Постановление по делу № 17АП-2519/2025 от 22.05.2025 | 17 арбитражный апелляционный суд

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, <...>

e-mail:17aas.info@arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№17АП-2519/2025(1)-АК

г. Пермь

22 мая 2025 года Дело №А60-26923/2024

Резолютивная часть постановления объявлена 20 мая 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 22 мая 2025 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Л.М. Зарифуллиной,

судей И.П. Даниловой, Т.С. Нилоговой,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания В.Г. Паршиной,

в отсутствии лиц, участвующих в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещенных надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу должника ФИО1

на определение Арбитражного суда Свердловской области

от 18 февраля 2025 года

о завершении реализации имущества гражданина и неприменении правила об освобождении гражданина от исполнения обязательств,

вынесенное судьей В.С. Трухиным

в рамках дела № А60-26923/2024

о признании ФИО1 (ИНН <***>) несостоятельным (банкротом),

установил:

в Арбитражный суд Свердловской области 23.05.2024 поступило заявление ФИО1 (далее – ФИО1, должник) о признании его несостоятельным (банкротом), которое определением от 29.05.2024 принято к производству суда, возбуждено дело о банкротстве должника.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 25.06.2024 ФИО1 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО2 (далее – ФИО2), член саморегулируемой организации ассоциации «Нацарбитр» - ассоциации «Национальная организация арбитражных управляющих».

Объявление об открытии процедуры реализации имущества должника опубликовано на сайте ЕФРСБ 02.07.2024 (сообщение №14771404), в газете «Коммерсантъ» №118(7808) от 06.07.2024.

В Арбитражный суд Свердловской области 30.09.2024 поступило заявление кредитора акционерного общества «Российский сельскохозяйственный банк» (далее – АО «Россельхозбанк») о неприменении в отношении должника правила об освобождении от обязательств перед АО «Россельхозбанк».

В арбитражный суд 21.11.2024 поступило ходатайство финансового управляющего должника ФИО2 о завершении процедуры реализации имущества должника, освобождении должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реализации имущества, перечислении с депозитного счета Арбитражного суда Свердловской области в пользу финансового управляющего ФИО2 денежных средств в размере 25 000,00 рублей.

От кредитора публичного акционерного общества «Совкомбанк» (далее – ПАО «Совкомбанк») 15.01.2025 поступили возражения относительно завершения процедуры реализации имущества должника, а также ходатайство о неприменении в отношении должника правила об освобождении от обязательств перед ПАО «Совкомбанк».

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 18.02.2025 (резолютивная часть от 06.02.2025) процедура реализации имущества в отношении ФИО1 завершена. В отношении ФИО1 применены положения пункта 3 статьи 213.28 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 №127-ФЗ об освобождении от обязательств, за исключением требований ПАО «Совкомбанк», АО «Россельхозбанк», ПАО «Сбербанк России», Азиатско-Тихоокеанский Банк (ПАО), Банк ВТБ, РНКБ Банк (ПАО), ПАО АКБ «Металлинвестбанк». Определено перечислить с депозитного счета арбитражного суда финансовому управляющему ФИО2 денежные средства в размере 25 000,00 рублей по представленным реквизитам.

Не согласившись с принятым судебным актом, должник подал апелляционную жалобу, в которой просит определение суда от 18.02.2025 отменить в части неосвобождения должника ФИО1 от исполнения денежных обязательств перед кредиторами ПАО «Совкомбанк», АО «Россельхозбанк», ПАО «Сбербанк России», Азиатско-Тихоокеанский Банк (ПАО), Банк ВТБ, РНКБ Банк (ПАО), ПАО АКБ «Металлинвестбанк», принять новый судебный акт, которым освободить должника ФИО1 от дальнейшего исполнения требований всех кредиторов.

Заявитель жалобы ссылается на то, что просили не освобождать от исполнения обязательств только часть кредиторов, суд первой инстанции не применил правила об освобождении от обязательств и в отношении денежных требований тех кредиторов, кто не возражал против списания. Суд первой инстанции не имел правовых оснований не освобождать от исполнения обязательств должника перед теми кредиторами, кто прямо не заявлял о неосвобождении должника от исполнения обязательств. Полагает, что банки могли и должны были проверить кредиторскую задолженность ФИО1, прежде чем одобрять заявку должника на получение кредитных денежных средств. Банки, являясь профессиональным участником указанных правоотношений, коммерческой организацией с достаточным количеством административных ресурсов, имели возможность взять время и проверить кредиторскую нагрузку ФИО1 в соответствии с пунктом 3.7 статьи 5 ФЗ «О кредитных историях» №218-ФЗ от 30.12.2004. Банк при принятии решения о выдаче кредита не запрашивал у должника дополнительные сведения и документы, в том числе справки по форме 2-НДФЛ или справки с места работы, ограничившись сведениями анкеты на получение кредита и заполненной заемщиком справки. Указанное свидетельствует о том, что банк, как профессиональный участник в сфере кредитования, не проявил должную степень заботливости и осмотрительности при выдаче кредита, либо же был удовлетворен имеющимися сведениями о финансовом положении заемщика, выдав ему запрашиваемый кредит. Доказательства того, что должник в короткий период времени принял на себя значительные обязательства, заведомо не планировал исполнять такие обязательства, в материалах дела отсутствуют, оснований для применения положений пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве не имеется. Должник при получении кредитов никаким образом не вводил банк в заблуждение, не мог повлиять на отказ или выдачу кредита, кредитные организации законодательно не ограничены в сроке проверки потенциального заемщика. Как указывает апеллянт, при распределении бремени доказывания по вопросу об установлении наличия либо отсутствия обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, необходимо исходить из презумпции добросовестности и добропорядочности гражданина до тех пор, пока не установлено обратное (пункт 5 статьи 10 ГК РФ). Эта презумпция, исходя из своего содержания, влияет на распределение обязанности по доказыванию, вследствие чего финансовый управляющий, кредиторы должны доказать наличие оснований для неосвобождения должника-гражданина от обязательств. ФИО1 не вводил Банки в заблуждение, не предоставлял банкам заведомо ложную информацию, в том числе о сумме реального дохода, иных кредитных договоров, доказательств обратного кредиторы в материалы дела не представили (статья 65 АПК РФ). ФИО1 обращает внимание, что на протяжении более 5 месяцев справлялся с кредитной нагрузкой, что указывает его добросовестность, на реальное исполнение финансовых обязательств.

До начала судебного заседания от кредитора АО «Россельхозбанк» поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Указывает на то, что довод о том, что банки, являющиеся профессиональными участниками рынка кредитования, не лишены возможности проверить информацию, предоставленную должником, не может являться основанием к освобождению от исполнения обязательств перед кредитором. Должником в короткий промежуток времени с 23.01.2024 по 24.01.2024 оформлено как минимум 10 кредитных договоров в различных кредитных организациях на общую сумму свыше 9 000 000,00 рублей, а через 6 месяцев после получения заемных средств, должник подал заявление в суд о признании его несостоятельным (банкротом). Принятие гражданином на себя значительных денежных обязательств предполагает наличие у него возможности их своевременного исполнения за счет постоянного источника дохода или иного имущества, в том числе приобретенного на заемные средства, в связи с этим последующее банкротство должника и принимаемые в связи с этим в отношении него меры реабилитационного характера возлагают на него встречную обязанность по раскрытию цели получения кредита (займа), его расходовании и иных сведений, необходимых для финансового анализа. Заключение нескольких кредитных договоров в короткий промежуток времени свидетельствует о намерении должника не допустить получения кредитными организациями сведений из Бюро кредитных историй в полном объеме и воспрепятствовать проведению анализа кредитной нагрузки заемщика кредитными организациями, что является злоупотреблением правом (статья 10 ГК РФ). При вынесении определения судом установлено недобросовестное поведение должника, в т.ч. перед кредитором АО «Россельхозбанк», и такое поведение неприемлемо для цели освобождения от долгов по результатам процедуры банкротства, в связи с чем, доводы АО «Россельхозбанк» о недопущении освобождения должника от обязательств перед АО «Россельхозбанк», суд посчитал обоснованными.

От кредитора ПАО «Совкомбанк» поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Ссылается на то, что материалами дела установлено, что должником приняты на себя непосильные обязательства. На дату подачи заявления о признании себя банкротом должник имел неисполненные обязательства в сумме 10 327 202,00 рублей. Общий размер ежемесячных платежей составляет более 200 000,00 рублей. Из представленной в материалы дела копии трудовой книжки следует, что в период заключения кредитных договоров должник был трудоустроен в акционерном обществе «Синарский трубный завод» согласно справке 2-НДФЛ за 2022-2024 год средняя заработная плата должника составляла 58 252,00 рублей без учета НДФЛ., за 2023 год составляла 68 432,00 рублей без учета НДФЛ, за четыре месяца 2024 год составляла 54 439,00 рублей без учета НДФЛ. В материалы дела не представлены доказательства наличия дохода в размере, позволяющим обслуживать такой платеж. Судом первой инстанции верно установлено, что у должника не имелось возможности исполнять принятые на себя кредитные обязательства в полном объеме, сам должник указанные обстоятельства должен был объективно осознавать. Должником не подтверждены документально пояснения о расходовании денежных средств, полученных в краткосрочный период. Судом первой инстанции правильно отмечено, что пояснения должника являются нелогичными и неразумными, поскольку, принимая решение передаче существенной суммы (полученной в кредит) иному лицу, даже не обладающее юридическими познаниями физическое лицо, приняло бы минимально необходимые меры для своей правовой защиты – оформление договора, составление расписок (при передаче денежных средств наличными). Должником не указывается организация или иное лицо, посредством которого должник планировал приобрести транспортные средства. Сведений о том, во что конкретно производилось вложение, должником также не представлено. Таким образом, судом первой инстанции верно установлено, что должник не представил даже минимального объема документов в подтверждение его пояснений.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, своих представителей для участия в судебное заседание не направили, что в порядке части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в пределах доводов апелляционной жалобы в обжалуемой части в порядке, предусмотренном статьей 266 и частью 5 статьи 268 АПК РФ.

Возражений против проверки законности и обоснованности судебного акта в обжалуемой части (в части неосвобождения от долгов) не заявлено.

Из материалов дела следует, что по завершении процедуры реализации имущества гражданина, финансовым управляющим представлено ходатайство о завершении процедуры банкротства по основаниям, предусмотренным статьей 213.28 Закона о банкротстве, ссылаясь на завершение всех предусмотренных в процедуре банкротства должника мероприятий. Одновременно представлены документы, подтверждающие объем проведенных финансовым управляющим мероприятий в процедуре банкротства, отчет о результатах реализации имущества должника.

При этом, финансовым управляющим должника не выявлено оснований для неосвобождения должника от дальнейшего исполнения обязательств.

Кредиторами АО «Россельхозбанк», ПАО «Совкомбанк» заявлены ходатайства о неприменении в отношении должника правил об освобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств перед ними.

Завершая процедуру банкротства в отношении должника и не применяя к нему правила об освобождении от исполнения обязательств в отношении кредиторов ПАО «Совкомбанк», АО «Россельхозбанк», ПАО «Сбербанк России», Азиатско-Тихоокеанский Банк (ПАО), Банк ВТБ, РНКБ Банк (ПАО), ПАО АКБ «Металлинвестбанк», суд первой инстанции исходил из того, что все мероприятия, предусмотренные Законом о банкротстве, завершены, основания для продления процедуры банкротства не установлены; заключив в короткий период времени несколько кредитных договоров на значительные суммы, должник не мог не осознавать непосильность принятых долговых обязательств, равно как и не раскрывая перед банками сведения об иных кредитах (полученных в этот же день), в отсутствии доказательств реального расходования полученных денежных средств подобное поведение явилось недобросовестным и, по сути, лишило кредиторов возможности рассчитывать на удовлетворение его требований; не смотря на отсутствие заявлений ПАО «Сбербанк России», Азиатско-Тихоокеанский Банк (ПАО), Банк ВТБ, РНКБ Банк (ПАО), ПАО АКБ «Металлинвестбанк» о неосвобождении должника от исполнения обязательств, суд не освободил должника от исполнения обязательств перед указанными лицами, поскольку действиями должника, признанными судом недобросовестным, противоправным поведением причинен вред имущественным правам кредиторов, посредствам получения заемных средств 23.01.2024 и 24.01.2024 при отсутствии реальной возможности для их погашения.

Судебный акт в части завершения процедуры банкротства не обжалуется, обжалуется только в части неприменения к должнику предусмотренного пунктом 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве правила об освобождении от обязательств перед отдельными кредиторами ПАО «Совкомбанк», АО «Россельхозбанк», ПАО «Сбербанк России», Азиатско-Тихоокеанский Банк (ПАО), Банк ВТБ, РНКБ Банк (ПАО), ПАО АКБ «Металлинвестбанк», в связи с чем, судебный акт в части завершения процедуры реализации имущества гражданина судом апелляционной инстанции не проверяется.

Суд апелляционной инстанции, исследовав и оценив доводы апелляционной жалобы, отзывов на нее, представленные в материалы дела доказательства по правилам, предусмотренным статьей 71 АПК РФ, проверив правильность применения арбитражным судом норм материального права и соблюдения норм процессуального права, не усматривает оснований для отмены (изменения) судебного акта в обжалуемой части по доводам, изложенным в апелляционной жалобе, в силу следующих обстоятельств.

В силу статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражными судами по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.

Статьей 2 Закона о банкротстве установлено, что реализация имущества гражданина - это реабилитационная процедура, применяемая в деле о банкротстве к признанному банкротом гражданину в целях соразмерного удовлетворения требований кредиторов.

Согласно положениям пунктов 1 и 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов. По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества должника арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина.

По смыслу приведенных норм арбитражный суд при рассмотрении вопроса о завершении реализации имущества гражданина должен с учетом доводов участников дела о банкротстве проанализировать действия финансового управляющего по формированию конкурсной массы в целях расчетов с кредиторами, проверить, исчерпаны ли возможности для удовлетворения требований конкурсных кредиторов за счет конкурсной массы должника.

Материалами дела установлено, что по истечении срока процедуры реализации имущества финансовым управляющим во исполнение требований пункта 1 статьи 213.28 Закона о банкротстве представлен отчет о результатах проведения реализации имущества гражданина.

Как следует из материалов дела, реестр требований кредиторов сформирован в общей сумме 7 117 095,39 рубля, из которых в третью очередь реестра требований кредиторов должника включены требования кредиторов (АО «Россельхозбанк», ООО «Управляющая компания «Кудез», ПАО «Сбербанк», ПАО «Совкомбанк», ПАО «ВТБ», ПАО РНКБ) в общей сумме 4 862 098,30 рубля; требования, учитываемые за реестром (кредиторы АО «АТБ», АКБ «Металлургический инвестиционный банк»), составляют 2 254 997,09 рубля.

Требования кредиторов первой и второй очереди реестра отсутствуют.

Финансовым управляющим должника в процедуре реализации имущества сделаны запросы и получены сведения государственных органов.

По результатам процедуры реализации имущества, требования кредиторов удовлетворены частично на сумму 173 225,66 рубля.

Как следует из отчета финансового управляющего о своей деятельности и о результатах проведения процедуры реализации имущества от 05.02.2025, текущие расходы на проведение процедуры реализации имущества составили 15 312,21 рубля, которые погашены.

Должник трудоустроен, осуществляет трудовую деятельность в АО «Синарский трубный завод» с 2015 года.

Доход должника за 2022 год составил 699 031,29 рубля, за 2023 год – 821 186,59 рубля, за четыре месяца 2024 года – 217 756,23 рубля.

Движимое и недвижимое имущество у должника отсутствует.

Финансовым управляющим проведен анализ сделки должника по отчуждению автомобиля БМВ 320 2001 г.в., период владения с 23.09.2021 по 03.03.2022 (5 месяцев). Отчуждение произведено 03.03.2022. Автомобиль по настоящее время зарегистрирован за новым собственником, постановка на учет произошла спустя 13 дней после подписания ДКП. Цена отчуждения: 515 000,00 рублей. Особенности автомобиля – пробег 199 999 км, впоследствии замена двигателя (контрактный двигатель) с пробегом 88 000км. Управляющим не выявлены основания для оспаривания сделки. Цена отчуждения – рыночная, с учетом особенностей автомобиля заявленных публично. Лицо (покупатель) не является аффилированным с должником. На момент совершения сделки у должника, не было долговых обязательств, Должник имел полное право распоряжения имуществом по своему усмотрению. Долговые обязательства возникли только через 2 года.

Иные сделки, не соответствующие законодательству Российской Федерации и заключенные на условиях, не соответствующих рыночным, в течение трех лет до даты подачи заявления о признании должника банкротом, отсутствуют.

Должник в качестве индивидуального предпринимателя не зарегистрирован.

Должник в браке не состоит, несовершеннолетних детей и иных лиц на иждивении не имеет.

Оснований для продления срока процедуры реализации имущества гражданина судом не установлено.

Какие-либо доказательства, свидетельствующие о возможности обнаружения имущества должника и формировании конкурсной массы, не представлены.

Доказательств того, что финансовым управляющим не совершены еще какие-либо действия, направленные на поиск имущества должника с целью погашения требований кредиторов, в материалы дела не представлено и судом апелляционной инстанции не установлено.

Финансовым управляющим проведен анализ финансового состояния должника, признаков фиктивного и преднамеренного банкротства не выявлено.

Поскольку финансовым управляющим проведены все мероприятия, предусмотренные в процедуре банкротства должника, суд обоснованно пришел к выводу о наличии оснований, предусмотренных статьей 213.28 Закона о банкротстве, для завершения процедуры реализации имущества гражданина.

Выводы суда первой инстанции в указанной части являются верными и не оспариваются должником и кредиторами.

От кредитора АО «Россельхозбанк» поступило ходатайство о неприменении к должнику правил об освобождении от исполнения обязательств, мотивированное тем, что должник умышленно ухудшил свое финансовое положение и взял на себя непосильные кредитные обязательства. В действиях должника усматриваются признаки недобросовестного поведения, направленного на получение излишних кредитов без цели их погашения в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.

От кредитора ПАО «Совкомбанк» поступило ходатайство о неприменении к должнику правил об освобождении от исполнения обязательств, в обоснование которого кредитором указано, что действия ФИО1 недобросовестны, направленны на последовательное наращивание кредиторской задолженности путем оформления в короткий период времени кредитов в различных кредитных учреждениях. Продолжая получать заемные средства при отсутствии реальной возможности для их погашения, осознавая при этом неизбежные последствия в виде роста невозможной к погашению задолженности перед кредиторами, должник действовал с целью причинения вреда кредиторам, злоупотребляя своими правами, что недопустимо согласно нормам статьи 10 ГК РФ. Должником намеренно создана ситуация, при которой у банков отсутствовала возможность проверить на предмет достоверности сведения о наличии у ФИО1 иных обязательств, поскольку данная информация не могла быть размещена в Бюро кредитных историй на дату кредитования ввиду одновременной подачи нескольких заявок и оформления кредитных договоров в один день.

Финансовый управляющий должника просил освободить должника от исполнения требований кредиторов в полном объеме.

Возражая против удовлетворения ходатайств кредиторов о неприменении к должнику правила об освобождении от обязательств, должник указал на отсутствие в действиях должника признаков недобросовестности, отметил, что банки, являясь профессиональными участниками кредитного рынка, имели широкие возможности для оценки кредитоспособности гражданина, при этом надлежащим образом не проверив платежеспособность заёмщика одобрили кредиты. Должник не менял постоянного места работы с момента получения кредитов и по сегодняшний день, из заработной платы должника формировалась конкурсная масса, в том числе. Должник при получении кредитов не предоставлял недостоверные сведения, он официально работает, размер дохода подтвержден, банк данную информацию не опровергает.

Также должником представлены пояснения относительно цели расходования заёмных денежных средств. В частности, должник указал, что брал денежные средства на приобретение транспортных средств из Южной Кореи с целью дальнейшей перепродажи в РФ. Для перевода денежных средств должник воспользовался услугами посредников, средства он передал наличными, а они осуществили перевод получателю в Южной Кореи для осуществления покупки с дальнейшей транспортировкой в РФ, однако, после осуществления перевода, представитель из Южной Кореи перестал выходить с должником на связь, сообщения в телеграмме, в котором они переписывались, были стерты со стороны представителя компании, которая должна была осуществить поставку авто, таким образом, должник остался и без денег и без транспортного средства. В связи с переводом денежных средств через сторонний криптовалютный счет, подтверждений транзакции у должника нет, но представитель из Южной Кореи подтвердил в переписке поступление денежных средств.

Суд первой инстанции, проанализировав доводы кредиторов и должника, сопоставив их с материалами настоящего дела, усмотрел основания для неосвобождения должника от исполнения обязательств перед кредиторами ПАО «Совкомбанк», АО «Россельхозбанк», ПАО «Сбербанк России», Азиатско-Тихоокеанский Банк (ПАО), Банк ВТБ, РНКБ Банк (ПАО), ПАО АКБ «Металлинвестбанк» в силу следующего.

В силу пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина (далее - освобождение гражданина от обязательств).

Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 настоящей статьи, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина (пункт 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если:

вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина;

гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств либо выносит определение о неприменении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств, если эти случаи выявлены после завершения реализации имущества гражданина.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 46 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13.10.2015 №45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» по общему правилу вопрос о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, разрешается судом при вынесении определения о завершении реализации имущества должника (абзац пятый пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

Если обстоятельства, указанные в пункте 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, будут выявлены после завершения реализации имущества должника, определение о завершении реализации имущества должника, в том числе в части освобождения должника от обязательств, может быть пересмотрено судом, рассматривающим дело о банкротстве должника, по заявлению конкурсного кредитора, уполномоченного органа или финансового управляющего. Такое заявление может быть подано указанными лицами в порядке и сроки, предусмотренные статьей 312 АПК РФ. О времени и месте судебного заседания извещаются все лица, участвующие в деле о банкротстве, и иные заинтересованные лица.

Отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами.

При распределении бремени доказывания по вопросу об установлении наличия либо отсутствия обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, необходимо исходить из презумпции добросовестности и добропорядочности гражданина до тех пор, пока не установлено обратное (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее – ГК РФ). Эта презумпция, исходя из своего содержания, влияет на распределение обязанности по доказыванию, вследствие чего финансовый управляющий, кредиторы должны доказать наличие оснований для неосвобождения должника-гражданина от обязательств.

Как правило, обычным способом прекращения гражданско-правовых обязательств и публичных обязанностей является их надлежащее исполнение (пункт 1 статьи 408 ГК РФ, статья 45 Налогового кодекса Российской Федерации и т.д.). В то же время при определенных обстоятельствах гражданин, не способный удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, может быть признан банкротом по решению арбитражного суда (пункт 1 статьи 25 ГК РФ, параграф 1 главы X Закона о банкротстве) или во внесудебном порядке (параграф 5 главы X Закона о банкротстве).

Завершение расчетов с кредиторами в процедурах судебного банкротства или завершение процедуры внесудебного банкротства гражданина влекут освобождение гражданина-банкрота от дальнейшего исполнения требований кредиторов («списание долгов») и, как следствие, от их последующих правопритязаний (пункт 3 статьи 213.28, пункт 1 статьи 223.6 Закона о банкротстве). Тем самым гражданин получает возможность выйти законным путем из создавшейся финансовой ситуации, вернуться к нормальной экономической жизни без долгов и фактически начать ее с чистого листа.

Однако, институт банкротства - это крайний (экстраординарный) способ освобождения от долгов, поскольку в результате его применения могут в значительной степени ущемляться права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им. Процедура банкротства не предназначена для необоснованного ухода от ответственности и прекращения долговых обязательств, а судебный контроль над этой процедурой помимо прочего не позволяет ее использовать с противоправными целями и защищает кредиторов от фиктивных банкротств.

Если должник при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество, то в силу абзаца четвертого пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве эти обстоятельства лишают должника права на освобождение о долгов, о чем указывается судом в судебном акте.

Из разъяснений, данных в пунктах 45, 46 постановления Пленума Верховного Суда №45 от 13.10.2015 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» следует, что согласно абзацу четвертому пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах. По общему правилу вопрос о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, разрешается судом при вынесении определения о завершении реализации имущества должника (абзац пятый пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

В судебной практике выработан правовой подход, согласно которому принятие должником непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для неосвобождения от долгов.

В отличие от недобросовестности неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является.

По общему правилу вопрос о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, разрешается судом при вынесении определения о завершении реализации имущества должника (абзац пятый пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 28 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2011 №51 «О рассмотрении дел о банкротстве индивидуальных предпринимателей», при установлении признаков преднамеренного или фиктивного банкротства либо иных обстоятельств, свидетельствующих о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам (принятие заведомо не исполнимых обязательств, предоставление банку заведомо ложных сведений при получении кредита, вывод активов, неисполнение указаний суда о предоставлении информации сокрытие (умышленное уничтожение) имущества, и т.п.), суд вправе в определении о завершении реализации имущества должника указать на неприменение к данному должнику правила об освобождении от исполнения обязательств (статья 10 ГК РФ).

При этом банкротство граждан, по смыслу Закона о банкротстве, является механизмом нахождения компромисса между должником, обязанным и стремящимся исполнять свои обязательства, но испытывающим в этом объективные затруднения, и его кредиторами, а не способом для недобросовестного избавления от накопленных долгов.

Исходя из задач арбитражного судопроизводства (статья 2 АПК РФ), целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина и последствий признания гражданина банкротом (абзац 17, 18 статьи 2 и статья 213.30 Закона о банкротстве), а также с учетом вышеприведенных разъяснений постановления Пленума №45, в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на должника большего бремени, чем он реально может погасить, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, препятствуя стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на получение излишних кредитов без цели их погашения в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.

Таким образом, отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами.

Действительно, в силу сформированного правого подхода, банки, являясь профессиональными участниками кредитного рынка, имеют широкие возможности для оценки кредитоспособности гражданина, в том числе посредством разработки стандартных форм кредитных анкет-заявок для заполнения их потенциальным заемщиком на стадии обращения в кредитную организацию с указанием сведений о его имущественном и социальном положении, ликвидности предлагаемого обеспечения и т.п., а также проверки предоставленного им необходимого для получения кредита пакета документов. В случае положительного решения о выдаче кредита, основанного на достоверной информации, предоставленной гражданином, последующая ссылка банка на неразумные действия заемщика, взявшего на себя чрезмерные обязательства в отсутствие соответствующего источника погашения кредита, не может быть принята во внимание для целей применения положений пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.06.2019 №305-ЭС18-26429, от 31.10.2022 №307-ЭС22-12512).

Однако, как следует из разъяснений, изложенных в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при наличии обоснованного заявления участвующего в деле лица о недобросовестном поведении должника либо при очевидном для суда отклонении действий должника от добросовестного поведения суд при рассмотрении дела исследует указанные обстоятельства и ставит на обсуждение вопрос о неприменении в отношении должника правил об освобождении от обязательств.

При распределении бремени доказывания по вопросу об установлении наличия либо отсутствия обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, необходимо исходить из презумпции добросовестности и добропорядочности гражданина до тех пор, пока не установлено обратное (пункт 5 статьи 10 ГК РФ). Эта презумпция, исходя из своего содержания, влияет на распределение обязанности по доказыванию, вследствие чего финансовый управляющий, кредиторы должны доказать наличие оснований для неосвобождения должника-гражданина от обязательств.

При этом, несмотря на действие указанной выше презумпции, должник вправе представлять свои доказательства, обосновывающие его добросовестное поведение при ведении процедуры банкротства. Кроме того, при определении добросовестности поведения должника суду следует принимать во внимание и причину, в результате которой возникла его неплатежеспособность.

Последовательное наращивание гражданином кредиторской задолженности может быть квалифицировано как его недобросовестное поведение, влекущее отказ в освобождении гражданина от обязательств, лишь в случае сокрытия им необходимых сведений (размер дохода, место работы, кредитные обязательства в других кредитных организациях и т.п.) либо предоставления заведомо недостоверной информации.

Согласно статье 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в арбитражном процессе, обязано доказать наличие тех обстоятельств, на которые оно ссылается в обоснование своих требований или возражений.

Стороны в соответствии со статьями 8, 9 АПК РФ пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

Как следует из материалов дела, должником в течение двух дней (23.01.2024, 24.01.2024) заключено несколько кредитных договоров, по которым банки предоставили должнику заемные денежные средства в размере 10 327 202,00 рублей при следующих обстоятельствах:

- между должником (заемщик) и АО «Россельхозбанк» заключено соглашение №2473001/0014 от 23.01.2024, по которому банк предоставил заемщику кредит в размере 1 000 000,00 рублей под 20,10% годовых сроком до 23.01.2029 с уплатой процентов и начислением неустойки, предусмотренных тарифами банка (вступившим в законную силу определением арбитражного суда от 09.09.2024 требования АО «Россельхозбанк» в размере 1 023 636,11 рубля, из которых 999 379,60 рубля долга, 19,17 рубля неустойки, 24 190,52 рубля процентов, 46,82 рубля неустойки по оплате процентов, включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника);

- между должником (заемщик) и ПАО «ВТБ» заключен кредитный договор №V621/4323-0004850 от 23.01.2024, по которому банк предоставил заемщику кредит в размере 1 550 000,00 рублей под 20,6% годовых с 23.01.2024 по 25.03.2024, 31,6% годовых с 26.03.2024 сроком на 84 месяца, с уплатой процентов и начислением неустойки, предусмотренных тарифами банка (вступившим в законную силу определением арбитражного суда от 17.09.2024 требования ПАО «ВТБ» в размере 1 567 571,23 рубля, из которых 1 525 488,75 рубля долга, 42 082,48 рубля процентов, включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника);

- между должником (заемщик) и АКБ «Металлургический инвестиционный банк» (ПАО) заключен кредитный договор <***> от 23.01.2024, по которому банк предоставил заемщику кредит в размере 1 202 409,64 рубля под 14,5% годовых с 23.01.2024 по 12.03.2024, 27,50% годовых с 13.03.2024 по 25.06.2024, сроком до 23.01.2029, с уплатой процентов и начисление неустойки, предусмотренных тарифами банка (вступившим в законную силу определением арбитражного суда от 28.11.2024 требования АКБ «Металлургический инвестиционный банк» (ПАО) в размере 1 179 101,42 рубля, из которых 1 150 583,33 рубля долга, 28 498,05 рубля процентов, 20,04 рубля, признаны обоснованными и подлежащими удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов);

- между должником (заемщик) и ПАО «Совкомбанк» заключен кредитный договор №9563106250 от 24.01.2024, по которому банк предоставил заемщику кредит в размере 1 000 000,00 рублей под 27,9% годовых сроком на 60 месяцев с уплатой процентов и начисление неустойки, предусмотренных тарифами банка (вступившим в законную силу определением арбитражного суда от 09.09.2024 требования ПАО «Совкомбанк» в размере 1 085 787,31 рубля, из которых 990 000,00 рублей долга, 90 839,86 рубля процентов, 4 923,24 рубля неразрешенного овердрафта, 24,21 рубля процентов по незавершенному овердрафту, включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника);

- между должником (заемщик) и АО «АТБ» заключен кредитный договор №1900/0027780 от 24.01.2024, по которому банк предоставил заемщику кредит в размере 1 097 560,98 рубля сроком до 24.01.2029 под 18,5% годовых с уплатой процентов и начисление неустойки, предусмотренных тарифами банка (вступившим в законную силу определением арбитражного суда от 09.01.2025 требования АО «АТБ» в размере 1 075 895,67 рубля, из которых 1 053 155,89 рубля задолженности, 22 739,78 рубля процентов, признаны обоснованными и подлежащими удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов);

- между должником (заемщик) и ПАО «Сбербанк» заключен кредитный договор №173345 от 24.01.2024, по которому банк предоставил заемщику кредит в размере 299 999,00 рублей сроком на 60 мес. под 30,2% годовых с уплатой процентов и начисление неустойки, предусмотренных тарифами банка (вступившим в законную силу определением от 16.08.2024 требования ПАО «Сбербанк России» в размере 297 520,63 рубля, из которых 290 640,47 рублей долга, 6 880,16 рубля процентов, включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника);

- между должником (заемщик) и ПАО «РНКБ» заключен кредитный договор №04362/15/450927-24 от 24.01.2024, по которому банк предоставил заемщику кредит в размере 883 000,00 рублей сроком до 24.01.2029 под 24,8% годовых с уплатой процентов и начисление неустойки, предусмотренных тарифами банка (вступившим в законную силу определением от 07.10.2024 требования ПАО «РНКБ» в размере 869 026,70 рубля, из которых 843 326,70 рубля долга, 7 928,98 рубля просроченного основного долга, 17 771,02 рубля процентов, включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника).

Кроме того, вступившим в законную силу определением арбитражного суда от 09.09.2024 в третью очередь реестра требований кредиторов должника включены требования МИФНС России №22 по Свердловской области в размере 837,00 рублей налога на имущество физических лиц за 2023 год; определением от 07.10.2024 в третью очередь реестра требований кредиторов должника включены требования общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Кудез» в размере 18 556,32 рубля долга по оплате жилищно-коммунальных услуг за период с 26.01.2024 по 30.04.2024.

Указанное свидетельствует о том, что все требования кредиторов, которые в дальнейшем были предъявлены к должнику (за исключением требований уполномоченного органа и ООО «Управляющая компания «Кудез»), основаны на кредитных обязательствах принятых на себя должником в два дня 23.01.2024 и 24.01.2024.

Проанализировав анкеты заемщика, заполненные должником при заключении кредитных договоров, приложенные кредиторами к заявлениям о включении требований в реестр, а также к ходатайствам о неприменении к должнику правил об освобождении от исполнения обязательств, суд установил, что из данных анкет не следует, что должник извещал банковские организации о принятии на себя кредитных обязательств единовременно в нескольких разных банках. Доказательств иного суду не представлено.

В анкетах, заполняемых должником при получении кредитов, им указывались сведения о том, что среднемесячный доход должника составлял от 60 000,00 рублей до 93 624,00 рублей.

Из представленной в материалы дела копии трудовой книжки должника следует, что в период заключения кредитных договоров ФИО1 был трудоустроен в акционерном обществе «Синарский трубный завод»; согласно справке 2-НДФЛ, за 2022-2024 год средняя заработная плата должника составляла 58 252,00 рубля без учета НДФЛ, за 2023 год - 68 432,00 рубля без учета НДФЛ, за четыре месяца 2024 года - 54 439,00 рублей без учета НДФЛ.

Судом установлено, что должник трудоустроен в акционерном обществе «Синарский трубный завод» с 2015 года, иных мест работы не имеет. Сведения о наличии у должника иного дополнительного дохода в материалах дела отсутствуют.

Согласно расчету задолженности, графикам платежей, ежемесячные платежи по кредитам составляли: ПАО «ВТБ» 23.01.2024 – 1 550 000,00 рублей (ежемесячный платеж 45 991,00 рублей), АКБ «Металлургический инвестиционный банк» 23.01.2024 – 1 202 409,00 рублей (ежемесячный платеж 28 287,86 рубля), АО «Россельхозбанк» 23.01.2024 – 1 000 000,00 рублей (ежемесячный платеж 26 812,30 рубля), ПАО «Совкомбанк» 24.01.2024 – 1 000 000,00 рублей (ежемесячный платеж 39 481,00 рубля), ПАО «Сбербанк» 24.01.2024 – 299 999,00 рублей (ежемесячный платеж 6 980,00 рублей), АО «АТБ» 24.01.2024 – 1 097 560,00 рублей (ежемесячный платеж 32 351,00 рублей), ПАО «РНКБ» 24.01.2024 – 883 000,00 рублей (ежемесячный платеж 25 810,00 рублей).

Таким образом, общий размер ежемесячных платежей согласно графикам погашения по указанным кредитным договорам составлял более 200 000,00 рублей, что в несколько раз превышало среднемесячный доход должника в размере 60 000,00 рублей, сведения о котором содержатся в справках 2-НДФЛ.

При изложенных обстоятельствах, суд первой инстанции обоснованно указал, что у должника не имелось возможности исполнять принятые на себя кредитные обязательства в полном объеме, сам должник указанные обстоятельства должен был объективно осознавать.

Более того, заявление о признании банкротом подано должником в суд через четыре месяцев после заключения кредитных договоров.

С учетом вышеуказанного, суд правомерно признал недобросовестным поведение должника на стадии принятия кредитных обязательствах в значительном размере, превышающем его ежемесячный доход, который не позволял исполнять обязательства в соответствии с условиями договоров. Указанное свидетельствует о наращивании значительной кредиторской задолженности, заведомо неисполнимой должником (с учетом уровня его дохода и отсутствия имущества, за счет которого возможно погашение обязательств).

Однако, в данном случае, вопреки доводам должника, указанная презумпция применению не подлежит, поскольку все кредитные договоры заключены в течение двух дней, то есть АО «Россельхозбанк», одобряя кредит, объективно не обладало информацией о заключении должником в этот же день кредитных договоров с другими банками, также как и ПАО «Совкомбанк» не обладало информацией о заключении ФИО1 кредитных договоров с АО «Россельхозбанк», и другими и т.д.; должник же при этом не ставил в известность кредитные организации о заключении иных кредитных договоров.

Как верно отмечено судом первой инстанции, необходимо также учитывать, что после получения таких сведений бюро кредитных историй необходимо определенное время для обработки и внесения соответствующих сведений в отчетность.

Соответственно, на момент получения должником кредита сведения о предшествующих кредитах, полученных им в том же день, или днем позже, не могли быть занесены в бюро кредитных историй.

В свою очередь, банковские организации в результате недобросовестного поведения должника фактически были лишены возможности получить сведения об указанных обстоятельствах из бюро кредитных историй, ввиду того, что кредитные договоры были заключены 23.01.2024 и 24.01.2024.

Кроме того судом установлено, что должником принятые кредитные обязательства практически не исполнялись.

Так, из материалов дела усматривается, что кредитные договоры, заключенные 23.01.2024 и 24.01.2024 исполнялись должником: с АО «Россельхозбанк» около 5 месяцев (дата последнего просроченного платежа 20.06.2024); с ПАО «Сбербанк России» около 5 месяцев (дата последнего просроченного платежа 24.06.2024); с ПАО «Совкомбанк» около 5 месяцев (дата последнего просроченного платежа 28.06.2024), с АО «АТБ» около 5 месяцев (дата последнего просроченного платежа 24.06.2024), с ПАО «ВТБ» около 4 месяцев (дата последнего просроченного платежа 27.05.2024), с ПАО «РНКБ» около 5 месяцев (дата последнего просроченного платежа 24.06.2024), с АКБ «Металлургический инвестиционный банк» около 5 месяцев (дата последнего просроченного платежа 24.06.2024).

Через незначительный промежуток времени после получения кредитных средств (23.05.2024), должник подал в арбитражный суд заявление о признании его несостоятельным (банкротом).

Доказательства фактического расходования полученных от кредиторов значительных по размеру денежных средств должник в материалы дела не представил.

Согласно пояснениям должника, денежные средства он брал 23.01.2024 и 24.01.2024 на приобретение транспортных средств из Южной Кореи с целью дальнейшей перепродажи в РФ. Для перевода денежных средств должник воспользовался услугами посредников, средства он передал наличными, а они осуществили перевод получателю в Южной Кореи для осуществления покупки с дальнейшей транспортировкой в РФ, однако, после осуществления перевода, представитель из Южной Кореи перестал выходить с должником на связь, сообщения в телеграмме, в котором они переписывались, были стерты со стороны представителя компании, которая должна была осуществить поставку авто. Таким образом, должник остался и без денег и без транспортного средства. В связи с переводом через сторонний криптовалютный счет, подтверждений транзакции у должника нет, но представитель из Южной Кореи подтвердил в переписке поступления денежных средств.

С целью предоставления должнику возможности документальным образом раскрыть указанные объяснения суд первой инстанции в определениях от 03.12.2024 и от 16.01.2025 предлагал должнику представить документы в подтверждение указанных им обстоятельств.

Однако, доказательства, подтверждающие вышеизложенные доводы должника, в материалы дела не представлены.

Не представлены такие доказательства и суду апелляционной инстанции.

Каких-либо доказательств того, что должник стал жертвой мошенников, доказательства обращения в правоохранительные органы, а также чеки, выписки по счетам, либо иные доказательства, свидетельствующие о переводе кредитных денежных средств на криптовалютный счет, материалы дела также не содержат.

Проанализировав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, сопоставив их с пояснениями должника, суд первой инстанции правомерно признал данные пояснения нелогичными и неразумными, поскольку, принимая решение передаче существенной суммы (полученной в кредит) иному лицу, даже не обладающее юридическими познаниями физическое лицо, приняло бы минимально необходимые меры для своей правовой защиты – оформление договора, составление расписок (при передаче денежных средств наличными).

При этом, должником даже не указывается организация или иное лицо, посредством которого должник планировал приобрести транспортные средства. Сведений о том, во что конкретно производилось вложение, должником не представлено.

В связи с чем, суд первой инстанции обоснованно отнесся критически к доводам должника о том, что денежные средства действительно были направлены на приобретение транспортных средств из Южной Кореи.

Таким образом, единовременное получение кредитов на сумму более 9 млн. рублей при отсутствии достаточного дохода для их погашения с целью извлечения прибыли (в отсутствии доказательств реального вложения и реального извлечения какой-либо прибыли) не могут быть признаны судом добросовестным поведением.

Доказательства того, что должник, принимая на себя обязательства перед кредиторами, имел реальную возможность исполнить их в последующем надлежащим образом, а ухудшение финансового состояния должника вызвано обстоятельствами, не зависящими от должника, в материалах дела отсутствуют.

В то же время, хронология возникновения включенной в реестр требований кредиторов задолженности указывает на то, что должник последовательно принимал на себя новые обязательства, не имея намерения погашать при этом в сколь-нибудь значительной степени возникшие долги.

С учетом вышеуказанного, ввиду отсутствия даже минимального объема документов, подтверждающих пояснения должника, суд первой инстанции обоснованно указал, что не исключается такая ситуация, при которой погашение кредитов в первые пять месяцев могло производиться за счет непосредственно кредитных денежных средств, с целью дальнейшего сокрытия остатка и непринятия мер по погашению задолженности.

Вопреки доводам должника, профессиональный статус банка как участника кредитного рынка не освобождает должника от необходимости действовать добросовестно. В противном случае имела бы место ситуация, при которой должник освобождается от ответственности по исполнению обязательств на основании лишь специального статуса банка в гражданско-правовых отношениях, что с точки зрения принципов гражданского права является недопустимым.

В рассматриваемом случае суд первой инстанции, с учетом конкретных обстоятельств настоящего дела о банкротстве, пришел к верному выводу о том, что должником намеренно создана ситуация, при которой у банков отсутствовала возможность проверить на предмет достоверности сведения о наличии у ФИО1 иных обязательств, поскольку данная информация не могла быть размещена в Бюро кредитных историй на дату кредитования ввиду одновременной подачи нескольких заявок и оформления кредитных договоров в один день.

При этом, само по себе подписание должником в один день кредитных договоров с разными банками свидетельствует о том, что он понимал невозможность одобрения последующего кредита в другом кредитном учреждении в связи с отсутствием соответствующего уровня доходов для его обслуживания и с учетом уже принятой на себя долговой нагрузки.

Разумных и рациональных объяснений относительно несообщения кредиторам сведений о наличии задолженности перед иными кредиторами не приведено.

Бремя доказывания названных обстоятельств, подтверждающих добросовестное поведение должника при оформлении кредитных договоров и в процедуре банкротства, лежит именно на должнике.

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что в данном случае должник, принимая на себя финансовые обязательства в течение короткого промежутка времени, последовательно наращивал кредиторскую задолженность путем получения денежных средств у различных кредиторов, не исполняя ранее возникших обязательств, создав видимость финансовой состоятельности и недобросовестно получив денежные средства, возврат которых очевидно был невозможен с учетом фактического финансового положения заемщика, принимал на себя все новые и новые обязательства, порождая ситуацию заведомой их неисполнимости, что в конечном итоге и привело к критическому моменту - моменту банкротства должника.

Как принципы потребительского банкротства, так и законодательно установленные требования к степени добросовестности должника-банкрота - таковой ситуации не допускают. Сложившаяся судебная практика применения законодательства о банкротстве граждан исходит из того, что подобное поведение должника нельзя признать добросовестным, оно формирует у граждан-должников ложное представление об истинных целях и задачах института потребительского банкротства, о возможности безосновательного освобождения от своих обязательств и потому подлежит пресечению.

Проанализировав и оценив представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что перечисленные факты указывают на недобросовестное поведение ФИО1 при вступлении в кредитные обязательства, предоставление им заведомо недостоверной информации.

При изложенных обстоятельствах, суд первой инстанции, с учетом конкретных обстоятельств дела, пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для неприменения в отношении должника ФИО1 положений пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами ПАО «Совкомбанк», АО «Россельхозбанк», ПАО «Сбербанк России», Азиатско-Тихоокеанский Банк (ПАО), Банк ВТБ, РНКБ Банк (ПАО), ПАО АКБ «Металлинвестбанк».

Судебная коллегия считает, что все имеющие существенное значение для рассматриваемого дела обстоятельства судом установлены правильно, представленные доказательства получили надлежащую оценку. Оснований для переоценки установленных судом обстоятельств и для изменения правовых выводов апелляционный суд не усматривает.

Доводы должника о том, что суд первой инстанции не имел правовых оснований не освобождать от исполнения обязательств должника перед теми кредиторами, кто прямо не заявлял о неосвобождении должника от исполнения обязательств, отклоняются, поскольку в данном случае судом установлено, что действиями должника, признанными судом недобросовестным, противоправным поведением причинен вред имущественным правам кредиторов, посредствам получения заемных средств 23.01.2024 и 24.01.2024 при отсутствии реальной возможности для их погашения.

В той ситуации, когда гражданин, принимая на себя финансовые обязательства, изначально недобросовестен (в отличие от случаев необъективной оценки своих финансовых возможностей или возникновения ситуации трудных жизненных обстоятельств, которые в итоге приводят к его финансовой несостоятельности), применение механизма освобождения должника от обязательств не представляется возможным. Банки на момент одновременного обращения должника в несколько кредитных организаций за получением кредитов не могли заблаговременно предполагать о вероятности преднамеренного увеличения кредитной нагрузки заемщика в многократно большем размере, чем он указал в анкетах с учетом предоставленной справки о доходах. Поскольку в отсутствие таких сведений банки не могли реально оценить финансовое состояние должника и риски, связанные с возвратом кредита.

Согласно статье 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

При выдаче кредитов банки руководствуются разработанными ими правилами кредитования, в том числе устанавливают лимиты выдачи потребительских кредитов физическим лицам, требования к заемщикам, применяют механизмы страхования и обеспечения (поручительство, залог) в качестве мер по снижению риска невозврата кредита.

Таким образом, даже в отсутствие заявлений со стороны кредиторов ПАО «Сбербанк России», Азиатско-Тихоокеанский Банк (ПАО), Банк ВТБ, РНКБ Банк (ПАО), ПАО АКБ «Металлинвестбанк» о неосвобождении должника от исполнения обязательств перед ними, суд первой инстанции пришел к верному выводу о наличии оснований для неосвобождения должника от исполнения обязательств перед указанными кредиторами.

Напротив, освобождение судом должника от исполнения обязательств перед указанными кредиторами, выдавшими кредиты 23.01.2024 и 24.01.2024, вызвало бы нарушение баланса сторон.

Доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, аналогичные доводам, представленным суду первой инстанции, и не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции. В связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, не влекущими отмену определения суда в обжалуемой части.

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, апелляционная жалоба не содержит, в связи с чем, отклоняется судом апелляционной инстанции.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

При отмеченных обстоятельствах определение суда первой инстанции в обжалуемой части отмене не подлежит, апелляционную жалобу, с учетом приведенных в ней доводов, следует оставить без удовлетворения.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 18 февраля 2025 года по делу №А60-26923/2024 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий

Л.М. Зарифуллина

Судьи

И.П. Данилова

Т.С. Нилогова