Решение по делу № А33-5538/2025 от 05.06.2025 | АС Красноярского края

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОЯРСКОГО КРАЯ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

05 июня 2025 года Дело № А33-5538/2025

Красноярск

Резолютивная часть решения вынесена в судебном заседании 02 июня 2025 года. В полном объеме решение изготовлено 05 июня 2025 года.

Арбитражный суд Красноярского края в составе судьи Нечаевой И.С., рассмотрев в

судебном заседании дело по иску индивидуального предпринимателя ФИО2

Константина Сергеевича (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к обществу с ограниченной ответственностью «Дигор» (ИНН <***>, ОГРН

<***>) о взыскании задолженности, неустойки,

с привлечением третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований

относительно предмета спора на стороне истца, общества с ограниченной

ответственностью «Дилер» (ИНН <***>), в отсутствие лиц, участвующих в деле,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания

ФИО1,

установил:

индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее – истец) обратился в Арбитражный суд Красноярского края с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Дигор» (далее – ответчик) о взыскании 1 860 000 руб. вознаграждения по договорам хранения от 01.07.2020 № 1/2020хр, от 01.07.2020 № 2/2020хр, от 01.07.2020 № 3/2020; 1 241 880 руб. неустойки; а также неустойки из расчета 0, 1 % за каждый день просрочки, подлежащую начислению на сумму в размере 1 860 000 руб., начиная с 01.03.2020 по день фактической оплаты долга.

Исковое заявление принято к производству суда. Определением от 08.04.2025 возбуждено производство по делу, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне истца, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Дилер».

Определением от 29.04.2025 судебное заседание отложено на 02.06.2025.

В судебное заседание лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Сведения о дате и месте слушания размещены на сайте Арбитражного суда Красноярского края. Согласно статье 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается в отсутствие лиц, участвующих в деле.

При рассмотрении дела установлены следующие, имеющие значение для рассмотрения спора, обстоятельства.

Между ООО «ДИЛЕР» (хранитель) и ООО «Дигор» (поклажедатель) были заключены договоры хранения от 01.07.2020 № 1/2020хр, от 01.07.2020 № 2/2020хр, от 01.07.2020 № Код доступа к материалам дела -

3/2020хр, по условиям которых ООО «Дигор» передало ООО «ДИЛЕР» имущество на хранение.

По условиям договора хранения от 01.07.2020 № 1/2020хр, хранитель обязуется за вознаграждение хранить имущество, переданное ему поклажедателем, и возвратить это имущество в сохранности (пункт 1.1 договора). Предметом договора является хранение имущества, указанного в приложении № 1 к договору. Указанное имущество передано поклажедателем хранителю

09 января 2019 года до подписания договора, условия договора применяются к отношениям сторон, фактически возникшим между сторонами с 09.01.2019 (пункт 1.2 договора). Срок хранения имущества: с 09.01.2019 до момента его востребования поклажедателем (пункт 1.3 договора). Место хранения имущества: <...> (пункт 1, 4 договора).

Согласно п. 3.1 договора хранения от 01.07.2020 № 1/2020хр стороны согласовали, что размер вознаграждения за хранение имущества за период, предшествующий подписанию договора (с 09.01.2019 до 01.07.2020) составляет 25 000 руб. в месяц, в т.ч. НДС 20%. Начисленное за указанный период вознаграждение в размере 441 935 руб. поклажедатель обязан уплатить хранителю в течение 45 календарных дней со дня подписания договора.

Пунктом 3.2 договора хранения от 01.07.2020 № 1/2020хр установлено, что начиная с 01.07.2020 вознаграждение за хранение имущества составляет 15 000 руб. в месяц, в т.ч. НДС 20%. Расчетным месяцем для цели начисления вознаграждения за хранение является календарный месяц. Поклажедатель оплачивает вознаграждение за хранение в срок до 5 числа месяца, следующего за расчетным.

По договору хранения от 01.07.2020 № 1/2020хр за период с 01.09.2021 по 31.03.2024 включительно хранителем начислено вознаграждение в общем размере 465 000 руб. Право на получение вознаграждения за указанный период ООО «Дилер» на основании соглашения об уступке прав (цессии) от 26.04.2024 № 2/2024/Ц-3.

По условиям договора хранения от 01.07.2020 № 2/2020хр, хранитель обязуется за вознаграждение хранить имущество, переданное ему поклажедателем, и возвратить это имущество в сохранности (пункт, 1.1 договора). Предметом договора является хранение имущества, указанного в Приложении № 1 к договору. Указанное имущество передано поклажедателем хранителю 17.01.2019 до подписания договора, условия договора применяются к отношениям сторон, фактически возникшим между сторонами с 17.01.2019 (пункт 1.2 договора). Срок хранения имущества: с 17.01.2019 до момента его востребования поклажедателем (пункт 1.3 договора). Место хранения имущества: <...> (пункт 1.4 договора).

Согласно п. 3.1 договора хранения от 01.07.2020 № 2/2020хр стороны согласовали, что размер вознаграждения за хранение имущества за период, предшествующий подписанию договора (с 17.01.2019 до 01.07.2020) составляет 25 000 руб. в месяц, в т.ч. НДС 20%. Начисленное за указанный период вознаграждение в размере 436 290 руб. поклажедатель обязан уплатить хранителю в течение 45 календарных дней со дня подписания договора.

Пунктом 3.2 договора хранения от 01.07.2020 № 2/2020хр установлено, что начиная с 01.07.2020 вознаграждение за хранение имущества составляет 15 000 руб. в месяц, в т.ч. НДС 20%. Расчетным месяцем для цели начисления вознаграждения за хранение является календарный месяц. Поклажедатель оплачивает вознаграждение за хранение в срок до 5 числа месяца, следующего за расчетным.

По договору хранения от 01.07.2020 № 2/2020хр за период с 01.09.2021 по 31.03.2024 включительно хранителем начислено вознаграждение в общем размере 645 000 рублей. Право на получение вознаграждения за указанный период ООО «Дилер» на основании соглашения об уступке прав (цессии) от 26.04.2024 № 2/2024/Ц-3.

По условиям договора хранения от 01.07.2020 № 3/2020хр, хранитель обязуется за вознаграждение хранить имущество, переданное ему поклажедателем, и возвратить это имущество в сохранности (пункт 1.1 договора). Предметом договора является хранение имущества, указанного в Приложении № 1 к договору. Указанное имущество передано поклажедателем хранителю 21.01.2019 до подписания договора, условия договора применяются к отношениям сторон, фактически возникшим между сторонами с 21.01.2019 (пункт 1.2 договора). Срок хранения имущества: с 21.01.2019 до момента его востребования поклажедателем (пункт 1.3 договора). Место хранения имущества: <...> (пункт 1.4 договора).

Согласно п. 3.1 договора хранения от 01.07.2020 № 3/2020хр стороны согласовали, что размер вознаграждения за хранение имущества за период, предшествующий подписанию договора (с 21.01.2019 по 30.06.2020) составляет 60 000 руб. в месяц, в т.ч. НДС 20%. Начисленное за указанный период вознаграждение в размере 1 041 290,32 руб. поклажедатель обязан уплатить хранителю в течение 45 календарных дней со дня подписания договора.

Пунктом 3.2 договора хранения от 01.07.2020 № 3/2020хр установлено, что начиная с 01.07.2020 вознаграждение за хранение имущества составляет 30 000 руб. в месяц, в т.ч. НДС 20%. Расчетным месяцем для цели начисления вознаграждения за хранение является календарный месяц. Поклажедатель оплачивает вознаграждение за хранение в срок до 5 числа месяца, следующего за расчетным.

По договору хранения от 01.07.2020 № 3/2020хр за период с 01.09.2021 по 31.03.2024 включительно хранителем начислено вознаграждение в общем размере 930 000 руб. Право на получение вознаграждения за указанный период ООО «Дилер» на основании соглашения об уступке прав (цессии) от 26.04.2024 № 2/2024/Ц-3.

Пунктами 5.2 договоров хранения предусмотрено, что поклажедатель обязан уплатить хранителю неустойку за просрочку оплаты вознаграждения за хранение в размере 0,1% от суммы задолженности за каждый день просрочки.

26.04.2024 между ООО «Дилер» (цедентом) и индивидуальным предпринимателем ФИО2 (цессионарием) заключен договор цессии № 2/2024/Ц-3, в соответствии с пунктом 1.1. которого цедент уступает, а цессионарий принимает право требования уплаты денежного долга в размере 1 860 000 руб. в отношении ООО «Дигор». Право цедента на уступаемое требование основано на перечисленных выше договорах хранения (п. 1.2. договора цессии).

Согласно п. 1.5 договора цессии от 26.04.2024 № 2/2024/Ц-3 передаваемые требования включают в себя также права на получение (взыскание) с должника неустойки по вышеуказанным договорам хранения, убытков, а также любые другие права, вытекающие из передаваемых требований.

Ввиду изложенного, истец числит за ответчиком задолженность в общем размере 1 860 000 руб.

Истец направил в адрес ответчика претензию от 13.09.2024 об оплате задолженности. Требования истца ответчик добровольно не исполнил.

На основании изложенного истец обратился в Арбитражный суд Красноярского края с настоящим исковым заявлением.

Ответчик, надлежащим образом уведомленный о рассмотрении настоящего дела, отзыв на исковое заявление в порядке, предусмотренном статьей 131 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не представил, требования истца не оспорил, в связи с чем дело рассмотрено по имеющимся доказательствам.

Исследовав представленные доказательства, оценив доводы лиц, участвующих в деле, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 886 ГК РФ по договору хранения одна сторона (хранитель) обязуется хранить вещь, переданную ей другой стороной (поклажедателем), и возвратить эту вещь в сохранности.

Согласно статье 896 ГК РФ вознаграждение за хранение должно быть уплачено хранителю по окончании хранения, а если оплата хранения предусмотрена по периодам, оно должно выплачиваться соответствующими частями по истечении каждого периода.

По истечении обусловленного срока хранения поклажедатель обязан немедленно забрать переданную на хранение вещь (пункт 1 статьи 899 ГК РФ).

В силу положений пункта 4 статьи 896 ГК РФ, если по истечении срока хранения находящаяся на хранении вещь не взята обратно поклажедателем, он обязан уплатить хранителю соразмерное вознаграждение за дальнейшее хранение вещи.

Из материалов дела следует, что обществом с ограниченной ответственностью «ДИЛЕР» (первоначальным хранителем) ответчику были оказаны услуги хранения в ходе процедуры наблюдения, что подтверждается представленными в материалы дела ООО «Дилер» документами, и, по результатам их изучения, не оспаривается.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Красноярского края от 27.05.2024 по делу А33-28469/2023, имеющим в силу статьи 69 АПК РФ преюдициальное значение для настоящего спора, суд признал договоры заключенным, а переход права требования задолженности по кредитному договору – состоявшимся.

Как следует из материалов дела, у ответчика по договорам хранения имеется задолженность перед истцом в общем размере 1 860 000 рублей.

В соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каждое лицо, участвующее в деле должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В соответствии со статьями 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Частью 3.1 статьи 70 АПК РФ определено, что обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.

Ответчиком отзыв на исковое заявление не представлен, наличие задолженности ответчиком не оспорено.

На основании изложенного, суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения исковых требований в части взыскания задолженности по договорам хранения в полном объеме.

Истцом также заявлено требование о взыскании 1 241 880 руб. неустойки; а также неустойки из расчета 0, 1 % за каждый день просрочки, подлежащую начислению на сумму в размере 1 860 000 руб., начиная с 01.03.2020 по день фактической оплаты долга.

Согласно пункту 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или

ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения (пункт 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Истец начислил ответчику неустойку по договору хранения от 01.07.2020 № 1/2020хр за период с 11.01.2022 по 28.02.2025 в сумме 310 470 руб., по договору хранения от 01.07.2020 № 2/2020хр за период с 11.01.2022 по 28.02.2025 - в сумме 310 470 руб., по договору хранения от 01.07.2020 № 1/2020хр за период с 11.01.2022 по 28.02.2025 - в сумме 620 940 руб.

Вместе с тем, истец не учел при начислении неустойки действие моратория, исключающего взыскание части неустойки.

Так, согласно пунктам 1 и 3 Постановления Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 № 497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами» (далее также - Постановление № 497) с 01.04.2022 на территории Российской Федерации сроком на 6 месяцев введен мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами, в отношении юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей.

Как следует из преамбулы Постановления № 497 и постановления Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 44 «О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», Постановление № 497 принято в соответствии с пунктом 1 статьи 9.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Согласно пункту 1 статьи 9.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее также - Закон о банкротстве) для обеспечения стабильности экономики в исключительных случаях (при чрезвычайных ситуациях природного и техногенного характера, существенном изменении курса рубля и подобных обстоятельствах) Правительство Российской Федерации вправе ввести мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами, на срок, устанавливаемый Правительством Российской Федерации.

В соответствии с положениями абзаца 30 статьи 2 Закона о банкротстве под мораторием понимается приостановление исполнения должником денежных обязательств и уплаты обязательных платежей.

На основании подпункта 2 пункта 3 статьи 9.1 и абзаца 10 пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве на срок действия моратория в отношении должников, на которых он распространяется, наступают последствия, предусмотренные абзацами пятым и седьмым - десятым пункта 1 статьи 63 настоящего Федерального закона, в частности не начисляются неустойки (штрафы, пени) и иные финансовые санкции за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежных обязательств и обязательных платежей, за исключением текущих платежей.

Согласно пункту 1 статьи 5 Закона о банкротстве под текущими платежами понимаются денежные обязательства, требования о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и обязательные платежи, возникшие после даты принятия заявления о признании должника банкротом, если иное не установлено настоящим Федеральным законом.

Из системного толкования статей 5, 63 Закона о банкротстве следует, что правовой инструмент в виде моратория разделяет все денежные обязательства и обязательные платежи на текущие и реестровые, определяя их правовую природу, в первую очередь, в зависимости от даты их возникновения.

В силу пункта 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 44 «О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее также -

Постановление № 44) в период действия моратория проценты за пользование чужими денежными средствами (статья 395 ГК РФ), неустойка (статья 330 ГК РФ), пени за просрочку уплаты налога или сбора (статья 75 НК РФ), а также иные финансовые санкции не начисляются на требования, возникшие до введения моратория, к лицу, подпадающему под его действие (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац десятый пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве). В частности, это означает, что не подлежит удовлетворению предъявленное в общеисковом порядке заявление кредитора о взыскании с такого лица финансовых санкций, начисленных за период действия моратория. Лицо, на которое распространяется действие моратория, вправе заявить возражения об освобождении от уплаты неустойки (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац десятый пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве) и в том случае, если в суд не подавалось заявление о его банкротстве. Вместе с тем, если при рассмотрении спора о взыскании неустойки или иных финансовых санкций, начисленных за период действия моратория, будет доказано, что ответчик, на которого распространяется мораторий, в действительности не пострадал от обстоятельств, послуживших основанием для его введения, и ссылки данного ответчика на указанные обстоятельства являются проявлением заведомо недобросовестного поведения, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий поведения ответчика может удовлетворить иск полностью или частично, не применив возражения о наличии моратория (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

В ответе на вопрос 10 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) № 2, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30.04.2020, указано, что одним из последствий введения моратория является прекращение начисления неустоек (штрафов и пеней) и иных финансовых санкций за неисполнение или ненадлежащее исполнение должником денежных обязательств и обязательных платежей по требованиям, возникшим до введения моратория (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац 10 пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве).

Таким образом, в период действия указанного моратория (с 01.04.2022 до 01.10.2022) на требования, возникшие до введения моратория, неустойка за нарушение договорных обязательств (как денежных, так и неденежных) не начисляется (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 14.06.2023 № 305-ЭС23-1845).

При этом, поскольку введение моратория осуществляется согласно положениям Закона о банкротстве, законодателем предусмотрены аналогичные правовые последствия введения моратория и введения процедуры наблюдения, гражданским законодательством самостоятельного понятия мораторий не предусмотрено, порядок определения момента возникновения требования для целей применения моратория должен быть аналогичен порядку определения указанного момента при возбуждении дела о банкротстве.

В целях установления момента возникновения требования кредитора необходимо учитывать положения Закона о банкротстве, из совокупного толкования пункта 1 статьи 5 которого и разъяснений, приведенных в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве» (далее также - Постановление № 63), в пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 44 «О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», следует, что требования кредиторов относятся к текущим платежам, если они возникли после начала действия моратория (то есть в рассматриваемом случае после 01.04.2022).

Согласно пункту 2 Постановления № 63 в силу абзаца второго пункта 1 статьи 5 Закона о банкротстве возникшие после возбуждения производства по делу о банкротстве требования кредиторов об оплате поставленных товаров, оказанных услуг и выполненных работ являются текущими. По смыслу этой нормы текущими являются любые требования

об оплате товаров, работ и услуг, поставленных, выполненных и оказанных после возбуждения дела о банкротстве, в том числе во исполнение договоров, заключенных до даты принятия заявления о признании должника банкротом. В договорных обязательствах, предусматривающих периодическое внесение должником платы за пользование имуществом (договоры аренды, лизинга (за исключением выкупного)), длящееся оказание услуг (договоры хранения, оказания коммунальных услуг и услуг связи, договоры на ведение реестра ценных бумаг и т.д.), а также снабжение через присоединенную сеть электрической или тепловой энергией, газом, нефтью и нефтепродуктами, водой, другими товарами (за фактически принятое количество товара в соответствии с данными учета), текущими являются требования об оплате за те периоды времени, которые истекли после возбуждения дела о банкротстве.

Как следует из положений пункта 11 Постановления № 63, при решении вопроса о квалификации в качестве текущих платежей требований о применении мер ответственности за нарушение обязательств (возмещении убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, взыскании неустойки, процентов за неправомерное пользование чужими денежными средствами) судам необходимо принимать во внимание следующее. Требования о применении мер ответственности за нарушение денежных обязательств, относящихся к текущим платежам, следуют судьбе указанных обязательств. Требования о применении мер ответственности за нарушение денежных обязательств, подлежащих включению в реестр требований кредиторов, не являются текущими платежами.

При этом согласно пункту 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 60 «О некоторых вопросах, связанных с принятием Федерального закона от 30.12.2008 № 296-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из положений абзаца пятого пункта 1 статьи 4, пункта 1 статьи 5 и пункта 3 статьи 63 Закона о банкротстве текущими являются только денежные обязательства и обязательные платежи, возникшие после возбуждения дела о банкротстве. В связи с этим денежные обязательства и обязательные платежи, возникшие до возбуждения дела о банкротстве, независимо от срока их исполнения не являются текущими ни в какой процедуре. Если денежное обязательство или обязательный платеж возникли до возбуждения дела о банкротстве, но срок их исполнения должен был наступить после введения наблюдения, то такие требования по своему правовому режиму аналогичны требованиям, срок исполнения по которым наступил на дату введения наблюдения, поэтому на них распространяются положения Закона о банкротстве о требованиях, подлежащих включению в реестр.

Таким образом, юридически значимым обстоятельством для квалификации требования как попадающего под действие моратория является момент возникновения обязательства. При этом с учетом общих положений гражданского законодательства и норм Закона о банкротстве следует различать момент возникновения обязательства и срок его исполнения (статья 314 ГК РФ), которые могут не совпадать, поскольку требование существует независимо от того, наступил срок его исполнения или нет.

Согласно Определению Верховного Суда Российской Федерации от 08.06.2023 № 305-ЭС23-4006 по делу № А40-78775/2021 в целях исключения неравного положения кредиторов, по существу с одинаковыми требованиями (о применении мер ответственности за нарушение обязательств), при разрешении вопроса о квалификации в качестве текущих платежей таких требований указанные разъяснения в пункте 11 Постановления № 63 хотя и даны в отношении только мер ответственности за нарушение денежных обязательств, по аналогии подлежат применению и к требованиям кредиторов, вытекающим из ненадлежащего исполнения неденежного обязательства.

Указанный мораторий распространяется на истца, иного из материалов дела не усматривается (презумпция применимости моратория не опровергнута). Доказательств наличия оснований для неприменения моратория в материалы дела не представлено.

Обязательства истца возникли из договора, заключенного 11.03.2022, т.е. до введения моратория.

Таким образом, начисление неустойки на суммы задолженности за декабрь 2021 года, январь-март 2022 года по всем трем договорам хранения следует производить с учетом указанного выше периода действия моратория.

Суд самостоятельно произвел расчет неустойки, исключив период моратория при начислении неустойки на суммы задолженности за декабрь 2021 года, январь-март 2022 года. Согласно расчету суда, общий размер правомерно предъявленной истцом суммы неустойки, исключив период моратория при начислении неустойки на суммы задолженности за декабрь 2021 года, январь-март 2022 года, по договору хранения № 2/220ХР составил 299 505 руб., по договору хранения № 1/2020хр – так же 299 505 руб., по договору хранения № 3/2020хр – 599 010 руб., таким образом, общий размер правомерно предъявленной истцом неустойка по состоянию на указанную истцом даты – 28.02.2025 составляет 1 198 020 руб.

Пунктом 65 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» установлено, что по смыслу статьи 330 ГК РФ, истец вправе требовать присуждения неустойки по день фактического исполнения обязательства (в частности, фактической уплаты кредитору денежных средств, передачи товара, завершения работ).

Присуждая неустойку, суд по требованию истца в резолютивной части решения указывает сумму неустойки, а также то, что такое взыскание производится до момента фактического исполнения обязательства.

Расчет суммы неустойки на будущее осуществляется в процессе исполнения судебного акта судебным приставом-исполнителем, а в случаях, установленных законом, - иными органами, организациями, в том числе органами казначейства, банками и иными кредитными организациями, должностными лицами и гражданами (часть 1 статьи 7, статья 8, пункт 16 части 1 статьи 64 и часть 2 статьи 70 Закона об исполнительном производстве). В случае неясности судебный пристав-исполнитель, иные лица, исполняющие судебный акт, вправе обратиться в суд за разъяснением его исполнения, в том числе по вопросу о том, какая именно сумма подлежит взысканию с должника (статья 202 ГПК РФ, статья 179 АПК РФ).

Доказательств оплаты суммы начисленной неустойки материалы дела не содержат.

Ответчиком ходатайство о применении положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации не заявлено.

При таких обстоятельствах, учитывая вышеизложенное, обстоятельства и материалы дела, суд отклоняет доводы истца в соответствующей части и удовлетворяет требования истца о взыскании с ответчика 1 860 000 руб. задолженности и 1 198 020 руб. неустойки по состоянию на 28.02.2025, а также неустойки из расчета 0,1 % за каждый день просрочки, подлежащей начислению на сумму задолженности в размере 1 860 000 руб., начиная с 01.03.2025, по день фактической оплаты задолженности. В удовлетворении остальной части иска суд отказывает.

Согласно части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

С учетом результатов рассмотрения спора (требования удовлетворены частично), с ответчика в пользу истца подлежит взысканию государственная пошлина в размере 116 391 руб. В остальной части понесенные истцом расходы по уплате государственной пошлины относятся на него.

Настоящее решение выполнено в форме электронного документа, подписано усиленной квалифицированной электронной подписью судьи и считается направленным лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа.

По ходатайству лиц, участвующих в деле, копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Красноярского края

РЕШИЛ:

Иск удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Дигор» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН <***>, ОГРН <***>) 3 058 020 руб., в том числе: 1 860 000 руб. задолженности и 1 198 020 руб. неустойки по состоянию на 28.02.2025, а также неустойку из расчета 0,1 % за каждый день просрочки, подлежащую начислению на сумму задолженности в размере 1 860 000 руб., начиная с 01.03.2025, по день фактической оплаты задолженности, взыскать 116 391 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Разъяснить лицам, участвующим в деле, что настоящее решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия путем подачи апелляционной жалобы в Третий арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Красноярского края.

Судья И.С. Нечаева