ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru,

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. 8 (87934) 6-09-16, факс: 8 (87934) 6-09-14

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Ессентуки Дело № А77-454/2019

21.01.2025

Резолютивная часть постановления объявлена 14.01.2025

Постановление изготовлено в полном объёме 21.01.2025

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Макаровой Н.В., судей: Белова Д.А., Годило Н.Н., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Дьякиной С.В., при участии в судебном заседании представителя АО «Чеченэнерго» – ФИО1 (доверенность от 01.01.2025), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего муниципального унитарного предприятия «Водоканал города Грозного» ФИО2 на определение Арбитражного суда Чеченской Республики от 05.09.2024 по делу № А77-454/2019, принятое по заявлению конкурсного управляющего муниципального унитарного предприятия «Водоканал города Грозного» ФИО2 о привлечении контролирующих должника лиц ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 Абу-Супьяновича к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) муниципального унитарного предприятия «Водоканал города Грозного» (ИНН <***>, ОГРН <***>),

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) муниципального унитарного предприятия «Водоканал города Грозного» (далее - должник, МУП «Водоканал г. Грозного») 28.09.2023 внешний управляющий должника ФИО2 (далее – управляющий, ФИО2) обратился с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника контролирующих должника лиц, а именно: бывших руководителей МУП «Водоканал г. Грозного» ФИО3 (далее –ФИО3), ФИО4 (далее –ФИО4), ФИО5 (далее- ФИО5), ФИО6 Абу-Супьяновича (далее –ФИО6) .

Определением от 05.09.2024 суд отказал в удовлетворении заявления. Судебный акт мотивирован отсутствием оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, поскольку обстоятельства деятельности должника с начала 2017 года вплоть до 2019 года не свидетельствовали об объективном банкротстве, и, несмотря на временные финансовые затруднения, ответчики добросовестно рассчитывали на их преодоление в разумный срок. В рассматриваемом случае действия ответчиков не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Не согласившись с вынесенным определением, конкурсный управляющий должника обратился в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявления.

Информация о времени и месте судебного заседания с соответствующим файлом размещена в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» http://arbitr.ru/ в соответствии с положениями статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

До судебного заседания от представителя ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 поступило ходатайство об отложении судебного заседания, мотивированное участием в судебном заседании по иному делу.

Рассмотрев заявленное ходатайство, апелляционный суд приходит к выводу об отказе в его удовлетворении на основании следующего.

В силу части 4 статьи АПК РФ суд может отложить судебное разбирательство по ходатайству лица, участвующего в деле, в связи с неявкой в судебное заседание его представителя по уважительной причине. Арбитражный суд также может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, а также при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления конкретных дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий (часть 5 указанной статьи).

При оценке содержания понятия уважительности причин суд апелляционной инстанции принимает во внимание абзац 5 пункта 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 N 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции", в соответствии с которым не могут, как правило, рассматриваться в качестве уважительных причин нахождение представителя заявителя в командировке (отпуске), кадровые перестановки, отсутствие в штате организации юриста, смена руководителя (его нахождение в длительной командировке, отпуске), а также иные внутренние организационные проблемы юридического лица.

Таким образом, невозможность участия в судебном заседании представителя ответчиков не является препятствием к реализации их процессуальных прав. В случае невозможности обеспечения явки представителя, ответчики могут поручить ведение дела иному представителю с надлежащим образом оформленными полномочиями, равно как представлять свои интересы самостоятельно.

При этом, судебная коллегия отмечает, что отложение судебного разбирательства является правом, а не обязанностью суда. Так, наряду с уважительностью причин неявки в судебное заседание представителя лица, участвующего в деле, при разрешении арбитражным судом вопроса об отложении судебного разбирательства оценке подлежат также иные обстоятельства, в том числе сложность спора, необходимость представления дополнительных доказательств, дачи суду объяснений.

Заявляя ходатайство об отложении рассмотрения дела, лицо, участвующее в деле, должно указать и обосновать, для совершения каких процессуальных действий необходимо отложение судебного разбирательства. Заявитель ходатайства должен также обосновать невозможность разрешения спора без совершения таких процессуальных действий.

Представителем ответчиков не обоснована необходимость участия в судебном заседании, с учетом возможности направления в суд необходимых пояснений и письменных доказательств как посредством почтовой связи, службы курьерской доставки, так и в электронном виде.

Намереваясь представить дополнительные объяснения и доказательства, лицо, участвующее в деле, в силу статьи 41 АПК РФ мог и должен был заблаговременно направить их суду и иным лицам, участвующим в деле. В соответствии с частью 2 статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Кроме того, в соответствии с частью 1 статьи 153.2 АПК РФ лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса могут участвовать в судебном заседании путем использования системы веб-конференции при условии заявления ими соответствующего ходатайства и при наличии в арбитражном суде технической возможности осуществления веб-конференции. В связи с чем, у представителя истца имелась возможность принять участие в онлайн-заседании в режиме веб-конференции, однако он ее не реализовал, соответствующее ходатайство не заявил.

При таких обстоятельствах, ходатайство об отложении судебного разбирательства подлежит отклонению.

В судебном заседании представитель ПАО «Россети Северный Кавказ» изложил свою позицию по обстоятельствам спора.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, в связи с чем на основании статьи 156 АПК РФ судебное заседание проведено в их отсутствие.

Изучив материалы дела, оценив доводы жалоб, отзыва, и проверив законность обжалуемого судебного акта в порядке, установленном главой 34 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу, что определение от 05.09.2024 подлежит оставлению без изменения, исходя из следующего.

Как следует из материалов дела, МУП «Водоканал г. Грозного» создано на основании распоряжения мэра г. Грозного от 15.05.2014 № 341, зарегистрировано в качестве юридического лица 23.05.2014, уставный фонд составляет 88 173 380 руб., учредителем является мэрия г. Грозного.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ, основным видом деятельности МУП «Водоканал г. Грозного» является распределение воды для питьевых и промышленных нужд, то есть деятельность предприятия связана с предоставлением жилищно-коммунальных услуг.

Распоряжениями мэра г. Грозного руководителями должника назначены ФИО3 (с 24.01.2017 по 17.10.2017); ФИО4(с 27.10.2017 по 06.08.2018); ФИО5 (с 08.08.2018 по 22.04.2019); ФИО6 М .А.-С. (с 23.04.2019 по 25.12.2019).

Определением от 21.06.2019 в отношении МУП «Водоканал г. Грозного» введена процедура банкротства наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО2, член саморегулируемой организации арбитражных управляющих Союз СРО «СЕМТЭК».

Определением от 21.06.2019 в отношении должника введена процедура внешнего управления, внешним управляющим утвержден ФИО2

Решением от 04.04.2024 должник признан несостоятельным (банкротом), введена процедура конкурсного производства сроком на шесть месяцев.

Конкурсным управляющим МУП «Водоканал г. Грозного» утвержден ФИО2, член Союза арбитражных управляющих «Созидание».

В ходе процедур банкротства в реестр требований кредиторов должника включены требования кредиторов на общую сумму 622 998 301,67 руб., из которых:

- УФНС России по Чеченской Республике - 213 193 569,42 руб.;

- ООО «Межрайэнерго» - 5 183 538,55 руб.;

- АО «Чеченэнерго» - 402 836 895,81 руб.;

- Министерство природных ресурсов и охраны окружающей среды Чеченской Республики - 1 784 297,89 руб.

Обращаясь с заявлением, внешний управляющий в качестве оснований о необходимости привлечения ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6А-С. к субсидиарной ответственности ссылается на необращение своевременно в арбитражный суд с заявлением о признании МУП «Водоканал г. Грозного» банкротом (пункт 1 статьи 9, статьи 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

По мнению управляющего, функционирование должника в отсутствие субсидирования носило заведомо убыточный характер, предприятие не могло надлежащим образом исполнять обязательства перед поставщиками энергоресурсов и бюджетом.

Как указывает управляющий, несмотря на наличие признаков банкротства в 2017 году, руководители должника не исполнили обязанность по направлению заявления о признании банкротом в суд, чем нанесли убытки предприятию, продолжали убыточную деятельность.

Приступив к обязанностям руководителя должника и видя, что предприятие отвечает признаку неплатежеспособности ввиду наличия в этот период задолженности перед кредиторами, впоследствии включенных в реестр требований кредиторов должника, а также осознавая, что данная неплатежеспособность носит устойчивый характер, руководители своевременно не обратились в суд с заявлением о признании должника банкротом.

Отказывая в удовлетворении заявлений, суд первой инстанции обоснованно руководствовался следующим.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ) Закон о банкротстве дополнен главой III.2, регулирующей ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

По смыслу пункта 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Аналогичная правовая позиция изложена в постановлениях Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 07.08.2019 по делу № А61-740/2016, от 26.10.2020 по делу № А32-32760/2017, Арбитражного суда Северо-Западного округа от 12.02.2019 по делу № А56-82366/2017.

Учитывая вышеизложенные разъяснения, апелляционный суд полагает, что к рассматриваемым правоотношениям подлежит применению Закон о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ.

Данный вывод апелляционного суда согласуется со следующим.

В обоснование заявления управляющий указывает, что объективный момент возникновения кризисной ситуации неплатежеспособности должника возник, начиная с 2017 года.

Согласно пункту 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление Пленума ВС РФ №53) обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

В рассматриваемом случае первый судебный акт о взыскании с должника денежных средств (решение Арбитражного суда Чеченской Республики от 20.11.2017 по делу №А77-831/2017 о взыскании в пользу АО «Чеченэнерго» 93 096 691,81 руб. основного долга и неустойки (пеня) в размере 7 530 612 рублей) вступило в законную силу 20.12.2017.

Учитывая, что обстоятельства, послужившие основанием для обращения с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности, возникли в декабре 2017 года, в том числе обязанность обращения с заявлением возникла 20.01.2018 (месяц после вступления в законную силу решения), заявление подлежит рассмотрению по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о несостоятельности (банкротстве), если иное не предусмотрено названным Федеральным законом, в целях упомянутого Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве установлено, что пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной приведенными нормами права, необходимо установление совокупности условий: наличие у ответчика права давать обязательные указания для истца либо возможности иным образом определять действия истца; совершение ответчиком действий, свидетельствующих об использовании такого права и (или) возможности; наличие причинно-следственной связи между использованием ответчиком своих прав и (или) возможностей в отношении истца и действиями истца, повлекшими его несостоятельность (банкротство); недостаточность имущества истца для расчетов с кредиторами; необходимость установления вины ответчика для возложения на него ответственности (постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 №6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Следовательно, основанием для привлечения руководителя, учредителя (участника), собственника имущества должника к субсидиарной ответственности является не только вина названных лиц, а также причинно-следственная связь между действиями указанных лиц и последующим банкротством должника, наличие которой с учетом распределения бремени доказывания согласно статье 65 АПК РФ подлежит доказыванию лицом, обратившимся с требованиями в суд.

В соответствии с положениями пунктов 3 и 4 постановления Пленума ВС РФ №53 по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

По смыслу взаимосвязанных положений абзаца второго статьи 2, пункта 2 статьи 3, пунктов 1 и 3 статьи 61.10 Закона о банкротстве для целей применения специальных положений законодательства о субсидиарной ответственности, учитывается контроль, имевший место в период, предшествующий фактическому возникновению признаков банкротства, независимо от того, скрывалось действительное финансовое состояние должника или нет, то есть принимается во внимание трехлетний период, предшествующий моменту, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, - превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов (далее - объективное банкротство).

В силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, в том числе, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств, обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами.

Неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд (пункт 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Согласно разъяснениям, данным в пунктах 8 и 9 постановления Пленума ВС РФ №53, руководитель должника может быть привлечен к субсидиарной ответственности по правилам статьи 61.12 Закона о банкротстве, если он не исполнил обязанность по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве в месячный срок, установленный пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве с учетом положений статьи 9 данного Закона, применительно к рассматриваемому случаю, заявитель в силу норм статьи 65 АПК РФ должен доказать когда именно наступил срок обязанности подачи заявления о признании должника банкротом; какие неисполненные обязательства возникли у должника после истечения срока обязанности для подачи заявления в суд и до даты возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) должника.

В пункте 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»» (далее - постановление №63) разъяснено, что при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве недостаточность имущества - это превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника, а неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Наличие у должника формальных признаков, являющихся основанием для возбуждения дела о банкротстве, само по себе не является достаточным для вывода о наличии у руководителя и учредителя обязанности обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом, поскольку факт наличия определенной кредиторской задолженности у хозяйствующего субъекта не означает его неплатежеспособность и не свидетельствует о наступлении критического момента, с которым Закон о банкротстве связывает необходимость подачи заявления о признании должника банкротом.

Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутым основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

В связи с этим в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами.

Ссылка заявителя, что у должника имелись неисполненные обязательства с 2017 года, следовательно, руководитель должника ФИО3 должен был подать заявление в суд о признании банкротом - 01.02.2017, а ФИО4- 27.11.2017 и ФИО5 - 08.09.2018, а также на то, что руководители должника не предпринимали меры по предотвращению несостоятельности (банкротства) должника, погашению требований кредиторов, не принимается апелляционный судом, поскольку наличие задолженности перед конкретным кредитором само по себе не свидетельствует о наступлении для руководителя должника обязанности обратиться в суд с заявлением о банкротстве последнего.

Руководитель хозяйственного общества, предприятия обязан действовать добросовестно не только по отношению к возглавляемому им юридическому лицу, но и по отношению к такой группе лиц как кредиторы. Это означает, что он должен учитывать права и законные интересы последних, содействовать им, в том числе в получении необходимой информации. Применительно к гражданским договорным отношениям невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты.

По смыслу указанных норм и разъяснений, привлечение контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по обязательствам должника возможно при доказанности совокупности условий, включающих наличие у названных лиц права давать обязательные указания для должника либо возможности иным образом определять его действия; совершение ими действий, свидетельствующих об использовании такого права и (или) возможности; наличие причинно-следственной связи между использованием вышеуказанными лицами своих прав и (или) возможностей в отношении должника и наступившими последствиями в виде его банкротства; недостаточность имущества должника для расчетов с кредиторами.

Ответственность руководителя должника является гражданско-правовой, в связи с чем, возложение на это лицо обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 ГК РФ. Для наступления гражданско-правовой ответственности необходимо доказать противоправный характер поведения лица, на которое предполагается возложить ответственность; наличие у потерпевшего лица убытков; причинную связь между противоправным поведением нарушителя и наступившими вредоносными последствиями; вину правонарушителя. При недоказанности любого из этих элементов в удовлетворении заявления должно быть отказано.

При привлечении к субсидиарной ответственности руководителей должника должны учитываться общие положения глав 25 и 59 ГК РФ об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве.

В этой связи помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения единоличным исполнительным органом обязанности, установленной Законом о банкротстве (обратиться в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) в случае, предусмотренном пункт 1 статьи 9 Закона о банкротстве), необходимо установить вину субъекта ответственности (в данном случае - руководителя должника), исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 ГК РФ); также имеет значение причинно-следственная связь между неподачей в суд заявления о признании должника банкротом и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

В силу вышеуказанных положений внешний управляющий должен доказать не просто существование у должника задолженности перед кредиторами, а наличие оснований, обязывающих руководителя и учредителя обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом.

Из материалов дела следует, что ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6А-С. в спорный период занимали должность директора МУП «Водоканал г. Грозного», в их полномочия входило: представление интересов предприятия во взаимоотношениях с физическими и юридическими лицами, органами государственной власти и органами местного самоуправления, действовать без доверенности от имени предприятия, представлять его интересы на территории Российской Федерации и за ее пределами, совершать сделки от имени предприятия в порядке, установленном законодательством РФ, выдавать доверенности на совершение гражданско-правовых сделок, совершать иные юридически значимые действия, открывать в банках расчетные и другие счета, утверждать структуру и штат предприятия, осуществлять в установленном порядке прием на работу работников предприятия, включать, изменять и прекращать с ними трудовые договоры (главного бухгалтера - с согласия собственника), применять к работникам предприятия меры дисциплинарного взыскания и поощрения в соответствии с действующим законодательством РФ, делегировать свои права заместителю (если несколько заместителей, то распределять между ними обязанности), в пределах своей компетенции издавать приказы и давать указания, обязательные для всех работников предприятия, утверждать положения о представительствах и филиалах (если имеются), а также принимать иные локальные акты в пределах компетенции по вопросам деятельности предприятия, решать иные вопросы, отнесенные действующим законодательством, Уставом предприятия к компетенции руководителя (гл. 5 Управление предприятием Устава МУП «Водоканал г.Грозного» (новая редакция с изменениями от 26.04.2017, утвержденными распоряжением мэрии г.Грозного 15.05.2014 N 341).

Периоды исполнения ФИО3 и ФИО4 обязанностей руководителя МУП «Водоканал г. Грозного» не превышали 6-8 месяцев, следовательно, за указанный (короткий) период они не могли определить необходимость обращения с заявлением о банкротстве должника, в связи с чем, в отношении ответчиков ФИО3, ФИО4 применима презумпция действий (бездействия) в условиях добросовестного расчета на преодоление в разумный срок временных финансовых затруднений (признаков неплатежеспособности).

Бывший руководитель МУП «Водоканал г. Грозного» ФИО5 в тех же условиях предпринимал меры для предотвращения последствий длительного функционирования предприятия с признаками несостоятельности путем обращения к собственнику имущества.

Так, ФИО5 20.11.2018 на имя председателя Комитета городского хозяйства мэрии г. Грозного ФИО7 было направлено обращение о превышении среднегодовых расходов на содержание и обслуживание ливневой канализации МУП «Водоканал г.Грозного».

01.03.2019 на имя заместителя мэра г.Грозный ФИО8 направлено обращение с просьбой помочь в решении проблемы, связанной с большой задолженностью по налогам и обязательным платежам и изыскании возможности в выделении целевых финансовых средств для погашения платежей, возникших за его период работы в качестве директора.

06.03.2019 на имя заместителя мэра г.Грозный ФИО8 направлено уведомление о задолженности перед ФНС по налогам и обязательным платежам, так как согласно п.3.2.3. трудового договора с руководителем МУП «Водоканал г.Грозного» работодатель обязан принимать необходимые меры при обращении руководителя по вопросам, связанным с возможной неплатежеспособностью предприятия.

Из изложенного следует, что ФИО5, видя неудовлетворительное имущественное положение предприятия, обращался к собственнику для принятия соответствующих решений. Руководитель предприятия, оказывающего социально-значимую функцию и являющегося единственным поставщиком коммунального ресурса в регионе, не имеет возможности самостоятельно принять решение о подаче заявления о банкротстве предприятия. Однако в подобного рода ситуациях на руководителе лежит обязанность по уведомлению собственника и учредителя предприятия об убыточном характере деятельности предприятия, что и было предпринято со стороны ФИО5

Относительно ФИО6А-С. апелляционный суд соглашается с выводом суда первой инстанции, что он не может быть привлечен к субсидиарной ответственности за неподачу заявления должника о собственном банкротстве в соответствии со ст.9 Закона о банкротстве, поскольку такая обязанность была им фактически исполнена Из материалов дела следует, что ФИО6А-С. назначен руководителем должника 23.04.2019, дело № А77-454/2019 о признании несостоятельным (банкротом) МУП «Водоканал г. Грозного» возбуждено по его заявлению, поданному 28.05.2019.

Отказывая в привлечении бывших руководителей должника к субсидиарной ответственности, апелляционный суд исходит из того, что муниципальное предприятие осуществляло деятельность по водоснабжению, водоотведению на территории г. Грозный.

Указанная деятельность изначально не направлена на извлечение прибыли, а характеризуется социальной направленностью.

В связи с изложенным, наращивание обязательств должника в данном случае носило объективный характер, учитывая социально-значимую функцию, выполняемую предприятием.

При таких обстоятельствах, более ранняя подача заявления о банкротстве не привела бы к защите интересов кредиторов по обязательствам, от которых в силу публичного характера деятельности по поставке воды населению не имело возможности общество отказаться. В силу действующего законодательства неудовлетворительная структура баланса предприятий, являющихся поставщиком коммунального ресурса населению, не является безусловным основанием для обращения руководителя должника в суд с заявлением о банкротстве.

Исходя из разъяснений, данных в пункте 1 постановления Пленума ВС № 53, привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 ГК РФ).

В соответствии с правовым подходом, изложенным в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 №302-ЭС20-23984 по делу №А19-4454/2017, деятельность предприятия, учрежденного в целях выполнения работ, оказания услуг жилищно-коммунального хозяйства, удовлетворения общественных потребностей характеризуется наличием значительной дебиторской задолженности граждан и иных потребителей, что, в свою очередь, не позволяет надлежащим образом гасить образовавшиеся долги перед поставщиком энергоресурса и бюджетом. Так, если дебиторская задолженность населения по оплате потребленных жилищно-коммунальных услуг обладает низкой степенью ликвидности, связанной преимущественно с соответствующим уровнем платежеспособности населения, мероприятия по ее истребованию, как правило, малоэффективны. В связи с этим деятельность таких предприятий в отсутствие субсидирования зачастую носит заведомо убыточный характер.

Учитывая социальную направленность деятельности предприятий, предоставляющих жилищно-коммунальные услуги, к которым относится должник, апелляционный суд исходит из того, что такая деятельность носит, как правило, убыточный характер, поскольку такое предприятие имеет непогашенную кредиторскую задолженность перед ресурсоснабжающими организациями, бюджетом одновременно с дебиторской задолженностью потребителей услуг.

Ситуация, при которой водоснабжающая организация имеет непогашенную кредиторскую задолженность одновременно с дебиторской задолженностью, является обычной для их функционирования, в связи с низкой платежной дисциплиной населения и установлением тарифов для населения, которые не совпадают с экономически обоснованными тарифами. В связи с этим сам по себе признак недостаточности имущества у должника и наличие задолженности перед ресурсоснабжающими организациями за определенный период времени не могут свидетельствовать о наступлении обязанности у руководителя должника подать заявление о признании несостоятельным (банкротом).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 18.07.2003 №14-11, формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства.

Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника.

Создание муниципального унитарного предприятия вызвано необходимостью осуществления предприятием деятельности, направленной на решение социально - значимых задач (водоснабжение), связанных с организацией снабжения граждан жилищно-коммунальными услугами, вытекающих из муниципальных функций (ФЗ от 14.11.2002 N 161 -ФЗ "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях", ФЗ от 06.10.2003 N 131 -ФЗ "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации").

В рассматриваемом случае уже при создании предприятия произошло смешение частных и публичных отношений, имеющих принципиально разную правовую природу: коммерческая организация, чье правовое положение определяется нормами гражданского (частного) права, которая подчинена генеральной цели, направленной на извлечение прибыли, имеющая органы с самостоятельной компетенцией и обладающие широкой дискрецией при принятии управленческих решений, подчиненных упомянутой генеральной цели (статьи 50 и 53 ГК РФ), использована для достижения иной, публичной цели, социального результата - обеспечения населения жизненно необходимой коммунальной услугой.

С учетом характера деятельности должника возникновение в указанный период задолженности перед конкретными кредиторами (в данном случае - перед ресурсоснабжающими организациями) не свидетельствует о том, что должник автоматически стал отвечать признакам неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества в целях привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по подаче заявления о банкротстве. Соответственно, наличие у должника кредиторской и дебиторской задолженности и их последующий рост не являются достаточным основанием для признания возникновения у должника признаков объективного банкротства в декабре 2017 года, а у руководителя обязанности по обращению в суд с заявлением о признании банкротом предприятия.

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушения прав и законных интересов других лиц.

Согласно материалам дела руководителями должника предпринимались меры для продолжения исполнения должником своих обязательств, доказательств, что действия руководителя носили убыточный характер и привели к возникновению задолженности, не представлено. Из материалов дела не следует, что руководители предприятия заключали убыточные (рисковые) сделки, а также сделки, направленные на вывод активов должника. Соответствующие доводы управляющим и кредиторами не заявлены и доказательства не представлены.

При таких обстоятельствах, наступление негативных последствий в виде наращивания кредиторской задолженности, само по себе не свидетельствует о недобросовестности и (или) неразумности действий руководителей, поскольку их действия не выходили за пределы обычного предпринимательского риска, обусловленного спецификой деятельности должника, его статусом и социальной значимостью деятельности. Доказательств, что действия руководителя привели к наращиванию задолженности в связи с неподачей заявления, не представлено; то обстоятельство, что проведенные мероприятия в результате не позволили избежать банкротства, не свидетельствует о том, что должник признан банкротом по вине контролирующих лиц, в результате совершения последними противоправных действий.

Апелляционный суд полагает, что деятельность должника свидетельствует о том, что оказание услуг по водоснабжению населения не может быть оказано без потребления электроэнергии и поставки воды от регионального поставщика, именно этим объясняется возникшая задолженность перед ООО «Межрайэнерго» и АО «Чеченэнерго». Новых кредиторов должник не привлек. Выполняя социально-значимую функцию и продолжая потреблять для этого электроэнергию, не имея возможность остановить процесс подачи (поставки) воды населению г. Грозный, руководители должника не совершили действий, направленных на причинение вреда.

Руководитель социально-значимого предприятия не имеет возможности остановить оказание услуг населению и уйти в банкротство в отсутствие в данном регионе аналогичного предприятия, которое могло бы осуществлять данные функции за него, для соблюдения стабильности оказания социально-значимых услуг проживающих в данном регионе граждан.

Доказательств того, что руководители должника получили оплату дебиторской задолженности от потребителей и распорядились полученными денежными средствами от осуществляемой им деятельности на иные цели, чем оплата кредиторской задолженности перед поставщиком электроэнергии и бюджетом, в материалы дела не представлено, следовательно, злоупотребление правом со стороны контролирующих должника лиц не допущено.

Учитывая социально-значимую функцию предприятия и невозможность ранее при наличии признаков неплатежеспособности, автоматически прекратить оказание услуг населению и инициировать процедуру банкротства, апелляционный суд полагает, что в рассматриваемом случае основания для привлечения к субсидиарной ответственности руководителей должника за необращение в суд с заявлением о признании должника банкротом, отсутствуют.

Аналогичная правовая позиция по вопросу привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц социально-значимого предприятия изложена в постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 17.08.2021 по делу № А12-62484/2016 и в постановлении Арбитражного суд Волго-Вятского округа от 11.10.2021 по делу № А17-7399/2018.

Принимая во внимание изложенное, апелляционная коллегия судей полагает, что суд первой инстанции пришел к верному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований.

При таких обстоятельствах, основания для переоценки выводов суда первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

В целом доводы апелляционной жалобы выражают несогласие с выводами суда первой инстанции, вместе с тем согласно правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, выраженной в постановлении от 23.04.2013 № 16549/2012, исходя из принципа правовой определенности, судом апелляционной инстанции не может быть отменено решение (определение) суда первой инстанции, основанное на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данной судом первой инстанции.

В ходе проверки законности и обоснованности принятого по делу определения коллегия судей не установила каких-либо нарушений со стороны суда первой инстанции и полностью согласилась с оценкой представленных в дело документов.

Таким образом, судебный акт первой инстанции принят при полном выяснении обстоятельств, имеющих значение для дела, нормы процессуального и материального права применены судом верно, с учетом конкретных обстоятельств дела, содержащиеся в нем выводы не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам, судом первой инстанции не нарушено единообразие в толковании и применении норм права.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 АПК РФ и являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта, судом первой инстанции также не допущено.

Апеллянту при обращении в суд предоставлена отсрочка по уплате государственной пошлины, в связи с чем, расходы по ее уплате за рассмотрение апелляционной жалобы в соответствии со статьей 110 АПК РФ возлагаются на апеллянта и взыскиваются с него в доход бюджета.

Руководствуясь статьями 110, 266, 268, 269, 271, 272, 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

в удовлетворении ходатайства представителя ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 А-С. об отложении судебного разбирательства, отказать.

Определение Арбитражного суда Чеченской Республики от 05.09.2024 по делу № А77-454/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с муниципального унитарного предприятия «Водоканал города Грозного» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 30 000 рублей за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий

Судьи

Н.В. Макарова

Д.А. Белов

Н.Н. Годило