СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД
ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
город Томск Дело № А02-2171/2022
Резолютивная часть постановления объявлена 15 мая 2025 года.
Постановление изготовлено в полном объеме 26 мая 2025 года.
Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:
председательствующего судьи Дубовика В.С.,
судей Иващенко А.П.,
Фроловой Н.Н.,
при ведении протокола судебного заседания секретарем Сперанской Н.В., рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 (№07АП-3410/23(3)) на определение Арбитражного суда Республики Алтай от 22.01.2025 по делу № А02-2171/2022 (судья Голубева О.В.) о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., ИНН <***>), принятое по заявлению акционерного общества «Россельхозбанк» в лице Алтайского регионального филиала о признании недействительным соглашения об отступном, заключенного между должником и ФИО1,
при участии в судебном заседании:
без участия
УСТАНОВИЛ:
В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (далее – ФИО2, должник) акционерное общество «Россельхозбанк» в лице Алтайского регионального филиала (далее – АО «Россельхозбанк») обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным соглашения об отступном, заключенного между должником и ФИО1 (далее – ФИО1, ответчик, апеллянт).
Определением Арбитражного суда Республики Алтай от 22.01.2025 соглашение об отступном от 01.03.2021, заключенное между ФИО2 и ФИО1, признано недействительным. Применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО1 в течение десяти дней возвратить в конкурсную массу должника: земельный участок площадью 1495+/-14 кв.м., назначение: земли населенных пунктов, вид разрешенного использования: для ведения личного подсобного хозяйства, кадастровый номер: 04:06:100201:388, расположенный по адресу: Республика Алтай, Онгудайский р-он, <...> (далее – спорный земельный участок). С ФИО1 в пользу АО «Россельхозбанк» взысканы судебные расходы по уплате госпошлины в размере 55 000 рублей.
Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО1 обратилась в Седьмой арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Республики Алтай от 22.01.2025 отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления АО «Россельхозбанк».
В обоснование доводов жалобы указано, что выводы суда первой инстанции не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Заявитель отмечает, что договор займа от 15.08.2019 является реальной сделкой. В подтверждение наличия финансовой возможности для выдачи займа ФИО1 ссылается на выписку с банковского вклада «Универсальный на 5 лет». Подчеркивает, что банковская выписка не была представлена в материалы дела, поскольку ответчик не принимал участие в рассмотрении обособленного спора.
В порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) АО «Россельхозбанк» представило отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.
Участвующие в деле лица, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи с чем, суд апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ рассмотрел апелляционную жалобу в их отсутствие.
Рассмотрев ходатайство ФИО1 о приобщении к материалам дела выписки с банковского вклада, суд апелляционной инстанции, руководствуясь частью 1, 2 статьи 268 АПК РФ, признал его подлежащим удовлетворению, поскольку указанные доказательства необходимы для полного и всестороннего исследования обстоятельств, входящих в предмет спора.
Учитывая необходимость оценки представленных документов в совокупности с другими, имеющимися доказательствами, а также, исходя из того, что их не приобщение может привести к принятию необоснованного судебного акта (пункт 29 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации 30.06.2020 № 12), суд апелляционной инстанции, в целях полного и всестороннего исследования обстоятельств настоящего спора, руководствуясь частью 1, 2 статьи 268 АПК РФ, представленные документы, принял в качестве дополнительных доказательств.
Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции в порядке статьи 268 АПК РФ, арбитражный суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены судебного акта исходя из следующего.
В соответствии с материалами дела, решением суда от 22.12.2022 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества.
10.09.2024 АО «Россельхозбанк» обратилось в суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 АПК РФ, о признании недействительным соглашения об отступном от 01.03.2021, заключенного между должником и ФИО1, и применении последствий недействительности сделки в виде возврата спорного земельного участка в конкурсную массу должника.
В качестве правовых оснований требований кредитора указаны положения пункта 1, 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).
Удовлетворяя заявление АО «Россельхозбанк» суд первой инстанции исходил из того, что договор займа является мнимой сделкой, а последующая сделка (соглашение об отступном от 01.03.2021) - недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).
Выводы суда первой инстанции, соответствуют действующему законодательству и фактическим обстоятельствам дела.
Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).
Отношения, связанные с банкротством граждан, регулируются положениями главы X Закона о банкротстве; отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве (пункт 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве).
В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.
Статья 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания сделки должника недействительной, если она совершена при неравноценном встречном исполнении (пункт 1), с целью причинения вреда кредиторам (пункт 2).
Исходя из содержания пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).
При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать шестом и тридцать седьмом статьи 2 Закона о банкротстве, в соответствии с которыми недостаточность имущества - это превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.
Из разъяснений, приведенных в абзаце седьмом пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), следует, что при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.
В Постановлении № 63 разъяснено, что в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания подозрительной сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов; в результате совершенной сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (пункт 5).
Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества, и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица (пункт 6).
В соответствии с абзацем первым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве), либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункт 7).
При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств (пункт 7 Постановления № 63).
Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.
В соответствии со статей 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами являются лица, входящие в одну группу лиц с должником, а также аффилированные лица.
При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.
Как следует из определения Верховного Суда РФ от 23.08.2019 № 304-ЭС15-2412(19) по делу №А27-472/2014, положения статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимы, в первую очередь, для того, чтобы посредством аннулирования подозрительных сделок ликвидировать последствия вреда, причиненного кредиторам должника после вывода активов последнего. Квалифицирующим признаком таких сделок является именно наличие вреда кредиторам, умаление конкурсной массы в той или иной форме.
Из диспозиции названных норм (как пункта 1, так и пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве) следует, что помимо установленных законом обстоятельств, требующих анализа, во внимание должны приниматься и все обстоятельства совершения сделки, то есть суд должен исследовать контекст отношений должника с контрагентом для того, чтобы вывод о подозрительности являлся вполне убедительным и обоснованным.
В целях определения того, повлекла ли сделка вред, поведение должника может быть соотнесено с предполагаемым поведением действующего в своем интересе и в своей выгоде добросовестного и разумного участника гражданского оборота.
Так, если сделка, скорее всего, не могла быть совершена таким участником оборота, в первую очередь, по причине ее невыгодности (расточительности для имущественной массы), то наиболее вероятно, что сделка является подозрительной. И напротив, если есть основания допустить, что разумным участником оборота могла быть совершена подобная сделка, то предполагается, что условий для ее аннулирования не имеется.
Исходя из пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.
Для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент ее совершения стороны не намеревались создавать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон.
Согласно разъяснениям, содержащихся в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.
В определении Верховного суда РФ от 25.07.2016 по делу № 305-ЭС16-2411 указано на необходимость исследования обстоятельств мнимости сделки. Так, суд в названном определении указал, что при рассмотрении вопроса о мнимости сделки и документов, подтверждающих факт исполнения договора, суд не должен ограничиваться проверкой соответствия копий документов установленным законом формальным требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные документы первичного учета, а также иные доказательства.
Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон.
Исходя из правовой позиции Президиума ВАС РФ, изложенной в постановлении от 13.05.2014 № 1446/14 бремя доказывания смещается: указывающий на мнимость сделок, должен представлять соответствующие доказательства, но другая сторона, настаивающая на наличии долга или обязательства, должна представить доказательства наличия реального экономического содержания сделки, а также доказательства, опровергающие доводы о заключении сделки исключительно с целью злоупотребления правом.
При этом другой стороне, настаивающей на наличие реальности обязательства, не должно составлять затруднений опровергнуть указанные сомнения, поскольку именно она должна обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.
Согласно части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, а в силу части 3 указанной статьи, лицо должно раскрыть доказательства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.
Давая оценку доводам апелляционной жалобы ФИО1 об отсутствии оснований для признания сделки недействительной, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции.
Как следует из материалов дела, 15.08.2019 между ФИО2 и ФИО1 подписан договор займа о предоставлении должнику 160 000 рублей наличными денежными средствами сроком до 15.08.2020. За пользование суммой займа предусмотрена выплата процентов из расчета 25 % от суммы займа, которые уплачиваются ежемесячно (пункты 1.1, 1.1, 2.1 - 2.3 договора).
В пункте 7.2 договора стороны определили, что в соответствии со статьей 409 ГК РФ заемщик вправе с согласия займодавца прекратить все обязательства по настоящему договору (включая проценты, штрафы, пени и неустойки) путем подписания соглашения об отступном. Предметом (объектом) отступного стороны определили принадлежащее на праве собственности должнику недвижимое имущество: земельный участок площадью 1495+/-14 кв.м., кадастровый номер: 04:06:100201:388, расположенный по адресу: Республика Алтай, Онгудайский р-он, <...>.
01.03.2021 между ФИО1 и ФИО2 подписано соглашение об отступном, по условиям которого стороны пришли к соглашению о прекращении обязательств должника по договору займа от 15.08.2019 в сумме 170 000 рублей, в т.ч.: основной долг по договору займа от 15.08.2019 в размере 160 000 рублей, проценты за пользование суммой займа в размере 10 000 рублей предоставлением отступного в форме передачи ФИО1 вышеуказанного земельного участка.
Решением третейского суда от 07.07.2022 по делу №2-06089/2022, образованного сторонами для разрешения конкретного спора, в составе единоличного арбитра ФИО3, находящегося в г. Батайске, между ФИО1 и ФИО2 утверждено мировое соглашение, по условиям которого обязательство должника по договору займа от 15.08.2019 прекращено предоставлением отступного в форме передачи ФИО1 вышеуказанного земельного участка.
Поскольку дело о несостоятельности (банкротстве) должника возбуждено определением суда от 25.11.2022, оспариваемое соглашение об отступном от 01.03.2021 заключено в период подозрительности (менее чем за 3 года до возбуждения дела о банкротстве).
Оценивая наличие факта причинения вреда имущественным правам кредиторов, встречного предоставления в пользу должника, суд апелляционной инстанции исходит из следующего.
ФИО1 является родной сестрой должника ФИО2, что подтверждается сведениями органа ЗАГС. Таким образом, усматривается наличие признаков заинтересованности и аффилированности между ФИО2 и ФИО1
Сложившейся судебной практикой сформирован правовой подход, согласно которому в условиях банкротства ответчика и конкуренции его кредиторов интересы должника-банкрота и аффилированного с ним кредитора в судебном споре могут совпадать в ущерб интересам прочих кредиторов. Для создания видимости долга в суд могут быть представлены внешне безупречные доказательства исполнения по существу фиктивной сделки (пункт 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017), утверждённого Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017).
К отношениям, отягощенным банкротным элементом, применим повышенный стандарт доказывания кредитором обстоятельств, положенных в основание требований, существенно отличающийся от обычного бремени доказывания в сходном частноправовом споре, поскольку это обусловлено публично-правовым характером процедур банкротства, который неоднократно отмечался Конституционным Судом Российской Федерации (постановления от 22.07.2002 № 14-П, от 19.12.2005 № 12-П, определения от 17.07.2014 N 1667-О, № 1668-О, № 1669-О, № 1670-О, № 1671-О, № 1672-О, № 1673-О, № 1674-О).
По общему правилу повышенный стандарт доказывания предполагает необходимость представления суду ясных и убедительных доказательств наличия и размера задолженности (определения Верховного Суда Российской Федерации от 07.06.2018 №305-ЭС16-20992(3), от 04.06.2018 № 305-ЭС18-413, от 21.02.2019 №308-ЭС18-16740, от 11.07.2019 №305-ЭС19-1539).
Специфика рассмотрения дел о банкротстве предполагает повышенные стандарты доказывания и более активную роль суда в процессе представления и исследования доказательств, в том числе возможность критического отношения к документам, если их содержание не подтверждается иными, не зависящими от названных лиц доказательствами.
Учитывая установленный факт заинтересованности сторон сделки, к доводам ФИО1 о возмездности оспариваемой сделки подлежит применению наиболее строгий стандарт доказывания, учитывая наличие возможности у сторон сделки формального изготовления документов без возникновения действительных правовых последствий.
Согласно пункту 1 статьи 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.
Если займодавцем в договоре займа является гражданин, договор считается заключенным с момента передачи суммы займа или другого предмета договора займа заемщику или указанному им лицу.
Пунктом 1 статьи 810 ГК РФ установлено, что заёмщик обязан возвратить заимодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.
В целях проверки реальности договора от заимодавца суд вправе истребовать документы, подтверждающие фактическое наличие у него денежных средств в размере суммы займа к моменту их передачи должнику, а также иные (помимо расписки) доказательства передачи денег должнику. При наличии сомнений в действительности договора займа суд не лишен права потребовать и от должника представления документов, свидетельствующих о его операциях с этими денежными средствами, в том числе об их расходовании.
Суд первой инстанции неоднократно предлагал ответчику представить доказательства наличия финансовой возможности предоставить сумму займа наличными денежными средствами в размере 160 000 рублей на дату заключения договора (15.08.2019); должнику - документально подтвердить расходование денежных средств, полученных по договору займа.
Заинтересованное с должником лицо обязано исключить любые разумные сомнения в реальности оспариваемой сделки.
ФИО1 не представила в материалы дела доказательства, подтверждающие наличие финансовой возможности предоставления займа должнику на момент заключения и исполнения договора займа.
Из расшифровки банковской выписки ПАО «Сбербанк России» по вкладу «Универсальный на 5 лет» на имя ФИО1 за период с 01.07.2019 по 31.08.2019 не следует, что ответчиком в преддверии заключения договора займа осуществлялось снятие денежных средств в размере 160 000 рублей.
Операции списанию денежных средств в размере от 500 до 20 000 рублей за период с 03.07.2019 по 15.08.2019 не могут являться бесспорными доказательствами, подтверждающими факт передачи должнику денежных средств в указанном размере с учетом повышенного стандарта доказывания.
При этом также отсутствует информация о расходовании должником полученных денежных средств, должник не обосновал объективную потребность в заемных денежных средствах на дату заключения договора займа от 15.08.2019.
С учетом изложенного, факт получения должником от ответчика денежных средств не подтвержден, что свидетельствует о безвозмездности сделки. Доказательства обратного в материалы дела в нарушение статьи 65 АПК РФ не представлено. Решение третейского суда таким доказательством не является.
Согласно позиции, изложенной в пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 57 «О некоторых вопросах практики рассмотрения дела, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств» в деле об оспаривании сделки арбитражный суд не лишен права прийти к иным выводам об обстоятельствах, которые установлены третейским судом в деле о взыскании долга.
Третейским судом реальность взаимоотношений между заимодавцем и заемщиком не оценивалась, вывод сделан исходя из наличия расписки о передаче денежных средств должнику, и отсутствия возражений по этому поводу со стороны последнего.
При этом выводы третейского суда сделаны без учета повышенного стандарта доказывания в деле о банкротстве и не имеют преюдициального значения для настоящего спора.
В соответствии со статьей 409 ГК РФ по соглашению сторон обязательство может быть прекращено предоставлением отступного - уплатой денежных средств или передачей иного имущества.
Соглашение об отступном от 01.03.2021 основано на ранее заключенном договоре займа от 15.08.2019. Учитывая мнимый характер договора займа, последующая сделка, направленная на обеспечение и погашение несуществующего долга (соглашение об отступном от 15.08.2019), соответствует условиям недействительности сделки, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.
Последствия недействительности сделки применены судом первой инстанции правильно в соответствии с положениями пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса, пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве.
Доводы заявителя апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.
При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 АПК РФ, апелляционная инстанция не усматривает.
Руководствуясь частью 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции
ПОСТАНОВИЛ:
определение Арбитражного суда Республики Алтай от 22.01.2025 по делу № А02-2171/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.
Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий месяца со дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Республики Алтай.
Постановление, выполненное в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».
Председательствующий
В.С. Дубовик
Судьи
А.П. Иващенко
Н.Н. Фролова