ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД
644024, <...> Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
город Омск
19 августа 2025 года
Дело № А75-18666/2024
Резолютивная часть постановления объявлена 05 августа 2025 года
Постановление изготовлено в полном объеме 19 августа 2025 года
Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:
председательствующего судьи Еникеевой Л.И.,
судей Веревкина А.В., Дябина Д.Б.,
при ведении протокола судебного заседания: секретарем Моториной О.Ф.,
рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-4129/2025) индивидуального предпринимателя ФИО1 на решение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа-Югры от 02.04.2025 по делу № А75-18666/2024 (судья Сердюков П.А.), по иску индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП <***>) к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ОГРНИП <***>) о взыскании 851 000 руб., при участии в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, - общества с ограниченной ответственностью «Югранд» (ОГРН <***>), общества с ограниченной ответственностью «Сургутские городские электрические сети» (ОГРН <***>), ФИО3, ФИО4, ФИО5,
при участии в судебном заседании посредством веб-конференции с использованием информационной системы «Картотека арбитражных дел» представителей:
от индивидуального предпринимателя ФИО1 –ФИО6 по доверенности от 21.03.2024,
от индивидуального предпринимателя ФИО2 – ФИО7 по доверенности от 01.08.2025,
установил:
индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – истец, ИП ФИО1) обратилась в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – ответчик, ИП ФИО2) о взыскании убытков в размере 851 000 руб.
Определениями Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа-Югры от 21.10.2024, от 10.12.2024, от 28.01.2025 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: общество с ограниченной ответственностью «Югранд» (далее – ООО «Югранд»), общество с ограниченной ответственностью «Сургутские городские электрические сети», арбитражный управляющий ФИО3, ФИО4.
Решением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа-Югры от 02.04.2025 в удовлетворении исковых требований отказано.
Не согласившись с принятым судебным актом, ИП ФИО1 обратилась в Восьмой арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении иска.
По мнению подателя жалобы, суд первой инстанции не дал оценку представленным доказательствам ведения сторонами переговоров, в частности аудиозаписям телефонных переговоров, переписке сторон. При этом, не учтено, что на начало переговоров истец еще не оплатил стоимость комплектной трансформаторной подстанции (далее – КТПН) в полном объёме, соответственно, в случае наличия сомнений в приобретении КТПН ответчиком истец не стал бы оплачивать полную стоимость. Вывод суда первой инстанции о прекращении процесса переговоров в связи с бездействием истца сделан без учёта фактических обстоятельств дела. В частности, у ответчика имелся полный и беспрепятственный доступ к КТПН, ответчик фактически пользовался спорным имуществом.
Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 19.06.2025 апелляционная жалоба принята к производству, назначена к рассмотрению в судебном заседании на 05.08.2025.
От ИП ФИО1 поступили дополнения, в которых указано, что истец не стал бы участвовать в торгах по покупке КТПН после внесения задатка, заключать договор купли-продажи на торгах и оплачивать полную цену КТПН, если бы не действия ответчика по вступлению в переговоры, учитывая, что ответчик подтвердил готовность купить КТПН (подписать договор купли-продажи с истцом и произвести оплату) только после оплаты КТПН истцом по договору купли-продажи, заключённому на торгах.
В заседании суда апелляционной инстанции представитель заявителя поддержал требования, изложенные в апелляционной жалобе, представитель ответчика просил оставить решение без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения, считая решение суда первой инстанции законным и обоснованным.
Судебное заседание проведено в отсутствие третьих лиц, извещённых о времени и месте рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции путём размещения информации на сайте суда, на основании части 5 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).
Рассмотрев материалы дела, заслушав представителей сторон, суд апелляционной инстанции установил, что арбитражным управляющим ФИО3 27.02.2023 размещено сообщение о проведении торгов № 162048 в форме открытого публичного предложения, лот № 7 – комплектная трансформаторная подстанция КТПН 10/0,4/630 КВА 3, собственник имущества ООО «Югранд». Установлена начальная стоимость в размере 971 400 руб. 93 коп., срок предоставления заявок – с 28.02.2023 по 18.04.2023.
В соответствии с протоколом об определении участников торгов № 162048 за период с 10.04.2023 по 17.04.2023 17.04.2023 в 10 час. 55 мин. подана заявка на участие в торгах ИП ФИО1
Договор купли-продажи № 7/3 между победителем торгов - ИП ФИО1 и ООО «Югранд» заключен 05.05.2023 по цене 851 000 руб.
Между ООО «Югранд» (продавец) и ИП ФИО2 (покупатель) по результатам открытых торгов в рамках процедуры конкурсного производства ООО «Югранд» согласно протоколу от 20.04.2023 № 89143-1 заключен договор купли-продажи заложенного имущества от 25.04.2023, в соответствии с которым в собственность покупателю передано имущество должника, а именно котельная, АЗС, склад тракторных запчастей, склад запчастей, нежилое помещение, закрытая стоянка машин, расположенные по адресу: г. Сургут, п. Северный промрайон, Проезд, 4п; КПП, столярная мастерская, механическая мастерская, склад материалов, нежилое помещение, наружные сети теплоснабжения, право аренды земельного участка с кадастровым номером 86:10:0101224:9, расположенные по адресу: <...>; теплая стоянка, расположенная по адресу: г. Сургут, п. Лунный, Северная промзона, проезд 4П.
Имущество принято по актам приёма-передачи 23.05.2023.
Как указывает истец, ИП ФИО1 и ИП ФИО2 перепиской по электронной почте вступили в переговоры о заключении договора купли-продажи комплектной трансформаторной подстанции КТПН 10/0,4/630 КВА 3 (спорное имущество).
Так, истцом 12.05.2023 ответчику направлен агентский договор, предметом которого являлось приобретение продавцом (истцом) за счёт средств покупателя (ответчика) имущества на открытых торгах и его последующая передача покупателю.
Стороны 29.05.2023 договорились изменить агентский договор на договор купли-продажи имущества, по условиям которого продавец (ИП ФИО1) обязуется передать в собственность покупателя (ИП ФИО2) имущество по цене 1 000 000 руб. 00 коп.
31.05.2023 ответчику направлен на согласование проект договора купли-продажи.
Согласно заключительной версии проекта договора продавец продаёт, а покупатель покупает имущество - комплектная трансформаторная подстанция КТПН 10/0,4/630 КВА 3., стоимостью 1 000 000 руб.
Объект принадлежит продавцу на основании протокола о результатах проведения торгов от 18.04.2023 № 162048 по продаже движимого имущества ООО «Югранд» в рамках проведения процедуры конкурсного производства, и договора купли-продажи движимого имущества от 05.05.2023 с ООО «Югранд» (ИНН <***>)
Между тем, как указано истцом, после согласования всех условий договора и его направления ответчику, последний прервал переговоры без объяснения причин, в связи с чем истцу причинены убытки в размере, равном стоимости приобретённого истцом имущества, - 851 000 руб. 00 коп.
Полагая, что вышеуказанные расходы (убытки) возникли по вине ответчика, истец обратился в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры с настоящим иском.
Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в порядке статей 266, 268 АПК РФ, суд апелляционной инстанции не находит оснований для его отмены или изменения, исходя из следующего.
В силу части 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном АПК РФ, самостоятельно определив способы их судебной защиты (статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее - ГК РФ).
Одним из способов защиты гражданским прав в соответствии со статьёй 12 ГК РФ является возмещение убытков.
В силу статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причине?нных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье? право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальныи? ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
Возмещение убытков является универсальным способом защиты нарушенных гражданских прав и может применяться как в договорных, так и во внедоговорных отношениях. При отсутствии договорных отношении? правовои? режим возмещения убытков, наряду с положениями статьи 15 ГК РФ, определяется нормами главы 59 ГК РФ, закрепляющеи? в статье 1064 ГК РФ общее правило, согласно которому в этих случаях вред, причиненныи? личности или имуществу гражданина, а также вред, причине?нныи? имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объе?ме лицом, причинившим вред.
Согласно пункту 12 постановления Пленума Верховного Суда России?скои? Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положении? раздела I части первои? Гражданского кодекса России?скои? Федерации» (далее – Постановление № 25), по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате деи?ствии? (бездеи?ствия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (часть 2 статьи 15 ГК РФ).
В пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда России?скои? Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положении? Гражданского кодекса России?скои? Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что по смыслу статеи? 15 и 393 ГК РФ кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, обосновывающие с разумнои? степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причине?нных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).
В силу части 1 статьи 64, статьи 71 АПК РФ арбитражныи? суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.
В обоснование исковых требований истец указывает, что в результате действий ответчика по прекращению переговоров о заключении договора купли-продажи КТПН истцу причинены убытки в размере стоимости КТПН, оплаченной истцом по договору купли-продажи, заключенному между истцом и ООО «Югранд», в сумме 851 000 руб. 00 коп.
В силу пункта 1 статьи 434.1. ГК РФ если иное не предусмотрено законом или договором, граждане и юридические лица свободны в проведении переговоров о заключении договора, самостоятельно несут расходы, связанные с их проведением, и не отвечают за то, что соглашение не достигнуто.
Гражданское законодательство предусматривает исключения из этого правила.
Пунктом 2 статьи 434.1 ГК РФ предусмотрено, что при вступлении в переговоры о заключении договора, в ходе их проведения и по их завершении стороны обязаны действовать добросовестно, в частности не допускать вступление в переговоры о заключении договора или их продолжение при заведомом отсутствии намерения достичь соглашения с другой стороной. Недобросовестными действиями при проведении переговоров предполагаются: предоставление стороне неполной или недостоверной информации, в том числе умолчание об обстоятельствах, которые в силу характера договора должны быть доведены до сведения другой стороны; внезапное и неоправданное прекращение переговоров о заключении договора при таких обстоятельствах, при которых другая сторона переговоров не могла разумно этого ожидать.
Согласно пункту 3 названной статьи сторона, которая ведёт или прерывает переговоры о заключении договора недобросовестно, обязана возместить другой стороне причиненные этим убытки. Убытками, подлежащими возмещению недобросовестной стороной, признаются расходы, понесённые другой стороной в связи с ведением переговоров о заключении договора, а также в связи с утратой возможности заключить договор с третьим лицом.
В пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» указано, что предполагается, что каждая из сторон переговоров действует добросовестно и само по себе прекращение переговоров без указания мотивов отказа не свидетельствует о недобросовестности соответствующей стороны. На истце лежит бремя доказывания того, что, вступая в переговоры, ответчик действовал недобросовестно с целью причинения вреда истцу, например, пытался получить коммерческую информацию у истца либо воспрепятствовать заключению договора между истцом и третьим лицом (пункт 5 статьи 10, пункт 1 статьи 421 и пункт 1 статьи 434.1 ГК РФ). При этом правило пункта 2 статьи 1064 ГК РФ не применяется.
Вместе с тем недобросовестность действий ответчика предполагается, если имеются обстоятельства, предусмотренные подпунктами 1 и 2 пункта 2 статьи 434.1 ГК РФ. В этих случаях ответчик должен доказать добросовестность своих действий.
В качестве одного из случаев преддоговорной ответственности пункт 2 статьи 434.1 ГК РФ прямо называет внезапное и неоправданное прекращение переговоров о заключении договора при таких обстоятельствах, при которых другая сторона переговоров не могла разумно этого ожидать.
В соответствии с пунктом 30 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020), утверждённого Президиумом Верховного Суда РФ 10.06.2020 недобросовестным признается поведение, когда лицо вступает или продолжает переговоры, хотя оно знает или должно знать, что оно уже не будет заключать договор, по крайней мере, с этим контрагентом. В этом случае подлежат установлению обстоятельства того, что ответчик изначально не имел намерения заключать договор либо впоследствии утратил это намерение, но не сообщил об этом своему контрагенту и продолжал создавать видимость намерения заключить договор именно с этим контрагентом, например, запрашивая лучшую цену и иные улучшения оферты, хотя к моменту такого запроса лицо знает или должно знать, что оферта не будет принята ни при каких условиях.
Следовательно, лицо обязано возместить убытки своему контрагенту ввиду недобросовестного ведения переговоров, в частности в случае, когда оно своевременно не сообщило контрагенту об обстоятельствах, препятствующих заключению договора, в том числе о своем окончательном намерении заключить договор с другим контрагентом, создавая или поддерживая при этом у первоначального контрагента ложные представления о своей готовности в будущем заключить договор.
В такой ситуации подлежит установлению, когда готовность лица заключить договор стала носить притворный характер и, если контрагент не был сразу же уведомлен о прекращении намерения заключить договор, стало ли это причиной его дополнительных расходов, которые он не понёс бы в случае своевременного уведомления.
Как разъясняется в пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», в результате возмещения убытков, причинённых недобросовестным поведением при проведении переговоров, потерпевший должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы не вступал в переговоры с недобросовестным контрагентом. Например, ему могут быть возмещены расходы, понесенные в связи с ведением переговоров, расходы по приготовлению к заключению договора, а также убытки, понесённые в связи с утратой возможности заключить договор с третьим лицом.
В обоснование исковых требований истец указывает, что между ИП ФИО1 и ИП ФИО2 велись переговоры по вопросу приобретения ответчиком комплектной трансформаторной подстанции КТПН 10/0,4/630 КВА 3 на основании агентского договора, направленного ответчику 12.05.2023, по условиям которого истец (агент) обязался приобрести для ответчика (принципал) за счёт средств последнего спорное имущество на открытых торгах с его последующей передачей ответчику.
В последующем стороны договорились изменить агентский договор на договор купли-продажи имущества, по условиям которого продавец (ИП ФИО1) обязуется передать в собственность покупателя (ИП ФИО2) за плату имущество - КТПН.
31.05.2023 направлен на согласование проект договора купли-продажи.
В ответе ответчик сообщил, что ожидает оплату и акт передачи, после направления акта приёма-передачи между ООО «Югранд» и истцом указал на оплату и подписании документов через электронную почту и обмен оригиналами.
Продавец 07.06.2023 направил покупателю окончательный проект договора.
Договор купли-продажи между истцом и ответчиком не заключен.
Между тем, как установлено судом, в соответствии с протоколом об определении участников торгов № 162048 за период с 10.04.2023 по 17.04.2023, заявка на участие в торгах в форме открытого публичного предложения по приобретению лота № 7 – комплектная трансформаторная подстанция КТПН 10/0,4/630 КВА 3 подана ИП ФИО1 17.04.2023 в 10 час. 55 мин.
Договор купли-продажи № 7/3 между победителем торгов - ИП ФИО1 и ООО «Югранд» заключен 05.05.2023 по цене 851 000 руб.
Из материалов дела следует и истцом не оспаривается, что переписка сторон по заключению агентского договора началась не ранее 11.05.2023, то есть после приобретения истцом спорного имущества.
Таким образом, истец при приобретении спорного имущества не мог выступать в качестве потенциального агента ответчика, а фактические обстоятельства по делу не свидетельствуют о том, имущество приобреталось истцом для последующей реализации ответчику.
В связи с чем, приобретение истцом спорного имущества не связано с действиями ответчика по ведению переговоров.
Также из материалов дела следует, что ИП ФИО2 по результатам торгов согласно протоколу от 20.04.2023 № 89143-1 на основании договора купли-продажи заложенного имущества от 25.04.2023 приобретено имущество должника - ООО «Югранд», а именно котельная, АЗС, склад тракторных запчастей, склад запчастей, нежилое помещение, закрытая стоянка машин, расположенные по адресу: г. Сургут, п. Северный промрайон, Проезд, 4п; КПП, столярная мастерская, механическая мастерская, склад материалов, нежилое помещение, наружные сети теплоснабжения, право аренды земельного участка с кадастровым номером 86:10:0101224:9, расположенные по адресу: <...>; теплая стоянка, расположенная по адресу: г. Сургут, п. Лунный, Северная промзона, проезд 4П.
Комплектная трансформаторная подстанция КТПН 10/0,4/630 КВА 3 не входила в состав лота.
А приобретение истцом спорного имущества обусловлено исключительно его намерением приобрести имущественной комплекс, истец участвовал в торгах, но победителем на стал.
С учетом изложенного, причинно-следственной связи между приобретением истцом спорного имущества и переговорами с ответчиком судом не установлено.
Как указывает истец, комплектная трансформаторная подстанция КТПН 10/0,4/630 КВА 3 им не использовалась, поскольку КТПН предназначена для обслуживания (питания электроэнергией) только тех недвижимых объектов, вблизи которых она расположена, КТПН является единственной подстанцией, от которой возможно питание электроэнергией объектов, принадлежащих ответчику, приобретённых им на торгах по продаже имущества третьего лица 20.04.2023.
Таким образом, расходы на оплату стоимости КТПН по договору купли-продажи, заключенному с ООО «Югранд», в сумме 851 000 руб. 00 коп. обусловлены не действиями ответчика по прекращению переговоров, а невозможностью использования приобретённого истцом имущества в связи с заключением ответчиком договора купли-продажи имущества должника - ООО «Югранд».
Между тем, ИП ФИО1, являясь индивидуальным предпринимателем и действуя в рамках своей предпринимательской деятельности, должна проявлять осмотрительность и разумность при заключении и исполнении сделок (абзац 3 части 1 статьи 2 ГК РФ). В противном случае риски последствий неосмотрительного поведения возлагаются на субъекта такого поведения.
Участники торгов являются субъектами предпринимательской деятельности, самостоятельно несут предпринимательские и иные экономические риски, участвуя и добровольно заполняя заявки на участие в конкурсных процедурах.
Таким образом, истец, как субъект предпринимательской деятельности, принимая решение об участии в торгах, действовал в своей воле и своём интересе.
При этом судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельностью и широкой дискрецией, поскольку в силу рискового характера такой деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять наличие в ней деловых просчетов (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 24.02.2004 № 3-П, Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 04.06.2007 № 366-О-П, № 320-О-П).
Кроме того, невозможность использования ответчиком имущества без КТПН, являющейся собственностью истца, материалами дела не подтверждена.
Из пояснений общества с ограниченной ответственностью «Сургутские городские электрические сети» следует, что общество является территориальной электросетевой организацией, осуществляющей деятельность по передаче электрической энергии с использованием объектов электросетевого хозяйства, а также деятельность по технологическому присоединению в границах балансовой принадлежности электрических сетей и иного электросетевого хозяйства.
Между обществом с ограниченной ответственностью «Сургутские городские электрические сети» и ИП ФИО2 07.06.2023 подписан акт об осуществлении технологического присоединения № 05/15 на электроустановку «КТПН-5 1*630кВА», расположенную по адресу: ХМАО-Югра, г. Сургут, <...> Максимальная мощность электроустановки составляет 504 кВт.
В материалы дела представлен акт об осуществлении технологического присоединения от 07.06.2023 № 05/15.
Также, истцом в материалы дела не представлено доказательств невозможности ведения переговоров и, как следствие, утраты возможности заключения договора с иным лицом, ввиду настоятельных заверений ответчика о заключении договора с ним.
Доводы жалобы о том, что истец не стал бы после внесения задатка оплачивать оставшуюся цену КТПН, если бы не действия ответчика по вступлению в переговоры, учитывая, что ответчик подтвердил готовность купить КТПН (подписать договор купли-продажи с истцом) только после оплаты КТПН истцом по договору купли-продажи, заключённому с третьим лицом, судом также отклоняются, поскольку в данном случае обязанность по исполнению договора купли-продажи КТПН не может быть поставлена в зависимость от действий ответчика. В таком случае, не могут признаваться убытками расходы истца, понесенные в связи с исполнением договора с третьим лицом, заключенным до ведения переговоров с ответчиком.
Оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке, предусмотренном статьёй 71 АПК РФ, суд первой инстанции пришёл к обоснованному к выводу, что истцом не представлено доказательств, свидетельствующих о наличии причинно-следственной связи между действиями ответчика по прекращению переговоров и причинением убытков.
Кроме того, апелляционный суд учитывает, что в силу пункта 3 статьи 434.1, пункта 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», при недобросовестном ведении переговоров убытки взыскиваются по модели защиты так называемого негативного интереса: истцу присуждается такая сумма, которая должна поставить его в положение, в котором он находился бы, если бы не вступал в переговоры с недобросовестным лицом. Позитивный интерес не защищается (в отличие от случая нарушения уже заключенного договора).
В рамках модели защиты негативного интереса в первую очередь речь идёт о расходах, понесённых в связи с ведением переговоров (например, оплата услуг юристов, оценщиков и т.п.).
В данном случае истец не доказал наличие убытков, поскольку остаётся собственником спорного имущества, каких-либо документов, указывающих на несение расходов, в том числе на подготовку к переговорам и заключению договора, не представил.
Принимая во внимание, что материалами дела не установлено наличие оснований для применения к ответчику гражданско-правовой ответственности, каковой является возмещение убытков, суд апелляционной инстанции считает, что суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении исковых требований.
Нормы материального права судом первой инстанции при разрешении спора были применены правильно. Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.
Поэтому оснований для отмены обжалуемого решения арбитражного суда не имеется, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.
В связи с отказом в удовлетворении апелляционной жалобы судебные расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы в соответствии со статьёй 110 АПК РФ относятся на её подателя.
Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьями 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд
ПОСТАНОВИЛ:
решение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа-Югры от 02.04.2025 по делу № А75-18666/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.
Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме.
Председательствующий
Л.И. Еникеева
Судьи
А.В. Веревкин
Д.Б. Дябин