взысканы денежные средства в размере 26 200 218,57 руб.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО1 обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить, принять новый судебный акт.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.06.2023 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 20.07.2023.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 АПК РФ.

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержал апелляционную жалобу, просил ее удовлетворить, обжалуемое определение - отменить.

Представитель уполномоченного органа возражала против удовлетворения апелляционной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом путем направления почтовых извещений и размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с требованиями абз. 2 ч. 1 ст. 121 АПК РФ, в связи с чем суд вправе рассмотреть апелляционную жалобу в их отсутствие согласно ч. 3 ст. 156 АПК РФ.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Выслушав стороны, исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены определения суда первой инстанции, исходя из следующего.

Дела о несостоятельности (банкротстве) в силу части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее АПК РФ) и пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее Закон о банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Отменяя определение суда в части отказа в удовлетворении заявления ФНС России о привлечении ФИО1 по обязательствам ООО «Строй-Гарант», суд кассационной инстанции указал на ошибочное применение сроков исковой давности, в связи с чем иные доводы ФНС России не были рассмотрены по существу, требуется исследование и оценка доказательств, совершение иных процессуальных действий, установленных для рассмотрения дела в суде первой инстанции.

Одновременно судом кассационной инстанции установлено на применение положений Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» (вступил в силу 30.06.2013).

Также судом округа признан обоснованным и правомерным довод ФНС России о том, что о дате объективного понимания недостаточности имущества стало известно с момента введения процедуры конкурсного производства 01.02.2019.

Выполняя указания суда кассационной инстанции, суд первой инстанции рассмотрел по существу споры и привлек ответчика к субсидиарной ответственности.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о наличии оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности и исходит при этом из следующего..

Обращаясь с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1, ФНС России указала на его недобросовестные действия, выразившиеся в получении предприятием необоснованной налоговой выгоды и уклонение от налогообложения путем создания формального документооборота с контрагентами ООО «СтройСервис», ООО «Ремстрой», ООО «СК-Байпаз».

Также ФНС России указывала на совершение сделок по отчуждению объектов недвижимости, сделки перечислению ФИО1 17.11.2016 в пользу ООО «Самаражилкомхоз» денежных средств по договору займа.

В обоснование требований уполномоченный орган ссылается на результаты налоговой проверки за период с 01.01.2013 по 31.12.2015 по всем налогам и сборам, оформленные актом выездной налоговой проверки от 24.05.2017 № 14-26/28, на основании которого вынесено решение о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 26.09.2017 № 14-39/52.

Как следует из материалов дела, ФИО1 согласно выписке из ЕГРЮЛ в период с 17.10.2006 по 20.04.2017 являлся единоличным руководителем и учредителем должника.

Исходя из положений статьи 10 Закона о банкротстве, также как и положений ст. 61.10 Закона о банкротстве руководитель должника признается контролирующим должника лицом.

В соответствии со статьей 10 Закона о банкротстве в редакции ФЗ № 134-ФЗ, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств:

причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Заявитель указывает, что по итогам проведенной выездной налоговой проверки в отношении ООО «Строй-Гарант» за период с 01.01.2013 по 31.12.2015 по всем налогам и сборам установлено, что 27.11.2015 ООО «Строй-Гарант» отчужден объект недвижимости (кадастровый номер 63:01:0230003:11519, кадастровая стоимость 5 423 963,71 руб., рыночная стоимость по договору 6 401 500 руб.) ФИО6, что подтверждается выпиской из единого государственного реестра недвижимости, договором купли-продажи от 27.11.2015, а также сведениями о движении денежных средств по расчетным счетам ООО «Строй-Гарант».

Кроме того, в декабре 2016 (период проведения налоговой проверки) ООО «Строй-Гарант» отчуждены другие объекты недвижимости.

Между тем, в материалы дела представлены сведения о наличии встречного представления по договорам: согласно выписке из расчетного счета ООО «Строй-Гарант», открытом в Самарском филиале АО «АК Барс» Банк №20202810679050000005, на указанный счет поступали денежные средства с назначением «Долевые взносы» в размере 17 051 330 руб. (40 820 руб. поступили с назначением «Золевые взносы», что, по мнению суда, является очевидной технической опечаткой). Как следует из пояснений, указанные средства вносились наличными средствами в отделении банка.

Согласно представленной выписке, денежные средства, полученные от реализации объектов недвижимости, были направлены на обеспечение хозяйственной деятельности (оплаты текущей задолженности по налогам, приобретение строительных материалов, а именно кирпич, эмаль, арматура, при строительстве ЖК «Майский» и др.)

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции правомерно признал необоснованным заявления в данной части.

Кроме того, уполномоченным органом при анализе движения денежных средств по счету Должника установлено, что 17.11.2016 ООО «Строй-Гарант» перечислило в пользу организации ООО «Самаражилкомхоз» ИНН <***> денежные средства в размере 7 600 000 руб. с назначением платежа «оплата по договору займа от 16.11.2016», что подтверждается выпиской по счету № 40702810979050000654 (приобщена с уточнением от 27.07.2020 № 19-23/24153), которые не были возвращены.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 02.07.2019 по делу № А55-12407/2019 с ООО «Самаражилкомхоз» в пользу ООО «Строй-Гарант» взыскано неосновательное обогащение в сумме 7 600 000 рублей.

Учредителем ООО «Самаражилкомхоз» являются ООО «САМТРЕЙД» ИНН <***> в лице его руководителя ФИО1 с долей участия в уставном капитале 98,37 %, а также ФИО1 с долей участия 1,63 %. Учредителем ООО «САМТРЕЙД» ИНН <***> является ФИО1 с долей участия в уставном капитале 100%.

Вышеуказанные сделки привели к ухудшению финансового состояния общества и последующей невозможности удовлетворения требований кредиторов должника, поскольку были предоставлены денежные средства аффилированной организации, имеющей финансовые трудности, при наличии задолженности перед кредиторами у самого должника, учитывая отсутствие возврата денежных средств и не проведения мероприятий по их взысканию. Такое поведение руководителя должника не отвечают критерию разумности и добросовестности руководителя и выходят за общие принципы делового оборота.

В статье 10 Закона о банкротстве (редакция подлежащая применению) указано на то, что если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

При этом в данном случае подлежит установлению факт наличия умысла в действиях контролирующего лица.

Учитывая тот факт, что предусмотренное пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как "признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц" по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона о банкротстве основания ответственности в виде "невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц", а потому значительный объем разъяснений норм материального права, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление Пленума № 53), может быть применен и к статье 10 Закона о банкротстве (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305- ЭС19-10079, от 07.10.2019 № 307-ЭС17-11745(2)).

Исходя из того обстоятельства, что норма, установленная в абз. 5 п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве (в ред. Федерального закона от 23.06.2016 № 222-ФЗ) презюмирует наличие причинно-следственной связи признания Должника несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, упрощая процесс доказывания оснований, предусмотренного ст.10 Закона о банкротстве о доведении до банкротства

Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Также, из представленных в материалы дела документов следует, что в отношении ООО «Строй-Гарант» проведена выездная налоговая проверка за период с 01.01.2013 по 31.12.2015 по всем налогам и сборам, по результатам которой составлен акт выездной налоговой проверки от 24.05.2017 № 14-26/28, вынесено решение о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 26.09.2017 № 14-39/52.

ООО «Строй-Гарант» доначислен налог на прибыль организаций, НДС уплачиваемый в связи с применением ОСН, в общей сумме 13 528 379 руб., в соответствии с п. 2 ст. 57, п. 3 ст. 75 Налогового кодекса Российской Федерации начислены пени в сумме 4 712 426 руб., в связи с неуплатой налогов, уплачиваемых в связи с применением ОСН, в соответствии со ст. 122 НК РФ наложен штраф в сумме 5 483 507 рублей.

В рамках мероприятий налогового контроля установлены обстоятельства совершения ФИО1 (руководитель и учредитель Должника) недобросовестных действий, направленных на нарушение налогового законодательства, выразившегося в получении необоснованной налоговой выгоды и уклонении от налогообложения путем создания формального документооборота в отсутствии реальной финансово-хозяйственной деятельности с контрагентами ООО «СтройСервис» ИНН <***>, ООО «Ремстрой» ИНН <***>, ООО «СК-Байпаз» ИНН <***> (материалы приобщены с уточнением заявления от 27.07.2020 № 19-23/24153).

В частности, ООО «Стройлекс» ИНН <***> (Заказчик) и ООО «Строй-Гарант» (Подрядчик) заключили между собой договор генподряда №1 от 06.02.2012 и №2/П от 02.06.2014. в отсутствие реальных хозяйственных связей.

Также заключен договор подряда № 03/07/15 от 30.06.2015.

Согласно п. 1, пп. 1.1 и п. 1, пп. 1.2 договора подряда № 03/07/15 от 30.06.2015 Заказчик (ООО «Строй-Гарант») поручает, а Подрядчик (ООО «СтройСервис» принимает на себя обязательства по выполнению общестроительных работ по жилой застройке, расположенной по адресу: г. Самара, Кировский район, в границах улиц Советская/Ставропольская/Майская/Нагорная, дом (строит. №3), секция 3,2,1.

ООО «Строй-Гарант» представило налоговую декларацию по НДС за 3 кв. 2015, где подписантом являлся ФИО1.

ООО «Строй-Гарант» в нарушение п. 1 ст. 172 НК РФ включило в книгу покупок за 3 кв. 2015 счета-фактуры (№ 72 от 06.07.2015, № 69 от 10.07.2015), полученные от ООО «СтройСервис» ИНН <***> на сумму 59 036 250 руб., в том числе НДС 9 005 529 руб.

ООО «СтройСервис» налоговую декларацию по НДС за 3 кв. 2015 не представило, НДС по сделке с ООО «Строй-Гарант» не исчислило и не уплатило в бюджет, счета-фактуры в адрес ООО «Строй-Гарант» в книге продаж не отразило.

В налоговой декларации ООО «Строй-Гарант» указан идентичный номер контактного телефона ООО «СтройСервис» - 276-08-80, что говорит о согласованности действий между указанными организациями.

ООО «Строй-Гарант и ООО «СтройСервис» осуществляли вход в систему дистанционного банковского обслуживания с одного аппаратного устройства, поскольку сравнительным анализом сведений об IP-адресах по осуществлению доступа к системе «Клиент-Банк» и сведений о MAC-адресах установлено совпадение не только IP-адреса, но и МАС-адреса, следовательно, действия ООО «Строй-Гарант» и ООО «СтройСервис» по управлению денежными средствами, находящимися на счетах данных организаций, являлись согласованными.

ООО «СтройСервис» в проверяемый период находилось в аренде помещение по адресу: <...>, арендованное по договору субаренды нежилого помещения от 12.12.2013 у ООО «Азимут» ИНН <***>, в то время как по договору аренды № 1 от 01.02.2013 собственник помещения ИП ФИО1 предоставил ООО «Азимут» данное нежилое помещение площадью 8 м2 в аренду.

В ходе мероприятий налогового контроля установлены факты согласованных и подконтрольных действий организаций ООО «Строй-Гарант» и ООО «СтройСервис», ООО «СтройСервис» не уплачивает в 3 кв. 2015 НДС, а ООО «Строй-Гарант» сумму неуплаченного НДС принимает к вычету.

При заключении договора подряда № 03/07/15 от 30.06.2015 с заведомо неспособным исполнить обязательством лицом ООО «СтройСервис» («фирмой-однодневкой») бывший руководитель должника ФИО1 преследовал цель получения необоснованной налоговой выгоды, без намерения создать правовые последствия от совершения сделки.

ООО «Строй-Гарант» (Покупатель) и ООО «СК-Байпаз» ИНН <***> (Поставщик) заключен договор № 15 от 01.07.2013 на поставку железобетонных изделий.

Согласно п. 6 договора № 15 от 01.07.2013 в реквизитах ООО «СК-Байпаз» указан ИНН <***>, данный ИНН принадлежит ООО «СК-Байпаз» (<...>), однако, данное юридическое лицо согласно выписке ЕГРЮЛ прекратило свою деятельность 28.02.2014.

В нарушение п. 1, п. 6 ст. 169 НК РФ, п. 2 ст. 171, п. 1 ст. 172 НК РФ ООО «Строй-Гарант» включило в книгу покупок за 1 -4 кв. 2014 счета-фактуры (№ 20 от 24.03.2014, № 35 от 30.06.2014, № 29 от 19.05.2014, № 41 от 30.09.2014, № 42 от 07.10.2014), полученные от ООО «СК Байпаз», ИНН <***> на сумму 183 800 руб., в том числе НДС 28 037 рублей.

Данные счета-фактуры пописаны от лица директора ООО «СК Байпаз» (<...>, п. 516), ИНН <***> ФИО12, однако, согласно выписки ЕГРЮЛ ООО «СК-Байпаз» ИНН <***> ФИО12 не являлся руководителем.

Директором ООО «СК-Байпаз» ИНН <***> в проверяемый период являлся ФИО13 ИНН <***>.

В соответствии со ст. 90 НК РФ проведен допрос ФИО12 - директора ООО «СК-Байпаз» ИНН <***> (протокол допроса №14-29/010 от 03.05.2017) в ходе которого он пояснил, что был директором ООО «СК-Байпаз» ИНН <***>, в других организациях и так же в ООО «СК-Байпаз» ИНН <***> директором никогда не был, от имени ООО «СК-Байпаз» ИНН <***> для ООО «Строй-Гарант» никакие плиты не отгружал. С ФИО13 не знаком, слышит о нем впервые. Доверенностей от ФИО13 на подписание документов от ООО «СК-Байпаз» не получал и никакие документы (договора, счета-фактуры, товарные накладные) для ООО «Строй-Гарант» не подписывал.

Между ООО «Строй-Гарант» и ООО «СК-Байпаз» ИНН <***> за 2014 совершены сделки на сумму - 204 000 руб., в том числе НДС 31 118 руб. по поставке железобетонных изделий, исключительно в целях создания фиктивного документооборота.

При заключении договора № 15 от 01.07.2013 на поставку железобетонных изделий с заведомо неспособным исполнить обязательством лицом ООО «СК-Байпаз» ИНН <***> («фирмой-однодневкой») бывший руководитель должника ФИО1 преследовал цель получения необоснованной налоговой выгоды, без намерения создать правовые последствия от совершения сделки.

Также ООО «Строй-Гарант» и ООО «Ремстрой» заключены договоры поставки №114/с от 02.09.2013, №10/13 от 07.10.2013, подписаны акты выполненных работ, справки о стоимости выполненных работ, сметы.

В соответствии с пп. 2, 8, 11 п.2 и п. 3 ст.105.1 НК РФ ООО «Строй-Гарант» и ООО «Ремстрой» налоговым органом признаны взаимозависимыми лицами.

Руководителем ООО «Ремстрой» являлся ФИО14, который в протоколе допроса свидетеля №14-29/541 от 14.12.2016 сообщил, что в период 2012 по 2015 работал в ООО «Строй-Гарант» в должности главного инженера, его непосредственным руководителем являлся ФИО1 (справки по форме 2-НДФЛ на ФИО14 от ООО «Строй-Гарант»).

В расходы, уменьшающие сумму доходов для целей исчисления налога на прибыль ООО «Строй-Гарант» в 2013 отнесены накладные расходы, сметная прибыль и оплата труда по ремонтным работам от контрагента (субподрядчика) ООО «Ремстрой» на сумму 23 516 189 руб., без учета НДС.

В ходе проведения выездной налоговой проверки исследованы договора, акты выполненных работ, справки о стоимости выполненных работ, сметы, представленные ООО «Строй-Гарант» по контрагенту ООО «Ремстрой», которые содержат сведения о стоимости материальных и технических ресурсов, отнесенных на ООО «Ремстрой», что позволило инспекции сделать расчет действительно понесенных ООО «Строй-Гарант» расходов по выполнению общестроительных работ.

ООО «Строй-Гарант» в нарушение ст. 252 НК РФ завышена сумма расходов по актам выполненных работ (форма КС-2) с ООО «Ремстрой» в части следующих статей: оплата труда, накладные расходы и сметная прибыль (расчет приведен в таблице № 1 решения № 14-39/52 от 26.09.2017).

Таким образом, сумма, необоснованно включенная в расходы ООО «Строй-Гарант», составила разницу между общей суммой стоимости всех работ, указанных в актах (Акт-5-2-1с от 30.09.2013, Акт-4-1с от 31.12.2013, Акт-5-2с от 31.12.2013) и стоимостью материалов, израсходованных по указанным актам.

Материалами налоговой проверки доказано и документально подтверждено, что ООО «Ремстрой» имело признаки фирмы-однодневки, не выполняло работы по капитальному ремонту, данные работы выполнены ООО «Строй-Гарант» (выписки по расчетным счетам ООО «Ремстрой», протокол допроса № 258 от 25.09.2015 ФИО15)

Материалами проверки документально подтверждено, что ООО "Ремстрой" не выполняло работы по капитальному ремонту, ООО «Строй-Гарант» работы выполняло самостоятельно, что свидетельствует об отсутствии встречного предоставления со стороны ООО "Ремстрой".

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, материалы проведенных в отношении должника или его контрагента мероприятий налогового контроля могут быть использованы в качестве средств доказывания фактических обстоятельств, на которые ссылается уполномоченный орган, при рассмотрении в рамках дела о банкротстве обособленных споров, а также при рассмотрении в общеисковом порядке споров, связанных с делом о банкротстве.

В силу изложенного доводы ответчика об отсутствии доказательств заключения договоров с фирмами-однодневками отклоняются как противоречащие материалам дела.

Недобросовестные действия, оформленные посредством какой-либо схемы, должны приводить к негативным для должника последствиям, то есть вести к утрате его имущества, денежных средств без получения соразмерного встречного предоставления, что возможно, например, посредством перечисления со счета должника в пользу сторонних лиц денежных средств в отсутствие к тому правовых оснований, отчуждения имущества по заниженной цене или без оплаты за него, заключения сделок на невыгодных условиях или с заведомо неплатежеспособными лицами.

В силу разъяснений, данных в пункте 16 постановления Пленума № 53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

При установлении того, повлекло ли поведение ответчиков банкротство должника, необходимо принимать во внимание следующее:

1) наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника;

2) реализация ответчиком соответствующих полномочий привела (ведет) к негативным для должника и его кредиторов последствиям; масштаб негативных последствий соотносится с масштабами деятельности должника, то есть способен кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное - банкротное - состояние (однако не могут быть признаны в качестве оснований для субсидиарной ответственности действия по совершению, хоть и не выгодных, но несущественных по своим размерам и последствиям для должника сделок);

3) ответчик является инициатором (соучастником) такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий (пункты 3, 16, 21, 23 постановления Пленума № 53).

Названная правовая позиция изложена в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 22.06.2020 № 307- ЭС19-18723(2,3).

Поскольку субсидиарная ответственность руководителя должника является гражданско-правовой, в силу статьи 15 ГК РФ необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда (вина), причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, а бремя доказывания указанных обстоятельств лежит на лице, заявившем о привлечении к ответственности.

В данном случае речь идет об ответственности, предусмотренной Законом о банкротстве, в связи с чем необходимо доказать, что неразумные или недобросовестные действия контролирующих лиц привели к тому, что общество стало неспособно исполнять обязательства перед кредиторами, т.е. фактически за доведение до банкротства, тогда как само по себе наличие обязанности по уплате налогов, неправильное ведение бухгалтерской отчетности, приведшее к завышению и занижению налоговой базы для исчисления налога на прибыль, налога на добавленную стоимость, равно как и неисполнение обязательств, не является безусловным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с указанными нормами.

Как установлено в ходе мероприятий налогового контроля, подтверждено материалами дела и не опровергнуто ответчиком в рамках настоящего спора, налоговым органом в результате мероприятий налогового контроля установлено совершение ФИО1 недобросовестных действий, направленных на нарушение налогового законодательства, выразившегося в получении необоснованной налоговой выгоды и уклонении от налогообложения путем создания формального документооборота в отсутствии реальной финансово-хозяйственной деятельности с контрагентами.

В настоящем случае имеет место сознательные действия ответчика, которые отличаются от обстоятельств, связанных с неразумным ведением деятельности, а также ненамеренным искажением документации должника в силу ограниченных знаний в области налогового законодательства. Суд полагает обоснованными доводы налогового органа, что в результате установленных в рамках налогового контроля действий ответчика, должник необоснованно сокращал расходы, выявление которых привело к невозможности исполнять иные обязательства.

При этом сам по себе факт доначисления налоговых платежей не свидетельствует о наличии на стороне должника убытков, поскольку при обычном течении хозяйственной деятельности обязанность по их уплате также возникла и была бы сохранена, соответственно сумма начисленной недоимки по налогу не может учитываться при расчете размера убытков, поскольку подлежащие уплате в порядке, установленном налоговым законодательством, налоги и сборы не могут быть отнесены к убыткам организации.

Между тем начисление пеней и штрафа находится в прямой причинно-следственной связи с привлечением должника к налоговой ответственности, в то время как, директор является ответственным лицом за организацию бухгалтерского учета и соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, за формирование учетной политики, ведение бухгалтерского учета, своевременное предоставление полной и достоверной бухгалтерской и налоговой отчетности.

Непринятие руководителем должника достаточных мер по погашению задолженностей по налогам в установленные периоды, а также ненадлежащая организация бухгалтерского и налогового учета, не соответствуют критериям добросовестности и разумности, кроме того, необоснованное занижение налоговой базы также не может свидетельствовать о надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей должником.

По смыслу разъяснений, изложенных в пункте 20 постановления ПленумаВерховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности прибанкротстве", требования о возмещении убытков и требования о привлечении к субсидиарной ответственности носят взаимозаменяемый и дополняемый характер.

Разница заключается лишь в том, довело ли контролирующее лицо должника до банкротства либо нет, от чего зависит подлежащая взысканию сумма, при том что размер ответственности сам по себе правовую природу требований никак не характеризует. В связи с этим при определении соотношения этих требований необходимо исходить из их зачетного характера по отношению друг к другу (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 03.07.2020 № 305-ЭС19-17007(2)).

Целью взыскания как убытков, так и привлечения к субсидиарной ответственности является восстановление прав кредиторов должника, нарушенных в результате неправомерных действий контролирующих лиц.

При этом взыскание денежных средств в качестве последствий совершенияналогового правонарушения направлено на приведение сторон в первоначальноеположение и не препятствует привлечению к субсидиарной ответственности.

Для правильного разрешения настоящего спора имеет значение установление того обстоятельства, явились ли совершенные контролирующим лицом от имени должника действия необходимой причиной его банкротства или существенного ухудшения его состояния (в этом случае имеются основания для привлечения к субсидиарной ответственности), либо же такого влияния на финансово-хозяйственное положение должника действия не оказали, но причинили должнику и его кредиторам вред (в этом случае имеются основания для привлечения к ответственности за причиненные убытки).

В соответствии с правовой позицией, которая нашла отражение в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 30.09.2019 № 305- ЭС19-10079 по делу N А41-87043/2015, судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника; удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков, исключив при этом иные (объективные, рыночные и т.д.) варианты ухудшения финансового положения должника.

С учетом вышеизложенного можно сделать вывод, что причинами банкротства являются недобросовестные действия ответчика, выразившиеся в создание такой корпоративной модели, при которой происходит цикличность бизнес- процессов внутри группы с заведомым разделением предпринимательской деятельности на убыточные (на стороне должника) и прибыльные центры (на стороне аффилированных с должником лиц ООО «Самаражилкомхоз»), кроме того принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой") также не свидетельствует о добросовестном поведении лиц.

Кроме того, налоговый орган указывает, что должником представлены в налоговый орган декларации по НДС за 1,2,3,4 кв. 2014, 3 кв. 2015, декларация по налогу на прибыль за 2013 год, подписанные ФИО1, содержащие недостоверные данные, что впоследствии установлено мероприятиями налогового контроля (п.п. 2.1 - 2.3 заявления о привлечении к субсидиарной ответственности от 13.01.2020).

Согласно счету ООО «Строй-Гарант» последний платеж, связанный с финансово-хозяйственной деятельностью организации, в сумме 114 275 руб. совершен 17.02.2017 в адрес ООО «ГАРАНТ» ИНН <***> за аренду офисных помещений за 2017 по Договору №б/н от 01.03.2014.

При этом, ФИО1, зная о проведении выездной налоговой проверки в отношении ООО «Строй-Гарант», единолично принимает решение от 20.04.2017 о снятии с себя полномочий директора ООО «Строй-Гарант» и назначает управляющей организацией ООО «КАНИС» ИНН <***>, руководителем которой являлся ФИО10

По сведениям ЕГРЮЛ ФИО10 по состоянию на 20.04.2017 являлся массовым руководителем (ООО «АВБ» ИНН <***>, ООО «ВИЗ» ИНН <***>, ООО «КАНИС» ИНН <***>, ООО «САМАРСКАЯ ОПТОВАЯ КОМПАНИЯ» ИНН <***>, ООО ТД «САМАРСКИЙ» ИНН <***>, ООО «ЭКСПЕРТ ДИЗАЙН» ИНН <***>, что свидетельствует о назначение на руководящую должность лица, результат деятельности которого очевидно не соответствовал интересам возглавляемой организации.

24.05.2017 по результатам мероприятий налогового контроля составлен акт выездной налоговой проверки № 14-26/28.

25.05.2017 в ЕГРЮЛ в отношении ООО «Строй-Гарант» внесена запись ГРН 2176313770059 об управляющей организации ООО «КАНИС».

26.09.2017 в отношении ООО «Строй-Гарант» вынесено решение о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения № 1439/52.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Самарской области от 15.08.2018 (резолютивная часть от 08.08.2018) требование ФНС России к должнику в размере 23 729 919, 66 руб., в том числе 13 528 379 руб. - основной долг, 4 712 426 руб. 66 коп. - пени и 5 489 114 руб. - штраф, включено в реестр требований кредиторов ООО «Строй-Гарант», подтверждено решением № 14-39/52 от 26.09.2017 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, требованиями об уплате задолженности № 2231 от 31.10.2017, № 4289 от 22.01.2018, № 835 от 27.03.2018, № 153 от 19.02.2018, решениями о взыскании задолженности за счет денежных средств № 19227 от 23.11.2017, № 286 от 16.02.2018, № 3081 от 28.03.2018, № 5086 от 23.04.2018, решением о взыскании налога, сбора, пени, штрафа, процентов за счет имущества налогоплательщика № 63180005555 от 22.11.2017, постановлением о взыскании задолженности за счет имущества должника № 63180005400 от 28.11.2017.

В соответствии с абзацем 7 пункта 26 "Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства", утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 20.12.2016, признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества имеют объективный характер и применительно к задолженности по обязательным платежам определяются по состоянию на момент наступления сроков их уплаты за соответствующие периоды финансово-хозяйственной деятельности должника, которые установлены законом, а не на момент выявления недоимки налоговым органом по результатам проведенных в отношении должника мероприятий налогового контроля либо оформления результатов таких мероприятий.

Вышеуказанные действия ответчика привели к невозможности погашения требований кредиторов, в частности требований уполномоченного органа.

Указанный вывод также подтверждается тем, что до окончания выездной налоговой проверки (дата окончания - 04.05.2017, решение - 26.09.2017) ООО «Строй-Гарант» прекратило хозяйственную деятельность, не имея намерения оплачивать налоговые обязательства:

- последняя операция по счету совершена 17.02.2017;

- дебетовый оборот денежных средств по счету снижается с 135 829 тыс. руб. в 2016 году до - 2 516 тыс. руб. в 2017;

- сведения о доходах представлены в 2015 году на 35 человек, в 2016 на 22 человека, в 2017 сведения о доходах не представлены.

- сведения о среднесписочной численности представлены в налоговый орган в 2015 на 29 человек, в 2016 на 22 человека, в 2017 сведения не представлены;

- последняя налоговая декларация представлена 21.04.2017 (уточненная налоговая декларация по налогу на прибыль за 2016 год);

- последняя бухгалтерская отчетность представлена 21.04.2017 (уточненный бухгалтерский баланс за 2016 год).

Согласно п. 16 постановления № 53, поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Дата возникновения объективного банкротства в каждом конкретном случае определяется с учетом конкретных обстоятельств, в любом случае это критический момент, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов.

Таким образом, в целях установления недобросовестных действий контролирующих должника лиц, послуживших наступлению объективного банкротства, необходимо учитывать совокупность таких действий КДЛ как, например, принятие решений, не направленных на достижение целей, для которых создано общество, совершение недобросовестных действий по искусственному прекращению деятельности, выводу имущества, одобрению крупных сделок, прекращение финансовых операций по расчетному счету, ухудшение показателей бухгалтерской отчетности и т.п.

ФИО1, приняв решение о продаже зарегистрированных активов должника и, сняв с себя полномочия директора, ООО «Строй-Гарант», не имел намерения оплачивать долги по обязательным платежам, а предпринял действия направленные на прекращение деятельности Должника.

Должник, не имея достаточного имущества в собственности (за исключением дебиторской задолженности в размере 8 100 тыс. руб. на основании акта инвентаризации от 06.12.2019), прекратив финансово-хозяйственную деятельность 17.02.2017, при наличии кредиторской задолженности 197 625 тыс. руб. согласно балансу за 2016 (без учета задолженности по обязательным платежам в размере 23 729 919, 66 руб.) не мог исполнить обязательства перед кредиторами.

Таким образом, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью активов должника фактические признаки объективного банкротства Должника наступили к 17.02.2017.

При доказывании причинно-следственной связи между неправомерными действиями и наступившими вредными последствиями необходимо обосновать, что несовершение необходимого действия либо совершение неправомерного действия является обязательным условием наступления вредного последствия, то есть таким условием, устранение которого (или отсутствие которого) предупреждает наступление негативного последствия.

Для оценки вины лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности, используется абстрактная модель ожидаемого поведения в той или иной ситуации разумного и добросовестного участника имущественного оборота.

Содержание понятия вины выражается в неисполнении лицом обязанностей принимать должные меры, направленные на соблюдение прав третьих лиц, а также соблюдать должную степень разумности, заботливости и осмотрительности. Бездействие лишь в том случае становится противоправным, если на лицо возложена юридическая обязанность действовать в соответствующей ситуации определённым образом.

Уполномоченным органом доказаны все обстоятельства, являющиеся необходимыми для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Строй-Гарант».

Вышеперечисленные факты напрямую свидетельствует о наличии умысла контролирующего должника лица с целью причинения существенного вреда имущественным правам кредиторов Должника, при наличии признаков банкротства.

На основании вышеизложенного можно сделать вывод, что доказано наличие оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности, предусмотренной ст. 10 и ст. 61.11 Закона о банкротстве, а именно :

- противоправные действия ФИО1 установлены решением ИФНС России по Советскому району г. Самары № № 14-39/52 от 26.09.2017;

- вредные последствия для Должника, выразились в невозможности полного погашения требований кредиторов вследствие создания руководителем должника недобросовестной бизнес-модели, основанной на занижении налоговой базы в целях получения необоснованной налоговой выгоды в результате создания фиктивного документооборота Должника с заведомо неспособными исполнить обязательства лицами («фирмами-однодневками») ООО «СтройСервис» ИНН <***>, ООО «Ремстрой» ИНН <***>, ООО «СК-Байпаз» ИНН <***> в 2013, 1,2,3,4 кв. 2014, 3 кв. 2015 г., что привело к неуплате НДС в размере 8 825 414 руб., налога на прибыль организации в размере 4 703 238 рублей.

Объективное банкротство Должника явилось следствием создания недобросовестной бизнес-модели, основанной на занижении налоговой базы, искусственного прекращения деятельности общества, выводу активов должника и наделения полномочиями единолично исполняющего органа управляющую организацию во главе с массовым руководителем.

Контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац 2 пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве) (пункт 18 постановления № 53).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, отраженной в постановлении от 14.07.2003 № 12-П, при рассмотрении дела необходимо исследование фактических обстоятельств дела по существу и недопустимо установление только формальных условий применения нормы права. Иной подход не может быть признан соответствующим целям судопроизводства и направленным на защиту прав и законных интересов граждан и юридических лиц.

Руководствуясь указанными нормами и разъяснениями и принимая во внимание указанные выше факты, выявленные налоговым органом, а также установленные судом в рамках рассмотрения данного заявления и приведенные доводы конкурсного управляющего (до завершения процедуры банкротства), суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, что данные обстоятельства с достаточной степенью достоверности подтверждают наличие оснований для привлечения ФИО1, как контролирующего должника лица, к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Обстоятельств, исключающих наличие вины ответчика, не установлено судом.

В соответствии со статьей 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника. Аналогичный подход к определению размера ответственности содержится в статье 10 Закона о банкротстве в редакции ФЗ № 134-ФЗ.

Законодательством не предусмотрено определение размера задолженности в зависимости от периодов осуществления обязанностей контролирующих должника лиц, взысканию подлежит совокупный размер задолженности, что подтверждается также судебной практикой Определение ВС РФ от 01.04.2022 № 309-ЭС17-12548 (2), от 22.04.2020 № 305-ЭС18-24297(2).

В своей апелляционной жалобе заявитель указывает, что судом первой инстанции при привлечении к субсидиарной ответственности не установлено какие конкретно действия ответчика являлись недобросовестными и неразумными, что привело к банкротству должника.

Между тем, как установлено выше, противоправные действия ответчика установлены материалами налоговой проверки, оформленной решением ИФНС России по Советскому району г. Самары № 14-39/52 от 26.09.2017, в частности создание фиктивного документооборота Должника с заведомо неспособными исполнить обязательства лицами («фирмами-однодневками») ООО «СтройСервис», ООО «Ремстрой», ООО «СК-Байпаз», а также с аффилированным ООО «Самаражилкомхоз», что привело не только к уменьшению налогооблагаемой базы как по НДС, так и по налогу на прибыль, но и к невозможности самого предприятия в дальнейшем осуществлять деятельность ввиду отсутствия со стороны поставщиков должника встречного предоставления.

При этом, материалы дела, основанные в том числе и на результатах налоговых проверках позволяют сделать вывод, что была создана такая корпоративная модель, при которой происходит цикличность бизнес- процессов внутри группы с заведомым разделением предпринимательской деятельности на убыточные (на стороне должника) и прибыльные центры (на стороне аффилированных с должником лиц ООО «Самаражилкомхоз»), кроме того принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой") также не свидетельствует о добросовестном поведении лиц.

Вскоре, после начала проверки деятельности должника по этим схемам, ответчик продал предприятие.

Предоставление займа ООО «Самаражилкомхоз» в период, когда у самого должника имеются финансовые трудности, также свидетельствует об ущербности сделки.

Пункт 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, указывает на презумпцию доведения должника до банкротства совершением ущербных сделок. Данную презумпцию ответчик не опроверг, поскольку достаточные убедительные доводы, подтвержденные соответствующими доказательства, отсутствуют.

Доводы заявителя апелляционной жалобы о том, что штраф за совершение налогового правонарушения в размере 5 483 507 руб. не подлежит взысканию с него со ссылкой на Постановление Конституционного суда РФ от 08.12.2017 №39-П, несостоятельны, поскольку предметом данного спора является не взыскание убытков, а привлечение к субсидиарной ответственности, что предполагает включение в размер субсидиарной ответственности всей задолженности, находящейся в реестре требований кредиторов.

Доводы заявителя апелляционной жалобы о необходимости снижения размера ответственности до 10% со ссылкой на применение Постановления Конституционного суда РФ № 39-П от 08.12.2017 по делу о проверке конституционности положений статей 15, 1064 и 1068 ГК РФ, пп. 14 п. 1 ст. 31 НК РФ, ст. 199.2 УК РФ и ч. 1 ст. 54 УПК РФ, не принимается в силу следующего.

Как указано в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 08.12.2017 № 39-П, поскольку всесторонность и объективность разрешения дела является важнейшим условием для осуществления правосудия, суды при рассмотрении дел обязаны исследовать по существу фактические обстоятельства и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы, поскольку иное приводило бы к тому, что право на судебную защиту оказывалось бы ущемленным (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 06.06.1995 № 7-П, от 27.10.2015 № 28-П и др.).

Соответственно, положения ст. 15 и п. 1 ст. 1064 ГК РФ в системе действующего правового регулирования - исходя из взаимосвязи налоговых обязанностей организации и деликтной ответственности лиц, совершивших налоговые преступления, принимая во внимание, что защита публичных интересов достигается и мерами уголовного законодательства, и с целью избежать нарушения конституционных принципов справедливости и пропорциональности - не могут рассматриваться как препятствующие суду при определении размера возмещения вреда физическим лицом учесть его имущественное положение, в частности факт обогащения в результате совершения налогового преступления, степень его вины в причинении вреда, характер уголовного наказания, возможность ответчика определять поведение юридического лица - налогоплательщика, а также иные существенные обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного дела.

Однако, по делам о возмещении директорами убытков их размер определяется по общим правилам п. 2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (абзац первый п. 6 Постановления № 62), также как и по делам о привлечении к субсидиарной ответственности размер определяется по специальным нормам Закона о банкротстве. Это означает, что в результате возмещения убытков или привлечения к субсидиарной ответственности хозяйственное общество должно быть поставлено в то положение, в котором оно находилось бы, если бы его право не было нарушено. Возврат общества в состояние, существовавшее до нарушения права, предполагает восстановление прежней структуры его баланса, то есть снижение за счет руководителя совокупного размера обязательств общества на сумму равную сумме дополнительных долгов по санкциям, возникших из-за действий этого руководителя.

Поскольку судом установлена причинно-следственная связь между поведением руководителя общества и привлечением общества к налоговой ответственности в виде штрафа, а также доначислением пени на неуплаченную сумму налога, и данные требования включены в реестр требований кредиторов должника, оснований для исключения из размера ответственности штрафов и пени не имеется.

Размер требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов 23 479 091,74 руб., в том числе 13 277 551,08 руб. - основой долг, 4 712 426,66 руб. - пени, 5 489 114 руб. - штраф.

Размер требований, подлежащих удовлетворению за счет имущества, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов ООО «Строй-Гарант» - 2 721 126,83 руб.

Таким образом, размер субсидиарной ответственности составляет 26 200 218,57 руб., с учетом частичного погашения за счет поступившей дебиторской задолженности в размере 250 827,92 руб. (21.02.2020 – 34 700 руб., 10.06.2020 – 216 127,92 руб.).

В своей апелляционной жалобе заявитель указывает на то, что уполномоченный орган просил взыскать денежные средства с ответчика в его пользу, по сути дела просил взыскать убытки, причиненные бюджету, а не размер субсидиарной ответственности.

С данным доводом нельзя согласиться, т.к. из содержания судебного акта следует, что суд привлек ответчика к имущественной ответственности не в виде взыскания убытков, в виде привлечения к субсидиарной ответственности. А поскольку единственным кредитором являлся уполномоченный орган, и дело о банкротстве уже завершено, то суд включил в размер субсидиарной ответственности обязательные платежи, включенные в реестр требований кредиторов, так и обязательные платежи, учтенные "за реестром"

По поводу пропуска срока давности, на что вновь обращает внимание представитель ответчика, суд кассационной инстанции уже высказал свою позицию, отменил по этому спору первоначально вынесенные судебные акты, отправил их на новое рассмотрение и указал на то, что срок давности не пропущен.

При таких обстоятельствах, определение Арбитражного суда Самарской области от 18 мая 2023 года по делу А55-14725/2018 необходимо оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Самарской области от 18 мая 2023 года по делу А55-14725/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий Н.А. Мальцев

Судьи А.И. Александров

Ю.А. Бондарева