ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, <...>, тел. <***>

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

№ 11АП-423/2025

30 апреля 2025 года Дело № А55-3535/2022

г. Самара

Резолютивная часть постановления объявлена 21 апреля 2025 года

Постановление в полном объеме изготовлено 30 апреля 2025 года

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Машьяновой А.В.,

судей Гольдштейна Д.К., Львова Я.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Ромадановым А.А.,

с участием до и после перерыва:

от ФИО1 - ФИО2, доверенность от 01.04.2025,

иные лица не явились, извещены,

рассмотрев в открытом судебном заседании 21 апреля 2025 года в помещении суда в зале №2 апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Самарской области от 09 декабря 2024 года, вынесенное по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Интер Строй»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Самарской области от 14.09.2023 ООО «Интер Строй» (ИНН <***>) признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО3.

Конкурсный управляющий ФИО3 обратился в Арбитражный суд Самарской области с заявлением (вх.190579 от 17.04.2024) о признании наличия оснований для привлечения бывшего директора должника ООО «Интер Строй» ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, просил привлечь бывшего руководителя должника ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере суммы не погашенных требований кредиторов.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 09.12.2024 заявление конкурсного управляющего, удовлетворено. Признано доказанным наличие оснований для привлечения бывшего директора ООО «Интер Строй» ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Бывший руководитель должника ООО «Интер Строй» ФИО1 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. С ФИО1 в пользу ООО «Интер Строй» взысканы денежные средства в размере 18 002 511 руб. 62 коп.

Не согласившись с принятым судом первой инстанции судебным актом, ФИО1 обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение суда первой инстанции, в которой просит его отменить.

В обоснование апелляционной жалобы, заявитель ссылается на нарушение судом первой инстанции при вынесении обжалуемого судебного акта положений ст. 270 АПК РФ, указывая на отсутствие необходимости в подаче в суд заявления о банкротстве должника, поскольку у должника отсутствовали денежные обязательства, которые привели бы к невозможности уплаты обязательных платежей и неисполнении денежных обязательств перед другими кредиторами; должник не имел задолженности по уплате обязательных платежей (налогам и сборам); на 03.08.2021 у должника отсутствовала задолженность по выплате заработной платы перед работниками (нет включенных в реестр требований бывших работников должника); у должника имелся только один кредитор ООО "КЗ Ростельмаш" по договору подряда (дело №А53-25850/2017); в части эпизода по оспоренным управляющим сделок должника, апеллянт указывает на представление суду договоров, актов сверок, судебных актов, подтверждающих правоотношения должника и ответчиков по сделкам, которым судом первой инстанции не была дана какая-либо оценка; в части перечислений за период с 14.02.2019 по 29.05.2019 у должника отсутствовала задолженность перед ООО "КЗ Ростельмаш"; в части эпизода о непередаче конкурсному управляющему документов по деятельности должника, апеллянт со ссылкой на сведения ЕГРН и ГИБДД указывает, что у должника отсутствовало какое-либо имущество и сделки с ним, налоговая и бухгалтерская отчетность должника за требуемый управляющим период, не сдавалась, согласно банковской выписке по счетам должника с 29.06.2019 отсутствовало движение денежных средств в связи с чем, непередача истребуемой управляющим документации не затруднило формирование конкурсной массы должника и ведение процедуры конкурсного производства; определением суда от 07.11.2023 установлено частичное исполнение бывшим руководителем должника своей обязанности по передаче управляющему части документации должника, имеющейся в распоряжении ответчика, в остальной части заявленных требований управляющему отказано в истребовании у ФИО1 документов и сведений по хозяйственной деятельности должника по причине недоказанности нахождения иных документов в распоряжении ответчика; вместе с тем апеллянт указывает, что за счет личных средств частично погасил кредиторскую задолженность на сумму 506 000,00 руб.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.01.2025 апелляционная жалоба оставлена без движения.

После устранения обстоятельств, послуживших основанием для оставления апелляционной жалобы без движения, определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.01.2025 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание с учетом отложения и объявления перерыва назначено на 21.04.2025.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, о времени и месте судебного заседания размещена на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

19.02.2025 от конкурсного управляющего ФИО3 в материалы дела поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу.

25.02.2025 от кредитора ООО "КЗ Ростсельмаш" в материалы дела поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу.

14.04.2025 от ФИО1 в материалы дела представлен список дел назначенных к рассмотрению на 14.04.2025 в суде общей юрисдикции.

18.04.2025 от кредитора ООО "КЗ Ростсельмаш" в материалы дела поступили дополнительные письменные пояснения.

18.04.2025 от конкурсного управляющего ФИО3 в материалы дела поступили письменные дополнения к отзыву на апелляционную жалобу.

Указанные документы приобщены судом к материалам апелляционного производства в порядке ст. 262 АПК РФ.

В ходе судебного заседания представитель ФИО1 поддержал доводы апелляционной жалобы, просил отменить определение суда первой инстанции.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Судебная коллегия считает, что материалы дела содержат достаточно доказательств для рассмотрения апелляционной жалобы по существу. Каких-либо доказательств затруднительности или невозможности своевременного ознакомления с материалами дела в электронном виде в системе "Картотека арбитражных дел" сети Интернет, лицами, участвующими в деле, представлено не было. Отсутствие отзывов на апелляционную жалобу от иных лиц, участвующих в деле, по мнению суда апелляционной инстанции, не влияет на возможность рассмотрения апелляционной жалобы по существу.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле документам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта по следующим основаниям.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как следует из материалов дела, в обоснование заявления конкурсный управляющий указывал, что ФИО1 нарушена установленная ст. 9 Закон о банкротстве обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением должника о признании его несостоятельным (банкротом), а также на отсутствие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности.

Признавая обоснованными заявленные требования, суд первой инстанции руководствовался следующим.

В силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Пункт 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве устанавливает, что размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом). Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве, руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества. Пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве устанавливает, что заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В силу п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены ст. 9 данного федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых данным федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

В соответствии с п. 2 ст. 35 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" внеочередное общее собрание участников общества созывается исполнительным органом общества по его инициативе, по требованию совета директоров (наблюдательного совета) общества, ревизионной комиссии (ревизора) общества, аудитора, а также участников общества, обладающих в совокупности не менее чем одной десятой от общего числа голосов участников общества.

Доказательства созыва общего собрания участников и принятия решения об обращении в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) суду не представлены.

В статье 2 Закона о банкротстве неплатежеспособность определена как прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Обязанность выплатить ООО «КЗ Ростельмаш» задолженность, подтвержденную судебным актом возникла 03.08.2021 (дата вынесения судом апелляционной инстанции постановления), три месяца истекли 03.11.2021.

Соответственно, признакам неплатежеспособности ООО «Интер Строй» стало отвечать 03.11.2021. Месяц на подачу заявления должника о признании банкротом истек 03.12.2021.

Согласно п. 2 ст. 307 ГК РФ обязательства возникают из договоров и других сделок, вследствие причинения вреда, вследствие неосновательного обогащения, а также из иных оснований, указанных в ГК РФ.

Между кредитором ООО «КЗ Ростельмаш» и должником были заключены договоры подряда № 1111 от 11.08.2014, № 1161 от 19.08.2015 и № 1508 от 27.10.2015, согласно которым подрядчик обязался выполнить работы в соответствии с условиями настоящего договора и сметой на выполнение работ на объектах заказчика, а заказчик, в свою очередь, обязался принять их результат и произвести оплату за цену, установленную договором.

Общая стоимость договора подряда № 1111 от 11.08.2014 составляла 29 500 000 руб., в том числе НДС 18%, в соответствии с пунктом 1.2 протокола согласования договорной цены. В соответствии с пунктами 1.3, 1.4 протокола согласования договорной цены Заказчик произвел предоплату в размере 22 500 000 руб. В процессе выполнения работ, дополнительным соглашением № 1 от 20.03.2015 общая стоимость работ и материалов по договору № 1111 от И 08.2014 скорректирована истцом и ответчиком до 20 201 640,29 руб. Работы выполнены подрядчиком и приняты заказчиком по акту о приемке выполненных работ от 03.04,2015 на сумму 20 201 640,29 руб.

Таким образом, разница между перечисленным Кредитором авансом и выполненными Должником работами составила 2 298 359,71 руб. Кредитор и Должник произвели зачёт взаимных требований, что подтверждается актами от 02.02.2016 на сумму 1 384 301,75 рублей и от 26.04.2016 на сумму 109 593,01 рублей, после чего остаток задолженности Должника (неосновательное обогащение) перед Кредитором составил 804 464,95 рублей.

Данная задолженность не оспаривалась должником и была признана в полном объёме, в том числе в ходе судебного разбирательства.

Таким образом, в апреле 2015 года со стороны ООО «Интер Строй» возникло обязательство перед ООО «КЗ «Ростсельмаш» в виде возврата полученной переплаты (неосновательного обогащения) по договору № 1111 от 11.08.2014 в размере 2 298 359,71 руб., которая по состоянию на апрель 2016 года составила 804 464,95 руб. Данное обстоятельство было установлено судом при рассмотрении спора по делу №А53-25850/2017, в том числе факт возникновения в 2015 году неисполненного до настоящего времени обязательства.

Данная задолженность, возникшая в 2015-2016 годах, была частично погашена Ответчиком только в июне 2022 года в рамках дела о банкротстве Должника. При этом меры для добровольного погашения указанной задолженности, по сути признанной и неоспоренной Должником в судебном порядке, своевременно руководителем Должника приняты не были, что опровергает доводы Ответчика о добросовестном поведении Ответчика как руководителя организации.

Кроме того, согласно п. 2 ст. 15 Гражданского кодекса РФ, под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Необходимо учитывать, что в ходе рассмотрения арбитражным судом спора по делу № А53-25850/2017 установлен факт причинения действиями должника реального ущерба в размере 1 753 087,00 руб., что также подтверждено заключением эксперта № 01090/Э от 04.05.2018.

Таким образом, с апреля 2016 года у должника имелись неисполненные обязательства по договору подряда, подтвержденные к тому же вступившим в законную силу 03.08.2021 судебным актом по делу № А53-25850/2017.

Согласно ст. 271 АПК РФ постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия, и в силу ст. 16 АПК РФ являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации.

При таком положении, утверждение ответчика о том, что он действовал «добросовестно и разумно в интересах должника, не нарушая при этом имущественные права кредиторов, с целью получения законного и обоснованного судебного акта, подлежащего реальному исполнению» противоречит реальным действиям руководителя должника, уклоняющегося с 2016 года от погашения задолженности, подтвержденное и возникшей задолго до обращения Кредитора в арбитражный суд о признании должника несостоятельным (банкротом).

Ответчик приводил доводы об отсутствии у должника перед кредитором в период с 21.02.2019 по 11.08.2020 основанной на судебных актах задолженности, умалчивая о наличии непогашенной задолженности перед кредитором, возникшей в рамках финансово-хозяйственной деятельности в 2015-2016гг. по договорам подряда, наличие которой не оспаривалось должником, и подтверждается вступившими в законную силу судебными актами.

Настоящая задолженность полностью не погашена в настоящее время, при этом полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия ответчика.

Согласно пп. 1, 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в случае причинения существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в ст, 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Необходимо также учитывать действия ответчика, как контролирующего должника лица, в части осуществления в период 14.02.2019 по 29.05.2019 со счёта должника следующих платежей на общую сумму 6 552 000 руб.:

- строка 91 выписки платеж ИП ФИО4, в сумме 355 000 руб.,

- строка 94 выписки платеж ИП ФИО4 в сумме 200 000 руб.,

- строка 95 выписки платеж ООО «ССТ» в сумме 500 000 руб.,

- строка 106 выписки платеж ООО «ССТ» в сумме 250 000 руб.,

- строка 107 выписки платеж ООО «ССТ» в сумме 460 000 руб.,

- строка 114 выписки платеж ООО «ССТ» в сумме 200 000 руб.,

- строка 115 выписки платеж ООО «ССТ» в сумме 600 000 руб.,

- строка 118 выписки платеж ООО «ССТ» в сумме 200 000 руб.,

- строка 119 выписки платеж ООО «ССТ» в сумме 300 000 руб.,

- строка 121 выписки платеж ООО «Строительные технологии» в сумме 300 000 руб.,

- строка 122 выписки платеж ИП ФИО4 в сумме 500 000 руб.,

- строка 122 выписки платеж ИП ФИО4 в сумме 545 000 руб.,

- строка 131 выписки платеж ООО «ССТ» в сумме 470 000 руб.,

- строка 132 выписки платеж ИП ФИО4 в сумме 500 000 руб.,

- строка 137 выписки платеж ИП ФИО4 в сумме 350 000 руб.,

- строка 143 выписки платеж ИП ФИО4 в сумме 250 000 руб.,

- строка 174 выписки платеж ИП ФИО5, в сумме 286 000 руб.,

- строка 175 выписки платеж ИП ФИО5 в сумме 286 000 руб.

Довод ответчика о том, что перечислением денежных средств со счёта должника указанным лицам «была оплачена имеющаяся на тот момент задолженность перед прежними контрагентами» суд рассмотрел как не что иное, как злоупотребление контролирующим должника лицом полномочиями руководителя организации, поскольку, имея неисполненные обязательства перед кредитором ООО «КЗ Ростельмаш» с 2016 года, им принимались решения о перечислении денежных средств иным контрагентам в ущерб интересам данного кредитора.

В силу ст. 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" каждый факт хозяйственной деятельности подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок.

Документы, подтверждающие законность и обоснованность данных операций Ответчиком не представлены.

При этом в отсутствие подтверждающих документов, договоров, актов сверки и пр., действия Ответчика могут рассматриваться как незаконный вывод денежных средств Должника через сделки, причинившие вред правам кредитора ООО КЗ «Ростсельмаш», что неизбежно ухудшило финансовое состояние должника и, по сути, привело к невозможности погашения его требований.

Руководитель должника обязан обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом в случае, когда имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику.

Согласно выписки по счету банка ПАО АКБ «Авангард» от 06.02.2019 должником были произведены выплаты в погашение задолженности по заработной плате за 2016-2017 годы, что однозначно свидетельствует о наличии непогашенной задолженности по заработной плате более трех месяцев, которая существовала в 2016 году, следовательно, руководитель был обязан подать заявление о признании должника банкротом.

В соответствии с пунктом 1 и абзацем 2 пункта 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, субсидиарная ответственность за невозможность полного погашения требований кредиторов наступает по обязательствам должника, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Согласно пункту 4 ст. 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности: 1) организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; 2) ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

В соответствии с пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. В свою очередь, неисполнение обязанности по передаче документации и имущества препятствует осуществлению конкурсным управляющим возложенных на него обязанностей, в том числе по выявлению, инвентаризации и реализации имущества должника в целях соразмерного удовлетворения требований кредиторов, в установленные сроки.

Из буквального толкования приведенных норм права следует, что для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основанию, указанному в данном абзаце, необходимо установить следующие обстоятельства:

- к моменту принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют документы бухгалтерского учета и отчетности либо искажена информация, подлежащая отражению в документах бухгалтерского учета и отчетности;

- в результате не передачи документов бухгалтерского учета и отчетности или искажения информации, подлежащей отражению в документах бухгалтерского учета и отчетности, затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование конкурсной массы.

Только при совокупности этих двух обстоятельств может быть разрешен вопрос о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по основаниям, указанным в заявлении.

Ответчиком не представлено доказательств того, что им были предприняты меры по погашению задолженности перед кредитором.

Под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством (пункт 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве"; далее - постановление N 53).

Процесс доказывания обозначенных выше оснований привлечения к субсидиарной ответственности упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска.

Согласно одной из таких презумпций предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в ситуации, когда имущественным правам кредиторов причинен существенный вред в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, абзац первый пункта 23 постановления N 53).

Второй из таких презумпций предусмотрено, что отсутствие (непередача руководителем арбитражному управляющему) финансовой и иной документации должника, существенно затрудняющее проведение процедур банкротства, предполагает наличие вины руководителя.

Ответчик как руководитель должника обязан передать всю документацию, касающуюся деятельности общества, временному управляющему (в копиях) в установленные законом сроки.

Наличие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности у руководителя должника предполагается и является обязательным требованием законодательства.

Процедура передачи и принятия бухгалтерской и иной документации должника, является двухсторонней.

Вместе с тем, бухгалтерская и иная документация должника, в оригиналах, а также имущество должника конкурсному управляющему переданы не были.

В п. 24 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21 декабря 2017г. N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" указано, что применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с не передачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать, что заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Полученных конкурсным управляющим по запросам банковских выписок с расчетных счетов должника и бухгалтерских балансов не достаточно для проведения полного анализа хозяйственной деятельности должника, установления круга лиц, контролирующих должника, определения полного перечня кредиторской и дебиторской задолженности, основных средств и активов должника, которые подлежат реализации конкурсным управляющим, проведения анализа подозрительности сделок должника и принятия решения по вопросу о необходимости их оспаривания.

В данном случае отсутствие первичной документации бухгалтерского учета также не позволяет конкурсному управляющему произвести поиск и возврат всех активов (имущества) должника, находящихся у третьих лиц, в том числе выявить и предъявить к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником основанных не на преречислении денежных средств, требования об ее взыскании в целях формирования конкурсной массы.

Таким образом, неисполнением обязанности по передаче бухгалтерской и иной документации, отсутствием у конкурсного управляющего документов первичного бухгалтерского учета, существенно затруднено проведение процедуры конкурсного производства, в том числе формирование конкурсной массы.

В отсутствие сведений об указанном имуществе должника суд приходит к выводу о выбытии вышеуказанных ликвидных активов должника в указанном размере, за счет которых возможно было погасить задолженность перед кредиторами. В рассматриваемом случае должник лишился активов, при этом документы и сведения, позволяющие установить расходование (выбытие) данных активов, не представлены.

Данные обстоятельства повлекли невозможность формирования конкурсной массы, как путем включения в конкурсную массу самих активов, так и путем выявления возможно совершенных в период подозрительности сделок, их оспаривание и возврат активов в конкурсную массу.

В соответствии с п. 1, 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В силу п. 16 Постановления Пленума от 21.12.2017 N 53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Выбытие (утрата) указанного имущества лишило должника ликвидных активов на указанную сумму и, как следствие, лишило должника возможности рассчитаться с кредиторами.

В силу презумпции, закрепленной в подпункте 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что отсутствие к моменту введения первой процедуры банкротства документов, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством об обществах с ограниченной ответственностью (их сокрытие, непредставление арбитражному управляющему, утвержденному в деле о банкротстве), связано с тем, что контролирующее должника лицо привело его своими противоправными деяниями в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов должника, причинило тем самым им вред и во избежание собственной ответственности скрывает следы содеянного. Как следствие, это лицо должно отвечать перед кредиторами должника (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.03.2024 N 303-ЭС23-26138, от 30.01.2020 N 305-ЭС18-14622(4,5,6)).

Таким образом, кредиторам, требующим привлечения к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица, не раскрывающего документы хозяйственного общества, необходимо и достаточно доказать состав признаков, входящих в соответствующую презумпцию, в частности: наличие и размер непогашенных требований к должнику; статус контролирующего должника лица; его обязанность по хранению документов хозяйственного общества; отсутствие (искажение) этих документов.

Презумпция носит опровержимый характер и иное может быть доказано лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности. Это лицо должно обосновать, почему доказательства кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность и чем вызвана несостоятельность должника, каковы причины непредставления документов и насколько они уважительны и т.п. (пункт 10 статьи 61.11, пункт 4 статьи 61.16 Закона о банкротстве, пункт 56 постановления Пленума N 53).

При рассмотрении исков о привлечении к субсидиарной ответственности бремя доказывания должно распределяться судом (часть 3 статьи 9, часть 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) с учетом необходимости выравнивания возможностей по доказыванию юридически значимых обстоятельств дела, имея в виду, что кредитор, как правило, не имеет доступа к информации о хозяйственной деятельности должника, а контролирующие должника лица, напротив, обладают таким доступом и фактически могут его ограничить по своему усмотрению.

Суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором, если установит недобросовестность поведения контролирующих лиц в процессе, например, при отказе или уклонении контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явной неполноте, и если иное не будет следовать из обстоятельств дела (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 N 6 -П).

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по п. 1 и подп. 2 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве.

В соответствии с п. 11 ст. ст. 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Суд апелляционной инстанции повторно рассмотрев дело, с учётом обстоятельств установленных в рамках настоящего спора, принимая во внимание доказательства имеющиеся в материалах настоящего спора, не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта, при этом считает необходимым отметить следующее.

1. В силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление Пленума ВС РФ N 53) обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

В пункте 12 постановления Пленума ВС РФ N 53 разъяснено, что согласно абзацу второму пункта 2 статьи 61.12. Закона о банкротстве презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника, ликвидационной комиссией заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве.

Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 настоящей статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

Исследовав и оценив в порядке статьи 71 АПК РФ имеющиеся в материалах дела доказательства в их совокупности, установив обстоятельства, свидетельствующие о наличии условий, предусмотренных пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, суд первой инстанции пришел к обоснованному к выводу о наличии оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за неподачу заявления о признании должника банкротом в соответствии с положениям пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве.

2. Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, а в пункте 2 статьи 61.11 данного Закона установлен перечень обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, при доказанности которых предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица могут явиться необходимой причиной объективного банкротства (пункт 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление Пленума N 53).

В подпункте 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве указано, что, пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц в случае, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

В пунктах 16 - 17 постановления Пленума N 53 разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности.

По смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется. Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке.

Однако на истце лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности.

Существенно убыточной может быть признана сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносящей доход. Согласно разъяснениям, данным в пункте 23 постановления Пленума N 53, презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. Если к ответственности привлекается лицо, являющееся номинальным либо фактическим руководителем, иным контролирующим лицом, по указанию которого совершена сделка, или контролирующим выгодоприобретателем по сделке, для применения презумпции заявителю достаточно доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам.

Процесс доказывания обозначенных выше оснований привлечения к субсидиарной ответственности был упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 N 305-ЭС19-10079).

При доказанности условий, составляющих презумпцию вины в доведении до банкротства, бремя по ее опровержению переходит на другую сторону, которая вправе приводить доводы об отсутствии вины, в частности, о том, что банкротство вызвано иными причинами, не связанными с недобросовестным поведением ответчика.

Данная законодательная презумпция ответчиком не опровергнута.

Проанализировав и оценив представленные в материалы дела доказательства, доводы и возражения участвующих в деле лиц по правилам статьи 71 АПК РФ, установив, что ООО "КЗ "Ростсельмаш" является единственным кредитором должника, принимая во внимание отсутствие в материалах дела доказательств, опровергающих установленную законом о банкротстве соответствующую презумпцию, вывод суда о наличии оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве является правомерным.

3. В подпункте 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве закреплена презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при непередаче им документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Указанное требование Закона обусловлено в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление Пленума N 53), лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Бремя доказывания оснований возложения субсидиарной ответственности на контролирующее должника лицо обычно лежит на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности. Вместе с тем отсутствие у контролирующих лиц заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот, не должно снижать уровень правовой защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве на их права (пункт 56 постановления Пленума N 53).

В ряде случаев эта проблема решается законодательно введением презумпций - предположений, основанных на наибольшей вероятности наступления того или иного события (явления) при установлении прочих фактов. Презумпции считаются верными, пока не доказано иное.

Финансово-хозяйственная деятельность хозяйственных обществ отражается в документах, обязательность ведения и хранения которых устанавливается специальным законодательством, в связи с этим важнейшим источником сведений о деятельности общества и причинах его банкротства является его документация.

Предполагается, что отсутствие документов, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством об обществах с ограниченной ответственностью (их сокрытие, непредставление конкурсному управляющему), связано с тем, что контролирующее должника-банкрота лицо привело его своими противоправными деяниями в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов должника, причинило тем самым им вред и во избежание собственной ответственности скрывает следы содеянного. Как следствие, это лицо должно отвечать перед кредиторами должника (пункты 1, 2, 6 статьи 61.11 Закона о банкротстве, определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 N 305-ЭС18-14622(4,5,6)).

Таким образом, конкурсному управляющему, требующему привлечения к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица, сокрывшего документы хозяйственного общества, необходимо и достаточно доказать состав признаков, входящих в соответствующую презумпцию (подпункт 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), в частности: наличие и размер непогашенных требований к должнику; статус контролирующего должника лица; его обязанность по хранению документов хозяйственного общества; отсутствие (искажение) этих документов.

Презумпция носит опровержимый характер и иное может быть доказано лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности. Это лицо должно доказать, почему доказательства кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность и чем вызвана несостоятельность должника, каковы причины непредставления документов и насколько они уважительны и т.п. (пункт 10 статьи 61.11, пункт 4 статьи 61.16 Закона о банкротстве, пункт 56 постановления Пленума N 53).

Создание препятствий конкурсному управляющему в защите прав кредиторов косвенным образом указывает на интерес контролирующего должника лица в сокрытии своих противоправных действий и намерении уйти от ответственности.

Указанная правовая позиция нашла отражение в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.03.2024 N 303-ЭС23-26138.

Исследовав и оценив в совокупности все представленные доказательства в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ, установив обстоятельства, свидетельствующие о том, что невозможность формирования конкурсной массы и удовлетворения требований кредиторов обусловлены бездействием контролирующего должника лица, не передавшего бухгалтерскую и иную документацию должника, то есть не исполнившего обязанность, предусмотренную пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о наличии оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в соответствии с подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Определяя размер субсидиарной ответственности в сумме 18 002 511,62 руб., суд первой инстанции исходил из суммы требований заявителя - ООО "КЗ "Ростсельмаш", включенных в реестр.

Доводы заявителя апелляционной жалобы основаны на неверном толковании норм права, регулирующие спорные правоотношения сторон, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены оспариваемого судебного акта.

Несогласие заявителя с оценкой, установленных по делу обстоятельств не может являться основанием для отмены судебного акта.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора в данном конкретном случае исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены верно, выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта обжалуемого по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы, не имеется.

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Самарской области от 09 декабря 2024 года по делу № А55-3535/2022 - оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его вынесения, через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий А.В. Машьянова

Судьи Д.К. Гольдштейн

Я.А. Львов