Постановление по делу № 19АП-4539/2023 от 26.09.2023

ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

26.09.2023 года дело № А35-9368/2022

г. Воронеж

Резолютивная часть постановления объявлена 22.09.2023 года

Постановление в полном объеме изготовлено 26.09.2023 года

Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Безбородова Е.А.

судей Ореховой Т.И.

Мокроусовой Л.М.

при ведении протокола судебного заседания секретарем Кретовой А.И.,

при участии:

от ФНС России: представители не явились, извещены надлежащим образом,

от иных лиц, участвующих в деле: представители не явились, извещены надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Федеральной налоговой службы в лице УФНС России по Курской области на решение Арбитражного суда Курской области от 30.06.2023 по делу № А35-9368/2022 по исковому заявлению Федеральной налоговой службы в лице УФНС России по Курской области к арбитражному управляющему ФИО1 о взыскании убытков,

УСТАНОВИЛ:

ФНС России в лице УФНС России по Курской области обратилась в арбитражный суд с исковым заявлением о взыскании с арбитражного управляющего ФИО1, являвшегося временным и конкурсным управляющим ООО «Мерлион», убытков в размере 3 259 273 руб. 88 коп.

Решением Арбитражного суда Курской области от 30.06.2023 в удовлетворении заявления Федеральной налоговой службы в лице УФНС России по Курской области о взыскании с арбитражного управляющего ФИО1 убытков в размере 3 259 273 руб. 88 коп. отказано.

Не согласившись с данным решением, Федеральная налоговая служба в лице УФНС России по Курской области обратилась в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить.

В электронном виде через сервис «Мой арбитр» от арбитражного управляющего ФИО1 поступило заявление о рассмотрении апелляционной жалобы в его отсутствие.

На основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба рассматривалась в отсутствие неявившихся лиц, извещенных о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом.

По почте через канцелярию суда от арбитражного управляющего ФИО1 поступил отзыв на апелляционную жалобу с приложением, которые суд приобщил к материалам дела.

Судом апелляционной инстанции отказано в удовлетворении ходатайства уполномоченного органа об отложении судебного заседания в связи с отсутствием правовых оснований для отложения судебного заседания (ст.158 АПК РФ).

В судебном заседании был объявлен перерыв до 09 часов 30 минут 22.09.2023 г.

Информация о перерыве в судебном заседании размещена на официальном сайте Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда (http://19aas.arbitr.ru/) и в картотеке арбитражных дел (http://kad.arbitr.ru).

После перерыва в 09 часов 31 минут 22.09.2023г. судебное заседание продолжено в том же судебном составе.

Изучив материалы дела и доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта. При этом суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, определением Арбитражного суда Курской области от 16.09.2019 по делу № А35-7881/2019 в отношении общества с ограниченной ответственностью «Мерлион» (далее - ООО «Мерлион») (ИНН <***>, ОГРН <***>, 307250, <...>) была введена процедура наблюдения. Временным управляющим должника утвержден арбитражный управляющий ФИО1, член СРО «СМиАУ».

Решением Арбитражного суда Курской области от 11.11.2020 по делу № А35-7881/2019 в отношении ООО «Мерлион» введена процедура конкурсного производства. Конкурсным управляющим должника утвержден ФИО1 член СРО «СМиАУ».

Определением Арбитражного суда Курской области от 22.04.2022, оставленным без изменения постановлением Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.08.2022, по делу № А35-7881/2019 удовлетворено ходатайство конкурсного управляющего ФИО1 о завершении конкурсного производства в отношении ООО «Мерлион».

В обоснование исковых требований истец ссылался на то, что в преддверии банкротства ООО «Мерлион» были отчуждены транспортные средства, что подтверждается справкой от 05.10.2021 из ГИБДД. В рамках дела о банкротстве конкурсный управляющий с заявлениями об оспаривании сделок не обращался. В материалы дела при рассмотрении ходатайства о завершении конкурсного производства в отношении ООО «Мерлион» конкурсным управляющим представлены договоры лизинга. По мнению истца, при наличии в распоряжении конкурсного управляющего ФИО1 документов, он не предпринял меры по оспариванию вышеуказанных сделок по отчуждению транспортных средств должника при том, что должником выплачивались лизинговые платежи, что привело к уменьшению конкурсной массы.

Отчуждение должником принадлежащего ему движимого имущества при наличии неисполненных требований перед кредиторами, при отсутствии доказательств получения должником денежных средств и их использования на нужды должника, приводит к выводу о том, что разумный и добросовестный управляющий при таких обстоятельствах мог оценить такое поведение как злоупотребление правом, свидетельствующее о сознательном выводе активов с целью избежать исполнения обязательств, являющееся основанием для оспаривания сделок.

Налоговый орган полагал, что в результате неправомерных действий конкурсного управляющего ФИО1, связанных с необращением в суд с заявлениями об оспаривании сделок должника, должнику причинены убытки.

По мнению истца, сумма убытков, подлежащая взысканию с арбитражного управляющего ФИО1, составляет 3 259 273 руб. 88 коп.

Возражая против удовлетворения требований истца, ответчик - арбитражный управляющий ФИО1 указал, что истцом не представлено доказательств, позволяющих установить наличие условий для возложения на ответчика гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков. Ответчик полагал, что им как конкурсным управляющим ООО «Мерлион» были приняты все меры, направленные на поиск имущества должника, выявление кредиторов и дебиторов, формирование конкурсной массы, реализации имущества, что подтверждается определением суда о завершении конкурсного производства. ФИО1 ссылался на тот факт, что от налогового органа в его адрес не поступило требований об оспаривании сделок; к собранию кредиторов с внесением в повестку вопроса об обязании конкурсного управляющего оспорить ту или иную сделку уполномоченный орган также не обращался. Ответчик также указал, что истец как кредитор ООО «Мерилон» вправе был самостоятельно оспорить сделки должника. ФИО1 указал на бесперспективность оспаривания указанных уполномоченным органом сделок, поскольку продажа транспортных средств осуществлялась по рыночным ценам, определенным в отчете оценщика, сделки отражены в бухгалтерском учете должника, произведена уплата текущих налогов, в том числе НДС.

Принимая обжалуемый судебный акт, арбитражный суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

В соответствии с пунктом 4 статьи 20.4 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда.

Кредиторы и иные лица вправе обратиться с иском к арбитражному управляющему, если его неправомерными действиями им причинены убытки (абзац 3 пункта 48 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

В соответствии с пунктом 11 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2012 № 150 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих» под убытками, причиненными должнику, а также его кредиторам, понимается любое уменьшение или утрата возможности увеличения конкурсной массы, которые произошли вследствие неправомерных действий (бездействия) конкурсного управляющего.

Ответственность арбитражного управляющего, установленная пунктом 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, убытки подлежат взысканию в соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Согласно статье 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Применение такой меры гражданско-правовой ответственности как возмещение убытков возможно при доказанности совокупности нескольких условий: противоправности действий, причинной связи между противоправными действиями и возникшими убытками, наличия и размера причиненных убытков.

Пунктом 53 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что с даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков, причиненных арбитражным управляющим (пункт 4 статьи 20.4 Закона N 127-ФЗ), а также о возмещении убытков, причиненных должнику - юридическому лицу его органами (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), статья 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и т.д.), могут быть предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве. Лица, в отношении которых подано заявление о возмещении убытков, имеют права и несут обязанности лиц, участвующих в деле о банкротстве, связанные с рассмотрением названного заявления, включая право обжаловать судебные акты. По результатам рассмотрения такого заявления выносится определение, на основании которого может быть выдан исполнительный лист.

После завершения конкурсного производства либо прекращения производства по делу о банкротстве требования о возмещении упомянутых убытков, если они не были предъявлены и рассмотрены в рамках дела о банкротстве, могут быть заявлены в общеисковом порядке в пределах оставшегося срока исковой давности.

В соответствии с п. 3 ст. 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником, и совершать другие действия, предусмотренные федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и направленные на возврат имущества должника.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, в преддверии банкротства ООО «Мерлион» были совершены следующие сделки:

1) договор купли-продажи автомобиля от 04.03.2020 № 007 между ООО «Мерлион» и ФИО2. Предметом продажи выступает автомобиль Рено Логан, VIN <***>. Цена договора составила 27 000 руб.;

2) договор купли-продажи автомобиля от 23.03.2020 № 009 между ООО «Мерлион» и ФИО2. Предметом продажи выступает автомобиль Лада LARGUS KS035L, VIN <***>. Цена договора составила 150 000 руб.;

3) договор купли-продажи автомобиля от 23.03.2020 № 10 между ООО «Мерлион» и ФИО2. Предметом продажи выступает автомобиль Рено Логан, VIN <***>. Цена договора составила 365 000 руб.;

4) договор купли-продажи автомобиля от 23.03.2020 № 11 между ООО «Мерлион» и ФИО2. Предметом продажи выступает автомобиль Рено Логан, VIN <***>. Цена договора составила 190 000 руб.;

5) договор купли-продажи автомобиля от 23.03.2020 № 12 между ООО «Мерлион» и ФИО3. Предметом продажи выступает автомобиль Рено Логан, VIN <***>. Цена договора составила 155 000 руб.;

6) договор купли-продажи автомобиля от 23.03.2020 № 14 между ООО «Мерлион» и ФИО3. Предметом продажи выступает автомобиль Рено Логан, VIN <***>. Цена договора составила 27 000 руб.;

7) договор купли-продажи автомобиля от 23.03.2020 № 15 между ООО «Мерлион» и ФИО3. Предметом продажи выступает автомобиль Рено Логан, VIN <***>. Цена договора составила 280 000 руб.;

8) договор купли-продажи автомобиля от 23.03.2020 № 16 между ООО «Мерлион» и ФИО3. Предметом продажи выступает автомобиль Рено Логан, VIN <***>. Цена договора составила 280 000 руб.;

9) договор купли-продажи автомобиля от 19.03.2019 № 5 между ООО «Мерлион» и ФИО4 Предметом продажи выступает автомобиль МИЦУБИСИ АУТЛЕНДЕР, VIN <***>, 2006 года выпуска. Цена договора составила 780 000 руб.

Истец полагал, что в результате совершения вышеперечисленных сделок ООО «Мерлион» лишилось ликвидного имущества, за счет которого могло быть произведено погашение кредиторской задолженности.

Вместе с тем, судом первой инстанции правомерно отклонен данный довод исходя из следующего.

Так, из материалов дела следует, что руководитель ООО «Мерлион» ФИО4 обращалась с письмом б/н от 10.02.2020 к временному управляющему ФИО1, в котором сослался на необходимость реализации имеющегося у должника имущества с целью расчетов с кредиторами.

В частности, руководитель общества указал, что в настоящее время между ООО «Мерлион» (лизингополучатель) и ПАО «Сбербанк лизинг» (лизингодатель) заключены договоры лизинга № ОВ/Ф-18948-16-01 от 08.08.2018; № ОВ/Ф-18948-17-01 от 08.08.2018; № ОВ/Ф-18948-18-01 от 08.08.2018; № ОВ/Ф-18948-15-01 от 08.08.2018; № ОВ/Ф-18948-05-01 от 30.03.2018; № ОВ/Ф-18948-21-01 от 27.11.2018; № ОВ/Ф-18948-20-01 от 27.11.2018; № ОВ/Ф-18948-06-01 от 30.03.2018, в соответствии с которыми лизингодатель передал, а лизингополучатель принял вышеуказанные транспортные средства. Остаток задолженности по выкупной стоимости по названным договорам лизинга составил 1 444 873 руб. 89 коп.

При этом лизингодатель в письмах №№ 322/7, 322/6, 322/5, 322/4, 322/3, 322/2, 322/1, 322 от 06.02.2020 указал, что в случае, если до 06.03.2020 ООО «Мерлион» не осуществит выкуп автомобилей, то при наличии задолженности по лизинговым платежам банк будет обязан вернуть транспортные средства, а также погасить задолженность по пеням и лизинговым платежам.

В указанном письме руководитель ООО «Мерлион» просил временного управляющего ФИО1 выразить в письменной форме свое правовое мнение на осуществление сделок по выкупу перечисленных транспортных средств посредством привлечения заемных средств с их последующей продажей.

В ответ на данное письмо временный управляющий ФИО1 сообщил (исх. № 13 от 14.02.2020), что в случае, если остаточная выкупная стоимость лизинговых автомобилей ниже рыночной стоимости, он не возражает против привлечения заемных средств для выкупа техники. Кроме того, временный управляющий указал, что необходимо провести оценку транспортных средств для установления их рыночной стоимости на текущую дату. После выкупа у лизингодателя автомобилей, временный управляющий разрешил руководителю ООО «Мерлион» провести их реализацию по цене не ниже рыночной, при этом денежные средства, полученные от реализации автомобилей, должны быть распределены согласно очередности, установленной Законом о банкротстве.

В письме б/н от 02.03.2020 руководитель ООО «Мерлион» сообщил, что ИП ФИО5 (оценщик) 01.03.2020 представлены отчеты № 42/1/1-10/03-20; № 42/1/2-10/03-20; № 42/1/3-10/03-20; № 42/1/4-10/03-20; № 42/1/5-10/03-20; № 42/1/6-10/0320, № 42/1/7-10/03-20; № 42/1/8-10/03-20, согласно которым суммарная рыночная стоимость транспортных средств составляет 1 720 000 руб., что выше их выкупной стоимости по договорам лизинга.

В ответном письме исх. № 16 от 03.03.2020 временный управляющий ФИО1 указал, что представленная оценка лизинговых автомобилей по договорам лизинга и право на их реализацию соответствует требованиям законодательства. При этом временный управляющий повторно сообщил, что после выкупа автомобилей у лизингодателя он разрешает провести их реализацию по цене не ниже рыночной, а денежные средства должны быть распределены согласно очередности, установленной Законом о банкротстве.

В письме б/н от 20.10.2020 руководитель ООО «Мерлион» сообщил временному управляющему ФИО1, что ООО «ЧОО «Монолит», ООО «ЧОО «Рубикон», ООО «ЧОП «Содействие», в рамках заключенных с должником договоров займов, осуществили перечисление ПАО «Сбербанк лизинг» лизинговых платежей.

В силу пункта 2 статьи 64 Закона о банкротстве органы управления должника могут совершать исключительно с согласия временного управляющего, выраженного в письменной форме, за исключением случаев, прямо предусмотренных настоящим Федеральным законом, сделки или несколько взаимосвязанных между собой сделок: связанных с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения прямо либо косвенно имущества должника, балансовая стоимость которого составляет более пяти процентов балансовой стоимости активов должника на дату введения наблюдения; связанных с получением и выдачей займов (кредитов), выдачей поручительств и гарантий, уступкой прав требования, переводом долга, а также с учреждением доверительного управления имуществом должника.

При этом введение процедуры наблюдения не влечет в качестве правовых последствий прекращение обычной хозяйственной деятельности должника.

В процедуре наблюдения организация-должник является действующей организацией, хозяйственная деятельность которой продолжает осуществляться с ограничениями, предусмотренными введением в отношении должника процедуры банкротства.

Как правомерно установлено судом первой инстанции, ООО «Мерлион» в дальнейшем реализовало названные транспортные средства по вышеуказанным договорам купли-продажи, при этом стоимость данных автомобилей была установлена в соответствии с отчетами оценщика об определении рыночной стоимости.

Вопреки доводам истца, ответчиком в материалы дела представлены документальные доказательства, подтверждающие оплату по спорным договорам в соответствии с условиями, а именно: копии приходных кассовых ордеров № 3 от 23.03.2020, № 4 от 23.03.2020, № 5 от 23.03.2020, № 8 от 23.03.2020, № 114 от 22.03.2019, иные документы.

Оценив в порядке ст.71 АПК РФ, представленные в материалы дела доказательства, арбитражный суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что при совершении названных истцом сделок должником не преследовалась цель в виде безвозмездного вывода ликвидного имущества из конкурсной массы, поскольку такие сделки совершены со встречным исполнением со стороны покупателей по цене, установленной в отчетах оценщика; с экономической точки зрения перечисленные сделки обоснованы, их совершение было вызвано сложившейся финансовой ситуацией в обществе; временным управляющим дано согласие на их совершение.

Доводы заявителя апелляционной жалобы о несогласии с вышеуказанным выводом суда первой инстанции подлежат отклонению, поскольку не опровергают законный и обоснованный вывод суда первой инстанции, сделанный на основании надлежащей оценки представленных в материалы дела доказательств, при правильном применении норм права.

При этом материалами дела подтверждено, что денежные средства, поступившие от реализации спорных автомобилей, были распределены в соответствии с требованиями Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», в том числе направлены на погашение текущих платежей по заработной плате и вознаграждения временного/конкурсного управляющего (копии расходных кассовых ордеров так же представлены в материалы дела). Доказательств того, что такие платежи привели к нарушению очередности удовлетворения требований кредиторов, материалы дела не содержат.

При изложенных обстоятельствах, судом первой инстанции правомерно отклонены доводы истца, содержащиеся также в апелляционной жалобе, о том, что конкурсный управляющий был обязан оспорить перечисленные сделки, поскольку в рассматриваемом случае у ФИО1 не имелось достаточных правовых оснований для таких действий применительно к рациональности его поведения.

Так, в процедуре конкурсного производства деятельность арбитражного управляющего должна быть подчинена цели этой процедуры - соразмерному удовлетворению требований кредиторов с максимальным экономическим эффектом, достигаемым обеспечением баланса между затратами на проведение процедуры и ожидаемыми последствиями в виде размера удовлетворенных требований (статья 2 Закона о банкротстве, Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2018) от 14.11.2018 со ссылкой на определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.04.2018 № 305-ЭС15-10675).

Преследуя эту цель, арбитражный управляющий должен, с одной стороны, предпринять меры, направленные на увеличение конкурсной массы должника, в том числе на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц, посредством обращения в арбитражный суд с заявлениями о признании недействительными сделок, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником (пункты 2, 3 статьи 129 Закона о банкротстве).

С другой стороны, деятельность арбитражного управляющего по наполнению конкурсной массы должна носить рациональный характер, не допускающий бессмысленных формальных действий, влекущих неоправданное увеличение расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, и прочих текущих платежей, в ущерб конкурсной массе и интересам кредиторов.

Судебное оспаривание сделок должника является одним из механизмов пополнения конкурсной массы. Действия по оспариванию сделок должника должны быть разумными и рациональными, способными привести к положительному для конкурсной массы результату. Напротив, возбуждение по инициативе арбитражного управляющего судебных производств по заведомо бесперспективным требованиям может указывать либо на его непрофессионализм, либо на его недобросовестность, влекущие для конкурсной массы дополнительные издержки.

В рассматриваемом случае истец не представил в материалы дела достаточные доказательства, свидетельствующие об уменьшении конкурсной массы должника или утраты возможности ее увеличения именно вследствие неправомерных действий (бездействия) арбитражного управляющего ФИО1 в период исполнения им обязанностей конкурсного управляющего должника.

В настоящем случае истец обязан был представить доказательства того, что не оспаривание конкурсным управляющим сделок должника причинило последнему убытки, что включает в себя как представление доводов об удовлетворении требований о признании сделок недействительными в случае их предъявления в пределах срока исковой давности, так и доказывание возможности исполнения соответствующего судебного акта в виде пополнения конкурсной массы.

Как правомерно установлено судом первой инстанции, доводы истца, изложенные в исковом заявлении и последующих пояснениях, относительно наличия оснований для оспаривания сделок должника, не нашли своего подтверждения по результатам рассмотрения настоящего искового заявления. Само по себе совершение сделок в период подозрительности не является единственным достаточным основанием для их оспаривания в рамках дела о несостоятельности (банкротстве).

Кроме того, истец не представил доказательств того, что даже в случае удовлетворения заявлений имелась бы реальная возможность пополнения конкурсной массы, учитывая, что сделки совершены с физическими лицами, поскольку предъявление заявления еще не гарантирует ни его удовлетворения, ни исполнения судебного акта в случае признания требования обоснованным (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.10.2017 № 305-ЭС17-8225 по делу № А40-154653/2015).

Оценив в порядке статьи 71 АПК РФ, представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что в данном случае заявителем не доказана ни противоправность поведения ФИО1, ни факт наличия спорных убытков и их размер, ни причинно-следственная связь между действиями (бездействием) арбитражного управляющего ФИО1 и наступившими в результате этого поведения негативными последствиями в виде убытков, что исключает привлечение арбитражного управляющего к ответственности в порядке статьи 15 ГК РФ.

Довод заявителя апелляционной жалобы о несогласии с вышеуказанным выводом суда первой инстанции подлежит отклонению, поскольку не опровергает законный и обоснованный вывод суда первой инстанции, сделанный на основании надлежащей оценки представленных в материалы дела доказательств, при правильном применении норм права.

Убедительных доводов, основанных на доказательствах и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержит, в связи с чем, удовлетворению не подлежит.

Нормы процессуального права, являющиеся в соответствии с частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены судебного акта арбитражного суда первой инстанции в любом случае, судом первой инстанции не нарушены.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Курской области от 30.06.2023 по делу № А35-9368/2022 оставить без изменения, а апелляционную жалобу без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Центрального округа в двухмесячный срок через арбитражный суд первой инстанции согласно части 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья Е.А. Безбородов

Судьи Т.И. Орехова

Л.М. Мокроусова