ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Санкт-Петербург

13 января 2026 года

Дело №А56-8631/2025

Резолютивная часть постановления объявлена 15 декабря 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме 13 января 2026 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Балакир М.В.,

судей Изотовой С.В., Целищевой Н.Е.,

при ведении протокола судебного заседания: секретарем Паничкиной М.А.,

при участии:

от истца: представитель не явился, извещен,

от ответчика: представитель не явился, извещен,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер13АП-17882/2025) индивидуального предпринимателя Купавых Алексея Николаевича на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 12.06.2025 по делу № А56-8631/2025 (судья Лодина Ю.А.), принятое по иску: индивидуального предпринимателя Купавых Алексея Николаевича к обществу с ограниченной ответственностью «Альфамобиль»

о взыскании,

установил:

Индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – Предприниматель) обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с исковым заявлением, уточненным в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к обществу с ограниченной ответственностью "Альфамобиль" (далее – Общество) о взыскании неосновательного обогащения в размере 920 763,47 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 24.08.2023 по 29.04.2025 в размере 269 708,01 руб. с последующим начислением с 30.04.2025 по дату фактической оплаты суммы основного долга.

Решением исковые требования удовлетворены частично, с Общества в пользу предпринимателя взыскано 16 363 руб. 47 коп. неосновательного обогащения, а также 10 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины; в остальной части в удовлетворении иска отказано.

Не согласившись с указанным решением, истец подал апелляционную жалобу, в которой просит решение изменить, исковые требования удовлетворить полностью, считая решение незаконным, принятым с нарушением норм материального права.

В судебное заседание представители истца и ответчика не явились, о дне слушания извещены надлежащим образом, причины не явки суду не сообщили, ответчик отзыв на жалобу не представил.

Суд в порядке статей 123, 156 АПК РФ суд рассмотрел дело в отсутствие не явившихся лиц.

Законность и обоснованность обжалуемого решения проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела, между Обществом (лизингодатель) и обществом с ограниченной ответственностью «Солид-Инжиниринг» (лизингополучатель) был заключен договор лизинга №28031-СПБ-21-АМ-Л от 18.10.2021.

Ряд условий Договора лизинга определяются условиями, изложенными в Общих условий лизинга для юридических лиц и индивидуальных предпринимателей (Общие условия), согласованных сторонами в приложении № 3 к Договору лизинга, размещенный на сайте Лизингодателя в сети «Интернет» по адресу: https://alfaleasing.ru/.

В связи с нарушением лизингополучателем условий по оплате по договору лизинга указанный договор был расторгнут лизингодателем в одностороннем порядке.

В результате реализации предмета лизинга на стороне лизингодателя возникло неосновательное обогащение.

23.12.2024 между ООО «Солид - Инжиниринг» (цедент) и Предпринимателем (цессионарий) заключен договор уступки прав (цессии), согласно которому цессионарий получил право требования неосновательного обогащения и процентов по договору лизинга.

Истцом была направлена претензия с требованием выплаты неосновательного обогащения и процентов.

Оставление указанной претензии без удовлетворения послужило основанием для обращения в арбитражный суд с настоящим иском.

Суд первой инстанции удовлетворил исковые требования частично.

Исследовав материалы дела и обсудив доводы жалобы, апелляционный суд признал жалобу подлежащей удовлетворению в части по следующим основаниям.

На правоотношения, вытекающие из договоров финансовой аренды (лизинга) распространяются общие положения об аренде (параграф 1 главы 34 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также положения параграфа 6 главы 34 Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующие финансовую аренду (лизинг) и положения Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)».

Согласно позиции, выраженной в Определении Верховного суда РФ от 27.12.2021 № 305-ЭС21-17954, из взаимосвязанных положений статей 2, 4 и 19 Федерального закона от 29.10.1998 №164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» (далее - Закон о лизинге) и разъяснений, данных в пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга», вытекает, что по своей природе договор выкупного лизинга относится к сделкам, опосредующим предоставление и пользование финансированием.

Согласно п. 6 ст. 809 ГК РФ в случае возврата досрочно займа, займодавец имеет право на получение с заемщика процентов по договору займа, начисленных включительно до дня возврата суммы займа полностью или ее части.

Применительно к пунктам 1 и 6 статьи 809 ГК РФ при досрочном возврате финансирования плата за пользование им начисляется включительно до дня возврата суммы предоставленного финансирования полностью или ее части. Плата за финансирование не может начисляться за период, когда пользование им прекратилось, о чем указано в пункте 5 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с применением положений Гражданского кодекса Российской Федерации о кредитном договоре (информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.09.2011 № 147).

В соответствии с пунктом 2 постановления от 14 марта 2014 года №17 Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» в договоре выкупного лизинга имущественный интерес лизингодателя заключается в размещении и последующем возврате с прибылью денежных средств, а имущественный интерес лизингополучателя - в приобретении предмета лизинга в собственность за счет средств, предоставленных лизингодателем, и при его содействии. Приобретение лизингодателем права собственности на предмет лизинга служит для него обеспечением лизингополучателя по уплате установленных договором платежей, а также гарантией возврата вложенного.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 3 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» расторжение договора выкупного лизинга, в том числе по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3 и 4 статьи 1 Гражданского кодекса РФ).

В то же время расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (ст. 15 Гражданского кодекса РФ), а также иных предусмотренных законом или договором санкций.

В связи с этим расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой согласно следующим правилам.

Если полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга меньше доказанной лизингодателем суммы предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков лизингодателя и иных санкций, установленных законом или договором, лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя соответствующую разницу.

Если внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга превышают доказанную лизингодателем сумму предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингополучатель вправе взыскать с лизингодателя соответствующую разницу.

Аналогичное положение содержится в п. 12.9 Общих условий лизинга: в случае расторжения Договора лизинга и возврата Предмета лизинга Лизингодателю (в том числе, в случае одностороннего изъятия Предмета лизинга), если полученные Лизингодателем от Лизингополучателя лизинговые платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного Предмета лизинга меньше суммы финансирования, платы за финансирование за время до фактического возврата финансирования, убытков Лизингодателя и иных санкций, предусмотренных законом или Договором, то Лизингодатель вправе взыскать с Лизингополучателя соответствующую разницу.

При этом Стороны установили, что стоимость Предмета лизинга соответствует цене его реализации третьему лицу без учета НДС; сумма финансирования - закупочная цена Предмета лизинга (за вычетом авансового платежа Лизингополучателя) в совокупности с расходами на доставку, ремонт, передачу Предмета лизинга Лизингополучателю и т.п; плата за финансирование определяется из условий Договора лизинга; выражается в процентах годовых и начисляется на остаток непогашенного финансирования. Значение ставки платы за предоставленное финансирование вычисляется по формуле, приведенной в п.12.9 Общих условий лизинга.

Пункт 3.5. Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» (Постановление Пленума ВАС РФ № 17) устанавливает два способа определения платы за финансирование: по формуле, предложенной в постановлении Пленума ВАС РФ № 17; иным способом, если такой следует из договора лизинга.

Способ определения платы за финансирование по формуле, предложенной в постановлении Пленума ВАС РФ № 17, в рассматриваемом случае неприменим, поскольку в Договоре лизинга предусмотрен иной способ определения платы за финансирование.

Формула из постановления Пленума ВАС РФ применима только в том случае, когда плата за финансирование распределяется равномерно в течение всего использования договора лизинга.

Вместе с тем во всех продуктах, связанных с инвестициями, плата за финансирование начисляется на остаток финансирования (дивергенцией). Таким образом, плата за финансирование в лизинге распределена не равномерно, а пропорционально остатку долга (т.е. начисляется на остаток финансирования ежемесячно), т.к. в основу лизинга заложен кредитный продукт.

Как указывает ответчик, ООО «Альфамобиль» в договорах лизинга использует систему неравномерного распределения платы за финансирование, согласно которой ежемесячный лизинговый платеж состоит из двух частей: сумма возврата финансирования и сумма платы за финансирование.

Плата за финансирование рассчитывается на основании процентной ставки, которая остается неизменной на протяжении всего исполнения договора лизинга. Плата за финансирование начисляется на остаток долга по возврату финансирования. Из-за того, что ежемесячный остаток долга по возврату финансирования уменьшается за счет лизинговых платежей, размер платы за финансирование в каждом лизинговом платеже также соразмерно уменьшается.

Поскольку в начале исполнения договора лизинга сумма долга по возврату финансирования значительная, плата за финансирование составляет большую часть лизингового платежа, а сумма возврата финансирования - меньшую. По мере исполнения договора доля платы за финансирование в лизинговом платеже уменьшается, а доля возврата финансирования - увеличивается. К концу договора исполнения договора большую часть лизингового платежа составляет возврат финансирования, а плата за финансирование - меньшую.

Данные обстоятельства отражены в Общих условиях и Графике лизинговых платежей.

Ставка платы за финансирование может быть определена расчетным способом исходя из условий Договора лизинга.

В данном случае значение ставки платы за предоставленное финансирование вычисляется по формуле, приведенной в п. 12.9 Общих условий, согласно которой ставка платы за финансирование по Договору лизинга № 28031-СПБ-21-АМ-Л от 18.10.2021 составляет 22,02%.

Согласно п. 4. Постановления Пленума ВАС №17 указанная в пунктах 3.2 и 3.3 постановления стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порчи предмета лизинга (по общему правилу статьи 669 ГК РФ - при возврате предмета лизинга лизингодателю) исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика (при этом судам следует принимать во внимание недостатки, приведенные в акте приема-передачи предмета лизинга от лизингополучателя лизингодателю).

Согласно договору реализации, стоимость реализованного предмета лизинга составляет 2 800 000 руб. с учетом НДС в составе цены реализации.

Согласно п 12.9. Общих условий, в случае расторжения Договора лизинга и возврата Предмета лизинга Лизингодателю (в том числе, в случае одностороннего изъятия Предмета лизинга), если полученные Лизингодателем от Лизингополучателя лизинговые платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного Предмета лизинга меньше суммы финансирования, платы за финансирование за время до фактического возврата финансирования, убытков Лизингодателя и иных санкций, предусмотренных законом или Договором, то Лизингодатель вправе взыскать с Лизингополучателя соответствующую разницу.

При этом Стороны установили, что:

(1 ) Стоимость Предмета лизинга соответствует цене его реализации третьему лицу. Начальная цена реализации определяется на основании отчета оценщика на дату изъятия Предмета лизинга. При этом Стороны установили, что оценщик назначается Лизингодателем. В случае не реализации Предмета лизинга по указанной цене в течение 3х месяцев с момента передачи/изъятия Предмета лизинга, Лизингодатель вправе по своему усмотрению снизить стоимость Предмета лизинга с соответствующим перерасчетом завершающей обязанности Лизингополучателя по Договору лизинга.

(5) Под фактическим возвратом финансирования Стороны понимают получение Лизингодателем денежных средств в результате продажи возвращенного Предмета лизинга при этом, для целей начисления платы за финансирование, Стороны установили считать разумным сроком на реализацию Предмета лизинга, с учетом подпункта (1) настоящего пункта Общих условий период, равный 12 (двенадцати) месяцам.

Согласно сложившейся судебной практике стоимость реализации предмета лизинга имеет приоритетное значение перед стоимостью, отраженной в отчете оценщика, представленном Обществом.

В соответствии с п. 3.6. Постановления Пленума ВАС РФ № 17 убытки лизингодателя определяются по общим правилам, предусмотренным гражданским законодательством. В частности, к реальному ущербу лизингодателя могут относиться затраты на демонтаж, возврат, транспортировку, хранение, ремонт и реализацию предмета лизинга, плата за досрочный возврат кредита, полученного лизингодателем на приобретение предмета лизинга.

В соответствии с ч. 2 ст. 13 Закона о лизинге лизингодатель вправе потребовать досрочного расторжения договора лизинга и возврата в разумный срок лизингополучателем имущества в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, настоящим Федеральным законом и договором лизинга.

В этом случае все расходы, связанные с возвратом имущества, в том числе расходы на его демонтаж, транспортировку, ремонт, хранение и иные сопутствующие расходы несет Лизингополучатель.

Согласно п. 4.1. Договора лизинга страхователем Предмета лизинга на его стоимость от рисков утраты (гибели) и повреждения является Лизингодатель.

В соответствии п. 12.9 Общих условий лизинга, Убытками Лизингодателя являются в том числе, но не исключительно затраты на демонтаж, возврат, транспортировку, хранение, страхование, восстановление документации и государственных регистрационных знаков, ремонт и реализацию, Предмета лизинга, плата за досрочный возврат кредита, затраты понесенные в целях защиты нарушенного права, в том числе расходы оплату услуг консультантов (экспертов, оценщиков, юристов), так и иные убытки. Кроме реального ущерба учитывается также упущенная выгода Лизингодателя.

Согласно расчету ответчика лизингодателем понесены расходы в общей сумме 210 804 руб. 37 коп.

Согласно п. 1 ст. 330 ГК РФ неустойкой признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

В соответствии с пунктом 10 Постановления Пленума ВАС РФ от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора» сторона сохраняет право на взыскание долга на условиях, установленных договором или законом, регулирующим соответствующие договорные обязательства, а также права, возникшие из обеспечительных сделок, равно как и право требовать возмещения убытков и взыскания неустойки по день фактического исполнения обязательства (п. 3 и 4 ст. 425 ГК РФ).

Аналогичное разъяснение дано в п. 66 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», в котором указано, что окончание срока действия договора не влечет прекращение всех обязательств по договору, в частности обязанностей сторон уплачивать неустойку за нарушение обязательств, если иное не предусмотрено законом или договором (п.п. 3, 4 ст. 425 ГК РФ).

При этом, как разъяснено в п. 65 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса РФ об ответственности за нарушение обязательств», сторона вправе требовать присуждения неустойки по день фактического исполнения обязательства.

Исходя из п. 3.1. Постановления Пленума ВАС РФ № 17 расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате платежей не должно приводить к освобождению лизингополучателя, в том числе от обязанности по возмещению причиненных лизингодателю убытков (ст. 15 ГК РФ) и уплаты предусмотренной законом или договором неустойки.

Таким образом, Лизингодатель вправе учитывать штрафные санкции при расчете сальдо встречных обязательств. При этом пени подлежат начислению по день фактического исполнения обязательства (до даты реализации предмета лизинга после изъятия).

Положениями Договора лизинга предусмотрено право Лизингодателя начислить пени за нарушение следующих обязательств: пунктом 7.1 Договора лизинга предусмотрено, что в случае просрочки оплаты лизинговых платежей, предусмотренных в графике лизинговых платежей, и иных платежей Лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя пени в размере 0,2% (ноль целых две десятых процента) от суммы задолженности за каждый календарный день просрочки.

Поскольку само по себе расторжение Договора лизинга и изъятие Предмета лизинга не приводит к возврату финансирования, а допущенная лизингополучателем просрочка в уплате лизинговых платежей и страховой премии сохраняется, неустойка подлежит начислению сообразно плате за финансирование, т.е. до фактического исполнения/до даты реализации Предмета лизинга после изъятия.

В связи с ненадлежащим исполнением Лизингополучателем своих обязательств по уплате лизинговых платежей по Договору лизинга начислены пени в следующем размере: 54 215,75 руб., что подтверждается представленным в материалы дела расчетом.

Истец заявил ходатайство о снижении размера неустойки.

В настоящем случае при рассмотрении исковых требований о взыскании неустойки суд первой инстанции оценил приведенные ответчиком в обоснование ходатайства доводы, принял во внимание характер допущенного ответчиком нарушения условий договора, длительность допущенной просрочки, а также степень соразмерности предъявленной к взысканию неустойки последствиям нарушения обязательства и пришел к выводу об отсутствии оснований для применения положений статьи 333 ГК РФ.

Апелляционный суд не может согласиться с вышеуказанными доводами в связи со следующим:

Положениями Договора лизинга предусмотрено право Лизингодателя начислить штраф за нарушение Лизингополучателем срока передачи копии СТС.

Согласно п. 11.7. Общих условий в случае нарушения Лизингополучателем сроков регистрации предмета лизинга, предусмотренного п. 3.4.1. Общих условий, а также сроков передачи ключей и документов, предусмотренных п. 3.6. настоящих Общих условий, Лизингодатель имеет право требовать от Лизингополучателя штраф в размере 1500 рублей РФ за каждый день просрочки.

В силу п. 3.6. Общих условий в случаях, предусмотренных п.3.4.1. Общих условий, Лизингополучатель обязуется в течение 5 (Пяти) рабочих дней с даты государственной регистрации Предмета лизинга передать по Акту приема-передачи Лизингодателю: 3.6.1 Оригинал Паспорта Транспортного Средства (самоходной машины) с отметками регистрирующих органов о проведенной регистрации; 3.6.2. Удостоверенную Лизингополучателем копию Свидетельства о регистрации транспортного средства (самоходной машины).

Лизингодателем был начислен штраф в сумме 684 000 руб.

Лизингополучателем был нарушен срок предоставления удостоверенных Лизингополучателем копий СТС, в результате чего, начислению подлежит штраф с 02.11.2021 г. (регистрация предмета лизинга 25.10.2021 г.) до 01.02.2023 г. (дата изъятия предмета лизинга) в размере 684 000,00 руб.

Истцом заявлено ходатайство о применении к штрафу положений статьи 333 ГК РФ.

В соответствии со статьей 333 ГК РФ суд наделен правом уменьшить неустойку, если установит, что подлежащая неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства. При этом суд в каждом конкретном случае, исходя из установленных по делу обстоятельств, определяет критерии такой несоразмерности.

Согласно пункту 69 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - Постановление N 7) подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Решение вопроса об уменьшении размера неустойки при ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательств, вытекает из конституционных прерогатив правосудия, которое по самой сути может признаваться таковым лишь при условии, что оно отвечает требованиям справедливости (статья 14 Международного пакта о гражданских и политических правах).

В связи с этим применение пункта 1 статьи 333 ГК РФ является не правом, а обязанностью суда в целях установления баланса между применяемой к нарушителю меры ответственности и оценкой действительного размера ущерба (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2000 N 263-О; от 14.10.2004 № 293-О).

Мотивированного обоснования соразмерности суммы штрафа последствиям нарушения исполнения обязательства ответчиком не приведено. Доказательств наступления для истца каких-либо неблагоприятных последствий в связи с нарушением обязательств, не представлено.

В данном случае, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что начисленный штраф в размере как сумма компенсации его потерь является несоизмеримой с нарушенным интересом ответчика, нарушает баланс между наступившими для кредитора негативными последствиями ненадлежаще исполненного должником обязательства и тяжестью примененной к последнему гражданско-правовой ответственности. В связи с этим, размер штрафа по договору применительно к фактическим обстоятельствам дела не соизмерим с последствиями допущенного должником нарушения.

Ввиду изложенного, учитывая конкретные обстоятельства рассматриваемого спора, заявление истца о снижении размера штрафа, суд апелляционной инстанции признает возможным реализовать свое право в соответствии со статьей 333 ГК РФ и уменьшить штраф до суммы 5000 руб.

Истцом начислен штраф за уступку права требования.

23.12.2024 между ООО «Солид - инжиниринг» (цедент, лизингополучатель) и ИП ФИО1 (цессионарий) был заключен договор уступки прав (цессии), согласно которому цессионарий получил право требования неосновательного обогащения и процентов по указанному договору лизинга.

Таким образом, ввиду заключения между Цедентом и Цессионарием договора уступки прав (цессии), начислению подлежит штраф, предусмотренный п. 11.13 Общих условий.

Согласно п. 11.13. Общих условий, Лизингополучатель не имеет права уступить свои права по Договору лизинга третьим лицам без предварительного письменного согласования Лизингодателя. Нарушение данного обязательства дает Лизингодателю право взыскать с Лизингополучателя штраф в размере 10 % от стоимости Предмета лизинга по условиям Договора поставки, которая составляет 2 254 000 руб. Сумма штрафа составила 225 400 руб.

Таким образом, в сальдо встречных обязательств, по мнению ответчика, подлежит включению штраф за уступку прав требований.

Между тем, апелляционный суд соглашается с доводами подателя жалобы о неправомерности начисления ответчиком штрафа за уступку права требования в силу следующего.

В соответствии со статьей 665 ГК РФ и статьей 2 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» (далее – Закон № 164-ФЗ) по договору финансовой аренды (договору лизинга) арендодатель обязуется приобрести в собственность указанное арендатором имущество у определенного им продавца и предоставить арендатору это имущество за плату во временное владение и пользование.

В силу пункта 1 статьи 614 ГК РФ арендатор обязан своевременно вносить плату за пользование имуществом (арендную плату); порядок, условия и сроки внесения арендной платы определяются договором аренды.

Согласно пункту 2 статьи 13 Закона № 164-ФЗ лизингодатель вправе потребовать досрочного расторжения договора лизинга и возврата в разумный срок лизингополучателем имущества в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, Законом № 164-ФЗ и договором лизинга. В этом случае все расходы, связанные с возвратом имущества, в том числе расходы на его демонтаж, страхование и транспортировку, несет лизингополучатель.

При прекращении договора лизинга лизингополучатель обязан вернуть лизингодателю предмет лизинга в состоянии, в котором он его получил, с учетом нормального износа или износа, обусловленного договором лизинга (пункт 4 статьи 17 Закона № 164-ФЗ).

Согласно статье 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона.

Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором (часть 2 статьи 382 ГК РФ.

В силу пункта 3 статьи 388 ГК РФ, соглашение между должником и кредитором об ограничении или о запрете уступки требования по денежному обязательству не лишает силы такую уступку.

Уступка требования по денежному обязательству в нарушение условий договора о предоставлении согласия должника или о запрете уступки, по общему правилу, действительна независимо от того, знал или должен был знать цессионарий о достигнутом цедентом и должником соглашении, запрещающим или ограничивающим уступку (пункт 3 статьи 388 ГК РФ).

Вместе с тем, если цедент и цессионарий, совершая уступку вопреки названному договорному запрету, действовали с намерением причинить вред должнику, такая уступка может быть признана недействительной (статьи 10, 168 ГК РФ).

Из материалов дела не следует, что стороны, действовали в ущерб ответчику, либо новый кредитор был осведомлен о приобретении права требования вопреки согласованным в договоре лизинга условиям.

Правоотношения из договоров лизинга в данном случае прекращены в связи с отказом ответчика от договора в одностороннем порядке.

Как указано в пункте 3.1 постановления Пленума № 17, расторжение договора выкупного лизинга, в том числе по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3 и 4 статьи 1 ГК РФ).

В данном случае лизингодатель воспользовался нормой о запрете уступки и начислении штрафных санкций за это нарушение не в рамках внесудебных взаимных расчетов сторон при прекращении договора лизинга, когда личность кредитора могла иметь существенное значение для него как должника, а для нивелирования выплаты, которая подлежит присуждению лизингополучателю с лизингодателя по вступившему в законную силу решению суда.

Ответчиком не представлено правовых обоснований того, в связи с чем личность кредитора при произведенной уступке права требования суммы, присужденной по решению суда, а не внесудебных расчетов сальдо, сформировавшегося в результате оценки взаимных предоставлений сторон по договору лизинга, имеет для него существенное значение (пункт 2 статьи 388 ГК РФ.

Использование в рамках настоящего спора условия договора, предусматривающего изначально включение штрафных санкций за передачу лизингополучателем права требования к лизингодателю третьим лицам при определении сальдо встречных предоставлений, позволило бы лизингодателю не только реализовать полностью свой имущественный интерес в заключении договора, но и получить то, что ему не причиталось бы при его надлежащем исполнении.

Таким образом, уплата штрафа приводит к необоснованному увеличению дохода лизингодателя по договору лизинга, влечет ущемление интересов лизингополучателя и нарушает баланс интересов сторон, в том числе на реальное получение причитающегося сальдо по решению суда, если таковое будет принято в пользу лизингополучателя по результатам рассмотрения спора в отношении сальдо встречных предоставлений.

Предусмотренный статьей 386 ГК РФ механизм защиты должника против требований нового кредитора не предусматривает уклонение от исполнения присужденного по судебному акту путем встречного привлечения к гражданско-правовой ответственности первоначального кредитора за состоявшуюся без согласия должника по данному судебному акту цессию.

Соответствующие правовые позиции ранее неоднократно формулировались Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, в частности, в определениях от 10.10.2017 № 310-ЭС17-11054 по делу № А14-7663/2016, от 22.09.2022 № 306-ЭС21-14113 по делу № А65-15142/2020.

Аналогичная правовая позиция также отражена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 13.05.2024 № 307-ЭС23-27538 по делу № А56-108687/2022.

Заявление ответчика о применении штрафных санкций направлено, фактически, не на компенсацию нарушенных прав, а на получение неосновательного обогащения за счет истцов, и должно быть квалифицировано как злоупотребление правом в силу положений статьи 10 ГК РФ, которое не подлежит судебной защите.

Учитывая изложенное, возложение на ответчика ответственности за нарушение договорного запрета уступки, предусмотренного пунктом 11.13 Правил лизинга, основано на неправильном применении вышеприведенных норм гражданского законодательства, поскольку указанный пункт Правил лизинга не подлежал применению.

Таким образом, апелляционный суд не усматривает оснований для включения в расчет сальдо штрафа за уступку прав требований в размере 225 400 руб.

Повторно проверив расчеты сальдо встречных обязательств, произведенные сторонами, суд апелляционной инстанции, с учетом вышеизложенного, приходит к выводу о том, что судом неверно рассчитано сальдо встречных обязательств.

Учитывая изложенное, завершающая обязанность сторон следующая:

Получено от Лизингополучателя (руб.)

Предоставлено Лизингодателем (руб.)

Полученные платежи, за исключением авансового

788 815,74

Размер финансирования (стоимость им-ва-аванс ЛП)

1 803 200

Стоимость возвращенного предмета лизинга (по оценке или реализации)

2 800 000

Размер платы за финансирование по осн.долгу

649 047,90

Страховка за весь срок договора лизинга

103 588,62

Пени на 24.08.23

54 215,75

Перевозка им-ва в СТО

7 400

Хранение изъятого им-ва

27 900

Штраф за нарушение срока передачи копии СТС с 02.11.2021 по дату изъятия ПЛ

5 000

Иные подтвержденные расходы

17 700

Итого:

3 588 815,74

2 668 052,27

Сальдо:

920 763,47

0

Таким образом, на стороне лизингодателя образовалось неосновательное обогащение в виде сальдо встречных обязательств в суме 920 763,47 руб.

В соответствии с пунктом 1 статьи 395 ГК РФ за пользование чужими денежными средствами вследствие их неправомерного удержания, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате либо неосновательного получения или сбережения за счет другого лица подлежат уплате проценты на сумму этих средств.

В пункте 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" разъяснено, что проценты, предусмотренные пунктом 1 статьи 395 ГК РФ, подлежат уплате независимо от основания возникновения обязательства (договора, других сделок, причинения вреда, неосновательного обогащения или иных оснований, указанных в названном Кодексе).

Лизингодатель должен узнать о получении им лизинговых платежей в сумме большей, чем его встречное предоставление, с момента, когда ему стала известна стоимость возвращенного предмета лизинга, определяемая при продаже имущества, и, как следствие, в соответствии с абзацем вторым пункта 4 статьи 453 ГК РФ произвести выплату завершающей договорной обязанности в пользу лизингополучателя. Неисполнение данной обязанности, как и любого иного денежного обязательства, должно влечь наступление ответственности.

Истцом заявлено требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 24.08.2023 по 29.04.2025, с последующим начислением с 30.04.2025 по дату фактической оплаты суммы основного долга.

С учетом суммы неосновательного обогащения, размер процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 24.08.2023 по 29.04.2025 (рассчитанные на сумму неосновательного обогащения в размере 861 547 руб. 72 коп.) составил 252 362,67 руб. Также удовлетворению подлежит требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных на сумму неосновательного обогащения, рассчитанных исходя из ключевой ставки ЦБ РФ, действующей в соответствующие периоды, начиная с 30.04.2025 по дату фактической оплаты суммы основного долга.

При таких обстоятельствах, обжалуемое решение подлежит изменению.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 269-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 12.06.2025 по делу № А56-8631/2025 изменить, изложив его резолютивную часть в следующей редакции:

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Альфамобиль" в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 неосновательное обогащение в размере 920 763,47 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 24.08.2023 по 29.04.2025 в размере 252 362,67 руб., а также проценты за пользование чужими денежными средствами, начисленные на сумму неосновательного обогащения, рассчитанные исходя из ключевой ставки ЦБ РФ, действующей в соответствующие периоды, начиная с 30.04.2025 по дату фактической оплаты суммы основного долга, 59 829 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины по иску, 29565 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе.

В остальной части в удовлетворении иска отказать.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий

М.В. Балакир

Судьи

С.В. Изотова

Н.Е. Целищева