ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности решения арбитражного суда,

принятого в порядке упрощенного производства,

не вступившего в законную силу

11АП-11062/2023

17 августа 2023 года Дело № А55-9813/2023

г. Самара

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе судьи Романенко С.Ш.,

рассмотрев в порядке упрощенного производства, без вызова сторон, дело по апелляционной жалобе индивидуального предпринимателя ФИО1 на решение Арбитражного суда Самарской области от 21.06.2023 (в виде резолютивной части от 31.05.2023), по делу № А55-9813/2023, принятое в порядке упрощенного производства (судья Агафонов В.В.),

по иску Общества с ограниченной ответственностью "Зингер Спб"

к Индивидуальному предпринимателю ФИО1

о взыскании 62 500 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак по Свидетельству №266060, 150 руб. стоимости товара, 141 руб. почтовых расходов, 200 руб. расходов по оплате государственной пошлины за получение выписки из ЕГРИП, а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 2 500 руб.,

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью "Зингер Спб" обратилось в Арбитражный суд Самарской области с иском к Индивидуальному предпринимателю ФИО1 о взыскании 62 500 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак по Свидетельству №266060, 150 руб. стоимости товара, 141 руб. почтовых расходов, 200 руб. расходов по оплате государственной пошлины за получение выписки из ЕГРИП, а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 2 500 руб.

Определением суда от 04.04.2023 исковое заявление принято к рассмотрению в порядке упрощенного производства без вызова сторон в соответствии со ст. 228 АПК РФ. Электронные копии искового заявления и приложенных к нему документов размещены в режиме ограниченного доступа на официальном сайте арбитражного суда Самарской области в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

Ответчик в отзыве на иск возражал против удовлетворения исковых требований, на основании доводов, изложенных в отзыве на иск, просил снизить размер компенсации.

От истца поступили уточнения исковых требований, в соответствии с которыми он просил взыскать с ответчика 62 500 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак по Свидетельству №266060, стоимости товара в размере 150 руб., почтовых расходов 429 руб., размера государственной пошлины за получение выписки из ЕГРИП 200 руб.

Суд, в соответствии со ст. 49 АПК РФ, принимает заявленные уточнения исковых требований.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 21.06.2023 (в виде резолютивной части от 31.05.2023), по делу № А55-9813/2023, принятое в порядке упрощенного производства, с Индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН: <***>) в пользу Общества с ограниченной ответственностью "Зингер Спб" (ИНН: <***>) 62 500 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак по Свидетельству №266060, 150 руб. стоимости товара, 429 руб. почтовых расходов, 200 руб. расходов по оплате государственной пошлины за получение выписки из ЕГРИП, а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 2 500 руб.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ответчик обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на решение, в которой просит решение отменить, разрешить вопрос по существу - значительно снизить размер компенсации, требуемый ООО «ЗИНГЕР СПб» с ИП ФИО1 за нарушение исключительных прав на товарный знак по Свидетельству №266060.

В обоснование апелляционной жалобы ответчик указывает, что размер денежной компенсации подлежит значительному уменьшению в целях соотносимости с условиями лицензионного договора, соблюдая принцип разумности и соразмерности. В обоснование расчета компенсации в размере 62 500 руб., истец ссылается на заключенный лицензионный договор. Однако размер компенсации необоснованно завышен и не соблюдает принципов разумности, допустимости. Истец не приводит доказательств, подтверждающих завышенный размер компенсации.

По мнению ответчика, ООО «ЗИНГЕР СПб» злоупотребляет правом, требуя к взысканию 62 500 руб. за продажу товара стоимостью 150 руб.

Объем права, нарушенного ответчиком, не соответствует объему прав, переданных по лицензионному договору, следовательно, установленная лицензионным договором стоимость права использования исключительных прав истца не является безусловным основанием для определения размера компенсации в размере 62 500 руб.

Однако ООО «ЗИНГЕР СПб» не предоставил в суд обоснованного расчета компенсации, а также доказательств, которые бы подтверждали, объем нарушенного права ввиду продажи товара за 150 руб.

Само по себе представление лицензионного договора не предполагает, что компенсация должна быть определена судом в двукратном размере цены указанного договора (стоимости права использования), поскольку с учетом положений ст. 1301, 1311, 1406.1, п. 4 ст. 1515 ГК РФ за основу рассчитываемой компенсации должна быть принята цена, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование.

Согласно правовой позиции Верховного Суда РФ, изложенной в пункте 47 Обзора от 23.09.2015г., суд определяет размер компенсации не произвольно, а исходя из оценки представленных сторонами доказательств.

Изложенные выводы соответствуют правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда РФ от 26.01.2021 № 310-ЭС20-9768, Постановлениях Суда по интеллектуальным правам от 11.12.2019 по делу № А53-2527/2019, 19.02.2020 по делу № А49-8814/2018, от 05.03.2021 по делу А40-127381/2020, от 07.12.2021 по делу № А06- 3028/2021, А57-7606/2022.

Однако судом не принята позиция ответчика и отказано в снижении в размере денежной компенсации в целях соотносимости с условиями лицензионного договора, соблюдая принцип разумности и соразмерности.

Истец не представил отзыв на апелляционную жалобу.

Законность и обоснованность судебного решения, принятого по делу Арбитражным судом Республики Татарстан, проверена Одиннадцатым арбитражным апелляционным судом в соответствии с требованиями статей 268 – 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с частью 1 статьи 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции без вызова сторон по имеющимся в деле доказательствам.

Рассмотрев дело в порядке апелляционного производства, проверив обоснованность доводов, изложенных в апелляционной жалобе, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта в связи со следующим.

Как следует из материалов дела, ООО «ЗИНГЕР СПб» (правообладатель) является обладателем исключительных прав на товарный знак №266060 (в виде словесного обозначения «ZINGER»), что подтверждается свидетельством на товарный знак №266060, зарегистрированным в Государственном Реестре товарных знаков, знаков обслуживания РФ 26.03.2004 года, срок действия исключительного права продлен до 03.07.2030 года.

14.09.2022 года в торговой точке, расположенной по адресу: <...>, был установлен и задокументирован факт предложения к продаже от имени ИП ФИО1 товара, обладающего техническими признаками контрафактности - пилочка для ногтей.

Факт реализации указанного товара от имени ИП ФИО1 подтверждается чеком от 14.09.2022г., спорным товаром, а также видеосъемкой, совершенной в целях и на основании самозащиты гражданских прав в соответствии со ст. 12-14 ГК РФ.

Считая, что действиями ответчика по продаже контрафактного товара нарушены исключительные права истца на объекты интеллектуального права, истец направил в адрес ответчика претензии от 18.10.2022 с требованием добровольно возместить причинный ущерб в виде компенсации по факту нарушения исключительных прав, которая оставлена ответчиком без удовлетворения, что послужило основанием для обращения истца в суд с настоящим иском.

Исследовав и оценив имеющиеся в деле доказательства, руководствуясь статьями 493, 1225, 1229, 1233, 1235, 1250, 1301, 1309 - 1311, 1477, 1479, 1481 - 1482, 1484, 1492, 1503, 1515, 1252, 1253, 1537 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10 от 23.04.2019 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", п. 13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 N 122 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности", исходил из доказанности наличия у истца исключительного права на указанный товарный знак, а также факта нарушения этого права действиями ответчика по предложению к продаже и реализации контрафактного товара, не находя при этом оснований для применения положения абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ.

Судом первой инстанции верно установлено и подтверждается материалами дела, что истец является обладателем исключительных прав на товарный знак № 266060 «ZINGER», в отношении которого было зафиксировано нарушение ответчиком.

При этом факт нарушения ответчиком прав истца на товарный знак путем реализации контрафактного товара подтвержден совокупностью представленных в материалы дела доказательств.

В материалы дела представлены: кассовый чек, сам приобретенный товар (маникюрный инструмент), видеозапись процесса закупки.

В силу ст. 493 ГК РФ договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара.

Кассовый чек, выданный при покупке товара, содержит в себе ФИО и ИНН ответчика, стоимость и количество товара, дату и место реализации спорного товара, отвечает требованиям ст.ст. 67 и 68 АПК РФ, следовательно, является достаточным доказательством заключения договора розничной купли-продажи между ответчиком и представителем истца. Кроме того, истцом представлена видеозапись момента реализации ответчиком контрафактного товара.

Ведение видеозаписи (в том числе и скрытой камерой) в местах, очевидно и явно открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или правового обычая от использования видеозаписи, является элементом самозащиты гражданского права, что соответствует статьям 12, 14 Гражданского кодекса Российской Федерации и корреспондирует части 2 статьи 45 Конституции Российской Федерации, согласно которой каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

Указанная видеозапись позволяет определить время, место, в котором было произведено распространение товара, а также обстоятельства покупки.

Исследовав видеозапись, суд пришел к выводу о соответствии отображенных на видеозаписи кассового чека и маникюрного инструмента представленным в материалы дела письменным (чек) и вещественным (товар) доказательствам.

Также представлено вещественное доказательство – «пилочка для ногтей» в картонно-пластиковой упаковке, содержащий словесное обозначение «Zinger», приобретенный у ответчика 14.09.2022.

Товар судом осмотрен и приобщен к материалам дела в качестве вещественного доказательства. Таким образом, представленные в материалы дела доказательства, в своей совокупности и взаимосвязи, полностью подтверждают факт реализации ответчиком контрафактного товара, содержащего словесное обозначение «Zinger», схожее до степени смешения с товарным знаком истца № 266060 «Zinger».

Доказательств того, что были приняты все необходимые меры для проверки, не нарушаются ли при приобретении и последующей реализации спорного товара исключительные права иных лиц, ответчиком в материалы дела также не представлено.

С учетом изложенного, суд первой инстанции обоснованно счел, что истец доказал факт нарушения его исключительных прав на товарный знак действиями ответчика по продаже контрафактного товара, содержащего словесное обозначение «Zinger», схожее до степени смешения с товарным знаком истца № 266060 «Zinger».

Доказательства обратного ответчиком не представлены.

Учитывая, что реализованный ответчиком товар, имеет обозначения, сходные до степени смешения с товарным знаком истца, доказательств, подтверждающих право использования товарного знака, ответчиком в материалы дела не представлено, суд признает доказанным факт незаконного использования ответчиком товарного знака истца.

Доказательств, свидетельствующих о наличии у ответчика права на реализацию в предпринимательских целях спорных объектов интеллектуальной собственности, в деле также не имеется.

Осуществляя продажу товара, содержащего словесное обозначение «Zinger», схожее до степени смешения с товарным знаком истца № 266060 «Zinger», без согласия правообладателя, ответчик нарушил исключительные права последнего.

Поскольку ответчиком не представлены доказательства наличия у него прав на использование товарного знака, реализация товара осуществлена без согласия правообладателя и нарушает принадлежащие ему исключительное право на товарный знак.

В соответствии с пунктом 13 части 1 статьи 18 Федерального закона от 08.03.2022 N 46- ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" Правительству Российской Федерации в 2022 году предоставлено право принимать решения, предусматривающие перечень товаров (групп товаров), в отношении которых не могут применяться отдельные положения Гражданского кодекса Российской Федерации о защите исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности, выраженные в таких товарах, и средства индивидуализации, которыми такие товары маркированы.

Постановлением Правительства РФ от 6 марта 2022 г. №299 был дополнен пункт 2 методики определения размера компенсации, выплачиваемой патентообладателю при принятии решения об использовании изобретения, полезной модели или промышленного образца без его согласия, и порядка ее выплаты, утвержденной постановлением Правительства Российской Федерации от 18 октября 2021 г. N 1767, согласно которому в отношении патентообладателей, с иностранными государствами, которые совершают в отношении юридических лиц и физических лиц недружественные действия (в том числе если такие патентообладатели имеют гражданства этих государств, регистрации, местом их регистрации, местом преимущественного ведения ими хозяйственной деятельности или местом преимущественного извлечения ими прибыли от деятельности являются эти государства), размер компенсации составляет 0 процентов фактической выручки лица, которое воспользовалось правом использования изобретения, полезной модели или промышленного образца без согласия патентообладателя производства и реализации товаров, выполнения работ и оказания услуг производства, выполнения и оказания которых использованы соответствующие изобретение, полезная модель или промышленный образец.

Указанная методика была принята в соответствии со статьей 1360 Гражданского кодекса Российской Федерации и устанавливает порядок определения размера компенсации, выплачиваемой патентообладателю при принятии Правительством Российской Федерации решения об использовании изобретения, полезной модели или промышленного образца без согласия патентообладателя (далее - компенсация), и порядка выплаты компенсации.

В силу статьи 1360 Гражданского кодекса Российской Федерации Правительство Российской Федерации имеет право в случае крайней необходимости, связанной с обеспечением обороны и безопасности государства, охраной жизни и здоровья граждан, принять решение об использовании изобретения, полезной модели или промышленного образца без согласия патентообладателя с уведомлением его об этом в кратчайший срок и с выплатой ему соразмерной компенсации.

Таким образом, указанная методика распространяет свое действие лишь на случаи принятия Правительством Российской Федерации решения об использовании изобретения, полезной модели или промышленного образца без согласия патентообладателя.

При этом Правительством Российской Федерации решений об использовании промышленного образца истца, являвшегося предметом спора, либо о том, что в отношении товаров истца, не могут применяться отдельные положения Гражданского кодекса Российской Федерации о защите исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности, выраженные в таких товарах, и средства индивидуализации, которыми такие товары маркированы, не принималось.

Суд исходит из того, что само по себе введение санкций против иностранных государств и территорий, совершающих в отношении Российской Федерации, российских юридических лиц и физических лиц недружественные действия, иных последствий кроме как определенных федеральным законом и принимаемых на его основе актов Правительства Российской Федерации не вызывает.

Товар, реализованный 14.09.2022 относится к классу 8 МКТУ.

По смыслу положений п.3 ст. 1492, п.2 ст. 1481, п.1 ст. 1503 ГК РФ, исключительное право на товарный знак распространяется только на те товары и услуги, которые были заявлены правообладателем при регистрации товарного знака, и в отношении которых последний получил правовую охрану, что должно быть отражено в свидетельстве на товарный знак.

Истцом спорный товар обоснованно отнесен к 8 классу МКТУ, в отношении которого зарегистрирован товарный знак, как «пилочка для ногтей», поскольку по роду (виду) товара, его потребительским свойствам, функциональному назначению, виду материала, из которого он изготовлен, представляет собой пилочку для ногтей.

По смыслу п.41 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных Приказом Минэкономразвития России от 20.07.2015 № 482, обозначение считается тождественным с другим обозначением (товарным знаком), если оно совпадает с ним во всех элементах. Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

Таким образом, при сопоставлении обозначения и товарного знака основное правило заключается в том, что вывод делается на основе восприятия не отдельных элементов, а общего впечатления от товарного знака и противопоставляемого обозначения.

Пунктом 43 Правил установлено, что сходство изобразительных обозначений определяется на основании следующих признаков: внешняя форма; наличие или отсутствие симметрии; смысловое значение; вид и характер изображений (натуралистическое, стилизованное, карикатурное и так далее); сочетание цветов и тонов.

Перечисленные признаки могут учитываться как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

Сравниваемые обозначения на контрафактном товаре, приобретенном у ответчика, и товарный знак истца содержат визуальное и графическое сходство, сходство внешней формы, одинаковое смысловое значение, словесное обозначение совпадает с зарегистрированным товарным знаком истца. Незначительное расхождение в деталях изображений не препятствуют восприятию у обычного потребителя данных изображений как изображений товарных знаков, принадлежащих истцу.

С учетом изложенного, а также исходя из положений, закрепленных в п.13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности",согласно которым вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы, суд, основываясь на осуществленном им сравнении обозначений и изображений на товаре, и товарными знаками истца, приходит к выводу о том, что они являются сходными до степени смешения с товарными знаками истца в глазах потребителя ввиду наличия достаточного количества совпадающих признаков.

Согласно п.4 ст. 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

В данном случае истцом заявлено требование о взыскании суммы компенсации на основании п.2 ч.4 ст. 1515 ГК РФ - в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Указанная мера применяется по выбору обладателя прав на товарные знаки вместо возмещения убытков. Как разъяснено в п.61 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление Пленума от 23.04.2019 N 10), заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы, а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену.

Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, то определение размера компенсации осуществляется исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное их использование тем способом, который использовал нарушитель.

Определенный таким образом размер по смыслу п.3 ст. 1252 ГК РФ является единственным (одновременно и минимальным, и максимальным) размером компенсации, предусмотренным законом, в связи с чем, суд не вправе снижать ее размер по своей инициативе.

Истцом заявлено требование о взыскании компенсации в размере 62500 рублей, исходя из расчета 750000 рублей / 1 товарный знак / 2 класса МКТУ / 1 способ применения / 12 месяцев х 2 = 62500 рублей.

При расчете исковых требований истец исходил из вознаграждения за использование товарного знака в размере 750000 рублей в год, предусмотренного лицензионным договором, заключенным между истцом и ИП ФИО2 11.08.2021г. (представлен в материалы дела), предоставляющим право на использования на неисключительной основе товарного знака по свидетельству № 266060 в отношении всех товаров, включенных в 8, 35 классы Международной Классификации Товаров и Услуг (МКТУ).

Согласно п. 2.1 указанного договора, за предоставление права использования товарного знака лицензиат уплачивает лицензиару ежегодное вознаграждение в размере 750000 рублей. Лицензионный договор является действующим, заключен в соответствии с требованиями закона.

Во исполнение п. 2 ст. 1235 ГК РФ указанный договор зарегистрирован в установленном порядке.

Лицензиатом — ИП ФИО2, лицензионный договор от 11.08.2021г. исполняется, что подтверждается платежными поручениями №№ 130 от 28.10.2021г., 131 от 06.12.2021г. (представлены в материалы дела). Кроме того, вопреки утверждениям ответчика, договор прошел регистрацию от 19.11.2021 №РД0380571.

Из представленных в дело документов следует, что ООО «ЗИНГЕР Спб» является правообладателем товарного знака № 266060 в виде словесно-изобразительного обозначения «Zinger» в отношении товаров и услуг двух классов МКТУ, при этом к восьмому классу товаров, к которому относятся приобретенные у ответчика ножницы, входит достаточно широкий круг других товаров.

Лицензионный договор заключен в отношении одного товарного знака – ZINGER в отношении двух классов МКТУ. Неисключительная лицензия на право использования вышеуказанных товарных знаков передана на весь срок действия договора в отношении всех товаров, указанных в свидетельствах на товарные знаки.

Пунктом 2.1 договора от 11.08.2021г. предусмотрено, что лицензиат обязан уплачивать лицензиару лицензионное вознаграждение в виде ежегодного вознаграждения в размере 750000 рублей.

Как было указано выше, избранный истцом способ компенсации, предусмотренный п. 4 ст. 1515 ГК РФ, предполагает доказывание и установление в процессе рассмотрения судебного спора размера стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Учитывая, что доказательства, опровергающие использование товарного знака, ответчиком не представлены, сравнимыми (идентичными, сопоставимыми) обстоятельствами в контексте настоящего спора следует считать: - использование одного из предусмотренных лицензионным договором товарных знаков; - использование товарного знака в отношении одного вида товара из двух классов товаров и услуг.

Учитывая, что в соответствии с ч.4 ст. 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать компенсации в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, доказательств, опровергающих требования истца, ответчик суду не представил, суд полагает обоснованным удовлетворить требование истца в заявленном размере.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.64 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", положения абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ применяются лишь в случае, если ответчиком заявлено о необходимости применения соответствующего порядка снижения компенсации.

Соответствующее ходатайство со стороны ответчика доказательствами не мотивировано, в то время, как ссылка на наличие обстоятельств, не связанных непосредственно с осуществлением предпринимательской деятельности, по мнению суда не являются основаниями для изменения (снижения) меры ответственности за умышленное противоправное деяние – оборот контрафактного товара без разрешения (согласия) правообладателя.

При таких обстоятельствах исковые требования подлежали удовлетворению.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ, пунктами 2, 10, 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» судебные расходы подлежат отнесению на ответчика.

Истцом заявлено о взыскании судебных издержек, в том числе 150 руб. - стоимость товара, 429 руб. - почтовые расходы, 200 руб. - государственная пошлина за получение выписки из ЕГРИП.

Указанные расходы в соответствии со ст. 106 АПК РФ относятся к судебным издержкам и подлежат распределению с учетом положений ст. 110 АПК РФ.

В подтверждение несения расходов на оплату стоимости товара истцом представлен кассовый чек от 14.09.2022, в подтверждение несения почтовых расходов – почтовые квитанции от 21.04.2023, 28.02.2023, 20.10.2022 на сумму 429 руб., а также чек по оплате государственной пошлины за получение выписки из ЕГРИП 200 руб.

Учитывая документальное подтверждение понесенных истцом судебных расходов, руководствуясь статьями 101, 106, 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пунктами 2, 10, 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 г. N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", суд первой инстанции правомерно удовлетворил требование истца о взыскании с ответчика судебных расходов в заявленном размере.

С учетом компенсационного характера заявленного требования о защите исключительных прав в соответствии со ст. 1515 ГК РФ требование истца о возмещении стоимости приобретенного товара подлежит удовлетворению.

Исходя из изложенного, в соответствии с положениями ст. 110 АПК РФ судебные расходы в сумме 2 500 руб. подлежат отнесению на ответчика.

Апелляционный суд, проанализировав предоставленные в материалы дела письменные доказательства, приходит к выводу о том, что доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не опровергают установленные по делу обстоятельства и не могут поставить под сомнение правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права в обжалуемой части.

Как следует из материалов дела, а именно из отзыва на исковое заявление, ответчиком было заявлено о необоснованности размера заявленных требований, противоречащим принципам разумности и справедливости, поскольку объем нарушенного ответчиком не соответствует объему прав переданных по лицензионному договору, в апелляционной жалобе ответчик, выражая несогласие с выводами суда об отсутствии оснований для снижения размера компенсации, буквально говорит о возможности применении положений абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ, т.е. о снижении компенсации ниже минимального размера, индивидуальным предпринимателем ФИО1, при рассмотрении дела судом первой инстанции не заявлялось.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Согласно части 1 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательства представляются лицами, участвующими в деле. В то же время лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (часть 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с абзацем 5 п. 31 постановления Конституционного Суда РФ от 13.12.2016 N 28-П "По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края" конкретный размер причиненного вреда (стоимость экземпляра контрафактного произведения или лицензионного произведения) не может быть взят в расчет при определении размера компенсации, а превышение размера компенсации стоимости контрафактного товара (или лицензионного договора) не может быть положено в основу доказательства превышения суммы компенсации размера убытков правообладателя.

Снижение размера компенсации ниже установленного размера компенсации в данном деле противоречит сложившейся судебной практике и действующему законодательству, поскольку надлежащих доказательств, позволяющих снизить в данном случае заявленный размер компенсации ниже низшего предела ответчик в материалы дела не представил, заявление о болезни не может служить основанием для снижения заявленной ко взысканию компенсации ниже низшего предела с учетом правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации N 40-П, согласно которой размер компенсации, исчисленной в соответствии с подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, может быть снижен судом не более чем вдвое, а также правоприменительной практики рассмотрения аналогичных споров (например, постановление Суда по интеллектуальным правам от 17.03.2022 N С01-2381/2021 по делу N А63-1221/2021).

При таких обстоятельствах, у суда первой инстанции отсутствовали основания для снижения предъявленной к взысканию компенсации.

Более того, следует учитывать, что в соответствии с приведенной правовой позицией снижение размера компенсации ниже минимального предела обусловлено Конституционным Судом Российской Федерации одновременным наличием ряда критериев, обязанность доказывания соответствия которым возлагается именно на ответчика.

Так, согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 13.12.2016 N 28-П, такое уменьшение возможно лишь при совокупности следующих условий: убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком; правонарушение совершено ответчиком впервые; использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказать необходимость применения судом такой меры. Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, является экстраординарной мерой, должно быть мотивировано судом и обязательно подтверждено соответствующими доказательствами (пункт 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017).

Между тем, доказательств, позволяющих суду уменьшить размер компенсации, ответчиком в материалы дела не представлено. В частности, доказательства того, что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью предпринимательской деятельности нарушителя, а также, что размер подлежащей выплате компенсации, исчисленной по установленным данными законоположениями правилам даже с учетом возможности ее снижения, многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков, в материалах дела отсутствуют, в связи с чем оснований для уменьшения компенсации не имеется.

Кроме того, ответчиком не представлено надлежащих доказательств проявления им разумной осмотрительности во избежание незаконного использования права, принадлежащего другому лицу.

Таким образом, требование Общества о взыскании компенсации в сумме 62 500 руб. удовлетворено на законных основаниях в полном объеме.

Доводов, основанных на доказательственной базе, опровергающих вышеназванные выводы Арбитражного суда Республики Татарстан и позволяющих отменить судебный акт, апелляционная жалоба не содержит, в связи с чем удовлетворению не подлежит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для безусловной отмены судебного акта, при рассмотрении дела апелляционным судом не установлено.

На основании изложенного арбитражный апелляционный суд считает, что обжалуемое решение принято судом первой инстанции обоснованно, в соответствии с требованиями норм материального и процессуального права, и основания для его отмены отсутствуют.

В соответствии с требованиями статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе подлежат отнесению на заявителя жалобы.

Руководствуясь статьями 101, 110, 268 - 271, 272.1. Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Самарской области от 21.06.2023 (в виде резолютивной части от 31.05.2023), по делу № А55-9813/2023, принятое в порядке упрощенного производства - оставить без изменения, апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Суд по интеллектуальным правам.

Судья С.Ш. Романенко