ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, <...>, тел. <***>,

http://www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

(11АП-2653/2025)

24 апреля 2025 года Дело № А65-31582/2021

г. Самара

Резолютивная часть постановления объявлена 17 апреля 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 24 апреля 2025 года.

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Поповой Г.О., судей Бессмертной О.А., Серовой Е.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Власовой Н.Ю.,

без участия в судебном заседании представителей лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащих образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда в зале №2 апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО1 на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 03.02.2025 о признании права собственности в рамках дела № А65-31582/2021 о несостоятельности (банкротстве) ФИО2, ИНН <***>.

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 17.12.2021 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 на основании заявления общества с ограниченной ответственностью (ООО) «Средне Волжский Долговой Центр».

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 13.04.2022 заявление ООО «Средне Волжский Долговой Центр» о признании гражданина ФИО2 несостоятельным (банкротом) признано обоснованным, введена процедура реструктуризации долгов гражданина. Финансовым управляющим утверждена ФИО1.

Сообщение о введении в отношении должника ФИО2 процедуры реструктуризации долгов гражданина опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 72(7273) от 23.04.2022.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 24.06.2022 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации его имущества. Финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО1, член Ассоциации «Региональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих».

Сообщение о введении в отношении ФИО2 процедуры реализации имущества опубликовано в газете «Коммерсант» на сайте №117(7318) от 02.07.2022.

26.11.2024 в Арбитражный суд Республики Татарстан поступило заявление ФИО3 о прекращении права собственности, зарегистрированного за ФИО2 на гаражный бокс, под кадастровым номером 16:50:011007:255, площадью 17 кв.м, расположенный по адресу: <...>, бокс 25, и признании права собственности за ФИО3 на гаражный бокс, под кадастровым номером 16:50:011007:255, площадью 17 кв.м, расположенный по адресу: <...>, бокс 25, в силу приобретательной давности.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 02.12.2024 заявление принято к производству; в порядке ст. 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: Управление Росреестра по Республике Татарстан, Гаражно-строительный кооператив «Арслан».

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 03.02.2025 заявление ФИО3 удовлетворено.

Признано право собственности за ФИО3 на гаражный бокс, под кадастровым номером 16:50:011007:255, площадью 17 кв.м, расположенный по адресу: <...>, бокс 25, силу приобретательной давности.

Прекращено право собственности, зарегистрированное за ФИО2 на гаражный бокс, под кадастровым номером 16:50:011007:255, площадью 17 кв.м, расположенный по адресу: <...>, бокс 25.

Не согласившись с принятым судебным актом, финансовый управляющий ФИО1 обратилась с апелляционной жалобой в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд, в которой просит отменить определение, принять новый судебный акт.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.03.2025 апелляционная жалоба принята к производству.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта, исходя из следующего.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как следует из материалов дела, ФИО3 является собственником гаражного бокса, площадью 17,4 кв.м, кадастровый номер 16:50:011007:261, расположенного по адресу: г.Казань, ГСК «Арслан», бокс 25, указанный гаражный бокс находится на подземном этаже жилого дома, расположенного по адресу: <...>, право собственности на указанный гаражный бокс, под кадастровым номером 16:50:011077:261 заявитель, ФИО3, зарегистрировал 23.04.2005 на основании справки ГСК «Арслан».

Между тем за должником осталось зарегистрировано право собственности на гараж под кадастровым номером 16:50:011007:255, площадью 17 кв.м, адрес: <...>, бокс 25, однако, как указывает ФИО3, формально оба гаражных бокса являются различными объектами недвижимости, поскольку имеют различные кадастровые номера, но фактически это один и тот же гаражный бокс, в связи с чем он обратился в арбитражный суд с заявлением о прекращении права собственности, зарегистрированного за ФИО2, на гаражный бокс, под кадастровым номером 16:50:011007:255, площадью 17 кв.м, расположенный по адресу: <...>, бокс 25, и признании за ним права собственности на указанный объект. В обоснование указанного заявления ФИО3 указывает, что с 2001 года, на протяжении более 15 лет (24 года) добросовестно, открыто пользуется гаражом, несет бремя содержания.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявление, исходил из наличия в материалах дела факта, что должник являлся номинальным владельцем гаражного бокса, однако фактически утратил право на спорное имущество, а заявитель в силу норм ст. 234 ГК РФ стал собственником спорного объекта недвижимости, поскольку материалами дела подтверждается факт длительности, открытости и непрерывности владения заявителем спорным имуществом, исполнения им обязанностей собственника этого имущества и несения расходов по его содержанию.

В апелляционной жалобе финансовый управляющий ссылается на отсутствие оснований для признания права собственности на спорный объект за ФИО3 в силу приобретательной давности, поскольку между ним и должником заключалась сделка в отношении спорного объекта, а также заявитель апелляционной жалобы указывает на недобросовестное владение ФИО3 спорным объектом.

Повторно рассмотрев материалы дела, доводы апелляционной жалобы в порядке статьи 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта в связи со следующим.

Судом первой инстанции установлено, что согласно выписке из ЕГРН, право собственности должника на спорное здание (гаражный бокс 25) с кадастровым номером №16:50:011007:255 зарегистрировано 24.10.2001 на основании договора на строительство подземного бокса-гаража №11 от 08.09.1998.

Также согласно содержащимся в ЕГРН сведениям установлено, что 23.04.2005 зарегистрировано право собственности ФИО3 на то же спорное здание (гаражный бокс 25), но с иным кадастровым номером №16:50:011007:261, право зарегистрировано на основании справки ГСК «Арслан».

При этом, как следует из материалов дела, 31.05.2001 между должником ФИО2 (продавец) и заявителем ФИО3 (покупатель) заключен договор купли-продажи квартиры по адресу: <...>.

Предметом сделки спорный объект недвижимости не являлся, в связи с чем судебная коллегия полагает, что суд первой инстанции обоснованно отклонил справку гаражно-строительного кооператива «Арслан», как доказательство возникновения у заявителя соответствующего права собственности на спорный объект недвижимости.

На основании ч. 4 ст. 218 ГК РФ член жилищного, жилищно-строительного, дачного, гаражного или иного потребительского кооператива, другие лица, имеющие право на паенакопления, полностью внесшие свой паевой взнос за квартиру, дачу, гараж, иное помещение, предоставленное этим лицам кооперативом, приобретают право собственности на указанное имущество.

Данной нормой права предусмотрен первоначальный способ приобретения права собственности на вновь созданную вещь, притом, что первоначальный способ характеризуется тем, что право собственности на определенное имущество возникает впервые.

Судом первой инстанции установлено, что право собственности на спорный гаражный бокс 24.10.2001 зарегистрировано за должником на основании договора на строительство подземного бокса-гаража №11 от 08.09.1998.

Отчуждение в данном случае подразумевает заключение гражданско-правовой сделки, направленной на изменение собственника недвижимого имущества.

При этом указанный способ возникновения права будет являться не первичным, как предусмотрено ч. 4 ст. 218 ГК РФ, а производным способом возникновения права собственности, то есть, зависящим от воли предыдущего собственника.

Как следует из материалов дела, финансовый управляющий должника ФИО2 – ФИО1 обратилась в Вахитовский районный суд г. Казани с заявлением о признании отсутствующим права собственности ФИО3 на гаражный бокс с кадастровым номером 16:50:011007:261, площадью 17 кв.м, расположенный по адресу: <...>, бокс 25 и исключении из ЕГРН записи о государственной регистрации права собственности ФИО3 на гаражный бокс с кадастровым номером 16:50:011007:261, площадью 17 кв.м, расположенный по адресу: <...>, бокс 25.

Вступившим в законную силу решением Вахитовского районного суда г. Казани от 15.10.2024 по делу №2-389/2024 исковые требования финансовый управляющий должника ФИО2 – ФИО1 удовлетворены.

Определением Вахитовского районного суда г. Казани от 15.10.2024 по делу №2-389/2024 встречное исковое заявление ФИО3 к ФИО2 о признании объектов тождественными, прекращении прав собственности, признании права собственности, оставлено без рассмотрения.

Таким образом, судом отказано в признании отсутствующим у должника права собственности на объект недвижимости с кадастровым номером №16:50:011007:255, зарегистрированного 24.10.2001 на основании договора на строительство подземного бокса-гаража №11 от 08.09.1998.

При этом судом признано отсутствующим право собственности ФИО3 на тождественный объект недвижимости с кадастровым номером 16:50:011007:261, зарегистрированное 23.04.2005 на основании справки гаражно-строительного кооператива «Арслан», аннулирована запись в ЕГРН.

Судом первой инстанции правомерно установлено, что в настоящий момент за должником ФИО2 зарегистрировано право собственности на гаражный бокс площадью 17 кв.м, расположенный по адресу: <...>, бокс 25, с кадастровым номером №16:50:011007:255.

В соответствии с пунктом 3 статьи 218 ГК РФ, в случаях и в порядке, которые предусмотрены данным Кодексом, лицо может приобрести право собственности на имущество, не имеющее собственника, на имущество, собственник которого неизвестен, либо на имущество, от которого собственник отказался или на которое он утратил право собственности по иным основаниям, предусмотренным законом.

Согласно пункту 1 статьи 234 ГК РФ, лицо - гражданин или юридическое лицо, - не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом, если иные срок и условия приобретения не предусмотрены настоящей статьей, в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество.

Лицо, считающее, что стало собственником имущества в силу приобретательной давности, должно доказать наличие одновременно следующих обстоятельств: фактическое владение недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет; владение имуществом как своим собственным; добросовестность, открытость и непрерывность владения.

Отсутствие хотя бы одного из условий, предусмотренных пунктами 1, 4 статьи 234 ГК РФ, влечет отсутствие оснований для признания за истцом права собственности в силу приобретательной давности.

Исходя из содержания заявленного требования, заявитель должен доказать факт добросовестного, открытого и непрерывного владения спорным недвижимым имуществом как своим собственным.

Течение срока приобретательной давности в отношении вещей, находящихся у лица, из владения которого они могли быть истребованы в соответствии со статьями 301 и 305 настоящего Кодекса, начинается со дня поступления вещи в открытое владение добросовестного приобретателя, а в случае, если было зарегистрировано право собственности добросовестного приобретателя недвижимой вещи, которой он владеет открыто, - не позднее момента государственной регистрации права собственности такого приобретателя.

В соответствии с разъяснениями, приведенными в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 29.04.2010 №10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» (далее - Постановление №10/22) при разрешении споров, связанных с возникновением права собственности в силу приобретательной давности, судам необходимо учитывать следующее: давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало, и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности; давностное владение признается открытым, если лицо не скрывает факта нахождения имущества в его владении. Принятие обычных мер по обеспечению сохранности имущества не свидетельствует о сокрытии этого имущества; давностное владение признается непрерывным, если оно не прекращалось в течение всего срока приобретательной давности; владение имуществом как своим собственным означает владение не по договору. По этой причине статья 234 ГК РФ не подлежит применению в случаях, когда владение имуществом осуществляется на основании договорных обязательств (аренды, хранения, безвозмездного пользования и т.п.).

Разъяснение содержания понятия добросовестности в контексте статьи 234 ГК РФ дано в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 №10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», согласно которому судам рекомендовано при разрешении споров, связанных с возникновением права собственности в силу приобретательной давности, учитывать, что давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания у него права собственности. С учетом пункта 18 того же постановления, посвященного пункту 4 статьи 234 ГК РФ в прежней редакции, приведенное понимание добросовестности не препятствовало при определенных обстоятельствах приобретению по давности владения имущества и тем лицом, которое могло знать об отсутствии у него оснований приобретения права собственности по сделке. Таким образом, изложенный в пункте 15 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации критерий добросовестности отражает сложность добросовестности как оценочного понятия, допускающего ее различные проявления применительно к различным категориям дел.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, отраженной в постановлении от 26.11.2020 №48-П, институт приобретательной давности направлен на защиту не только частных интересов собственника и владельца имущества, но и публично-правовых интересов, как то: достижение правовой определенности, возвращение имущества в гражданский оборот, реализация фискальных целей. В случае с приобретательной давностью добросовестность владельца выступает лишь в качестве одного из условий, необходимых прежде всего для возвращения вещи в гражданский оборот, преодоления неопределенности ее принадлежности в силу владения вещью на протяжении длительного срока (определения Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 28 июля 2015 года N 41-КГ15-16, от 20 марта 2018 года N 5-КГ18-3, от 15 мая 2018 года N 117-КГ18-25 и от 17 сентября 2019 года N 78-КГ19-29). Для приобретательной давности правообразующее значение имеет прежде всего не отдельное событие, состоявшееся однажды (как завладение вещью), а добросовестное длительное открытое владение, когда владелец вещи ведет себя как собственник, при отсутствии возражений со стороны других лиц.

Конституционный Суд Российской Федерации указал, что практика Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации не исключает приобретения права собственности в силу приобретательной давности и в тех случаях, когда давностный владелец должен был быть осведомлен об отсутствии оснований возникновения у него права собственности (определения от 27 января 2015 года N 127-КГ14-9, от 20 марта 2018 года N 5-КГ18-3, от 17 сентября 2019 года N 78-КГ19-29, от 22 октября 2019 года N 4-КГ19-55, от 2 июня 2020 года N 4-КГ20-16 и др.). В приведенных определениях применительно к конкретным обстоятельствам соответствующих дел указано, что добросовестность предполагает, что вступление во владение не было противоправным, совершено внешне правомерными действиями. Добросовестное заблуждение давностного владельца о наличии у него права собственности на данное имущество положениями статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации не предусмотрено в качестве обязательного условия для возникновения права собственности в силу приобретательной давности. Напротив, столь длительное владение вещью, право на которую отсутствует, предполагает, что давностный владелец способен знать об отсутствии у него такого права, особенно в отношении недвижимого имущества, возникновение права на которое, по общему правилу, требует формального основания и регистрации в публичном реестре; требование о добросовестном заблуждении в течение всего срока владения без какого-либо разумного объяснения препятствует возвращению вещи в гражданский оборот и лишает лицо, открыто и добросовестно владеющее чужой вещью как своей, заботящееся об этом имуществе и несущее расходы на его содержание, не нарушая при этом ничьих прав, права легализовать такое владение, оформив право собственности на основании данной нормы.

Таким образом, указанная практика применения положений о приобретательной давности свидетельствует, что для признания владельца добросовестным при определенных обстоятельствах не требуется, чтобы он имел основания полагать себя собственником имущества. Добросовестность может быть признана судами и при наличии оснований для понимания владельцем отсутствия у него оснований приобретения права собственности.

В названном постановлении Конституционный Суд Российской Федерации отразил, что понимание добросовестности давностного владения, подразумевающее, что лицо при получении владения должно полагать себя собственником имущества, лишает лицо, длительное время владеющее имуществом как своим, заботящееся об этом имуществе, несущее расходы на его содержание и не нарушающее при этом прав иных лиц, возможности легализовать такое владение, вступает в противоречие с целями, заложенными в статье 234 ГК РФ.

Для приобретения права собственности в силу приобретательной давности не является обязательным, чтобы собственник, в отличие от положений статьи 236 ГК РФ, совершил активные действия, свидетельствующие об отказе от собственности, или объявил об этом. Достаточным является то, что титульный собственник в течение длительного времени устранился от владения вещью, не проявляет к ней интереса, не исполняет обязанностей по ее содержанию, вследствие чего вещь является фактически брошенной собственником (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 22.10.2019 №4-КГ19-55 и др.).

Таким образом, понимание добросовестности давностного владения, подразумевающее, что лицо при получении владения должно полагать себя собственником имущества, лишает лицо, длительное время владеющее имуществом как своим, заботящееся об этом имуществе, несущее расходы на его содержание и не нарушающее при этом прав иных лиц, возможности легализовать такое владение, вступает в противоречие с целями, заложенными в статье 234 ГК РФ.

Выявленный в постановлении №48-П конституционно-правовой смысл пункта 1 статьи 234 ГК РФ является общеобязательным, что исключает любое иное его истолкование в правоприменительной практике.

Довод заявителя апелляционной жалобы о недобросовестном поведении ФИО3, выразившемся в совершении действий по регистрации права собственности на спорный гараж на основании справки гаражного кооператива в 2005 году, с учетом осведомленности о том, что не является собственником этого имущества, судебной коллегией отклоняется, поскольку попытка ФИО3, как члена гаражного кооператива, легализовать свое владение путем регистрации права собственности на спорный гараж на основании справки, выданной гаражным кооперативом в порядке с п.4 ст. 218 ГК РФ, не свидетельствует о его недобросовестности.

В пункте 16 Постановления №10/22 от 29.04.2010 разъяснено, что по смыслу статей 225 и 234 ГК РФ, право собственности в силу приобретательной давности может быть приобретено на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу, а также на бесхозяйное имущество.

Согласно абзацу первому пункта 19 этого же постановления возможность обращения в суд с иском о признании права собственности в силу приобретательной давности вытекает из статей 11 и 12 ГК РФ, согласно которым защита гражданских прав осуществляется судами путем признания права. Поэтому лицо, считающее, что стало собственником имущества в силу приобретательной давности, вправе обратиться в суд с иском о признании за ним права собственности.

Давностное владение является добросовестным, если, приобретая вещь, лицо не знало и не должно было знать о неправомерности завладения ею, то есть в тех случаях, когда вещь приобретается внешне правомерными действиями, однако право собственности в силу тех или иных обстоятельств возникнуть не может. При этом лицо владеет вещью открыто как своей собственной, то есть вместо собственника, без какого-либо правового основания (титула).

Наличие титульного собственника само по себе не исключает возможность приобретения права собственности другим лицом в силу приобретательной давности.

Связывая применение статьи 234 ГК РФ с владением имуществом на основании договорных обязательств, следует исходить из того, что на недобросовестность владельца указывает тот факт, что у него имеются основания владения, которые не позволяют ему владеть имуществом как своим собственным.

К таким основания относится владение в силу арендных отношений, отношений, связанных с передачей имущества на хранение, в безвозмездное пользование.

С учетом установленных по делу обстоятельств, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что передача имущества в собственность истца на основании договора купли-продажи не может свидетельствовать о его недобросовестности при заявлении иска о признании права собственности на основании статьи 234 ГК РФ, поскольку владение связано с передачей объекта в собственность.

Судом первой инстанции установлено, что между ФИО3 и ФИО2 заключен договор купли-продажи только в отношение квартиры, договор по отчуждению спорного гаража не заключался.

Заявителем апелляционной жалобы указанные обстоятельства не опровергнуты.

В силу изложенного, с учетом установленных по делу обстоятельств, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что ФИО3 владеет спорным гаражом не по договору.

Более того, судом первой инстанции установлено, что должник не оспаривает передачу гаража покупателю.

Именно ввиду отсутствия возможности подтвердить факт возникновения права собственности на спорный гараж на основании заключенной сделки заявитель обратился в суд с настоящим заявлением о признании права собственности на указанный гараж в силу приобретательной давности.

Аналогичная правовая позиция изложена в постановлениях Центрального округа от 06.11.2018 №Ф10-4999/2018, Северо-Западного округа от 13.06.2023 №Ф07-6259/2023.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 27.01.2015 №127-КГ14-9, в соответствии с которой при оценке доводов сторон о добросовестном владении спорным имуществом следует учитывать, что нормы действующего законодательства не содержат запрета на приобретение права собственности в силу приобретательной давности, если такое владение началось по соглашению с собственником или иным лицом о последующей передаче права собственности на основании сделки, когда по каким-либо причинам такая сделка не была заключена и переход права собственности не состоялся (лицо, намеренное передать вещь, не имеет соответствующих полномочий, не соблюдена форма сделки, не соблюдены требования о регистрации сделки или перехода права собственности и т.п.).

Иной подход ограничивал бы применение положений статьи 234 ГК РФ только случаями самовольного завладения имуществом и побуждал бы давностного владельца к сокрытию непротивоправного по своему содержанию соглашения с собственником, что, в свою очередь, противоречило бы требованию закона о добросовестности участников гражданских правоотношений (пункт 3 статьи 1 ГК РФ).

С учетом изложенного, судебная коллегия полагает несостоятельными доводы заявителя апелляционной жалобы о том, что положенное заявителем в обоснование требования обстоятельство, связанное с переходом во владение заявителя указанного гаража на основании договора купли-продажи, является основанием для отказа в иске.

Как следует из материалов дела, ФИО3 добросовестно, открыто и непрерывно владеет спорным гаражом как своим собственным имуществом с 2001 года (более 15 лет), с момента заключения договора купли-продажи самой квартиры, несет расходы по содержанию гаража, в целях поддержания его надлежащего состояния и сохранности. При этом, приобретя квартиру, заявитель в отсутствие возражений с чьей-либо стороны вступил и во владение гаража, расположенного рядом с домом.

Таким образом, начало течения срока владения определено судом с 2001 года, в связи с чем, принимая дату обращения заявителя в суд с соответствующим заявлением (26.11.2024), суд пришел к выводу, что установленный п.1 ст.234 ГК РФ 15- летний срок приобретательной давности для заявителя наступил.

Из материалов дела не усматривается, что в отношении спорного имущества заявлялись иски об истребовании имущества.

В силу статьи 12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется способами, установленными данной статьей, а также иными способами, предусмотренными законом, в том числе путем предъявления иска о признании зарегистрированного права отсутствующим.

Согласно пункту 1 статьи 235 ГК РФ право собственности прекращается при отчуждении собственником своего имущества другим лицам, отказе собственника от права собственности, гибели или уничтожении имущества и при утрате права собственности на имущество в иных случаях, предусмотренных законом.

Из содержания указанных норм следует, что действующее законодательство, предусматривая возможность прекращения права собственности на то или иное имущество путем совершения собственником действий, свидетельствующих о его отказе от принадлежащего ему права собственности, допускает возможность приобретения права собственности на это же имущество иным лицом в силу приобретательной давности.

При этом к действиям, свидетельствующим об отказе собственника от права собственности, может быть отнесено, в том числе устранение собственника от владения и пользования принадлежащим ему имуществом, непринятие мер по содержанию данного имущества.

Судом первой инстанции правомерно установлено, что должник длительное время не проявляет интереса к спорному имуществу, обязанности по содержанию спорного имущества и его сохранению не исполнял, должник в своих пояснениях указал о продаже спорного гаража заявителю еще в 2001 году.

В пункте 52 постановления №10/22 разъяснено, что оспаривание зарегистрированного права на недвижимое имущество осуществляется путем предъявления исков, решения по которым являются основанием для внесения записи в ЕГРП. В частности, если в резолютивной части судебного акта решен вопрос о наличии или отсутствии права либо обременения недвижимого имущества, о возврате имущества во владение его собственника, о применении последствий недействительности сделки в виде возврата недвижимого имущества одной из сторон сделки, то такие решения являются основанием для внесения записи в ЕГРП. В частности, если в резолютивной части судебного акта решен вопрос о наличии или отсутствии права либо обременения недвижимого имущества, о возврате имущества во владение его собственника, о применении последствий недействительности сделки в виде возврата недвижимого имущества одной из сторон сделки, то такие решения являются основанием для внесения записи в ЕГРП (ЕГРН).

В свою очередь в соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 58 постановления Пленумов №10/22, лицо, считающее себя собственником находящегося в его владении недвижимого имущества, право на которое зарегистрировано за иным субъектом, вправе обратиться в суд с иском о признании права собственности.

Согласно пунктам 21, 52 Постановления Пленумов №10/22 судебный акт об удовлетворении иска о признании права собственности в силу приобретательной давности является основанием для регистрации права собственности в ЕГРН.

Несмотря на то, что произведена государственная регистрация права собственности должника на спорное имущество, в течение всего срока владения и пользования имуществом со стороны заявителя с 2001 года, должник до ноября 2024 года (дата обращения финансового управляющего в суд с указанным выше иском) не предпринимал никаких действий, направленных на обеспечение своего владения и пользование спорным объектом недвижимости. Таким образом, должник являлся номинальным владельцем гаражного бокса, однако фактически утратил право на спорное имущество, а заявитель в силу норм статьи 234 ГК РФ – стал собственником спорного объекта недвижимости, неся все затраты по его содержанию, владению и пользованию.

С учетом установленных по делу обстоятельств, установив факт длительности, открытости и непрерывности владения заявителем спорным имуществом, исполнения им обязанностей собственника этого имущества и несения расходов по его содержанию, отметив, что должник отрицает наличие у него прав на гараж, судебная коллегия полагает обоснованным вывод суда первой инстанции о наличии оснований для удовлетворения заявления.

Доводы, изложенные в жалобе, не влияют на правильность выводов суда. Оснований для удовлетворения указанной жалобы у суда апелляционной инстанции не имеется. При этом, заявитель апелляционной жалобы приводит доводы, не опровергающие выводы арбитражного суда первой инстанции, а выражающие несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены законного и обоснованного определения.

Все имеющие существенное значение для рассматриваемого дела обстоятельства судом первой инстанции установлены правильно, представленные доказательства полно и всесторонне исследованы и им дана надлежащая оценка.

Основания для переоценки обстоятельств, установленных при рассмотрении обоснованности заявленных требований, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений при рассмотрении дела судом первой инстанции норм процессуального права, которые в соответствии с части 4 статьи 270 АПК РФ могли бы повлечь отмену обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

При отмеченных обстоятельствах определение суда первой инстанции отмене не подлежит, апелляционную жалобу следует оставить без удовлетворения.

Вопрос о распределении расходов по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы (финансовый управляющий, действующий в интересах должника, которому предоставлена отсрочка по уплате государственной пошлины) не рассматривается, поскольку должник освобожден от уплаты государственной пошлин (подпункту 4 пункта 1 статьи 333.37 НК РФ).

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 03.02.2025 по делу №А65-31582/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий Г.О. Попова

Судьи О.А. Бессмертная

Е.А. Серова