ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, <...>, тел.: <***>, факс: <***>

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

город Ростов-на-Дону дело № А32-52261/2022

23 мая 2025 года 15АП-3097/2025

Резолютивная часть постановления объявлена 12 мая 2025 года

Полный текст постановления изготовлен 23 мая 2025 года

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Новик В.Л.,

судей Ковалевой Н.В., Чотчаева Б.Т.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Хрипуновой Е.А.,

при участии:

от истца - представитель ФИО1 по доверенности от 11.04.2025;

от ответчика посредством веб-конференции - представитель ФИО2 по доверенности от 17.01.2023;

от третьего лица – представитель не явился, извещен

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Колоссус» на решение Арбитражного суда Краснодарского края от 27.01.2025 по делу № А32-52261/2022

по иску ФИО3

к обществу с ограниченной ответственностью «Колоссус» (ИНН 2311303298ОГРН <***>)

при участии третьего лица Комитета природных ресурсов, лесного хозяйства и экологии Волгоградской области (ИНН <***> ОГРН <***>)

о взыскании компенсации за незаконное использование полезной модели по патенту и об обязании,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 (далее – истец, ФИО3) обратился в Арбитражный суд Краснодарского края к обществу с ограниченной ответственностью «Колоссус» (далее – ответчик, ООО «Колоссус») с исковым заявлением о взыскании 6 000 000 руб. компенсации за незаконное использование полезной модели по патенту РФ 163962 и за незаконное использование изобретения по патенту РФ № 2633499, об обязании - ООО «Колоссус» прекратить действия, нарушающие исключительные права истца на использованием охраняемого по патентам РФ 163962, 2633499 устройства шишкосушилки и способа сушки шишек, а именно: запретить изготовление, применение, предложение о продаже, продажу, иное введение в гражданский оборот или хранение для этих целей продукта - (Шишкосушилка), в котором использованы результаты интеллектуальной деятельности истца, а также о взыскании расходов по оплате государственной пошлины.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 27.01.2025 ходатайство ООО «Колоссус» о назначении по делу повторной судебной экспертизы отклонено. Суд запретил ООО «Колоссус» использовать патент Российской Федерации № 163962, 2633499, в том числе запретил изготовление, предложение к продаже, продажу, иное введение в гражданский оборот или хранение для этих целей полезной модели «Шишкосушилка» и изобретения «Способ сушки шишек». С ООО «Колоссус» в пользу ФИО3 взыскана сумма компенсации в размере 3 000 000 руб., расходы на оплату проведения по делу судебной экспертизы в размере 96 849 руб., расходы на оплату государственной пошлины в размере 32 500 руб. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

Не согласившись с указанным судебным актом, ответчик обжаловал его в порядке, определенном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. В апелляционной жалобе заявитель указал на незаконность решения, просил отменить решение суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт.

В обоснование жалобы заявитель возражает против результатов судебной экспертизы, указывает на необоснованное отклонение ходатайства о назначении повторной экспертизы. Также размер взысканной компенсации, по мнению ответчика, является завышенным. Кроме того, заявитель указывает на процессуальные нарушения суда первой инстанции, выраженные в том, что суд первой инстанции отказал в ходатайстве ООО «Колоссус» о проведении онлайн заседания в судебном заседании 13.01.2025 г., ввиду чего дело было рассмотрено без участия ООО «Колоссус», без извещения, поскольку определение суда вынесено после судебного заседания.

В судебное заседание третье лицо, надлежащим образом уведомленное о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, явку не обеспечило. В связи с изложенным, апелляционная жалоба рассматривается в порядке, предусмотренном статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании представитель ответчика поддержал доводы апелляционной жалобы, просил решение суда отменить и принять по делу новый судебный акт, заявил ходатайства о назначении повторной экспертизы и проведении экспертизы в целях проверки достоверности ранее проведенной судебной экспертизы.

В судебном заседании представитель истца возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, по основаниям, изложенным в письменном отзыве, просил решение оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения, возражал против удовлетворения заявленных ответчиком ходатайств.

Суд апелляционной инстанции, рассмотрев заявленные ответчиком ходатайства о назначении повторной судебной экспертизы или проведении экспертизы в целях проверки достоверности ранее проведенной судебной экспертизы, и пришел к выводу об отсутствии оснований для их удовлетворения ввиду следующего.

В суде первой инстанции ответчиком было заявлено ходатайство о назначении повторной судебной экспертизы. Повторно данное ходатайство было заявлено в суде апелляционной инстанции.

В соответствии с частью 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

Определяя необходимость назначения той или иной экспертизы, суд исходит из предмета заявленных исковых требований и обстоятельств, подлежащих доказыванию в рамках этих требований.

Как разъяснил Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в своем постановлении (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.03.2011 № 13765/10 по делу №А63-17407/2009), судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания.

Если необходимость или возможность проведения экспертизы отсутствует, суд отказывает в ходатайстве о назначении судебной экспертизы.

Реализация предусмотренного частью 2 статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации полномочия суда по назначению повторной экспертизы в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного экспертного заключения как особом способе его проверки вытекает из принципа самостоятельности суда, который при рассмотрении конкретного дела устанавливает доказательства, оценивает их по своему внутреннему убеждению, основанному на их всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании.

Выводимый из смысла части 2 статьи 7 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» принцип независимости эксперта как субъекта процессуальных правоотношений обусловливает самостоятельность эксперта в выборе методов проведения экспертного исследования; при этом свобода эксперта в выборе методов экспертного исследования ограничена требованием законности, а избранные им методы должны отвечать требованию допустимости судебных доказательств.

В апелляционной жалобе ответчик ссылается на экспертное исследование-рецензию № 026-01-0131 от 26.03.2024, Заключение специалиста (рецензия) от «28» марта 2024.

Апелляционный суд отмечает, что представленные обществом рецензии не являются по своему содержанию экспертным заключением, а представляет собой мнение специалиста относительно экспертного заключения, произведенного другим лицом.

Само по себе мнение других исследователей не может исключать доказательственного значения результата судебной экспертизы, поскольку такие заключения фактически представляют собой рецензию, мнение специалиста относительно проведенной экспертизы иным субъектом экспертной деятельности, которым не может придаваться безусловное приоритетное значение.

При этом правильность и полнота рецензии дополнительными доказательствами по делу не подтверждается, не приведено обоснованных возражений по существу предмета экспертизы, не приведены доказательства, свидетельствующие о том, что произведенное ответчиком изделие не имеет признаков полезной модели истца, в соответствии с которыми следовал бы однозначный вывод о недостоверности принятого судом экспертного исследования.

В данном случае судом не установлено оснований для назначения по делу повторной судебной экспертизы с учетом предмета заявленного спора, его фактических обстоятельств, а также учитывая достаточность совокупности доказательств по делу.

Апелляционный суд поддерживает выводы суда о том, что заключение эксперта по форме и содержанию соответствует требованиям статьи 25 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации». Составленное экспертное заключение является ясным и полным, содержит понятные и обоснованные ответы на поставленные судом вопросы; дополнительных вопросов выяснять по делу не требуется.

Несогласие же ответчика с выводами экспертизы и сомнения в правильности выводов экспертов не может являться основанием для проведения повторной судебной экспертизы, в связи с чем, ходатайство о назначении повторной экспертизы обоснованно отклонено судом первой инстанции, а также отклонено апелляционным судом ввиду отсутствия правовых оснований, предусмотренных статьей 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Ответчиком в судебном заседании заявлено ходатайство об отложении судебного заседания, мотивированное неполучением отзыва на апелляционную жалобу.

Согласно части 5 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд также может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, других участников арбитражного процесса, в случае возникновения технических неполадок при использовании технических средств ведения судебного заседания, в том числе систем видео-конференц-связи, а также при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий.

По смыслу приведенной нормы права отложение судебного разбирательства является правом, но не обязанностью суда, предоставленным для обеспечения возможности полного и всестороннего рассмотрения дела.

Учитывая, что общество не было лишено возможности ознакомиться с материалами дела, доводы отзыва повторяют позицию истца с суде первой инстанции, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отложения судебного разбирательства.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия пришла к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, истцу принадлежат исключительные права:

- полезную модель «Шишкосушилка», охраняемую патентом Российской Федерации № 163962 (дата начала срока действия патента 03.11.2015)

- изобретение «Способ сушки шишек», охраняемое патентом Российской Федерации № 2633499 (дата начала срока действия патента -03.11.2015).

На дату обращения истца в суд, указанные патенты являются действующими и исключительные права по ним принадлежат ФИО3, что подтверждается сведениями о полезной модели и об изобретении, общедоступными для ознакомления с ними любым заинтересованным лицом и опубликованными в Реестрах изобретений и полезных моделей Российской Федерации, размещенных на сайте Роспатента (www.rupto.ru) и Федерального института промышленной собственности (www.fips.ru).

Правовая охрана полезной модели по патенту № 163962 представлена в объеме формулы:

1. Шишкосушилка, включающая теплоизолированную камеру в виде шкафа с дверями, многоярусный стеллаж с полками для сушильных ящиков, электрический водонагреватель с автоматическим управлением температурой, устройство для подачи теплоносителя в зону сушки, распределитель теплоносителя и вытяжной вентилятор, отличающаяся тем, что устройство для подачи теплоносителя в зону сушки выполнено в виде циркуляционного насоса, а распределитель теплоносителя выполнен в виде горизонтальных трубчатых теплообменников и используется в качестве полок для сушильных ящиков, при этом все полки последовательно соединены между собой водонагревателем и циркуляционным насосом, образуя единый замкнутый контур для обеспечения циркуляции воды.

2. Шишкосушилка по п. 1, отличающаяся тем, что снабжена дополнительным водонагревателем, выполненным в виде водогрейного котла, работающего на твердом топливе.

3. Шишкосушилка по одному из пп. 1 или 2, отличающаяся тем, что в качестве твердого топлива используются освобожденные от семян пустые шишки.

Сущность полезной модели, ее реализуемость и промышленная применимость иллюстрируется чертежами.

Истцу стало известно о том, что ответчик - общество с ограниченной ответственностью «Колоссус» (Российская Федерация, RU, 350028, <...>) производит и продает шишкосушилки, доказательством чему является факт поставки одной единицы шишкосушилки стеллажной в СГБУ Волгоградской области «Котовское лесничество» (<...>) на основании государственного контракта № 264/21 от 29 марта 2021 г. «Поставка шишкосушилки стеллажной в рамках Федерального проекта «Сохранение лесов» национального проекта «Экология» с целью модернизации материально-технической базы государственных учреждений специализированным лесохозяйственным оборудованием (Приложение № 5), заключенного между Комитетом природных ресурсов, лесного хозяйства и экологии Волгоградской области (заказчик) и обществом с ограниченной ответственностью «Колоссус» (поставщик) в соответствии с законодательством Российской Федерации и иными нормативными правовыми актами о контрактной системе в сфере закупок и по результатам проведения Электронного аукциона (идентификационный код закупки 212344210303034420100100292212899244, протокол подведения Электронного аукциона от 17.03.2021 № 08-30.3ЭА (Приложение № 6) на поставку шишкосушилки стеллажной по цене Контракта - 1 747 304, 09 руб. Копия Раздела 3 «ТЕХНИЧЕСКОЕ ЗАДАНИЕ» - Приложение № 8.

Произведенная ответчиком шишкосушилка стеллажная сначала была поставлена по адресу: 400120, <...>, а затем была передана в СГБУ Волгоградской области «Котовское лесничество», <...>. Оплата за поставленный товар осуществлена в срок, указанный в пункте 2.5.4 государственного контракта (далее - контракт) за счет средств областного бюджета на 2021 г. (субвенция из федерального бюджета).

В пункте 1.5 контракта изложены требования к поставляемому поставщиком товару: «Товар принадлежит поставщику на праве собственности, не имеет каких-либо обременений, не заложен, не арестован, не является предметом судебного разбирательства, свободен от прав третьих лиц».

В абзаце 2 раздела «Требования к качеству» приложения № 1 к контракту указана обязанность поставщика передать Заказчику товар, соответствующий следующим условиям: «Товар поставщика должен быть свободен от прав третьих лиц, не должен иметь каких-либо обременений, не заложен, не арестован, не являться предметом судебного разбирательства».

В пункте 5 РАЗДЕЛА 3. «ТЕХНИЧЕСКОЕ ЗАДАНИЕ» на поставку шишкосушилки стелажной в рамках Федерального проекта «Сохранение лесов» национального проекта «Экология» с целью модернизации материально-технической базы государственных учреждений специализированным лесохозяйственным оборудованием» в требованиях к качеству товара написано: «Шишкосушилка должна быть... свободной от прав третьих лиц (не заложена, не арестована, не являться предметом притязаний третьих лиц).», а в таблице 1 раздела 7 Технического задания установлены требования к техническим характеристикам шишкосушилки стеллажной: «Стационарная шишкосушилка стеллажная предназначена для сушки шишек хвойных пород и имеет вид теплоизолированной камеры в виде шкафа с дверями, внутри которого имеется многоярусный стеллаж с полками для сушильных ящиков. Способ сушки шишек осуществляется на подогреваемых при помощи теплоносителя (воды) полках стеллажа в перфорированных сушильных ящиках. Количество полок и ящиков - не менее 5, установленная мощность теплонагрева - не менее 15 кВт. В шишкосушилке имеются: циркуляционный насос для подачи воды под каждый ряд сушильных ящиков, а также вытяжной вентилятор для удаления влажного воздуха; максимальная масса шишек в сушильных ящиках на полках стеллажа - не менее 250 кг; температура сушки в зоне стеллажей -регулируемая от 30 до 60 °C, используется автоматическая точность поддержания установленной температуры (°C) в камере сушки», общая продолжительность сушки регулируется от 15 до 40 час., габаритные размеры: длина - не менее 2300 мм, ширина - не менее 900 мм, высота - не менее 2000 мм».

Нарушение ответчиком исключительных прав истца на полезную модель и на изобретение выразилось в том, что ответчик произвел и реализовал контрафактную стационарную шишкосушилку стеллажную, которая передана в СГБУ Волгоградской области «Котовское лесничество» (<...>), т. к. ее конструкция подпадает под действие патента истца на полезную модель № 163962, при эксплуатации шишкосушилки стеллажной осуществляется способ сушки шишек, запатентованный истцом в качестве изобретения № 2633499.

Указанное свидетельствует о грубом несоблюдении ответчиком одного из главных требований контракта о необходимости поставки поставщиком товара, свободного от прав третьих лиц, т.е. поставляемый товар должен обладать патентной чистотой.

Ответчик, следуя требованиям заключаемого Контракта, должен был своевременно провести патентные исследования (т.е. экспертизу на патентную чистоту) по ГОСТ Р 15.011-96 «Система разработки и постановки продукции на производство. ПАТЕНТНЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ. Содержание и порядок проведения» с целью исключения возможного нарушения поставляемой шишкосушилкой стеллажной исключительных прав других патентовладельцев, т. к. в соответствующих разделах Контракта, приложения № 1 к нему, а также Технического задания (раздел 3) имеются прямые указания на наличие у поставляемого товара патентной чистоты.

Патентная чистота - юридическое свойство объекта (устройства, изделия, вещества, технологии и т.д.), характеризующее возможность его использования без нарушения прав на действующие патенты других лиц на территории определенной страны или региона. Наличие у объекта патентной чистоты, говорит о том, что он может свободно изготавливаться, храниться, продаваться, рекламироваться (для продуктов) или реализовываться (для способа) в пределах определенной территории без риска нарушения чужих патентных прав.

Истец, после получения информации о нарушении его исключительных прав, проанализировал привезенные ФИО4 фотографические изображения шишкосушилки, а затем выполнил сопоставительные анализы охраняемых объектов промышленной собственности с объектом техники «Шишкосушилка стеллажная стационарная» по форме таблицы Д.3.1.2, приведенной в ГОСТ Р 15.011-96 «Система разработки и постановки продукции на производство.

В целях досудебного урегулирования споров истцом были подготовлены и направлены 03.11.2021 в адрес ответчика почтой России претензионные письма с требованием прекратить использование чужого патента на полезную модель и чужого патента на изобретение, а также выплатить патентообладателю компенсацию по каждому объекту исключительного права.

Претензионное письмо оставлено адресатом без удовлетворения.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца с исковым заявлением в арбитражный суд.

Исследовав материалы дела повторно, проанализировав доводы, содержащиеся в апелляционной жалобе, проверив в порядке статей 266 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права, судебная коллегия считает, что решение суда первой инстанции не подлежит отмене.

При вынесении обжалуемого решения суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

Согласно статье 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации полезные модели являются результатами интеллектуальной деятельности, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью).

В силу статьи 1226 Гражданского кодекса Российской Федерации на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации) признаются интеллектуальные права, которые включают исключительное право, являющееся имущественным правом, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, также личные неимущественные права и иные права (право следования, право доступа и другие).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

Согласно положениям статьи 1346 Гражданского кодекса Российской Федерации на территории Российской Федерации признаются исключительные права на полезные модели, удостоверенные патентами, выданными федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности, или патентами, имеющими силу на территории Российской Федерации в соответствии с международными договорами Российской Федерации.

В силу пункта 2 статьи 1358 Гражданского кодекса Российской Федерации использованием полезной модели считается, в частности: ввоз на территорию Российской Федерации, изготовление, применение, предложение о продаже, продажа, иное введение в гражданский оборот или хранение для этих целей продукта, в котором использована полезная модель.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1358 Гражданского кодекса Российской Федерации полезная модель признается использованной в продукте, если продукт содержит каждый признак полезной модели, приведенный в независимом пункте содержащейся в патенте формулы полезной модели.

Как разъяснено в абзаце четвертом пункта 123 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 10), полезная модель признается использованной в продукте, если продукт содержит каждый признак полезной модели, приведенный в независимом пункте содержащейся в патенте формулы полезной модели.

В целях проверки доводов искового заявления определением Арбитражного суда Краснодарского края от 26.09.2023 по делу назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено эксперту АНО «Центр по проведению судебных экспертиз и исследований» ФИО5

Перед экспертами поставлены следующие вопросы:

1. Использован ли в изделии «Шишкосушилка стеллажная», поставленном ООО «Колоссус» по государственному контракту № 264/21 от 29.03.2021 г., заключенному между ООО «Колоссус» и Комитетом природных ресурсов, лесного хозяйства и экологии Волгоградской области, и находящемся по адресу: Волгоградская область, Котовский район, Котово, ул. Мира, д. 69, каждый признак изобретения ФИО3 «Способ сушки шишек», защищенного патентом Российской Федерации № 2 633 499, приведенный в независимом пункте формулы изобретения либо признак, эквивалентный ему и ставший известным в качестве такового в области техники этого изобретения до даты приоритета изобретения?

2. Использован ли в изделии «Шишкосушилка стеллажная», поставленном ООО «Колоссус» по государственному контракту № 264/21 от 29.03.2021 г., заключенному между ООО «Колоссус» и Комитетом природных ресурсов, лесного хозяйства и экологии Волгоградской области, и находящемся по адресу: Волгоградская область, Котовский район, Котово, ул. Мира, д. 69, каждый признак полезной модели ФИО3 «Шишкосушилка», защищенной патентом Российской Федерации № 163962, приведенный в независимом пункте формулы полезной модели?

В адрес арбитражного суда поступило заключение экспертов

Отвечая на первый вопрос, эксперт пришел к следующему выводу.

В изделии «Шишкосушилка стеллажная», поставленном ООО «Колоссус» по государственному контракту №264/21 от 29.03.2021 г., заключенному междуООО «Колоссус» и Комитетом природных ресурсов, лесного хозяйства и экологии Волгоградской области, и находящемся по адресу: Волгоградская область, Котовский район, Котово, ул. Мира, д. 69, использован каждый признак изобретения ФИО3 «Способ сушки шишек», защищенного патентом Российской Федерации № 2633499, приведенный в независимом пункте формулы изобретения.

При ответе на второй вопрос эксперт указывает, что, в изделии «Шишкосушилка стеллажная», поставленном ООО «Колоссус» по государственному контракту №264/21 от 29.03.2021, заключенному между ООО «Колоссус» и Комитетом природных ресурсов лесного хозяйства и экологии Волгоградской области, и находящемся адресу: Волгоградская область, Котовский район, Котово, ул. Мира, д. 6, использован каждый признак полезной модели ФИО3 «Шишкосушилка», защищенной патентом Российской Федерации № 163962, приведенный в независимом пункте формулы полезной модели.

Кроме того, экспертом АНО «Центр по проведению судебных экспертиз и исследований» даны следующие письменные пояснения относительно проведенного экспертного исследования.

Натурный осмотр шишкосушилки не проводился. Вместе с тем, объективные ответы на поставленные судом вопросы при отсутствии осмотра объекта было возможно, поскольку шишкосушилка поставлялась по государственному контракту № 264/21, в разделе которого, а именно раздел «Требования к техническим характеристикам шишкосушилки стеллажной» были раскрыты все признаки независимых пунктов патента на полезную модель № 163962 и патента на изобретение № 2633499 и шишкосушилка была принята ответчиком по своему адресу, установлена и использовалась по своим прямым функциям, что подтверждает соответствие шишкосушилки техническим характеристикам, указанным в государственном контракте № 264/21 и нарушение патентов на полезную модель № 163962 и на изобретение № 2633499.

Наличие признаков независимого пункта формулы патента на изобретение в спорном изделии шишкосушилки было определено не только по 4 фотографиям, а также исходя из того, что поскольку шишкосушилка поставлялась по государственному контракту № 264/21, в разделе которого, а именно раздел «Требования к техническим характеристикам шишкосушилки стеллажной» были раскрыты все признаки независимых пунктов патента на полезную модель №163962 и патента на изобретение № 2633499 и шишкосушилка была принята ответчиком по судебному делу по своему адресу, установлена и использовалась по своим прямым функциям, что подтверждает соответствие шишкосушилки техническим характеристикам, указанным в государственном контракте № 264/21 и нарушение патентов на полезную модель № 163962 и на изобретение № 2633499.

Кроме того, как следует из материалов дела, ответчиком была осуществлена попытка путем телефонного звонка истцу решить мирным путем вопрос незаконного использования шишкосушилки заключением лицензионного договора, однако, в дальнейшем ответчик от решения вопроса мирным путем отказался.

Натурный осмотр спорного изделия не проводился по причинам отсутствия в задании эксперта сведений о необходимости осуществления выезда, а также поскольку шишкосушилка поставлялась по государственному контракту № 264/21, в разделе которого, а именно раздел «Требования к техническим характеристикам шишкосушилки стеллажной» были раскрыты все признаки независимых пунктов патента на полезную модель № 163962 и патента на изобретение № 2633499 и шишкосушилка была принята ответчиком по судебному делу по своему адресу, установлена и использовалась по своим прямым функциям, что подтверждает соответствие шишкосушилки техническим характеристикам, указанным в государственном контракте № 264/21 и нарушение патентов на полезную модель № 163962 и на изобретение № 2633499.

Ответчик полагает, что выводы эксперта носят предположительный характер, противоречивы и не обоснованы.

Апелляционным судом установлено, что заключение эксперта АНО «Центр по проведению судебных экспертиз и исследований» по форме и содержанию соответствует требованиям статьи 25 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации».

Несогласие ответчика с выводами эксперта не свидетельствует о недостоверности, неполноте либо неясности экспертного исследования и не является безусловным основанием для проведения повторной экспертизы. Экспертное заключение по результатам судебной экспертизы - важное доказательство, но не единственное.

Наличие у истца исключительного права на спорную полезную модель подтверждается спорным патентом, который в установленном законом порядке не оспорен.

При изложенных обстоятельствах суд первой инстанции обосновано пришел к выводу о нарушении исключительных права истца на изобретения ФИО3 «Способ сушки шишек».

Согласно положениям пункта 1 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления в порядке, предусмотренном настоящим Кодексом, требования:

1) о признании права - к лицу, которое отрицает или иным образом не признает право, нарушая тем самым интересы правообладателя;

2) о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, - к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним, а также к иным лицам, которые могут пресечь такие действия;

3) о возмещении убытков - к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб, в том числе нарушившему его право на вознаграждение, предусмотренное статьей 1245, пунктом 3 статьи 1263 и статьей 1326 настоящего Кодекса;

4) об изъятии материального носителя в соответствии с пунктом 4 настоящей статьи - к его изготовителю, импортеру, хранителю, перевозчику, продавцу, иному распространителю, недобросовестному приобретателю;

5) о публикации решения суда о допущенном нарушении с указанием действительного правообладателя - к нарушителю исключительного права.

В силу пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

В соответствии со статьей 1406.1 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае нарушения исключительного права на изобретение, полезную модель или промышленный образец автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных настоящим Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости права использования изобретения, полезной модели или промышленного образца, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующих изобретения, полезной модели, промышленного образца тем способом, который использовал нарушитель.

Заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы, подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере. Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Таким образом, суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленными требованиями, однако такое уменьшение должно быть обоснованно.

При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения (пункт 62 Постановления№ 10).

Апелляционный суд поддерживает позицию суда первой инстанции об отсутствии достаточных оснований для применения в настоящем деле размера компенсации, указанного истцом, поскольку является очевидным, что запрошенная истцом компенсация не может быть признанной обоснованной и соразмерной.

Кроме того, истцом в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлено доказательств, обосновывающих размер компенсации.

Заявленный размер компенсации не должен служить неосновательным обогащением истца за счет ответчика, но компенсировать возможные убытки правообладателя.

Между тем, необходимость взыскания компенсации в большем размере истцом не доказана.

Учитывая вышеизложенное, судом обоснованно признан заявленный истцом размер компенсации чрезмерно завышенным.

Из материалов дела следует, что на основании государственного контракта № 264/21 от 29.03.2021 поставка шишкосушилки стеллажной установлена в размере 1 747 304, 09 руб.

На основании изложенного, требования истца правомерно удовлетворены в сумме 3 000 000 руб., поскольку указанный размер компенсации не превышает двукратной стоимости контрафактного товара, и является соразмерным допущенному нарушению и достаточным для достижения целей защиты интеллектуальных прав истца. В остальной части иска судом отказано, в указанной части решение суда не обжалуется.

Довод апелляционной жалобы о том, что размер компенсации чрезмерно завышен и подлежит снижению, отклоняется, поскольку размер компенсации снижен судом первой инстанции. Определение размера подлежащей взысканию компенсации осуществлено судом первой инстанции в соответствии с разъяснениями, изложенными в Постановлении № 10, в рамках своих полномочий на основании исследования и оценки представленных в материалы дела доказательств в совокупности, а взысканная с ответчика сумма компенсации, признана соразмерной допущенному нарушению и разумной с учетом представленных доказательств.

Кроме того, истцом заявлено требование об обязании ответчика -ООО «Колоссус», прекратить действия, нарушающие исключительные права истца на использование охраняемого по патентам РФ 163962, 2633499 устройства шишкосушилки и способа сушки шишек, а именно: запретить изготовление, применение, предложение о продаже, продажу, иное введение в гражданский оборот или хранение для этих целей продукта - (Шишкосушилка), в котором использованы результаты интеллектуальной деятельности истца.

Исходя из буквального толкования предусмотренного пунктом 2 части 1 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации способа защиты исключительных прав - пресечение действий по использованию результата интеллектуальной деятельности, который связан с одним из перечисленных в статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации способов защиты прав, а именно - пресечение действий, нарушающих право, следует, что под реализацией этих способов защиты имеется в виду прекращение нарушения, носящего длящийся характер.

Заявленные требования направлены не только на пресечение действий, имевших место до обращения с иском в суд и на момент рассмотрения спора, но и на пресечение действий, нарушающих права правообладателя, создающих угрозу их нарушения в дальнейшем.

На основании изложенного, правообладатель вправе воспользоваться своим правом на защиту нарушенного исключительного права путем предъявления требований к нарушителю о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

Поскольку факт использования ответчиком промышленного образца истца в производимой им продукции, доказан материалами дела, истец не давал ответчику разрешения на использование принадлежащего ему патента, суд первой инстанции признал обоснованными исковые требования о запрете ответчику использование патента РФ № 163962, 2633499 на промышленный образец, в том числе о запрете изготовления, предложения к продаже, продажи, иного введения в гражданский оборот шишкосушилки и способа сушки шишек.

Изложенное соответствует сложившейся судебной практике (Постановление Суда по интеллектуальным правам от 26.02.2024 № С01-2712/2023 по делу № А40-5030/2021; Постановление Суда по интеллектуальным правам от 11.05.2023 № С01-734/2023 по делу № А56-108946/2020).

Довод апелляционной жалобы о необоснованном отказе суда первой инстанции в удовлетворении ходатайств об участии в судебном онлайн-заседании подлежит отклонению, поскольку не является безусловным основанием для отмены судебного акта.

Отказ в удовлетворении указанного ходатайства не может быть признан обстоятельством, которое может свидетельствовать о лишении стороны возможности реализовать свои процессуальные права.

Кроме того, разрешение вопроса о проведении судебного заседания посредством видеоконференцсвязи (онлайн-заседания) поставлено в зависимость от наличия или отсутствия технической возможности для ее проведения (часть 1 статьи 153.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Доводы апелляционной жалобы, направленные на переоценку правильно установленных и оцененных судом первой инстанции обстоятельств и доказательств по делу, не свидетельствуют о нарушении судом первой инстанции норм материального и процессуального права.

Иное толкование заявителем положений законодательства, а также иная оценка обстоятельств спора не свидетельствуют о неправильном применении судом первой инстанции норм материального права.

Судебный акт соответствует нормам материального права, а содержащиеся в нем выводы - установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по государственной пошлине относятся на заявителя апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Краснодарского края от 27.01.2025 по делу№А32-52261/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Колоссус»(ИНН <***> ОГРН <***>) с депозитного счета Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда 70 000 руб. (семьдесят тысяч рублей), внесенные в счет оплаты судебной экспертизы на основании платежного поручения №666803 от 23.04.2025.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Суд по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий В.Л. Новик

Судьи Н.В. Ковалева

Б.Т. Чотчаев