Решение по делу № А72-2529/2025 от 01.09.2025 | АС Ульяновской области

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

г. Ульяновск Дело № А72-2529/2025

01.09.2025

Резолютивная часть решения объявлена 21.08.2025.

Полный текст решения изготовлен 01.09.2025.

Арбитражный суд Ульяновской области в составе судьи Карсункина С.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Ахметовой Л.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску

Общества с ограниченной ответственностью "ЕВА" (ОГРН: <***>, ИНН: <***>)

к Обществу с ограниченной ответственностью "УЛЬЯНОВСКХЛЕБПРОМ" (ОГРН: <***>, ИНН: <***>)

об обязании ответчика прекратить использование товарного знака; взыскании компенсации в размере 1 500 000 руб. 00 коп.

при участии:

от истца – ФИО1, представлены паспорт, доверенность, документ, подтверждающий наличие высшего юридического образования;

от ответчика – ФИО2, представлены паспорт, доверенность, документ, подтверждающий наличие высшего юридического образования посредством сервиса веб-конференции (онлайн-заседание);

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью "ЕВА" обратилось в Арбитражный суд Ульяновской области с исковым заявлением к Обществу с ограниченной ответственностью "УЛЬЯНОВСКХЛЕБПРОМ" об обязании ответчика прекратить использование обозначения сходного до степени смешения с товарным знаком ООО «ЕВА» по свидетельству №896252, в том числе при изготовлении, предложениях к продаже и реализации товаров, однородных с товарами, для которых зарегистрирован товарный знак; о взыскании компенсации в размере 1 500 000 руб. 00 коп.

Определением от 04.03.2025 указанное исковое заявление было оставлено судом без движения.

В установленный срок процессуальные нарушения истцом устранены.

Определением от 11.03.2025 заявление было принято судом к производству.

Изучив материалы дела, исследовав и оценив представленные доказательства, суд считает исковые требования подлежащими удовлетворению частично.

При этом суд исходит из следующего.

Как усматривается из материалов дела, истец является обладателем исключительного права на товарный знак № 896252 «СЛАДКИЙ ПРИВЕТ ИЗ УЛЬЯНОВСКА», что подтверждается свидетельством на товарный знак № 896252, дата приоритета 27.10.2020, дата регистрации 04.10.2022, срок действия регистрации до 27.10.2030.

Указанный товарный знак зарегистрирован для товаров 30 и услуг 35 классов МКТУ:

30 - вафли; изделия желейные фруктовые [кондитерские]; изделия из сладостей для украшения тортов; изделия кондитерские для украшения новогодних елок; изделия кондитерские из сладкого теста, преимущественно с начинкой; изделия кондитерские мучные; изделия кондитерские на основе арахиса; изделия кондитерские на основе миндаля; карамели [конфеты]; конфеты; конфеты лакричные [кондитерские изделия]; конфеты мятные; конфеты мятные для освежения дыхания; макарон [печенье]; марципан; нуга; орехи в шоколаде; палочки лакричные [кондитерские изделия]; пастилки [кондитерские изделия]; печенье; печенье кокосовое; печенье сухое; помадки [кондитерские изделия]; пряники; птифуры; сладости; украшения шоколадные для тортов; халва; шоколад.

35 - презентация товаров на всех медиа средствах с целью розничной продажи; услуги по розничной, оптовой продаже товаров; услуги магазинов по розничной, оптовой продаже товаров; услуги розничной продажи товаров по каталогу путем почтовых отправлений; услуги розничной продажи товаров с использованием телемагазинов или интернет-сайтов.

12 февраля 2024 года ответчик подал в Палату по патентным спорам ФИПС возражение (далее - возражение ППС) против правовой охраны товарного знака истца. Ответчик полагал, что владеет коммерческим обозначением, право на которое возникло раньше даты приоритета товарного знака истца. Решением Роспатента от 13.11.2024 в удовлетворении возражения было отказано.

В приложении 13 к возражению ответчик представил сведения о реализации пряника «ПРИВЕТ ИЗ УЛЬЯНОВСКА», в том числе в период действия товарного знака истца, в частности за период с 2021-2023 г.г.

Истец в иске указывает, что 16.05.2024г. в торговой точке, расположенной по адресу: <...>, был установлен и задокументирован (проводилась видеофиксация) факт продажи продукции, на которой указан производитель ООО «Ульяновскхлебпром», а именно:

- конфеты «Метеориты»;

- конфеты «Привет из Ульяновска».

Упаковки указанных товаров обладают техническими признаками контрафактности, поскольку содержат обозначение «ПРИВЕТ ИЗ УЛЬЯНОВСКА».

Факт реализации указанной продукции подтверждается кассовым чеком от 16.05.2024г., а также приобретенным товаром и видеосъемкой, совершенной в целях и на основании самозащиты гражданских прав в соответствии со статьей 12 и статьей 14 ГК РФ.

Кроме того, в соцсетях «ВКонтакте» ответчик предлагает к продаже кондитерские изделия, маркированные обозначением «ПРИВЕТ ИЗ УЛЬЯНОВСКА» (датировано 20.02.2024).

На соцсетях «Вконтакте» https://vk.com/ul_hlebprom с использованием обозначения «ПРИВЕТ ИЗ УЛЬЯНОВСКА» предлагаются к продаже кондитерские изделия. Информация о том, что товары не предназначены для продажи на сайте ответчика отсутствуют.

Содержание соцсети «Вконтакте» свидетельствует, по мнению истца, о том, что ответчик является изготовителем и продавцом представленных на сайте товаров: кондитерских изделий.

25.02.2025 истец повторно осуществил закупку изделий ответчика. Факт реализации указанной продукции подтверждается кассовым чеком от 25.02.2025г., фотографиями продукции, приобретенным товаром и видеосъемкой, совершенной в целях и на основании самозащиты гражданских прав в соответствии со статьей 12 и статьей 14 ГК РФ.

В ходе указанной закупки было установлено, что на упаковке товара ответчика надпись «ПРИВЕТ ИЗ УЛЬЯНОВСКА» заклеена надписью «Пряник из Ульяновска».

При этом на указанную закупку истец не ссылается как на доказательство продажи контрафактного товара.

Как указывает истец, ответчик производит, предлагает к продаже и реализует товары, однородные с товарами, в отношении которых зарегистрирован товарный знак. Истец не состоит с ответчиком в договорных отношениях, связанных с предоставлением права использования товарного знака.

Истец считает, что в данном случае, имеется высокая степень сходства спорного обозначения «ПРИВЕТ ИЗ УЛЬЯНОВСКА», использованного ответчиком, с товарным знаком истца «СЛАДКИЙ ПРИВЕТ ИЗ УЛЬЯНОВСКА».

О сходности обозначения и товарного знака до степени смешения указывал и сам ответчик в возражении против предоставления правовой охраны товарного знака (абзацы 2, 3 стр.5 возражения в ППС).

В рамках досудебного урегулирования спора истец направил претензию с требованием прекращения незаконного использования товарного знака и с требованием о выплате компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак в досудебном порядке. Претензия была направлена 24.09.2024 в адрес регистрации ответчика. Согласно сведениям АО «Почта России» ответчик получил претензию 27.09.2024.

В связи с тем, что претензия была оставлена без удовлетворения, истец обратился в суд с настоящим исковым заявлением.

Истец просит взыскать компенсацию на основании подп. 1 п. 4 ст. 1515 ГК РФ, согласно которому правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

Размер компенсации определен истцом в 1 500 000 руб. 00 коп. В обоснование подобного размера истец привел довод о том, что в приложении 13 к возражению ППС ответчик указал, что в период с 2021 по 2023 годы он реализовал пряник «ПРИВЕТ ИЗ УЛЬЯНОВСКА» на сумму 3 061 647,66 рублей. Данное обстоятлеьство, по мнению истца, подтверждает его вероятные высокие имущественные потери. Истец считает, что в 2024-2025 годах ответчик ввел в гражданский оборот не меньшее количество товаров, в том числе конфет «ПРИВЕТ ИЗ УЛЬЯНОВСКА», имеющих более высокую стоимость, нежели пряники.

Ответчик в отзыве на исковое заявление указывает, что начал использовать обозначение «ПРИВЕТ ИЗ УЛЬЯНОВСКА» в своей коммерческой деятельности еще в 2015 году, что подтверждается документами о реализации Ответчиком продукции с обозначением «ПРИВЕТ ИЗ УЛЬЯНОВСКА». Объем реализации продукции с обозначением «ПРИВЕТ ИЗ УЛЬЯНОВСКА» до даты регистрации товарного знака Истца составил более 4 000 000 рублей; информацией в социальных сетях «ВКонтакте» и «Фейсбук», на страницах которых предлагалась к продаже сувенирная продукция с обозначением «ПРИВЕТ ИЗ УЛЬЯНОВСКА» за период 2017-2022 г.г.; письмом контрагента Ответчика ООО «АШАН» от 05.02.2024г. с подтверждением сотрудничества и реализации продукции Ответчика с обозначением «ПРИВЕТ ИЗ УЛЬЯНОВСКА»; письмом из Министерства агропромышленного комплекса и развития сельских территорий Ульяновской области № 73-ИОГВ-09-01/3139 от 02.09.2019г.

Также, еще в 2014 году Ответчик заключил Договор с Обществом с ограниченной ответственностью «ЛИГО» на изготовление дизайн-макетов для своей сувенирной продукции с указанием обозначения «ПРИВЕТ ИЗ УЛЬЯНОВСКА». Изготовление дизайн-макетов пряников с обозначением «Привет из Ульяновска» подтверждают Акты сдачи-приемки оказанных услуг.

Ответчик обращает внимание на то, что ответчик разработал дизайн-макеты упаковок для своей продукции с использованием обозначения «ПРИВЕТ ИЗ УЛЬЯНОВСКА» в 2017 г., задолго до даты приоритета 27.10.2020г. и даты регистрации 04.10.2022г. товарного знака Истца «СЛАДКИЙ ПРИВЕТ ИЗ УЛЬЯНОВСКА».

Как указывает ответчик, фактически, обозначение «ПРИВЕТ ИЗ УЛЬЯНОВСКА» было создано Ответчиком и стало использоваться добросовестно и открыто гораздо ранее даты приоритета 27.10.2020 г. и даты регистрации 04.10.2022г. товарного знака истца «СЛАДКИЙ ПРИВЕТ ИЗ УЛЬЯНОВСКА».

Заявленный размер компенсации, по мнению ответчика, является завышенным, поскольку истцом не представлено доказательств, подтверждающих наступление для него отрицательных последствий, вызванных действиями ответчика.

Кроме того, ссылки истца на тот факт, что в период с 2021г. по 2023г. ответчик реализовал пряники «ПРИВЕТ ИЗ УЛЬЯНОВСКА» на сумму 3 061 647,66 рублей не может служить обоснованием размера взыскиваемой компенсации. Реализация товара ответчиком никак не подтверждает имущественные потери истца. Также реализация не подтверждает извлечение ответчиком прибыли.

Также ответчик в обоснование своей позиции ссылается на разъяснения, содержащиеся в п. 155 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее – Постановление ВС РФ №10), согласно которым использование третьими лицами обозначения, тождественного или сходного до степени смешения с заявленным на регистрацию в качестве товарного знака обозначением, в период между датой подачи заявки (датой приоритета) и датой регистрации этого товарного знака не может считаться нарушением исключительного права на товарный знак. Регистрация товарного знака истца была произведена только 04.10.2022г.

Также считает неподтвержденным предположение истца о том, что ответчик ввел в гражданский оборот в 2024-2025 годах не меньшее количество товаров с обозначением «ПРИВЕТ ИЗ УЛЬЯНОВСКА» по сравнению с 2021-2023 г.г. и не соответствующим действительности.

Как указывает ответчик, после получения претензии от истца 27.09.2024г. с требованием прекратить незаконное использование товарного знака (прекратить производство и изъять из продажи кондитерские изделия, маркированные обозначением ПРИВЕТ ИЗ УЛЬЯНОВСКА), ответчик изъял из продажи соответствующие кондитерские изделия и прекратил производство продукции с обозначением «ПРИВЕТ ИЗ УЛЬЯНОВСКА». Ответчик никогда ранее не привлекался к ответственности за нарушение исключительных прав истца, а также иных лиц. Ответчик добросовестно использовал свое обозначение «ПРИВЕТ ИЗ УЛЬЯНОВСКА» на выпускаемой продукции, начиная с 2015г.

Упаковка товара, закупленного истцом 25.02.2025г., не содержала обозначения «ПРИВЕТ ИЗ УЛЬЯНОВСКА», это видно из представленных самим истцом фотографий. На коробке написано «Пряник из Ульяновска».

Из представленной истцом страницу из социальной сети «ВКонтакте», на которой Ответчик якобы предлагает к продаже кондитерские изделия, маркированные обозначением «ПРИВЕТ ИЗ УЛЬЯНОВСКА» 20.02.2024г. видно, что размещение кондитерского изделия было произведено 07.05.2022г., то есть до даты регистрации товарного знака истцом.

Истец производит шоколад с обозначением «СЛАДКИЙ ПРИВЕТ ИЗ УЛЬЯНОВСКА», а ответчик производил пряники, торты и шоколадные конфеты с обозначением «ПРИВЕТ ИЗ УЛЬЯНОВСКА». Как указывает ответчик, по мнению самого истца, обозначение «СЛАДКИЙ ПРИВЕТ ИЗ УЛЬЯНОВСКА» не ассоциируется у потребителей с ответчиком.

Просит учесть вышеуказанные обстоятельства, незначительный объем продукции с обозначением «ПРИВЕТ ИЗ УЛЬЯНОВСКА», отсутствие сведений о ранее допущенных ответчиком нарушениях, отсутствия доказательств наступления негативных последствий и необходимости восстановления имущественного положения истца при определении размера компенсации.

Ответчик также поясняет, что истец утратил возможность ссылаться на факт незаконного использования обозначения, сходного до степени смешения с зарегистрированным товарным знаком, в связи с тем, что в течение длительного времени не препятствовал ответчику использовать указанное обозначение. В течение более двух лет истец не предъявлял никаких претензий ответчику, хотя, как уже указывалось выше, знал, что ответчик использует в своей деятельности спорное обозначение. Истец выжидал, чтобы увеличить время использования ответчиком обозначения, сходного до степени смешения с зарегистрированным товарным знаком для увеличения размера компенсации.

Указанные действия истца, по мнению ответчика, обладают признаками недобросовестности, направленными на увеличение размера компенсации, что является злоупотребление правом.

Кроме того, ответчик поясняет, что истцом не было представлено никаких доказательств использования товарного знака в своей деятельности.

Истец не производит и не реализует товар с товарным знаком «СЛАДКИЙ ПРИВЕТ ИЗ УЛЬЯНОВСКА». Наличие действующего сертификата № РОСС RU.32311.ОС01.СМКО 1.0973, выданного истцу органом по сертификации 20.06.2022, никак не подтверждает использование Истцом в своей деятельности зарегистрированного товарного знака «СЛАДКИЙ ПРИВЕТ ИЗ УЛЬЯНОВСКА». Следовательно, по мнению ответчика, истец не мог понести никаких имущественных потерь, так как не могло возникнуть смешения обозначений, в виду неиспользования товарного знака Истцом в своей деятельности.

Представленные истцом документы о реализации товара составлены с аффилированными с ним лицами, что, по мнению ответчика, не подтверждает факт реализации товара, для производства которых зарегистрирован товарный знак.

Представленные договоры поставки и универсальные передаточные документы о поставке продукции третьим лицам касаются периода уже после начала судебного разбирательства между истцом и ответчиком и соответственно такие документы не могут подтверждать факт использования истцом товарного знака «СЛАДКИЙ ПРИВЕТ ИЗ УЛЬЯНОВСКА» в своей деятельности с даты регистрации товарного знака и до даты направления искового заявления в суд, соответственно у истца отсутствуют имущественные потери от производства ответчиком продукции с обозначением «ПРИВЕТ ИЗ УЛЬЯНОВСКА» после регистрации товарного знака и направления претензии. Выручка истца от реализации товаров с обозначением товарным знаком «СЛАДКИЙ ПРИВЕТ ИЗ УЛЬЯНОВСКА» за 2024 г. является незначительной и составляет 0,6% от общего объема выручки истца.

Возражая на доводы ответчика, истец представил видеозапись еще одной закупки товара, произведенной ответчиком уже после начала настоящего судебного процесса.

14.05.2025 истец произвел закупку конфет, маркированных обозначением «ПРИВЕТ ИЗ УЛЬЯНОВСКА». В подтверждение истец представил в материалы дела товар, чек о покупки и видеозапись покупки. Дата производства конфет, указанная на упаковке – 09.05.2025 г. Согласно видеозаписи при сканировании товара на кассе самообслуживания в магазине «Гулливер» высвечивается в качестве обозначения производителя товара наименование ответчика.

Также истец, возражая на доводы ответчика о том, что он не производит товары, на которые распространяется его товарный знак, указывает, что одним из обязательных условий для производства продовольственных товаров является внедрение производителей требований ГОСТ Р ИСО ХАССП 22000-2019. Истец сертифицировал свое производство и реализацию кондитерской продукции, что подтверждается наличием действующего сертификата, ГОСТ Р ИСО ХАССП 22000-2019, выданным истцу органом по сертификации 20.06.2022 и удостоверяющего систему менеджмента качества применительно к производству и реализации кондитерских изделий, что подтверждает соответствие предприятия требованиям к производственным мощностям. Копия сертификата представлена в материалы дела.

Также истцом в материалы дела представлены копии договоров поставки и производства продукции под контролем правообладателя с использованием товарного знака «Сладкий привет из Ульяновска», копии универсальных передаточных документов, копии документов о поставке иных товаров товара за рубеж в подтверждение реализации шоколадной продукции.

Также истец указывает на то, что сам по себе факт аффилированности не свидетельствует о мнимости сделок.

Истцом приводится довод о том, что использование сходного обозначения до регистрации товарного знака не влияет на оценку факта нарушения лицом права на товарный знак после его регистрации.

Изучив доводы сторон, суд исходит из следующего.

Согласно п. 1. ст. 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

Согласно пункту 1 статьи 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

В силу статьи 1479 ГК РФ на территории Российской Федерации действует исключительное право на товарный знак, зарегистрированный федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности, а также в других случаях, предусмотренных международным договором Российской Федерации.

Как следует из положений статьи 1484 ГК РФ, лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака:

1) на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации;

2) при выполнении работ, оказании услуг;

3) на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот;

4) в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе;

5) в сети "Интернет", в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Согласно п. 1 ст. 1252 ГК РФ защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления в порядке, предусмотренном настоящим Кодексом, требования: о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, - к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним, а также к иным лицам, которые могут пресечь такие действия; о возмещении убытков - к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб, в том числе нарушившему его право на вознаграждение, предусмотренное статьей 1245, пунктом 3 статьи 1263 и статьей 1326 настоящего Кодекса.

Пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ установлено, что в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Ответственность за нарушение исключительного права на товарный знак установлена статьей 1515 ГК РФ. Согласно положениям указанной нормы товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными. При этом правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Исходя из приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права; факт его нарушения ответчиком путем использования тождественного или сходного с товарным знаком обозначения, в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Факт принадлежности истцу товарного знака «СЛАДКИЙ ПРИВЕТ ИЗ УЛЬЯНОВСКА» по свидетельству №896252, дата приоритета – 27.10.2020, дата регистрации - 04.10.2022 сторонами не оспаривается.

В силу разъяснений, содержащихся в пункте 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 10), для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Как следует из пункта 162 Постановления № 10, установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

Суд учитывает влияние степени сходства обозначений, степени однородности товаров, иных обстоятельств на вероятность смешения, а не каждого из соответствующих обстоятельств друг на друга.

Свидетельство №896252 выдано истцу, в том числе, в отношении товаров 30, 35 классов МКТУ, в который включены, в том числе, изделия кондитерские из сладкого теста, преимущественно с начинкой; изделия кондитерские мучные; изделия кондитерские на основе миндаля; карамели [конфеты]; конфеты; конфеты лакричные [кондитерские изделия]; конфеты мятные; печенье; пряники; шоколад.

Относительно сходства товарного знака истца и обозначений ответчика суд исходит из следующего.

Как указано в пункте 13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности», вопрос о сходстве до степени смешения является вопросом факта и может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует.

В соответствии с правовой позицией Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 18.07.2006 № 2979/06, угроза смешения имеет место, если один товарный знак воспринимается за другой или если потребитель понимает, что речь идет не об одном и том же товарном знаке, но полагает, что оба товарных знака принадлежат одному и тому же предприятию.

Товарный знак истца представляет собой словесное обозначение «Сладкий привет из Ульяновска».

Обозначение изделий ответчика «Привет из Ульяновска» также являются словесными.

Как указано выше, вопрос о сходстве до степени смешения является вопросом факта и может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует.

При сопоставлении с точки зрения их графического и визуального сходства должно быть учтено основное правило, согласно которому вывод делается на основе восприятия не отдельных элементов, а товарных знаков в целом (общего впечатления).

В соответствии с п. 162 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" согласно пункту 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

При наличии соответствующих доказательств суд, определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, оценивает и иные обстоятельства, в том числе:

используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров;

длительность и объем использования товарного знака правообладателем;

степень известности, узнаваемости товарного знака;

степень внимательности потребителей (зависящая в том числе от категории товаров и их цены);

наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом.

При определении вероятности смешения также могут учитываться представленные лицами, участвующими в деле, доказательства фактического смешения обозначения и товарного знака, в том числе опросы мнения обычных потребителей соответствующего товара.

Пунктом 41 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20.07.2015 N 482 (далее - Правила), предусмотрено, что обозначение считается тождественным с другим обозначением (товарным знаком), если оно совпадает с ним во всех элементах.

Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия. Сходство обозначений для отдельных видов обозначений определяется с учетом требований пунктов 42 - 44 указанных Правил.

Согласно пункту 42 Правил словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы. Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам. Признаки, указанные в настоящем пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

Суд, проведя сравнительный анализ использованных обозначений и товарного знака истца, несмотря на различие графического обозначения, установил сходство товарного знака «Сладкий привет из Ульяновска» и обозначения «Привет из Ульяновска», поскольку имеет место фонетическое (тождество обозначений вызвано звуковым сходством) и семантическое (смыслового) сходства основного элемента – «Привет из Ульяновска», что влечет восприятие их как тождественных.

В комбинированном обозначении, состоящем из изобразительного и словесного элементов, основным элементом является словесный элемент, так как он запоминается легче изобразительного и именно на нем акцентируется внимание потребителя при восприятии обозначения.

Используемое ответчиком обозначение содержит словесный элемент «ПРИВЕТ ИЗ УЛЬЯНОВСКА», тождественный по фонетическому признаку словесному элементу «СЛАДКИЙ ПРИВЕТ ИЗ УЛЬЯНОВСКА». Данное обстоятельство определяет звуковое сходство сравниваемых обозначений. Семантическое тождество названных элементов обуславливает их ассоциирование друг с другом.

Кроме того, сходство обозначений «СЛАДКИЙ ПРИВЕТ ИЗ УЛЬЯНОВСКА» и «ПРИВЕТ ИЗ УЛЬЯНОВСКА» было установлено судом в решении от 27.12.2021 по делу №А72-10856/2021 по исковому заявлению ООО «Интелком» ИНН <***> (лица аффилированного с ответчиком) к ООО «ЕВА» ИНН <***> об удалении товарного знака с материалов, используемых при выполнении работ, взыскании компенсации.

Также указанным решением было установлено, что обозначение «Сладкий привет из Ульяновска» ассоциируется у респондентов чаще всего с ООО «ЕВА», в подтверждение чего по указанному делу представлялось исследование оценки восприятия логотипа и нейма «Сладкий привет из Ульяновска», выполненное в июне-июле 2020 г. ООО «АРТЕфакт» на предмет получения мнения жителей городов г. Москва, г. Санкт-Петербург, г. Ульяновск, г. Новосибирск, г. Челябинск, г. Владивосток о соотношении кондитерских изделий с логотипом «Сладкий привет из Ульяновска» с производителем таких изделий.

Помимо этого решением было установлено, что ООО «Интелком» подало заявку на регистрацию своего товарного знака позже даты подачи ООО «ЕВА» заявки на регистрацию товарного знака обозначение «Сладкий привет из Ульяновска».

Также судом учитывается высокая степень однородности товаров истца и ответчика, так как и пряники и конфеты и шоколад относятся к одному классу МКТУ.

Однако при рассмотрении настоящего дела с учетом его фактических обстоятельств и доводов сторон необходимо также установить использовал ли ответчик спорные обозначения на своих изделиях после регистрации товарного знака истца, а также использует ли истец товарный знак после его регистрации.

Ответчик указывает, что обозначение «ПРИВЕТ ИЗ УЛЬЯНОВСКА» в своей коммерческой деятельности начал использовать с 2015г. и, по сути, приводит довод о том, что данное обстоятельство предоставляет ему право использовать указанное обозначение и после регистрации истцом своего товарного знака «СЛАДКИЙ ПРИВЕТ ИЗ УЛЬЯНОВСКА».

В п. 155 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее Постановление №10) содержатся разъяснения, согласно которым в силу статьи 1480 ГК РФ регистрация товарных знаков в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации (далее - Государственный реестр товарных знаков) осуществляется Роспатентом в порядке, установленном пунктом 1 статьи 1503 ГК РФ.

По смыслу положений пункта 1 статьи 1477, статьи 1481, пункта 1 статьи 1484 ГК РФ обозначение, которое заявлено на государственную регистрацию и проходит экспертизу в Роспатенте, до даты его регистрации в Государственном реестре товарных знаков товарным знаком не является.

Положения статьи 1491 ГК РФ не могут быть расценены как свидетельство того, что действия, совершенные до даты государственной регистрации товарного знака в Государственном реестре товарных знаков, являются нарушением исключительного права на товарный знак.

Использование третьими лицами обозначения, тождественного или сходного до степени смешения с заявленным на регистрацию в качестве товарного знака обозначением, в период между датой подачи заявки (датой приоритета) и датой регистрации этого товарного знака не может считаться нарушением исключительного права на товарный знак.

Дата подачи заявки служит лишь моментом отсчета срока действия исключительного права и определяет согласно пункту 1 статьи 1494 ГК РФ дату приоритета (в частности, в целях применения пункта 6 статьи 1483 ГК РФ).

Следовательно, в подобных случаях не является нарушением права на товарный знак использование сходного обозначения только в период между датой подачи заявки (датой приоритета) и датой регистрации этого товарного знака.

Истцом же указывается на нарушения ответчиком его права на товарный знак, за которые он просит взыскать компенсацию, уже после регистрации товарного знака (04.10.2022), в частности 16.05.2024 и 14.05.2025.

Относительно довода ответчика об использовании им спорного обозначения с 2015г. и возможности его использовать и после регистрации истцом своего товарного знака суд исходит из следующего.

Положениями части 2 статьи 13 Федерального закона от 18 декабря 2006 года N 231-ФЗ "О введении в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" было предусмотрено, что лицо, которое до даты приоритета позднее зарегистрированного товарного знака производило продукцию под обозначением, тождественным такому товарному знаку, сохраняет право на дальнейшее использование этого обозначения на условиях безвозмездной простой (неисключительной) лицензии для производства однородных товаров при условии, что такое использование осуществлялось в соответствии с действовавшим законодательством и началось до 17 октября 1992 года, то есть до вступления в силу Закона Российской Федерации от 23 сентября 1992 года N 3520-1 "О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров". Указанное право может перейти к другому лицу только в порядке универсального правопреемства.

Между тем, в соответствии со статьей 4 Гражданского кодекса Российской Федерации акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

Следовательно, с момента вступления в силу Федерального закона от 24 июля 2007 года N 202-ФЗ "О признании утратившей силу части второй статьи 13 Федерального закона "О введении в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" на территории Российской Федерации не существует права преждепользования товарным знаком ("принципа фактического применения", "принципа первого использования"), что соответствует и нормам международных договоров, подписанных и ратифицированных Российской Федерацией, регулирующих правоотношения в отношении товарных знаков.

Так в частности статья 16 Соглашения ТРИПС, устанавливает, что владелец зарегистрированного товарного знака имеет исключительное право не разрешать третьим лицам без его согласия использовать в ходе торговли идентичные или подобные обозначения для товаров или услуг, которые идентичны или подобны тем, в отношении которых зарегистрирован товарный знак, когда такое использование могло бы привести к появлению вероятности смешения. В случае использования идентичного обозначения для идентичных товаров или услуг вероятность смешения считается существующей.

Кроме того, суд обращает внимание на правовую позицию Конституционного Суда Российской Федерации, изложенную в Определении от 20 декабря 2001 года N 287-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы граждан ФИО3 и ФИО4 на нарушение их конституционных прав статьями 2, 4, 6 и 7 Закона Российской Федерации "О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров", согласно которой отмена исключительных прав на зарегистрированные товарные знаки, в том числе на товарные знаки, представляющие собой широко применявшиеся ранее в коммерческом обороте наименования, привела бы к свободному использованию - в смысле статьи 4 Закона - товарного знака любым хозяйствующим субъектом, без принятия им на себя соответствующих обязательств в отношении качества продукции. Это не только нарушило бы охраняемые в соответствии со статьей 44 (часть 1) Конституции Российской Федерации права владельца интеллектуальной собственности, но и повлекло бы за собой существенное ущемление прав потребителей такой продукции.

При этом суд отмечает, что не имеет правового значения то, что Закон Российской Федерации "О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров" утратил силу с 01 января 2008 года в связи с принятием Федерального закона от 18.12.2006 N 231-ФЗ, поскольку сформированная позиция касается существа понятия "исключительное право на товарный знак".

В силу статьи 55 Конституции Российской Федерации и пункта 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права могут быть ограничены только на основании федерального закона, иные нормативные акты, ограничивающие права собственника, применению не подлежат.

Между тем, в соответствии с разъяснениями, данными в 154 Постановления № 10 лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак, не может быть отказано в защите права на товарный знак (даже в случае, если в суд представляются доказательства неправомерности регистрации товарного знака) до признания предоставления правовой охраны такому товарному знаку недействительным в порядке, предусмотренном статьей 1512 ГК РФ, или прекращения правовой охраны товарного знака в порядке, установленном статьей 1514 ГК РФ.

Вместе с тем суд вправе отказать лицу в защите его права на товарный знак на основании статьи 10 ГК РФ, если по материалам дела, исходя из конкретных фактических обстоятельств, действия по приобретению соответствующего товарного знака (по государственной регистрации товарного знака (в том числе по подаче заявки на товарный знак), по приобретению исключительного права на товарный знак на основании договора об отчуждении исключительного права) или действия по применению конкретных мер защиты могут быть квалифицированы как злоупотребление правом.

Неиспользование товарного знака правообладателем, обращающимся за защитой принадлежащего ему права, само по себе не свидетельствует о злоупотреблении правом.

Таким образом, ответчик после 04.10.2022 не вправе использовать для маркировки своей продукции, однородной с продукцией истца, обозначение сходное до степени смешения с товарным знаком истца.

Аналогичная позиция содержится в Постановление Суда по интеллектуальным правам от 24.09.2013 N С01-53/2013 по делу N А40-97955/2012.

Использование истцом своего товарного знака подтверждается представленными копиями договоров поставки и производства продукции под контролем правообладателя с использованием товарного знака «Сладкий привет из Ульяновска», копии универсальных передаточных документов.

Аффилированность контрагентов по представленным документам не является основанием для отказа правообладателю в защите исключительного права на товарный знак. Предметом настоящего спора не является признание указанных сделок недействительными по какому-либо основанию. В отношении представленных истцом документов ответчиком о фальсификации не заявлено.

Величина объема реализации товаров истцом с использованием принадлежащего ему товарного знака в общем объеме реализации не может указывать на отсутствие нарушения его прав со стороны ответчика.

Ответчиком заявлен довод о недобросовестном поведении истца и злоупотреблении правом со стороны истца (факт недобросовестной конкуренции).

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.

Как отмечено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Одним из обстоятельств, которые могут свидетельствовать о недобросовестном поведении лица, зарегистрировавшего товарный знак, может быть то, что это лицо знало или должно было знать о том, что третьи лица (третье лицо) на момент подачи заявки на регистрацию обозначения в качестве товарного знака законно использовали соответствующее обозначение для индивидуализации производимых ими товаров или оказываемых услуг без регистрации в качестве товарного знака, а также то, что такое обозначение приобрело известность среди потребителей.

Однако установления осведомленности правообладателя об использовании другими лицами тождественного или сходного до степени смешения обозначения до даты приоритета товарного знака само по себе недостаточно для вывода о том, что лицо, приобретая исключительное право на товарный знак, действовало недобросовестно. Должно быть также установлено, что лицо, приобретая исключительное право на товарный знак, имело намерение воспользоваться узнаваемостью такого обозначения.

В рассматриваемом же деле установлено, что ассоциирование товарного знака «СЛАДКИЙ ПРИВЕТ ИЗ УЛЬЯНОВСКА» у потребителей происходит чаще всего с ООО «ЕВА».

Довод ответчика о том, что действия истца являются злоупотреблением правом, отклоняются судом по следующим основаниям.

Истец осуществил регистрацию товарных знаков в соответствии с действующим законодательством, обратного в материалы дела не представлено.

Суд не усматривает недобросовестности в действиях истца, поскольку его действия по регистрации исключительного права на товарные знаки не противоречат действующему законодательству и сами по себе не свидетельствуют о злоупотреблении правом, поскольку приобретение исключительного права на товарный знак может быть элементом обычной, добросовестной хозяйственной деятельности.

При этом само по себе предъявление истцом требований в защиту своих прав, а также реализация предоставленного ему Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации права, также не могут свидетельствовать о злоупотреблении правом со стороны истца.

В любом случае ответчик не представил как доказательств аннулирования товарного знака истца, так и совершения истцом действий, направленных исключительно на причинение вреда ответчику, то есть доказательств допущенного со стороны истца злоупотребления правом.

В соответствии с п. 4 ст. 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

При этом, при определении размера подлежащей взысканию компенсации суд не вправе по своей инициативе изменять вид компенсации, избранный правообладателем (пункт 35 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, пункт 59 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10).

Истцом заявлены исковые требования о выплате компенсации в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, а именно 1 500 000 руб., исходя из пп.1 п. 4 ст. 1515 ГК РФ.

В обоснование размера компенсации истец ссылается на длительность использования товарного знака ответчиком, доходность вида деятельности, осуществляемого ответчиком.

Ответчик считает, что заявленный размер компенсации является завышенным, поскольку истцом не представлено доказательств, подтверждающих наступление для него отрицательных последствий, вызванных действиями ответчика.

В пункте 62 Пленума Верхового Суда РФ № 10 указано, рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1252).

По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования.

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 196 ГПК РФ, статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (абзац пятый статьи 132, пункт 1 части 1 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункты 2 и 3 части 2 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ).

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

В силу положений абзаца первого пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса РФ компенсация может взыскиваться и сверх убытков, но лишь при наличии таковых. Будучи мерой гражданско-правовой ответственности, она имеет целью восстановить имущественное положение правообладателя, но при этом, отражая специфику объектов интеллектуальной собственности и особенности их воспроизведения, носит и штрафной характер.

В материалы дела истцом представлены доказательства фиксации двух нарушений ответчиком прав истца на товарный знак в течение одного года: 16.05.2024 и 14.05.2025. При этом по случаю от 14.05.2025 на коробке конфет проставлена дата производства 09.05.2025.

То есть, истцом подтверждена длительность нарушения прав истца ответчиком.

Ответчик приводит доводы о том, что из видеозаписи от 14.05.2025г. следует, что в торговом предприятии на прилавке лежала одна упаковка конфет «Метеориты» с надписью «Привет из Ульяновска». При этом, все остальные упаковки товара, находящиеся на прилавке, не содержат надписи «Привет из Ульяновска». В судебных заседаниях ответчик пояснял, что каким образом эта одна упаковка с надписью «Привет из Ульяновска» попала на прилавок не известно. Из видеозаписи, представленной истцом не видно, что когда истец входит в торговый зал, то там уже лежит указанная коробка. Также, в указанное торговое предприятие им была поставлена продукция, согласно Товарной накладной № УП-130429/3 от 09.05.2025, из которой видно, что поставлен не сувенирный товар, а обычный, без наименования «Привет из Ульяновска».

Ссылки истца на отображение наименования «Привет из Ульяновска» на экране кассового аппарата торгового предприятия и в чеке при сканировании упаковки на кассе, зафиксированное на видеозаписи 14.05.2025г., никак не могут подтверждать наличие на товаре спорного обозначения и введение его в оборот, так как настройками кассового аппарата занимается непосредственно торговое предприятие.

Также ответчик пояснил, что доказательств систематического использования спорного обозначения в разных торговых точках и в течение длительного времени истцом не представлено. После получения претензии 27.09.2025г. была изъята из торговых точек вся продукция с обозначением «Привет из Ульяновска».

Доводы ответчика отклоняются судом в связи со следующим.

Без участия ответчика товар с его обозначением «Привет из Ульяновска» в стороннюю торговую организацию попасть не мог. Подтверждением того, что нахождение товара в торговой точке не случайно (или как говорит истец обусловлено человеческим фактором) является дата производства товара 09.05.2025, то есть непосредственно незадолго до фиксации правонарушения 14.05.2025. Указанные обстоятельства опровергают утверждение ответчика о том, что после даты получения претензии 27.09.2024 вся продукция, маркированная спорным обозначением, была им изъята с реализации.

Также ответчик оспаривает заявленный истцом размер компенсации, указывая на необоснованность утверждения ответчика о необходимости учитывать объем реализации ответчиком пряников «ПРИВЕТ ИЗ УЛЬЯНОВСКА» в период с 2021 г. по 2023г. на сумму 3 061 647,66 рублей, т.к. регистрация товарного знака истца была произведена только 04.10.2022 года.

Истец в обоснование размера компенсации указывает, что ответчик сам вместе с возражением в Палату по патентным спорам ФИПС представил сведения о реализации в период с 2021 по 2023 годы пряника «ПРИВЕТ ИЗ УЛЬЯНОВСКА» на сумму 3 061 647 руб. 66 коп.

Согласно представленной в приложении к возражению Палату по патентным спорам ФИПС таблице за период с 01.01.2019 по 30.08.2023 реализации пряника «Привет из Ульяновска по контрагентам и ассортименту (руб.)» за 2021 год составила 1 086 679 руб. 10 коп., за 2022 год - 966 861 руб. 87 коп., за 2023 год - 1 008 106 руб. 69 коп. В общей сложности реализация товара за указанные периоды составила 3 061 647 руб. 66 коп.

Таким образом, средняя реализация в год пряника со спорным наименованием составляет по расчету суда 1 020 549 руб. 22 коп. (3 061 647,66 / 3).

Учитывая данное обстоятельство, а также руководствуясь принципами разумности и соразмерности, длительности использования товарного знака суд считает в данном случае обоснованным размер компенсации в сумме 1 000 000 руб. 00 коп., в связи с чем исковые требования о взыскании компенсации подлежат удовлетворению в указанном размере.

Относительно требования истца об обязании ответчика прекратить использование обозначения сходного до степени смешения с товарным знаком ООО «ЕВА» по свидетельству №896252, в том числе при изготовлении, предложениях к продаже и реализации товаров, однородных с товарами, для которых зарегистрирован товарный знак судом учитывается следующее.

В соответствии с п. 57 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" в случае нарушения исключительного права правообладатель вправе осуществлять защиту нарушенного права любым из способов, перечисленных в статье 12 и пункте 1 статьи 1252 ГК РФ, в том числе путем предъявления требования о пресечении действий, нарушающих исключительное право, в частности о запрете конкретному исполнителю исполнять те или иные произведения.

Требование о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, в силу подпункта 2 пункта 1 статьи 1252 ГК РФ может быть предъявлено не только к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним, но и к иным лицам, которые могут пресечь такие действия.

Такое требование может быть удовлетворено только в том случае, если противоправное поведение конкретного лица еще не завершено или имеется угроза нарушения права. Так, не подлежит удовлетворению требование о запрете предложения к продаже или о запрете продажи контрафактного товара, если такой принадлежавший ответчику товар им уже продан. Требования об общем запрете конкретному лицу на будущее использовать результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации (например, о запрете размещения информации в информационно-телекоммуникационных сетях, в том числе сети "Интернет") также не подлежат удовлетворению. Такой запрет установлен непосредственно законом (абзац третий пункта 1 статьи 1229 ГК РФ).

ООО "УЛЬЯНОВСКХЛЕБПРОМ" представило в материалы дела письмо АО «Гулливер» от 23.06.2025 об отсутствии на дату письма в магазине продукции с наименованием «ПРИВЕТ ИЗ УЛЬЯНОВСКА».

При этом истцом не заявлены конкретные требования о запрете использования товарного знака с указанием способа использования и сферы применения.

Требования истца носят абстрактный характер и сформулированы как требования об общем запрете, а именно обязать прекратить использование товарного знака, в том числе при изготовлении, предложениях к продаже и реализации товаров, однородных с товарами, для которых зарегистрирован товарный знак.

Задача по конкретизации заявленных требований, определению их предмета и фактических оснований возлагается на истца и относится к объему его процессуальных действий в суде, рассматривающем спор по существу; к задачам суда относится обеспечение законности при рассмотрении соответствующих требований и исполнимости судебных актов.

Согласно части 1 статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации.

Принятый по делу судебный акт должен быть исполнимым, в том числе с учетом его возможного принудительного исполнения. Иное означало бы не только отсутствие возможности восстановления нарушенных прав заявителя в объеме, соответствующем объему установленного судом нарушения, но и отсутствие правовой определенности.

Таким образом, исковые требования в указанной части не подлежат удовлетворению.

Расходы по оплате государственной пошлины в соответствии со ст. 110 АПК РФ подлежат распределению пропорционально удовлетворенным исковым требованиям с учетом частичного удовлетворения имущественных требований и отказе в удовлетворении неимущественного требования.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 110, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса РФ, арбитражный суд

РЕШИЛ :

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью "УЛЬЯНОВСКХЛЕБПРОМ" (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) в пользу Общества с ограниченной ответственностью "ЕВА" (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) компенсацию за нарушение исключительных имущественных прав на средство индивидуализации товарный знак в сумме 1 000 000 руб. 00 коп., 46 669 руб. 00 коп. – в возмещение расходов по оплате государственной пошлины.

В остальной части исковые требования оставить без удовлетворения.

Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока с момента его принятия.

Решение может быть обжаловано в месячный срок со дня принятия в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд.

Судья С.А. Карсункин