СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД
ул. Пушкина, 112, <...>
e-mail: 17aas.info@arbitr.ru
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
№ 17АП-987/2025-ГК
г. Пермь
14 марта 2025 года Дело № А60-21459/2024
Резолютивная часть постановления объявлена 05 марта 2025 года.
Постановление в полном объеме изготовлено 14 марта 2025 года.
Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Гребенкиной Н.А.,
судей Назаровой В.Ю., Яринского С.А.,
при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Шималиной Т.В.,
при участии:
от истца, акционерного общества «Инжиниринговые решения»: ФИО1 по доверенности от 12.02.2024, диплом, паспорт;
от ответчика, общества с ограниченной ответственностью «Шторм»: ФИО2 по доверенности от 10.01.2025, диплом, паспорт;
рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ответчика, общества с ограниченной ответственностью «Шторм»,
на решение Арбитражного суда Свердловской области
от 17 декабря 2024 года
по делу № А60-21459/2024
по иску акционерного общества «Инжиниринговые решения» (ИНН <***>, ОГРН <***>)
к обществу с ограниченной ответственностью «Шторм» (ИНН <***>, ОГРН <***>)
о прекращении нарушения исключительного права на товарные знаки, взыскании компенсации,
установил:
Акционерное общество «Инжиниринговые решения» (далее – АО «Инжиниринговые решения») обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с иском об обязании общества с ограниченной ответственностью «Шторм» (далее – ООО «Шторм») удалить за его счет незаконно используемые обозначения, сходные до степени смешения с товарными знаками истца, со следующих контрафактных товаров: краги для сварочных работ, спилковые пятипалые; краги для сварочных работ удлиненные, спилковые пятипалые; полуавтомат сварочный METEOR MIG 500 Pulse с водяным охлаждением, инверторный, импульсный; Полуавтомат сварочный METEOR MIG-500 XT Pulse AUTO; инвертор для аргонодуговой сварки METEOR TIG 300 AC/DC; маска сварщика METEOR, затемнение 9-13 DIN; источник питания для плазменной резки METEOR PX-75; источник питания для механизированной плазменной резки METEOR MX-300 PRO; источник питания для плазменной резки METEOR PX-125; машина контактной сварки METEOR SM-60; машина контактной сварки METEOR SM-22; взыскании компенсации в размере 3 136 780 руб. (с учетом окончательного уточнения иска, принятого судом первой инстанции к рассмотрению на основании статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Решением Арбитражного суда Свердловской области от 17.12.2024 исковые требования удовлетворены частично. Суд обязал ООО «Шторм» удалить за его счет незаконно используемые обозначения, сходные до степени смешения с товарными знаками АО «Инжиниринговые решения» №№ 931197, 972637, 920636, 920637, 952502, 952503, 973298, 973321, 973921, 973919, 978551, 1001454, со следующих контрафактных товаров: краги для сварочных работ, спилковые пятипалые; краги для сварочных работ удлиненные, спилковые пятипалые; полуавтомат сварочный METEOR MIG 500 Pulse с водяным охлаждением, инверторный, импульсный; полуавтомат сварочный METEOR MIG-500 XT Pulse AUTO; инвертор для аргонодуговой сварки METEOR TIG 300 AC/DC; маска сварщика METEOR, затемнение 9-13 DIN; источник питания для плазменной резки METEOR PX-75; источник питания для механизированной плазменной резки METEOR MX-300 PRO; источник питания для плазменной резки METEOR PX-125; машина контактной сварки METEOR SM-60; машина контактной сварки METEOR SM-22. С общества «Шторм» в пользу АО «Инжиниринговые решения» взыскана компенсация в размере 3 136 780 руб., а также 60 368 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины, понесенных при подаче иска. В остальной части в иске отказано.
Не согласившись с принятым по делу решением, ответчик обратился с апелляционной жалобой, просил его отменить, вынести по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объеме.
В обоснование апелляционной жалобы приводит доводы об отсутствии правовых оснований для удовлетворения требования истца в части обязания ответчика удалить незаконные обозначения. Ссылаясь на неисполнимость решения в данной части, указывает, что ответчик не использует обозначения товарных знаков истца в настоящее время и не использовал их в момент вынесения решения. Данный пункт решения суда считает противоречащим нормам действующего законодательства (абзац 3 пункта 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации). Указывает на отсутствие правовых оснований для взыскания компенсации в виде двукратной стоимости реализованного товара ввиду отсутствия доказательств объема его реализации.
Возражая на доводы апелляционной жалобы, истец в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации направил отзыв.
В судебном заседании суда апелляционной инстанции ответчик с решением суда первой инстанции не согласился, доводы, изложенные в апелляционной жалобе, поддержал в полном объеме, просил решение суда отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.
Представитель истца в заседании апелляционного суда указал на законность и обоснованность обжалуемого решения, просил оставить его без изменения по изложенным в отзыве основаниям, апелляционную жалобу – без удовлетворения.
Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Как следует из материалов дела и установлено судом, АО «Инжиниринговые решения» является правообладателем следующих товарных знаков (далее – товарные знаки):
- двух товарных знаков с словесным элементом «МЕТЕОР», а именно: № 931197 (приоритет от 28.10.2021) и № 972637 (приоритет от 18.11.2022), охраняемых в том числе в отношении товаров 07 класса Международной классификации товаров и услуг (МКТУ) (включая машины; станки; детали машин; детали станков; аппараты газосварочные; аппараты сварочные электрические);
- серии из десяти товарных знаков №№ 920636, 920637, 952502, 952503, 973298, 973321, 973921, 973919, 978551 и 1001454 с элементами или , охраняемых, в том числе в отношении товаров 07 класса МКТУ (включая машины; станки; детали машин; детали станков; аппараты газосварочные; аппараты сварочные электрические) и товаров 09 класса МКТУ (включая оборудование защитное и средства защиты).
Истцу стало известно, что ООО «Шторм» в своей деятельности использует обозначения (далее – сходные обозначения):
- на товарах 07 класса МКТУ (а именно: на сварочных полуавтоматах, инверторах для сварки, источниках питания, машинах контактной сварки);
- на товарах 09 класса МКТУ (а именно, на масках сварщика, крагах для сварочных работ), которые он производит, а также предлагает к продаже и продает на своем Интернет-сайте https://shtorm.ru и через свои филиалы и представительства.
Истцом в материалы дела представлены протокол нотариального осмотра доказательств от 21.02.2024, сведения о владельце домена shtorm.ru с официального WHOIS сервиса.
Согласно архивным копиям страниц сайта https://shtorm.ru/company/partners/meteor/, сохраненным на Интернет-сайте сервиса «Internet Archive Wayback Machine» web.archive.org, ответчик использует сходные обозначения названными способами с 25.09.2022. Сходные обозначения представляют собой слово «METEOR», выполненное различными шрифтами, и, следовательно, тождественны с Товарными знаками истца по фонетическому (звуковому) и семантическому (смысловому) признакам.
Ссылаясь на то, что разрешение на использование спорных объектов интеллектуальной собственности у ответчика отсутствует, истец с соблюдением досудебного порядка урегулирования спора обратился в арбитражный суд с рассматриваемым иском.
Требования истца в части взыскания компенсации признаны судом первой инстанции подлежащими частичному удовлетворению исходя из однократной стоимости предлагаемых к продаже товаров на сайте ответчика.
Вместе с тем, поскольку ответчиком не представлены надлежащие доказательства, позволяющие сделать однозначный вывод о прекращении использования спорных обозначений, сходных до степени смешения с товарными знаками, в частности доказательства, подтверждающие факт удаления обозначений с товаров, требования истца об обязании удалить за его счет незаконно используемые обозначения с указанных истцом товаров, признаны судом обоснованными и удовлетворены полностью.
Исследовав представленные в дело доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, оценив доводы апелляционной жалобы ответчика, отзыва истца на апелляционную жалобу, выслушав в судебном заседании пояснения представителей сторон, проанализировав нормы материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не усматривает основания для отмены или изменения обжалуемого решения в силу следующего.
Согласно пункту 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.
Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если названным Кодексом не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).
Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных названным кодексом.
Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную названным кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается кодексом.
В силу пункта 1 статьи 1477 Гражданского кодекса Российской Федерации на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак (статья 1481). Правила названного Кодекса о товарных знаках соответственно применяются к знакам обслуживания, то есть к обозначениям, служащим для индивидуализации выполняемых работ или оказываемых услуг.
Согласно пункту 2 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: 1) на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; 2) при выполнении работ, оказании услуг; 3) на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; 4) в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; 5) в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.
Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 Кодекса).
Исходя из положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также разъяснений, изложенных в пунктах 57, 154, 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», в предмет доказывания по требованию о защите права на результат интеллектуальной деятельности входят факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования сходного с товарным знаком обозначения, в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения. В свою очередь ответчик обязан доказать выполнение им требований закона при использовании наименования результата интеллектуальной деятельности.
По смыслу нормы статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения.
Как указано в разъяснениях, приведенных в пункте 162 Постановления N 10, для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров.
При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.
Вероятность смешения товарного знака и спорных обозначений определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.
Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.
Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению.
При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.
В соответствии с пунктом 41 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20.07.2015 № 482 (далее – Правила № 482), подлежащих применению к рассматриваемым правоотношениям по аналогии закона (статья 6 Гражданского кодекса Российской Федерации), обозначение считается тождественным с другим обозначением (товарным знаком), если оно совпадает с ним во всех элементах.
Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия. Сходство обозначений для отдельных видов обозначений определяется с учетом требований пунктов 42-44 указанных Правил № 482.
В силу пункта 42 Правил № 482 словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы.
Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам: 1) звуковое сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близость звуков, составляющих обозначения; расположение близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу; наличие совпадающих слогов и их расположение; число слогов в обозначениях; место совпадающих звукосочетаний в составе обозначений; близость состава гласных; близость состава согласных; характер совпадающих частей обозначений; вхождение одного обозначения в другое; ударение; 2) графическое сходство определяется на основании следующих признаков: общее зрительное впечатление; вид шрифта; графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположение букв по отношению друг к другу; алфавит, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание; 3) смысловое сходство определяется на основании следующих признаков: подобие заложенных в обозначениях понятий, идей (в частности, совпадение значения обозначений в разных языках); совпадение одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположность заложенных в обозначениях понятий, идей. Признаки, указанные в этом пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.
Согласно пункту 43 Правил № 482 изобразительные и объемные обозначения сравниваются с изобразительными, объемными и комбинированными обозначениями, в композиции которых входят изобразительные или объемные элементы.
Сходство изобразительных и объемных обозначений определяется на основании следующих признаков: 1) внешняя форма; 2) наличие или отсутствие симметрии; 3) смысловое значение; 4) вид и характер изображений (натуралистическое, стилизованное, карикатурное и тому подобное); 5) сочетание цветов и тонов. Признаки, указанные в этом пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.
Пунктом 44 Правил № 482 установлено, что комбинированные обозначения сравниваются с комбинированными обозначениями и с теми видами обозначений, которые входят в состав проверяемого комбинированного обозначения как элементы. При определении сходства комбинированных обозначений используются признаки, указанные в пунктах 42 и 43 Правил № 482, а также исследуется значимость положения, занимаемого тождественным или сходным элементом в заявленном обозначении.
С учетом приведенных правовых норм и подходов правоприменительной практики в первую очередь подлежит разрешению вопрос о наличии или отсутствии сходства сравниваемых обозначений.
Для его установления производится анализ обозначений на основании вышеприведенных критериев, после чего с учетом приведенного анализа осуществляется сравнение обозначений в целом.
В случае установления отсутствия сходства дальнейший анализ не производится. При этом вхождение одного обозначения (например, словесного элемента) в другое исключает вывод о несходстве таких обозначений.
В случае установления сходства осуществляется анализ возможности смешения сравниваемых обозначений.
При анализе возможности смешения учитывается не только степень сходства сравниваемых обозначений, однородность товаров и услуг, но и различительная способность защищаемых товарных знаков.
Как указано ранее, вхождение одного обозначения (например, словесного элемента) в другое исключает вывод о несходстве таких обозначений.
Наличие в сравниваемых обозначениях словесного элемента, обладающего тождеством, свидетельствует о наличии сходства сравниваемых обозначений.
Как следует из пункта 45 Правил № 482, при установлении однородности товаров определяется принципиальная возможность возникновения у потребителя представления о принадлежности этих товаров одному изготовителю.
При этом принимаются во внимание род, вид товаров, их потребительские свойства, функциональное назначение, вид материала, из которого они изготовлены, взаимодополняемость либо взаимозаменяемость товаров, условия и каналы их реализации (общее место продажи, продажа через розничную либо оптовую сеть), круг потребителей и другие признаки.
Вывод об однородности товаров делается по результатам анализа перечисленных признаков в их совокупности в том случае, если товары или услуги по причине их природы или назначения могут быть отнесены потребителями к одному и тому же источнику происхождения (изготовителю).
Аналогичная позиция изложена в пункте 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10.
Согласно пункту 42 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, однородные товары – это товары, не являющиеся идентичными во всех отношениях, не обязательно находящиеся в одном классе МКТУ, но имеющие сходные характеристики и состоящие из схожих компонентов, произведенных из таких же материалов, что позволяет им выполнять те же функции.
Однородность признается по факту, если товары по причине их природы или назначения могут быть отнесены потребителями к одному и тому же источнику происхождения.
При этом при наличии соответствующих доказательств суд, определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, оценивает и иные обстоятельства, в том числе: используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров; длительность и объем использования товарного знака правообладателем; степень известности, узнаваемости товарного знака; степень внимательности потребителей (зависящая в том числе от категории товаров и их цены); наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом.
При определении вероятности смешения также могут учитываться представленные лицами, участвующими в деле, доказательства фактического смешения обозначения и товарного знака, в том числе опросы мнения обычных потребителей соответствующего товара. Суд учитывает влияние степени сходства обозначений, степени однородности товаров, иных обстоятельств на вероятность смешения, а не каждого из соответствующих обстоятельств друг на друга.
Как отмечает истец, сходные обозначения представляют собой слово «METEOR», выполненное различными шрифтами, и, следовательно, тождественны с товарными знаками по фонетическому (звуковому) и семантическому (смысловому) признакам.
По графическому признаку обозначения являются сходными с товарными знаками из-за использования заглавных букв латинского алфавита. Таким образом, сходные обозначения имеют высокую степень сходства с товарными знаками. Товары, на которых используются обозначения, соотносятся с товарами 07 и 09 классов МКТУ, в отношении которых зарегистрированы товарные знаки, как вид-род, и имеют одно назначение. Таким образом, у них совпадают основные признаки однородности и, следовательно, сравниваемые товары имеют высокую степень однородности. Исходя из изложенного, обозначения используемые ответчиком для вышеназванных товаров, являются сходными до степени смешения с товарными знаками.
Истец отмечает, что подтверждением данного вывода является также тот факт, что Роспатент в уведомлениях от 27.07.2022 о результатах рассмотрения заявок ответчика №№ 2022722210, 2022722211 на регистрацию товарных знаков признал их сходными до степени смешения с обозначением по заявке № 2021770922 (в дальнейшем противопоставленное обозначение по заявке № 2021770922 было зарегистрировано в качестве товарного знака № 931197).
С учетом тождества товарных знаков и использованных обозначений ответчика, однородности товаров, в отношении которых зарегистрированы знаки истца, и товаров ответчика, иных приведенных обстоятельств, влияющих на вероятность смешения, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о доказанности факта нарушения ответчиком исключительных прав истца на принадлежащие ему товарные знаки.
Согласно статье 1250 Гражданского кодекса Российской Федерации интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.
В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, предусмотренных Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.
Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.
Ответственность за нарушение исключительного права на товарный знак установлена статьей 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации. Правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.
Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 59 Постановления N 10, суд по своей инициативе не вправе изменять способ расчета суммы компенсации, избранный истцом. Аналогичное положение о том, что при определении размера подлежащей взысканию компенсации суд не вправе по своей инициативе изменять вид компенсации, избранный правообладателем, приведен и в пункте 35 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015.
Как разъяснено в пункте 61 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10, заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы, а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену
Учитывая избранный истцом вид компенсации в соответствии с подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, в предмет доказывания по настоящему делу входит установление стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак.
Определенный таким образом размер по смыслу пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации является единственным (одновременно и минимальным, и максимальным) размером компенсации, предусмотренным законом, в связи с чем суд не вправе снижать ее размер по своей инициативе.
Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), то при определении размера компенсации за основу следует принимать ту стоимость этих экземпляров (товаров), по которой они фактически продаются или предлагаются к продаже третьим лицам. Так, если контрафактные экземпляры (товары) проданы или предлагаются к продаже нарушителем на основании договоров оптовой купли-продажи, должна учитываться именно оптовая цена экземпляров (товаров).
В Постановлениях от 13.12.2016 № 28-П, от 13.02.2018 № 8-П, от 24.07.2020 № 40-П Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что в каждом конкретном случае меры гражданско-правовой ответственности, устанавливаемые в целях защиты конституционно значимых ценностей, должны определяться исходя из требования адекватности порождаемых ими последствий (в том числе для лица, в отношении которого они применяются) тому вреду, который причинен в результате противоправного деяния, с тем, чтобы обеспечивалась их соразмерность правонарушению, соблюдался баланс основных прав индивида и общего интереса, состоящего в защите личности, общества и государства от противоправных посягательств.
Как указывает истец, компенсация определена в размере 6 273 560 руб., что соответствует двукратному размеру стоимости предлагаемых к продаже товаров на сайте ответчика https://shtorm.ru (протокол нотариального осмотра доказательств от 21.02.2024), на которых ответчик незаконно без разрешения истца разместил сходные с товарными знаками обозначения:
№
п/п
Наименование товара
Стоимость, указанная на сайте
Сведения на сайте о наличии товара (на 21.02.2024)
1
Краги для сварочных работ, спилковые пятипалые
900 руб.
В наличии
2
Краги для сварочных работ удлиненные, спилковые пятипалые
1 400 руб.
В наличии
3
Полуавтомат сварочный METEOR MIG 500 Pulse с водяным охлаждением, инверторный, импульсный
399 000 руб.
В наличии
4
Полуавтомат сварочный METEOR MIG-500 XT Pulse AUTO
от 531 500 руб.
В наличии
5
Инвертор для аргонодуговой сварки METEOR TIG 300 AC/DC
180 500 руб.
В наличии
6
Маска сварщика METEOR, затемнение 9-13 DIN
10 900 руб.
В наличии
7
Источник питания для плазменной резки METEOR PX-75
134 800 руб.
В наличии
8
Источник питания для механизированной плазменной резки METEOR MX-300 PRO
990 990 руб.
В наличии
9
Источник питания для плазменной резки METEOR PX-125
от 310 000 руб.
В наличии
10
ФИО3 контактной сварки METEOR SM-60
320 170 руб.
В наличии
11
ФИО3 контактной сварки METEOR SM-22
256 620 руб.
В наличии
Вопреки доводам ответчика, из материалов дела (в том числе скриншотов страницы Интернет-сайта ответчика, копии переписки истца и ответчика) усматривается, что ответчик подтвердил возможность поставки товара, предложенного к продаже на сайте ответчика.
Размер компенсации определен истцом исходя из двукратной стоимости товара, который предлагался ответчиком к продаже на сайте.
В исковом заявлении истец представил подробный расчет в обоснование заявленной к компенсации суммы, произведенный на основании следующего:
1. в расчет были включены только 11 видов контрафактных товаров, для которых непосредственно ответчиком на его сайте https://shtorm.ru был указан статус «В наличии» (из возможных статусов на сайте ответчика https://shtorm.ru - «В наличии», «Ожидается», «Нет в наличии», «Под заказ»), что зафиксировано в Протоколе нотариального осмотра доказательств от 21.02.2024;
2. за основу принята стоимость контрафактных товаров, по которой они фактически предлагались к продаже третьим лицам непосредственно ответчиком на его сайте https://shtorm.ru, что зафиксировано в Протоколе нотариального осмотра доказательств от 21.02.2024;
3. количество каждого контрафактного товара было определено как 1 (один) – минимальное количество товара, которое предлагается к продаже при статусе товара «В наличии».
Возражения апеллянта о неправомерности взыскания компенсации в виде двукратной стоимости реализованного товара ввиду отсутствия доказательств объема его реализации подлежат отклонению, учитывая, что приведенный истцом в исковом заявлении расчет компенсации соответствует сложившейся судебной практике расчета компенсации исходя из стоимости одного экземпляра при предложении его к продаже в сети «Интернет», то есть при расчете компенсации по подпункту 2 пункта 1 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации правомерно учитывать не только фактически проданные товары, но и товары, предлагаемые к продаже.
Аналогичная правовая позиция содержится в постановлениях Суда по интеллектуальным правам от 31.01.2024 по делу № А40-17541/2023, от 22.12.2023 по делу № А40-303158/2022.
Вопреки возражениям истца, приведенным в отзыве на апелляционную жалобу, ответчик в отзыве на иск от 11.06.2024 и в апелляционной жалобе заявил о необоснованности и чрезмерности размера заявленной к взысканию компенсации.
При избранном истцом виде компенсации и учитывая, что суд не может по своему усмотрению изменять выбранный истцом вид компенсации, в предмет доказывания по данной категории дел входит также установление стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, и определение конкретного размера компенсации исходя из этой стоимости с учетом установленного нарушения.
После установления судом на основании имеющихся в материалах дела доказательств стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, указанная сумма в двукратном размере составляет размер компенсации за соответствующее нарушение, определяемый по правилам подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Определенный таким образом размер является по смыслу пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации единственным (одновременно и минимальным, и максимальным) размером компенсации, предусмотренным законом по правилам указанной нормы.
При определении размера компенсации, подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца за нарушение исключительных прав на товарный знак, суд руководствуется следующим.
Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 24.07.2020 № 40-П указал на необходимость учитывать все значимые для дела обстоятельства, включая характер допущенного нарушения и тяжелое материальное положение ответчика, и при наличии соответствующего заявления от него снизить размер компенсации ниже установленной подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации величины. С целью не допустить избыточного вторжения в имущественную сферу ответчика, с одной стороны, и, с другой, лишить его стимулов к бездоговорному использованию объектов интеллектуальной собственности, размер такой компенсации может быть снижен судом не более чем вдвое.
В рассматриваемом случае суд первой инстанции, оценив обстоятельства и доказательства данного дела, принимая во внимание позицию Конституционного Суда Российской Федерации, а также выработанные подходы Верховного Суда Российской Федерации, Суда по интеллектуальным правам, пришел к выводу о том, что предъявленная АО «Инжиниринговые решения» к взысканию с ответчика компенсация за нарушение исключительных прав в размере 6 273 560 руб. не отвечает разумности и справедливости, не обеспечивает баланс прав и законных интересов участников гражданского оборота, в связи с чем имеются основания для снижения размера взыскиваемой истцом компенсации до 3 136 780 руб. – однократная стоимость.
Таким образом, требования истца в части взыскания компенсации правомерно удовлетворены судом первой инстанции частично исходя из однократной стоимости предлагаемых к продаже товаров на сайте ответчика.
Определяя такой размер компенсации, суд первой инстанции учел обстоятельства и доказательства данного дела, принял во внимание характер допущенного нарушения, степень вины нарушителя, отсутствие ранее совершенных ответчиком нарушений исключительных прав правообладателей (иного в материалы дела не представлено), отсутствие доказательств причинения каких-либо крупных (реальных) убытков правообладателю. Защищаемые товарные знаки фактически являются группой (серией) знаков одного правообладателя.
При этом судом первой инстанции приняты во внимание пояснения ответчика о том, что, действуя добросовестно, после получения претензии истца, он удалил предложения к продаже товаров с изображением спорных обозначений на своем сайте. Также ответчиком были удалены видеоролики с изображением спорных обозначений.
С учетом изложенного, требования истца удовлетворены судом исходя из однократной стоимости товаров, которые ответчик предлагал к продаже.
Данная сумма будет достаточной для того, чтобы возместить возможные материальные потери истца вследствие нарушения его исключительных прав ответчиком, а также достаточной для того, чтобы ответчик впредь не нарушал исключительные права истца.
Истцом также заявлено требование об обязании ООО «Шторм» удалить за его счет незаконно используемые обозначения, сходные до степени смешения с товарными знаками АО «Инжиниринговые решения», со следующих контрафактных товаров: краги для сварочных работ, спилковые пятипалые; краги для сварочных работ удлиненные, спилковые пятипалые; полуавтомат сварочный METEOR MIG 500 Pulse с водяным охлаждением, инверторный, импульсный; полуавтомат сварочный METEOR MIG-500 XT Pulse AUTO; инвертор для аргонодуговой сварки METEOR TIG 300 AC/DC; маска сварщика METEOR, затемнение 9-13 DIN; источник питания для плазменной резки METEOR PX-75; источник питания для механизированной плазменной резки METEOR MX-300 PRO; источник питания для плазменной резки METEOR PX-125; машина контактной сварки METEOR SM-60; машина контактной сварки METEOR SM-22.
Как указано в разъяснениях, содержащихся в пункте 57 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10, в случае нарушения исключительного права правообладатель вправе осуществлять защиту нарушенного права любым из способов, перечисленных в статье 12 и пункте 1 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации, в том числе путем предъявления требования о пресечении действий, нарушающих исключительное право, в частности о запрете конкретному исполнителю исполнять те или иные произведения.
Требование о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, в силу подпункта 2 пункта 1 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации может быть предъявлено не только к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним, но и к иным лицам, которые могут пресечь такие действия.
Для вывода о наличии оснований для удовлетворения требований истца о запрете использования объекта интеллектуальных прав необходимо проанализировать характер правонарушения, вменяемого конкретному лицу, на предмет того, носит ли правонарушение систематический или длящийся характер, имеется ли на момент рассмотрения дела угроза нарушения исходя из тех или иных действий ответчика и имеющихся в материалах дела доказательств. Товары, в отношении которых зарегистрированы товарные знаки истца и товары ответчика, которые им предлагались к продаже на сайте, являются однородными, что усиливает смешение в глазах потребителей.
Доводы апелляционной жалобы о прекращении ответчиком нарушения прав истца, в том числе, при рассмотрении настоящего спора судом первой инстанции, апелляционным судом отклоняются с учетом следующего.
Судом приняты во внимание возражения и пояснения истца о том, что ответчик на протяжении длительного времени, по крайней мере, с февраля 2023 года по февраль 2024 года использовал обозначения, сходные с товарными знаками истца:
- в предложениях к продаже товаров 07 и 09 классов МКТУ на сайте https://shtorm.ru – ответчик представил доказательства того, что в настоящее время он прекратил такое нарушение исключительного права на товарные знаки истца, а именно, принт-скрины страниц https://shtorm.ru в отзыве ответчика;
- в рекламных видеороликах на https://www.youtube.com/@shtormTv, демонстрирующих товары 07 и 09 класса МКТУ – ответчик представил доказательства того, что в настоящее время он прекратил такое нарушение исключительного права на товарные знаки истца, а именно, принт-скрины страниц https://www.youtube.com/@shtormTv в отзыве ответчика;
- при производстве (изготовлении) и введении в гражданский оборот товаров 07 и 09 классов МКТУ, в том числе путем их продажи.
Истцом доказан факт наличия у него исключительного права на товарный знак, а также факт того, что это право было нарушено ответчиком, который производил товар, маркированный сходными обозначениями, и предлагал его к продаже.
Ответчик в своем ответе на досудебную претензию истца (Исх.№ С0078 от 18.03.2024) признал факт производства контрафактных товаров.
Кроме того, наличие у ответчика товаров, маркированных сходными обозначениями, отражалось на его Интернет-сайте https://shtorm.ru на дату его осмотра нотариусом 21.02.2024, а также подтверждено представленной в материалы дела перепиской сторон, в частности, письмом от 16.02.2024 специалиста по продажам филиала ООО «Шторм» в г. Новосибирске ФИО4
При этом представитель ответчика в судебном заседании Семнадцатого арбитражного апелляционного суда 05.03.2025 подтвердил, что письмо от 16.02.2024 о наличии товара действительно подписано его работником (аудиозапись судебного заседания). Достоверность указанных в письме от 16.02.2024 сведений ответчик не оспаривал, о фальсификации данного письма в порядке статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суду ответчиком не заявлено.
Довод апелляционной жалобы о том, что истец не воспользовался возможностью бесплатной демонстрации товаров для подтверждения наличия контрафактных товаров у ответчика, отклоняется апелляционным судом с учетом разъяснений пункта 55 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 о том, что при рассмотрении дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения (статья 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).
Как усматривается из материалов дела и не оспорено заявителем жалобы, ответчик на своем канале https://www.youtube.com/@shtormTv сам размещал видеоролики с демонстрацией контрафактных товаров, снятые им в демонстрационном зале. В подтверждение указанного ответчиком приведены скриншоты от 04.03.2024 видеороликов, размещенных ответчиком на его канале https://www.youtube.com/@shtormTv. Ответчик не опроверг факт размещения демонстрационных видеороликов, снятых им в демонстрационном зале на его канале https://www.youtube.com/@shtormTv.
Исследовав и оценив представленные в материалы дела документы и доказательства в их совокупности и взаимной связи по правилам статей 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции признает доказанным факт наличия товара у ответчика, что в порядке статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации последним не опровергнуто, иного суду не доказано.
Доказательств того, что до момента вынесения решения по делу ответчик удалил сходные обозначения с товаров 07 и 09 классов МКТУ, которые, по данным официального сайта ответчика https://shtorm.ru и информации специалиста по продажам филиала ООО «Шторм» в г. Новосибирск ФИО4, имелись у ответчика в наличии в феврале 2024 года в количестве как минимум по 1 экземпляру каждого товара, или что такие товары были им уже проданы, в материалах дела не имеется.
Заявления ответчика об ином, в том числе, об отсутствии у него в настоящее время товаров, маркированных сходными обозначениями, признаются голословными, документально не подтвержденными. В отсутствие доказательств, подтверждающих факт удаления обозначений, сходных до степени смешения с товарными знаками истца, со спорных товаров ответчиком, которые не представлены в материалы дела ни при рассмотрении дела судом первой инстанции, ни при обжаловании принятого по делу решения в апелляционном порядке, апелляционный суд приходит к выводу о сохранении угрозы нарушения прав истца на его товарные знаки, в связи с чем неимущественные требования об обязании ответчика удалить за его счет с контрафактных товаров обозначения, сходные с товарными знаками истца, являются обоснованными, исполнимыми и подлежат удовлетворению.
Конституционным Судом Российской Федерации была выработана правовая позиция, изложенная в Постановлении от 28.10.2021 № 46-П, в соответствии с которой решение арбитражного суда о снижении размера компенсации за нарушение исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности, определенной истцом (правообладателем) в минимальном размере, установленном законом, - как по основаниям его принятия, так и по вызываемым юридическим последствиям - не может отождествляться с частичным удовлетворением исковых требований, обусловленным отсутствием (недоказанностью) надлежащих оснований для их признания судом полностью обоснованными.
Принятие соответствующего судебного акта фактически означает доказанность нарушения исключительных прав правообладателя, а снижение размера подлежащей выплате компенсации обусловливается не неправомерностью (чрезмерностью) заявленного им ее минимального размера, а наличием оснований для использования особого правомочия арбитражного суда, обусловленных не избыточностью исковых требований, а необходимостью - с учетом обстоятельств конкретного дела, - соблюдения конституционных принципов справедливости, равенства и соразмерности при применении данной штрафной санкции, выполняющей, наряду с защитой частных интересов правообладателя, публичную функцию превенции.
Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 28.10.2021 № 46-П, часть 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования не предполагает взыскания с обладателя исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности судебных расходов, понесенных нарушителем таких прав, в случае, когда, установив нарушение исключительных прав и удовлетворяя требования правообладателя о выплате ему компенсации за их нарушение, заявленные в минимальном размере, предусмотренном законом для соответствующего нарушения, арбитражный суд принимает решение о снижении размера компенсации.
При названных обстоятельствах взыскание с правообладателя расходов на оплату услуг представителя ответчика ограничивает в подобных случаях возможность защиты объектов интеллектуальной собственности и не только не обеспечивает восстановления имущественной сферы истца, но и не способствует достижению публично-правовой цели – стимулированию участников гражданского оборота к добросовестному, законопослушному поведению, исключающему получение собственных преимуществ в предпринимательской деятельности с помощью неправомерных методов и средств.
Подобная ситуация противоречит пункту 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного или недобросовестного поведения, и фактически препятствует правообладателю защищать свое нарушенное право в судебном порядке.
С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что определенный судом размер компенсации в сумме 3 136 780 руб. за нарушение исключительного права на товарные знаки, фактически означает доказанность нарушения исключительного права правообладателя, а уменьшение размера подлежащей выплате компенсации обусловлено не неправомерностью (чрезмерностью) заявленного им требования, а необходимостью с учетом обстоятельств конкретного дела – соблюдения конституционных принципов справедливости, равенства и соразмерности при применении данной штрафной санкции.
Доводы апелляционной жалобы судом апелляционной инстанции исследованы и отклонены, как не свидетельствующие о незаконности и необоснованности обжалуемого судебного акта и не влекущие его отмены.
Все имеющие существенное значение для рассматриваемого дела обстоятельства судом установлены правильно, представленные доказательства полно и всесторонне исследованы и им дана надлежащая оценка.
Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено. Решение арбитражного суда отмене не подлежит.
В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы на уплату государственной пошлины, понесенные при подаче апелляционной жалобы, относятся на ее заявителя.
На основании изложенного и руководствуясь статьями 258, 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд
ПОСТАНОВИЛ :
Решение Арбитражного суда Свердловской области от 17 декабря 2024 года по делу № А60-21459/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.
Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Суд по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия через Арбитражный суд Свердловской области.
Председательствующий
Н.А. Гребенкина
Судьи
В.Ю. Назарова
С.А. Яринский